21:51 

Фанфик Fallen into memories. Глава 4

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Название: Fallen into memories
Фандом: Bleach
Автор: Tinuviel-f
Бета: AnImEsHkA_OkAnA
Пейринг: Рукия/Ичиго, Ичиго/Зангецу, Кьёраку/Укитаке, Хицугая/Рукия
Жанр: драма, приключения
Рейтинг: PG-13
Статус: в процессе.
Саммари: Бой за Каракуру окончен несколько дней назад. Ичиго удалось победить Айзена и тем самым спасти Сообщество Душ и Дворец Короля. Но может ли что-то спасти самого Ичиго?
Дисклеймер: всё - Кубо Тайто, кроме описанных здесь событий.

Примечание:
Хронологически действие главы 3.5 происходит после главы 3 и перед главой 4. Но по смыслу она располагается именно так, как есть.

Глава 1. Тот, кто победил Бога
Глава 2. Время огонька
Глава 3.Тройственность

@темы: фанфики, Хичиго, Урахара, Ичиго, Зангетсу

Комментарии
2010-03-23 в 21:52 

Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Глава 4. Остывшие чувства.

- Да, несомненно, эти данные Исследовательский институт проверял, достоверность стопроцентная, - Куроцучи-тайчо, оскорбившись недоверием коллеги из восьмого, хотел пуститься в пространные объяснения о работе своих лабораторий, но передумал – чтобы так распинаться перед жалкими шинигами? – и ограничился язвительной подколкой: – Чего нельзя сказать об отчётах других отрядов, - лёгкий пас рукой в сторону Кьёраку, и доклад продолжился. - Так что количество Пустых, появляющихся в зонах с высокой концентрацией духовной силы, в последнюю неделю значительно увеличилось. Особенно – в городе Каракура, и, скорее всего, это вызвано неизвестными пока нам процессами, происходящими в Уэко Мундо. Поэтому я предлагаю отправить туда несколько исследовательских отрядов, чтобы окончательно прояснить ситуацию.

Рукия изрядно перенервничала, пока присутствовала на этом совете высшего руководящего состава Готей 13, где ей вообще-то не положено было находиться. Но поскольку Укитаке-тайчо серьёзно разболелся и снова попал в госпиталь, его лейтенанту пришлось заменить командира на собрании. Присутствие рядом стольких величественных и могучих шинигами, давивших своей реяцу, девушку пугало до такой степени, что Кучики стояла белая, как снег; она и не заметила, что некоторые капитаны иногда бросали на неё сочувствующие и поддерживающие взгляды. Рядом, в нескольких шагах, молчаливо и неподвижно возвышался нии-сама: за всё время собрания он ни разу не посмотрел на сестру – ни краешком глаза! Хотя, наверное, тогда бы Рукия вообще разучилась дышать, боясь ненароком повести себя не так, как нужно и опозорить великую семью.

А под конец всё стало совсем ужасно, потому что за Каракуру отвечал тринадцатый отряд, и Рукии, как представителю капитана, поручили отправить на грунт дополнительные силы шинигами, чтобы усилить защиту города. Кажется, девушка тогда каким-то невероятным образом бодро произнесла «Есть!», однако стоило выйти после совета в коридор, как силы оставили её и Кучики прислонилась к стене. Вышедшие следом Комамура-тайчо и Унохана-тайчо проводили её улыбками, а капитан Кьёраку даже предложил помощь, от которой, увы, пришлось отказаться, чувствуя на себе ледяной взгляд старшего брата.

Укитаке-тайчо сегодня было гораздо лучше, и он сам наметил план работы в Каракуре, который лейтенант, торопясь в госпиталь, не успела сделать. Мужчина в конце короткой аудиенции намекнул, что неплохо бы его фукутайчо тоже побывать на грунте, Рукия вроде бледненькая совсем стала, да и организовывать работу лучше непосредственно на месте. Кучики, которая в последнем аргументе за месяц своего пребывания лейтенантом убедилась на собственном опыте, особо не сопротивлялась. Задание в Каракуре – всего лишь обычное задание.

Девушка вместе с первой группой вышла из Врат над одной из школ – той самой, где учился Ичиго и которую приходилось посещать шинигами во время операций в городе. В другое время Рукия, может быть, и улыбнулась такой иронии судьбы, но сегодня у неё были обязанности, которые следовало выполнить в первую очередь. Указав подчинённым места, где следует оставить посты, она перепрыгнула на крышу школы, с неё – на ближайший жилой дом. Лейтенант собиралась задержаться в Каракуре совсем ненадолго: нужно всего лишь изучить горизонт и распределить офицеров и рядовых по позициям; Кучики в офисе отряда ждала ещё целая тонна документации, с которой надо поскорее управиться. Пока исследователи из двенадцатого раскачаются и выяснят, почему Холлоу так накинулись на город, их рядовым коллегам придётся изрядно потрудиться, а обычные обязанности никто не отменял!

«Несколько недель назад, когда кто-то просто упоминал о грунте, я сразу начинала думать об Ичиго... и ни о чём больше. Теперь в моих мыслях только то, как лучше расставить группы и не пропустить ни одного Пустого...»

Но, увидев через столько времени город, с которым прежде она хотела соединить свою жизнь, Рукия поняла, что не сможет так хладнокровно поработать и уйти, как планировала. Слишком много воспоминаний и переживаний связано было с этими улицами, домами, школой... шкафом в одной конкретно взятой комнате. Маленькая шинигами грустно улыбнулась, обводя взглядом Каракуру, и подавила рвущийся из груди вздох. Если она позволит чувствам освободиться, то окончательно расклеится, и весь остаток дня будет бродить по знакомым местам... вся работа пойдёт к чёрту.

Лейтенант собралась с духом и перепрыгнула через улицу, направившись в центр города: оттуда удобнее координировать действия подчинённых, которые занимали указанные позиции. Приземлившись на угол большого офисного здания, Рукия побежала на другую его сторону и остановилась на полпути, почувствовав давящую, тёмную духовную силу. Пустой, и очень близко! Кучики, быстро сориентировавшись, рванулась туда, где должен был быть противник, но застала лишь тот момент, когда яркая голубая стрела уничтожила Холлоу.

- Ксо! – Ишида устало опустил лук и вытер лоб. – Я не понимаю, откуда они берутся? Раньше мы стольких встречали за три месяца, а сейчас…

- Иноуэ, Ишида! – в первое мгновение девушка не поверила своим глазам, но и чувства, ориентировавшиеся на реяцу, подтвердили – это её старые друзья! – Чад! – Рукия почти что упала на асфальт, забыв о предосторожности и о возложенных на неё капитаном обязанностях. Какая работа, они же так давно не виделись! – Ребята, вы здесь!

- Кучики-сан! – Орихиме стояла к ней ближе всех и потому первой обняла шинигами, радостно вскрикнув. – Мы так соскучились по тебе, Кучики-сан!

- Кучики-сан? – недоумённо произнёс Урью, встретившись взглядом с Садо. С Кучики они не встречались несколько месяцев – ровно столько, сколько прошло времени после победы над капитанами-предателями и возвращением к прежней мирной жизни. Собственно, квинси уже полагал, что девушку они больше не увидят: в самом деле, что ей делать в Каракуре без Ичиго? И сейчас парень ощущал себя крайне неловко, увидев, что шинигами всё-таки вернулась.

После нескольких минут объятий, которые растрогали Орихиме и саму шинигами до слёз, девушка, наконец, смогла перевести дух и перебраться с друзьями на скамейку ближайшего парка. Боги, как же ей их всех не хватало! Рукия, улыбаясь, утирала слезинки и тихонько вздыхала от заполонившей сердце тоски, давно утихнувшей, но вернувшейся с новой силой, как только лейтенант вспомнила, что такое простое человеческое счастье. Сразу столько всего хотелось им рассказать, о многом спросить... Как они здесь? Смогли ли снова подружиться с Ичиго, и как там поживает этот рыжий идиот? Как дела у Урахары, не истрепался ли ещё Кон? Рукии пришлось всё это надолго вычеркнуть из своей жизни, и она уже почти привыкла к мысли, что навсегда, а теперь старалась наверстать упущенное. Восторженная и совершенно счастливая Иноуэ с радостью делилась всем, что у них случилось в последнее время: в школе появился новенький, очень похожий на капитана Хицугаю, Урахара-сан недавно весь день скрывался от Йоруичи-сан, потому что чем-то умудрился её разозлить, они втроём успешно борются с Пустыми, помогая шинигами. Кучики постоянно перебивала бывшую подругу, задавая всё новые вопросы, а парни же больше молчали, конечно, болтавшие почти без умолку девчонки не давали им вставить и слова!

Правда, когда спрашивать стали, в основном, её, Кучики немного растерялась и потому занервничала. А что рассказывать? По сравнению с насыщенной, яркой жизнью этой троицы из Генсея, Рукия в Сейрейтее влачила весьма жалкое и скучное существование. Ну разве им будет интересно, как правильно составить отчётность? Или как построить отряд, настроившийся на отдых, пока капитан в госпитале, и отправить на полигон? Девушка в очередной раз с необычайной остротой позавидовала своим друзьям, сожалея, что она шинигами.

- Кучики-сан, - пока квинси рассказывал благодарной слушательнице об их безуспешных попытках вновь подружиться с Куросаки, Иноуэ, сидевшая рядом с Рукией, несколько минут рассматривала повязку на её руке, и, в конце концов, решилась: - А что это у тебя?

Осекшийся посередине очень длинного предложения Ишида и Ясутора, сказавший до этого слово или два, в недоумении посмотрели, на что указывала девушка. После короткой заминки Урью, поправив очки, пояснил:

- Это лейтенантский шеврон, Иноуэ-сан. Его могут носить только фукутайчо.

