• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
20:20 

ФРАНСИСКО ДЕ КЕВЕДО
перевод моего любимого переводчика и поэта Павла Грушко

О КРАТКОСТИ ЖИЗНИ И О ТОМ,
НАСКОЛЬКО НИЧТОЖНЫМ
КАЖЕТСЯ ТО, ЧТО ПРОЖИТО

Кто скажет, что такое жизнь?.. Молчат!
Оглядываю лет моих пожитки,
истаяли времен счастливых слитки,
сгорели дни мои – остался чад.

Зачем сосуд часов моих почат?
Здоровье, возраст – тоньше тонкой нитки,
избыта жизнь, прожитое – в избытке,
в душе моей все бедствия кричат!

Вчера – ушло, а Завтра – не настало,
Сегодня – мчать в былое не устало.
Кто я?.. Дон Был, Дон Буду, Дон Истлел...

Вчера, Сегодня, Завтра, – в них едины
пеленки и посмертные холстины.
Наследовать успенье – мой удел.

20:20 

Ф.И.Тютчев "Как ни бесилося злоречье..."

Как ни бесилося злоречье,
Как ни трудилося над ней,
Но этих глаз чистосердечье -
Оно всех демонов сильней.

Все в ней так искренно и мило,
Так все движенья хороши;
Ничто лазури не смутило
Ее безоблачной души.

К ней и пылинка не пристала
От глупых сплетней, злых речей;
И даже клевета не смяла
Воздушный шелк ее кудрей.

20:20 

Арчет

Я не люблю поминки, а на тризнах
меня не ждут по тысяче причин
Ты умерла, - и мне остался призрак
патронуса, мерцающий в ночи.

Сияет лань. И нет такого волка,
который победит ее. Старик
сказал, что это будет очень долго.
Как в самых сильных
из бессильных книг.

Но ни они, ни зелья не излечат,
ни темные искусства, ни года.
Он спросит:
- До сих пор?
И я отвечу...
И я ему отвечу, как всегда.

Меня убил последний из великих,
чья суть - непобедимая змея.

Мы персонажи идиотской книги:
твой муж дурак, твой сын дурак. И я.

Но умирая, - почему-то верю,
захлебываясь в памяти, крови -
все будет хорошо.
По крайней мере,
я верю: эта книга - о любви.

Сияет лань. И книга - о любви.

p.s.: и светлая память прекрасному актёру - Алану Рикману...
_________________

20:19 

Артур Макаров ДВЕРЬ БЕЗ КЛЮЧА

Я дверь, к которой нет ключа
Мне жребий тягостный достался,
мной кто-то хлопнул сгоряча
И ключ доверия сломался.

Я дверь, к которой нет ключа,
Напрасно воры по привычке
У ржавых скважин хлопоча,
Украдкой ищут к ним отмычки.

Я дверь, к которой нет ключа;
Не раз разбить меня пытались,
Ногами грязными стуча,
Но так за дверью и остались.

Я дверь, к которой нет ключа;
Зачем ключи к открытой двери?
Войди - за ней горит свеча,
Она зовёт любить и верить.

Ты дверь откроешь лишь любя,
Поверь, открыть меня не сложно,
Не от себя, а на себя,
Открой, войди. Но осторожно...

18:56 


В яслях спал на свежем сене
Тихий крошечный Христос.
Месяц, вынырнув из тени,
Гладил лен Его волос...

Бык дохнул в лицо Младенца
И, соломою шурша,
На упругое коленце
Засмотрелся, чуть дыша.

Воробьи сквозь жерди крыши
К яслям хлынули гурьбой,
А бычок, прижавшись к нише,
Одеяльце мял губой.

Пес, прокравшись к теплой ножке,
Полизал ее тайком.
Всех уютней было кошке
В яслях греть Дитя бочком...

Присмиревший белый козлик
На чело Его дышал,
Только глупый серый ослик
Всех беспомощно толкал:

"Посмотреть бы на Ребенка
Хоть минуточку и мне!"
И заплакал звонко-звонко
В предрассветной тишине...

А Христос, раскрывши глазки,
Вдруг раздвинул круг зверей
И с улыбкой, полной ласки,
Прошептал: "Смотри скорей!.."

