с праздником, граждане!

2009-07-14 в 09:30

Nataly Red Rose

Свобода начинается с иронии

И, граждане коллеги, оцените реформированную страницу.
Теперь вся поэзия будет вместе, а folk_2 удалим.

URL

2009-07-14 в 11:45

Синяя блуза

С ПРАЗДНИКОМ! Vive la Liberte! Vive la Revolution!

оцените реформированную страницу.
Хорошо придумано! ;-)

URL

2009-07-14 в 12:39

forster2005

"Что толку видеть вещь, если о ней никто ничего не доказывает?!"

ВЗЯТИЕ БАСТИЛИИ БУРЖУАЗИЕЙ и ФРАНЦУЗСКОЙ ГВАРДИЕЙ
14 июля 1789 года

О полдень незабвенный,
Когда грозил нам рок!
Лишь подвиг дерзновенный
Спасти тогда нас мог!

В истории кровавой
Тот день - как солнца лик.
Француз, покройся славой
В счастливый этот миг.

Тебе, о полный пыла
Эли, младой боец,
Победа подарила
Бессмертия венец.

На грани верной шпаги
Сей стих ты отчекань -
Хвалу твоей отваге
И юной славе дань.

Предайте тех забвенью,
Кто мыслил нас предать,
И в сердце сожаленью
Не дайте зазвучать:

Из вечной книги жизни
Сотрем их имена,
Измена та отчизне
Теперь уж не страшна.

Ужасная Бастилья,
Навеки пал твой плен.
Нас в бой помчали крылья,
И нет угрюмых стен!

Железный век растает.
Исчезни, рабства боль!
Днесь Франция мужает:
Неккер с ней и король.

Народная песня, июль 1789

Все-таки, у народа есть гениальная коллективная интуиция.
Общеисторический смысл События сразу почувствовали.

Поздравляем, граждане товарищи коллеги! Ура!!!

URL

2009-07-14 в 15:05

Belle Garde

Логика - это искусство ошибаться с уверенностью в своей правоте /Дж.У.Крач

поэмы Вильяма Блейка "Французская революция",
Очень напомнило, "Путешествие..." А.Н.Радищева. Тоже до меня доходит с третьего раза, что хотел сказать автор. Забавная поэма! ;-)

Всех, кто празднует - с праздником! Долой все бастилии!

URL

2009-07-14 в 18:23

Без диплома

Круглое невежество - не самое большое зло: накопление плохо усвоенных знаний еще хуже (Платон)

С праздником! ))

DÉCORATIONS DES VAINQUEURS DE LA BASTILLE

URL

2009-07-14 в 18:46

Березовый сок

"Вопреки видимости, именно зима — пора надежды" (Ж.Сесброн)

С праздником, граждане!

Моя Франция,
Край мой, где путь моей памяти начат!
Разреши мне еще раз продумать, что значат
Стаи птиц твоих, славных смертей череда,
Очертанья легенд, твоих стен письмена,
Пониманье твое в шепотах всех влюбленных,
Путь героев, не знавших покоя и сна,
Берега твоих дней и ночей отдаленных.
В день Бастилии песня твоя родилась.
Каждый возраст отмечен крушеньем темницы,
Императорских слав, феодальных управ.
Мы не все еще стерли глухие границы,
Не снесли частоколы божественных прав.
Не напрасно в одних мятежах ты прекрасна!
Сокрушая господ, поднимая крестьян,
И рабочих и каменщиков поднимая,
Твои дети пьянели в пыланье знамен,
Для грядущего общества сеяли хлеб
И в мозолистых пальцах ласкали колосья
Всенародного счастья!
Они создали лозунги праведных весен,
Наложили эмбарго на гниль и старье.
Стала кровь их горючим для мощных моторов
И приводит в движенье подземные недра.
Здесь созревшая истина Маркса живет.
Здесь Коммуна Республику делает выше
В рост грядущему. Здесь человек обновлен,
Обращенье «товарищ» становится бурей.

Это ты, моя Франция, — слабость и сила
В поучительной смене событий и бед, —
Доброта на всю жизнь, — большей ценности нет
Для богатых сердец. Это ты просквозила
Под случайной корой, непомерная пажить!
Ты в ручьях отражаешься, словно ребенок,
Во все горло смеешься меж гроздьев лозы.
Я услышал, как корни сплетенные вяжет,
Как поит их подземная сила фосфатов.
В огнедышащий сумрак я верую свято.
В старшинство водоемов, в глухие низы.
Это ты, это ты — в освещенье грозы,
В брызгах пламени, полная дивной красы.
Мы как тесто, а дрожжи для нас — это ты,
Глубина и начало любого сознанья!

Шарль Марс, перевод Павла Антокольского

URL

2009-07-14 в 19:02

М-Воронин

Верить можно только в невероятное. Остальное само собой разумеется. (Жильбер Сесборн)

Поздравляю, граждане!
с профессиональным праздником

)

URL

2009-07-14 в 19:03

Nevile

"Моя шляпа, господа, ни с кем не подписывала контракта"

С праздником, леди и джентльмены, гражданки и граждане!.

