Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
10:43 

love me, love me not
Да завязала я с первыми шагами, дарлинг. Прости.

18:43 

love me, love me not
Со мной все просто, дорогой дневинк. Я характерезуюсь одной простейшей ситуацией: когда в метро, например, нормальная девушка замечает, что на нее смотрит вполне себе симпатичный молодой человек, она выпрямляет спину, поправляет волосы и улыбается; когда в метро, например, девушка Мэл замечает, что на нее смотрит вполне себе симпатичный молодой человек, она тут же лихорадочно начинает прикидывать: не забыла ли юбку надеть, или там бахилы снять, или, может, тушь потекла, маску не смыла, ширинку не застегнула.

И что же при таком раскладе хотеть-то, дорогой дневник, говоря об общении, не затрагивающим непсоредственный контакт, ну, там, сеть, письма, смс-ки, да даже звонки. "Нормальная" девушка Мэл при таком общении к любой фразе оттенков пятнадцать подберет и все в негатив. Грешно над убогими смеяться, право слово.

13:10 

love me, love me not
Тянет слева. Я что-то делаю неправильно, дорогой дневник? Пожалуй. Шептала себе половину ночи, остановись, остановись, дура, остановись, пока не залезла слишком далеко. Шептала и продолжала упрямо лезть. Жизнь ничему меня не учит, вообще ничему, я с упорством мазохиста наступаю на одни и те же грабли, было бы проще вообще с них не сходить, двинул ногой, когда нужна доза, и считай ворон до следующего раза.

Я не замечаю очевидного. Не потому, что невнимательна, как же, к своей драгоценной персоне внимание у меня зашакаливает, я, что-ли, не хочу это отмечать, запоминать, проводить параллели. Сложно сказать. А думать об этом страшно. Как я уже говорила - не умею ждать. Но всегда - факинг шит - всегда, аб-со-лют-но всегда дожидаюсь того, чего так хотела. Ну, при условии, что хотела по-настоящему. Через месяц, через пару недель, реже - когда желание шкалит датчики - через полгода.

Почему так, дорогой дневник? Проверка на прочность? На верность? На искренность того, чего хотелось до обморока? Почему мне дают то, о чем я так просила, спустя время. Возможно, это правильно. Чтобы остыло, чтобы что-то стало понятно. Чтобы осознать, где игра, а где нет и как далеко ты готов идти полутемными коридорами к своей гримерке. Нельзя бояться всегда - это тысячу двести раз верно, но какого черта сейчас, а?

Current: ... мало ли, девочка ...

15:34 

love me, love me not
Я есть, дорогой дневник, просто мне дышится как-то...с трудом, что-ли. Я смеюсь, играю в игрушки, пишу и отвечаю, по телефону болтаю до минусового балланса, собираюсь в гости и спрашиваю о любви. А потом накрывает и я еле дотягиваю до дома, чтобы за спасительной закрытой дверью опереться локтями на подоконник и поплакать. Не порыдать, не поистерить, а просто поплакать. Молча. Глотая слезы и размазывая по щекам тушь. Обо всем.

И о том, что я совсем не знала ее, видела пару раз в комментариях к чужим постам, ей было двадцать три, всего двадцать три, а теперь нет, последний пост в дневнике от шестого февраля, где она говорит о смерти, легко, с удивлением, двадцать три, острая сердечная недостаточность, и апдейтом к тому посту висит ссылка на архив ее дневника, вывешенная администрациенй по просьбе друзей и тех людей, которые любили ее. А значит - все. Правда. Человека больше нет.

Да, конечно, вокруг нас умирают люди, если обратиться к сухой статистике каждую минуту кто-то умирает, но ДТ очень правильно сказала - мы все здесь кажемся такими бестелесными, что непонятно, как и когда кто-то из нас может умереть. Мне страшно. Нет, конечно же, я взрослая, я знаю, что такое смерть, я знаю как бросать на гроб комки земли и как закрывать глаза, чтобы не видеть ленту транспортера в крематории. Но вот так вот, когда все здесь, все живы и пишут про холод и планы на выходные, а человека уже нет.

Пойми меня, пожалуйста, дорогой дневник, я не с осуждением или упреком, я сама смеюсь и думаю о своем, я плачу не только по этому поводу, просто страшно, что однажды ты придешь в свою ленту избранного, а там вот такая ссылка на чей-то дневник, или - я никогда не умела прогонять от себя такие мысли - если ты...если с тобой...то попросят ли ссылку на твой архив...