- Кучики-сан, так ты теперь лейтенант?!

Восхищению Орихиме не было предела, и напрасно Рукия пыталась объяснить, что должность фукутайчо, второго офицера после капитана, совсем не такая интересная, как думала Иноуэ. Наоборот, быть лейтенантом гораздо хуже и сложнее, чем обычным подчинённым в отряде, ведь просто так уже не вырваться из казарм, нужно сидеть в офисе и возиться с целой кучей бумаг. В первые дни, когда Кучики только-только назначили фукутайчо и на её голову тут же свалились тонны не разобранных документов, они никак не могла понять – и вот к этому так рвался Ренджи?! Ками-сама, да он самоубийца!

- А… Кучики-сан, можно тебя кое о чём спросить?

Рукия, закончившая рассказывать одну из отрядных небылиц, не ожидала такого резкого перехода. Только что Иноуэ смеялась в полный голос, но вдруг притихла, смутилась и опустила голову, поджав губы и не зная, куда девать взгляд. Кучики показалось даже, что и на улице как-то стало пасмурней, и нехорошее предчувствие зашевелилось под сердцем, сковывая его. Однако... каким бы ни был этот вопрос, уйти от него – значит, может быть, предать своих друзей, которые в неё верили...

- Да, конечно, - улыбнулась лейтенант, не выдавая своей тревоги.

- Ты скучаешь по Куросаки-куну?

Скучает ли она? Да разве... Но как бы... Когда ей было скучать? За всеми хлопотами с отрядом, с болезненным капитаном, ушедшим в загул Ренджи и всеми другими делами, когда бы девушка смогла вырвать чуть-чуть времени? И, самое главное, для чего? Для того, чего в её жизни давно уже не было.

2010-03-23 в 21:53 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Однажды Рукия с ужасом поняла, что не помнит, когда перестала думать только об Ичиго. Тогда фукутайчо вычитывала какого-то новичка, который рассыпал любимый зелёный чай Укитаке-тайчо, и с её губ невольно сорвалось сравнение с одним рыжим придурком. Кажется, провинившийся шинигами воспользовался ситуацией и сбежал, а Кучики, потерянная и ошеломлённая, едва не расплакалась, ощущая себя предательницей. Но новый приступ боли, в конце концов, даровал понимание и свободу: их пути не должны были сойтись воедино, они просто пересеклись на время, а потом снова разошлись. Куросаки не нужен проводник, и Рукия тоже справится одна, она это твёрдо знала... Предназначенный ей человек... он близко, но просто боится дотянуться, как и сама Кучики робеет признаться, прежде всего, себе.

- Немного, Орихиме, немного, - губы всё равно расплылись в нежной, чуточку грустной улыбке. Осознав потаённый смысл вопроса, девушка, поколебавшись, решилась сказать правду – пусть и такую, которую не все бы смогли понять.

Глава 3.5. Лёд снова в огне.


Кажется, всё началось тогда, когда появился приказ о назначении рядовой Кучики лейтенантом тринадцатого отряда. Такое неожиданное повышение настолько потрясло Рукию, что её первой мыслью было отказаться: в самом деле, эту должность заслужили Коцубаки или Котецу, но никак не она! Да Рукия не тянула на звание фукутайчо даже по своей физической подготовке или уровню владения шикаем... не говоря уж о банкае, который был у некоторых вторых офицеров! Это признавали все, а в первую очередь сама новоиспечённый лейтенант. И по отношению к своим помощникам Укитаке-тайчо поступил совершенно несправедливо; неужели он принял во внимание заслуги старшего брата и решил, что его сестре хватит уже засиживаться среди обычных солдат?

Однако так же неожиданно на сторону непосредственного командира младшей Кучики встал нии-сама; его равнодушное «Тебе следует принять это назначение» окончательно склонило чашу весов в пользу Укитаке-тайчо. Рукии пришлось привыкать к лейтенантскому шеврону.

Она не решилась сразу рассказать о случившемся Ренджи. Абараи после возвращения в Сообщество душ из Генсея практически понизили в должности: Бьякуя подал прошение Главнокомандующему, однако красноволосый удержался благодаря какой-то счастливой случайности... какой – Рукия не знала и боялась спрашивать. С коллегой (как тяжело называть старого друга коллегой!) пришлось объясниться, когда они столкнулись на собрании лейтенантов. Выслушав её сбивчивый рассказ, Ренджи сумрачно кивнул, буркнул что-то поздравительное и удалился, оставив девушку растерянно моргать глазами. Что это было? Когда Абараи стал фукутайчо, Рукия искренне радовалась за него, а он даже не улыбнулся!

Без поддержки близких и друзей новая работа оказалась слишком сложной. Тут девушке сложно было переоценить свои силы: ну, какой из неё лейтенант? Та же Мацумото-фукутайчо или Кира-фукутайчо – с ними Рукии было не сравниться, об остальных лучше и не вспоминать. Несмотря на помощь командира, Кучики чувствовала себя не в своей тарелке, присутствуя на собраниях лейтенантов или участвуя в смотрах. Не её это место… не её.

Очередным одинаковым утром, когда капитан чувствовал себя настолько хорошо, что решил принять посильное участие в работе с бумагами, Рукия заполняла какой-то безумно длинный и скучный отчёт. Укитаке-тайчо сидел напротив и тоже что-то писал, правда, через несколько минут он отложил кисть и положил подбородок на ладонь, наблюдая за своей непосредственной подчинённой.

- Рукия-чан, - в отсутствие посторонних мужчина продолжал обращаться к девушке неофициально. - Я подумал, что ты, наверное, умаялась за документами… - Кучики удивлённо приподняла голову, ожидая подвоха: уж слишком невинной была улыбка командира: - Что ты скажешь о тренировке?

- О, тренировка? – первой мыслью было «Он решил покончить с собой?» Слова «Укитаке-тайчо» и «тренировка» не вязались между собой, Унохана-тайчо строго-настрого велела коллеге поберечь себя хотя бы ещё месяц-два, а лучше три или четыре. Наверное, шок и изумление очень явно читались на лице Кучики, потому что тайчо, замахав руками, рассмеялся и поспешно пояснил:

- Ну что ты, конечно, не со мной! – Рукия немного успокоилась, но только на пару секунд. Если не с Укитаке-тайчо, с кем же тогда?!

Однако капитан так и не сообщил ей ничего, загадочно улыбаясь, зато заполучил согласие, которое девушка дала скрепя сердце. А вдруг капитан собирался привести её на полигон к нии-сама? Он мог, и ведь тогда не откажешься!.. Но когда же Кучики, наконец, сообразила, куда они направлялись, то испугалась ещё больше. Уж лучше в шестой отряд, только не в десятый!

Если раньше говорили, что встреча с Кучики Бьякуей - настоящее испытание, за которое и должность капитана давать можно, то теперь этот «почётный» титул получил джубантай тайчо. В Сейрейтее очень многие говорили, что он собирался уйти, но сетайчо не отпустил, мотивируя отказ тем, что людей не хватает, и потеря ещё одного командира обрушит оборону Готей 13. Хицугая-тайчо остался... но вот количество шинигами, захотевших перейти на службу из десятого в другие отряды, вдруг резко увеличилось, из-за чего пошло гулять множество слухов. Мацумото-фукутайчо, конечно, их решительно пресекала, но это не мешало ей во время лейтенантских попоек (куда тайком приходила Рукия, и где ни разу не появился Ренджи) жаловаться на агрессию и жёсткость своего командира. Оно и понятно… после того, что случилось в небе над Каракурой, другого ожидать было сложно.

Девушка позорно пряталась за спиной Укитаке, пока тот разговаривал с миниатюрным коллегой, но, в конце концов, Рукии пришлось выбраться из своего убежища и выдержать проверку тяжёлым взглядом капитана, смотревшего на неё сверху вниз. Бирюзовые глаза, холодные и безжалостные, пронизывали насквозь, а сдвинутые к переносице белые брови делали Хицугаю (который вроде бы прежде выглядел младше Кучики) намного старше, грубее и... бесчеловечней? Или нет, тайчо походил на более молодую и обозлённую копию нии-сама? По крайней мере, сейчас он рассматривал лейтенанта без малейших признаков эмоций – уже лучше, не то бы Рукия вовсе дрожала от страха; и хотя у неё с тайчо были зампакто одного типа, Кучики отчётливо почувствовала, какая холодная у капитана реяцу. Нет, не холодная, ледяная, ужасная... на ум больше не приходило никакого другого слова, как «мёртвая». Не знай, девушка, кто стоит перед ней, она бы никогда не подумала, что эта духовная сила может принадлежать шинигами.

- Хорошо, - отрубил Хицугая, резко отвернувшись от фукутайчо. Минута показалась Рукии целой вечностью, она не знала, куда девать глаза, на что смотреть, взгляд сам по себе снова возвращался к пустому левому рукаву капитанского косоде. – Сегодня вечером вас устроит, Укитаке-тайчо?

Всё оказалось в сотню, нет, в тысячу раз хуже! Вечером у Укитаке-тайчо появились дела, и Кучики, отгоняя мысли о предательстве начальника, осознала, что тренироваться с Хицугаей-тайчо придётся один на один. Всю дорогу девушка малодушно помышляла о том, как бы сбежать, а потом придумать какую-нибудь отговорку про важное событие для клана, но чувство долга не позволило ей так поступить. В конце концов, командир очень старался, и у капитана Хицугаи могли быть свои дела, которые он отложил из-за просьбы коллеги!

