Пусть Всемилостивый Господь укрепляет всякого человека желающего быть добрее и чище,
и каждый раз показывает нам, что это верный и единственный путь к преображению души.
Ведь только чистыми устами и незлобивым сердцем можно воистину славить Бога. Аминь.
Настоятель Преображенского Храма – Игумен Давид( Яковлев)
URL
14:17 

В Покровском соборе Москвы станет доступной для поклонения уникальная икона XVII века

14 октября 2019 года в Покровский собор Москвы, который одновременно является частью Государственного исторического музея, будет принесена для постоянного пребывания и поклонения уникальная икона XVII века «Господь Вседержитель (Спас Москворецкий)».

Этот чудотворный образ, почитавшийся москвичами, считался утерянным после 1927 года. В 2018-м его обнаружил на антикварном рынке и выкупил известный коллекционер Станислав Николаев.

После искусствоведческой экспертизы и реставрации летом 2019 года икона была передана Станиславом Николаевым Государственному историческому музею. А 14 октября она будет помещена практически на свое историческое место, и отныне станет доступной для всех в Покровском соборе – действующем храме и музее, сообщает пресс-служба ГИМа.

Начиная с 14 октября, икону «Господь Вседержитель (Спас Москворецкий)» сможет увидеть каждый желающий в Покровском соборе, во время богослужений и в часы работы музея.

Образ «Господь Вседержитель (Спас Москворецкий)» является уникальным памятником русского иконописания с удивительной историей.

Изначально икона, почитавшаяся москвичами как чудотворная, размещалась в нише уже несуществующих Москворецких ворот, рядом с Покровским собором.

Затем для иконы была возведена часовня, которая в разное время принадлежала Зосимо-Савватиевской Марчуговской пустыни и Соловецкому монастырю. Она располагалась у Москворецкого моста (ныне – территория парка «Зарядье»), была закрыта в 1920-е годы и разобрана в 1966-м при строительстве гостиницы «Россия».

Икона «Спас Москворецкий» входила в число 6 особо почитаемых московских образов, а слава об исцелениях по молитве к ней выходила далеко за пределы столицы.

Последнее известие об иконе датируется 15 сентября 1927 года и принадлежит главному хранителю Исторического музея Алексею Орешникову. В своем дневнике он записал, что видел икону в реставрационной мастерской в Покровском соборе, «где расчищали огромный чудотворный образ Спасителя из часовни…».

Дальнейшая участь иконы неизвестна, но специалисты с большой вероятностью считают, что переданный Станиславом Николаевым образ и есть исторический «Господь Вседержитель (Спас Москворецкий)». На это указывают следующие обстоятельства:

– икона принадлежит к тому же самому Москворецкому иконографическому изводу изображения Спасителя;

– у нее почти идентичные (с учетом погрешности при измерении в четвертях аршина в акте 1921 года) размеры: 150 × 125 см;

– имеются следы от многочисленных мелких гвоздей на фоне иконы, которыми крепилась риза;

– есть очевидные следы ожогов, расположенных ниже лика Спасителя, что свидетельствует о почитании этого конкретного образа, к которому неоднократно подвешивались разные лампады;

– датировка данной иконы не выходит за середину XVII века, прямым доказательством чему служит наличие написанного на полях иконы текста тропаря 2‑го гласа, входящего в службу Нерукотворному образу Спасителя 16 августа (ст. ст.), в «дораскольной» редакции;

– надпись на иконе дословно совпадает с печатным текстом издания 1646 года и появление подобного текста на иконе после церковной реформы, начавшейся в 1654-1656 годах, было невозможно.

По своей иконографии чудотворный образ Спасителя принадлежит к особому иконографическому изводу – «Москворецкий», для которого характерны оплечное изображение Иисуса Христа, где Его правая рука в благословляющем жесте, а левая придерживает раскрытое Евангелие.

По стилистике икону относят к творчеству северного профессионального иконописца. Происхождение образа не противоречит версии о его возможном нахождении в часовне у Москворецкого моста, поскольку первоначально она принадлежала Зосимо-Савватиевской Марчуговской пустыни. Пустынь была основана в Москве протопопом Благовещенского собора Кремля, духовником царя Алексея Михайловича Стефаном Вонифатьевым в 1653 году. Как крупный жертвователь Соловецкого монастыря Стефан Вонифатьев вполне мог получить с Севера для своей обители подобный образ.

📷Изображение предоставлено пресс-службой Государственного исторического музея

сайт "Фомы": bit.ly/2ILMInR

12:31 

Толкование на 1-ое послание к Коринфянам ап. Павла, Глава 7, Стих 5,
Феофан Затворник святитель
5
Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим.

«Что это значит? Жена не должна, говорит, воздерживаться против воли мужа, и муж не должен воздерживаться против воли жены. Почему? – Потому, что от такого воздержания происходит великое зло; от этого часто бывали прелюбодеяния, блудодеяния и домашнее расстройство. Ибо если иные, имея своих жен, предаются прелюбодеянию, то тем более будут предаваться ему, если лишить их этого утешения. Хорошо сказал: не лишайте себе; ибо воздерживаться одному против воли другого, значит лишать, а по воле – нет. Так, если ты возьмешь у меня что-нибудь с моего согласия, это не будет для меня лишением; лишает тот, кто берет против воли и насильно. Это делают многие жены, нарушая справедливость и тем подавая мужьям повод к распутству и все приводя в расстройство. Всему должно предпочитать единодушие; оно всего важнее. Если хочешь, докажем это опытом. Пусть из двух супругов жена воздерживается, тогда как муж не хочет этого. Что будет? Не станет ли он тогда предаваться прелюбодеянию или если не станет прелюбодействовать, то не будет ли скорбеть, беспокоиться, раздражаться, гневаться и причинять жене множество неприятностей? Какая польза от поста и воздержания, когда нарушается любовь? – Никакой. Сколько неизбежно произойдет отсюда огорчений, сколько хлопот, сколько раздоров! Если в доме муж и жена не согласны между собою, то их дом не лучше обуреваемого волнами корабля, на котором кормчий не согласен с правителем руля. Посему Апостол и говорит: не лишайте себе друг друга, точию по согласию до времени, да пребываете в посте и молитве. Здесь он разумеет молитву, совершаемую с особенным тщанием, ибо если бы совокупляющимся он запрещал молиться, то как можно было бы исполнять заповедь о непрестанной молитве? Следовательно можно и с женою совокупляться, и молиться, но при воздержании молитва бывает совершеннее. Не просто сказал: да молитеся, но: да пребываете в молитве, потому что брачное дело только отвлекает от этого, а не производит осквернения. И паки вкупе собирайтеся, да не искушает вас сатана. Дабы не подумали, что это – закон, присоединяет и причину. Какую? – Да не искушает вас сатана. А дабы знали, что не диавол только бывает виновником прелюбодеяния, прибавляет: невоздержанием вашим» (святой Златоуст). Заповедует воздерживаться во время поста для усерднейшей молитвы: может это идти ко всем церковным постам, особенно же к говению. Прекращать воздержание советует, – да не искусит сатана. Следовательно, если нет опасности, то можно воздержание и продолжить. Видно, что Апостол хотел бы, чтобы воздержание держали будто закон, а сходились только уступая крайней необходимости, которая определяется не пожеланиями, а естеством и даже не естеством, а благоразумием.