Саша Черный

18:49 

Лариса Дьяченко

ЕМУ НЕ ВСЕ РАВНО КАК МЫ ЖИВЕМ

Ему не все равно как мы живем
Ему не все равно как умираем
Ему не все равно куда идем
Ему не все равно, мы это знаем.

Он о любви сказать иначе б мог
Через Писание, пророков но Он Сам
Родился в мир, Святой и Вечный Бог,
Живое Слово во спасенье нам.

О дивных небесах нам рассказал,
Любовь Свою явил Он всем на деле.
Он исцелял, от смерти избавлял,
Господь, Спаситель к нам сошедший в теле.

Он доказал любовь Свою рожденьем,
Любовь свою распятьем доказал,
Он доказал любовь нам воскресеньем,
И мир добрей и мир светлее стал.

А без Христа мир не имел надежды,
И смысл жизни обрести не смог,
И белые прекрасные одежды
Нам никогда б не дал при встрече Бог.

Мир стал великодушней и гуманней,
И состраданье стало всем не чуждо,
Отсчет начался ночью давней – давней,
Отсчет, который забывать не нужно.

И празднует планета каждый год
Рождение Христа из века в век,
И праздник этот празднует народ
Рождение Того – Кого отверг.

Богатым, бедным, мудрым и простым
Необходимо Господа прощенье
Чтоб укреплялись верою мечты
О том что вечность есть и воскресенье.

Ему не все равно как мы живем.
Как тело наше дух наш покидает.
Ему не все равно куда идем.
Ночь Рождества нас в этом утверждает.

18:47 

И если слезы есть - старайся в одиночку

их выплакать сперва, и к людям не спеши.

И мужество не в том, чтобы поставить точку,

а чтобы претерпеть рождение души.



И если так с тобой случится не однажды,

то с каждым разом легче будет этот миг.

Жестоки чувства одиночества и жажды,

но страшно - если ты к ним вовсе не привык.

Досадно - если ты, надеясь на подспорье,

в ответ не получил желанной сослезы.

Но в сотню раз страшней, когда испив от горя,

в чужую исповедь ты смотришь на часы.




И если нет того, о чем мечтал вначале,

и высота пути на уровне травы,

люби все то, что есть - и страхи и печали,

и труд обычный свой, и вздохи, и увы.

И меры счастью нет, и смысла в обладаньи -

все сквозь тебя, как Космос протечет.

И оправданье жизни - только в состраданьи

в желаньи размышлять - другое все не в счет.

Александр Дольский

18:45 

Саша Бест
Сказка про ведмедиков

Помнишь, Боже, когда ты был очень маленьким,
Тогда ведмеди зимою носили валенки.
Тогда наш огромный Мир был размером с вишенку,
В ней пчелы, посовещавшись, придумали мед.
Помнишь, Боже, тогда этот Мир был солнечным.
Тогда все фрукты, особенно яблоки, были сочными,
И если ты съешь одно - так навитаминишься
На сотни тыщ миллионов ночей вперед.

Помнишь, Боже, тогда я был тоже маленьким.
Мне мама зимой надевала ушанку и валенки.
И я представлял себя бурым смешным ведмедиком:
Требовал меда и тыкался носом в сугроб.
Помнишь, Боже, как лес разливался песнями.
День был насыщенно-длинным, а воды пресными,
И если мы след чей невольно в лесу приметили,
Спорили долго - кто шастал здесь слон или крот.

Знаешь, Боже, сейчас мы заметно выросли.
Все тайные тайны раскрыты, а клады вырыты.
Мир наш как одуванчик сорвали-сдунули
Дети детей, что однажды устали мечтать.
Нынче, Боже, ведмеди не носят валенки,
И мир стал огромным, в душе оставаясь маленьким.
И сейчас говорят, мол, что люди, тебя придумали
Но мы ведь с тобою знаем, что это не так.

И когда все они постареют, я стану маленьким.
Я напялю свою ушанку, надену валенки.
И уеду в дремучий лес к озорным ведмедикам.
Там пчелы, посовещавшись, придумают мед.
И мы с тобой, Боже, медок разольем по кружечкам.
И, точно как в детстве, от чувств голова закружится.
И мир необъятный любовью своей засветится
На сотни тыщ миллионов ночей вперед.

15:25 

Игорь Северянин

ОЧАМ ТВОЕЙ ДУШИ

Очам твоей души - молитвы и печали,
Моя болезнь, мой страх, плач совести моей;
И всё, что здесь в конце, и всё, что здесь в начале,-
Очам души твоей...