У ворот на территорию десятого отряда девушку встретил один из офицеров и, низко кланяясь представительнице семьи Кучики, провёл её на полигон. Рукия тщетно пыталась подавить дрожь: когда подчинённый капитана, отчитавшись перед стоявшим к ним спиной начальником, поспешно удалился, лейтенант осталась наедине со старшим по званию. Но её словно не заметили, джубантай тайчо повернулся к своей партнёрше по спаррингу только через пару минут, как только солнце окончательно зашло и на Сейрейтей опустились сумерки. В отсвете фонарей с далёкого офиса отряда Хицугая выглядел ещё более устрашающим и мрачным – Рукия невольно сравнила его со страшным аррранкаром; он оглядел девушку с головы до ног (Кучики показалось, что она от этого взгляда промёрзла насквозь), тихо вздохнул и приказал:

- Выпускайте шикай, Кучики-фукутайчо.

Отмерев, Рукия хотела возразить, но запнулась и покорно потянула зампакто из ножен. Вот идиотка, надо же было подумать о тайчо, как о калеке, с которым нельзя драться! Умей он читать мысли, так бы точно заморозил её на месте за подобное оскорбление! Пусть и с такими ранами... всё равно, Хицугая-тайчо во много раз сильнее Кучики, и она ещё до начала спарринга знала, каким будет исход боя. Но подвести своего командира лейтенанту нельзя, потому шинигами встала в боевую стойку и вскинула катану, готовясь к атаке.

Капитан десятого отряда, не сменив позы, только немного наклонил голову, выжидательно глядя на фукутайчо, и Рукия, наконец, решилась:

- Маэ, Соде но Сираюки! – она напрасно старалась угадать хоть какую-то реакцию тайчо на собственные действия. Тот не двигался, как будто присматривался и решал, какой шаг предпринять… Ками-сама, какие глупости, он ведь может одним ударом всё...

- Чего ты ждёшь? – наконец, яростно спросил капитан, и девушка вздрогнула всем телом, белая лента её зампакто тоже дёрнулась, продемонстрировав страх Кучики перед стоявшим напротив шинигами. – Атакуй!

После такого хриплого полуокрика-полурыка совсем сбитая с толку Рукия повиновалась:

- Соме но Май: Цуки Широ!

Белый круг льда не должен причинить много вреда тайчо, зато лейтенант бы получила маленькое преимущество во времени и поняла, до какой степени серьёзно настроен её противник. Он почему-то не спешил ничего предпринимать (хотя должен был видеть все действия Рукии); девушка позволила себе крамольную мысль, что ей удалось поразить капитана, и немного расслабилась.

2010-03-23 в 21:53 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Но за какую-то долю секунды до того, как ледяной столб должен был поглотить противника, Хицугая-тайчо внезапно очутился рядом с Рукией, вырвавшись из радиуса атаки. Молниеносно выхватив зампакто из ножен, капитан снизу вверх ударил по белому клинку; девушку, у которой из груди выбило весь воздух, что она не смогла и вскрикнуть, отбросило на несколько десятков метров. Перевернувшись в воздухе, ослеплённая болью Рукия тяжело рухнула на полигон, проехавшись по земле и камням, и тут же оперлась на локоть, чтобы подняться, но упала обратно. Всё тело болело адски, каждая клеточка стонала и плакала кровавыми слезами; девушка на какой-то миг потеряла сознание, а, очнувшись, хрипло и жадно втянула в себя воздух. Кучики лежала на спине, глядя в тёмное небо, на котором уже зажигались звёзды, - перед нёй они расплывались светлыми пятнами и кружились в чудесном танце... Так больно, кажется, что её уже убили... и дышать – страшная пытка... «Ками-сама, только один удар, а я уже не могу пошевелиться! Как будто снова – бой насмерть, сил больше не осталось, и небо Уэко Мундо такое же чёрное и безмолвное». Но в Уэко на помощь Рукии пришёл нии-сама, а тут, хоть расплатой за поражение не будет смерть, Кучики нужно выстоять самой.

Лейтенант лежала, не шевелясь, и Хицугая, выждав ещё пару минут, медленно приблизился, чтобы проверить, сможет ли девушка встать самостоятельно или нужно вызывать медиков из четвёртого отряда.

В наступивших сумерках нависшая над Кучики тёмная фигура походила на страшного демона, только с виду похожего на человека и шинигами. Его выдавали глаза: ярко-бирюзовые, такие, каких у простых людей быть не может, злые, жестокие, ничего не скрывавшие. Рукия как будто заглянула к подошедшему капитану в душу... и не увидела там ничего, кроме неприкрытой ненависти.

- Если дальше будешь так сражаться, убить тебя сможет и жалкий Пустой, - жёстко произнёс он, тронув носком варадзи снежно-белую катану, лежавшую в нескольких миллиметрах от пальцев девушки. Похоже, у неё не осталось сил, и чтобы дотянуться до собственного оружия...

Лейтенант под стать своему капитану – такая же слабая и никчёмная! За какие заслуги их до сих пор держат в Готее? Тооширо никогда не питал особого сочувствия к этой девушке, которая и собственное сегодняшнее положение получила только потому, что у неё был такой брат, как Бьякуя! Она не добивалась всего сама, не лежала там, на руинах фальшивой Каракуры, а стоило ей попасть в беду, на помощь всегда мчался личный защитник - временный шинигами!

- И никакой «самый красивый зампакто всего Сейрейтея» тебя не спасёт. Поднимайся, Кучики-фукутайчо.

Та обессиленно прикрыла глаза, пытаясь подчиниться приказу, но тело отказывалось повиноваться. «Ксо... я должна... Чёрт возьми, я должна!» Давно уже никто из шинигами, кроме Ичиго и Каена-доно, не обращался с ней так грубо. Рукия привыкла к тому, что все боялись Кучики-тайчо и потому трепетали перед его младшей сестрой, и хотя поначалу её это раздражало и злило, то вскоре девушка свыклась со своим положением. Нет, она не ждала такого обращения ото всех, но ведь её противник – капитан, который должен соблюдать правила общения между офицерами всех отрядов! Хицугая-тайчо, похоже, не думал, что ему следует придержать свою силу (хоть он и сражался одной правой рукой), чтобы не ранить чужого лейтенанта... да ещё и девушку... да ещё и Кучики. «Что же... – пальцы легонько коснулись клинка, и холод верного зампакто заставил Рукию воспрянуть духом. – Значит, мне тоже придётся сражаться всерьёз».

Кое-как перевернувшись на бок, девушка закашлялась и сплюнула кровь. Если сейчас она не встанет, последуют открытые обвинения в сторону Укитаке-тайчо, который «видимо, взял к себе лейтенанта из жалости». Да, это была правда... Рукия сама всё прекрасно понимала, но ксо, тайчо должен говорить подобные слова коллеге в лицо, а не бить вот так, по-предательски в спину! Командир всегда был добр к Кучики и много для неё сделал, оказав ей неоценимую поддержку в последние месяцы. Он рискнул собственной жизнью, чтобы не позволить своей рядовой умереть на холме Сокиоку! Такое доверие... нельзя не оправдать.

«Укитаке-тайчо, это будет бой за вашу гордость».

Её противник слегка приподнял брови, удивляясь, что девушка ещё в состоянии сражаться; Кучики стиснула зубы и сжала Соде но Сираюки изо всех сил, словно это помогло бы ей удержаться на ногах. Шинигами пошатывало, и каждое движение давалось с большим трудом, но когда Рукия поняла, что сейчас не тренировка, а настоящая битва, поняла, за что сражается, ей внезапно стало легче. Спина и плечи болели просто адски, горло саднило, и девушка не могла вдохнуть полной грудью; по лицу текла кровь из разбитой брови, но лейтенант вытерла её грязным кулаком и выпрямилась, встретившись гордым взглядом с глазами своего противника.

- Вперёд, - Хицугая вытянул руку в сторону, как бы делая приглашающий жест и показывая, что он полностью открыт.

Только в этот раз Кучики не торопилась и не собиралась необдуманно бросаться на тайчо, надеясь на свой зампакто и чуточку везения. Уровень противника не тот для таких надежд... нет, пусть капитан посмеётся над её медлительностью, но сейчас его очередь отфыркиваться от комьев земли и песка и подниматься из последних сил!

Так, если попытаться нанести простой удар, ничего не выйдет… именно этого Хицугая-тайчо и ждёт. Но что же тогда ему противопоставить? Наверняка он знает все её атаки и легко вычислит возможную тактику, однако просто сдаться Кучики не имела права и поэтому продолжала стоять на месте, ища лазейку в обороне соперника.

- Медленно, - бросил Тооширо, когда лейтенант, наконец, сорвалась в его сторону, занося катану. Пусть бы шунпо использовала – тогда у Кучики появился хоть какой-то шанс застать тайчо врасплох, а так всё видно, можно не торопиться с защитой. Однако... в какой-то степени... упорство этой фукутайчо заслуживало внимания.

Удар показался ему похожим на укус комара: только зампакто зазвенели, соприкоснувшись; Хицугая легко удерживал Хьёринмару, не прилагая особых усилий, чтобы остановить девушку. Рукия видела эту нарочитую небрежность, спокойствие и равнодушие в действиях и словах тайчо, и они злили девушку ещё больше; её бешенство и ярость не помогут преодолеть гигантскую разницу между ними, но хотя бы... Для фукутайчо это стало последней каплей, и Кучики постаралась вложить в свою атаку все силы, что у неё оставались. Но всё бесполезно: у девушки начали дрожать руки, а катана с каждой секундой становилась всё тяжелей и тяжелей, ещё немного – и Хицугае не пришлось бы наносить удар, Рукия могла сама уронить оружие. Слишком сложно, оказалось, устоять, пытаясь сломить защиту тайчо, который, собственно, почти и не защищался.

