22:26 

2-32.

Gen Fest
2-32. Katekyo Hitman Reborn! Гокудера | Ямамото | Хибари. Ямамото и Гокудера курят. Тсуна при смерти. Время действий ТYL. Разговаривают о своем отношении к боссу. Ангст, не юмор.

@темы: II-тур, Katekyo Hitman Reborn!, выполненная заявка

URL
Комментарии
2010-11-05 в 01:35 

Я что-то не понял?
В персонажах Хибари, а в ключе Тсуна.

URL
2011-01-04 в 22:35 

*автор в надежде, что все-таки на не-ООС и ангст и даже сходство с заявкой*

1173 слова


В палату их не пускает Джаннини — перепуганный, трясущийся, пытающийся собрать в кулак остатки воли и самообладания. Безуспешно пытающийся походить на Реборна.
Он удерживает Хранителей на пороге, уговаривает повременить, подождать, пока состояние Десятого стабилизируется, просит не торопится и сорванным, дрожащим голосом уверяет, что все будет в порядке.
В щелку между приоткрытой дверью и стеной, за отчаянно загораживающим собой проход Джаннини, видна только часть операционного стола. И прощелкивающее, глухо шелестящее нагромождение аппаратуры, пытающейся вытянуть Десятого цепкими безразличными механическими когтями с того света.
Что-то идет не так.
Все идет не так.
Вместо того чтобы праздновать вместе с боссом успешное решение проблемы с Мельфиоре, они неловко топчутся в коридоре, не зная, куда себя деть и как заставить поверить в неубедительный лепет Джаннини.
Хочется верить в Цуну, в Десятого, в босса Вонголы, который не уйдет, не оставит семью на растерзание Мельфиоре и не даст им распасться на беспомощные и бесполезные без своего лидера кусочки.
Цуна, весь опутанный тонкими белесыми нитями капельниц и спеленатый бинтами, дышит через кислородную маску. В сознание он так до сих пор не пришел.
А они, его верные Хранители, торчат в коридоре, как привязанные, чувствуя, что срочно нужно что-то сделать, куда-то бежать, с кем-то сражаться и восстанавливать справедливость. Чтобы все снова стало хорошо. Чтобы все было в порядке.
Потому что только так — с детства, с далеких времен Намимори — можно было вернуть все на свои места.
С каждым днем их все меньше — кто-то уходит на задание. Чтобы не возвращаться в отдраенный до блеска холодный коридор и не сидеть на полу часы напролет, ожидая, что совсем скоро, вот-вот, прямо сейчас, из-за двери донесутся шуршание бинтов. А потом — надрывно-радостный визг всех нацепленных на Цуну устройств, кашель и слабый голос пришедшего в сознание Десятого.
Кто-то уходит, чтобы не вернуться.
И это тоже по-своему правильно. Предательски-обидно, горько и больно. Но не так безнадежно, как слышать мерное гудение летающей «плюшки» Джаннини и его горестные вздохи.
Гокудера не курит — Джаннини запретил — но пачки с сигаретами уходят у него с еще большей скоростью. Потому что нечем занять руки, занять голову, занять хоть что-нибудь, чтобы не сидеть в ленивой и бездушной прострации, дожидаясь, пока монотонное пиканье кардиометра не перейдет в завывающий на одной ноте рев.
Вокруг него — просыпанный табак, бумажные клочки и перекрученные фильтры.
Вокруг Десятого, там, за стеной, только холодный воздух, провода и трубки.
Гокудера обещает себе больше никогда не курить, никогда не сметь оставлять босса и еще целую кучу глупых, никак не связанных между собой вещей. Он обещает быть исключено послушным мальчиком и ни на кого не бросаться с динамитом без приказа Десятого. Пусть только он выживет — их босс, их Цуна.
Высшие силы сделок не любят, если они вообще способны любить хоть что-то и проявлять какие-то чувства к копошащимся внизу человечкам. Но Гокудера все равно обещает, клянется, божится… и молится богу, в которого он никогда особенно и не верил.
Хаяте повторяет про себя раз за разом оставшиеся в памяти обрывки известных ему молитв, сдабривая их многочисленными обещаниями и покаянием.
Он даже не бросается с кулаками на изредка появляющегося у дверей палаты Хибари — оглядывающего их с Такеши, днюющих и ночующих на старых диванчиках, вытащенных в коридор, коротко фыркающего и снова уходящего по своим делам.
Которые, черт его дери, каким-то образом оказываются важнее Цуны, надсадно дышащего только с помощью аппарата.
Очередную распечатанную пачку Ямамото просто выдергивает. И затягивается сигаретой, объясняя это своей извиняющей улыбочкой и коротким «нечего зазря переводить».
