17:16 

Луи Арагон

Как пахнут черникой
Корзины и мрак!
Нам тайной великой
Казался чердак.

Теней королевство,
Былой аромат.
Внизу, по соседству,
Портретов парад.

Вот кресла хромые,
Приметы игры,
И тени немые,
И сны детворы.

Но кто там? Возможно,
То я.. или он..
Пусты и тревожны
Глаза у окон.

Соломинки колки
В полях за рекой,
Где крик перепёлки
Рвёт летний покой,

Сел ветер у края
Прозрачной воды,
И цапли, шагая,
Глядятся в пруды.

Мне чудится: поезд
Пыхтит вдалеке.
На лозах покоясь,
День спит в ивняке.

Сны августа, тая,
Истомой полны.
Деревья ласкают
Лицо синевы.

Туманные фото
И времени бег..
О ком-то, про что-то
Забыто навек.

17:15 

Володя Черкасов

БЫТЬ ЧУДАКОМ И ВЕРИТЬ В ЧУДЕСА...

Быть чудаком и верить в чудеса,
Купаться летней ночью в море звёздном,
За журавлём гоняться в небесах —
Я точно знаю: никогда не поздно.
Дыханье от восторга затаив,
Увидеть волшебство в совсем привычном,
И, слыша незатейливый мотив,
Величье ощущать в полёте птичьем.
Бежать куда-то за своей мечтой,
Вновь совершая тысячу ошибок,
Не сомневаясь, спор вести с судьбой
И грезить о награде из улыбок.
О, как мне жаль угрюмых простаков,
Кто, ошибаясь, в чудеса не верит,
Тех, чьи сердца закрыты на засов,
Чьи наглухо забиты в детство двери.
Мир будет жить, пока есть чудаки,
Пока Земля дыханьем их согрета,
Пока родятся с лёгкой их руки
Стихи и песни, сказки и сонеты.
Пока мазки ложатся на холсты,
Подснежники цветут средь зимней стужи,
И, следуя законам красоты,
В песчинках зреют россыпи жемчужин

17:14 

Марьяна Высоцкая

ПРО ВИКУ

И поедет однажды Вика на Коста-Рику.
И купит себе там самое красное платье.
Потому что у Вики из лучших друзей только книги,
Потому что у Вики вместо картины – Распятье.
И будет Вика по миру гулять, как в трансе.
И станет поэтом в Гамбурге, поваром в Риге.
Потому что у Вики необходимая жажда странствий,
Потому что у Вики прапрадед был точно викинг.
И приедет однажды Вика в свой маленький город.
И вернется к книгам. И будет ей жизнь стекловатой.
Потому что и платье Вике станет не в пору,
Потому что и мира будет ей маловато.
Это всё будет, Вика, ты слышишь, всё будет, детка!
И в полночь к тебе постучится твой суженый полуночник.
Мы продадим и коляску твою, и капельницы, и таблетки –
И купим тебе самый целый, самый ровненький позвоночник.

17:12 

Юрий Левитанский

Каждый выбирает для себя

Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку -
каждый выбирает для себя.
Каждый выбирает по себе
слово для любви и для молитвы.
Шпагу для дуэли, меч для битвы
каждый выбирает по себе.
Каждый выбирает по себе.
Щит и латы, посох и заплаты,
меру окончательной расплаты
каждый выбирает по себе.
Каждый выбирает для себя.
Выбираю тоже - как умею.
Ни к кому претензий не имею.
Каждый выбирает для себя.
1983

17:12 

Булат Окуджава

Капли датского короля

В раннем детстве верил я,
что от всех болезней
капель Датского короля
не найти полезней.
И с тех пор горит во мне
огонек той веры...
Капли Датского короля
пейте, кавалеры!

Капли Датского короля
или королевы —
это крепче, чем вино,
слаще карамели
и сильнее клеветы,
страха и холеры...
Капли Датского короля
пейте, кавалеры!

Рев орудий, посвист пуль,
звон штыков и сабель
растворяются легко
в звоне этих капель,
солнце, май, Арбат, любовь —
выше нет карьеры...
Капли Датского короля
пейте, кавалеры!

Слава головы кружит,
власть сердца щекочет.
Грош цена тому, кто встать
над другим захочет.
Укрепляйте организм,
принимайте меры...
Капли Датского короля
пейте, кавалеры!

Если правду прокричать
вам мешает кашель,
не забудьте отхлебнуть
этих чудных капель.
Перед вами пусть встают
прошлого примеры...
Капли Датского короля
пейте, кавалеры!

17:11 

В поле не видно ни зги.
Кто-то зовет: "Помоги!"
Что я могу?
Сам я и беден и мал,
Сам я смертельно устал,
Как помогу?

Кто-то зовет в тишине:
"Брат мой, приблизься ко мне!
Легче вдвоем.
Если не сможем идти,
Вместе умрем на пути,
Вместе умрем!"