Лейтенант склонила голову, уткнувшись взглядом в плечо своему противнику, и со стороны её жест можно было расценить, как поражение. Однако Кучики, быстро сообразившая, что пренебрежительное отношение капитана к ней и есть его самое слабое место, вовремя смогла увидеть, как Хицугая-тайчо начинает поднимать руку. Мышцы под косоде напряглись, и в момент, когда тот уже собирался отшвырнуть Рукию через всю площадку, она резко отпрянула назад, собрав в кулак волю и остатки сил, чтобы сделать всё максимально быстро. Подпрыгнув, лейтенант нагло использовала плечо капитана в качестве опоры и, оттолкнувшись от него ладонью, взлетела в воздух, одновременно перевернувшись. Всё это заняло какую-то долю секунды, и Хицугая только успел повернуть голову следом, как девушка указала острием зампакто ему в спину:

- Цуги но Маэ: Хакурен!

Полоса из кристально белого льда захватила капитана, скрыв его от глаз Кучики; приземлившись, она вновь вскинула зампакто, глубоко дыша, готовясь отступить или броситься в атаку. Что теперь? Какое же томительное ожидание, секунды текли, но противник не двигался, и Рукия стояла в растерянности, позабыв об усталости и собственных травмах.

У неё перехватило дыхание, когда осколки льда Соде но Сираюки брызнули во все стороны, поднявшись в небо сияющим и сверкающим облаком. Вырвавшийся на свободу великолепный голубой дракон с рёвом рванулся в высоту, приковывая к себе взгляд.

- Хьёринмару… - восхищённо прошептала Рукия, не в силах оторваться от прекрасного зрелища. Причудливое соединение чистого белого и нежно-синего льда настолько поразило лейтенанта, что она не могла думать ни о чём больше – только о том, как похожи острые колкие льдинки на драгоценные камни, на неземной красоты распустившийся цветок из фантастического мира. Потому-то Кучики, совершенно позабывшая про бой, не сразу увидела, что другой дракон бросился на неё, повинуясь приказам хозяина.

- Хадо но санджуичи: Шаккахо! – времени, чтобы произнести заклятие, ей хватило в обрез: огненный шар на удивление легко разметал ледяной луч всего лишь в метре или полутора от неё, и в тот же миг из-за клубов дыма и мелких льдинок, одна из которых порезала Кучики щёку, вылетел Хицугая.

Тооширо видел, как в испуге расширились фиолетовые глаза фукутайчо, когда она поняла, что не сможет ни сбежать, ни уклониться. Обманный манёвр – он занёс зампакто, делая вид, что обрушит удар сверху, Кучики в свою очередь подняла катану для защиты, открывшись, и Хицугая, на несколько секунд отпустив Хьёринмару, легко положил ладонь ей на солнечное сплетение:

- Бакудо но хачи: Секи!

2010-03-23 в 21:54 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Лейтенант, парализованная заклинанием, упала на землю, наверное, даже не осознав, что случилось, а Хицугая спокойно убрал зампакто в ножны. Белый Соде но Сираюки оказался не таким холодным, как подобает быть льду; конечно, оружие всегда соответствует владельцу. Эта девчонка... слаба и ничтожна, ей никогда не подчинить себе ледяную стихию, потому она и лежит на земле в разодранной одежде, связанная невидимыми путами. Самого капитана не оцарапало, практически не задело: ледяной луч только оторвал от косоде левый рукав, но обрывки ткани закрывали шрамы на плече... хотя такие мелочи Тооширо всё равно мало волновали.

- Если не можешь нормально сражаться, то тебе нечего делать среди шинигами. С зампакто нужно уметь обращаться, тем более, со льдом. Чужими силами его не покорить, - уничижительно произнёс капитан, стоя над поверженной противницей. Похоже, эта отвратительная тренировка, наконец, закончена; он проверил уровень фукутайчо и вновь убедился в собственной правоте относительно того назначения.

Хицугая изначально не собирался принимать предложение Укитаке-тайчо по поводу спарринга с его лейтенантом. Кучики всегда была слишком изнеженной: сначала её опекал брат, потом ещё и риока, а сама она – никудышна и беспомощна, достаточно один раз махнуть катаной, и девчонка свалится со смертельной раной. Разве такие слабые шинигами достойны жить дальше и процветать?

Однако Тооширо всё-таки согласился на тренировочный бой... не догадываясь даже, какие чувства руководили им в тот момент. Сейчас же реяцу пульсировала, в висках стучала кровь, и ярость снова застлала глаза. Парню казалось, что сквозь шум бешено бьющейся духовной силы прорежутся крики капитанов и полный надменного презрения голос Айзена. Он всегда возвращался мыслями в тот бой – всегда, когда приходилось брать в руки Хьёринмару и атаковать; и каждый раз Хицугая загорался надеждой, что, наконец, сможет отомстить, но приходил в себя и понимал, что вновь обманулся.

Опомнившись, парень тряхнул головой, прогоняя видение, и уставился на распластанную на земле шинигами, которая уже и не пыталась выбраться. Стоп... что же он сделал?! Неужели злость настолько завладела им, что тайчо принял лейтенанта за давно уничтоженного предателя?! Нет, этого быть не могло, Тооширо ещё не сошёл с ума!

Хицугая резко отвернулся и зашагал прочь, испугавшись, что не совладает с собственными эмоциями. Но слишком тяжело отвлечься, и недопонимание, обида вновь заполонили его разум. Почему эта Рукия всё ещё здесь, в Сейрейтее, а Хинамори переродилась в мире живых? Почему?! Почему Айзен выбрал своей жертвой не её?! Не девчонку из богатой семьи, смерть которой стала бы куда большим ударом, а Момо – маленькую, беззаветно любящую и такую дорогую для Тооширо! С силой сжав кулак, он пытался сдержать крик отчаяния. Вот, перед ним только что была та, которой в Готее и делать нечего, которой лучше жилось бы в Генсее, она же так туда рвалась! Только даже если поступиться всем – долгом, честью, гордостью – всем! – смерть Кучики не вернёт сюда Хинамори...

Вспышка реяцу за спиной заставила джубантай тайчо остановиться. Судя по ощущениям в духовной силе, Кучики только что разорвала бакудо. Дура... неужели всё равно хочет сражаться? Тооширо не знал, что будет, если бой продолжится, он мог вновь перестать контролировать себя и дать волю той ярости, что в небе Каракуры разорвала его жизнь на «до» и «после».

- Хватит, ты не держишься на ногах, - грубо произнёс тайчо, положив руку на Хьёринмару. Кучики не такая законченная идиотка, она должна понять, что дальше будет не сражение, а избиение! Но в глазах девушки были решимость и желание пойти до конца, каким бы он ни был, и Хицугая в глубине души хотел того же, не взирая на возможные последствия. – Хорошо. Ты сделала выбор.

***

После «тренировки» Рукия пролежала три дня в госпитале, а потом ещё неделю дома. Раны, по словам Унохана-тайчо, у Кучики были такие, словно она сражалась с арранкаром из Эспады, но на вопрос, как вышло, что в ходе спарринга лейтенант оказалась так изранена, Рукия не сказала правды ни ей, ни брату. Раны... что раны? Тело шинигами восстанавливается быстро благодаря духовным частицам в воздухе и лечебным техникам четвёртого отряда, физические повреждения девушку не волновали. Фукутайчо проиграла бой за гордость... что же она за лейтенант, если не может отстоять честь своего капитана, когда должна идти за ним в огонь и воду и защищать ценой собственной жизни?! Что же делать? Подать рапорт и отказаться от этой должности?

Она лежала в одиночной палате (койку по её же просьбе поставили возле окна), когда пришёл Укитаке-тайчо. Страшно подавленный капитан с порога начал извиняться, говоря, что и предположить не мог подобное развитие событий. Его нельзя было ни проигнорировать, ни повернуться лицом, потому что Кучики боялась признаться, что подвела начальника. Тайчо хотел, как лучше, он не знал, что его коллега может избить во время спарринга чужого лейтенанта до такой степени, что придётся вызывать группу медиков прямо на тренировочное поле!

- Я вынесу этот вопрос на обсуждение совета капитанов, - серьёзно сказал ей виновато понурившийся Укитаке, присев на стул возле кровати. – Такой проступок нельзя оставить безнаказанным, Хицугая-тайчо мог и...

Перечисления всего того, что мог натворить джубантай тайчо в приступе гнева, Рукия не слышала. В конце концов, за что его наказывать? Кучики сама захотела продолжить битву, не смогла отступить и признать своё поражение, пусть и под угрозой... ну да, фактически смерти! Девушка всегда боролась до последнего, потому они с Ренджи и выжили в Руконгае, и гордость не позволила ей сдаться!

- Нет, - капитан осёкся и, чуть удивлённо приподняв брови, посмотрел на подчинённую. Он как раз говорил о том, что Тооширо-кун стал слишком жестоким, и Главнокомандующему нужно принимать меры, иначе последствия будут ещё хуже. Тот, кто попадётся Хицугае под горячую руку в следующий раз, может не отделаться так легко, как Кучики. – Я виновата в том, что произошло на тренировке. Я не сумела вовремя защититься от атаки Хицугая-тайчо, поэтому и получила серьёзные ранения. Это больше не повторится, Укитаке-тайчо, - девушка старалась говорить спокойно и отрешённо, как будто в случившемся действительно не было ничего ужасного. С чего бы вдруг Рукия защищает своего обидчика? Джууширо в сотый раз укорил себя за непредусмотрительность и с тревогой продолжил вглядываться в личико подчинённой, пытаясь понять, что же в действительности произошло на тренировке

А в её душе бушевал пожар. Рукия сама не понимала, почему стала выгораживать человека, который мог её убить... то есть хотел убить. Наверное, капитан счёл тогда, что девушка не услышит, но фукутайчо всё же разобрала в его бормотании сквозь зубы слово «Ненавижу». И если командир одного из отрядов Готея готов прикончить своего соратника, почему он должен избежать наказания?! Нет, его нужно, обязательно нужно наказать, отправить в Башню Раскаяния или на Сокиоку, чтобы он пережил всё то, что и Рукия!