17:55 


17:52 


17:51 

Корни неблагодарности — в человеческой ненасытности; сколько человек ни получит, всего ему мало, он не благодарит, а ропщет за то, что не получил больше... Но те немногие, которые всегда и за все благодарны, получат от Бога великую славу и честь, великую благодать.

Святитель Лука Крымский (Войно-Ясенецкий)

17:52 


17:10 

Бьют нас японцы, ненавидят нас все народы, Господь Бог, по-видимому, гнев Свой изливает на нас. Да и как иначе? За что бы нас любить и жаловать? Дворянство наше веками развращалось крепостным правом и сделалось развратным до мозга костей. Простой народ веками угнетался тем же крепостным состоянием и сделался невежественен и груб до последней степени; служилый класс и чиновничество жили взяточничеством и казнокрадством, и ныне во всех степенях служения – поголовное самое беспросветное казнокрадство везде, где только можно украсть. Верхний класс – коллекция обезьян – подражателей и обожателей то Франции, то Англии, то Германии и всего прочего заграничного; духовенство, гнетомое бедностью, еле содержит катехизис – до развития ли ему христианских идеалов и освящения ими себя и других? <...> И при всём том мы – самого высокого мнения о себе: мы только истинные христиане, у нас только настоящее просвещение, а там – мрак и гнилость; а сильны мы так, что шапками всех забросаем... Нет, недаром нынешние бедствия обрушиваются на Россию – сама она привлекла их на себя. Только сотвори, Господи Боже, чтобы это было наказующим жезлом Любви Твоей! Не дай, Господи, вконец расстроиться моему бедному Отечеству! Пощади и сохрани его!

Святитель Николай Японский.

16:11 

СВЯЩЕННОМУЧЕНИК ГЕРМОГЕН, ЕПИСКОП ТОБОЛЬСКИЙ О ЖИЗНИ ПОСЛЕДНИХ ХРИСТИАН:

«Что касается жизни последних христиан в антихристианское время, - это особенное и полное разделение, такого не было никогда в истории. Истинные христиане последних времён буквально отвергнут все гражданские законы и не будут почитать власть. У них останется одна внутренняя принадлежность к небесному отечеству.... В первые времена вся суть заключалась в идолопоклонстве, а законную власть почитали, а в антихристианское время место идола займёт сама власть и будет требовать поклоняться ей, не касаясь религии. Поклонившиеся будут считаться последователями антихриста.... Эта власть будет действовать политически, всем даст равные права, для всякой веры и секты. Действовать будет морально, убеждением, и смертельно ранит души.... Антихристианское царство возникнет раньше воцарения самого антихриста и будет продолжаться неизвестно сколько лет».

16:03 

Протоиерей ДИМИТРИЙ СМИРНОВ - СЛУЖЕНИЕ

ЧТО ДЕЛАТЬ С ПОУЧАЮЩИМИ БАБУШКАМИ

Мы таких бабушек – всех вывели из храма, а остальных – укротили. То есть, как только какая-то бабушка начинает кого-то учить – мы тут же эту антикатехизаторскую деятельность прекращаем.

Когда мне было лет двадцать, я использовал такой прием: если какая-то бабушка начинала шипеть, я начинал очень медленно, как минутная стрелка, к ней поворачиваться. Как только я к ней повернусь на сто восемьдесят градусов – ее уже нет. Почему-то медленный поворот оказывает на них вот такое воздействие. А еще очень хорошо брать с собой святую воду в бутылочке с широким горлышком. Когда она зашипит – полить крестообразно ей главу со словами: «Во имя Отца и Сына, и Святаго Духа».

Бабушки на третий раз уже поймут, что если они будут кого-то учить – их сразу освятят. Летом-то – еще ничего, а зимой у них могут возникнуть проблемы… И сказать: «Родная моя бабуленька, еще раз будешь наших прихожан распугивать – не в тех штанах пришла или губы криво накрашены – будем тебя сразу освящать!» И всё! Порядок восстановится! Надо брать на себя инициативу, иначе… Такие бабушки на нашем церковном обиходе в мое время назывались – «православные ведьмы», поэтому надо из них эту бесовскую силу изгонять. В храме шуметь нельзя, разговаривать и увещевать – тоже. А вот тихонечко полить святой водой – бес выйдет тут же и всё будет хорошо!

16:00 


15:22 


15:21 


18:37 


18:35 

Беги от всех, но люби всех, не входи в чужие дела и не суди никого — тогда и будет мир в сердце. А поведешься со многими — всё вынесут от тебя, что успеешь собрать в себе. Знакомства и разговоры опустошают и рассеивают. Кто-то должен быть, с кем поделиться, без этого очень тяжело и трудно. Иногда это необходимо даже. Но выбирать надо очень осторожно, надо быть уверенным в человеке — не поймут того, что для тебя ценно... Более молчи, учись молчанию...

Иеросхимонах Михаил Питкевич

18:35 

Христианская вежливость

Христиане должны, согласно заповеди Божией, стать святыми и совершенными. Совершенство и святость начертываются сначала глубоко в душе христианина, а уже потом отпечатываются и в пожеланиях его, в речах его, в делах его. Таким образом, благодать Божия, которая существует в душе, изливается и на весь внешний характер.

Христианин должен быть вежлив со всеми. Слова и дела его должны дышать благодатью Святого Духа, которая обитает в душе его, чтобы таким образом было засвидетельствовано его христианское житие и славилось имя Божие.

Тот, кто выверяет каждое слово, тот и выверяет каждое дело. Тот, кто исследует слова, которые собирается сказать, исследует и дела, которые намеревается совершить, и никогда не перейдет границ хорошего и добродетельного поведения.

Благодатные речи христианина характеризуются деликатностью и вежливостью. Это то, что рождает любовь, приносит мир и радость. Напротив, грубость порождает ненависть, вражду, скорбь, желание побеждать [в спорах], беспорядки и войны.

Итак, да будем всегда вежливы. Никогда да не изойдет из уст наших дурное слово, слово, которое не будет исполнено соли благодати Божией, но всегда [да будут у нас] речи благодатные, речи благие, речи, которые засвидетельствуют вежливость во Христе и развитость души.