Федор Сологуб

17:10 

Дмитрий Конюшевский БЕЗРАССУДСТВО

Ах, давайте я подую вам на щеки,
Вашу руку, без гордыни и упрямства,
Ах, оставьте ваши милые упреки,
И давайте по любви, и без дворянства.
Не хочу я исполнять притворство басен,
Я смотрю на вас, и мне безмерно грустно,
От того, что ваш ответ, предельно, ясен
- Безрассудство, это просто, безрассудство.

Так извольте, в безрассудство поиграем,
Сбросим маски, и останемся без правил,
Окунемся наготою в обожанье,
К утонченному любовному желанью.

Дайте руку, и возьмите мое сердце,
Мой подарочек простой и откровенный,
Как еще мне перед вами извертеться,
Что б вы поняли, что я ваш выбор верный.
Не смешно, хоть веселиться я умею,
Я смотрю на вас, и мне безмерно грустно,
Рядом с вами я глупею, и глупею,
Безрассудство, это просто, безрассудство.

Так давайте безрассудству гимн сыграем,
На всех нотах, без остатка, что мы знаем,
И поверьте, станем вместе мы богаче,
Утонченным обаянием удачи.

Ах, давайте я подую вам на щеки,
Со всей нежностью, какая ранит душу,
Ах, сударыня, какие тут намеки,
Я фрегат волною выброшен на сушу.
И разбит я безответным созерцаньем,
Я смотрю на вас, и мне безмерно грустно,
Это слово, ваше слово – наказанье,
Безрассудство, это просто, безрассудство.

Безрассудство откровенностью пылает,
Краткий миг, и наваждение растает,
Оставляя за кормою соль надежды,
Как разбросанные по полу одежды.

- Безрассудство!
- Да причем тут безрассудство!
Это просто – очарованное чувство.

17:10 

Марина Гарбер

ДЕВОЧКИ

Есть такие –
спрессованные из марсового песка,
животы у них гладкие, без пупка,
тяжела походка, рука легка,
и когда другие
надрывают от смеха себе бока,
видя, что вместо волос у них – облака,
смотрят снизу вверх, но кажется, свысока,
и светятся, если – нагие.

Отродясь,
они сами вылепливали себя,
не для мамы и папы, вообще не для,
высятся, соляные столпы, не огля-
дываясь,
и двоясь, как дорогой расколотые поля,
островами разрозненные моря,
обезветвленные тела свои для
и длясь.

Покупай им плюш,
заплетай косички,
клеш, плиссе, бантики, рукавички,
а когда расплачутся, истерички,
посылай в душ,
прячь ножи, веревки, лезвия, спички,
не замечай, говори о птичках,
из дневника вырывай странички,
причитай: «Чушь!»

В 200 ватт –
не поучителен, заразителен свет,
от такого, как под гипнозом, и «да» и «нет»
произносишь автоматом в ответ
на взгляд.
Но не влезут, паршивки, на табурет,
не прочтут стишок, не споют куплет,
видят себя в тридцать с лишним лет:
саван до пят,
именной браслет –
«Сильвия Платт».

17:09 

Марьяна Высоцкая

О теории бумеранга

А что он хотел?, - говорит она мне и сидит вздыхает.
Хотел и со мной, и с ней, и в гробу с комфортом?
Что ж он жил со мной четверть века, раз я плохая?
Что ж он сразу себе хорошую не нашёл-то?
Если б он объяснился хотя бы, седой кутила,
Что вот завёл себе в побрякушки ту вертихвостку,
Я б отпустила его. Вот те крест, я б его отпустила!
Только бы по-человечески! Не внахлёстку!
Я ж тогда себя по крупицам стирала с мира.
Даже как-то сдавалась, карабкалась на карниз.
Всё, что оставил после ухода – кольцо с сапфиром.
Сказал «Продай и кормись».
Хотела подать на развод, но всё было в жалость.
Думала, что вернётся скулящим щенком.
Я их видела прошлой осенью. Разрыдалась.
Старый дурак и девочка с париком.
Радует только одно, что детей не случилось.
Не случилось опять-таки из-за этого кобеля.
В то время, как он распивал с ней шотландский чивас,
Мне пришлось в мой полтинник всё начинать с нуля.
Они разбежались к зиме. Причины не знаю, не хватит духу.
Видно, деньги закончились. Он работу ведь тоже бросил.
А без денег, ты знаешь, тяжко завоевать молодуху
Только тем, что ты очень начитан, умён и взросел.
Он сначала по съёмным квартирам, за неименьем родни
И отсутствием всяческого надёжного тыла.
Ночевал у друзей, знакомых. Домой ни-ни.
Но я бы к тому моменту и не пустила.
А потом пришли из милиции. Так, мол, и так:
Окоченение, интоксикация, опознать бы.
Мастер жизни, как видишь, в смерти совсем не мастак.
Не станцевать ему, значит, на новой свадьбе.
Всю дорогу к больнице то слёзы, то спазмы рук.
А потом зашла, поразмыслив над или/или:
Стою, улыбаюсь. Мол, нет, Слава Богу, не мой супруг.
Так его в общей могиле и схоронили.