URL

2009-07-14 в 19:22

marianne68

Ceux qui font les révolutions à moitié ne font que se creuser un tombeau

S prazdnikom! Salut s ploshchadi Bastille! )

URL

2009-07-14 в 19:52

Eh voila

В действительности все не так, как на самом деле

Ах, граждане! Вот так же, наверное, были украшены улицы нашего городка 14 июля 1889 года!..

Поль Элюар

URL

2009-07-14 в 20:05

Plume de paon

tantum possumus, quantum scimus

1

Я помню вас, маркиз, — вы часто к нам являлись,
Болтали с матушкой, со мною забавлялись.
Грамматике уча и сласти мне даря,
Как старший родственник, внимательный не зря.
Вы были взрослым, я — ребенком. На колени
Сажали вы меня и после восхвалений
Во славу Кобленца и королей вели
Беседы о борьбе разбуженной земли,
О волчьей ярости, об якобинской своре.
Я сласти пожирал при этом разговоре
И вашим россказням тем более внимал,
Что сам был роялист, к тому же слишком мал.

URL

2009-07-14 в 20:05

Plume de paon

tantum possumus, quantum scimus

У вас был острый ум. В прилив или в отлив,
Богач или бедняк, заносчивый иль скромный,
Вельможа короля иль эмигрант бездомный,
Вы знали трудные, крутые времена
И все перенесли, что следует, сполна.
В обиде на Руссо любили вы Вольтера.
Пиго-Лебрен для вас достоин был примера.
К позорному столбу вы привлекли Дидро,
Возненавидели и Дюбарри остро.
Но, Габриэль д'Эстре всемерно обожая,
Сочли, что Севинье вам тоже не чужая,
Когда ученая маркиза в час ночной,
Под ветром ледяным, под трепетной луной,
Без трепета в душе разглядывала зорко
Крестьян, повешенных пред замком у пригорка,
Не сомневались вы, мой родственник, отнюдь,
Что хамов надо бить, что бедных надо гнуть,
И в год Бастилии с галантною отвагой
Без ложного стыда хвалились вашей шпагой
И пудру сыпали на бархатный камзол.
Вы по народу шли, и шаг ваш был тяжел.
Не слишком сетуя на злоупотребленья,
Вы с ранней юности, — все ваше поколенье,
Вся знать вельможная, — вы почитали двор,
Но с королем вели любезный, нежный спор, —
Шла декламация с корнелианским лоском...
А революция казалась вам подростком.
Вы, размеряя шаг, за Талейраном шли.
Не разглядев черты, столь мирные вдали,
К новорожденному не зная отвращенья,
Чудовище сочли достойным вы крещенья.
Народная нужда, лекарство от нужды...
В таких подробностях скучнейших не тверды,
Рукоплескали вы охотно Лафайету,
Когда запеленал он великаншу эту.
Лишь отблеск факелов вас очень устрашил,
Рев тигра Мирабо тот ужас довершил.
И пред камином сев, вы нам шептали глухо,
Что с корнем вырвана Бастилия-старуха,
Что двинулись в Париж предместья... Лишь испуг
Внушал вам башмаков их деревянный стук.
Был страшен вам народ, униженный когда-то...
Шли дни и месяцы, — мы помним эти даты, —
И усмехались вы, попрежнему глухи,
Читая нам впотьмах запретные стихи.

Ведь вы из тех, маркиз, кто, предрассудков полный,
Не понял этой мглы, не верил в эти волны,
Кто принял ураган за детскую игру,
Кто в жалобах людских, звучащих на ветру,
И в ярости людской услышал лай собачий.
Кто на салонный лад смеялся по-ребячьи,
Не веря голоду и толпам площадным,
Кто в ураганный час под сумраком ночным,
Когда, загадочно катясь валами шквала,
Вся революция росла и бушевала,
Не разглядев когтей и воспаленных глаз.
Шутил скептически, и хохотал не раз,
И, собираясь спать, потягивался сладко,
И сфинксу мощному загадывал загадку.
Вы восклицали нам: — Вот ужас! Бедняки
Свирепствуют. Прошли хорошие деньки.
Могла бы сделка нас от крайностей избавить,
Свободу людям дать, но короля оставить,
И верноподданным остался бы народ... —
Но быстро помрачнев, вы вновь открыли рот: —
Мудрейшие из нас не защитили трона.
Все кончено. Париж не лучше Вавилона.
Все гибнет — Трианон, Фонтенебло, Марли... —
И вы заплакали. О боже, как могли
Рассчитывать на жизнь друзья того режима,
Хотевшие, чтоб мы коснели недвижимо,
Чтоб ветхий кодекс нас калечил и вязал,
Чтоб революции не видел тронный зал?
Лев лапой разодрал и туфли и халат их.