Я с детства боялась смерти. Не потому, что начиталась в лагере или в деревне у бабушки страшилок о красной руке и черной простыне, хотя до сих пор не избавилась от привычки подворачивать одеяло под ноги, чтобы зеленые пальцы не защекотали. Я просто оказывалась какой-то абсолютно беспомощной перед мыслью, что и солнце будет, и Валька из параллельного будет катать девчонок на багажнике велосипеда, и по телевизору будут идти все те же фильмы, и тетя принесет не день рождения сережки-бабочки, но меня уже не будет, я уже никогда это не увижу. И я сразу терялась и не могла тряхнуть себя и вытащить из этой комы, а страх, липкая пронырливая сволочь, радостно затаскивал меня все глубже и глубже.

Наверное, надо было сказать. Надо было выговориться. Я совсем не взрослая и не такая равнодушная, какой хотела бы быть. Я, черт возьми, обычная гиперчувствительная баба, которую крючит от любого взрослого события, от любой реальности, от всего, что так или иначе показывает мир, он говорит мне о броне, дорогой дневник, а какая броня, когда я открыта, полностью в свободном доступе...

23:17 

love me, love me not
Плачется, ну, да, плачется, что скрывать. Где-то там ниже я уже писала, что мне всегда недостаточно. Пожалуй, если развивать тему, можно сказать, что мне недостаточно в случае, если я не получаю то, что наметила себе сама. Я не умею ждать. Ни разу не умею, вообще. Это страшно. Потому что это изводит, изматывает, выжигает изнутри. Я помню, как училась держать удар. Хреново, прямо скажем, выходило, и тридцати секунд на спарринге не выдерживала. Но тренер хороший был, плевал на то, что перед ним девушка. Бил, глядя прямо в глаза, удар, еще удар, выпад, блок, удар, поднимайся, блядь, я еще не закончил.
"Знаете, как бьют любимую женщину?
Наотмашь, с оттягом
Это правда".

Да, это правда. Чтобы знала, как будет дальше, вне. Чтобы понимала, куда влезла. Чтобы не смела даже в углу скулить, чтобы улыбалась всегда, даже если губы разбиты и шевелить ими больно. Я тогда часто на себя в зеркало смотрела. Постоянно. Молилась почти на свое отражение. Ждала, когда. Когда зрачки затянет льдистой корочкой. Когда смогу в ответ, сбитыми костяшками как кастетом, рассекая скулу, без тоски и без жалости. Не смогла. Его давно нет, тренера. Наверное, он решил, что я безнадежна. Наверное, кто-то его радует. Не знаю. Мне все равно. Но удар я не умею держать до сих пор. Я до сих пор ошибаюсь в блокировке и скулю в уголке, размазывая кровь по разбитому лицу. Только никто об этом не знает.

00:22 

love me, love me not
Знаешь, дарлинг, я просто устала ждать тебя. Устала понимать. Устала думать, что понимаю. Устала убеждать себя в этом. Я вообще просто устала так жить - в ожидании. Я просыпаюсь и жду, засыпаю и жду, не сплю и жду, сплю и опять жду. Больше не хочу. Ждать тебя. Понимать. Думать, что понимаю. Убеждать себя в этом. Пожалуй, знаешь, я имею право на этот чисто бабский, ни разу не взрослый, истерический взбрык. Пускай это будет каприз неуверенного в себе человека, человека мнительного и склонного к отрицанию своей значимости для кого-то. Я устала ждать, когда тебе станет плохо, устала ждать, когда станет хорошо. Устала ждать, когда ты решишь для себя, что вполне можешь это, и ни в коей мере - то. Устала быть хорошей, быть плохой, быть сложной и загадочной, быть простой и просчитываемой. Я больше не могу. Ждать тебя. Понимать. Думать, что понимаю. Убеждать себя в этом. Отпусти меня, а? Разреши мне самой себя отпустить. Я же хочу всего чуть-чуть. Тебя. Не каждый день и даже не по воскресеньям. Пусть раз в год, но знать точно. Не уговаривать себя неделями на звонок или смску, не придумывать достойные поводы и говорить быстро и четко, укладываясь в собственный лимит. А взять и написать, что у меня так сильно болит зуб, что все отдается в правое ухо, и получить в ответ: "а ну пошла в зубодралку раздолбайка счас же!", улыбнуться, съесть упаковку темпалгина и нагло сообщить и об этом тоже, зная, что не дотянешься прямо сейчас, а завтра посмотрим. Ты пойми, дарлинг, я все могу, я могу даже не кричать, когда очень сильно больно, но зачем ты так? Это ведь не игрушки, это крючки какие-то рыболовные, сколько же можно то?

