21:41 

7-08

Бьянки/Сквало.

Итальянская страсть. Сквало возбуждает, когда ему царапают спину до крови. NR! Бьянки влюблена в Сквало, а не в Реборна, и заказчика не волнует, что это ООС.

@темы: бьянки, седьмой тур, сквало

URL
Комментарии
2011-02-24 в 15:25 

Предупреждения:
- вышло TYL и немного больше
- если для Бьянки/Сквало было обязательным условием то, что Бьянки сверху - то так не получилось(
- кто эти мартовские коты?

- Так, знаете ли, бывает, когда долго ждешь весну, - доверительно говорит Бьянки пожилой немецкой туристке, собирающейся сфотографировать вид с моста.
Бьянки сидит на парапете, положив ногу на ногу и сцепив пальцы на колене. Болтает сандалией. Жмурится от солнца.
Пожилая туристка с добрым овечьим лицом разводит руками и вполголоса повторяет: «Не понимать итальяно!»
- Мы так долго воевали, что потом, когда все кончилось, все стали немножечко сумасшедшими.
Вода бликует, покачиваются в канале катера, из-под моста выплывают жирные утки. Носятся чайки.
- Знаете, как это: наступает момент, когда становится опасно пересекаться взглядами, сталкиваться в коридоре и даже делать паузу в разговоре. Никогда не знаешь, что ее заполнит. И любое прикосновение может вызвать вспышку… Любое.
«Не понимать», - повторяет туристка и на всякий случай пятится от этой странной итальянки.
- Хорошего дня, - смеется Бьянки уже ей в спину. – Италия – страна сумасшедших, вы правы!
"Все началось после победы над Мильфиоре, - думает Бьянки, надевая солнцезащитные очки и запрокидывая голову назад, подставляя шею теплу, - после прощания с молодой Вонголой и возвращения Тсуны, после зачисток, передела влияния и заново доказанной мощи семьи…
После всего, что было, нам просто ужасно хотелось жить.
Почувствовать себя живыми. Сильными. Нужными.
Он тогда переучивался драться правой рукой: ворчал, что высокий протез тяжеловат и слабо эффективен.
Я училась не оглядываться на прошлое".
- Ты идешь, нет? – кричит Сквало с набережной, с легкостью перекрывая весь уличный шум: и гудки нетерпеливых автомобилистов, и музыку из кафе, и бурную ссору каких-то влюбленных. На него оборачиваются и тут же отводят глаза: он выглядит слишком независимым и уверенным в себе, как не может выглядеть человек, припарковавший машину в неположенном месте.
- Иду! – кричит она в ответ, спрыгивая с парапета. Пробегая мимо влюбленных, на секунду обнимает их за плечи: - Не стоит ругаться. Просто любите друг друга…
- У меня очень мало времени, - говорит Сквало, хватая ее за руку, и тянет к машине. – Мы даже поесть толком не успеем. Извини, что так вышло…
Бьянки смеется и прикладывает палец к его губам.
- Тогда мы начнем прямо с десерта.

В дороге в основном разговаривает Сквало: выписывая лихие финты на дороге, он эмоционально комментирует манеру других водителей ездить, а еще – творящийся в Вонголе бордель, а еще – нашумевшую историю с террористами… О своей собственной работе он не говорит никогда, по крайней мере – не с ней и не на этих редких и быстрых свиданиях.
Бьянки это вполне устраивает.
Когда фиат влетает во внутренний дворик, и его бампер замирает в пяти сантиметрах от стены, в нише которой стоят горшки с цветами, Бьянки поворачивается к Сквало, и прерывает его поцелуем.
Сквало улыбается. Сквало щурится, выворачивает голову так, чтобы она его не достала, а когда Бьянки проявляет настойчивость, тянется губами к розовой мочке ее уха и слегка прикусывает. Маленькая золотая сережка звякает о его белые зубы.

