Записи с темой: "оэ" (список заголовков)
18:27 

Снимается кино

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Я начала читать фанфик по ЛОГГ "Тринадцатый аркан" ficbook.net/readfic/8104396, пока не понятно, понравится ли, но отвращения не вызывает - нормальный язык, отсутствует деффачковый пафос (хотя его никогда не поздно добавить). Интересная заявка: начинающего актера Райнхарда Мюзеля берут на главную роль в космоопере. На ту же роль претендовала звезда ситкома "Ромео после шести" Оскар Таль, получив отказ, он сорвался, но пролечившись, все же согласился играть одного из адмиралов. Режиссер Пол Оберштайн - гений, любящий психолгические игры и практикующий моральное издевательство над сотрудниками. Второй режиссер - Хильда Дорф. Сестра Райнхарда Аннерозе находится в психиатрической клинике, лечение пока не приносит результатов, ей назначают все более сильные препараты. Загадочный некто подбрасывает карты таро Райнхарду и Фредерике Гринхилл, отец которой застрелился после такой же находки. Намечаются две сюжетные линии: мистический детектив и психологическая драма - то, что я люблю. Однако, тем выше у меня требования - бессюжетный любовный роман я еще могу прочитать за ради вкусных описаний взаимного комфорта героев, а вот детектив и драма должны развиваться логично и последовательно, раскрывая характеры персонажей во взаимодействии. Пока все вроде бы вполне на уровне. Единственное, что мне кажется несколько излишним - переделки фамилий. Таль, Дорф, Вольфганг Майер... Во-первых, в США достаточно людей с немецкими корнями, чтобы такие фамилии никого не смущали, во-вторых, от сокращения, они более английскими не стали, а имена так и остались немецкими. Ну, это так, мелочь.

Меня захватила идея - герои играют роли в постановке, а их настоящие взаимоотношения несколько иные, что влияет на само произведение, но происходящее на сцене между персонажами отражается на исполнителях. Мне тут же захотелось опробовать такую схему на других фандомах.

Отблески Этерны - бесконечный сериал, который создавался под суперзвезду Рокэ Алва. Он начинал в массовках исторических фильмов, поскольку хорошо ездил верхом, был замечен из-за яркой внешности, профессионального образования не имеет, зато самомнение зашкаливает. Разбогатев, Рокэ компенсирует безденежную молодость, демонстративной роскошью, вот и его персонаж швыряется сапфирами и алатским хрусталем. Он звездит по полной, требуя прописывать в сценарии феерические победы, как в Дараме, нереальные дуэли, толпы любовниц. Фердинанд Оллар - сценарист, взявший на себя эпизодическую роль свергнутого короля. Его жена Катарина настояла на изменении концепции своей роли, требуя вывести ее героиней, что послушный муж и делал. Болезненное состояние Катарины объясняется наркотической зависимостью, она умерла при неясных обстоятельствах, и в процессе съемок вовсю идет расследование. Фердинанд винит в смерти жены Ричарда Окделла, влюбленность которого явно выходила за рамки роли. Фердинанд у уже во втором сезоне нервировало отношение Дика к Катарине, в третьем он убедился в существовании романа и переиначил роль Окделла, который первоначально планировался одним из центральных персонажей. Матильда Ракан - вышедшая в тираж звезда - после интенсивного курса в наркологической клинике и серии пластических операций она получила роль (по знакомству с продюсером) и привела в сериал своего последнего любовника Альдо, который оказался такой бездарностью, что его пришлось спешно сливать. Близнецов Савиньяков играет один человек, первоначально персонажи не были прописаны, должны были создавать окружение для Первого Маршала, но Лионель сумел воспользоваться проблемами Алвы и все больше стал перетягивать одеяло на себя. Луиза - актриса, не сделавшая карьеры, делает ставку на красавицу дочку. Играя в массовке сериала, она таскала Селину на съемки, пока один из продюсеров не польстился на девушку. Ощутив свою власть, Селина развернулась по полной.

Автор всего проекта - Квентин Дорак, замечательный актер, режиссер, успешный продюсер, в свое время открывший Рокэ Алву. Он умер от инфаркта прямо на съемочной площадке, что поставило судьбу сериала под вопрос. Один из сопродюсеров Бертран Валмон удержал проект на плаву, но ему пришлось уступить часть прав любовнику Селины Фельсенбургу-старшему. Смерть Дорака, увеличение доли Фельсенбургу-старшему, затяжная истерика Фердинанд и привлечение к сценарию Арлетты определили изменение контента.

Ричард Окделл - сын популярного в свое время актера, который покончил жизнь самоубийством, когда "его" награда ушла начинающему Алве.

Ульрих-Бертольд Катершванцы - постановщик боев, мастер спорта по всем видам фехтования.

Съемки сериала сопровождаются скандалами. Кто-то снабжает артистов наркотиками, происходит ряд загадочных смертей. Окделла подозревают в убийстве.... Что-то он у меня получается жертвой обстоятельств ;) ну и ладно.

@темы: "ОЭ", "ЛОГГ"

00:33 

Поступь узурпатора

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Фильм Ватерлоо заставил меня задуматься о том, как в Отблесках Этерны Альдо Ракан захватил власть. На этом примере очень ярко проявляется характерная особенность ВВК - заимствовать некое явление, вырвав его из контекста, вне которого оно не может существовать, по крайней мере в такой форме.
Мог ли человек с сомнительными правами на трон и горсткой сторонников, прошествовать к столице, присоединяя посланные против него войска к своей армии, и триумфально занять столицу? Мог. Наполеон Бонапарт так и сделал. 1 марта 1815 он высадился в заливе Жуан недалеко от Канн с 1 тыс. солдат и направился в Париж по дороге через Гренобль, 20 марта Наполеон въехал в Тюильри. Вот только Наполеон отрекся от престол 6 апреля 1814 года, а до этого он правил Францией 14 лет (переворот 18 брюмера/9 ноября 1799 года). Его знали, уважали, им восхищались и ужасались. Под его началом были одержаны величайшие победы, слава французского оружия была связана с его именем. Бурбоны вернулись в 1814 году на штыках иностранных армий. С ними вернулись из эмиграции аристократы, жаждавшие возвращения прежних порядков. Сбежавший из Франции еще в 1791 Людовик 18 не внушал симпатии ни народу, ни армии. Примечательно, что армия осталась все та же, наполеоновская, не исключая офицеров и генералов. 7 марта перед Греноблем 5-й линейный полк перешёл на сторону Наполеона - солдаты не могли застрелить своего императора, который вновь готов был вести их к победам и славе. От Гренобля до Парижа Наполеон прошёл, встречаемый восторженными толпами народа. 18 марта у Осера к нему примкнул маршал Ней (безумно интересно, неужели у Людовика не было других кандидатов, помимо одного из маршалов Наполеона, или он перехитрил сам себя, рассчитывая на желание Нея выслужиться?)
В отблесках Этерны все иначе. Альдо Ракан - потомок правившего 400 лет назад рода, в Талиге его не знают, он ничем не прославлен. У него нет даже той тысячи сторонников, что была у Наполеона изначально. Мятежнике в Эпине восстали не за Ракана и даже не против Олларов, они требуют независимости провинции, идут не за Альдо, а за Робером. У посланной остановить бунтовщиков армии нет никаких оснований изменять присяге, но Симон Люра застрелил командующего и объявил о переходе на сторону Ракана, и никто не воспротивился. ВВК объясняет это подкупом. Гоганы заплатили Люра и другим офицером. То есть, в течении длительного времени на территории Талига в армия действовали агенты, вербующие офицеров, и никто ничего не заметил?! Так не бывает. Кто-то отказался, кого-то пришлось устранить, кто-то сболтнул любовнице или приятелю - неизбежно должны были ползти слухи. И потом, как осуществлялся сам процесс подкупа? Нельзя было перевести сумму на счет, необходимо было выложить наличные в виде монеты. Вот прямо гайифские раздавали? Или как-то обменяли на местные, но как?!! Или отчеканили в Гайифе талигские монеты? Где же была доблестная разведка, почему не отследила? Ладно, допустим, офицеров подкупили, никто не проболтался, деньги не засветил, не возмутился и не донес... а солдаты? Они же не идиоты, не роботы, что послушно сделать кругом ать-два. К Наполеону перешла ВСЯ армия, как тащили к Альдо своих подчиненных я не представляю. Естественным было бы массовое дезертирство, почти наверняка раскол в рядах и бойня.
Далее, если Наполеон следует в Париж под приветственные крики французов, то каким образом продвигался Альдо? Почему ему не пришлось с боем брать каждый более-менее укрепленный город по дороге, почему против него не выступали местные силы? Если Талиг копирует Францию 17 века то у каждого более-менее важного сеньора был собственный контингент... Вот так без боев и потерь мог бы пройти к столице Рокэ Алва, но не далекий потомок когда-то правившей династии.