Очам души твоей - сиренью упоенье
И литургия - гимн жасминовым ночам;
Всё, всё, что дорого, что будит вдохновенье,-
Души твоей очам!

Твоей души очам - видений страшных клиры...
Казни меня! Пытай! Замучай! Задуши!-
Но ты должна принять!.. и плач, И хохот лиры -
Очам твоей души!..

Июнь 1909

15:25 

Роберт Рождественский

Лапа моя, лапа,
Носа моя, носа,
Я научусь плакать
Тихо и безголосо.
Я научусь думать
Много и без истерик,
Гордость запру в трюмы
И научусь ВЕРИТЬ!

Чуда моя, чуда,
Рада моя, рада,
Хочешь, с тобой буду
Весь выходной рядом?
Хочешь, прижмись с лаской
Мокрым своим носом.
Хочешь про снег сказку?
Только ЖИВИ, пёса!
_________________

15:24 

Михаил Зенкевич

Поэт, зачем ты старое вино
Переливаешь в новые меха?
Все это сказано уже давно
И рифмою не обновишь стиха.

Стары все излияния твои,
И славы плагиат тебе не даст:
«Песнь песней» все сказала о любви,
О смерти все сказал Экклезиаст.

15:23 

Лариса Нагилюс

ДАЙ МНЕ УСЛЫШАТЬ МУЗЫКУ ТВОЕЙ ДУШИ

Дай мне услышать музыку твоей Души,
Почувствовать всю глубину её дыханья,
Как, в быстром вальсе голову вскружив,
Ты чувствуешь партнерши трепетанье…

Дай мне услышать внутренний мотив,
Все тонкие нюансы, переливы…
Что мучает тебя? Что тянет в негатив?
Что вдохновляет жить и что рождает силы?

Дай мне увидеть мир, как видишь ты,
Познать всю красоту его Творенья,
И, возносясь с тобою до Мечты,
Сорваться в пропасть горя и сомнений…

Дай прикоснуться мне к твоей душе
И осторожно, чтобы сердце не поранить,
Позволь мне в этом чистом хрустале
Свой след, как аромат духов, оставить…

15:23 

Ю.Михайлов. Тайга

Зима в красноярской таежной глуши,
Где быть не могло ни единой души,
Вдогонку за вечером тянутся тени,
Где звезд отраженье
искрится в снегу,
Где время заснуло от скуки и лени,
Ручей аметистом застыл на бегу,
До ближних селений недели пути,
В такие морозы туда не дойти,
И все ж, возле ровной
под настом опушки,
Безмолвию белому будто в упрек,
В излучине мелкой
сибирской речушки
Спасеньем для жизни горел огонек.
Кидая в костер сухостойный тальник,
Сидел у огня очень древний старик,
Прижавшись к нему,
грелась белая лайка,
Поднявши глаза на лицо старика.
О чем его думы-поди, угадай-ка,
Но снял он собаку свою с поводка.
И, глядя в огонь,
свою жизнь вспоминал:
Кого-то забыл, а кого-то позвал,
Но нет никого,
уже в прошлом разлука.
И пламя в глазах отразило века.
Блеснула слеза,
и тихонько, без звука
Упала с загривка собаки рука.

15:22 

Казакова Римма - Любить Россию нелегко...

Любить Россию нелегко,
она - в ухабах и траншеях
и в запахах боев прошедших,
как там война ни далеко.

Но, хоть воздастся, может быть,
любовью за любовь едва ли,
безмерная, как эти дали,
не устает душа любить.

Страна, как истина, одна,-
она не станет посторонней,
и благостней, и проторенней,
тебе дорога не нужна.

И затеряться страха нет,
как незаметная песчинка,
в глубинке города, починка,
села, разъезда, верст и лет.

Отчизны мед и молоко
любую горечь пересилят.
И сладостно - любить Россию,
хотя любить и нелегко.

15:21 

В.Набокин. Холодный декабрь 1951 года

В послевоенные годы лыжи появились
в продаже только в 1954г...