17:07 

поздравляю, мой лучший жалко-что-только-друг,
мы сумели бы выжить при
ядерной зиме, равной силе четырехсот разлук,
в кислоте, от которой белые волдыри;
ужас только в том, что черти смыкают круг,
что мне исполняется двадцать три,
и какой глядит на меня снаружи-
такой же сидит внутри.
а в соревнованиях по тотальному одиночеству
мы бы разделили с тобой
гран-при...

Владимир Понкин

17:07 

Светлана Кекова

Это — моё прощенье, это — мой дар тебе:
эхо в пустом ущелье, отблеск луны в воде,
шелест листвы осенней, тени летящих птиц,
это — моё спасенье — помнить одно из лиц,
то, где любовь гостила, словно в реке вода…
Да, я тебя простила, да, я простила, да.

Славила милость Божью, тайной судьбы узор,
и осквернённый ложью, ведомый всем позор.
Помнишь, что мир, как танец, рос в глубину и вширь?
Баловень, иностранец, прыгал в снегу снегирь.
И очевидец тайны, брат моего греха
вдруг обрывал случайно тонкую нить стиха.

Да, не могу понять я — кто ты и что с тобой,
Ангел меняет платье в вечности голубой.
Старая ткань слиняла — лёгкий покров души.
Помнишь, как я меняла жизнь на твои гроши?
Стало тепло на свете, ландыши расцвели,
плачут тихонько дети в разных концах земли…

17:06 

Дарья Серенко

Я пью из испуганной чашки,
Привыкшей к его губам.
Должно быть, ей очень страшно:
Чужая
Уронит
Бам
Дрожит, проливает кофе,
Выскальзывает, хоть плачь.
И стол для нее — Голгофа,
И я для нее — палач.
Пришедшая в дом однажды,
Не сможет уйти за так...
Мы квиты с тобою, чашка:
Мы обе в чужих руках.
Чужой
Уронит
Бах

17:05 

У дороги, у самой развилки,
возле самого скрипа колёс,
из-под снега торчала травинка...
Неуютно ей нынче жилось.
Тело травки пружинило ловко.
Не сломал её ветер, не смял.
И торчала на лысой головке
уцелевшая пара семян.
...Я стоял, говоря ей «спасибо»,
и стыдил своё сердце: «Смотри,
одиночество — это не гибель,
это мужество, чёрт побери!..»

Глеб Горбовский

17:05 

* * *

Когда растёт душа, становятся тесны

одежды старые — сомненья и тревоги.

И дни тогда летят, как золотые сны,

и, вольному, тебе открыты все дороги.

Когда растёт душа, нет ни скорбей, ни мук.

Как воздух для крыла — и скорби ей, и муки.

Когда растёт душа, она растёт, как звук.

Зачем нам тишина? В ней умирают звуки.


Анатолий Чивилихин

17:04 

Сергей Левин

НЕ БОЙСЯ ВЫДЕЛЯТЬСЯ ИЗ ТОЛПЫ

Не бойся выделяться из толпы,
Не стой пред ней с безудержною дрожью,
Сойди с прямой, проторенной тропы
Иди своим путём, по бездорожью.

И пусть нелёгок будет этот путь,
Зато он станет нов и интересен.
Постичь попробуй этой жизни суть
И мир тебе тогда не будет тесен.

Поймай попутный ветер в паруса
И смело отправляйся в путь-дорогу.
Не только в детстве встретишь чудеса,
Их и в обычной жизни очень много.

И пусть все крутят пальцем у виска,
Крича повсюду, что твой путь не годен,
Завидуют, в глазах у них тоска,
А ты гордись, что времени не моден.

Пускай они смеются над тобой,
И хоть насмешки эти будут злобны,
Не спорь, и пусть галдят наперебой,
На большее они ведь не способны.

Останься к этим людям слеп и глух,
Не трать эмоций в бесполезном споре,
Ведь у любого стада есть пастух,
Оно же не свободно, априори.

Свободен ТЫ, от догм и суеты,
Ты сам себе изгой и сам же гений.
На свете существуешь только ТЫ,
И в этом нету никаких сомнений.

Не делай, ради Бога так, как все,
Будь Личностью, в своём лишь только роде,
Предстань в своей, особенной красе,
Не отдавая дань дурацкой моде.

И кто бы там чего ни говорил,
Шагать, мол, надо только в ногу с веком,
Лишь тот, кто над толпою воспарил,
Достоин называться Человеком!