Current: ... не теряй меня, не теряй меня ...

23:51 

love me, love me not
Пожалуй, больше всего я не люблю в людях снисхождение. Знаешь, дорогой дневник, не хорошее такое, доброе, которое и снисхождением-то нельзя назвать, но я до сих пор не придумала правильное слово. А такое, с высоты своего роста или опыта, с выстоты своих достижений, реальных или надуманных, не так важно, с выстоты своего невъебенного умения говорить гадости в лицо с милейшей улыбкой и совершенно искренним интересом. Это мелко и подло. Это даже хуже обсуждения в очереди на горку в каком-нибудь иностранном аквапарке того, кто стопоцентно не знает русский.

Я никогда не была о себе низкого мнения. Справедливости ради надо сказать, что и особо высокого тоже не была. Но сейчас я не могу - стараюсь и не могу - припомнить случая, за который мне должно бы быть стыдно в контексте этого самого снисхождения. Наверное, я зря твердо верю в то, что общаться нужно исключительно с теми людьми, которые тебе инересны. Ну, если не брать какие-то необходимые, к примеру, рабочие контакты. Только с теми, кто привлекает, на равных, неважно - будешь ли ты чему-то учиться у человека или же будешь сам его чему-то учить. Говоря "на равных" я имею в виду чисто человеческие отношения. Когда ты не заставляешь человека чувствовать себя в твоем обществе клиническими идиотом, когда ты не вызываешь никакого желания, кроме самого простого, вежливо послать нахуй и заботливо предложить показать дорогу.

В чем здесь кайф, дорогой дневник? В унижении человека? В том, чтобы в очередной раз осознать, как далеко ушло твое развитие по сравнению с его? Сердечко-то не екает, что вот так вот элементарно, без философии, без дзен-буддизма, без словаря синонимов и антонимов, грубо на уровне рынка, просто обидел человека?

20:38 

love me, love me not
Сейчас на улице очень милый дяденька с очень серыми глазами спросил: "Зачем вы курите?". Я хмыкнула и ничего не ответила, а он сказал, что спрашивает не к тому, чтобы я прониклась вредностью, а просто чтобы подумала. Я подумала. И ответ у меня очень простой - не знаю.

Первая сигарета у меня была в школе. На дискотеке в девятом классе, когда в душном актовом зале в очередной раз поставили что-то медленное, а я ловко увернулась от чьих-то рук и пошла подышать, по дороге меня перехватили Ася и Лиза. Они были чужие, точнее, это я была чужой, я даже не училась давно именно в этом районе, и примерно понимала, что меня ждет, если я еще хоть раз пойду танцевать с вон тем вон мальчиком в синей футболке. Их было двое, а у меня была только наглость. На подоконнике в женском туалете Ася вытащила пачку красного Мальборо и недобро усмехнулась. Я отважно прикурила от спички и вдохнула через слово "аптека", как рассказывал когда-то братец. Помню - не закашлялась. И выпустила дым ей в лицо. Когда минут через пятнадцать появились мои подружки, мы обсуждали достоинства фосфорного зеленого лака для ногтей и то, какие все мужики ветренные сволочи. Мне было четырнадцать. Меня не тошнило и я не привыкла.

Серьезно курить я начала после первого курса, когда в жизни появился М. Кто-то сказал, что никотин успокаивает нервы, я не то, чтобы поверила, а просто было интересно чувствовать себя взрослой и дымить в окошко, поставив босые ноги на торпеду. Когда ездить стало не с кем, я решила, что пора бы бросить. Так началась эпопея с чупа-чупсами, которыми я затыкала желание немедленно затянуться. И справилась, в общем и целом без особых потерь. А потом настал 2002 год.

Пожалуй, если когда-нибудь проведут исследование, то неутешительная статистка покажет, что за два года с Л. я выкурила столкьо, сколько не выкурю никогда за всю оставшуюся жизнь, даже если приплюсую к ней все, что было до него. Он страшно ругался, что я курю, хотя к тому моменту я перешла на относительно благородные "дамские пахитоски", он ставил условия, он придумывал награды и штрафы и в итоге мне надоело, и - о, ужас! - чупа-чупсы форева.