святитель Нектарий Эгинский
Путь к счастью

12:19 

УТЕШЕНИЕ В ПОТЕРЕ БЛИЗКИХ. ОБ ОСМЫСЛЕНИИ ЗЛА И СТРАДАНИЙ В МИРЕ.
Тема страданий от потери близких людей требует отдельного внимания, ибо большинство утешительных слов могут быть восприняты страдающим, по меньшей мере, как лишние, а то и как насмешка над его горем. О том, как можно утешить скорбящего о смерти родного человека — заключительная статья цикла об осмыслении зла и страданий в мире.
Содержание:
Потеря мужа или отца
Потеря ребенка
Особенности утешений, связанных со смертью близких
Потеря близких в катастрофах
Некоторые практические советы по работе с людьми, переживающими утрату близких
Святитель Феофан Затворник в одном из писем говорит: «Господь отнимает от вас человеческие опоры… чтобы у вас осталась наконец одна опора — Сам Господь»[1]. Вразумляя одну вдову, и святитель Николай Сербский сказал в подобном духе: «Скажи себе: муж мой прежде принадлежит Богу, а потом мне, и дети мои прежде всего дети Божии, а потом мои»[2].

Владыка Антоний Сурожский разделяет людей на три типа по отношению к смерти: 1) неверующие; 2) «те, кто верует “на четвертинку”, которые были крещены, но Воскресение Христово, то есть факт, что Христос стал человеком и принял нашу плоть, и поэтому жизнь после смерти не кончается, никак не отражается на их собственной повседневной жизни, на их отношении к болезни и смерти»[3]; 3) верующие по-настоящему, кто на собственном опыте знает Бога, и для кого смерть — переход в иную жизнь; и когда они умирают, то готовятся к встрече со Христом.


Очень тяжело смириться с потерей и принять без упрека к Богу смерть дорогого и близкого человека

Таким образом, для первых фраза Феофана Затворника может быть воспринята неадекватно, даже с презрением, непониманием и, возможно, обидой на святителя и на Бога. Ко второй категории эти слова могут быть интерпретированы через образы, не буквально; для третьей же фраза может быть настоящим утешением.
С одной стороны, очень тяжело смириться с потерей и принять без упрека к Богу смерть дорогого и близкого человека. С другой стороны, это неизбежно, и об этом знают все. Дети часто узнают о смерти раньше, чем выучивают таблицу умножения. И еще тяжелее, особенно, второй категории, воспринимать потерю как благословение Божие. Да и третьей категории тяжело принять такую скорбь. От нее не защитит ни естественная «привязанность к жизни, ни мужество перенесения страданий, ни житейская мудрость, ни даже вера, как бы ни была она велика», потому что смерть, как писал в своем дневнике священник Александр Ельчанинов, — это «явление двустороннее: умирает уходящий от нас, и в этом процессе болезненного разделения болит и замирает и наша душа»[4].

Однако следует обозначить конкретные советы разных пастырей в преодолении состояния скорби по близким.



Потеря мужа или отца

В связи со скорой кончиной мужа одной из духовных чад старец Порфирий (Кавсокаливит) утешал, предлагая в минуты уныния и печали немедленно подниматься в горы на прогулку, а если это ночь, то вспоминать «что-нибудь красивое», парк, который они посещали вместе с мужем и детьми, или великолепный закат, которым вместе любовались на побережье, и молиться словами: «Господи, Иисусе Христе, помилуй моего мужа, помилуй и нас»[5].


«Радуйся, что капля твоей горечи подобна морю горечи распятого Господа».

В другой подобной ситуации, по поводу потери отца (священника) одного из своих духовных чад, он говорил по телефону в утешение: «Что я вижу! Отец Иоанн вместе со своей матушкой стоят в лучах света! Они в Раю! Они обнялись и радуются неизреченной радостью!»[6]
Еще одно средство преодоления печали в связи с потерей близких — трудотерапия. Одной вдове он посоветовал начать активно работать, и это дало «удивительные результаты. Ее скорбь претворилась во внутреннее умиротворение и радость, так что она даже стала опасаться за свой рассудок»[7].



Потеря ребенка

Однажды некая мать, потеряв сына и не зная, где он захоронен, не находила себе места и убивалась от этого. Обратившись к святителю Николаю Сербскому, она получила от него наставление: «Господь Сам скрыл его от тебя, чтобы очистить скорбью твое сердце и подготовить его к нечаянной радости встречи с сыном в вечных чертогах Своих»[8]. И, кроме того, святитель дает этой матери совет сделать крест для могилы сына из своих действий: «Пусть молитва станет одной крестной досочкой, а милостыня другой… Молитва устремляется ввысь, а милостыня распространяется в ширину. Кротость пред волей Божией пусть будет гвоздем, которым скрепляется крест… и благодатное утешение неба сойдет на сердце твое, словно роса на жаждущую траву»[9]. О молитве и благотворительности в память об умерших говорят многие святые, в том числе и старец Порфирий[10].


В одном из писем святитель Николай Сербский дает универсальное утешение для терпения любой скорби лицам третьей категории (т. е. людям, верующим по-настоящему) по отношению к смерти: «Радуйся, что капля твоей горечи подобна морю горечи распятого Господа»[11], и потому, по слову священника Александра Ельчанинова, «для христианина заказан путь беспросветной скорби, мрака и уныния», и «он не должен отступать перед страданиями» и коснеть в нем, но, напротив, «должен всем напряжением своих духовных сил пройти сквозь страдания и выйти из него укрепленным, углубленным, умудренным»[12].
К той же категории людей относятся и слова святителя Иоанн Златоуста, которые он обращал к вдовам: если «нуждаешься в защите и потому плачешь о муже, то прибегни к общему для всех Защитнику, Спасителю и Благодетелю — Богу, к этой непреоборимой защите, готовой помощи, благонадежному покрову, вездесущему и отвсюду нас окружающему», потому что сказано в псалме: Ты еси отец сирых и судия вдовиц (Пс. 67:6). И еще: Господь просвещение мое и спаситель мои, кого убоюся? (Пс. 26:1). И он продолжает: «Если ты умеришь скорбь свою рассудком и размыслишь о Том, Кто взял его, и что ты, перенесши великодушно, принесешь свою волю в жертву Богу, то будешь в состоянии избежать и этой волны, и то, что совершает время, совершит твое любомудрие»[13]. Однако далее предупреждает всех скорбящих от потери близких: «Если же ты будешь чрезмерно скорбеть, то хотя время прекратит твою скорбь, но ты не получишь такой награды»[14]. Плакать же святитель Иоанн Златоуст советует только лишь о грехах умершего, чтобы Господь простил их. И когда здесь на земле совершаются жертвы об усопших, то им в жизни иной «бывает некоторое утешение», потому что «Бог часто подает благодать одним за других»[15].