URL

2009-07-14 в 20:06

Plume de paon

tantum possumus, quantum scimus

2

Расстались мы. И вихрь в объятиях крылатых
Разъединил умы, и судьбы, и сердца.
Туманный кругозор был мрачен без конца.
Шел каждый человек своей дорогой к свету.
И новая душа вселилась в душу эту, —
На ветви сломанной чужой дичок подрос.
Я знал борьбу и труд и много пролил слез.
Фальшивые друзья вокруг меня гнездились.
Шла за бедой беда. Работы громоздились.
Я позабыл про вас, — мне этого не скрыть.
Случалось пред врагом мне двери отворить,
И вражеская речь звучала вашей речью.
Меня отступником вы звали в каждой встрече.
Да, это были вы! Являлся точно так
Террором схваченный старик маркиз Фронсак;
Наполовину мертв, бранился он отлично.
Но наши возрасты недаром столь различны.
Попрежнему дитя я был для старика.
И, глядя на меня, бывало, свысока,
Вы страшно гневались, вращая оком мутным: —
Ты стал разбойником, негодником распутным! -
И, тыча в прадедов свирепым кулаком,
О матери моей напомнили потом...
— Позволь же мне припасть к ногам твоим, родная!
А вы, безумствуя и предков поминая,
И проклиная век, повергнутый во тьму,
Вы восклицали: «Как?», вопили: «Почему?»,
Взывали к мертвецам, к их славе, к их примерам,
Цитировали вновь Марата с Робеспьером,
Бранились на манер отнюдь не светский: —
Стой! Ты якобинцем стал. Ты либерал пустой.
Ты песенки поешь на пыльных перекрестках,
Ты приглашаешь нас кривляться на подмостках!
Куда же ты идешь? Как смеешь? .. Вот вопрос!
С тех пор, как нет меня, что делал ты? — Я рос.

Как! Если я рожден в стенах такого дома,
Где принято считать исчадием Содома
Любое новшество на смену старине;
Как! Если мать моя в вандейской стороне
Спасла от гибели духовных лиц однажды;
Как! Если прадедам обязан отпрыск каждый,
(А в чем обязанность, мне даже невдомек,
Как бедному птенцу, попавшему в силок:
Пред тем, как вырваться на волю в зелень рощи,
Обязан в клетке хвост оставить птенчик тощий);
Как! Если я рыдал и не могу забыть
О горькой участи дофина, может быть;
Как! Если в юности, рассудком не владея,
Не зная Франции, я знал одну Вандею,
И в ранней лирике моей был утвержден
Шуан — а не Марсо, Стофле — а не Дантон,
И подвиги крестьян, а не парижских граждан
Прославлены в моем четверостишье каждом,
И в детстве я певал про старых королей,—
Так значит и коснеть от глупости своей,
Так и кричать «назад» великому столетью?
Нет, правда здравствует. А глупых хлещут плетью.
Живое дерево растет не для пилы.
Иль, видя вечную борьбу огня и мглы,
Я должен со своим невежеством томиться
В молельне Лорике, в Лагарповой темнице,
Без жизни прозябать, или смотреть без глаз,
Иль, глядя на небо, ослепнуть каждый раз,
Забыв о сонмах звезд для королевских лилий?

URL

2009-07-14 в 20:07

Plume de paon

tantum possumus, quantum scimus

. . . . . .
Всех действующих лиц в трагедии природы
Я как свидетелей выслушивал — все воды,
Все лилии, всех птиц, все волны синих рек.
Вот тут мне и предстал свидетель-человек!

Глазам предстало зло — в веселости опасной,
В свирепом торжестве. Я правды жаждал страстно,
И как грабителя суровый судия,
Любое существо, любое сердце я,
Взяв круто за ворот, допрашивал: что прячешь?
Желчь? Зависть? Ненависть? Что сам на свете значишь?
В отребьях бродит жизнь, в кармане — ни гроша
Ягненка душит волк, от злобы чуть дыша.
Хромает истина. Ложь выросла в сто футов,
Всех проповедников ошибками опутав,
Сократ, Христос, Ян Гус, Колумб средь общей тьмы
Перекликаются друг с другом из тюрьмы.
Там предрассудок встал, как жуткая чащоба,—
Попробуй выруби! Там уличная злоба
Рвет правду на куски и гнет ее в дугу.
Апостолы, молчать! Трибуны, ни гу-гу!
Скрывали от меня историю усердно!
Читая, сравнивал я утро с этой скверной,
С варфоломеевскою ночью — год зари:
Он много стоил вам, но, что ни говори,
Он должен был прийти — Год Девяносто Третий
Из рухнувших в крови, измученных столетий!
Все революции, крутых расправ пора,
Смесь временного зла и вечного добра.
Все революции суть формулы сухие
Накопленной в веках рыдающей стихии.
Когда невыносим предел людской тоски,
Когда монархия распалась на куски
И ринулась назад, во тьму средневековья,
К сцепленью шестерен, багримых юной кровью,
Когда в истории мы видим лишь гроба
Креси и Росбаха, и жалкая судьба
Согбенных бедняков подобна скотской доле;
Когда на двух концах заброшенного поля
Лебель Людовику Пятнадцатому дан,
Как при Одиннадцатом страшен был Тристан;
Когда гарем — министр, а эшафот — владыка,
Когда достаточно народ, травимый дико,
Некошеной травой припал к сырой земле,
Достаточно костей, раскаченных в петле;
Когда Христова кровь лилась в потоках тщетных
Для восемнадцати столетий беспросветных;
Когда невежество сулит и завтра ночь,
Когда уже ничем утешить и помочь
Не могут хилые надежды человека;
Когда на всех путях измученного века
Бушует ненависть и царствует грызня, —
Тогда восстань, восстань! Народ дождался дня!
Несется грозный вопль из ночи подземельной.
И горе горькое, как призрак беспредельный,
Выходит вновь на свет, достигшее небес.
Весь строй общественный рассыпался, исчез.
Все парии встают, вся каторга ликует.
Повсюду свист огня, железо торжествует.
Голодный рев, пожар, потоки женских слез, —
Все прошлое звучит, все с цепи сорвалось.
Народу бог велит: иди! Набат хрипящий
Сорвался с привязи от молнии слепящей.
Клир без колоколов, Лувр без ночных оград.
Над папой Лютер встал, над королем — Марат.
Все сказано. Таков конец миров потухших.
О, время движется, плывет на волнах взбухших,
Над гулом уличным, над немотой гробниц,
Над башнями, в ночи поверженными ниц,
Века в отчаянье неотвратимо льются
И катят пред собой громады революций,
Моря горючих слез, что пролил род людской.