Я держалась долго. не курила даже тогда, когда мы расстались и я вернулась домой, я не курила, когда провожала самолет в Австрию, я не курила, когда, ну, не курила, короче говоря, долго. Сломалась я том лете. Просто однажды утром проснулась и поняла, что надо.

Наверное, нужно было сказать дяденьке, что я слезаю. Медленно, но верно. Все началось с Вога, который летел тогда пачками. Прошлой зимой, когда я писала первый фик по ГП, за вечер на набережной улетала пачка, и я не помню, чтобы испытывала хоть какой-то дискомфорт. Сейчас я давно не курю Вог. Слишком сильно, даже с пары затяжек кружится голова. Щадящий вариант, слабенький компромисс. Ментоловый Парламент. Ну, или что-то не сильнее Эпика.

Я не знаю - зачем. Привычка. Мне нравится ментоловый дым. Я люблю склонить голову, щелкая зажигалкой, и затянуться первый раз, прищурить глаза и подумать, что если получится колечко, - сбудется то и это. Серьезно ли? Не знаю, я могу не курить неделями, а потом за вечер - пачку. Наверное, потребность есть, а может это просто лень. Я не придаю этому особое значение. Да-да, не придаю и пишу об этом целый пост, дорогой денвник, ну, возможно, тебе будет интересно.

Ах, да. Колечко у меня не получилось ни разу. Пока.

01:44 

love me, love me not
Главное ведь желание, верно? Можно загадывать на парные цифры, можно на выпадающие заставкой фотографии, можно на раз-два-третьего встреченного, но это все равно не поможет, ведь все давно распределено между нами и даже в равных долях. Но судьба не была бы судьбой, если бы не умела блефовать. Так было, так есть и так будет. Кому-то выпадает джокер, а кому-то двойные шестерки на погоны. Несоизмеримо и уравнено. Кто-то слишком сильно любит тебя, кого-то слишком сильно - ты. Как в старом правильном фильме: взаимная любовь - ну, конечно, а как же иначе? - молодая еще... Если не достает таланта, - доберут красотой. Если линия жизни слишком коротка, - дочертят удачей. А так, чтобы все и сразу - редко. И реветь-то банально хочется даже не от факта такой вопиющей несправедливости, а от понимания и полного принятия расклада колоды. Сдавал кто-то явно поумнее тебя.

Внимание-невнимание. Кому-то - ты, кто-то - тебе, но почему-же, почему нельзя сразу и вместе. И выбирать, что проще, - отдавать или принимать, это каждому самостоятельно. И от этой самостоятельности кажется, что все решаемо именно тобой, что ты сам волен тасовать свои карты. А потом натыкаешься за углом на рыжего кота в сером мешке и понимаешь, как кто-то звонко смеялся за сегодняшним завтраком. И "по делам вашим" здесь не работает, и когда оказываешься в переборе, тянет отшвырнуть и двинуть стулом, но на вопрос: "Сдавать", ты только молча киваешь, прикуривая. И ничего необъяснимого. Шит хэппендс.


00:46 

love me, love me not
А я вот не хочу никаких принцев, дорогой дневник. Ни единого раза. Все принцы чешут лесом вместе со своими белыми и черными конями, вместе с табакерками, с любовью к странным русалообразным девочкам и сундукам мертвецов. Принцы катятся к черту с половинами своих царств, перешедшими по наследству или перекованными Андриллами и коньками-горбунками в загашнике. Принцы отчаливают оптом в светлое будущее хоть на кораблях с алыми парусами, хоть на рыбацких суденышках с насквозь проштопанными обрывками старых рубашек. С коллекционными порше и горбатыми запорожцами, с официантскими белыми воротничками и костюмами из бутика Прада, с высокой любовью к черно-белым фильмам эпохи голливудского расцвета и тщательно скрываемой постыдной страстью к японскому порно. Принцы устраивают массовые песнопения под моим окном в панельной многоэтажке на самой окраине самого окраинного спальника и испаряются за один раз. Ибо меня не надо спасать из башни и прятать от злостного папы-царя, ради меня не надо менять мир и отдельно взятый микрорайон, мне не надо дарить цветы и делать комплименты. Со мной достаточно просто быть рядом и наливать в кружку горячий чай, когда ничего не получается особенно ярко. А принцы так не умеют.