- Ты разбойница. Хочешь сказать, что десерт прямо с собой?..
- Как всегда. Ты же знаешь.
Он знает, поэтому и торопится. Глушит машину, вытаскивает ключи из замка зажигания – и все равно, доставать магнитолу ему приходится уже на ощупь, потому что Бьянки соскучилась, а перебраться с пассажирского сидения ему на колени – пара пустяков.
Она отодвигает в сторону его волосы и воротник рубашки, и проводит губами по шее, задержавшись в том месте, где под гладкой выбритой кожей бьется пульс. Губы у Бьянки мягкие и ласковые, а дыхание – горячее.
Сквало резко выпрямляется, закидывает ключи и магнитолу куда-то на торпеду, крепко прижимает Бьянки к себе, медленно и сильно оглаживает талию и обтянутые джинсами ягодицы. Бьянки урчит, как большая кошка, проворно запускает руки ему под пиджак, выдергивает сзади рубашку из-под ремня, трогает Сквало жадно и везде. Под рубашкой и нижней майкой Сквало крепкий, поджарый, горячий и так смешно шевелит лопатками, отвечая на каждое прикосновение, что она принимается водить ногтями по его спине. Сквало еле заметно вздрагивает и благодарно целует ее куда придется – в щеку, в нос, в подбородок, одновременно пытаясь освободиться.
"Слишком светло, слишком знакомый двор, двадцать две ступеньки до дверей квартиры, тридцать два года, а все как пацан, Боже мой, дай мне сил…" Бьянки тихо смеется, зажмуривая глаза, и стискивает его спину сильнее, оставляя на коже глубокие лунки от ногтей: "Я знаю, что так тебе нравится, ты чувствуешь, что ты мне нравишься, куда катится этот мир, куда я качусь, вместе с солнцем с востока на запад… Ты мне подчиняешься, ты мне открываешься, ты мне позволяешь… "
Сквало рычит, движением головы отбрасывает лезущие в лицо пряди волос – свои и чужие, открывает дверцу, вываливается из фиата, придерживая ее, чтоб не упала. В зеленых глазах Бьянки скачут веселые черти. Она не хочет его отпускать, подтягивает ноги вверх и скрещивает их у него за спиной, удобно усевшись на его бедрах и крепко ухватив его за шею. Смотрит глаза в глаза и уже не видит ни дворика, ни машины, ни дверей, в которые им надо попасть, желательно - не вписавшись при этом в косяк.
"Ты же сильный, ты же смелый, так давай же, держи меня, неси меня, до самого верха, до края света, до конца времен… "
"Я-то отнесу, - отвечает его взгляд, - я-то удержу, я и не такое держал, не туда шел, не оттуда возвращался, вопрос – выдержишь ли ты?"
"Я-то выдержу, я-то вынесу, я для этого и рождена, создана, я искала тебя, а теперь вот – нашла".
Про магнитолу, ключи и сигналку вспоминает только Сквало, и то каким-то чудом.
Не встретив никого на лестнице – а если б и встретили бы, не заметили, - они вваливаются в прихожую, и там он ссаживает ее с себя и ногой закрывает дверь. Бьянки выпрямляется.
Она кладет ладони ему на грудь, сминая отвороты пиджака, и их губы сближаются заново, на этот раз медленно и осторожно. Она пахнет медом, полынью, мускатным орехом и еще чем-то таким вкусным, женским; он – солью и морем, и немного - оружейным маслом, и у этого их поцелуя горько-сладкий вкус понимания, одобрения, восхищения.
Энергия взрыва.
Пиджак падает на пол, а они валятся на пиджак.
Они целуются отчаянно, жадно, как будто в последний раз. Освобождаются от одежды, как одержимые, словно чувствовать друг друга всем телом сейчас для них жизненно важно, словно у них на двоих сейчас общий кровоток и дыхание. Смеются в полголоса, запутавшись в узких джинсовых штанинах, сдирают рубашки через головы, зашвыривают его ботинки куда-то не глядя, в другой конец коридора или в адскую преисподнюю – им все равно. Куда-то вдогонку ботинкам отправляются трусики Бьянки, и Сквало шумно вздыхает, окидывая ее взглядом. Бьянки лежит на его пиджаке, такая знакомая и такая новая, сочная, теплая, ослепительная, смотрит на него из-под ресниц, и он обводит рукой каждый контур ее тела, лаская, запоминая, проникая в нее… Бьянки выгибается, стонет, запрокидывает голову, ловит его руку коленями, двигает бедрами. Потом закрывает глаза и вплетает пальцы ему в волосы. Наклоняет его к себе, ниже, ближе… Торопит.
Когда он укладывается на нее, Бьянки счастливо смеется и обнимает Сквало за плечи, смахивает с его спины волосы, держится за него так, будто боится, что ее унесет штормом. Сквало приподнимает ее бедра, входит в нее, начинает двигаться, медленно набирая ритм. Бьянки дышит ему в ямочку над ключицей, слышит над ухом хриплое дыхание, двигается, как он, двигается вместе с ним, сжимая его руками, ногами, царапая спину и тиская ягодицы, а он все двигается, и когда удовольствие становится совсем уже непереносимым, а под крепко сжатыми влажными веками разгораются тысячи маленьких солнц – Бьянки кричит, торжествующе и отчаянно, а Сквало взрыкивает и несколькими сильными движениями легко догоняет ее.
Потом они еще некоторое время лежат, не размыкая рук - мокрые, горячие, и Сквало сцеловывает слезы с ее темных ресниц, а она рассеянно водит кончиками пальцев по его исцарапанной спине.
Потом на них падает вешалка для верхней одежды. Вместе с одеждой.
И когда он, по-прежнему голый, извлекает из всей этой кучи-малы пиджак, и демонстрирует ей то, на что он стал похож, она принимается хохотать. А потом, повязав прямо на голое тело фартук, направляется на кухню.
- Что это ты затеяла?
- Ну, ты же переживал, что не успеешь поесть…
- Это не повод отправится к праотцам раньше времени. Иди-ка ко мне, женщина. Я признаю твой талант, но давай употребим это время на что-то другое. Я не оставляю надежды хоть когда-нибудь добраться до твоей спальни. Ведь она же у тебя есть, хей?
"Моя страна - самая сумасшедшая, - с удовольствием думает Бьянки, комкая фартук и закидывая его куда-то на стол. – И мы ненормальные. И если меня все-таки спросят, как же так вышло, я до сих пор не знаю, что же мне им ответить…"