URL

2009-07-14 в 20:08

Plume de paon

tantum possumus, quantum scimus

5

Пусть пропасть короли разрыли. Но рукой,
Что семя сеяла, не сжаты злые всходы.
Железо кровь зовет, — и восстают народы.

Урок истории был для меня жесток.
Рассудок в роялизм уже вонзил клинок.
Стал якобинцем я. Не ждите больше вздора.
Меня давно страшит изнанка луидора,
Который дорог вам. По чести говоря,
Свободою своей я оскорблю не зря
И ваше прошлое, и веру, и ученье,
И предков, и фланель домашнего леченья,
И старческий покой невольно оскорблю,
И ревматизм в костях, и верность королю.
Что делать! Вопреки всем королевским слугам,
Я верноподданным не одержим недугом.
Не верен королям, я правде тем верней.
И Марк Аврелий знал: ошибка прошлых дней
Открытого пути не преградит сегодня,
Чтоб мыслить, и судить, и действовать свободней.
Я атом крохотный, но действую, как он.
Уж двадцать лет, маркиз, я чту один закон
И человечеству служу в дознаньях важных
И в поисках добра. Жизнь — это суд присяжных.
На тяжбу вызваны все слабые земли.
Во всех стихах моих и в прозе вы прочли
Отверженных существ прошенья исковые,
Им не впервой клонить перед судами выи.
Я защищал шута и гаера во мгле,
С любым отверженным, с Марьон и Трибуле,
С лакеем, с каторжником, с падшей встал я рядом,
Губами припадал к душе, убитой ядом,
Как будто повторял смешной обряд детей
Над мертвой бабочкой, добычей их сетей.
И в ноги кланяясь приговоренным к смерти,
Я об одном просил — о вечном милосердьи.
Я многих раздражал, но где-то там, внизу,
Я знал признательность за каждую слезу.
Витая в облаках, я слышал в час вечерний,
Что за меня раек в рукоплесканьях черни.
Я женщин и детей провозглашал права,
Я просвещал мужчин, я знал, что жизнь жива.
Кричал: дать грамоту, дать буквари, дать волю,
Я каторгу хотел учить в народной школе.
Преступник предо мной свидетелем стоял.
Я видел, что векам грядущим воссиял
Парижский ясный лик, не римская тиара.
Свободен разум наш, он торжествует яро,
Лишь сердце в кандалах. И я пытался вновь
Снять кандалы с сердец, освободить любовь.
Я с Гревской площадью дрался на поединке,
Как в древности Геракл, не пожалев дубинки.

Вот я каков! Всегда в пути, всегда в строю,
Могу погибнуть, пасть иль победить в бою.

Виктор Гюго, 1846 год

URL

2009-07-14 в 21:04

Nataly Red Rose

Свобода начинается с иронии

Plume de paon
Eh voila
Березовый сок
А на "поэтическую" страницу ваши находки, пожалуйста, граждане???!!! )

URL

2009-07-14 в 21:23

Директор театра

Чем больше артист, тем больше пауза!

Поздравляю вас, граждане!
А вот какой вам следует поставить эпиграф для библиотеки:

«Помните о Бастилии, которая взята!
Помните о Бастилии, которую нужно взять!»

URL

2009-07-14 в 22:05

С-Нежана

На свете нет ничего нового, но есть кое-что старое, чего мы не знаем

Bastille

by Pierre Martory
Translated by John Ashbery

You let your shirt hang down
putting on airs of cuffs
at the edge of ending night
like the end of a java with double ritournelles
or the way the canaries in the cage of still-closed mornings
were singing that it mattered little
to them that their windows were open
the stones the paving stones the door-frames the armatures
the window-frames the sheets of the bed clothes in their colors
were beating the dawn along with us
better drums than your belly
better drumsticks than my fingers
and the trees and the roofs the river and its bridges
the clear distances of the city the factories without smoke
bathed as at their birth stammered
a trial hello
that only ended however
in this word round as a doubloon
placed on the edge of that day
by a considerate friend
the sun on your arms naked against my cheeks
hello I said to you
the day of quatorz’juillet

(The Landscapist: Selected Poems by Pierre Martory, translated by John Ashbery. English translation copyright 1961, 1989, 1990, 1991, 1992, 1993, 1994, 1995, 1996, 2000, 2001, 2002, 2008 by John Ashbery. Reprinted by permission of Georges Borchardt, Inc., on behalf of John Ashbery. All rights reserved.)

