Умирание

Когда мужчина берет женщину в жены, благодаря ей он становится мужчиной. Но в то же время она еще и отбирает у него мужественность и ставит ее под вопрос. Таким образом, в браке мужчина одновременно становится в меньшей степени мужчиной. А когда женщина берет мужчину в мужья, благодаря ему она становится женщиной. Но в то же время он еще и отбирает у нее женственность и ставит ее под вопрос, и таким образом женщина одновременно становится в браке в меньшей степени женщиной. Поэтому мужу, для того чтобы отношения сохраняли напряженность, нужно обновлять свою мужественность рядом с мужчинами, а женщине — обновлять свою женственность рядом с женщинами.
И тем не менее в отношениях с женой муж теряет свою идентичность как мужчина, а жена в отношениях с мужем теряет свою идентичность как женщина. Дело в том, что мужчина и женщина отличаются друг от друга во всех отношениях. Это совсем не маленькое различие! Мужчина и женщина различны почти во всем. Но, несмотря на столь большую разницу между ними, и мужской, и женский способы видеть мир, чувствовать, реагировать являются полноценными способами человеческой реализации. Оба, и муж, и жена, должны это признавать. Но таким образом жена отнимает у мужа его уверенность в себе как в мужчине, а муж отбирает у жены ее уверенность в себе как женщины. Так что в ходе отношений им приходится снова терять свою идентичность как мужчины и женщины, которую они приобрели благодаря другим. Поэтому свои отношения муж и жена переживают еще и как умирание, хотя в отношения мы вступаем с представлением о том, что они будут нашей самой большой реализацией. Реальность такова, что отношения — это еще и процесс умирания. Каждый конфликт в браке — часть такого прощания и умирания. Чем дольше длятся отношения, тем ближе подходят муж и жена к этому последнему отказу. Тогда муж и жена попадают на другой, более высокий уровень. Ведь раскол в мужчине и женщине толкает их к одиночеству. Но слияние обоих полов приводит лишь ко временному, но не длительному единству, поэтому уничтожение противоположностей происходит по ту сторону такого слияния. Слияние остается лишь символом этого. Действительное единство достигается в смерти. Тогда мы возвращаемся обратно на ту почву, которой не знаем.
Это, конечно, всего лишь одна из возможных точек зрения, но она придает отношениям ту глубину и серьезность, которых они достойны, ибо преодоление противоположностей, которое обещает нам слияние, исполняет лишь этот последний отказ.

читать дальше
Несущее целое

Порядки любви, сопутствовавшие нам в предыдущих отношениях, оказывают влияние и на наше отношение к жизни и миру в целом, а также на наше отношение к той тайне, которая, по нашим предположениям, за ним стоит.
Поэтому мы можем относиться к таинственному Целому, как дети относятся к своим родителям, и тогда мы ищем некоего Бога-Отца и Великую Мать, как дети верим, как дети надеемся, как дети доверяем и любим. И как дети его боимся, а может быть, как дети ещё и боимся знать.
Либо мы относимся к таинственному Целому как к своим предкам или родне, почитая себя его кровными родственниками в некоем сообществе святых, но, так же как и в роду, мы чувствуем себя отвержеными или избранными согласно какому-то неумолимому закону, приговора которого мы не в сосиоянии понять и на которые никак не можем повлиять.
Либо мы относимся к таинственному Целому как к равному нам члену некой группы и становимся его сотрудниками и представителями, начинаем с ним торговаться и вступать в сделки, заключаем с ним союз и договорным путём регулируем права и обязаности, соотношение «давать» и «брать», потери и прибыль.
Либо мы относимся к таинственному Целому так, будто мы с ним – пара, где есть любимый и любимая, жених и невеста.
Либо мы относимся к таинственному Целому как родители относятся к ребёнку. Мы говорим ему, что он сделал не так и что ему нужно было сделать лучше, мы ставим под сомнение его дела, и если этот мир, такой, какой он есть, нас не устраивает, хотим освободить из него себя и других.
Или же, определяя своё отношение к Тайне этого мира, мы оставляем позади и забываем известные нам порядки любви, как будто мы уже в море, и реки и все пути у цели.