01:22 

love me, love me not
Ем лимоны, курю в окошко и улыбаюсь. Сколько прошло? Три с половиной года? И ты сделала его по всем статьям, моя девочка? Выиграла ты? Да, пожалуй, ты, если с тех пор он ни разу не позвонил в знакомую дверь, пятый этаж, налево до упора, последняя электричка из города приходит в ноль-тринадцать, а тебе всегда рады там и по сей день. Пожалуй, ты, если у всех его девушек большие глаза и светлые волосы и каждой он дарит Лайт Блю Дольче энд Габбаны, которой ты пропахла тогда насквозь. Пожалуй ты, если твой мужчина в сто, нет, в тысячу раз красивее и успешнее, и шепчет тебе о любви не только по ночам. Пожалуй, ты, если знакомые говорят: "его выбор" и "что выросло, то выросло". Пожалуй, ты, если можешь давать ссылки на его фото в сети подругам и небрежно цедить сквозь сигаретный дым, что когда-то спала с ним. Пожалуй, ты, если альбом с фотографиями пылится где-то на полке в маминой кватире, в твоей бывшей комнате, где уже давно ничего не напоминает о том, что когда-то ты была очень юной, очень другой и любила так сильно, что не хватало мира, чтобы просто дышать рядом. Пожалуй, ты, если уверена в своих силах и знаешь, что когда доведется пересечься дорогам, у тебя хватит сил поздороваться и идти дальше, ни разу не оглянувшись...

Или все же он, если ты до сих пор помнишь все. До единого сдвига стрелок в сутках.

Current: ... потому что для тебя мои секунды ...

14:28 

love me, love me not
В эту минуту в мире кто-то совершает открытие, кто-то решается на поступок, кто-то у кого-то крадет деньги, мужа, любовницу и личный самолет, взрываются бомбы, режет вены тринадцатилетняя дурочка, которой не улыбнулся Сашка из десятого, отчаявшаяся и затраханная по самое не могу домохозяйка собирается травиться потому, что кот в очередной раз нагадил на диван, родителям пятилетнего умирающего ребенка врачи, отводя глаза, говорят, что доноров нет, но вы не теряйте надежды, наемник перезаряжает ствол, кое-кто получает по почте фотографию очередного заказа, расстреливают преступника, заходит на посадку семьсот сорок седьмой боинг и выруливает на взлетную ту сто пятьдесят четыре, кто-то подписывает заявление на увольнение и стряхивает пепел с кубинской сигары в карманную пепельницу за тысячу двести евро, кто-то забирает это заявление с мертвой улыбкой на губах, прикидывая, на сколько ему хватит полученной зарплаты, кто-то кладет цветы в простой деревянный ящик и целует в лоб самого дорого человека на свете, кто-то подходит к повороту, за которым его ждет нелепая судьба в виде Аннушки, разлившей масло на трамвайных рельсах, кто-то умирает, кого-то убивают, а я, блядь, сижу над чистым листом и страдаю от того, что у меня нет первой фразы. Идиотка.

00:18 

love me, love me not
Моей разлуки сумрачную нить
Я привезу из безнадежной дали.
Вы никогда такую не видали...
Вам этой нитью платье будут шить.

Под скрежет ножниц, легкий, словно газ,
Прольется шелк, струясь навстречу стали.
Его окрасят в цвет моей печали
И отнесут портнихам в тот же час.

Под писк мышей и песнопений вой
Две старых ведьмы, не смыкая очи,
Сошьют наряд за три бессонных ночи,
Украсив на груди забудь-травой.

Слепой посыльный, порученью рад,
Вас будет ждать с поделкою у двери...
И, платье перед зеркалом примерив,
Вы колдовства вдохнете аромат...

И чтобы не сожгла меня вина,
Чтоб мы друг друга точно позабыли,
Я отопью в тот вечер из бутыли
Старухой сотворенного вина...

(с)..