Штакетник новый
В дырку у забора
Прибили плотники вчера.
Ну, а сегодня
Ветер там гуляет
И вновь огромная дыра !
Ведь выпал снег,
И первая пороша
Дорожки-стежки замела,
А завтра марш-бросок,
Об этом каждый знает,
Готовим лыжи до утра!
В те годы уголь-антрацит
Горой лежал у каждого двора.
Смеркалось. В кухне летней
На плитке, раскаленной добела
Стоит ведро. Вода в нем закипает,
Заостренный конец
Штакетника в ней парим,
В станке нехитром загибаем.
И лыжа первая пошла.
А рано утром, чуть заря,
Ватага пацанов
На лыжах этих
По степи гуляет,
Спустились в балку,
С горок покатались-
Какая благодать!
Вот заячьи следы.
Он перед тем,
Как лечь и закемарить,
(по-нашему поспать)
В степи загадочно петляет
Не каждый может разгадать!
Короток зимний день,
Глядишь, уже домой пришли,
Продрогли так, что только в хату-
Сразу к печке,
Аж в пальцы зашпоры зашли!
Но лица детворы,
От чувства выполненного долга,
Так и сияют, и так важны...

15:21 

за три дня до нового года
на улицы выпал снег,
приглушенно пах оранжевым и зеленым,
и мерцал по покатым крышам
и по мостам скругленным,
в эти ночи мы стали видеть во сне
незнакомых котов, пришедших из ниоткуда,
певших песни, беззвучно исходившие из утробы.
это было не то чтобы похоже на чудо,
мы привыкли, что чудо – это любовь до гроба,
это спастись от бандитов, кредитов и операций.
но эти коты нам просто снились и пели,
они умели слушать и улыбаться,
в их шерстяном и легком кошачьем теле
прятались песни, пришедшие из волшебных стран,
незнакомые песни, не имеющие языка,
песни, в которых были язычки костра,
и звезды, светившие издалека.

потом они, конечно, перестали нам сниться,
это же коты, они сами гуляют где захотят,
были морозы, плохие вести с границы,
были те, кто пил и хотел застрелиться,
были те, кто завел котят.
Были те, кто всю жизнь, пока был здоров,
учился петь беззвучные эти песни,
песни другого мира, лишенные слов,
лишенные очертаний и веса, но
оставляющие следы в глазах и во снах,
пахнущие мандаринами и тем, что придет весна.
и пока эти песни без слов из иного мира
мы беззвучно поем,
мы никогда не состаримся,
мы никогда не умрем.

© Лемерт /Анна Долгарева/

18:33 

Лиссет - Завернусь я в зелёный бархат...

Завернусь я в зелёный бархат
и напьюсь, как вином, слезами.
Ты остался в моих ладонях
недосказанными словами.

Ты остался касаньем грубым
и улыбкой немного льстивой.
Среди львов ты остался лисом,
чёрным лисом, лжецом красивым!

Ты слова свои ткал из злата,
но казались они стальными.
Иногда были лестью, мёдом,
но потом стали дерзко злыми.

Всё равно, как нектар, вкушала
каждый звук, с твоих губ слетевший.
Ты был пламенем, диким, ярким,
но теперь... огонёк истлевший...

Ты ушёл, не оставив нитей.
Все простили тебе пороки.
Но шепчу каждый вечер тихо:
"Возвращайся скорее, Локи".

июль 2014

21:03 


18:27 

Время не лечит. Лечит не время.
Лечат поездки и новые люди.
Лечит весна. Лечит вал впечатлений,
Сны и предчувствия: то ль ещё будет!

Стрелки пушистые от самолётов
В небе, и шпалы бегущие лечат.
Лечит надёжный и преданный кто-то,
В нужный момент обнимая за плечи.

Таня Весёлкина

17:27 

Быть...

звать бы тебя по памяти, знать бы тебя по имени -
этого, самоценного, не находя любимее.
подслеповато щуриться, тихо входя в бетонное
здание и уменьшиться в тепло твое наладонное.
быть в тебе левым берегом империи, что украдена,
небом, к утру расстеленным до ломких ключиц исландии.
домом с покатой крышею, капли перебирающей.
открытым и перечитанным, запомненным со вчера еще -
письмом. для цветов расчищенным, зияющим подоконником,
на полке, прибитой в комнате, забытой фигуркой слоника.
к груди прислоненной книгою, распахнутой по наитию.
бытием ли, деталью быта ли -
только быть в тебе,
быть с тобой,
быть тебе...

Лина Сальникова ©
15.11.15

I’d never seen irises that green.

главная