06:53 

Постмодернистская мэрисью от Алены.

Авдотья Прасковьевна
Надо понимать всю глубину наших глубин! (ДМБ)
Обожаю творчество Алены, не могу не поделиться ссылкой на её ЖЖ, где все это обитает: the-mockturtle.livejournal.com/ Вот один из замечательнейших образцов
- Нет, нет и нет. – устало проговорил профессор Снейп. – Никаких вакансий для новых мэри-сью. Я еще старых не выпотрошил! Слышишь, шевелятся?
За плотно запертой дверью чулана и в самом деле кто-то томно вздыхал, серебристо смеялся и божественно горланил дивные эльфийские песни.
- И много их там? – уныло спросила авторша. Просто, чтобы спросить.
- Восемь штук! – гордо отвечал профессор. – Все гриффиндорские. Вот, смотри.
Он на цыпочках подкрался к чулану – там по-прежнему возились, хихикали и пели – и неожиданно строго прикрикнул:
- Двадцать очков с Гриффиндора!
Чулан испуганно притих, затем разродился гнусавым «За что-о, профессор?!»
- Минус двадцать пять! – мстительно перебил Снейп. – За пререкания.
- Дались вам эти гриффиндорцы. – тоскливо сказала авторша. – Моя была бы лучше.
- Я вас умоляю. – скривился профессор. – Эти мэри-сью все на одно лицо. Гриффиндорские, впрочем, повыносливей будут, потому и держу. Для опытов. – досадливо пояснил он, заметив, что авторшина физиономия вытянулась от изумления.
- Моя – не для опытов. – тихо, но твердо сказала авторша. – Моя – для души.

Для души! Профессор Снейп утомленно возвел очи горе. Последний раз он попался на эту удочку тома три назад, когда две кобылистые старшекурсницы неожиданно записались на все его факультативы и сознались, потупив очи, что готовы посвятить зельеварению всю оставшуюся жизнь. Он растаял, старый дурак; он щедро снабжал их реактивами и помогал решать задачи из сборника для поступающих в ВУЗы, пока однажды ополоумевшие от страсти девицы едва не загнали его в тот самый чулан.
- Эксперимент! – долдонила авторша. – Новое слово в мэрисьюведеньи! Милая, скромная, незаметная постмодернистская мэри-сью! На любых условиях, профессор!
Снейп сдвинул брови к переносице. Свято место пусто не бывает. Откажешься от одной – немедля набегут другие. Непостмодернистские и без всякого разрешения. Майся с ними потом. Лови на занятиях томные взгляды. Находи в столе записочки сомнительного содержания, от которых старую деву Минерву МакГонагалл точно хватил бы удар…
- Все чисто, невинно и романтично! – будто прочтя его мысли, увещевала авторша. – Рейтинг не выше PG! Объект не старше второго курса! Исключительно дочерние чувства!
- И чтоб никаких детишек Вольдеморта. – безапелляционно заявил профессор. – А также сестер-близнецов Поттера, прямых потомков Салазара Слизерина и певчих эльфийских принцесс. – последнее, ввиду звуков, доносившихся из чулана, было особенно актуально: там уже оправились от шока и завыли «А Элберет Гилтониэль».
- Как скажете, док! – легко согласилась авторша. Пожалуй, даже подозрительно легко.
- Оборотней тоже не надо! – поспешно предупредил Снейп, вспомнив о невменяемом фан-клубе Ремуса Люпина. - И да, любая попытка вымыть мне голову будет считаться дисквалификацией.
- Спокойствие, профессор. – авторша торжествующе захлопнула блокнот. – До конца учебного года никакого мытья головы. Увидимся в сентябре!
Северус Снейп недоуменно вздернул брови. Обычно мэрисью бесцеремонно заявлялись в Хогвартс в середине учебного процесса и с первого же занятия выбивались в отличники.
- Экстернатура – не наш метод. – улыбаясь, пояснила авторша, прежде чем растаять в сгустившемся воздухе текстуальной реальности. – Надо же экономить авторский произвол.

…Новички не производили на Снейпа никакого впечатления. Ну ровным счетом никакого.
Две невдолбенно прекрасные барышни со всей определенностью предназначались Малфою. Еще одна не по годам развитая особа едва не выпрыгивала из тесных джинсов при виде очкарика Поттера. На долю Снейпа, при поверхностном осмотре, не приходилось никого.
Ни одной романтической бледной немочи в бархатной мантии чернее ночи.
Ни одной жизнерадостной дуры в облаке непокорных блондинистых кудрей.
Ни одной роковой рыжей бестии, со вкусом украшенной сияющими изумрудами глаз (была такая в позапрошлом году, хиленькая, правда – на то, чтобы воплотить в жизнь эту смелую текстуальную фантазию, у ее создательницы ушла туева хуча произволу).
И никакой обещанной постмодернистской мэрисью.
Впрочем, профессор уже имел кой-какой опыт по части творчества фанфикописцев и не расстраивался. Он знал верное средство выводить синтетические образования на чистую воду и собирался применить его незамедлительно.
- Вопрос к аудитории! – сказал он скрипуче, обводя притихших первокурсников тяжелым взглядом. – Те, кто усвоил программу курса зельеварения дома, с мамой, с бабушкой, с репетитором или каким-то неведомым науке образом знал ее с рождения, поднимите руки.
Грохнули крышки парт: это с готовностью взвились в воздух малфоевские и поттеровская мэри-сью.
- Вон отсюда. – подождав, пока барышни примут подобающие случаю позы, тонко улыбнулся Снейп. – Да-да, вы не ослышались, именно ВОН. У меня аллергия на вундеркиндов. Шибко умных я не люблю. Уж за шесть-то томов можно было усвоить!
Аудитория подавленно молчала. В гробовой тишине оскорбленные мэри-сью собрали книжки и строем двинули за дверь.
- Вы не имеете права! – звонким от негодования голосом сказала одна из них, естественно, гриффиндорская.
- Минус десять очков с Гриффиндора! – довольно констатировал Снейп, поплотней запирая за девицами дверь. – И так будет с каждым, кто возьмется демонстрировать мне свои несовместимые со здравым смыслом способности. Я, кто не понял, въедлив и циничен, но вы знали, на что шли. Так что открыли учебники на странице четыре…