Все упомянутые утешения пастырей — это, в основном, конкретные советы определенным людям, и поэтому они должны использоваться индивидуально, ибо каждый человек по-разному восприимчив

Если обратиться к размышлениям митрополита Николая (Ярушевича) об утешении тех, кто потерял близких, то можно увидеть, как владыка постоянно использует события, описанные в Священном Писании, переплетая их с жизнью Церкви, и выводит из них утешения. Например, говоря в проповеди о том, почему Богоматерь называют «всех скорбящих Радость», владыка обращает внимание слушающих на слова старца Симеона Богоприимца: и Тебе Самой оружие пройдет душу (Лк. 2:35). Профессор А. П. Лопухин называет состояние, которое предстоит испытать Марии, Матери Христа, ощущением, «которое… будет так болезненно, как болезненно бывает, когда сердце проколют мечом»[16].
Митрополит Николай, развивает эту мысль, говоря, что Матерь Божия во время Голгофских страданий Христа находилась рядом с Ним, и Ей была попущена ужаснейшая скорбь. Она принимала крестную смерть Своего Сына как необходимую жертву для спасения человечества, «но любовь Матери уязвлялась и тяжко страдала при виде всех Его мучений… Она видела Его… окровавленным, израненным, облеченным в одежду поругания… слышала удары молота, прибивавшего к кресту руки и ноги Ее Сына»[17]. Об этом же поет Церковь в Плаче Богородицы в Страстную Пятницу: «Се, свет Мой сладкий, надежда и живот Мой благий, Бог Мой угасе на кресте, распалаюся утробою, Дева стенющи и глаголаше»[18].

И Сын Ее утешает тем, что усыновляет Ей все человечество в лице апостола Иоанна Богослова (Ин. 18:26), как бы говоря: «Я вручаю Твоему сердцу, Твоей любви все искупленное Моей кровью человечество! Ты не будешь одинокой! У Тебя будет бесчисленная семья детей, для которых не будет большего счастья и радости, как называть Тебя своей Матерью, а для Тебя не будет отныне другой жизни, как отирать слезы скорбящих и плачущих чад Твоих»[19].


Если бы смерть не была временным понятием, то такие стремления, чувства, да и все разумное «было бы насмешкой природы над человеком».

Родителям, потерявшим своих детей, святитель Иоанн Златоуст говорит так: это «сон, а не смерть, переселение, а не потеря, переход от худшего к лучшему. Не раздражай Бога, но умилостивляй Его; если перенесешь великодушно, то отсюда будет некоторое утешение и умершему, и тебе». И далее говорит строго: если же не перенесешь великодушно, «то ты еще более прогневаешь Бога, подобно, как если бы, видя, что господин наказывает раба, ты озлобился на него, то раздражил бы его еще более против себя самого»[20]. Однако, по слову святителя Иоанна, следует благодарить Бога, чтобы таким образом прошла печаль, и советует говорить, как праведный Иов: Господь дал, Господь и взял (Иов. 1:21), и потому благодарить за то, что получили, и благословлять за то, чего не удержали до конца.
Святитель Иоанн Златоуст также затрагивает очень острую тему, говоря родителю, потерявшему ребенка: «Вспомни, сколь многие дети, оставшись в живых, делали родителям жизнь не в жизнь». Далее святитель, утешая, размышляет о том, что родители, когда умирают раньше своих детей, не знают, что их ждет далее в жизни, каков будет их конец. Однако, как снова говорит святитель, «состояние твоего сына безопаснее, нежели их», потому «не надобно бояться и трепетать, чтобы чего-нибудь с ним не случилось, чтобы какая-нибудь не произошла с ними перемена». Подобным образом святитель Иоанн говорит и о потере супруги: благодари Бога — «может быть, Бог хочет привести тебя к воздержанию, призывает к большим подвигам и освобождает тебя от уз», чтобы и супруге и супругу обрести вечные венцы[21].



Особенности утешений, связанных со смертью близких

Однако все упомянутые утешения пастырей — это, в основном, конкретные советы определенным людям, и поэтому они должны использоваться индивидуально, ибо каждый человек по-разному восприимчив. К примеру, митрополит Афанасий Лимасольский иначе утешает. Он говорит, что Бог не является причиной смерти. Владыка Афанасий предупреждает нас, что ни в коем случае нельзя говорить, к примеру, матери, потерявшей ребенка, что так угодно Богу, «потому что душа этой матери восстанет против Бога», так что она скажет: «И что это за “любовь”, которая лишила жизни моего ребенка на асфальте, и от него осталась тысяча кусочков?»[22]. Однако митрополит Афанасий советует обратить внимание на то, что «Бог не желает смерти», а смерть — это лишь «та реальность, которая вошла в жизнь человека после грехопадения и через грехопадение», так что и «Христос умер, и святые умирали, и Богородица умерла». Отвечая на страдания, Бог, по слову владыки Афанасия, «помогает пережить смерть», и Он «всегда в этой ситуации рядом с нами», так что факт смерти Он «претворяет из горького в сладкий, из мрачного в светлый»[23].


И утешением будет, в первую очередь, воскресение. Таким образом, чтобы «иметь связь с дорогим нам умершим человеком, прежде всего нужно верить, что тело умирает, но не душа»; а душа «пребывает там, где и другие души. Христос воскресит всех умерших: и нашего ребенка, и нашу маму, и нашего мужа… Да, смерть причиняет невыносимую боль, но это преходящее событие». Поэтому, как говорит владыка Афанасий, смерть близкого человека можно пережить лишь с верой, за счет которой можно общаться с умершим и не терять с ним связь через молитву. А если при том это праведный человек, то за счет его дерзновения перед Богом, «его молитва доходит до нас и нам помогает»[24].
Продолжая тему воскресения, можно обратиться к проповедям митрополита Николая (Ярушевича). В них есть слова, с которыми можно обращаться к тем, кто потерял своих близких. Говоря о смерти, он приводит строчки из тропаря Пасхи: «Смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав»; а также из тропаря Успению Пресвятой Богородицы: «Преставилася еси к животу, Мати сущи живота…». Митрополит Николай говорит, что в этих словах — средоточие того урока, который преподносят эти два христианских праздника: «Проповедь той истины, которая является высшей радостью, наибольшим счастьем для верующей души — смерти нет, мы не умрем никогда!»[25].