URL

2009-07-14 в 22:10

L del Kiante

«Moi aujourd’hui et moi tantôt, sommes bien deux»

Лучезарен губительной молнии блеск
В час, когда разразится на небе гроза,
Когда слышен морской оглушительный плеск,
И вулкана горят огневые глаза,
И, Зимы потрясая незыблемый трон,
На рожке заиграет Тифон.

Вспышка молнии в туче одной задрожит —
Озаряются сотни морских островов;
Сотрясется земля — город в прахе лежит,
И десятки трепещут других городов;
И глубоко внизу, под разъятой землей,
Слышен рев, слышен яростный вой.

Но светлей твои взоры, чем молнии блеск,
По земле ты проходишь быстрей, чем гроза.
Заглушаешь ты моря неистовый плеск,
Пред тобою вулкан закрывает глаза,
Солнца лик пред тобой потускнел и поблек,
Как болотный ночной огонек.

Как зиждительный ливень могучей весны,
На незримых крылах ты над миром летишь,
От народа к народу, в страну из страны,
От толпы городской в деревенскую тишь,
И горит за тобой, тени рабства гоня,
Нежный луч восходящего дня.

"Свобода". Перси Биши Шелли

URL

2009-07-14 в 22:15

Свой среди чужих...

...чужой среди своих

«Помните о Бастилии, которая взята!
Помните о Бастилии, которую нужно взять!»
Весьма точно, Директор театра )

С праздником, граждане!
С профессиональным праздником - международным днем революции и революционеров!

