Этой весной я вновь попала в эпоху безвременья. Эти холодные утренние часы, когда я бегу на электричку, или курю на заднем дворе бабушкиного дома – и непонятно, осень теперь, весна, или лето, непонятно, куда идти, зачем. Безверенье такой сладкой прохладной волной накрывает меня.
И я оказываюсь во дворике, возвращаясь из иностранной библиотеки, где работают молоденькие мегеры, во дворике, где за круговой оградой – храм, и он мне очень нравится. Потом, рассказывая о нем папе, узнаю, что именно там меня крестили. И его крестили. А я искала, где спокойно посидеть-подумать, и нашла его. Случайно.
Потом выхожу на Садовое, а там ярко-оранжевый закат.
И хотелось бы, чтобы спешить было некуда, но это, ах, невозможно.
Я все чаще оказываюсь у бабушки, и отчего-то именно там чувствую себя дома. Завела себе там пижаму, кое-какие одежки, игрушку, чтобы спать с нею. Заняла свободную кровать. Там хорошо спится, просто естся, и так спокойно по сравнению с родительской квартирой, что я переехала бы туда насовсем – если бы папа так не ждал меня.
Мы были вчера с ним в Бородинской панораме – и я впечатлилась по уши! 115 метров длиной, 15 высотой – и все нарисовано одним художником! Самое эпичное место – горящая деревня, я там на пять минут застыла. Невероятно! И совсем недорого, сходите.
А еще мы с На и одной давно не виденной одноклассницей были на крыше. Я радовалась как трехлетка, хоть чтобы меня туда запихнуть пришлось меня уговаривать и поддерживать. Вот так и узнаешь значение плеча помощи, руки помощи, пинка помощи.
Потом колесили по подъездам, но другие крыши оказались заварены.
На самом деле показалось, что школа была вот только что, а она была три года назад, и мы уже взрослые тетьки.
Но это обманчиво.
Зачитываюсь Фраем, думаю шить лоохи и скабу (скабу по выкройке моей ночнухи), недавно намотала тюрбан из шарфа и обнаружила, что я в нем неотразима.
Экзамены и учеба летят к чертям, боюсь, что Коржа и Гусеву мне не перетроллить. Почти раздумала идти в аспирантуру. Ничего не понятно, как всегда в безвременье.
Снятся грибные и эпичные сны. Одного слова «Кавалерия» хватает для вызова этого персонажа в сон, где все едят виноград из голубики, а я жду своего любимого летчика (который водит что-то страшно похожее на пепелац, ключ от которого отчего-то висит у меня на шее, как кулон). Это не мешает мне любить этого летчика без памяти, и одновременно руководить группой звериного детского сада из белочек, муравьишек и прочего мелкого зверья. А еще мы писали контрольную Ходьковой и Сазоновой, и сдавать ее надо было в стиральную машину, а мы взяли и запустили цикл стирки…
В общем, мне нравятся эти сны, они держат меня в тонусе.
А теперь мы идем на дримфлеш, и я туда не хочу, но уже нарядилась. У меня эпические хвосты и корона)))
Всем хорошей весны. Целую, В.