URL
2011-03-02 в 17:55 

Tarry_
«Ни психотерапией, ни духовным ростом невозможно выкопать канаву. А вот лопатой можно, иди копай». (с) MagdaM
Ох ты, как красиво написано!
Давно не читала хорошего гета, спасибо.
Очень понравилось вступление - оно и правда по интонации такое... послевоенное. )) С туристами, утками, солнцем и общим ощущением того, что раз уж война закончилась и они живы остались, то наступил не мир, а по меньшей мере бессмертие. ))
Влюбилась в такую Бьянки, и в такого Сквало, и в вешалку. :squeeze: И тоже как-то наплевать, что это ООС. Ну красивая ж вышла пара, а?! :) Живые, веселые, сумасшедшие! :)

Очень солнечный фик. :)

не заказчик

2011-03-02 в 18:44 

Tarry_ Спасибо вам большое за такой теплый отзыв. Рад, что понравилось! :)
И вы меня утешили, а то заказчик молчит, аноны молчат... я решил, что "око читателя уснуло"(с)

автор.

URL
2011-03-02 в 19:21 

Tarry_
«Ни психотерапией, ни духовным ростом невозможно выкопать канаву. А вот лопатой можно, иди копай». (с) MagdaM
Еще как понравилось. )) Сижу вот, и улыбаюсь, перечитывая. ))

- Иду! – кричит она в ответ, спрыгивая с парапета. Пробегая мимо влюбленных, на секунду обнимает их за плечи: - Не стоит ругаться. Просто любите друг друга…

То ли шестидесятые и Вудсток, то ли просто послевоенная Европа... куча ассоциаций сразу, и все такие... улыбчивые. ))

"Ты же сильный, ты же смелый, так давай же, держи меня, неси меня, до самого верха, до края света, до конца времен… " "Я-то отнесу, - отвечает его взгляд, - я-то удержу, я и не такое держал, не туда шел, не оттуда возвращался, вопрос – выдержишь ли ты?"

Ну красивые же, оба, черти! И - взрослые, что особенно подкупает. Знающие цену... много чему.
Так что спасибо еще раз!
А то все ангст да ангст повсюду - а тут у Вас такое солнышко. Как раз к началу весны. ))

А можете открыться в умыл? Или положено заказчика ждать?

2011-03-02 в 19:22 

лучшее средство от всех овечьих и человечьих хворей — это хорошая порция скипидара, крепкое словцо и пинок под зад.
И мне очень нравится! Прекрасный гет и прекрасные Бьянки со Сквало! И так здорово написано, что даже верится в этакий безумный пейринг)
тоже не заказчик

2011-03-02 в 19:57 

Tarry_ А можете открыться в умыл?
Ага, сейчас напишу)
Вудсток, самый первый! *__* *представил Бьянки в бусищах, бисере и джинсах с бахромой* Красота - страшная сила.

Iraeniss Спасибо большое! :shy:

URL
2011-03-04 в 22:03 

Дрессировщица люпинов
Прочиталось на одном дыхании. Хотелось поворчать, что какие-то они сильно мягкие, а потом сразу перехотелось, потому что это был просто взрыв невероятно красивых эмоций и образов. Спасибо вам!

2011-03-05 в 09:41 

Kyuubi no Kitsune
Хотелось поворчать, что какие-то они сильно мягкие
Они на работе и по жизни жесткие :) А тут у них вроде как перекур...

Спасибо большое!

URL
2011-03-21 в 23:37 

dulce princesa
[♔/18/96 is ♥] ✔ Mage
очень было приятно почитать, даже ООС не смущал.

тоже не заказчик

   

Kateikyoushi Hitman Reborn KINK FEST

главная