@темы: "исторические эпохи", "ОЭ"

23:23 

Оскар Феншо

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Я зануда и формалист, поэтому расстрел Феншо восприняла в высшей степени положительно. В армии Талига действует принцип единоначалия, и нарушителя прямого приказа командующего расстреляли в полном соответствии с уставом. Какие вопросы? Разумеется, командующий, да еще наделенный экстраординарными полномочиями (проэмперадора) мог его помиловать. Но это было бы как раз исключение из правила, которое необходимо как-то обосновать. Кто-то весьма разумно заметил: "амнистия - победа добра над справедливостью", нарушение закона подрывает сам принцип законности, независимого от мотивов нарушителя. Мне очень нравится одна римская легенда: во время Латинских войн в 340 году консулы Тит Манлий Торкват и Публий Деций Мус запретили всякое общение с врагами, даже стычки вне общего строя. Сын Манлия во время рекгонсцировки вступил в единоборство с командиром латинского отряда и убил его. С торжеством вернулся он к отцу и рассказал о своей победе. Но консул перед строем осудил его на смерть, как солдата, нарушившего приказ, и, несмотря на всеобщий ужас и мольбы, казнил своего сына. Возможно, этого и не было. Важно, что легенда сохранила пример суровой, но необходимой дисциплины в назидание потомству. И пока римляне следовали традиции Рим был нерушим. Нельзя сказать, что римские армии не терпели поражений. Терпели. Бывали разбиты, рассеянны, уничтожены, но Рим набирал новые легионы и римляне жертвовали жизнями, чтобы сохранить то, что делало их римлянами, а Рим Римом. Когда римляне стали заботится о самосохранении, Рима не стало, хотя какое-то время еще существовала огромная Империя, за которую сражались и умирали варвары. Расстрел Оскара Феншо акт не только совершенно законный, но и необходимый. Другое дело, что в сословном обществе приоритетом является не закон и даже не управленческая необходимость. В армии 17 века Феншо не должны были расстрелять не потому что "он еще так молод и может исправиться", а потому что он аристократ с обширными связями. Алву бы отговаривали не: "Рокэ, это жестоко", а "Рокэ, Феншо держат крепость на границе, тетка Оскара замужем за внучатым племянником каданского короля, а его двоюродный дедушка наместник в трех графствах". То, что Оскар стал генералом в 25 лет прозрачно намекает на его высокопоставленную родню, однако, никаких следов ее существование в ОЭ нет. Расстрел представителя аристократия вообще не вызывает какой-либо реакции в Талиге. Но это только часть проблемы. Интереснее другой аспект. Даны достаточно прозрачные намеки, что нарушение приказа было только поводом, на самом деле, Оскар Феншо был расстрелян за политическую деятельность. Разговоры, которые он вел с Диком, дают основание предполагать, что Оскар был готов принять участие в заговоре против династии Олларов или уже участвует в нем. Причем с подачи королевы. Его откровения явно произносятся с ее слов: Я посмел полюбить королеву, Ричард Окделл, а это карается смертью. Рокэ Алва никому не позволит смотреть на Катарину Ариго. Запомни это, если хочешь жить. Не смей любить королеву, не смей быть смелее, не смей быть моложе... Его победы позади, мои были впереди. Мои победы, моя любовь, моя жизнь… Он это понял и убрал меня. Ворон ревнив и завистлив. Оч-чень интересна здесь роль королевы, святой Катарины. Похоже, она выступает в роли течной суки, на которую приманивают волков, выявляет потенциальных мятежников, рассказывая сказки о мучающем ее Вороне и намекая на то. что могла бы полюбить. То, что Имярек без этой обработки ни о каких мятежах и не думал бы, в расчет не принимается. ВЫ Талиге должны остаться чистейшие из чистых! Стойкие к любой скверне. С Селиной процесс чистки неблагонадежных вышел на качественно иной уровень. Итак Оскар был связан с недовольными, которыми, как минимум, обсуждали возможность смены династии. Не нашла цитаты, может, кто подскажет, но вроде бы Рокэ говорил о Феншо, что тот был опасен, потому что мог повести за собой. То есть, он устранил генерала, чтобы предотвратить военный переворот. Хорошее дело? Да, если не принимать в учет, что снова работает любимый метод Рокэ: "убить следствие". Нет, связи Оскара Феншо не нужны! Конкретные планы, имена, явки, пароли... Мы так всех перебьем явочным порядком. Ну, ладно, допустим, Феншо опасен - может взбунтовать воинскую часть и повести на соединение с интервентами, против правительственных сил еще куда-нибудь - тогда устранить его путем расстрела это правильный ход. Но у генерала Оскара Феншо не обнаруживается никакой группы поддержки ни в армии, ни в Талиге. То есть, он, оказывается, не выражал мнение неких потенциальных бунтовщиков, которых скоро подымет в бой, а был одиноким балаболом, вроде Жиля Понси с его Барботтой. И тогда непонятно, зачем же устранять Феншо через расстрел?
У меня никак не стыкуются детали этой истории. Если Оскар был заговорщиком с подачи Катарины, почему следов этого заговора нет в книге, и Ракана приводят к власти совсем другие люди. Если Оскар ни с кем не был связан, почему его не щелкнули по носу раньше, придравшись хотя бы к "шуточной войне" с Манриком? В Талиге много лишних генералов, надо проредить первентивными расстрелами? Если за Феншо не стоит мощный родственный клан, почему его попросту не сместить? Наконец, почему нет никакой реакции в войсках на смерть популярного генерала, который "мог бы повести за собой"?

@темы: "ОЭ"

12:39 

Численность войск при Дараме. Возможен ли реванш.

