Людям
Люди, заставляющие меня улыбаться, биться в экстазе and so on!
Вам бы нож в руки и с такой же силой меня пилить.
Вам бы книгу в руки и чему-нибудь меня научить.
Вам бы учить меня не бояться петь в микрофон.
Вам бы стальные зубы, да мне аккуратно в шею.
Вам бы глаза посветлее, не сводите меня с ума.
Вам бы твердить мне о тех каждый вечер, кому я еще верна.
Ваши бы мысли мне, доказать, что я все умею.
Вашу улыбку бы мне голливудскую вместо оскала.
Ваши бы волосы мне, я бы сделала новый парик.
Ваши привычки хочу вместе с криками "Я так привык!"
Люди, прошу вас, скажите мне прямо в лицо, кем я стала.
Помню еще чье-то слово чужое, люди,
обо мне свысока, мол, я слишком для мозга мала.
Я могу рассказать что я думала, пока просто спала,
но боюсь испугать их, так что ладно, не будем?
Люди добрые, милые, честные, главное ведь!
Вам же есть, что сказать - говорите же прямо.
Я хотя бы могу отличить настоящую жизнь от экрана.
Большинством же из вас эйфорически славно вертеть.
Совсем ночью, очаявшись.
Не можешь уснуть - считай овец у Мураками,
пей теплый чай и кутайся под плед.
Считай, что мир мы сотворили давно сами,
или хотя бы отпечатали свой след.
И просто меньше думай, так ты скорей уснешь,
читай в глазах безумие и прячь в кармане нож.
***
Продолжая диалоги сама с собой тет-а-тет:
дорогая, давай я свожу тебя на обед,
угощу тебя пивом и чем-нибудь закусить?
Дорогая, я страстно мечтаю тебя изменить.
Дорогая, давай погуляем зимой?
Буду меняться телами в сугробе с тобой,
буду реветь под конец зимы в три ручья.
Дорогая, а кто ты здесь, и, собственно, кто же я?..
Wish-list
Хочется встретить старость, кидаясь с обрыва в нишу,
отведенную для юности, вечности, одиночества.
Хочется быть известнее, сильнее, прочнее, выше.
Хочется пережить избытки отрочества.
Хочется привыкать принимать таблетки,
хочется отвыкать слишком много думать,
хочется целовать человека аккуратно в коленку,
хочется перед сном непременно дунуть,
хочется перестать целый час деградировать,
сидя в пустом некурящем зале,
хочется перед смертью на плечи накинуть
шаль, которую Вы мне связали.
Хочется перестать после каждой мысли
медленно и протяжно затягиваться обратно,
хочется передумать себя не лишней,
хочется сделать осознанно тебе неприятно,
хочется обнимать тихой ночью колени,
думая, непременно, о чем-нибудь столь прекрасном,
что хотелось бы отречься от своей собственной лени,
чтоб захотелось не отсчитывать мир обратно.
Хочется верить тебе и всем до истомин,
каждому слову, вплоть до последней буквы,
хочется, чтобы ты был чуть более скромен,
мальчик, держи, тебе суп из брюквы,
салат и компот на третье мне тоже хочется,
хочется быть чуть проще, без лишних взглядов,
хочется быть лучше, чем тот, "кто получится",
хочется подрезать на дороге гадов,
хочется думать мозгом, а глазом видеть,
хочется не стекать вялой лужей по мокрой стенке,
хочется ненароком кого-нибудь вслух обидеть,
чтобы ушел навсегда из молитв моих-недоделок,
хочется обнимать светлой ночью свою собаку,
хочется выть с ней по-волчьи на дух кошачий,
хочется сделать так, чтоб никто никогда не плакал,
а если и да, то смеялся истошно, плача.
Хочется вынуть душу из глаза, в обман веселью,
или из носа, как делали в древнем Египте.
Хочется вас туда же, где вы и по сей день висели,
и чтобы о вас написали в моем манускрипте.
Хочется дать автограф хотя бы один раз в жизни,
и чтобы погладили по головке, мол, какой ты хороший,
хочется быть, словно Бродский, Пелевин, Пришвин,
чтоб на листе ни одной лишней мысли, проще
думать мне будет так, хочется, мальчик, света,
хочется елку на новый год и больших подарков,
хочется, мальчик, лимонов и потного лета,
хочется без защиты, да на горящую электросварку.
Хочется, глупый, с тобой, но без тебя - идиллий,
в множественном числе, ибо каждый твой день - такой разный.
Хочется, мальчик, на Мэрилебон и на Пикадилли,
хочется, мальчик, на бал, серьезный и важный.
Хочется, юный, стихов, про меня, светлый мой, да про счастье,
хочется, как у классика, тихой сидеть одной, вроде:
"Только в уборную - и сразу же возвращайся".
Бродский теперь у нас, мальчик мой, будто в моде.
Хочется буть чуть-чуть им и чуть-чуть акмеисткой,
хочется руки крестить, и надцатого мартобря
улететь чьей-то ласточкой, напевая мелодии Листа,
и тихонько "хочется" все свои же браня.
Cчастье!
Я счастлива просто от мысли, что не рухну в голодный обморок.
Я счастлива не от лишних шести-десяти часов, отложенных мне же для сна.
Я счастлива по-тихоньку. Я счастлива вдоль-поперек.
Я счастлива оттого, что в этой эпохе у меня навсегда пропадает весна.
@темы: ..., нихуя не поэт, про тридцать трех летающих двухголовых коров и прочие мерзости
