Комментарии
2012-06-26 в 01:13 

871 слово. И ООС.


Зуко осторожно косился на методично вливающую в себя алкоголь Катару. Иногда он осторожно гладил ее по колену, а сам про себя клял все на свете: Сокку, тихонько смывшегося в самый неподходящий момент, дядю, который так ненадежно припрятал в своей чайной бутылку горячительного, Аанга, от которого вообще в последние недели не было ни слуху ни духу. И треклятую войну.
«Эпоха любви и процветания» — Зуко не смог сдержать горького смешка. Построить новый мир — это не дело пары дней, а сказать горстке людей на площади, что столетней войне пришел конец — не значит по-настоящему ее закончить. Юный лорд огня понял это не сразу, зато теперь собственные слова, сказанные им в упоении после их с Аватаром победы над его отцом, казались ему смешными и безумно, безмерно гордыми. Расслабиться не дали никому: некоторые маги огня по-прежнему совершали набеги на отдельные деревеньки — на крупные города нападать никто уже, слава богам, не решался.
Катара с громким стуком поставила пустую пиалу на стол, и Зуко невольно вздрогнул. Слишком близко к краю.
Так уж вышло, что после трех лет напряженных беспорядков, последней (Зуко поклялся себе головой матери, что на сей раз действительно последней) жертвой пал храбрый воин из Южного Племени Воды. Просто так вышло, что последней жертвой этой проклятой войны пал отец его друзей.
Катара налила себе очередную пиалу, а Зуко не решался ее остановить. Однако она видимо почувствовала на себе его обеспокоенный взгляд и с вызовом посмотрела ему в глаза. Алкоголь сделал ее... более чем открытой.
— Ну и где он? — чересчур громко спросила Катара. — Где этот коротышка лысый, когда он мне так нужен?
— Хотел бы я знать, — пробормотал Зуко, но его не услышали.
Он устроил в своей столице неслыханное чествование. Зуко игнорировал укоризненный взгляд дяди, потому что он помнил, как внезапная гибель Мэй разбила сердце ему самому. Отец Катары был славным воином, но не великим; облачать всю империю в траур по поводу его гибели было как минимум нелепо, а притянутое за уши объяснение, что необходимо запомнить последнего погибшего на этой войне, не вызывало скепсиса разве что у детей. Но это самое меньшее, что он мог сделать для Катары: объявить день гибели ее отца днем всеобщей скорби. Это и еще не оставлять ее в губительном одиночестве.
Катара попыталась взять пиалу в руки, однако она уже настолько плохо себя контролировала, что смахнула ее широким узорчатым рукавом, предварительно окунув его в алкоголь. Пиалка раскололась на три идеально ровных осколка. «Ну, ничего, — рассеянно пробормотал Зуко, — эту страшную чашку совсем не жалко.»
Конечно, он врал. Катаре он всегда давал только самую красивую посуду.
Это была идея Зуко — собрать всех в чайной дяди. И вечер удался тихим и спокойным, полным приятной грусти. Тоф как всегда шутила, однако в этот вечер она была деликатной, как никогда. Сокка рассказывал разные забавные истории, связанные с отцом, рассеянно гладя расслабленную Суюки, положившую голову ему на колени. Айро тоже ударился в ностальгию. И только Катара молчала весь вечер, сидела прямая, как палка. Они выпили чаю, и потихоньку их компания редела. До тех пор, пока не остались только они втроем: лорд огня и его внезапно осиротевшие верные друзья.
Аанга не было.
Сокка позвал Зуко наружу, поговорить, однако на улице они стояли молча. И Зуко готов был удавиться от этой тишины. Вежливые слова соболезнования застряли у него в горле горьким комом. Они так и простояли минут пятнадцать, пока Сокка не проговорил:
— Знаешь... Кажется она даже во время похорон не плакала.
Впервые за весь вечер Зуко посмотрел другу в лицо и увидел то, чего раньше не мог понять: смерть отца Сокка уже пережил, а сейчас он теряет сестру. Вернулся в чайную Зуко уже один. И застал Катару с початой бутылкой наедине.

Зуко потянулся было к разбитой пиале, но Катара успела раньше. Она ретиво схватила изогнутые осколки и с силой сжала их в кулаках. Несколько мгновений она просто сидела, смотря куда-то поверх головы друга, но внезапно мутный взгляд прояснился, лицо исказилось, девушка с силой ударила кулаками по столу. И вскрикнула, выронив окровавленные осколки. Секунду она оторопело рассматривала ладони: порезы были очень глубокими, почти до кости, но Зуко почему-то не решался встать и сходить за бинтом и мазью. Не решался оставить Катару наедине с собой даже на мгновение.
Вдруг из девичьей груди вырвался судорожный вздох, а синие глаза слишком ярко заблестели. По осунувшимся за последние несколько дней щекам скатилась слеза, а надтреснутый голос почти удивленно проговорил:
— Больно.
За первой слезой последовала вторая, затем сразу же третья и четвертая... Соленая влага капала на раненые ладони, смешиваясь с кровью. Катара сжимала и разжимала кулаки, и кровь, смешанная со слезами, начала капать на ее колени, напрочь испортив красивое платье Катары. Она потянула руки к лицу, но Зуко опередил ее, прижав тоненькое тело к себе. Его бросало в холодный пот от мысли, что он может увидеть знакомое доброе лицо окровавленным.
Слишком похоже на Мэй.
Катара вцепилась в плечи Зуко мертвой хваткой и завыла:
— Господи, как же мне больно!
Она рыдала, как маленький ребенок, цепляясь за друга, как за последнюю соломинку, связывающую ее с жизнью и разумом. Она хватала его за плечи, оставляя кровавые разводы на императорской одежде. «Нестрашно, — думал император. — бурое на буром будет не так заметно.» Она царапала ногтями его шею, а Зуко баюкал ее на руках, бормоча какую-то бессвязную, несусветную чушь с улыбкой на губах. Перебирая ее темные косы, он наткнулся на несколько седых волос.
«Нестрашно. Теперь уже нестрашно. Теперь все будет хорошо.»

URL
2013-05-20 в 04:16 

Kerato
Если вокруг тебя собирается трио бандуристов, главное в этом окружении не быть банДУРОЙ!
Это красиво, очень красиво:)

2014-10-05 в 01:40 

Ох как великолепно!!! Как же хочется продолжения!!! Оно же будет???

URL
2014-11-07 в 00:17 

Класс!♡ А продолжение будет?<3

URL
   

Zutara Love Fire and Water

главная