Но другая её часть кричала, что так нельзя, что будет только хуже, и Кучики разрывалась, не зная, какое решение правильное. Она чётко знала лишь то, что солгала не из-за страха перед силой Хицугаи и не из-за того, что в отместку её могли убить. Тогда почему? Этого девушка не могла осознать и молчала, ища ответ.

Укитаке-тайчо, не проронив ни слова, сложил руки на груди, изучая лейтенанта внимательным и чуть-чуть растерянным взглядом. Словно очнувшись, девушка поёжилась, и тайчо, наконец, тихо вздохнул и спросил:

- Ты ведь проиграла бой?

Рукия кивнула, опасаясь подвоха, и осторожно села на постели, чтобы не смотреть больше на командира снизу вверх. Она испытала страшное унижение после сражения с джубантай тайчо, глядя, как он спокойно удаляется, оставив её лежать на холодной земле, и даже рядом с капитаном Укитаке это мерзкое ощущение возвращалось. Ключевое слово, наверное, «капитан»...

- Я собираюсь тренироваться дальше сама, - быстро добавила лейтенант. Если тайчо считает, что Кучики слаба, значит, ей следует заниматься! Это вызов, правильно, вызов ей! – Как только выйду...

- Нет, Рукия-чан, - мягко улыбнулся Укитаке, и его карие глаза засияли мягким, тёплым светом. – В той битве победила ты. И не спорь, - настойчиво сказал мужчина, пресекая все попытки возражения. Он выглядел уже чуть менее виноватым, как будто понял что-то, что должна была осознать и Рукия. - Хоть я и не был тогда с вами, но знаю, что это именно так. Дело не в том, кто оказался в госпитале, а кто ушёл без единой царапины; дело в душе.

- Я не по... – медленно начала Рукия, но тайчо поднялся, слабо улыбаясь, и отеческим жестом потрепал её по волосам:

- Поправляйся, Рукия-чан! Если пожелаешь, я похлопочу, чтобы Хицугае-тайчо не досталось слишком уж сильно... О бумажной работе не волнуйся, я найду, кому её передать, ты пока лучше отдохни, сколько нужно, хорошо? Учти, если попробуешь прийти на службу, я тебя не пущу и всё расскажу Бьякуе!

Угроза в исполнении капитана не производила должного впечатления: Укитаке-тайчо не казался способным на такую подлость, но девушка промолчала. Дверь за посетителем закрылась, снова оставив Кучики одну наедине с её тяжёлыми мыслями. Ни ответа, ни зацепок, только новые вопросы... Почему тайчо сказал, что Рукия победила, если всё наоборот, и что он имел в виду, говоря о душе? Девушка забралась под одеяло, отвернувшись к стене, понимая, что, по крайней мере, сейчас ей не суждено найти отгадку.

Одно хорошо, тайчо пообещал, что капитана Хицугаю не накажут слишком строго. Он ведь всё-таки не виноват, что в его жизни разыгралась подобная трагедия и никто не пришёл на помощь.

2010-03-23 в 21:54 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
***

Как потом выяснилось, промолчать в ответ на вопросы нии-сама о злополучной тренировке было ещё полбеды. Куда сложнее, оказалось, объяснить ему – опять-таки общими путаными фразами – почему это Рукия вдруг так резко захотела заниматься в додзе в их поместье. Девушка никогда прежде особо не стремилась к домашним тренировкам, предпочитая залы тринадцатого отряда; однако Кучики ничего не хотела пока говорить Укитаке-тайчо, и ей пришлось искать новое место для занятий. Что бы она ответила, поинтересуйся старший брат причиной неожиданного рвения? Рукия, подыскивая себе возможные оправдания, предпочитала не думать, что он и так мог обо всём догадаться без всяких объяснений. Но, на счастье лейтенанта, Бьякуя-нии-сама только мельком взглянул на неё и почти незаметно кивнул головой, давая своё разрешение.

«Ичиго никогда не сдавался… Потерпев первое в своей жизни поражение, он набрался сил и, в конце концов, одержал верх. И я должна, я не могу подвести его и капитана Укитаке».

Она не задумывалась над тем, что по мере занятий имя Ичиго в этой своеобразной клятве упоминалось всё реже и реже, а потом и вовсе исчезло, сменившись именем капитана десятого отряда. Хицугая-тайчо мог считать себя победителем, но Рукия теперь знала, что это не так, и уверенность придавала шинигами сил, заставляя вновь и вновь отрабатывать владение мечом и шикай. Разница между ними впечатляла, и Кучики до сих пор помнила тот ужас, который внушала ей реяцу тогдашнего партнёра по спаррингу, холод, веявший от него, спокойствие и безразличие – как будто он дрался с врагом, во много раз слабее его. Панический страх перед ним прошёл, как только Рукия узнала, что благодаря Укитаке-тайчо его молодому коллеге сделали лишь строгий выговор и назначили какое-то особенно тяжёлое дежурство. У девушки отлегло от сердца: несмотря на полученные ранения, она думала, что и сама была виновата в случившемся... а все считали её несчастной жертвой.

Теперь Кучики тренировалась с большим усердием. Рукия невольно сравнивала капитана с Ичиго, прокручивала в голове поведение рыжего балбеса и свою реакцию на него, чтобы понять, сможет ли она что-либо противопоставить тайчо, кроме усиленных атак? Ему не нужен зампакто, чтобы заморозить всё вокруг, достаточно одного только взгляда; под воздействием такой духовной силы Рукия могла лишь только преклонить перед ним колени и не поднимать головы. Тогда ею руководили инстинкты и гордость, но нельзя же постоянно полагаться на них! Если бы Кучики могла понять, что имел в виду Укитаке-тайчо... Ками-сама, тогда, конечно, стало бы намного легче! Душа жаждала реванша, нового боя, однако с такими успехами Рукия не могла надеяться, что в следующий раз выстоит.

С джубантай тайчо, слава Богам, они больше не встречались: казармы отрядов находились на достаточном расстоянии друг от друга, а передать какую-нибудь информацию можно было и через офицеров или через Мацумото-фукутайчо. Отсутствие рядом угрозы успокаивало и убаюкивало бдительность – если лейтенант в первые дни после выписки из госпиталя вздрагивала от малейшего шороха, позже она почти позабыла о пережитой смертельной опасности.

Когда в больнице после очередного приступа оказался уже капитан Укитаке, его фукутайчо пришлось выбраться из офиса и направиться к расположению восьмого отряда. В отсутствие начальника требовалось заполнить документацию касательно бюджета, но предоставить Рукии консультацию, как это делается, увы, никто не мог. Кийоне и Сентаро, как назло, лейтенант ещё утром отправила на патрулирование Руконгая, а остальные офицеры отряда подобные отчёты и в глаза не видели! Просидев над планом полчаса и поняв, что сама она не справится, девушка не придумала ничего лучшего, как отправиться за помощью к Исе-фукутайчо: уж та-то точно знала, что и как писать.

- О, Рукия-чан! – Кучики преодолела только половину пути, когда из-за поворота на улицу, ведущую к офису восьмого отряда, вышла Мацумото и, заулыбавшись, подскочила к коллеге. – Как давно мы не виделись, Рукия-чан! – шинигами робко заметила, что виделись они вчера и что она очень торопится, но лейтенант десятого не собиралась так быстро сдаваться. – Я тоже тороплюсь, Хицугая-тайчо, наверное, сердится… - лицо Рангику омрачилось, но улыбка практически тут же расцвела вновь. – А ты что бегаешь? Капитан по поручениям загонял? – засмеялась она, легонько толкнув девушку в бок.

- Н-нет, я вообще-то к Исе-фукутайчо, Мацумото-сан, - осторожно пояснила Рукия. От Рангику-сан, если она пристанет, почти не отбиться, сколько ни ищи способа улизнуть. Если срочно не придумать какой-нибудь предлог и не смыться, её могли бы утащить и в офис Женской ассоциации шинигами, и в какое-нибудь питейное заведение (не дай Ками!). – Мне нужно решить один вопрос с бумагами и…

- С бумагами? – рыженькая девушка засияла, услышав это слово, и, кажется, загорелась очередной идеей. Рукия поняла, что допустила роковую ошибку, но уже поздно, Мацумото буквально наскочила на неё, преграждая дорогу. – Мой тайчо прекрасно разбирается в любых бумагах!

- Но я…

- А лейтенант Исе сейчас очень занята, - припечатала Рангику и, изловчившись, ухватила подругу за рукав, потащила за собой. – На ней документация не только своего, но и пятого, и девятого отрядов, да ещё и Кьёраку-тайчо загулял, так что она злая, её лучше не трогать. Пошли, пошли со мной, Хицугая-тайчо за минуту тебе всё решит!

Со стороны непосредственной Мацумото такой поступок казался добровольной помощью коллеге и проявлением взаимовыручки, однако Кучики так не думала. Представив, что она сейчас снова предстанет перед капитаном, девушка (которая вроде бы давно уже справилась с неконтролируемым ужасом при одном упоминании Хицугаи) покрылась холодным потом и начала активнее вырываться, но у Рангику оказались слишком цепкие пальцы. Упирающуюся Рукию практически доволокли до резиденции отряда, приговаривая, что «Хицугая-тайчо – просто гений», и не слушая её робкие возражения. Дотащив свою жертву до двери в кабинет капитана, фукутайчо вздохнула и, в конце концов, отпустила коллегу.

- Так-так, - поправив волосы и приосанившись (внушительный бюст опасно заколыхался), Рангику открыла дверь: - Хицугая-тайчо, я переда… А? А его здесь нет, странно.