Оценивая страх перед смертью, владыка говорит, что он наивысший, и не так страшна болезнь, даже самая тяжелая, и любое другое бедствие, как страшна смерть. Никто не хочет умереть, и это понятно, потому что человек всегда «носит в себе предощущение своего бессмертия». То, что не для смерти создан человек, отражается и в элементарных проявлениях инстинкта самосохранения. И потому, как говорит митрополит Николай, «нет большего утешения для верующего сердца, как знать, что смерти нет»[26].


Лишь присутствие в сострадании без лишних эмоций и слов с нашей стороны может быть уместно.

Хотя и человечество изначально не знало смерти в лице Адама и Евы, однако по их грехопадению с каждым новым поколением оно все больше и больше забывало о своей первоначальной бессмертности. Надежда и вера в бессмертие то и дело видны в Священном Писании Ветхого Завета, например, псалмопевец Давид говорит: Ты не оставишь души моей в аде и не дашь святому Твоему увидеть тление (Пс. 15:10).
Далее митрополит Николай приводит образы природы, которые помогают даже неверующему человеку задуматься о бессмертии. Например, владыка говорит, что все в природе, если заметить, умирает и снова возрождается: солнце заходит, чтобы подняться вновь; луна уменьшается, чтобы снова родиться; семечко разрушается, гниет, чтобы дать новое дерево и т.д. И как говорит об этом апостол Павел, невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы (Рим. 1:20).

Кроме того, если рассуждать обыкновенно, не учитывая Божий замысел о человеке, то возникает вопрос: «Почему ум человеческий так стремится к знаниям, хочет охватить их возможно больше? Почему сердце человека так привязывается к людям, загорается такой… любовью…?» Ведь, если бы смерть не была временным понятием, то такие стремления, чувства, да и все разумное «было бы насмешкой природы над человеком»[27].



Потеря близких в катастрофах

Эту тему необходимо осветить отдельно. Мы это сделаем на примере осмысления авиакатастроф и утешения родственников погибших.

С одной стороны, авиакатастрофы связаны с человеческим фактором, как и любое другое страдание. С другой стороны, так же, как и любое другое страдание, — это попущение Божие. Однако такое попущение сильнее и острее вызывает боль у многих, особенно родственников погибших, а также недоумения и дерзкие вопросы: «За что? Почему Бог позволил такому случиться?»


25 декабря 2016 года над Черным морем произошло крушение самолета Ту-154, унесшее жизни чуть менее 100 человек. Конечно, эта трагедия тронула сердца всех граждан России. И важно, как прокомментировал это событие Предстоятель Русской Церкви Святейший Патриарх Кирилл. Возглавив заседание Священного Синода 27 декабря 2016 года, Святейший Патриарх Кирилл сказал о катастрофе следующее: «Никто не знает Его волю, и невозможно человеческие критерии налагать на действия Божественного Промысла: мы всегда ошибемся; мы привнесем в эти оценки свою ограниченность, свою слабость, условности нашего бытия. Бог же вне всяких наших слабостей и вне условностей. И потому неведомы для нас Его пути. Поэтому мы со смирением принимаем все, что с нами происходит, понимая, что через такие события Бог не наказывает и Бог не вершит Своего суда, но Господь почему-то попускает свершиться такого рода событиям. Для нас же сейчас очень важно хранить молитвенную память в сердце о всех погибших»[28].
В связи со словами Святейшего Патриарха можно сказать следующее. Когда Антоний Великий вопрошал Бога о Его делах Божественных, то Господь ответил: «Не пытайся проникнуть в тайны, которые принадлежат Мне… Дела Божественные, которые превосходят твое разумение. Они за границами твоего разумения. Ты занимайся лучше Антонием и не занимайся тем, что делает Бог и как Он это делает. Это Мое дело»[29]. Из приведенной цитаты патриарха Кирилла видны указания к главному действию всем — от потерявших близких до тех, кто просто узнал об этой трагедии, — это молитва. Святейший Патриарх, казалось бы, говорит очевидное, что надо молиться, но в действительности за этим кроется великий смысл.

Святитель Иоанн Златоуст говорил о плакавших по близким совершенно, на первый взгляд, неутешительно: то, «что ныне делаем мы, свойственно врагам и неприятелям», потому что «если бы ты стал плакать и рыдать о человеке, введенном в царские чертоги и увенчанном, то я не назвал бы тебя другом его, а явным врагом и неприятелем». Так рассуждает святитель Иоанн, потому что «это не свойственно любящему — желать, чтобы он еще сетовал о тебе и подвергался неизвестности будущего, тогда как ему следует быть увенчанным и идти к пристанищу, или чтобы он обуревался волнами, тогда как ему можно быть в пристани». Здесь святитель Иоанн говорит с уверенностью о спасении человека, который потерян для жизни земной. «Но я не знаю, скажешь, куда отошел он? Как не знаешь, скажи мне? — продолжает святитель Иоанн. — Он жил праведно или нет; поэтому известно, куда отойдет он».


Очень важно с самого начала смотреть в лицо утрате, которая может произойти в любой момент.

Таким образом, по мысли святителя Иоанна, впадать в депрессию, убиваться и сокрушаться о том, что близкий умер грешником и не успел покаяться — это «отговорка и предлог; если бы ты поэтому оплакивал умершего, то тебе надлежало бы исправлять… его при жизни; но ты заботишься только о себе, а не о нем»[30]. Так святитель Иоанн говорит об эгоистическом аспекте плача по внезапно погибших. Ему вторит священник Александр Ельчанинов: «Самая острая скорбь об умершем есть скорбь о себе, эгоистичная, личная боль. Праведные, смиренные, святые не скорбят»[31].
Впрочем, говорит святитель Иоанн, если близкий умер грешником, и это ясно из его жизни, «то и в таком случае надобно радоваться, что прекратились грехи его и что он не приложил зла ко злу, и помогать ему, сколько возможно, не слезами, а молитвами, молениями, милостынями и приношениями»[32].

Таким образом, утешение тем, кто потерял близкого человека, особенно внезапно, — это призыв к молитве. Но в каждом конкретном случае, утешая, нужно вести себя по-разному. И здесь поможет опыт психологов.

Нельзя оставить без внимания реальные истории из жизни людей, соприкасавшихся с таким горем ранее. Изучая, как работали психологи с родственниками погибших в авиакатастрофе, происшедшей 31 октября 2015 года в небе над Синайским полуостровом, можно найти подтверждения писаний святых о переменах, которые несут страдания, утраты. Например, по свидетельству психологов, в первые минуты, когда родственники видят тела своих погибших родных, они переживают только страх и ужас. И в этот момент психологи не пытались отвлечь от трагедии, но говорили о том человеке, который ушел, которого они потеряли. И один из них свидетельствует: «Это удивительно, но столько слов любви, сколько я слышала в морге, я не слышала нигде и никогда»[33].