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Меня почему-то никогда не удивляло соотношении сил Алвы и Адгемара при Дараме. Наверное, потому что я представляю, как изменяется количество войск от рапорта к рапорту. Скажем в отчете военачальника сказано, что нас было четыре тысячи, а противника в два раза больше, а ладно округлим до десяти, королю докладывают, что врагов было тысяч двадцать, но наши орлы тиграми бросились.., король делает маленькую правку и в летописи записывают, что разбито пятидесятитысячное войско, а послы при иностранных дворах прикидывают удаленность от театра военных действий и рассказывают о поверженных ордах в восемьдесят тысяч, сто, триста пятьдесят! А потом археологи находят поле битвы, реконструируют обстановку и понимают, что там могло поместиться максимум десять тысяч конных воинов, да и то, если их поставить плотными рядами.
Так что восемьдесят тысяч казаронов - это абсолютно умозрительное число. Ну как бы Алва их подсчитывал? по съемкам со спутника? На глазок определили - зашибись, как много, а сколько конкретно, пять тысяч, десять, двадцать, сколько из них собственно казаронов, их боевых слуг, а сколько обозных, маркитантов, каких-нибудь местных дервишей... Ну и сам Адгемар пыль в глаза пускал - О, какое у меня огромное войско! - тоже известный прием. Численное превосходство, вполне вероятно, было, но не кратное. И разгром был впечатляющим. так не использовать его для пиар компании просто глупо, тем более свою версию Кагета продвинуть не сможет.

Однако в истории известны случаи, когда сокрушенная империя не разваливается на части, а возрождается и наносит ответный удар. Кагета была разгромлена на поле боя, правитель капитулировал и потерял жизнь, началась схватка за властью, но в итоге представитель прежней династии удержался на троне и укрепил свое положение, избавившись от других претендентов. Сохранив остатки бириссцев и укрепляя союз с Бакрией, сын Адгемара через несколько лет вполне может взять реванш у Талига, обескровленного тотальными чистками бесноватых. Не удивлюсь, если в итоге Варасту колонизирует именно Кагета.

@темы: "ОЭ"

13:17 

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Эх, насколько проще было бы воспринимать ОЭ, если бы ВВК честно написала, что Кеналлоа - это такая страна волшебных эльфов, которые питаются медвяной росой, одеваются в одежды сотканные из солнечных лучей и ночи напролет танцуют в лунном свете, а утром собирают упавшие с неба (выросшие из земли?) блестящие камешки, которые подносят любимому соберано. Багряные Земли аналог Валинора, где майары-морриски постигли Дзен и высокотехнологичное производство. Вопросов бы не было...

@темы: "ОЭ"

19:47 

Четвертый Рассвет.

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Скачала Рассвет - спасибо добрым пиратам! - пыталась читать. Не могу. Физически. Это какое-то насилие над мозгом. Просмотрела по диагонали. Ничего не зацепило. Какие-то левые люди, какие-то левые беседы - сплошная толчея воды в ступе. Очень хочется придушить Селину. Как же она бесит своей ор-р-ригинальнейшей манерой вести беседу. И все-то от нее в восторге. Рокэ опять блистает в роли наикрутейшего. Учит стрелять артиллеристов и противостоит в поединке Ульриху-Бертольду, при нем окрутевший Руперт. Еще в экспозиции первой книги было сказано, что Алва не проиграл ни одного поединка и ни одного сражения. Он уже подтверждал свой уровень. И вот опять демонстрирует свою непобедимость. А где динамика, где развитие? Рокэ все так же побеждает, все так же ослепляет своим блеском. Все от него в восторге. И вообще все хорошие обхъединились в дружную команду единомышленников, все друг друга любят, все друг друга понимают и сочувствуют... А как мне нравилось в первой книге, что восприятие персонажей у репортеров разное, оценка разная. Полное единство мнений и чувств-с! И длинные, длинные объяснения непонятливым третьими лицами, что, да как. Алваглюки у Эпинэ. В первых книгах это было объяснимо "зачем?" - Робер смог провести беседу с послом, принял решение взрывать ворота Доры, отбился от наемников у Марианны (да, и была надежда, что в будущем это к чему-то выведет), а здесь для чего? Если ВВК так хотелось показать Рокэ изнутри дала бы ему репортерство, но нет! Зачем-то прилетает Роберу. Алва в роли главнокомандующего просто бесит. Этот его выпендреж - ах, я не такой как все, я вас всех буду потрясать моей непосредственностью! По отношению к боевым офицерам, командирам воюющей армии это... выглядит настолько претенциозно и манерно, как ужимки записной кокетки. Есть устав, есть порядок, соблюдать форму - элементарное уважение. Неужели Жермон Ариго не заслужил хотя бы того, чтобы Первый Маршал не делал из него дурачка при первом знакомстве? Тошнотворные диалоги. Все пыжаться, стремясь изречь нечто глубокомысленное и парадоксальное.
Пустышка. Нет ничего, даже для идеи на фанфики.
Даже в предыдущих Рассветах было что-то. Отдельные сцены - Жермон и Ирэна, Марсель и козлы, Бурраз и пила хирурга... А здесь вода-вода, жиденький бульончик из переваренной малой капусты (чем бы она ни была). В сухом остатке: основные положительные персонажи наконец встретились и объединились.

@темы: "ОЭ"

21:57 

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Прошу любить и жаловать, Богуслав Радзивилл.
Это был еще молодой человек лет тридцати пяти, хотя на вид ему едва ли можно было дать двадцать пять. Кмициц знал князя Богуслава, однако всегда смотрел на него с любопытством, во-первых, потому, что имя его было овеяно большой рыцарской славой, которую он снискал главным образом поединками с иноземными аристократами, во-вторых, потому, что наружность у князя была такая необыкновенная, что, раз увидев, трудно было его забыть. Это был мужчина высокого роста и сильного телосложения, однако на широких его плечах сидела такая маленькая головка, словно она была посажена с чьего-то чужого корпуса. Лицо у него было тоже маленькое до чрезвычайности, почти детское, но и оно было крайне непропорционально; нос был большой, римский и глаза огромные, неизъяснимой красоты и блеска, с орлиным взглядом. При таких глазах и носе остальные черты лица, окаймленного к тому же длинными и пышными буклями, совсем пропадали, рот был совершенно детский, жиденькие усики едва прикрывали верхнюю губу. Нежная кожа нарумяненного и набеленного лица делала его похожим на девушку; но дерзость, кичливость и самоуверенность, рисовавшиеся на этом лице, не давали забыть, что это знаменитый chercheur de noises[130] как его называли при французском дворе, человек, у которого легко срывалось с губ острое словцо, но еще легче вырывалась шпага из ножен.

В Германии, в Голландии и во Франции рассказывали чудеса о его боевых подвигах, ссорах, приключениях и поединках. Это он в Голландии бросался в самое пекло в битве с несравненными полками испанской пехоты и собственной княжеской рукою захватывал знамена и пушки; это он во главе полков принца Оранского захватывал батареи, которые старые военачальники почитали непобедимыми; это он на Рейне, во главе французских мушкетеров, сокрушал тяжелые германские хоругви, испытанные в огне Тридцатилетней войны; это он во Франции ранил в поединке самого прославленного фехтовальщика среди французских кавалеров, принца де Фремуйля; другой знаменитый забияка, барон фон Гец, на коленях молил его даровать ему жизнь; это он ранил барона Грота, за что выслушал от брата Януша горькие упреки в том, что он унижает свое княжеское достоинство, выходя на поединки с людьми неравными; это он, наконец, на балу в Лувре, в присутствии всего французского двора, дал пощечину маркизу де Рье за то, что тот «дерзко» с ним разговаривал.