Последний раз я смотрела Властелина Колец с ним. Это было....черт, как же давно это было. В прошлой жизни. Три фильма на ночь, килограмм пять креветок и выматывающее пиздецдочегоблизкое его дыхание и рука под головой, которую я бессовестно отлежала. Под конец третьей части все те, кто читал книгу, дошли до того, что стонали в голос что-то вроде "ну, пристрелите уже кто-нибудь Фродо" и были готовы кидать в экран креветочными головами. А потом они пошли провожать меня. Шел летный дождь и моя легкая майка сразу же вымокла насквозь, я сняла босоножки и мы шлепали по лужам босиком, смеялись, кричали и роняли друг друга в мокрую траву. Он падал так, чтобы удержать меня на весу, и легкие касания губ к губам, когда не удерживал, жалили сильнее острых мелких камешков, которые впивались между пальцами. Его глаза были совершенно синими, сумасшедше синими, преступно синими, предел концентрата ультрамарина, за такую синеву нужно давать пожизненое заключение за черными очками, полную изоляцию и билет в один конец до Антарктиды в нагрузку. Его глаза были синими настолько, что иссиня черной июльской ночью мне казалось, что я смотрюсь в отражающееся в озере небо. Я знаю, что никода и ни у кого больше не будет такой синевы глаз при взгляде на меня, я знаю, что никогда не забуду ни этих глаз, ни той ночи, ни мокрой травы, ни луж, ни безудержного, какого-то абсолютного предельного счастья. Такое не удержать в клетке. Да и не надо. Достаточно того, что выбор пал на тебя. Не всем так везет.

15:05 

love me, love me not
Стала как-то очень болезненно реагировать на внимание к себе. То есть, на невнимание. То есть на то, что окружает и на тех, кто окружает. Тонкость восприятия, что ли. Я всегда четко ощущала грани отношения к себе человека, хоть в близком общении, хоть в далеком. Сейчас это как-то обострилось. Причем в негатив. Нет, дорогой дневник, мне пока не мерещится вселенский заговор и шпиЁны вокруг, холодная война и прочие милые параноидальные финтифлюшки, но вот как-то так. Девочка-одуванчик, дунешь посильнее, рассыплюсь. Нервы что-ли оголились, но восприятие общения действительно болезненное. Не знаю, как это объяснить, будто бы в ушах набатом отзывается даже шепот. Вседа считала себя очень самодостаточной, а теперь банально хочется комплиментов. По любому поводу. Глушу это идиотское желание шоколадными трюфелями и увлажняющими масками. Мне странно. Все кругом. И зеленая трава в январе, и собственное отражение в зеркале, и то, что кто-то любит меня, и то, что мне пишется о чем-то до того непонятном, что я теряюсь - почему и куда это девать. Я все знаю про себя вот уже уйму времени, но каждый раз понимаю, что не знаю ровным счетом ничего.

Дай мне хоть раз утонуть без тебя
Холодной ногой дотянуться до дна
Потерять контроль
Песок я увижу желтеющим небом
К нему подниму свои мокрые крылья
Его ловлю

Спи... я твои тихие сны
Спи... соберу из капель воды
Спи... спи...

Я превратилась вчера в чей-то шепот
Я подарила свой голос другим
Может, тебе
Ты не касайся воды
Мне щекотно
Дай мне хоть раз утонуь без тебя
Хотя бы во сне

Спи... я твои тихие сны
Спи...соберу из капель воды
Спи... спи...

(с) Юля Бужилова


Current: потрясающая девочка...

18:31 

love me, love me not
В фиках есть такой жанр - dark. Это еще не death, - которые, кстати, бывают вполне себе читабельными, особенно если о смерти там просто упоминание, и есть соответствующая сноска в шапке - но уже и не angst, который может быть очень тяжелым и относится - классический, разумеется - к моральному состоянию героя, к его чувствам, переживаниям, душевным мучениям, бла-бла-бла. Кто-то утверждает, что dark - это золотая середина между двумя вышеперечисленными вариантами излияния своих литературных изысков на бумагу. Полная ерунда, чушь и околесица. Dark - это самый блядский вариант написанного, который только можно придумать, уж прости меня великодушно за мой французский, дорогой дневник.

Это преднамеренное выискивание во всем, что окружает, в любом движении, в любом слове, в любом событии - даже опоздании автобуса - подвоха, чернухи и сконцентрированной беды. Такой абсолютной и всепоглощающе тотальной, что не страшно даже свалиться в дублирование значений слов. Это сгущение красок в любом описании. Это искусственное нагнетание обстановки. Это мелкие детали, которые у талантливого автора, или же просто у человека, обладающего достаточным словарным запасом, выписаны настолько филигранно, настолько достоверно, что хочется визжать.

Можно, безусловно, списать все на мою гипертрофированную чувствительность и восприимчивость, но я не шучу. Когда читаешь такой фик, а он с детским рейтингом и абсолютно белый, то есть, там нет никакого BDSM, нет морального насилия, нет любых -филий, короче, нет ничего, о чем обязательно пишут в предупреждениях, то теряешься. От ощущения, что автор препарирует себя. От силы эмоций, с которыми себя выворачивают наизнанку. От совершенно четкого, клипового осознания тьмы, за секунду прячущей солнце. Моя подруга говорит: "Дементор рядом". Наплевать, что ты не читал Гарри Поттера, дорогой дневник, это значит, что "в мире больше никогда не будет радости".