Как свидетельствует автор статьи о работе психологов, «когда у моей подруги погибла единственная дочь, она говорила: “Мне ни о чем не хотелось говорить в первое время, мне хотелось думать, разговаривать с ней мысленно, но не вслух”. Поэтому, когда мы садились к родственнику погибшего, то чувствовали, надо [ли] что-то говорить или просто посидеть рядом»[34]. Об этом же говорит Фредерика де Грааф: «Сразу после смерти близкого…, горе поглощает все. Если мы находимся рядом с человеком, переживающим утрату, слова здесь излишни… лишь присутствие в сострадании без лишних эмоций и слов с нашей стороны может быть уместно. Надо… быть готовым к любому выражению чувств»[35].


Пересмотреть жизнь любимого потерянного человека, выявить все светлое, что было в этом человеке, и «твердо решить продолжать именно это светлое, чтобы мир не оскудел от того, что человек умер».

На вопрошания «за что и почему» можно найти ответы у преподобного Паисия. Он рассказывает случай, когда к нему пришел человек и сказал: «В таком-то вопросе Бог не должен был поступать так, как Он поступил», на что старец ответил: «А ты можешь… удержать на воздухе хотя бы один маленький камушек? Звезды, которые ты видишь на небе, — это ведь не блестящие игрушечные шарики. Это небесные тела колоссальных объемов, которые несутся с головокружительной скоростью и при этом не сталкиваются друг с другом и не отклоняются от своего курса… Да неужели мы будем судить Бога?»[36].
С одной стороны, такой взгляд на ситуацию дает некоторое направление для размышления. С другой, не отвечает на вопрос, почему Бог так поступил.

На этот вопрос есть другое объяснение преподобного Паисия, косвенно относящееся к рассматриваемой ситуации, однако связанное с потерей близкого человека. В случае убийства, говорит старец, «некоторые, у которых не хватает в голове соображения, говорят: “Если бы существовал Бог, Он не позволил бы совершаться такому множеству преступлений. Он наказывал бы преступников”. Такие люди не понимают, что Бог оставляет преступников жить для того, чтобы в День Суда им было нечем оправдаться в том, что они не покаялись, несмотря на то, что Он дал им для этого годы. А тех, кого преступники убивают, Бог тоже не оставит»[37].

В приведенной выше цитате можно увидеть и следующую мысль. Господь забирает из жизни людей, когда они уже достаточное время провели на земле, чтобы приготовиться к жизни вечной, чтобы измениться, покаявшись. А живущие — еще не пришли в меру покаяния и готовности предстать пред Господом. Хотя эта мысль не утешительна для близких родственников погибших в авиакатастрофе, или любой другой катастрофе, однако, имеет место быть.

Говоря в общем и развивая обозначенную мысль, можно добавить следующее. Часто можно услышать от людей, которые потеряли близких, особенно молодых, недоумения, почему все произошло именно так. К примеру, молодую девушку неожиданно жестоко убили; убийц так и не нашли. Сама, можно предположить, не отличалась нравственной жизнью, всегда со всеми спорила, уходила «во все тяжкие». А перед смертью, к примеру, за несколько дней начинает задумываться о добрых делах, чувствовать вкус к ним, меняется взгляд, и это замечают окружающие. И вот неожиданная трагедия. Подобные случаи иногда происходят, о чем свидетельствуют близкие, унывающие, что потеряли самое дорогое.

Что можно ответить человеку, вопрошающему о подобной ситуации, попытался сказать архимандрит Иоанн (Крестьянкин). Его мысли сводятся к тому, что все, что делает премудрый Господь, — премудро по определению. И как свидетельствует архимандрит Иоанн, «одно несомненно, что все, что Он делает, — благо для нас, одно благо, одна любовь. Иногда, сохраняя душу от повреждения, Господь переселяет ее в мир иной, не попустив оскверниться от мира». И далее, утешая мать, потерявшую сына, говорит: «Предайте себя и сына воле Божией, и радость Божия изгонит вражий мрак скорби, вошедшей в Ваш дом»[38].

Таким образом, отсюда следует вывод, что иногда Господь забирает человека, потому что знает, что лучше он уже не станет; и, подобрав подходящий момент состояния человека, расположившегося к Богу, хотя бы даже временно, забирает его.



Некоторые практические советы по работе с людьми, переживающими утрату близких

Как уже говорилось в статье о внезапных скорбях, необходимо заранее быть готовым к потере, к горю, к трагедии. Как говорит об этом митрополит Антоний Сурожский, люди часто боятся смерти, живут, как бы вычеркивая само понятие смерти, потому что им страшно бывает это предвидеть; но, когда приходит смерть внезапно, она «поражает нас в самую сердцевину нашей уязвимости, потому что боль, страх, ужас росли, нарастали внутри нас, а мы отказывались дать им выход». И приходит самоукорение за то, что «не сделали всего, что можно было сделать», но скрыли от себя и от близкого то, что «смерть постепенно приоткрывает дверь, и что эта дверь однажды широко откроется, и любимый должен будет войти в нее, даже не оглянувшись»[39].


И потому очень важно с самого начала смотреть в лицо утрате, которая может произойти в любой момент, и делать это очень спокойно, подобно тому, «как мы смотрим в лицо человеку, пока он жив и среди нас»[40].
В потери, как убеждает митрополит Антоний, важно быть готовым признать, что любовь к умершему может выражаться и через страдания, и, таким образом, нужно быть готовым «любить человека из глубины горя…, как мы любили его в радости, утверждая его этой радостью общей жизни. Это требует мужества»[41].

Особенно нужно сказать об опасности заглушать в себе переживание горя или откладывать его, к примеру, с использованием различных транквилизаторов. Потому что за подавленной невыносимой болью часто стоит много проблем, развиваются страсти, доселе не свойственные человеку. Об этом пишет Фредерика де Грааф, и приводит пример, как женщина, потерявшая в короткий срок ребенка и мужа, чтобы не впасть в депрессию, стала пить транквилизаторы, и это продолжалось в течение 25 лет. Когда она, спустя эти 25 лет, пришла к психотерапевту, оказалось, что она еще не вступала в контакт со своим горем; однако, было поздно: женщина «стала нервной, раздражительной и очень гневливой… и ее спутниками стали периоды глубочайшей депрессии, чередующиеся с более или менее короткими периодами спокойствия»[42].


Но все же в утешении главное — это сделать все возможное, чтобы страдающий сам нашел для себя утешение.

