The lights are off, but I know my way.
к ноябрю всё стало по-другому. я встретила н. в последний день лета, а теперь мы живём вместе, иногда вместе завтракаем, я хожу смотреть хоккей (и смеюсь про себя каждый раз, что я как группи). мы сбили мой волшебный режим последних пару месяцев, потому что он всегда приходит домой позже меня, мы смотрим кино и занимаемся сексом. мне хорошо, и меня это расслабило — я вспомнила про дайри как всегда в тот момент, когда мне снова стало _так_ плохо, как это иногда бывает. я почувствовала, что потеряла контроль над своей жизнью вне этой квартиры.

мне иногда кажется, что мне вообще не бывает плохо, что я всё придумала. что это плохо не мне — как будто внутри меня живёт боязливое, надломленное существо, и я проживаю его истерики и страхи, вижу его пугающие картинки перед глазами. сюда я пишу по его горячим следам, и после с настороженностью перечитываю старые записи. вроде было, вроде нет. в реальной жизни у меня всё замечательно, и мучают меня только стандартные экзистенциальные вопросы двадцатидвухлетней моего времени. я хожу на бранч с подругами, периодически вижусь с людьми, которые заезжают в гости из других городов, по пути или конечной остановкой. на работе предлагают повышение, дают крутые персональные задачи и вообще общаются, как с ценной сотрудницей. только мне это всё не нужно.
я процитирую в. полозкову: мне не нужно, я это всё не ем, я едва это всё терплю.