URL

2009-07-14 в 22:33

АиФ

Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/

Жан Жорес. 14 июля 1789 года
Замечательна проявленная революционной парижской буржуазией в данный момент полная уверенность в самой себе, показывающая историческую правомерность наступления ее классового господства. Она не побоялась, что она будет раздавлена с одной стороны восстанием бедноты, а с другой стороны государственным переворотом, который имел в виду произвести король. Напрасно некоторые робкие люди предостерегали ее от грязной девятитысячной толпы рабочих, занятых в благотворительных мастерских на высотах Монмартра. Она не боялась, что при революционном потрясении эта беднота устремится против нее. Она не боялась раздавать оружие, зная, что она достаточно сильна, чтобы контролировать его употребление... Она устранила и обезоружила всех тех, которые, не обладая собственностью, не представлялись надежными собственникам, и уже 14-го Банкаль Дезэссар сообщил Национальному собранию, что гражданская милиция обезоружила многих лиц. Итак, в самый разгар революционной бури буржуазия придала своей милиции буржуазный характер, будучи уверена, что подчинявшиеся ее руководству пролетарии не станут роптать: не имея возможности стрелять в контр-революционеров, они станут бросать в них камни. Венецианский посланник констатирует, с какою быстротою и решительностью парижская буржуазия сумела организовать в течение двух дней как революционное действие, так и буржуазный порядок.
14 июля, с самого утра, все парижское население, буржуа, ремесленники, пролетарии, готовились к битве. Отряд драгунов проехал через Сент-Антуанское предместье и приблизился к стенам Бастилии. Из этого народ сделал вывод, что имелось в виду сосредоточить в Бастилии массу войск, воспользоваться ею как базой для военных действий против Парижа, которому предстояло быть раздавленным между этими войсками и теми, которые были расположены на Елисейских полях. Итак, усилия народа направились против Бастилии в силу тактической необходимости. К тому же она была издавна ненавистна. Мрачный и унылый замок, в котором томилось столько политических заключенных, как разночинцев, так и дворян и который, казалось, преграждал бойкому Сент-Антуанскому предместью доступ к наслаждению жизнью, был ненавистен Парижу, всему Парижу. Мы уже упомянули, что Мерсье выражал желание, чтобы при проведении новых улиц ненавистная тюрьма была наконец разрушена, и в своих наказах парижские дворяне постановляют: «...надлежит ходатайствовать, чтобы Его Величество повелело разрушить Бастилию». Не было такого сословия, такого общественного класса, из которого бы ни томился бы кто-нибудь во мраке этой тюрьмы. Третье сословие и дворянство придавали слову «свобода» неодинаковый смысл, но оба они питали одинаковую ненависть к этому памятнику министерского деспотизма.
Нападение на Бастилию было гениальным революционным актом со стороны народа. Ведь и дворянство великого города не могло сопротивляться движению, направленному против Бастилии, не впадая в позорнейшее противоречие с только что сделанными им заявлениями и не отказываясь от только что выраженной им ненависти. Итак, у двора не было союзников, которые помогли бы ему осуществить задуманный им государственный переворот. Против иностранных полков, угрожавших революции, восстал весь Париж, а не одни только революционеры.
Прежде всего необходимо было достать оружие; между девятью и одиннадцатью часами утра огромная толпа направилась к Инвалидному дому, где находился большой склад ружей, и захватила 25000 ружей и пять пушек.
Бастилия могла быть взята приступом. Бессменный комитет выборщиков, собравшийся в городской думе, сперва старался предупредить столкновения. Затем, уступая неудержимому возбуждению народа, он попытался по крайней мере мирными способами добиться капитуляции крепости. Но при второй попытке лица, посланные для переговоров были встречены выстрелами: быть может, это было недоразумение; быть может, это было вероломство. Коменданту Делонэ пришлось поплатиться головой за это нарушение военных законов. Под предводительством нескольких героев, перебравшихся через рвы и разрубивших цепи подъемного моста, толпа ворвалась в крепость: колебавшиеся солдаты, среди которых не было единодушия, сдались. Решающую роль при взятии крепости играли французские гвардейцы. Трудно составить подлинный список осаждавших, «победителей Бастилии». Уже на следующий день были заявлены бесчисленные претензии. В газете «Парижские Революции» был помещен очень краткий список тех, которые особенно отличились:
«Господин Арнэ, гренадер, французский гвардеец, Рессювельской роты, родом из Доля во Франш-Контэ, 26 лет, который первый схватил коменданта, везде обнаружил храбрость, был несколько раз легко ранен, увенчан в городской думе лавровым венком и украшен крестом св. Людовика, который носил господин Делонэ.
Господин Гюллен, заведующий прачечной королевы в Брише, убедивший Рессювельских гренадеров и Люберсакских стрелков направиться к Бастилии с тремя пушками, к которым они вскоре присоединили еще две; господин Гюллен был одним из руководителей осады; он подвергал себя опасности всюду, где это требовалось; он одним из первых вскочил на подъемный мост и проник в Бастилию; он же был и в числе тех, которые вели коменданта в городскую думу.
Господин Эли, офицер в пехотном полку королевы, который бесстрашно пробрался под неприятельским огнем к возам с навозом, чтобы выгрузить и поджечь их; эта удачная хитрость в высшей степени помогла нам; он же принял капитуляцию и первый бросился на мост, чтобы проникнуть в Бастилию; сопровождаемый господином Темплеманом, он отвел вероломного коменданта на Гревскую площадь.
Господин Мальяр-сын, который нес знамя и на короткое время передал его в другие руки, чтобы ринуться по доске, перекинутой через ров, в Бастилию и принять ее капитуляцию.
Двенадцатилетний Людовик Севастьян Кюнивье, сын садовника в Шантильи, вошедший пятым в крепость, вскарабкавшийся на верхушку Базиньерской башни, где находилось знамя, схвативший его и смело махавший им на этой платформе. Господин Эмбер, живущий на улице Гюрпуа, который был опасно ранен.
Господин Тюрпен, стрелок Бляшской роты, помещавшейся в Попенкурской казарме, командовавший теми гражданами, которые прежде всех были убиты между двумя мостами; одна пуля попала ему в правую руку, а другая в плечо; господин Гино был два раза очень легко ранен и доставил серебряные вещи коменданта в городскую думу; господин де ла Рени, юный литератор, проявивший мужество».
Собрание представителей коммуны, произведшее дознание относительно этого, констатировало на заседании 13 августа, что «гг. Гюллен, Эли, Мальяр, Ришар Дюпен, Эмбер, Легре, Дюкоссель, Жоржэ и Марк отличились при осаде и при взятии Бастилии, и постановило, что их следует рекомендовать дистриктам. предложив последним найти для них занятие, достойное их мужества и патриотизма, не обращая внимания на то, к какому дистрикту каждый из них принадлежал, так как граждане, столь энергически способствовавшие cпacению столицы, должны считаться принадлежавшими ко всем дистриктам».

Взятие Бастилии произвело громадное впечатление. Всем народам земли показалось, что рухнула темница всего человечества. Это было нечто большее, чем провозглашение прав человека, это было провозглашение силы народа, служащей праву человека. Из Парижа для всех угнетенных не только донесся свет, но и явилась надежда и в этот час в миллионах сердец, косневших во мраке рабства, зажглась заря свободы.
Победа Парижа положила конец наступательным действиям со стороны королевской власти и двора. Побуждаемый королевой и принцами, король выступил против Собрания и против революции на королевском заседании 23 июня; он выступил против Парижа и революции и в критические и бурные июльские дни. Потерпев повсюду поражение, он ограничился с этих пор угрюмой обороной. <...> Главная пружина королевского могущества была сломлена 14 июля или, по крайней мере, она была настолько повреждена в этот день, что ей уже невозможно было когда бы то ни было действовать по-прежнему. Да и в те дни, когда королевская власть держалась наступательного образа действия и замышляла государственный переворот, уже чувствовался своего рода паралич...
После урока, данного ему 14 июля, король стал считаться с силой революции; после этого он старался перехитрить ее и призывал на помощь против нее большие чужеземные армии; но с этого дня он отказался от всякого непосредственного нападения, от каких бы то ни было открытых наступательных действий.
Собрание, которому постоянно приходилось бороться против интриг, но уже нечего было опасаться силы короля и оказывать ей сопротивление, могло начать борьбу против другой великой силы прошлого, против церкви.
День 14 июля, принесший таким образом избавление Национальному Собранию, вместе с тем впервые пробудил в народе сознание его силы и, в Париже, сознание его роли. Конечно, значение Собрания не умалилось; к нему беспрестанно являлись депутации от бессменного комитета выборщиков и парижская революция чувствовала себя в самом деле законной и сильной, лишь соприкасаясь с национальной революцией.