…Монотонно и неумолимо продвигался к концу первый семестр. Поголовье мэри-сью стремительно сокращалось, что позволило, наконец, привести в божеский вид школьное расписание (взбаломошные девицы то и дело порывались устраивать спаренные занятия со старшими курсами, на которых учились Поттер и Малфой). Громким скандалом и чередою шумных исключений кончилась драка прекрасных ловчих из конкурирующих команд по квиддичу. Интернациональная бригада эльфиек из подколледжа имени Патриса Лумумбы была поймана с поличным на попытке протащить в Хогвартс постороннего, а именно Леголаса. Еще несколько энтузиасток с треском вылетели из школы за попытку грубого изнасилования насмерть перепуганного Малфоя.
На Снейпову долю по-прежнему не приходилось ничего.
Профессор наслаждался тишиной и покоем. Занятия с обезмэрисьюшенным первым курсом сделались для него настоящей отдушиной. Иногда он забывался настолько, что преступно нарушал рамки данного ему Самой Главной Авторшей амплуа.
Он взялся вести два факультатива и дополнительные занятия для отстающих и достиг невиданных успехов. На республиканской олимпиаде по зельеварению команда Хогвартса, невзирая на повальную коррупцию в министерстве образования, заняла первые места.
Снейп торжествовал. В его немытой голове умиротворенно зрела мысль о возможном назначении на должность преподавателя Защиты от Темных Сил и повышенной тринадцатой зарплате. Он перестал называть отстающих магглоподобными имбецилами, повысив их в звании до хронических тупиц.
Таковых к концу первого семестра оставалось всего трое: двое безнадежных и одна подлежащая усыплению. Толщина их черепных коробок оказалась непреодолимой, но Снейп, к вящему удивлению коллег, не испытывал никакого злорадства. К Рождеству он поставил двоим безнадежным незаслуженное, но желанное «удовлетворительно», а подлежащую усыплению запер в кабинете наедине с решебником и благоразумно отчалил, давая несчастной возможность списать.
Долгих сорок минут болтался профессор по коридорам, чаевничал в учительской и пытался изподтишка наколдовать прощелыге Поттеру поросячий хвост; а когда вернулся в кабинет, обнаружил злополучную ученицу судорожно рыдающей над чистым листком.
- Мисс Такая-то! – взорвался Снейп, потрясая перед барышней решебником. – Это Мерлин знает что такое! У вас не хватило ума даже переписать готовый вариант!
- Я не могу-у! – рыдала мисс Такая-то. – Я невдолбенно честная мэри-сью-у-у!
Столь неожиданное признание выбило профессора из колеи. Он плюхнулся за учительский стол и осоловело уставился на костлявое зареванное созданье с жидкими косичками и конопатой переносицей.
- Ничего не понимаю. – пробормотал он, наконец. – Какая же вы мэри-сью? Мэри-сью – это вот, - руки профессора очертили в воздухе подобие песочных часов, - и вот, - ребром ладони он обозначил среднестатистическую длину шелковистых, блестящих, пушистых и густых мэрисьюшных волос. – А еще у них, как правило, есть какой-нибудь сверхъестественный дар…
- Я п-п-пы-п-постмодернистская мэри-сью! – пуще прежнего зарыдала девица, с грохотом впечатывая в парту пунцовый от переживаний лоб. – Сверхъестественно тупая и невероятно честная-а-а-а! Как я жить-то дальше бу-у-уду-у-у-у! – она шумно высморкалась в промокашку и подняла на Снейпа покрасневшие глаза.
- Сволочь твоя авторша! – с чувством проговорил профессор, ужасаясь открывшимся перед барышней перспективам. – Так изуродовать человека! Женевской конвенции на нее нет!
С этими словами он извлек из складок мантии замусоленный платок и неловко протянул его зареванной мэри-сью. Та с готовностью вытерла им сопли и, смущаясь, пообещала постирать.
- Чего уж там. – растрогался профессор. – Поставлю я тебе тройку. Даром поставлю. Только не скули.
Постмодернистская мэри-сью отчаянно замотала головой, и слезы хлынули из ее тусклых глаз с новой силой.
- Не могу я так! – причитала она. – Это нечестно!
Профессор шумно вздохнул. Быстро прошелся по кабинету, создавая руквами мантии нехилый сквозняк.
- Ладно. – процедил он сквозь зубы. - Мне за это деньги платят, в конце концов. Бери учебник, чудовище. Попробую объяснить…

@музыка: Ноль: Иду. курю

@настроение: Ахтунг!

@темы: книжное

URL
Комментарии
2011-03-19 в 12:38 

Faery
ыгагагагагага!!!! Как педагог педагога - как ж я его понимаю!!! плюс пицот!!!:lol::lol::lol:

2011-03-19 в 13:58 

Авдотья Прасковьевна
Надо понимать всю глубину наших глубин! (ДМБ)
буду всячески рекламировать творчество Алены

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

бездуховность и кастрюльки

главная