Гокудеру с табака воротит, несмотря на нервы, отсутствие сна… сколько они уже не спали?... голода, полное нежелание хотя бы ненадолго выйти и прогуляться.
Такеши, напротив, с этой пачкой как срывается — и дымит непереставая, никак не реагируя на замечания Джаннини и неодобрительно качающей головой Лар Милч.
— Так много сразу — вредно, — бурчит Хаяте, наблюдая за тем, как прогоревшая до фильтра сигарета отправляется в переполненную пепельницу на полу.
— Вредно, — спокойно соглашается Ямамото. И берет новую.
— Босс одуреть как счастлив будет, если у тебя рак легких обнаружат, — продолжает бурчать Гокудера, пытаясь выдрать у него из рук мятую пачку с парой оставшихся сигарет.
— Кто бы говорил, — хмыкает Ямамото и легко перебрасывает пачку в другую руку.
Возятся на диване совсем как дети, совсем как в средней школе, и вроде бы даже из-под дверей в палату меньше тянет холодом и предчувствием надвигающейся — уже стоящей над боссом, уже держащей его за руку — смерти.
— Мусор, — презрительно бросает Хибари Кея, неслышно появляясь в конце коридора, — нашли время.
«Когда ваш босс умирает там» висит в воздухе непроизнесенным.
Он доходит до середины коридора и останавливается, вслушиваясь в шелест и шорохи, доносящиеся из палаты.
Постоит так еще некоторое время и снова уйдет — Гокудера знает. Уже в который раз так.
— Иди к черту! — бросает он в лицо Хибари, мгновенно вытаскивая из рукавов мятого пиджака динами и зажигая откликающиеся послушным шипением фитили. — Мы хотя бы здесь, вместе с Десятым!
И только потом соображает, что, кажется, обещал больше не драться с Кеей — Цуну всегда огорчали их стычки.
— От того, что вы сидите здесь и отказываетесь принять правду, Вонголе лучше не станет, — Кея даже внимания не обращает на гаснущие огоньки фитилей и распихиваемые по карманам пиджака и несвежей рубашки динамитные шашки.
— Каждый поддерживает, как умеет, — пожимает плечами Ямамото, затягиваясь новой сигаретой. — Может толку от нас и не много, но зато мы ждем его. Верим.
— И не бросаемся в самоубийственные авантюры из чувства вины, — добавляет Гокудера то, что его друг умолчал.
Тонфу мгновенно упирается ему между лопаток.
— Еще раз — что там было по поводу чувства вины? — с угрозой переспрашивает Хибари. — Жить надоело? Хочешь со своим бесполезным боссом на том свете встретиться?
— Это нормально, — меланхолично замечает Такеши, откидывая голову на потертую спинку дивана и пуская дым в потолок, — я имею в виду — чувство вины. Ничего странного в этом нет.
— И ты туда же? — конец второй тонфу направлен на него. — И тебя избить до смерти, чтобы голова на место встала?
Никто не двигается.
Писк кардиометра больше похож на сухое и отстраненное тиканье механических часов. Сколько-то там часов до… полуночи?
— Мы же семья, в конце концов, — продолжает Ямамото, как ни в чем не бывало. — И не только мафиозная.
— Расслабься, — Хаято понимающе хлопает Хибари по плечу, но тот, конечно же, успевает отбить руку. — Десятый — наш босс. Лучшее, что было у Вонголы.
— Лучшее? Этот мусор? Проветрите голову.
Кея не уходит. Не опускает тонфу. Не игнорирует их.
— Ты же пошел за ним, — Ямамото закрывает глаза то ли надеясь вздремнуть, то ли просто устав следить за тенями на потолке. — Мы все пошли.
— И ни разу не пожалели, — снова заканчивает за него Гокудера, согласно кивая.
— Чушь.
Именно у Хибари голос хриплый и низкий — как будто это он сутками напролет одну пачку за другой выкуривал.
— И мы все сейчас верим в Десятого, разве нет? — Гокудера поворачивается к нему спиной и спокойно идет ко второму диванчику.
И Кея сдается.
— Как только он придет в себя, изобью этот мусор до смерти, — бурчит он, опуская тонфу, и, скрестив руки на груди, прислоняется спиной к стене.
Молчат некоторое время. Каждый думает о своем.
— Никуда Десятого одного больше не отпускать, — говорит куда-то в пространство Гокудера, прокручивая в пальцах подобранный с пола огрызок сигаретного фильтра, — как бы он ни просил.
Ямамото что-то одобрительно бурчит в ответ. Хибари коротко фыркает, кажется, согласно.
А потом кардиометр перестает отмерять время Савады Цунаеши, Десятого босса Вонголы.
Часы больше не тикают. На циферблате полночь.

URL
2011-02-12 в 17:18 

Emily Brown
Внезапно поливший дождь нежно окрасил город, смывая пыль и ненастья...
Здорово получилось...
Это... это... нет слов у меня, простите.
Очень понравилось!
не з.