URL

2009-07-14 в 22:33

АиФ

Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/

«Помните о Бастилии, которая взята!
Помните о Бастилии, которую нужно взять!»

С профессиональным праздником - международным днем революции и революционеров!
Голосуем "за", гражданин Свой среди чужих...

URL

2009-07-14 в 22:48

Capra Milana

"Нужно сковывать себя ограничениями - тогда можно свободно выдумывать" /Умберто Эко

С праздником, граждане коллеги!
Всецело согласна с девизом«Помните о Бастилии, которая взята!
Помните о Бастилии, которую нужно взять!»
и с утверждением 14 июля в качестве
профессионального праздника - международного дня революции и революционеров!

Мы давно уже ищем полный список участников штурма Бастилии. Да, книга, изданная в 1911 году, специально этому посвященная, есть, - но у нас-то ее нет; поэтому списки мы составляем сами, по разным источникам.
И вот, в праздничный день, - везение!
Это не полный список, знакомых нам имен в нем почти не встретилось, зато это хороший материал для социологической карты, поскольку в большинстве случаев установлены возраст, место жительства, профессия.
И все же один знакомый нашелся. ) Словарь Тюлара - замечательная книга, но все же... все же иногда бывают некоторые сомнения. А оказывается, правда. Врач Жозеф Субербиель - участник штурма.

URL

2009-07-15 в 00:02

Revolt-d

Игорь Иртеньев
Двести лет спустя (маленькая кукольная пьеса)

Действующие лица:
МАРАТ
ДАНТОН
РОБЕСПЬЕР
СЕН-ЖЮСТ

13 июля 1789 года. Париж.
Адвокатская контора Робеспьера.

РОБЕСПЬЕР
Прошу у всех пардон за беспокойство,
Но я вас пригласил сюда затем,
Чтоб обсудить могли мы ряд проблем
Весьма безотлагательного свойства.
Настал момент себя проверить в деле,
Ле жур де глуар нам упустить нельзя.
А где Дантон?

СЕН-ЖЮСТ (мрачно)
Известно где — в борделе!

появляется Дантон.

ДАНТОН
Привет, Максимка! Бон суар, друзья!
Я до краев пресытился любовью,
Зизи творила нынче чудеса,
Но, проведя волшебных два часа,
Я вновь к услугам третьего сословья.

РОБЕСПЬЕР
Итак, продолжим. Франция в беде.
Благодаря правлению Капета
Мы оказались по уши в мерде,
И выхода у нас иного нету,
Как завтра совершить переворот.
Начав с утра, управимся к обеду.

СЕН-ЖЮСТ
Но вот вопрос — поддержит ли народ?
Нам без него не одержать победу.
Уж больно узок, господа, наш круг.
Скажи, Марат, ведь ты народа друг.

МАРАТ
Народ, заметим антр ну, дурак,
Но без него не обойтись никак.
И чтоб увлечь его нам за собой,
Потребен лозунг ясный и простой.

ДАНТОН (догадывается)
Земля — крестьянам?

МАРАТ (укоризненно)
Извини, мон шер,
Никак не ожидал, что ты — эсер.
Призыв доступен должен быть ежу.
Один момент, сейчас соображу.
Свобода. Братство. Равенство. Любой
За эту чушь пожертвует собой.

Картина вторая

14 июля 1789 года.
Париж.
Площадь перед Бастилией.
Много народа.

Бум-бум! Ба-бах!
Вжик-вжик! Та-та-та-та!
Ура! Ура!
Бастилия взята!
..............................................

С праздником, дамы и господа, граждане, гражданки и товарищи!

URL

2009-07-15 в 07:51

forster2005

"Что толку видеть вещь, если о ней никто ничего не доказывает?!"

Врач Жозеф Субербиель - участник штурма.
Таки-правда?! Вот молодец товарищ.
Еще среди участников называют Ларрея, как бы же проверить.

Еще из участников - Россиньоль, недавно выяснили.

Спасибо за со-участие, граждане коллеги! Да здравствует наш профессиональный праздник!

URL

2009-07-15 в 10:56

Eh voila

В действительности все не так, как на самом деле

...а в каменной Бастилии,
Бастилии моей
Такое изобилие
Решеток и дверей!..
. . . . . . . . . . . .
За преступленья важные,
А то - по пустякам
Ведут людей в Бастилию
К мышам и паукам.
Я не хочу в Бастилию,
в Бастилию,
в Бастилию,
не нравится мне там!..