17:04 

Виктор Пицман

Я не могу, когда меня не любят, —
Пусть нелюбви немножко, с ноготок:
Мои улыбка покидает губы,
Я вяну, как не политый цветок.

Я не могу, когда в меня не верят,
Как верят в бога или в сатану:
Тогда не все могу открыть я двери
И гор высоких тоже не сверну.

Я не могу, когда в меня при встрече
Не брызнет радость из любимых глаз:
Тогда мои опять сникают плечи,
Как было, к сожалению, не раз.

Я — не могу!.. Я сам такие муки
Не пожелаю худшему врагу!
...Счастливый взгляд, протянутые руки, —
Я всё смогу, я всё тогда смогу!

17:03 

Ольга Мельник

(ПЕРСЕФОНА)

А не будешь расти – заберёт тебя мёртвый бог.
А не буду я здесь расти, ничего не хочу, не люблю никого,

Потому что нет у меня ни ума, ни сердца, ни рук, ни ног,
Потому что Деметра во мне течёт, родниковая кровь.
На порог Деметра выходит с пустым ведром,
Говорит – созревает мир, созревает мир.

А сама я сплетаю слова, расплетаю слова,
Я Деметрина донечка, тоненькая трава,
Я спала, я зерном себя в землю спрятала,
Пела, плакала, ничего не сделала, никого не спасла.

Если станет чёрная ночь глуха, приходи за мной,
Дай мне имя – моя Персефона, гранатовое зерно.
Стебли мои – на ветру, корни мои – в Аид,
Дай мне выключить свет, с мёртвыми говорить.

…Потому что нет меня, нет, потому что нет.

17:02 

Ветер дует, надрывая душу…
Жизнь опять смертельно хороша.
Прислонись к земле и слушай, слушай!
О, оттуда этот шум в ушах.

Из зелёных трав и крови красной
Нам сварили брагу бытия.
Кто сказал, что пили мы напрасно?
Я не знаю лучшего питья!

Радость духа, опьяненье тела
И любви жестокая игра…
Ничему на свете нет предела
И всему, всему своя пора.

Лишь когда иссякнут жизни силы,
Ты утихнуть сердцу повели
И потребуй отдыха у милой
Утомляющей тебя земли.

Николай Шатров

17:02 

Мотылек

Что есть безмолвие боли? -
Этот крик, что застрял в горле,
Костью и между строк,
Сгорел на свету мотылёк.

Из когорты, живущих отчаянно -
Не от самой лучшей раздачи,
Он горел совсем не случайно
И потух, чтобы вспыхнуть иначе.

Будьте там к нему благосклоннее,
Ему тут слишком много досталось.
Разве могут быть покорнее!?
Те, кому короткая спичка попалась.

Вы там с ним посидите вдвоём,
Здесь, с одиночеством был он повенчан.
Ещё один обручился со сном
И обнял его навсегда и нежно за плечи.

И на целую жизнь по ухабам меньше шагов,
На улыбку ту яркую на фото без ярких цветов -
Стало меньше…на целую искренность детства,
Не понарошку, как в детских дворах королевства.

И что-то хрустнуло, вскрикнуло, надломилось
Мой друг! Мне жаль, но ничего не приснилось
И покачнулся свечи фитилёк
Сгорел на свету мотылёк...

© Copyright: Андрей Солодов, 2013

17:02 

Вдыхай

Не приручишь ни зельем, ни вином -
Спи на плече, не трогай мандрагору.
Ведь ты и я, согласно договору,
Наполнены не светом, а огнём.
Высоким жадным пламенем костров -
Вдыхай меня, вдыхай, пока ты дышишь...
Ничьё дыханье мне не будет ближе,
Никто с тобой не будет так суров,
Так нежен на исходе сентября,
Когда Луна взойдёт над диким лесом.
Вдыхай меня, как бог вдыхает мессу,
Как парфюмер движенье вещества.

Пока ты здесь - мне ночь всегда мала,
Как тот пиджак, что носит старый Гёте.
Ни на размер - на город, на слова,
На всех октав несыгранные ноты...
Я так горю, как до меня - никто
/сказал Ромео в сотый раз Джульетте/.
Но ты и я - те выросшие дети,
Воскресшие, Вероне всей назло.
Вдыхай весь мир, а я - тебя одну
/пока я здесь дыханья будет много/.
Цветёт Алголь у нашего порога,
И ангелы возносят тишину.

Спи на плече моём из века в век,
Когда фонарщик улицы обходит.
И зелье и вино уже не в моде -
Я приручён, как в дом внесённый снег.
Нет, обручён - чистейшим серебром
/завидуют мне Гёте и Россетти/.
Дыши ещё... Как дышат только дети,
Уснувшие под меховым плащом.

© Снежный Рыцарь

I’d never seen irises that green.

главная