Поединки incognito[131] в маленьких городах, корчмах и заезжих дворах, ясное дело, в расчет не принимались.

Изнеженность сочеталась в князе с необузданной отвагой. Во время редких и коротких наездов в родные края он развлекался раздорами с родом Сапег и охотой. Лесники должны были находить для него медведиц с детенышами, особенно опасных и свирепых, а хаживал князь на них вооруженный одною рогатиной. Вообще же дома он скучал и, как уже было сказано, наезжал на родину неохотно, чаще всего во время войны. Большую храбрость проявил он в боях под Берестечком, Могилевом, Смоленском. Война была его стихией, хотя ум его, быстрый и гибкий, одинаково годился и для интриг, и для дипломатических уловок.

Тогда он умел быть терпеливым и стойким, гораздо более стойким, чем в «амурах», длинный ряд которых дополнял историю его жизни. При дворах князь был грозою мужей, обладателей красивых жен. Вероятно, по этой причине сам он до сих пор не был женат, хотя и высокое происхождение, и огромное состояние делали его одной из самых завидных партий в Европе.

Кого-то он мне напоминает... :thnk:

Кмитиц уговорил Богуслава проехаться на замечательном коне. Радзивилл повелся, когда отъехали подальше, его схватили за руки и увезли. В дороге Кмитиц разъяснил свой поступок - он понял, что гетман Януш Радзивилл его обманывал, утверждая, что болеет душой за отчизну, только для спасения Речи Посполитой сговаривается со шведами. А Богуслав рассказал предельно четко и цинично, что они - Радзивиллы - намерены вырвать подушку из-под головы умирающего (Речи Посполитой) и тем самым помочь отойти в мир иной. Эта страна - красное сукно, которое рвут казаки Хмельницкого, московиты, шведы... и Радзивиллы вырвут такой лоскут, чтобы из него можно было скроить мантию. А вот кмитиц рвать на куски свою родную землю не захотел. Но Богуслав Радзивилл вовсе не прост.
читать дальше

@темы: "ОЭ", "книги"

20:28 

Изгнанник в Агарисе

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
То, что Робер Эпинэ сидел в Агарисе на вареной моркови и виртуозно придумывал объяснения, почему он никак не пытается это положение изменить, мне не нравилось, но по соображениям морально-этическим. Молодой парень, сложивший ручки и отказавшийся от ответственности за свою судьбу, по-моему, вызывает у меня желание дать ему пинок под зад и отправить его мусор с улиц убирать. Но если подумать, ситуация совершенно нетипичная для условного 17 века. Кертиана, конечно, не земля. На земле у герцогов Эпинэ была бы куча родни в соседней с провинцией государствах (а скорее всего не только соседних, а по всем странам Золотого Договора). И это естественно. Аристократов мало. Их чисто физически очень мало. Они все друг с другом давно породнились. Даже одиночество Матильды невозможно объяснить разрывом с семьей - за четыреста лет у Раканов должны были образоваться собственные связи... Стоп. А почему за четыреста? Те, что тянулись еще с гальтарской эпохи никуда не делись! Так вот, у наследника герцога Эпинэ должна быть уйма высокопоставленной родни, во-первых. У Эпинэ должны быть владения помимо талигойских, во-вторых. Какой-нибудь агарийский приход, гайифское поместье, улаппская скала или ардорский фьорд, алатский виноградник, марикьярский пляж... А наличие земельной собственности означает наличие вассальных отношений. Но, ладно, допустим, собственности нет, родни нет, Робер остается знатнейшим аристократом, наследником целого герцогства, его с радостью примут в соседнем государстве, поскольку это позволит претендовать на провинцию. Да, Робера вряд ли бы сделали главнокомандующим, как Конде - он так громко о себе не заявлял, но его бы приняли, чин и доход предоставили бы. Естественно не просто так.

@темы: "ОЭ"

20:09 

Луиджи Джильди

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Хоть кто-нибудь понимает, что этот персонаж делает на страницах книги? О чем он вообще? Для пущего маразма?
Я понимаю, как появилась фельпская линия. Надо было а)вывести Алву из пределов досягаемости, чтобы совершилась узурпация, и б)ввести в повествование Марселя. Почему бы не с помощью маленькой победоносной войны? В общем, в Фелпе Марсель репортерствует, Рокэ приключается, естественно происходит взаимодействие с местными жители, среди которых Луиджи Джильди со своей новеллой о трагичной любви. Благодаря его столкновению с магией приоткрывается еще кусочек тайного. Я даже понимаю, зачем Джильди отправляют на север - чтобы протянуть линию до моряков в Хексберге. Но, на мой взгляд, первоначальный вариант с гибелью Вальдеса и Кальдмеера был логичнее и сюжетно оправдан. Луиджи мог бы отрепортерствовать о конце этой истории, после чего уйти со страниц ОЭ. Но Кальдмеер с Вальдесом остались живы, Джильди не только жив, но и застрял в Хексберг. Опять же его встреча с Мэллит могла бы внятно завершить обе эти линии - столковались бы на почве выходцев, и постепенно поняли, что жизнь у них продолжается. Не случилось. Луиджи остался совершенно неприкаянным, эдаким Пьеро с заломленными руками, оповещающим мир вздохами о своей погибшей любви. Ах, да! Еще он не в восторге от того, что стал принцем! В мире ВВК положительных героев по карьерной лестнице тащат обстоятельства, а они жеманятся и твердят о том. что вынуждены брать на себя такие обязательства, но сами совсем-совсем не хотят"

@темы: "ОЭ"

13:45 

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Там на Оэголике началось обсуждени е Рассвета.
Зря, конечно. Там перед этим Ирэна спрутьими намеками внушает Луизе, что Габриэла убила Джастина. И мама-Ангелика от этого так страдала, что аж сникла.
Незабываемый пассаж.

А-а, эта же моя идея, что Габриэлла убила Джастина! Неужели, правда, в книгу попало?!

Выложен отрывок - язык нечитабелен. Не осилила. Судя по донесениям чтецов, усиленно гнобят Ноймариненов. Грустно.