Фредерика де Грааф ранжирует и другие состояния страдающего человека. И выделяет три основных: «Замкнуться, провалиться в экзистенциальный вакуум или осмыслить свое горе, найти задачи, в решении которых будут отражены и продолжены связи с умершим человеком»[43]. Советы в третьем состоянии такие: пересмотреть жизнь любимого потерянного человека, выявить все светлое, что было в этом человеке, и «твердо решить продолжать именно это светлое, чтобы мир не оскудел от того, что человек умер»[44]. Об этом же, но чаще в категории «милостыни за умершего» говорят в большинстве своем пастыри, и показали в своей жизни многие святые, например, святая блаженная Ксения Петербургская.
И став так жить, «жить светом усопшего», человек, сумев «полно и остро, до дна пережить боль разлуки, не подавляя ее никакими средствами… станет примером для других людей и, пережив этот опыт страданий, будет иметь «право» потом, в будущем помогать другим людям, оказавшимся в такой же ситуации»[45].

Можно по-разному себя вести, переживая потерю близкого человека. И чем дороже человеку его воспоминания об умершем, тем тяжелее. И как пишет немецкий протестантский писатель Дитрих Бонхёффер в своей книге «Сопротивление и покорность», только благодарность «превращает муки боли в тихую радость. И тогда красота прошлого не переживается как кинжал в сердце, но как драгоценный дар… Таким образом, прошлое дает нам непрерывную радость и силу»[46]. Отсюда видно, что можно извлекать максимально много светлого из памяти о потерянном близком, продолжать его жизнь, не замыкаясь в воспоминаниях и не идя по пути депрессии.


Итак, можно искать различные иллюстрации для осмысления страданий, которые могут помочь в утешении страдающего. Но все же в утешении главное — это сделать все возможное, чтобы страдающий сам нашел для себя утешение, в первую очередь, в молитве, помочь ему услышать сердцем слова Господа: не бойся, только веруй (Мк. 5:36; Ср. Мф. 14:27).
Каждому человеку дана возможность просить, и в данном случае просить избавления от скорби. И даже если люди, живущие в мире греха, и умеют даяния благие давать своим детям, тем более Отец… Небесный даст блага просящим у Него (Мф. 7:11). И потому, по слову митрополита Николая (Ярушевича), «Бог Всемогущий и Любвеобильный никогда не может не услышать крика Своего страдающего чада»[47], только бы человек обратился к Нему хотя бы с малейшей надеждой, и пройдя достойно испытания, смог бы сказать словами апостола Павла: Я… преизобилую радостью при всей скорби нашей (2 Кор. 7:4).

В молитве за умершего человек, пребывающий в скорби, может найти утешение в осознании, что, стоя перед Богом, он этим предстоянием соединен с умершим. И это, по слову митрополита Антония Сурожского, единственное место, где до перехода в иной мир человек может снова быть единым с тем, кого потерял[48].

Кроме того, утешительны слова: «Всякая разлука временна, потому что любовь — это качество вечности»[49]; однако, «у человека есть выбор: утонуть в своем горе или мужественно захотеть чему-то научиться и получить огромный по своей человеческой ценности опыт утраты»[50].

На этом мы и закончим разговор о страданиях и утешении.

чтец Никита Якубов

09:59 


16:11 

Православный гламур

Предлагаемая статья написана автором в форме методологического интервью и построена по вопросно-ответной системе. Вопросы, составленные автором, являются принципом организации статьи, которая посвящена непривычной для обыденного сознания теме – гламуру в православии. Автор размышляет о том, какова роль гламура в современной культуре, как гламур проникает в политику и религию, рассказывает о секулярной религиозности и о социальных группах, подверженных влиянию мифологии "новой искренности", рассуждает о политических особенностях ритуальной иронии и о роли гламура в современных формах тоталитарности.
– А в Церкви гламур существует?

– К сожалению, да. Прежде всего, гламурность характерна для так называемых либерал-православных, которые несут в Церковь элементы секуляристской идеологии, эрзац-религиозность. Происходит смешение, возникает "майданное богословие", мифология "волонтерства" и проч. Гимн креативному классу, превосходство над "серыми ватниками" облекаются в библейскую символику. Слово Божье, открытое всему миру, подменяется социальной эзотерикой, знанием для избранных. Все это живет за плотной завесой светско-рождественских мероприятий, фестивальных спецэффектов, материалов из серии "Как наши звезды встречались со старцами" и прочей мишуры. Гламурная религиозность зарождалась в конце 90-х как проповедь для богатых, но быстро начала превращаться в особый стиль потребления "религиозных услуг".

– Что такое гламур с христианской точки зрения?

– Прелесть. Прельщение. Это подмена правды Христовой чем-то убедительным, эффектным, но лживым. Антихрист – вот кто по-настоящему гламурен. Потому что он не просто против Христа, а вместо Христа. Гламур – это всегда подмена. В этом смысле гламур – инструмент антихриста. Так что тем, кто занимается производством церковных глянцевых изданий, программ, проектов, нужно постоянно об этом помнить.– А в Церкви гламур существует?

– К сожалению, да. Прежде всего, гламурность характерна для так называемых либерал-православных, которые несут в Церковь элементы секуляристской идеологии, эрзац-религиозность. Происходит смешение, возникает "майданное богословие", мифология "волонтерства" и проч. Гимн креативному классу, превосходство над "серыми ватниками" облекаются в библейскую символику. Слово Божье, открытое всему миру, подменяется социальной эзотерикой, знанием для избранных. Все это живет за плотной завесой светско-рождественских мероприятий, фестивальных спецэффектов, материалов из серии "Как наши звезды встречались со старцами" и прочей мишуры. Гламурная религиозность зарождалась в конце 90-х как проповедь для богатых, но быстро начала превращаться в особый стиль потребления "религиозных услуг".

– Что такое гламур с христианской точки зрения?

– Прелесть. Прельщение. Это подмена правды Христовой чем-то убедительным, эффектным, но лживым. Антихрист – вот кто по-настоящему гламурен. Потому что он не просто против Христа, а вместо Христа. Гламур – это всегда подмена. В этом смысле гламур – инструмент антихриста. Так что тем, кто занимается производством церковных глянцевых изданий, программ, проектов, нужно постоянно об этом помнить.

www.rospisatel.ru/shipkov.html?utm_referrer=htt...

17:28 

Я — взрослый. (Переходный возраст)

Для создания семьи, на мой взгляд, у невесты и жениха должны присутствовать некие необходимые свойства. Сегодня мне хочется поговорить о свойстве, общем для мужчин и женщин. Люди, вступающие в брак, должны быть взрослыми, или зрелыми. Всем понятно, что в 10 лет никто создать семью не может. Десятилетний человек еще ребенок. Даже если это будет очень хорошо воспитанный мальчик и в будущем хороший семьянин, в 10 лет он неспособен создать семью. Семью может создавать только взрослый человек.