- Ну, видимо, мне лучше в следующий раз зайти, - обрадованная таким исходом лейтенант тринадцатого отряда начала потихонечку отступать, ища взглядом выход. Небеса благоволили к ней, если уж тайчо не оказалось на месте, лучше поскорее уйти и не испытывать судьбу снова.

- Нет-нет, Рукия-чан! – замахала руками та. – Как можно! Как же ты сама тогда справишься? – не дав Кучики и слова вставить, Мацумото пригрозила ей пальцем. – А капитана Укитаке нельзя беспокоить, он и так в больничной палате!..

- Я лучше всё-таки к Исе-сан схожу!

- И потратишь зря время!

Джубантай фукутайчо задумалась ненадолго, скрестив руки на груди и наморщив лоб. С этим видом она сделала три круга по пустому кабинету, а потом неожиданно воскликнула, заставив Рукию вздрогнуть:

- Ага, вот оно! Я поняла, что нам нужно делать! Разделимся и поищем его, далеко капитан уйти не мог.

- П-почему ты так думаешь? – заикаясь, спросила девушка, перед мысленным взором которой встала уже картина очередной эпической битвы между ними, на этот раз, с Мацумото в роли свидетеля, судьи или случайной жертвы... как получится.

- Э, это профессиональный секрет! – подмигнула ей Рангику и, воодушевлённая пришедшей на ум мыслью, начала разрабатывать план действий. – Так, ты наши бараки не знаешь, ещё потеряешься… Делаем по-другому: посмотришь его на полигонах, ты там была, сориентируешься, а я буду здесь!

Возражения Кучики снова были проигнорированы, и она, повесив голову, уныло побрела в сторону тренировочных площадок, моля Ками, чтобы капитана Хицугаи там не оказалось. Ругаться можно было только на саму себя – за то, что Рукия, не подумав, ляпнула про бумаги. Мацумото-сан терпеть не могла эти скучные документы, зато её командир их просто обожал!

Полигоны в десятом отряде просто… просто… у девушки из благородной семьи не нашлось нужных слов, чтобы выразить «благодарность» проектировщику, но, припомнив своё руконгайское детство, Рукия легко подобрала парочку весьма лестных эпитетов. Наверное, виной тому, что плацы для тренировок были здесь такими огромными, являлся банкай капитана: вряд ли соседи отряда радовались бы тому, что их регулярно замораживали, оставляя пятисантиметровый (в лучшем случае) слой льда! Кучики же, побродив по пустошам с четверть часа, поняла, что вот-вот заблудится, если уже не заблудилась.

- Хоть бы какие-то указатели повесили, что ли, - сквозь зубы бормотала она, старательно обходя большую груду камней. Кажется, эти скалы Рукия видела пару раз точно, пока ходила по полигонам, но ксо, здесь все камни одинаковые!

Впрочем, оказалось, что у обширных площадок есть неоспоримое преимущество: они великолепно просматривались на большом расстоянии. Кучики оглядела практически всё, что могла, и капитана нигде не было. То есть – можно извиниться перед Мацумото-сан и с лёгким сердцем отправиться в расположение отряда номер восемь…

Наступив на тонкий нежно-голубой лёд, Рукия не поверила своим глазам. В такой пустыне?! Откуда? На выдохе из её рта вырвался пар, и слабый холодок стал покалывать руки, не прикрытые рукавами косоде. Холод? Лёд? Всё это могло взяться здесь только по одной причине, но почему тогда девушка не почувствовала реяцу капитана?!

Осторожно выглянув из-за обломков скал, фукутайчо тихо охнула и закрыла себе рот рукой, чтобы не обнаружить своего присутствия. Посреди маленькой полянки, которую издали из-за деревьев Кучики приняла за рощу, стоял Хицугая-тайчо. Лёд покрывал его спину, плечи и руку, драконий хвост стелился по промёрзшей побелевшей земле, а над капитаном, сверкая в солнечном свете, сияли синие крылья Хьёринмару. Вместо потерянной в бою над Каракурой левой руки рукоять катаны сжимала лапа ледяного дракона, и Рукия затаила дыхание, чувствуя, как её пробирает дрожь от этого зрелища. В этом секретном местечке время остановилось: все камни, деревья, трава - всё сверкало и переливалось на солнце, безмолвное, неподвижное, неживое.

2010-03-23 в 21:55 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
С резким порывом ветра, разметавшим волосы Рукии, банкай капитана разлетелся тонкими льдинками, и во внезапно наступившей тишине было отчётливо слышно, как его зампакто вонзился в землю. Хицугая рухнул на колени рядом со своим клинком, всё ещё держась за рукоять и глубоко, со всхрипами, втягивая в себя воздух. На его одежде кое-где ещё блистали крохотные кусочки льда и капельки воды, и плечи тайчо высоко поднимались в такт тяжёлому дыханию. В этот момент Рукия, наконец, сообразила, что ей надо поскорей уйти, пока её не увидели, но любопытство – за которое в Руконгае можно было и жизнью поплатиться – пересилило. Девушка, на свой страх и риск, осталась, только спряталась за камни, чтобы Хицугая-тайчо не увидел.

Лёд, заморозивший всё вокруг, начал медленно таять, а капитан так и стоял неподвижно на коленях, причём, уже довольно долго, потом вдруг потянул с себя хаори. Белая накидка оказалась на земле вместе с перевязью, на которой парень носил зампакто, Хицугая начал сдирать и косоде – резкими, рваными движениями, из последних сил. Наконец, после очередного рывка покорно обнажилось левое плечо, стянутое жуткими рубцами и шрамами, и теперь девушка, к собственному ужасу, не могла отвести взгляда от изувеченного тела. Она слышала, что капитан десятого отказался, когда Унохана-тайчо сказала, что может вернуть его руку, но Рукия предположить не могла, что всё… что это будет выглядеть так отвратительно. Айзен тогда одним ударом почти разрубил противника напополам, и левая рука практически не соединялась с телом, медикам пришлось её отнять. От конечности остались только широкий и страшный рубец, и бугры из-за неравномерно сраставшихся ран.

А сейчас эти шрамы покраснели… да что там, кожа у тайчо горела, пылала огнём, и хотя Хицугая стоял к лейтенанту спиной, Кучики была уверена, что он едва сдерживает крик боли. Ладонь, которую тот прижимал к плечу, казалась бледной, почти белой, как будто его касался другой человек.

- Что… ты стоишь?

Девушка застыла на месте, опешив. Как её обнаружили? Ведь Рукия даже дышала через раз, чтобы Хицугая-тайчо не услышал, что кто-то находится рядом! Но он всё равно почувствовал… и теперь фукутайчо находилась в очень незавидном положении, потому что видела победителя в их недавней схватке в минуты запретной слабости. Пока Кучики лихорадочно соображала, что ей делать, Тооширо кое-как поднялся, по-прежнему прижимая руку к плечу, боль в котором практически сводила парня с ума.

- Для начала научись прятать свою реяцу, если хочешь оставаться незамеченной, - стараясь удерживать свой обычный тон, добавил Хицугая. – Довольна увиденным, Кучики-фукутайчо?

- Т-тайчо, я…

- Довольно, - его голос сделался гораздо жёстче, и Рукия судорожно сглотнула. Никто не поручится, что девушка останется при всех своих руках и ногах и не превратится в ледяную статую; Хицугая-тайчо не допустит, чтобы кто-то увидел его позор. – Свободны, лейтенант, - капитан в обращении к ней постоянно переходил то на «вы», то на «ты», однако Кучики слишком дрожала от ужаса, чтобы задумываться о таких мелочах.

- Есть!

Давно уже забыв о том, зачем же она пришла в казармы отряда, а с них на полигон, Рукия начала пятиться, по-прежнему не спуская глаз с джубантай тайчо. Да, нужно уйти, постараться справиться с собой, а потом – обязательно одной, чтобы никто не видел – вновь прийти к капитану, извиниться и забыть о случившемся, как о страшном сне. Наступив на камень, Кучики кое-как удержала равновесие и остановилась, балансируя; Хицугая на звуки слегка повернул голову, но промолчал.

- А… Хицугая-тайчо, - неожиданная мысль заставила лейтенанта остановиться вовсе и на какое-то время позабыть о страхе перед стоящим напротив шинигами. В конце концов, сейчас капитан в таком состоянии, что и катану не поднимет, нужно не бояться, а волноваться за него! Он ранен, сам не справится и точно не протянет долго без помощи, тут даже не-медику всё понятно! - Вам нужно в госпиталь.

- Я сам знаю, - вдруг огрызнулся тот почти точно так же, как это делал Куросаки, и затих, сильнее сжимая пылавшее плечо.

Способность соображать к джусанбантай фукутайчо возвращалась медленно, но вместе с ней, наконец, пришли те ответы, которые Рукия так давно искала. Вот теперь они поменялись местами: Хицугая побеждён и, в отличие от Кучики, он, стоя на коленях, выглядел куда более жалким, чем Рукия тогда в госпитале. Где же разница в физической силе? Где же та реяцу, которая давила на девушку, вынуждая её паниковать и ошибаться? Она поняла, что начинает думать о капитане десятого с пренебрежением и даже злорадством, которые вовсе были неуместны, и испугалась собственных чувств. Да, на самом деле Укитаке-тайчо оказался прав, но долгожданное ощущение превосходство лейтенанта вовсе не радовало, наоборот, ещё сильней взыграла жалость. Неужели капитан заслужил такое наказание? Сначала погибла его подруга, он лишился руки, а потом от него начали отворачиваться коллеги и презирать подчинённые. Конечно, Хицугая сам обрёк себя на подобную участь, но его мучает, должно быть, такая страшная боль, с которой её страданиям не сравниться! Проявить к капитану то же равнодушие, позволить собственной гордости взять верх означало унизиться до того, чтобы упиваться местью... местью, ненавистью.