Это страшно. Я снова не шучу. Фик, который без малейшей помощи со стороны - опять же в виде насилия, убийства, пыток, издевательств, плеток и цепей - может передать практически всепоглощающий ужас, который, имея стандартный размер зарисовки, где-то триста слов, прибивает тебя к земле и не дает дышать - это действительно, абсолютно серьезно страшно. Потому что такое невозможно написать без реальности. То есть, я хочу сказать, что это невозможно придумать до идеальной правды. Это можно только прожить. П-р-о-ж-и-т-ь.

Ее жизнь - такой вот dark. С соблюдением всех законов жанра. С канонными приступами и истериками. С уверенностью в отсутствии счастья конкретно для нее. Она так живет. Каждый день. Каждое утро она просыпается и знает это, каждый вечер она засыпает и снова знает это. И так по кругу. До бесконечности. И радость убивает ее. Это непостижимо, но это так. Радость - противопоказанная ей инъекция. Яд. Мгновенная смерть. И с этим ничего нельзя сделать. Потому что нельзя помочь тому, кто не хочет помочь себе сам. А она, видимо, не хочет.

02:01 

love me, love me not
Попросила прислать любимый. Смотрела в Solo минут двадцать. Не выбрала. Они все любимые, их нельзя делить на категории. Они все через себя пропущенные и с себя списанные. Вот этот из-за его самой обожаемой фотографии, а вот этот из-за того, что там они так похожи. Вот этот из-за дня рождения и шикарной фразы /как я скромна!/, вот этот из-за запаха тревоги, вот этот из-за почти фотографической отпечатки Мадрида, она, кажется выжжена на внутренней стороне век. Там сплошняком я, я-я-я-я, кто здесь еще сомневается в моем зашкаливающем эгоизме. Я поспешила родиться. Еще пару месяцев и могла бы с полным правом отождествлять себя с ним. Отправила все десять /крохотный рубеж, а не выпить ли нам за это, дорогой?/ и мне впервые абсолютно все равно, что именно она скажет и как именно отреагирует. Пофигу. Параллельно. Ровно. Пополам. Я знаю, что они best. Для меня. А остальное - мимо.

Current: ... мой небесный далеко ...

13:13 

love me, love me not
По дневникам гуляет "по записи за год". Залезла в календарь и немножко обалдела от статистики. Как меня накрыло с середины лета - строчу тут не переставая. Все же не из-за фэндомного, я и там довольно открыто об этом упоминаю. Наверное, напрягает что-то другое. Май поразил. Зеро.

01:28 

love me, love me not
Восхищают люди, которые пишут с легкостью. Не просиживая над текстом, сложившимся в голове, ночи напролет. Которые на счет раз могут набросать пару листов. С вариациями по пейрингам, жанрам и стилям. И где количество абсолютно не влияет на качество, а лишь делает его лучше. Мне как-то всегда очень чувствуется, как писалось. На одном дыхании или же мучило, подтачивало изнутри и снаружи, и менялись сцены, и выискивались варианты сочетания слов в одной-единственной злосчастной фразе, а сколько их - кто считает. Так писать - большой талант. Дотронуться страшно.

00:29 

love me, love me not
Не было у бабы проблем, купила баба порося. А девочке подарили новую игрушку. Игрушку зовут почти так же, как кудрявого - чертпоберикакиеглазачертпобери - испанца и она легко и не напрягаясь владеет всем девочкиным вниманием. Капризничает. Не хочет делать клип и показывать, как выходить в интернет. Видимо, понравились ей беспроводные "вайвай", а тут напрягают простым модемом. Музыку играет хорошо и не шурша. И теперь в разных анкетах на вопросы о вебкамере девочка с гордостью может отвечать утвердительно, но не будет, ибо нафиг? Еще в игрушке естьмного всякого, до чего девочка, в силу полной и абсолютной технической безграмотности, дойдет еще мерлин знает когда. Но дойдет. Потому что самое главное, то бишь любимую программулечку Word, не нашел бы в игрушке только ленивый. на самом деле девочка рада. Она представляет себе, сколько всякого красивого и полезного поможет ей наделать новая игрушка. Но, мысленно прикидывая, сколько бы маечек она купила себе на ту сумму - ой, нет, лучше и не заикаться, потому что хотела - держи =)