Вы сейчас находитесь в переходном возрасте, то есть в возрасте, когда переходят из детского состояния во взрослое. И физиологическая зрелость здесь еще не является показателем. Например, благоверный князь Александр Невский уже в 15 лет правил в Новгороде, в этой огромной северной столице Руси, а в 19 лет он стал Невским, так как одержал победу в битве на Неве, которая принесла ему огромную славу. А современный 15-летний молодой человек, как правило, еще неспособен отвечать даже за себя, не то что за других людей. По моим наблюдениям, взросление сейчас наступает у современных парней в 22-25 лет, а у девушек — лет в 18-20. Это очень поздно, ведь в прошлые века девушке позволялось вступать в брак с 14 лет, а парням — с 16 лет. К этому возрасту молодые были уже вполне зрелыми людьми.

Сегодня я попытаюсь объяснить, что значит быть взрослым. В вопросе о семье, о вступлении в брак тема взрослости имеет огромную важность. Дело в том, что влюбляться может и ребенок, но любить — только взрослый. Дети могут играть во взрослые отношения, но строить эти отношения по-настоящему не могут. Поэтому, прежде чем создавать семью, молодой паре было бы неплохо убедиться, способны ли они к столь ответственному шагу.

Во взрослом человеке я бы выделил две очень важные черты:

— самостоятельность (свобода, независимость);
— ответственность за других людей.

Уверен, что для большинства из вас взрослость ассоциируется со свободой. Ребенок — это, дескать, бедное создание, которое не имеет своей воли; за него все решают родители, он должен слушаться учителей и т.д. Взрослый — это совсем другое дело, он может делать то, что ему захочется. Это ребенка все воспитывают, а взрослого — попробуй, повоспитывай! Поэтому темой сегодняшней беседы будет человеческая свобода как признак взрослого человека.

Прошу вас, милые мои, переходящие во взрослое состояние, скажите, кто больше всего мешает вашей свободе. Я слушаю и записываю на доске ваши высказывания:

— Родители
— Учителя
— Старшие братья и сестры
— Милиция
— ГАИ и т.д.

Ну, я думаю вы можете еще долго продолжать этот список. Но мне кажется, что вы забыли еще нечто очень важное. Вы забыли Бога. Как верующий человек могу сказать, что больше всего мешает нашей свободе Бог! Действительно, представьте себе жизнь глубоко верующего христианина. Каждую среду и пятницу христиане постятся, то есть не едят мяса, молочных продуктов, яиц и т.д. Наступает среда, я хочу бутерброд с колбасой, а мне говорят: «Нельзя!» Какая же тут свобода?! Каждый воскресный день все христиане должны быть в храме. Представляете, как это ужасно: единственный выходной день, когда можно подольше поваляться в кровати, надо проводить в храме. А заповеди Божии? Того нельзя, этого не делай — одни запреты. От родителей можно сбежать или хотя бы запереться от них, от учителей можно скрыться, даже от милиции можно убежать, а вот от Бога никуда не денешься. Вот, оказывается, кто больше всего может мешать нашей свободе!

Это очень хорошо можно передать одной фразой:

Если Бога нет — то все можно!
Священник Илия Шугаев

17:27 

ПОЧЕМУ РАСПАДАЮТСЯ ДАЖЕ ПРАВОСЛАВНЫЕ СЕМЬИ?

Супругам сейчас недостает жертвенности.
Что такое жертва? Я для себя вывел удивительную формулу жертвы для нашего немощного современника, вот для меня, например, очень немощного современного человека. Когда мы говорим «жертва», то представляем, что это какая-то казнь: человека чуть ли не распинают, пытают – ничего подобного. Для сегодняшнего человека жертва – я хочу, чтобы сие запомнилось, как формула – это добровольное лишение себя какого-либо комфорта.

Приведу классический пример: молодой человек едет в общественном транспорте, входит старенькая бабушка. Известная ситуация – конечно, надо уступить место. Но если человек молодой, это не значит, что он не устал. А если он едет после ночной смены? В том-то жертва и состоит, что надо, как барон Мюнхгаузен, взять себя за волосы и поднять со своего места, чтобы уступить его бабушке… Это вот такая маленькая «жертвочка». Вспомним, какие жертвы приносили святые ради Христа…

К сожалению, только с годами приходит понимание: любить – это, прежде всего, беречь того, кого любишь. Рождается в семье ребенок, дети часто не спят ночью, болеют, кричат. Женщина ночью ухаживает за дитем, а ведь утром ей надо идти на работу. Очень часто считается, что если ребенок плачет, то именно ее обязанности – успокаивать и ухаживать за ним. А почему мужчина не может проявить мужество и сказать: «Миленькая, ты две ночи не спала». Давай, сегодня я с ним посижу. Разве от этого мужчины убудет – одну ночь всего недоспал… Великое в малом: здесь уступил, здесь за кем-то помыл посуду, здесь бессловестно просто вынес мусор. Такие крошечные жертвы кому-то могут показаться смешными, но надо себя к этому приучить. Важно выработать привычку жертвовать.

Об этом нам говорит русский язык. Удивительная вещь. В русском языке «любовь» и «боль» – слова одного корня. Без боли не бывает любви. Зачастую в нашем понимании боль – это когда тебя ударили или, например, порезал руку. Нет…. Боль здесь – та самая жертва, то есть принесение себя понемногу в жертву. И когда жертвуешь ты, то надо быть очень жестокосердным человеком тому, кто рядом, чтобы в ответ не проявлять к тебе такие же чувства. Какой тогда красивой и благодатной становится наша жизнь. Разумеется, совершая эти жертвы, никогда не нужно задумываться, чтобы в ответ что-то получить… Все надо делать бескорыстно, ради Христа!

Мне нравится древнеиндийская притча о том, как слон целый день перетаскивал бревна и к вечеру так устал, что, казалось, вот-вот упадет. Но подошла слониха и очень нежно хоботом сдула с него щепку. Слон сразу воспрянул духом и готов был снова таскать тяжеленные бревна… Вот чего мы ждем в семье: соучастия, поддержки, ласки, заботы. Как мы бываем щедры на комплементы, на добрые слова всем, кому угодно: от вахтерши до начальника, – но нам всегда катастрофически не хватает каких-то проявлений нежности по отношению к близким людям. Всего-то надо просто подойти, погладить, поцеловать в макушку и сказать теплое слово, ободрить. Почему-то этого нам не хватает, а это так нужно в семейной жизни.
Еще одна причина разводов, конечно, непонимание того, на чем должна строиться крепкая семья… Очень плохо, что, когда людей готовят к браку, об этом им не рассказывают. Никто не говорит молодому человеку или девушке, к чему им надо готовиться. К жертве! Семья – это ежедневная, ежеминутная жертва каждого друг другу.

писатель Василий Ирзабеков.

Блог иг. Давида

главная