Придя в себя, Рукия решительно преодолела разделявшее их расстояние и подняла с земли хаори, чтобы подать его капитану. Сердце колотилось, как сумасшедшее: лейтенанта в любой момент могли оттолкнуть, грубо обозвать, может быть, и ударить, неизвестно, что придёт в голову Хицугае в следующий момент. Главное – чтобы он не понял, что его пожалели, иначе бы Кучики получила действительно опасного врага.

Немного придя в себя, парень медленно поднял с земли косоде и так же неспешно оделся, нарочито отвернувшись от фукутайчо. Только заправившись, Тооширо, не глядя на Кучики, требовательно протянул руку, не достав до накидки пары сантиметров; Рукия тоже смотрела в другую сторону и не заметила, что капитан хочет забрать свою собственность.

- Я со всем справлюсь сам, - то ли ей, то ли самому себе грубовато произнёс Тооширо, которого присутствие лейтенанта настолько выбило из колеи, что он не знал, что говорить и делать. Ещё же Хицугая боялся сорваться и наорать на девчонку: после спарринга от дуэли с Бьякуей парня спасло только заступничество Укитаке, от которого джубантай тайчо совершенно не ожидал ничего подобного. Но если капитан снова не сдержится и выместит свою обиду и боль на Рукии, всё так легко не обойдётся.
Спохватившись, лейтенант вернула хаори – мимолётно коснувшись его руки кончиками пальцев, и парень неряшливо натянул на себя плащ, выпустив рукав косоде наружу. Вот и чего она стоит и молчит, только плечи дрожат? Хочет выругаться? Пускай, Кучики-фукутайчо имеет на это полное право, так пусть ругается, но только не молчит... не жалеет в глубине души и не считает его калекой, который замкнулся в себе и огрызается на остальных! Хицугая точно видел жалость в фиолетовых глазах девушки. Вот уж чего он меньше всего заслуживал, но только как заставить Кучики не думать так, кроме силы? А сила, запоздало понял тайчо, ничего не решала; ну продемонстрировал Тооширо своё превосходство, однако Рукия не стала сильнее бояться его, ничего не изменилось... ничего.

Тёмная змея внутри его души, до того свернувшаяся клубком и дремавшая, вновь подняла голову и начала нашёптывать ядовитые слова да такие, что он потянулся к зампакто. На мгновение поддавшись, парень резко отдёрнул руку, глубоко дыша, чтобы успокоиться. Нет, всё пойдёт иначе! Хоть Тооширо недолюбливал эту шинигами, что шла за ним следом, он никогда теперь не пожелает ей смерти! У неё были свои, другие битвы, и она заслужила право на жизнь... больше, чем некоторые из тех, кого знал капитан.

Хицугая хотел показать, что он в порядке, чувствует себя хорошо, однако шёл медленно, стараясь меньше опираться на левую ногу, и фукутайчо, шедшей сзади, приходилось тоже замедлять шаги. Рукия не сводила с глаз с фигуры перед собой, думая почему-то о том, когда это капитан стал выше неё ростом. Наверное, она уже просто устала постоянно беспокоиться за него и бояться, что вот-вот капитан завалится на бок, рухнет на землю и ей придётся приводить его в чувство. Неужели, терзавшая его боль, настолько велика, что страдания тайчо не мог облегчить и Хьёринмару, сильнейший ледяной зампакто во всём Сообществе душ?! Почему же капитан тогда отказывается от помощи и просто терпит?

Мысли всё крутились вокруг увиденного, не желая переключаться на что-то другое, и в итоге девушка начала искать способ помочь Хицугае, хоть тогда, на полигоне, он и не собирался оказывать помощь ей, окончательно поверженной и разбитой. Поступить иначе Рукия не могла: в их отряде всегда царила атмосфера дружбы и взаимовыручки по отношению даже к тем, кто в тринадцатом не служил. И, к тому же, как немало раз повторял ей нии-сама, аристократические семьи должны проявлять великодушие к другим, такова их обязанность.

Она решилась, когда капитан и лейтенант поднимались по лестнице в офис десятого отряда: Хицугая находился выше на пару ступенек, и Рукия осторожно коснулась пальцем его пустого левого рукава, концентрируя там немного своей реяцу. Эту способность ей подсказала Соде но Сираюки в недавних тренировках, а, припомнив слова капитана о разительных отличиях между их зампакто, Кучики предположила, что холод её меча сможет остудить ткань и унять немного боль. Хуже точно не будет, если уж великий Хьёринмару не справился, но кто знает, вдруг получится?

2010-03-23 в 21:56 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Хицугая-тайчо, достигнув верха лестницы, резко обернулся и посмотрел на шедшую за ним девушку; выдержать этот сумрачно-вопросительный взгляд оказалось тяжело, и на счастье Рукии из кабинета вылетела Мацумото с докладом о выполненном поручении. Капитан десятого так и не спросил ничего у Кучики, хотя, естественно, почувствовал, что лейтенант что-то сделала. Зато позже, ведя себя на удивление вежливо по сравнению с теми же событиями на тренировочном полигоне, поинтересовался целью визита фукутайчо и действительно помог с документами.

Уходя, девушка мельком увидела через плохо прикрытую дверь, как парень пытается поудобнее устроиться на диване, и ускорила шаги, почти что, добежав до лестницы. Вот не хватало увидеть ещё одну его тайну, и так приключений хватит на сегодня!

- Эй, Рукия-чан! – у самого выхода на улицу Кучики остановил голос Мацумото. Джубантай фукутайчо заговорщицки приложила палец к губам и улыбнулась: - Спасибо.

- За что? – недоумённо поинтересовалась та, гадая, за что же её благодарят.

- Тайчо сегодня впервые снова прилёг подремать днём, - подмигнула ей Рангику и скрылась, прежде чем Рукия спросила, что же это означало такого хорошего.

Конец главы 3.5


- Ты, наверное, думаешь, Иноуэ, что я предала Ичиго, - слабо улыбаясь, продолжила Рукия. Воспоминания о тех днях согревали, несмотря на то, что все они были завязаны на льде и боли; это осталось в прошлом, а сейчас всё по-другому. – Понимаю, что со стороны оно так и, кажется, но для меня Ичиго всё равно останется другом, он столько изменил в моей судьбе...

«Даже после того, как исчез из неё...»

- Просто я поняла, что у него своя жизнь, и надо дать ему возможность прожить то, что ему отмерено, а потом... мы однажды всё равно встретимся.

Наверное, Иноуэ, Чаду и Ишиде сейчас сложно понять эту позицию, всё же их разделяет больше сотни лет, но когда-нибудь... когда-нибудь они точно осознают, что это было единственно верное решение. Естественно, оно не далось просто так, стоило многих сил и слёз, но теперь рядом (пусть и несовсем) был человек, который в ней нуждался, и в котором нуждалась сама Рукия.

Волна холодной тёмной реяцу прокатилась в воздухе, и застигнутая врасплох Кучики задержала дыхание. Следом над Каракурой пронёсся страшный низкий вой, возвестивший о появлении очередного Пустого, вышедшего на охоту; лейтенант соскочила на землю, схватившись за зампакто, и стала оглядываться в поисках источника звука.

- Что это?! Там Холлоу, оставайтесь здесь! – сориентировавшись, выкрикнула она друзьям и побежала к выходу из парка.

- Но Кучики-сан... – подростки бросились за ней, но Рукия, вспрыгнув на крышу ближайшего двухэтажного дома, повернулась к ним:

- В Каракуре десять моих групп! Не подвергайте себя опасности, мы справимся! – ещё не хватало, чтобы и они кинулись в сражение! Вмешивать в это дело гражданских фукутайчо не имела права, хотя её друзья были совсем не беззащитны, их нельзя привлекать на помощь. Они – жители Генсея, не их долг сражаться с Пустыми.

Холлоу оказался очень близко, всего в квартале; повернувшись в его сторону, Рукия тут же поразилась гигантским размерам возникшего Пустого. Ещё один рёв заложил девушке уши, но, крикнув ребятам, что она вернётся позже, Кучики бросилась наперерез противнику. Перед тем, как встретить их, лейтенант расставила посты, и теперь пыталась связаться с одной из групп, которая должна была находиться совсем рядом с Минусом. Добравшись незамеченной до места, Рукия пригнулась, присматриваясь к врагу, и с ужасом увидела под его лапами тела в форме шинигами с нашивкой «восемь», а между костяными челюстями Холлоу - обрывок яркой красной куртки.

- Ах ты, ублюдок! – стиснув зубы, прошептала она, задрожав от злости. Убить невинную душу и трёх проводников!.. Какой бы силы ни был этот выродок, Рукия обязана его одолеть, используя только одну пятую всех своих способностей. В наушнике, наконец, послышались голоса её подчинённых, и фукутайчо тихо начала диктовать приказ: – Группы три и четыре, чрезвычайная ситуация, группа восемь уничтожена...

Кучики замерла, не закончив фразу: ей показалось, что Пустой понял, что рядом появился ещё кто-то. «Пора».

Разбежавшись, шинигами беззвучно взлетела в воздух над головой противника, метя точно в затылок. Да, одного удара точно хватит, пара секунд – и всё будет кончено, но вдруг Холлоу обернулся, показав противно оскаленную маску, и неожиданно – откуда у него такая скорость?! – ударил девушку хвостом, на конце которого было большое утолщение наподобие булавы. Оружие прошлось в нескольких миллиметрах от Рукии, она лишь по счастливой случайности увернулась, однако волна воздуха и реяцу вырвала наушник и разбила его о стену дома.

- Ксо!.. – приземлившись на электрический столб, Кучики тут же перепрыгнула на крышу, потом на другую – быстро, чтобы не дать возможности Пустому нанести новый удар.