2011-02-12 в 22:16 

уф, спасибо :), автор очень рад :)


а.

URL
2011-02-13 в 10:22 

Корю
fukuchou fan-girl
это великолепно... Автор, это действительно великолепно. Даже сказать нечего, настолько это хорошо.

не з.

2011-02-13 в 11:33 

Прямо как камень с души упал, честное слово. Спасибо :)
Своенравные реборновцы меня уже порядком разуверили в вероятности успеха :laugh:
а.

URL
2011-02-21 в 17:42 

понравилось

URL
2011-02-22 в 14:59 

Tarry_
«Ни психотерапией, ни духовным ростом невозможно выкопать канаву. А вот лопатой можно, иди копай». (с) MagdaM
Очень понравилось... Только слов и правда как-то нет...

Цуна умер, да? (((

Какие они все настоящие получились, взрослые - но такие узнаваемые. И Гокудера, с его беспорядочными молитвами и взрывным темпераментом, и Хибари, одновременно отстраненный и включенный в Семью - по-своему, как умеет только он. И Ямамото, видящий насквозь то, что другие чувствуют, и способный сказать о том, о чем остальные могут только промолчать, так, чтобы они это услышали.
Совсем настоящие. И повзрослевшие. Редко такое встретишь.
Автор, спасибо огромное! :red:
И тому анону, кто мне ссылку дал сюда - тоже большое спасибо.

*жалобно* А вы потом откроетесь, а? Я очень-очень хотела бы у Вас еще что-нибудь почитать...
Или в умыл, может быть?
не заказчик, просто читатель

2011-02-23 в 18:43 

Гость
рада :)
Tarry_
Большое спасибо :goodgirl:.
Цуна умер, да? (((
увы :weep:

Очень рада, что герои показались вхарактерными :). Совершенно не хотелось ООСить.
В конце тура если он кончится когда-нибудь откроюсь обязательно :yes:. А по поводу у-мылов нынче, к сожалению, по правилам нельзя :nope:.
Но я в любом случае не реборнорайтер :).

а.

URL
2011-02-24 в 02:30 

Tarry_
«Ни психотерапией, ни духовным ростом невозможно выкопать канаву. А вот лопатой можно, иди копай». (с) MagdaM
Спасибо, автор, что отозвались. ))
Что ж, буду ждать окончания тура тогда, правила есть правила.
Мне действительно понравилось, что не ООС, даже в такой нетривиальной ситуации. На мое имхо. А еще -что по тексту много деталей, за которые хочется зацепиться, которые за собой еще какие-то подробности тянут - и все вместо производит впечатление одновременно и законченной вещи, и кусочка чего-то бОльшего - это как в окошко смотреть и видеть фрагмент большой картинки... Как-то так.

Мне еще Ваш Джаннини понравился, забыла сразу написать!
Вроде он тут совсем фрагментарно и чуть-чуть, третьим планом где-то... но вторым же предложением идет вот это ужасное:
Безуспешно пытающийся походить на Реборна.
И - все. (( Степень пиздеца уже дана предельно ясно. Сознание читателя мимо предложения вроде бы пролетает с ходу - это ж начало самое! - а где-то на подкорке уже записывается - это конец, катастрофа, привычный порядок вещей нарушен необратимо. И дальше читаешь уже с этим ощущением. Слышишь разговоры, сидишь, надеешься там вместе с ними - а внутри уже откуда-то знаешь, что Цуна не выживет. ((
Потому что это вот тем коротким предложением уже как-то задается с самого начала...
Ых, в общем. :weep:

Но я в любом случае не реборнорайтер :).
Ну, значит, другое у Вас почитаю. Вдруг даже еще какой знакомый фандом попадется?))

2014-06-22 в 07:10 

Частый Гость
как же сильно и жестоко, каноно и не оосно... СПАСИБО, Автор за эту историю...
прошло четыре года, а автор так и не открылся
просто читатель

2014-06-22 в 13:46 

Chirsine
а – апатичная аскарида анжела
Ох. Прошу прощения, совсем забыла.
Ну, думаю, раз столько времени второй тур лежит незакрытым, уже можно :cheek:.
Еще раз спасибо всем за отзывы :gh3: .

Tarry_
В общем-то, вы правы, тут два главных показателя безысходности получились: однозначно минорный Джаннини и Кея. Но последний, такой, с подвохом небольшим: вроде и раз уж даже он признал, что волныется за Цуну, то тот обязательно должен вскочить с постели и убежать на край света подальше от тонф. Ан нет.
Но, главное, что скоро все равно станет лучше, и Тил!Цуна умер не зря).
Частый Гость
Вам спасибо, что прочли). И что напомнили :laugh:.

   

Gen Fest

главная