@темы: "ОЭ"

23:12 

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Прежде чем перейти к собственно мятежам в правление Фердинанда Оллара и Людовика XIII соответственно, я хочу подчеркнуть один очень важный аспект. читать дальше

@темы: "ОЭ", "исторические эпохи"

19:14 

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Я к чему начала о Марии Медичи, хотела сравнить ситуацию описанную в Отблесках Этерны с реальной историей.
Прежде всего регентство Алисы Дриксенской. Во Франции вдову Генриха IV поддержали действующие министры ее мужа, виднейшие вельможи, в том числе недавние противники в религиозных войнах и при дворе победившего Генриха Наваррского. Успеху способствовало то, что в стране отсутствовали ближайшие родственники почившего короля Конде и Суассон. То есть, вокруг Марии Медичи сплотились обладатели реальной власти в их руках был госаппарат, армия, материальный ресурс, собственные вооруженные силы. Их устраивала королева-регентша, которая бы не вмешивалась в процесс управления, и действительно первое время правительство работало в обычном режиме, продолжая политику Генриха IV. Властьимущие рассматривали Марию Медичи, как удобную фигуру, поэтому поддержали ее. Ситуация в ОЭ отличается разительно. Алиса Дриксенская была дамой амбициозной, властолюбивой и диктовала свою волю влюбленному в нее мужу, что не могло не настроить высших сановников соответствующим образом. Однако после смерти Франциска она возглавила Регентский Совет, несмотря на то, что в столице находился и Первый Маршал Алваро Алва, и кардинал Диомид (Ноймаринен). Каким образом непопулярной королеве-иностранке удалось получить высшую власть в обход принца Оллара? Совершенно непонятно. Возможно "рыцари королевы Алисы" - Эпинэ, Придд, Окделл - оказались настоящими мастерами интриги. Или опять Штанцлер постарался? Как бы то ни было Алва и Диомид без сопротивления уступили Алисе и ее людям.
Вернувшиеся в Париж принцы продали свою лояльность Марии Медичи за кругленькую сумму. По сути они шантажировали ее, угрожая собрать Генеральные Штаты и лишить регентства, покинуть столицу и лишить своей поддержки ее власть, но снимали претензии за очередную выплату, должность, дорогой подарок. Регентша платила им, платила своим союзникам, которые в любой момент могли превратиться в противников, и осыпала милостями итальянских фаворитов, что было отнюдь не глупостью - Марии нужна была опора на своих людей, и в распоряжении Кончини оказалась целая армия (не помогло). А еще она переводила средства за рубеж в качестве гарантий на будущее, но это так, к слову. В конечном счете к раздербану государственной казны подтянулись и министры Генриха IV - Cюлли, Вильруа... Раз уж все этим занимаются, глупо ломаться как институтка.
ВВК противопоставляет Алисе и ее фаворитам, грабящим казну, бескорыстных, идейных служителей государства. Кардинал Диомид, Алва, принц Оллар долго терпели непотребства, но в один прекрасный момент им это надоело, и они решили действовать. Алису лишили власти, Регентский Совет разогнали. Интересно, что мешало им проделать это все раньше? Во Франции конец власти Марии Медичи положил подросший Людовик XIII, вдохновленный своим фаворитом де Люинем. Вокруг юного короля объединились те, кто полагал ужасной несправедливостью дележ государственного пирога без них. Кончино Кончини был убит, Мария Медичи изолирована в своих покоях, а потом выслана в Блуа, Леонора Галигай арестована и казнена, из окружения королевы одни оказались в заточении, другие последовали а ней в ссылку (Ришелье). Люинь был осыпан милостями, он заполучил имущество Кончини, стал коннетаблем. Это был настоящий дворцовый переворот.
Через два года королева-мать вернулась ко двору, причем не одна, своих людей она ввела во власть, несмотря на то, что Людовик первоначально упирался. Постепенно все большее влияние приобретал Ришелье. У меня сложилось впечатление, что в этот период (после возвращения из Блуа и до дня одураченных) Марию Медичи использовали как ширму ее приближенные - братья Марсильяки, Ришелье - и король это понимал. Он прислушивался к матери, которая выступала проводником политики действительно умных и знающих людей, быть может, потому что не видел достойной альтернативы. В результате, когда Мария разошлась во взглядах с Ришелье, король поддержал министра.
Алиса Дриксенская неоднократно пыталась вернуться к власти, но ей это не удалось. Кардинал Диомид, а позже его преемник Сильвестр, и Алваро Алва не оставили ей шанса. Однако "рыцари королевы Алисы" не оставляли надежды и регулярно поднимали мятежи. Продолжение следует.

@темы: "ОЭ", "исторические эпохи"

22:49 

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Отблески Этерны ассоциируются у меня с детективом, где ярко и занимательно прописана завязка: обнаружено преступление, приглашен следователь, осмотрено место преступление - читатель с нетерпением ждет развития. Но Автор не придумал, кто преступление совершил, каким образом, как следователь его раскрыл, и начинает сочинять на ходу, произвольно теряя улики и подбрасывая новые, меняя действующие законы и привлекая внезапные озарения, богов и дьяволов из машины. И когда следователь с апломбом раскрывает дело, встает вопрос, с чего ты решил, что все было так, а не иначе?

@темы: "ОЭ"

16:51 

Рокэ Алва - стратег и управленец. Заключение (дополненное и исправленное).

