выродок купается в хинине
тут совсем немного и не совсем интересно


бывает, что у небольших людей грудные голоса. зычные, глубокие и естественно громкие. когда такие люди поют, то мой альт глушится и уходит на второй план. а сами они — мышки, серенькие и грустные. зато глаза горят. они выходят на сцену, становятся выше, тоньше, ярче. поют свою песню, а потом уходят. плечи их поникают, руки — в карманы и сумки.
мне представлялось, что эти серые люди приходят домой после кабака, куда их еле взяли. делают какие-то дела свои серые, которым не отдаются полностью, потому что серые, потому что серый — полутон чёрного, полутон белого, сплошной полутон.
ложатся в свою серую, может раньше белую постель и смотрят на занавески. занавески колышет ветер. а окна закрыты, а ветер их колышет. и так они спят наяву до самого своего кабака. а потом снова — глаза, полутона и занавески.
у владельцев заведений живой музыки есть условие: брать этих «серых» на пару месяцев, а потом увольнять. лучше хорошо заплатив. ходят надёжные, а потом бац — застрелился, повесился, уехал к маме. кто же знал, что внутри у них — цвет.

день сегодня хороший. и песня хорошая:

@темы: однажды вечером во мне умер хоббит, корабль неудачников