Спасибо, гражданка С-Нежана. Признаться, я мало что понял в этом стихотворении, кроме главного. Оно ведь "за", не так ли! )

на "поэтическую" страницу ваши находки, пожалуйста, граждане???!!!
Это все из собрания переводов Поля Антокольски, Nataly Red Rose.
И "Свободу" Шелли от гражданина L del Kiante тоже нужно добавить. ~~И еще на место поставить "93" год Барбье, а то он очутился как бы у Беранже.~~

URL

2009-07-15 в 13:14

Синяя блуза

...а в каменной Бастилии,
Бастилии моей
Такое изобилие
Решеток и дверей!..
. . . . . . . . . . . .
За преступленья важные,
А то - по пустякам
Ведут людей в Бастилию
К мышам и паукам.
Я не хочу в Бастилию,
в Бастилию,
в Бастилию,
не нравится мне там!..

+10 )

URL

2009-07-15 в 14:52

Revolt-d

Бастилия взята. Предместья торжествуют.

Викторина:
www.rian.ru/victorina/177341689.html

URL

2009-07-15 в 21:33

Cosmopolite

Армия принципов прорвется там, где не пройдет армия солдат. Т.Пейн

От опоздавшего: С ПРАЗДНИКОМ, ГРАЖДАНЕ!

Waiting for the winds of change

Waiting for the winds of change
To sweep the clouds away
Waiting for the rainbow's end
To cast its gold your way
Countless ways
You pass the days

Waiting for someone to call
And turn your world around
Looking for an answer to
The question you have found
Looking for
An open door

You don't get something for nothing
You don't get freedom for free
You won't get wise
With the sleep still in your eyes
No matter what your dreams might be

What you own is your own kingdom
What you do is your own glory
What you love is your own power
What you live is your own story
In your head is the answer
Let it guide you along
Let your heart be the anchor
And the beat of your own song

(Автора не знаю, к сожалению)

Revolt-d Викторина:
Забавно. Только у Дюма в Бастилии сидел сам д'Артаньян, на пару с Портосом, как мне помнится. А Бонасье только пригрозили, но не посадили... )

URL

2009-07-15 в 21:49

Cosmopolite

Армия принципов прорвется там, где не пройдет армия солдат. Т.Пейн

Спасибо за ссылку, Capra Milana.
Найти бы хотя один из списков мне тоже хотелось.
Есть такая вот информация:
Cet état n'en reste pas moins fort intéressant à dépouiller. Beaucoup de noms ne sont accompagnés d'aucune indication de domicile. Nous relevons cependant plus de 400 habitants du district des Enfants-Trouvés et du faubourg Saint-Antoine. Quant aux corps de métiers, sur 661 noms pour lesquels une profession est mentionnée, nous comptons 51 menuisiers, 45 ébénistes, 28 cordonniers, 28 gagne-deniers (porteurs, commissionnaires, etc.), 27 sculpteurs, 23 gaziers (ouvriers en gaze et mousseline), 14 marchands de vin, 5 horlogers, quelques mariniers et débardeurs, ajoutons-y, pour être complet, deux ou trois abbés, comme le très douteux La Reynie, des avocats, 4 ou 5 bourgeois, 2 ou 3 hommes de lettres obscurs. Il est intéressant d'observer qu'une quinzaine d'étrangers, la plupart des Allemands, ébénistes du faubourg SaintAntoine, prirent part au siège. La condition sociale des attaquants de la Bastille est donc plus modeste que celle des électeurs qui s'étaient réunis au Petit-Saint-Antoine : on trouve fort peu de bourgeois parmi eux et les noms des deux listes sont tous différents.
По Жану Митле.

2-3 аббата - я могу назвать только аббата Фоше. )

URL

2009-07-16 в 01:37

Nataly Red Rose

Свобода начинается с иронии

Cosmopolite тоже хорошая статья, спасибо.
Эли в сети появился:
Jacob Job Elie, né le 26 novembre 1746 à Wissembourg et mort le 5 février 1825 à Varennes-en-Argonne, est un général français - не знаю, насколько можно доверять.

Capra Milana
по списку Нац.архивов посмотрела - самый юный участник штурма 1775 года рождения.
И всего 5 женщин насчитала.

Eh voila
...а в каменной Бастилии,
Бастилии моей
Такое изобилие
Решеток и дверей!..
+100 ))

За преступленья важные,
А то - по пустякам
Идут в Бастилью граждане
К мышам и паукам.
Если можно сделать с рифмой, надо сделать. )

URL

2009-07-16 в 15:19

Martine Gabrielle

Истине самой по себе свойственна неотразимая притягательность... но одним лишь дуракам даровали боги умение говорить правду, никого не оскорбляя

и с утверждением 14 июля в качестве
профессионального праздника - международного дня революции и революционеров!
Свой среди чужих...
+100

Тогда - с недавним праздником, граждане.

URL

с праздником, граждане!

Маленький эпизод Великой революции

фрагмент поэмы Вильяма Блейка "Французская революция",

С ПРАЗДНИКОМ! Vive la Liberte! Vive la Revolution!

Vive Liberta