Я снова вся в гребаных красных пятнах, и мне страшно, вашу мать, как же мне страшно, как же страшно. Я так ярко представляю это: отец говорит свое "я разочарован", а мать с бабушками все вместе квохчут о том, что "ничего страшного".
Не твое. Ну ничего, годик поучишь обществознание и поступишь на иняз, зато больше никогда не будешь выебываться.
Ок, мы нихрена не едем в Москву. Самое отвратительное: я ждала этого всю неделю, а теперь опаньки! Ну надо же. И так стыдно перед Беллз, она же тоже ждала, планировала. Хочу, чтобы все умерли, почему хоть раз все не могут умереть, когда я прошу.
Я. СЕЙЧАС. НАХЕР. УМРУ. Я за два часа решила шесть вариантов ЕГЭ по алгебре, и на мне все еще висят испанский с биологией - и даже моя мать, МОЯ МАТЬ, которая меня всю жизнь попрекала бездельем и несделанными уроками, когда слышит о моем горе (ну или о моей горе домашнего задания), удивляется: "Вам еще что-то задают?". По ублюдскому испанскому нам будут задавать до самого последнего дня, у меня такое чувство.
# снова будет говорить, что я Картман, но сегодня видела такое отвратительное воплощение всех стереотипов о рыжих, что просто не могу не использовать этот образ.
Я бесполезная. Это, конечно, замечательно: у тебя же одиннадцатый класс, ты же учишься - но я нихрена не учусь, сижу дома целыми днями, иногда рада этому, а иногда готова сдохнуть от тоски - только это не важно, всем плевать. Я сплю, ем и складирую грязные чашки на полу возле своей кровати. Я свинья, и я не хочу убирать в своей комнате, более того: я не хочу, чтобы кто-либо в ней убирался. Я херовая сестра: я не читаю брату книжки, не учу его читать/писать, не забираю его из детского сада, не вожу гулять. Я абсолютно асоциальна, и когда вся семья едет на дачу, когда они все вместе на кухне, когда они идут гулять - я утыкаюсь в компьютер, я знаю, что это неправильно, но я не могу, не могу, не могу иначе. Маме скучно дома, и я знаю это чувство - сама рыдала на прошлой неделе от того, что взаперти, в сраных четырех стенах, но я не могу выйти с ней куда-то, я спряталась в своей норе, и меня уже не выманить наружу. Я такая мерзкая, и я так ненавижу саму себя. Хуже всего то, что я знаю, так жить нельзя, но я не хочу и не могу меняться и именно поэтому, только поэтому - я уезжаю. Не потому что вы мне надоели, а потому что рядом с вами я чувствую себя такой, какая я есть на самом деле: жалкой, эгоистичной, мелочной, замкнутой.
Мое поколение - не будет размазывать сопли по лицу, и уберите уже вашего Блока, вашу Цветаеву, ваших Ахматовых и Гумилевых, ваших бродячих псов - они нас ничему научить не смогут.