Сумерки. Они необъятны и непобедимы. Они неспешно захватывают мир каждый вечер после захода солнца, предвещая явление госпожи Ночи, и заполняют каждый его уголок, каждый закоулок, поглощая всё и вся без остатка. Сумерки - это то самое время, когда хочется выходить на порог, кутаясь в плащ или шаль, или стоять у раскрытого окна, вдыхая аромат свежести и прохлады. Это без пяти минут то время, когда начинают загораться фонари и окна, - но не теперь, не сейчас, ещё рано, тьма ещё не наступила, однако же свет уже побеждён. В сумерки не стоит ставить свечу на окно. Тусклый и слабый огонь её не сможет разогнать властное вечернее марево, да и зачем нарушать целостность всепоглощающего покрова бессмысленными попытками вернуть день?
Сумерки - колдовское время, что наступает после часа динэйх. Не верьте тем, кто утверждает, что их цвет - уныло-серый, это неправдивейшая неправда. Сумерки - это серебристый и сиреневый, стальной и индиго, и туманно-бледный, и тёмно-мышиный, и роскошный, бархатный цвет шкуры снежного барса, заметающего свои следы мощным длинным хвостом.
В сумерки легче слушать наступление тишины, ибо мир затихает. В сумерки ярче горят глаза, бледнее кажутся лица, а сплетения теней обманывают зрение, слух и прочие чувства, подменяя образы, звуки и ощущения. Сумерки можно ловить руками, пропуская меж пальцев, накидывать на плечи лёгкой пелериной и надвигать на лоб плотным капюшоном.
Это время плаща и кинжала, время пробовать на прочность заросли плюща на стене угрюмого замка, открывать потайные ходы и наблюдать, как стелется белая дымка над водой. В них растворяешься, глушишь шаги и голос, в них ты властен не показываться тем, кто не должен тебя заметить, и оказываться рядом с теми, кого желаешь лицезреть, возникая из пустоты на бесшумных крыльях совы.
Сумерки - время тайны.
Я пью эту тайну из пригоршни, как густой и плотный туман, и она просачивается в меня по капле с каждым глотком. Серебро в крови, серебро в глазах - сокрыто едва мерцающей пеленой, ещё не время, не пришла пора ему разгореться яркой звездою. Время ожидания. Время терпения. Когда ты закрываешь глаза и слушаешь, как мир отходит ко сну, как тонут и уходят в небытие яркие краски, громкие звуки и резкие запахи. Остаётся предвкушение. Предвкушение чего-то нового и неведомого, что холодит кончик языка и покалывает кончики ушей, и необязательно этому неведомому быть добрым, но всегда - прекрасным.
Неслышной тенью скользить меж притихших домов или деревьев, чувствуя, как под тонкими пальцами твоими, коими проводишь ты над прохладной землёй, течёт великая власть и сила - сила, меняющая мир. Сила, что может погрузить в сон и обострить все чувства, убаюкать обещанием покоя и насторожить ожиданием чуда, что превращает городской парк в таинственный лес, кусты шиповника - в ощетинившихся копьями часовых, а капли росы на траве - в драгоценные алмазы Млечного Пути, отражённого с поднебесья.
Каким бы ни был час заката, за ним жизнь не кончается, пока переход за порог совершают сумерки. Это властный и могущественный Страж, открывающий Врата в мир иной.
Я - Дитя Сумерек.
