ormona
eminenza grigia


Книга 1. "Фарс"


Великие дела совершаются чудовищами...
Андре Моруа

ЭЛИКСИР
(1 часть)

Пролог


   - Ну, и что у нас здесь? А, встречаешь! Встреча-а-аешь! - Алан Палладас небрежно потрепал холку лохматого пса.
   Соскучилась псина. День за днем в четырех стенах сидеть, мечтая о прогулках, редких и коротких...

   Прыгает зверь, веселится. Ему бы на волю, за полярный круг. Туда, где станет пес носиться вволю и спать в сугробах. С такой шерстью разве замерзнешь? Ему там раздолье. А вот не суждено: подопытная скотинка он у шуткаря-биохимика.
   Отчего шуткаря? Да в двух словах и не расскажешь.
   Одно известно - знай Палладас, чем все кончится, то бросил бы свои эксперименты, а записи до единой уничтожил. И результаты...


* * *

   За решеткой клети в небольшом загончике лежало странное существо.
   При виде хозяина оно задрожало. Не от страха, ведь не был Палладас деспотом-живодером и в душе жалел несчастную тварь. Однако не имелось иного выхода у биохимика, кроме как проверить действие вещества на человекообразном. Не ради кошек и крыс корпел он денно и нощно над мудреными формулами...
   Синтетический матрас и пол в загоне заваливали клочья свалявшейся шерсти. Но не пухово-белоснежной, а коричневой, по виду похожей на пальмовую "дранку" или высохшие волокна оболочки кокосового ореха. Шерсти обезьяны.
   Ученый присел на корточки и отодвинул от себя морду пыхтящего пса. Лохмач заскулил, облизнулся, нетерпеливо потоптался, чтобы убедиться в человеческой несговорчивости. Не обратили на него внимания, и тогда пес, подогнув под себя хвост, уселся поодаль. Совсем неинтересно было ему смотреть на соседку-обезьяну, которая жила с ним бок о бок уже не одну неделю. Насмотрелся вдоволь. Вот погулять бы!..
   Мало теперь похожее на орангутанга, да и вообще на какое-либо животное земной фауны, существо в загоне перевело взор мутных темных глаз с собаки на человека. И что-то простонало. Из-под остатков его клочковатой вылезающей шерсти пробивался белый пух.
   - Ну-ну! - поднимаясь, заключил мужчина и снова отпихнул от себя навязчивого великана-пса, который возомнил, будто с ним сейчас пойдут гулять.
   Палладас взял со стола стереокамеру, вошел в загон и сделал несколько снимков болеющей твари. Затем долго сравнивал результаты. Новые с предыдущими - вчерашними, позавчерашними...
   Ученый одобрительно покрякивал: удавался эксперимент, и еще как.
   А когда брал у подопытной твари кровь, та даже не шелохнулась. Лишь по-прежнему постанывала слабо, скулила, что собака.
   - Потерпи еще, давай-ка! - ободрил ее Алан, прикладываясь к окуляру микроскопа. - Хорошо у тебя все, не переживай!
   Тварь словно поняла - вздохнула.
   Загудели разъезжающиеся створки дверей лаборатории.
   - Па! - послышался девичий голос. - Фу! Ну здесь и вонь! - по плечу биохимика осторожно постучали тонкими пальчиками: - Па, подкинь монеток, очень нужно!
   Палладас оглянулся и увидел дочь. Высокая, тоненькая пятнадцатилетняя красавица с серо-голубыми глазищами и густыми темными волосами - точь-в-точь того же оттенка, что и у него. Ну, может, и не красавица. Но мила бесподобно.
   Мотнул головой в сторону висящей в открытом шкафу куртки - возьми, дескать, сама, сколько надо.
   Уходить девчушка не торопилась, даже основательно опорожнив отцовский бумажник.
   - Бедная Макитра! - сказала она, а сама пристально рассматривала мутанта и морщила при этом нос.
   - Бедная, бедная, - согласился отец. - Все-таки, Фи, это первый опыт на крупном теплокровном... Любой сюрприз... - Палладас, кряхтя, вывалил из рюкзака несколько пачек собачьего корма - сухого, в пачках, и консервированного, в пластиковых контейнерах, - любой сюрприз не исключен...
   - А в собачьем виде она будет даже ничего... Может, и не надо ее потом - обратно?
   - Обезьяну брал - обезьяну надо и вернуть... - категорически-строго отрезал Палладас. - И не мешай мне, Фанни! Видишь же - у меня работы навалом! Иди себе, куда шла...
   Как загипнотизированная, смотрела Фанни на линяющее бело-бурое существо. Очень медленно проговорила по наблюдении:
   - Странные эти приматы... До того на человека похожи, аж стыдно! За обезьян... - и, очнувшись, снова защебетала: - Пока, па! Спасибо за моральную, - (взмах банкнотами) - поддержку!
   - Давай, давай! Не загуливайся там долго: сегодня же мать приезжает...
   - Ах, точно! - девушка хлопнула себя по лбу. - Конец гастролям - конец свободе! Ладно, вернусь к концу передачи для маленьких сволочей!
   - Угу... Я чуть было не поверил...
   - Ну уж никак не позднее начала стереошоу для сволочей взрослых. Пока, папа Франкенштейн!
   Палладас фыркнул: начиталась... или насмотрелась? Франкенштейн... Откуда ж это? Знакомое имя. А может, фамилия?..
   Юная мизантропка выскользнула из лаборатории, и, тут же позабыв о дочери, Алан продолжил свое занятие.


@темы: фантастика, вечность, Уроборос, Оритан