Он инстинктивно почувствовал смертельную угрозу и проявил чудовищную реакцию, джусанбантай фукутайчо не получила никаких травм, только это заслуга госпожи удачи, а не её самой! Рукия лишилась не только преимущества во внезапности, но ещё и связи с другими группами, так и не назвав им точное месторасположение... ничего, этот бой наверняка видно со всех концов Каракуры! Она остановилась на углу заброшенного здания, где никого не должно было быть... люди не пострадают.

- Я больше не собираюсь убегать, - громко произнесла лейтенант, намеренно привлекая внимание. Кучики должна завершить бой сама, в одиночку, потому что от этого Пустого погибли её подчинённые... и старший по званию отвечает за случившееся. Убить врага нужно до того, как сюда прибудут остальные шинигами.

- О... значит, у меня сегодня удачный день, - хвост с «булавой» опустился и скрылся за массивным телом Холлоу. «Чёрт, я же не смогу увидеть, откуда он атакует!» - На десерт будет ещё один шинигами!

- Не будет, ублюдок, - холодно возразила та, делая вид, что раздумывает, куда нанести удар.

В голову – слишком явная атака, её легко просчитать. Запутать его с помощь кидо? Да, так лучше... Благодаря уроку, полученному от Хицугаи, Кучики соображала быстро, и к тому моменту, когда из-за правого бока Пустого неожиданно показалась «булава» и с фантастической скоростью понеслась на девушку, Рукия уже составила в голове план сражения. Отскочив в сторону, она быстро сложила печати и направила ладонь на противника:

- Хадо но санджуусан: Сокацуй!

Пока Холлоу, из-за своей неповоротливости попавший под кидо, ревел в туче дыма от боли, девушка переместилась на другое место: она хотела увидеть, куда пришлось ранение, но для этого пришлось бы ждать и упустить полученную возможность для атаки. Выпустив шикай, маленькая шинигами решила не рисковать и вновь взвилась в воздух, готовясь нанести смертельный удар.

Но из-за своей потрясающей для Минуса реакции Пустой вновь избежал гибели. Под его лапами рухнула крыша какого-то маленького магазинчика, и следом послышались людские крики. Выругавшись, Рукия приземлилась на стену здания и понеслась в новую атаку, готовясь использовать Цуки Широ, но в последний момент сообразила, что от этого могут пострадать высыпавшие на улицу горожане (придурки, кто же бежит навстречу опасности?!) и снова ударила, целясь в маску. Увернувшись от огромных когтей, снесших угол крыши, так что черепица брызнула во все стороны, подобно лезвиям Сенбонзакуры, Кучики закусила губу – одна или две плитки ударили её по плечу – и ушла в шунпо, чтобы выиграть время.

«Проклятье!»

Получить преимущество не вышло. Повернув голову влево и увидев, что Холлоу вот-вот раздавит запнувшегося и упавшего на асфальт школьника, фукутайчо метнулась на дорогу и в последний момент успела остановить лапу Пустого, выставив перед собой катану. Лента зампакто от давления реяцу заметалась за спиной девушки с гулкими хлопками, и враг усилил нажим, стремясь растоптать человеческую душу вместе с шинигами.

- Беги скорей, спасайся! – Рукия не была уверена, что перепуганный мальчишка видит её, но, по крайней мере, этот крик он должен был услышать. Присутствие ребёнка было на руку Пустому: Кучики не могла использовать ни Первый, ни Второй танец, боясь задеть парнишку. Но мальчик, наконец, кое-как поднялся и, крича от ужаса, бросился прочь; Рукия могла теперь полностью сосредоточиться на враге. Тот настолько уверился в собственной неуязвимости, что на несколько секунд выпустил шинигами из поля зрения, и фукутайчо этим воспользовалась.

Вой снова разорвал небо над Каракурой, и Минус, рыча, как раненый зверь, попытался ухватить мелькнувшую совсем рядом чёрную тень, но лёд крепко сковал его, не позволив сдвинуться с места. А когда Холлоу понял, что добыча ускользнула, город сотрясла ещё и страшная волна духовной силы, которой и Кучики едва не впечатало в стену дома. «Чёрт, ну где же эти бездари?!» Её подчинённые так до сих пор и не появились, и девушка стала бояться, что кроме восьмой группы, тринадцатый отряд понёс и другие потери. «Скольких он мог уничтожить до того, как перестал скрываться?»

Но всё уже было почти кончено: Пустого удерживал на месте прочный слой льда, и оставалось только совершить последнюю атаку, можно даже не использовать кидо! Рукия, метавшаяся по крышам, чтобы запутать врага и не дать ему отследить момент атаки, затормозила, разворачиваясь, и сделала решающий выпад.

- Что?!

Белое лезвие Соде но Сираюки начало исчезать, не прошло и пары секунд, как Кучики лишилась оружия – в её руке осталась только рукоять зампакто с длинной лентой позади. Но времени, чтобы применить Третий танец и восстановить меч, не оставалось; отвлёкшись на неожиданно исчезнувший клинок, лейтенант не увидела, что Холлоу успел сориентироваться и занести «булаву» над её головой. Опасность она почувствовала поздно, но тут же развернувшись, выставила остаток зампакто для защиты, подкрепляя его всей своей реяцу. «Должно хватить, должно... он не такой сильный, я не такая слабая, как прежде... Я не такая слабая!»

2010-03-23 в 21:56 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Цука белой катаны разлетелась мельчайшими льдинками, впиваясь в одежду хозяйки и лишая её последней защиты. Удар Пустого обрушился на фукутайчо со всей мощью, которая во много раз превосходила собственную силу Рукии, и девушку, потерявшую сознание от сокрушительной волны реяцу, отшвырнуло на несколько сотен метров. Бесчувственное тело, жалко взмахнув руками, врезалось в асфальт и, израненное, избитое, оставило в нём глубокую борозду. Победный вой Пустого вновь разнёсся над Каракурой, но когда он уже готовился прикончить беззащитную жертву, его шею насквозь пробила голубая стрела.

- Иноуэ-сан, спасай Рукию! – загородив собой дорогу к поверженной шинигами, Урью приготовился сделать очередной выстрел. – Мы с Садо с ним справимся!

«Где же её подчинённые?!» Ещё одна стрела вонзилась Холлоу в плечо, и квинси закусил губу: Пустой оказался сильнее, чем можно было предположить, выжил после первого же ранения.

- Кучики-сан! Кучики-сан? – Орихиме, подбежавшая к подруге и едва не упавшая на развороченном асфальте, потормошила девушку и оторопела на какое-то мгновение, увидев на своих руках кровь. – Держись, Кучики-сан, я сейчас! – Иноуэ прикоснулась к заколками и растянула над лейтенантом оранжевый щит.

Соединив усилия, Ишида и Чад справились с Пустым – он был уже ослаблен боем с Рукией и ничего не смог противопоставить двум одновременным атакам. Опустив лук, Урью позволил себе вздох облегчения и отогнал пораженческую мысль, что они не победят.

- Иноуэ-сан, что... – он осёкся, увидев, что одноклассница в ужасе. Кучики по-прежнему лежала рядом с ней всё с теми же ранами, а на его глазах кеккай Сантен Кессюн, повинуясь воле Орихиме, возник вновь и почти сразу испарился. – Что происходит? – растерянно произнёс квинси.

- Я... Ишида-кун, я не знаю! Я не могу ей помочь!

***

- Киске, нам пора уходить, - чёрная кошка, наблюдавшая за событиями внизу, развернулась и побежала по гребню крыши подальше от места боя. Урахара сложил и спрятал веер, после чего, придерживая панамку, последовал за ней. – Сюда уже идут группы из тринадцатого отряда, её переправят в Сейрейтей.

Через несколько кварталов оба спустились на улицу и Йоруичи, наконец, приобрела свой обычный облик.

- Я тоже отправлюсь в Сообщество душ, - утвердительно произнесла она, хмурясь. – Кажется, наши проблемы начали проявляться... через целых четыре месяца. Нужно разузнать, чего именно опасался Ямамото-сетайчо.

- Иди, - на этот раз торговец не стал лукавить и серьёзно кивнул. – Я понаблюдаю за ним здесь и подготовлю убежище... на всякий случай.

Конец главы 4.

2010-03-24 в 06:36 

kora1975
Ловля теней и солнечных зайчиков
О-о-о, как печально... Срочно "будите" Ичиго, а то все друзья перемрут! :small:

2010-03-24 в 12:17 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
kora1975, спокойно)))) У Ичиго друзей ещё много, мвахаха!))
А если серьёзно, то всё будет хорошо... я надеюсь

2010-03-24 в 15:34 

RinnaS
Hard work pays off in the future. Laziness pays off now
Все любопытственнее и любопытственнее (с). Автор, продолжайте в том же духе, вы меня покорили!))) :hlop:

2010-03-24 в 17:15 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
RinnaS, спасибо! :shy:

2010-03-29 в 19:24 

=(Mari)=
Будь счастлив в этот миг. Этот миг и есть твоя жизнь. (с)
Спасибо за продолжение)))

2010-04-02 в 15:45 

We fight to live, we live to fight (Pillar - Frontline) - Русские сдавайтесь! Нас орда! - А нас - рать....(жизнь)
Я еле высидела сегодня 4пары, чтобы потом примчаться сюда и прочитать проду))))))))))))))))))))))))))))))))))) И она не разочаровала!!!!!!!!!!!!!:heart:

2010-04-02 в 15:57 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Хранитель душ, мааа, теперь ты понимаешь меня, как я в четверг высиживаю 4 пары и бегу сюда, чтобы прочесть новую главу манги!
Спасибищеее!
Marika-chan, вам спасибо, что читаете)

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Цепи Небес Разящей Луны.

главная