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Из всего вышеизложенного я могу сделать единственный вывод. Если Рокэ Алва стратег и управленец, он ставит перед собой разумные цели и предпринимает действия для их достижения. Решает промежуточные задачи и получает в итоге ожидаемый результат. На протяжении десяти лет Рокэ Алва сделал все, для того чтобы Альдо Ракан узурпировал престол. Он последовательно пресекал расследование антиправительственной деятельности, помогал мятежникам, способствовал их концентрации в Агарисе, дискредитировал династию Олларов и правительство.
Возможна следующая версия. После покушения на Винной улице Рокэ Алва получил в свое распоряжение письменные свидетельства о заговоре с целью убийства, но не дал им ход, потому что рассчитывал на некие действия заговорщиков. Однако его подвел герцог Придд, который не поддержал мятеж своего зятя Карла Борна. Сблизившись с Юстинианом, Рокэ понял, что тот не собирается бороться против Олларов. Таинственная смерть графа Васспарда вполне могла оказаться следствием его неосмотрительной откровенности, возможно, Рокэ рассчитывал подтолкнуть герцога Придда к активной борьбе. Не зря же он не предпринял никаких действий для расследования и мести. Однако Придды предпочли объявить смерть наследника несчастным случаем на охоте.
Мятеж Окделла и Эпинэ Алва старался погасить с наименьшими потерями для бунтующих аристократов. Герцог Эпинэ сохранил все возможности для нового восстания, юный герцог Окделл оказался под влиянием антиправительственных сил. Когда наследник Эпинэ в ходе военной компании попал в руки Первого Маршала, тот отправил его обратно к Альдо Ракану. После неудачного покушения Ричарда Окделла, Рокэ тайно выслал его в Агарис.
В армии ключевые позиции получили люди либо настроенные антиправительственно, либо готовые изменить присяге за деньги. В Лаик заправлял человек, мастерски дискредитирующий легитимную власть. Убедившись в нежелании Приддов бунтовать Рокэ намекнул кардиналу на желательность их уничтожения, его ближайший сторонник Лионель Савиньяк выразил прямое согласие на эти действия.
Логично предположить, что Рокэ Алва принял решение свергнуть династию Олларов, однако, неосмотрительно данная клятва Первого Маршала не позволяла ему действовать открыто. Вероятно, правду о своем происхождении он узнал уже после ее принесения, и именно тогда стал действовать активно. Сперва он рассчитывал использовать Приддов, но его подвел Юстиниан, которого пришлось устранить. Придды не зашевелились, и Алва принял решение истребить их под корень руками Сильвестра. Рокэ аккуратно подталкивал Дика в объятия Катарины и Штанцлера, недалекий юноша полностью оправдал его ожидания. Герцога Окделла удалось отправить к Альдо Ракану, при котором уже находился наследник Эпинэ. Провинция взбунтовалась, и Альдо победным маршем дошел до Олларии, принимая под свою руку целые воинские подразделения. Увы, Рокэ попался в ловушку своей клятвы: так как Фердинанду сохранили жизнь, Алва застрял в Багерлее, пока Марсель не решил проблему. В результате Фердинанда Оллара нет, Альдо Ракана, который расчистил политический ландшафт, нет, Рокэ Алва может устанавливать какие угодно порядки.
Однако эта версия построена на единственной предпосылке: "Рокэ Алва - стратег и управленец". Ее верность вызывает у меня серьезные сомнения. Рокэ Алва признан гениальным военачальником, но даже в этой сфере деятельности он проявляет себя не как стратег. Он выигрывает тактически: проходит через болота Ренквахи, появляется под стенами кагетской крепости, когда его уже не ждут. Ошеломительные победы Рокэ, описанные в Отблесках Этерны, результат хитрых фокусов. Раскрашенные киркореллы, наряженные в драгоценности адуаны, удачно расположенные горные озера... Алва мастерски использует все, с чем сталкивается, будь то желание Агдемара извести собственных казаронов или обычай суда Бакны. Однако не он формулирует повестку. Рокэ отвечает на вызов, реагирует на ситуацию. И упускает стратегическую инициативу. Не он решает, где, с кем и за что воевать.
Если посмотреть на ситуацию отстранено, видно, что Талиг умело поджигают. Бириссцы вторгаются в Варасту - и Первый Маршал отправляется ликвидировать угрозу. Бордон воюет с Фельпом - и Алва мчится решать проблему. Каждая военная компания ведет к боевым и санитарным потерям, материальным убыткам, экстраординарным налогам и займам. На севере не прекращается вялотекущий конфликт с Дриксен. Ресурсы Талига истощаются в борьбе. Качество армии неуклонно падает, недовольство в провинциях нарастает. Остается выбрать лишь удобный момент для провозглашения узурпатора и начать вторжение.
Рокэ Алва первых книг был вполне убедителен. Яркий, талантливый, безшабашный аристократ, который не любит ничего, кроме войны, женщин и вина, он мало обращал внимания на повседневную суету вокруг. Его не интересовали подведомственные Первому Маршалу структуры, поэтому в Лаик царил Арамона, а в армии уютно себя чувствовали Ги Ариго, Рокслей, и Люра. Он не занимался скучной повседневной работой по организации армии, унификации обучения офицеров, чистки рядов, так как был уверен, что разберется со всеми проблемами по мере их поступления.
Я уверена, что поступки Рокэ продиктованы не стратегическими планами, а его личным отношением к определенному лицу, часто мимолетным и спонтанным. Он предложил Окделлу дуэль, потому что тот показался ему трагической фигурой, заблудившимся во времени рыцарем из Кабитэлы. Мятежные аристократы были с ним одной крови, поэтому ему не хотелось карать их. Рокэ стал любовником королевы, потому что пожалел ее и несчастного недотепу Фердинанда, а еще это была пощечина верноподданным, вызов Сильвестру. Он рисковал,играл с ней, не доверял, не любил, опасался, но... привязался. Алва запутался в этих отношениях, он прикрывал королеву и ее братьев, Штанцлера, даже когда они действовали против него. Ему стало жаль Ричарда Окделла в день Святого Фабиана. И его разозлила безучастность Людей Чести, их покорность кардиналу. Алва выбрал Дика оруженосцем под влиянием момента, он в самом деле не знал, что же с ним дальше делать, ведь меньше оруженосца нуждался только в духовнике. Рокэ не желал заниматься проблемой, он предоставил юношу самому себе, не понимая, какое воздействие оказывает на него. Алва отпустил Робера, потому что тот был ему симпатичен, и выгнал Ричарда, потому что был оскорблен и обижен. Однако не смог переступить через свое понятие о чести и уничтожить Штанцлера, в очередной раз прикрыл Катарину, "убив следствие" вместе с ее братом. Эта яркая беспорядочная жизнь закономерно закончилась катастрофой - в результате переворота и захвата власти узурпатором Рокэ Алва оказался под судом, в тюрьме. Он должен был погибнуть, такова логика развития сюжета и персонажа. К сожалению, Вера Викторовна извлекла своего героя из Дыры, но свою суть он утратил.
Рокэ Алва в последних книгах отдает загадочные распоряжения, изрекает парадоксы, а окружающие пребывают в непреходящем состоянии благоговения и изумления перед его особой. События предшествующих книг разъясняются таким образом, чтобы подчеркнуть его прозорливость и жертвенное служение государству. Яркий, живой, неоднозначный персонаж превратился в супергероя из комикса с насквозь фальшивой мотивацией, надуманными проблемами и бременем собственного величия. Это чрезвычайно грустно.

@темы: "ОЭ"

13:19 

О грустном.

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Я выложила на фикбук "Рокэ Алва - стратег и управленец", и ко мне в комментарии набежали диколюбы-слэшеры.
Честно говоря, я и не подозревала, что все настолько запущено.читать дальше

@темы: "ОЭ"

14:00 

Гальтарские древности

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Перечитывала я недавно "Графа Нулина" и вспомнила, разумеется "Лукрецию", которую Александр Сергеевич так славно переосмыслил.
читать дальше
Так вот, не кажется ли вам, что история Беатриссы Борраска это своеобразная деконструкция Лукреции от ВВК. Подвергшаяся насилию женщина требует наказания обидчика и указывает на ближайшего родственника правителя (брата анакса/царского сына). Молодой человек известен буйным нравом и сексуальной невоздержанностью, так что ее слова вполне убедительны. Жертва дочь одного из знатных аристократов (эориев/патрициев) замужем за аристократом, военачальником, человеком с очень хорошей репутацией, известна скромностью, добродетелью и прочими качествами, отличающими ее от остальных дам (Василика - любовница Ринальди/разгульные жены патрициев). Гражданское общество, состоящее тогда из "лучших" людей, читай, аристократов с оружием, возмущено и требует сурово наказать насильника. Если в Риме династию Тарквиниев снесли, установили республику (причем первыми консулами стали муж покончившей с собой Лукреции и его дружок Брут). В Гальтаре Беатриса жизни себя не лишила, она, оказывается, являлась любовницей действующего анакса и разыграла всю комедию, чтобы объяснить мужу внеплановую беременность и заодно освободить любовника от претендента на престол; однако такой шикарный план поломали мистические твари, затейник Эридани погиб, Ринальди получил спецзадание и блок на память, а Беатриса вернулась к мужу и жила с ним долго и счастливо. Анаксом стал единственный оставшийся в семье юноша, тяжело больной и к продолжению рода неспособный, после его смерти Раканов на троне не было.

@темы: "ОЭ"

22:38 

Рокэ Алва - стратег и управленец. Заключение.

