Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:39 

Для Лёнечки...

Шляпа Чаплина
Ты извини, Лёнь, что забыла кажется, хотя и не забыла вовсе...ты же знаешь.
Весной постараюсь привезти тебе еще цветов...ты подожди...подожди весны.

Зря, просто так обижать человека не надо. Потому что это очень опасно. А вдруг он Моцарт? К тому же еще не успевший ничего написать, даже «Турецкий марш». Вы его обидите – он и вовсе ничего не напишет. Не напишет один, потом другой, и на свете будет меньше прекрасной музыки, меньше светлых чувств и мыслей, а значит, и меньше хороших людей.
Конечно, иного можно и обидеть, ведь не каждый человек – Моцарт, и все же не надо, а вдруг…
Не обижайте человека, не надо.
Вы такие же, как он.
Берегите друг друга, люди!

Карманный вор
Я карманный вор.
Я король карманных воров.
Я богат и счастлив.
Я почти что счастлив.
Вот только жаль, что никто не носит сердце в кармане!

Тень
Я прошу тебя: оставь мне, пожалуйста, свою тень. В платье, украшенном солнечными бликами, пробившимися сквозь кленовую листву.
Оставь мне свою тень, ведь завтра взойдёт солнце, и у тебя будет точно такая же тень.
Не бойся, я не буду смотреть на землю, чтобы нечаянно не увидеть, как твоя тень положит свои руки на чьи-то плечи.
Нет, я буду беречь твою тонкую стройную тень, а когда пойдёт дождь, я верну тебе ее, и ты, гордая, пойдёшь по дорогу. Прохожие будут говорить:"Смотрите, дождь, а у этой девочки длинноногая солнечная тень!Этого не может быть!"
Они просто не знают, что те, кто любят, всегда бывают необкновенными.

Желтые звезды
Астрономы считают желтые звезды на черном небе. Их головы подняты вверх. Моя опущена вниз.
Ты думаешь это потому, что ты мне сказала: "Я не люблю тебя?"
Нет, нет. Это потому, что я считаю желтые звезды, желтые листья на черном ночном асфальте.

Ты, я и грусть
Кафе становиться пустым.
Сдвигают стулья, гремят на кухне посудой.
Остаёмся только ты, я и грусть.
Прости меня, я знаю, ты хотела, чтобы сегодня мы были только вдвоём, но со мной моя грусть...
Ну вот, ты уже сердишься, тебе нужно позвонить. Я понимаю. Срочно.
Кафе становиться пустым.
Сдвигают стулья, гремят на кухне посудой.
И мы только вдвоём, я и ты, моя грусть.

Раньше
Раньше по вечерам на Земле целовались, а по утрам воевали со спокойной душой, потому что знали, что вчера целовались и будет кому воевать потом.
Ужас, какой был разумный мир!

Лучик
Как одиноко фонарю ночью на улице.
Как далеко ему до другого такого же фонарика, на той же улице. Уже холодно, и в городе ноябрь.
Подойди к желтому лучику, согрей его, прислонившись плечом - ему будет не так одиноко. Помоги фонарю на пустой улице ночью. Ты думаешь, это легко - всю ночь стоять одному, покачивать желтый блик на талом снегу и замирать от страха, как бы ветер не оборвал провода-нервы?
Не бойся!
Подойди к фонарю.
Вдвоём будет легче.

Девчонке, которая умеет летать
Ты только не бойся. С тобой никогда ничего не случится, потому что у тебя два сердца. Если в воздухе на секунду замрет одно, то рядом забьется второе.
Одно из них дала тебе твоя мать.
Она смогла это сделать потому, что девятнадцать лет назад сумела полюбить, полюбить... Ты не смейся, это очень трудно - полюбить.
А второе сердце дал тебе я. Носи в груди мое шальное сердце.
И ничего не бойся.
Они рядом, если замрет на секунду одно, то забьется второе.
Только за меня не волнуйся, мне легко и прекрасно идти по земле, это понятно каждому.
Мое сердце в твоей груди.

Ей было тоскливо
У короля клоунов была девушка, которая никогда не улыбалась. Она была манекенщица. Но ведь это же странно - манекенщица, которая никогда не улыбается!
Нет, улыбалась, но только тогда, когда была с ним, с королем клоунов. Да и то редко. Потому что он надолго забывал ее.
Ей было тоскливо и больно.
Но когда они случайно встречались, она все-таки улыбалась. Оказывается, она просто не умела сердиться на него.
Ведь он король!

Шар на ладони
В цирке люди делают сложнейшие трюки.
Они летают под куполом, жонглируют десятком предметов и еще стоят на руках, и этому, я утверждаю, особенно трудно и сложно научиться.
И сложно это не только потому, что по ночам у вас будут болеть плечи от бесконечных тренировок, распухать кисти рук и наливаться кровью глаза...
Все это, конечно, тяжело, и все-таки это рано или поздно забывается. Вот только одно никогда не забывается, это когда ты стоишь на двух руках, медленно отрываешь одну руку от пола и понимаешь, что у тебя на ладони лежит земной шар.

Дорога
Я уезжаю.
Я завтра уеду.
Дорога длинная-предлинная.
И такой же длинный поезд.
Состав из десятков, а, может быть, сотен тысяч вагонов.
Сто окон в каждом вагоне, потому что каждый вагон - это столетие.
Я войду в последний вагон, чтобы быть хоть немного ближе к тебе.


Леонид Енгибаров

URL
   

Рукописи одной шляпы

главная