15:48 

love me, love me not
Когда заканчивается год, всегда немножко страшно. Не потому, что впереди новое-неизвестное, но обязательно хорошее, и не потому, что в этом, до черты, оставляешь что-то очень значимое и важное, а просто так. Меня всегда глубоко поражает тот факт, что сколько бы мне не исполнилось лет, я дрожу как иные крохотные дети в ожидании двенадцатого удара курантов и нервно пытаюсь прикурить в аккурат за секунду до столь значимого события и обязательно, в этой суете, поджигаю серпантин, который упорно наматываю на меня доброжелатели.

Я просто скучаю. Необоснованно и глупо, очень сильно и как-то....безнадежно, что-ли. Вот уже почти целый год. А когда я скучаю, могу наделать страшных глупостей. Просто я совсем не умею ждать, но жду, с упорством маньяка, вот уже сколько времени, доподлинно зная, что не произойдет ничего. Абсолютно ничего. Выходя на финишную прямую, я закрыта со всех сторон, подстрахована с любой точки, даже с той, о которой сама бы не догадалась, но все равно так страшно писать о нем, а не писать не получается, потому что буквы и слова копятся где-то внутри, щемит левое межреберье и трудно дышать, я так привыкла к тому, что в слова можно выплеснуть всю себя, что уже давно не стесняюсь вытаскивать из сумки блокнотик в метро и строчить торопливыми карандашными набросками что-то, чему нет никаких объяснений, вкладывая в написанных персонажей все, что близко мне и все, что волнует меня. Смешно, н даже в буквах я страшная эгоистка, хотя, почему даже.

Конечно, можно рискнуть. Поставить на дневник открытый доступ или же просто не закрывать записи и посмотреть - чем кончится эта большая игра, чье хладокровие возьмет верх, я знаю, что выиграю, я поставлю на это любой запрошенный ранг, не потому, что он благородно уступит мне, а потому что я - это я, а он - это он. Как по-разному могут люди любить друг друга, и, господи боже, ну, почему у меня не вышло наступить себе на что-то там очень высокое и не смириться с тем, что выигрывая я - театр абсурда - все равно проигрываю.

Мне хочется рассказать так много. Что у меня подстриженная челка, которая так ему нравилась и снова лезет в глаза, и я закалываю ее невидимками, ругаясь, что не нужно было стричь. Что я все такая же, простуженная и рыжая, и белые зимние сапожки не достать из коробки по причине полного отсутствия снега. Что у меня новвая игрушка и что я наконец-то дописала то, что так давно обещала когда-то и, кажется, сумела сказать то, что хотела. Что в жизни происходит много странного, но такого радостного и волнующего. Что я учусь не быть закрывшейся букой и мне так странно в ощущении близости людей рядом, тех, которые нравятся, и которым, оказывается, так неожиданно нравлюсь я, а ведь можно было пропустить их от страха сказать что-то. И что на тридцать первое я буду бабкой-ежкой, и что нашли парик, и что нарисуют веснушки, а, может быть, чертенком тринадцать из старого мультфильма, и я просто так давно не слышала тебя, что гоню всю эту пургу, иначе просто лопну...

Ровно год назад, плюс-минус день-два, он спросил, может быть, хватит уже дурить и искать что-то в "бирюзовых далях". Я засмеялась и ответила, что уже слишком взрослая для таких благородных подарков, которых не заслуживаю. А потом мы пили с мамой на кухне ром и она, утирая совсем непрошенные слезы, сказала, что очень хочет разбросанных игрушек и детского смеха в нашей квартире. Я помню, что допивала залпом, и нервно смеялась, ерничала, обнимала ее и шептала, мамочка, неужели я так надоела тебе, неужели ты так от меня устала. А она гладила меня по волосам и, захлебываясь словами, просила подумать, хоть один раз в жизни серьезно, перестав уже опираться на свою гордость и несуразность.

Ладно, пустое. Просто слишком много слов внутри. Просто слишком мало дней до боя этих дурацких часов. Просто нужно, наверное, хоть в этом году отключить телефон или лечь спать часов в одиннадцать. Я скучаю, черт тебя подери. Я скучаю так, что ни в сказке и ни пером, я скучаю до одури, до обморока, до подгибающихся коленей, я скучаю...прости.

Дети понедельника

главная