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Из всего вышеизложенного я могу сделать единственный вывод. Если Рокэ Алва стратег и управленец, он ставит перед собой разумные цели и предпринимает действия для их достижения. На протяжении десяти лет Рокэ Алва сделал все, для того чтобы Альдо Ракан узурпировал престол. Он последовательно пресекал расследование антиправительственной деятельности. помогал мятежникам, способствовал их концентрации в Агарисе и дискредитировал власть Олларов.
Можно предположить, что после покушения на Винной улице Рокэ Алва получил в свое распоряжение письменные свидетельства о заговоре с целью убийства, но не дал им ход. Вероятно, он рассчитывал на некие действия заговорщиков. Однако его подвел герцог Придд, который не поддержал мятеж зятя Карла Борна. Сблизившись с Юстинианом, Рокэ понял, что тот не собирается бороться против Олларов. Таинственная смерть графа васспарда вполне могла оказаться следствием его неосмотрительности, не зря же Рокэ не предпринимал никаких действий для расследования и мести. Мятеж Окделла и Эпинэ Алва старался погасить с наименьшими потерями для бунтующих аристократов. Герцог Эпинэ сохранил все возможности для нового восстания, юный герцог Окделл оказался под влиянием антиправительственных сил. Когда наследник Эпинэ попал в руки Рокэ, тот отправил его в Агарис к Альдо Ракану, так же как Ричарда Окделла. в армии ключевые позиции получили люди либо настроенные антиправительственно, либо готовые изменить присяге за деньги. В Лаик заправлял человек, мастерски дискредитирующий легитимную власть. Убедившись в нежелании Приддов бунтовать Рокэ намекнул кардиналу на желательность их уничтожения, его ближайший сторонник Лионель савиньяк выразил прямое согласие на эти действия.
Вероятно, Рокэ Алва принял решение свергнуть династию Олларов, однако, неосмотрительно данная клятва первого Маршала не позволяла ему действовать открыто. Вероятно, правду о своем происхождении он узнал уже после ее принесения, и именно тогда стал действовать активно. Сперва он рассчитывал использовать Приддов, но его подвел Юстиниан, которого пришлось устранить. Придды не зашевелились, и Алва принял решение истребить их под корень руками Сильвестра. Рокэ аккуратно подталкивал Дика в объятия Катарины и Штанцлера, недалекий юноша полностью оправдал его ожидания. Герцога Окделла удалось отправить к Альдо Ракануц, при котором уже был наследник Эпинэ. Провинция взбунгтовалась, и Альдо победным маршем дошел до Олларии, принимая под свою руку целые воинские подразделения. увы, Рокэ попался в ловушку своей клятвы - Фердинанд оставался живым. Алва застрял в Багерлее, пока марсель не решил проблему с королем. В резуцльтате Фердинанда Оллара нет, Альдо Ракана, который расчистил политический ландшафт тоже, Рлкэ Алва может устанавливать какие угодно порядки. Стратегически он выиграл.

@темы: "ОЭ"

22:12 

Рокэ Алва - стратег и управленец. Акт 4. Работа с мятежниками.

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Одной из главной задач центральной власти Талига была борьба с мятежами региональной знати, что характерно и для земной истории соответствующей эпохи. Особую прелесть ситуации придает то обстоятельство, что мятежные феодалы и государственные чиновники - это одни и те же люди. Генрих Наваррской боролся с королевской властью, по факту отрывая от Франции юго-запад, и утверждал ее, когда сам стал королем. Вот и в Кэртиане герцог Эпинэ, непримиримый бунтовщик, был генералом Талига и членом Регентского Совета королевы Алисы, герцог Придд служил супремом, герцог Окделл воевал в рядах Талигойской армии. Похоже, первоначально мятежники выступали за возвращение власти Алисе Дриксенской и перераспределение полномочий в свою пользу, со временем, по мере старения Алисы, они переориентировались на прежнюю династию и соседние государства. Герцог Придд никогда не выступал против Олларов открыто, но был осведомлен о противоправительственной деятельности и был одним из организаторов покушения на убийство Рокэ Алва. Окделл и Эпинэ находились под подозрением, однако, им не помешали собрать войска и начать восстание против королевской власти. Рокэ Алва разбил военные силы мятежников, однако, феодальные владения старой знати оставались источником их силы и власти. Казалось бы, простой план - обвинить в бунте, измене, лишить прав и владений, конфисковать земли в Эпинэ и Надоре. Вместо этого Рокэ Алва вызывает на дуэль Эгмонта Окделла и убивает его, новым герцогом становится малолетний Ричард Окделл, а его опекуном Эйвон Ларак, несмотря на то, что знал о мятеже и всячески помогал своему родственнику. Похоже, Лараку никаких обвинений предъявлено не было.
Еще более удивительно, что не был осужден Анри-Гийом Эпинэ. Он был оставлен под надзором губернатора провинции по совместительству родственника, жаждущего заполучить его земли, однако, не лишился титула и прав на владения Эпинэ. Вопрос о его наследнике оказался подвешен, вроде бы единственный оставшийся в живых внук был государственным преступником, находящимся в изгнании, но юридического решения исключившего для него возможность вступить в наследство принято не было. В последних книгах раскрывается подоплека таких половинчатых мер в отношении Эпинэ, Алва и Савиньяк намеревались вернуть Робера в Талиг, воспользовавшись правом Бергмарка давать убежище и возможность искупить вину кровью на северных границах. Идея на первый взгляд очень неплохая, Робер никогда не был идейным противником Олларов и мечтой о собственном независимом государстве не страдал. Однако вызывает недоумение тот факт, что за пять лет никаких действий для реализации проекта предпринято не было. Никто не навестил Робера в Агарисе, никто не связался с Жозиной. А ведь Жозефина, урожденная Ариго была родной тетей королевы! Эта женщина, потерявшая любимого мужа и трех сыновей, вряд ли отказалась бы от возможности вернуть последнего ребенка, обеспечить ему спокойную благополучную жизнь. И выйти на нее можно было легко через Арлетту Савиньяк. Тем не менее, никто ничего ни Роберу, ни его матери не предлагал. А надзор за старым герцогом был столь суров, что он сумел подготовить восстание! В его замке был оставлен гарнизон, главой которого был назначен обиженный властью боевой офицер, находящийся на прямой связи с Штанцлером. Старый герцог имел возможность связаться с недовольными дворянами провинции и координировать их действия. Право слово, удивительно, что он родича на свою сторону не склонил, пообещав брак внука с его старшей внучкой и статус Первого Дворянина в независимой Эпинэ.
В ходе саграннской компании Робер оказался в плену у Алвы, что подтверждало активное вмешательство альдо Ракана в противоталигойскую деятельность. Казалось бы, замечательная возможность вернуть Робера в Талиг, перевербовать, надавить на сыновние чувства, сделать предложение, от которого он не сможет отказаться. Но нет! Алва отправляет пленника в Агарис, не иначе для того, чтобы усилить позиции Альдо Ракана. Для агарисского претендента Робер чрезвычайно важен - он обеспечивает лояльность герцогства Эпинэ.
Ситуация с Окделлами еще более занимательна. Рокэ Алва вызвал на дуэль командующего армией мятежников Эгмонта Окделла. Если исключить версии о том, что он таким образом пытался совершить суицид, у мероприятия была единственная цель - сохранить Надор за Окделлами. Так как Эгмонт не дожил до суда и конфискации, его сын вступил в наследство. Если королевская власть в лице Первого Маршала и кардинала намеревалась заменить мятежного герцога на послушного следовало бы предпринять некоторые меры: открыть дело против Эйвона Ларака, назначить лояльного короне опекуна, обручить Ричарда и его сестер с представителями лояльных Олларам семей. Однако Лараку никаких претензий предъявлено не было, он стал опекуном юного герцога Окделла, единолично ответственным за дела герцогства. Из-за слабости его характера и воспитанием сына, и Надором распоряжалась вдовствующая герцогиня Окделл. Вездесущий Штанцлер был на связи.
В шестнадцать лет Ричард Окделл прибыл в Лаик, и вопрос о владениях Окделлов стал как никогда актуальным. По-прежнему было два варианта - приручить герцога, связать его брачными и иными обязательствами с лояльными Олларам семьями, либо ликвидировать, передав Надор в цельном виде вместе с сестрой, либо раздать по частям. Казалось бы, Рокэ Алва выбрал первый - он взял Ричарда в оруженосцы, спасал ему жизнь, однако, успеха не добился. Окделл безоговорочно доверял Штанцлеру и под его влиянием попытался Рокэ отравить. Тем самым он подарил Алве великолепную возможность наконец избавиться от канссильера. Предъявить обвинение в убийстве Окделлу, арестовать Штанцлера, и пусть бы старый больной человек умер в Багерлее, унеся с собой компромат на королеву! можно было радикально решить вопрос о Надоре - просто убить Окделла на дуэли, в конце концов Алву не смутил юный возраст Эстебана, почему же Дика он должен щадить? Рокэ отправил актуального герцога Окделла в Агарис к Альдо Ракану. Теперь у претендента на талигойский престол было два Повелителя, два герцога, обеспечивающие лоялльность своих провинций. По-моему, это неприкрытое приглашение к интервенции.
Самое интересное, взаимоотношения Рокэ Алва и Приддов. Рокэ не пустил в ход признание Лансара, и Вальтер Придд сохрани свои, владения и государственную должность. Но замалчивание стоило жизни Арно Савиньяку, ведь, если бы Карлу Борну было предъявлено обвинение тогда, он не смог бы поднять бунт. Позже Алва сблизился с Юстинианом графом Васспардом, который проникся обаянием его личности настолько, что агитировал младшего брата и всерьез намеревался перетянуть на сторону света отца. Юстиниан погиб при невыясненных обстоятельствах, и его друг Рокэ не сделал ничего, чтобы выяснить правду и наказать убийц. Он никогда не пытался завязать контакты с младшим братом Юстиниана, которому предстояло стать герцогом Приддом. Более того, он недвусмысленно намекнул кардиналу Сильвестру, что Приддов не плохо бы извести. Сильвестру подобные идеи были близки, он все подготовил для их реализации.

@темы: "ОЭ"

11:30 

Рокэ Алва - стратег и управленец. Акт 3. Первый Маршал

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
К началу действия первой книги цикла Рокэ Алва занимает должность Первого Маршала уже лет пять (точной даты не помню, если ошибаюсь поправьте), срок достаточный, для того чтобы подводить итоги. Тем более свалить недостатки на системные ошибки предшественников не получится - ранее пост занимал Рудольф Ноймаринен, к которому у Рокэ нет принципиальных претензий, и Алваро Алва. Необходимо учитывать, что Первый Маршал по факту совмещает функции военного министра и главнокомандующего, сосредотачивает в своих руках огромную власть. Помимо этого лично Рокэ Алва является неограниченным правителем независимого государства, следовательно свободно распоряжается финансовыми и человеческими ресурсами. Одновременно он один из самых знатных людей Талига, родственник королевской династии, законный наследник Олларов. Он обладает авторитетом, кредитом доверия, полным ассортиментом кнутов и пряников. И возможность проводить свои решения у него если и не безгранична, то не сравнимо больше, чем у любого другого деятеля. Каковы же результаты его деятельности?
1. Первое, что мы наблюдаем, это Лаик - подведомственное непосредственно Первому Маршалу учебное заведение, где готовят кадры военной и административной элиты Талига. Юноши, которые проходят подготовку в Лаик, по факту своего происхождения, должны составить костяк армии и государственного управления, а современном высшее руководство страны. (Я оставляю за скобками вопрос, почему не было других учебных заведений для подготовки офицеров, и как могла существовать регулярная армия без системы единообразно подготовки?). Во главе Лаик стоит Арнольд Арамона - человек, лишенный каких-либо достоинств (храбрость, честность, ум, героическое прошлое, организаторские способности, педагогический талант), зато обладающий заметными пороками (трусость, жадность, гневливость, низкопоклонность, зависть, глупость, невоздержанность). Он вызывает отвращение даже у тех, перед кем лебезит. Необоснованные нападки на Дика Окделла возмущают лояльных правительству учеников (Савиньяк, Салина, Паоло Куньо, Катершванцы) и убеждают в собственной безнаказанности Эстебана Колиньяра и его друзей. Все учащиеся, как вовлеченные в конфликт, так и оставшиеся в стороне, вынесли из Лаик убеждение, что власть, представленная Арамоной, несправедлива, неугодные бесправны, а привеллигированные могут творить все, что угодно. С такими представлениями о мире, стране и правительстве юноши вступают во взрослую жизнь, многие из них поступают на военную службу.
2. Кадры решают все. В армии Талига маршальские должности занимают Генри Рокслей и Ги Ариго, оба не способны выполнять должностные обязанности. Ариго открыто не лоялен своему непосредственному начальству, поддерживает антиправительственное движение Людей Чести и является гайифским шпионом. Генри Рокслей сдал столицу Альдо Ракану. Генералом был назначен Оскар Феншо, настолько неприемлемы, что его пришлось устранять с помощью провокации и расстрела. Успешно делал карьеру Симон Люра, давно подкупленный иностранными агентами. Когда в одной из провинций поднялся мятеж, на сторону узурпатора стали переходить целые воинские подразделения, как выяснилось купленные заранее. Первый Маршал деятельность иностранных агентов и откровенное вредительство то ли не заметил, то ли не пресек. Как такое возможно? Неужели никто не видел ничего подозрительного, не пытался достучаться до начальства? История Карваля красноречиво свидетельствует, что ждало офицера при столкновении с бюрократической системой - пробиться через плотный слой окопавшихся на высших должностях недоброжелателей Олларов было крайне затруднительно. Недовольных идеологически обрабатывали и направляли на стратегические позиции. К моменту начала мятежа, все было готово к перевороту, все заняли ключевые места и ждали сигнала. Первый Маршал измену в армии прозевал. Он не обезвредил даже известных агентов - Штанцлеру и Ги Ариго. Более того, убив Ариго, он "убил следствие", которое как раз и могло вскрыть заговор.
Очень интересно, как управленец Рокэ Алва работает с людьми. Он откровенно демонстрирует свое презрительно отношение к человечеству в целом и к его конкретным представителям, мелочно ранит самолюбие, но не лишает полномочий. Люди, давно его знающие, связанные дружескими узами (Савиньяки, Вейзель) терпят недосказанность, прощают издевки, угадывают настроение, смиряются с тем, что не могут понять. Остальным приходиться молча глотать оскорбления. Показательно как Рокэ Алва между делом роняет авторитет Леонарда Манрика. Тот, конечно, сам подставляется, но когда командующий присоединяется к подчиненным это выглядит по меньшей мере странно (я имею в виду соревнование по стрельбе в Сагранне). Если Манрик не справляется с обязанностями, его следует отстранить, если претензий по службе нет - пресечь внеуставные разборки (хотя бы отстраниться и не участвовать лично). Алва не может отказать себе в удовольствии щелкнуть Манрика по носу, тем самым давая добро на нарушение субординации. И несанкционированная вылазка Феншо стала закономерным продолжением его же нападок на Манрика. Между тем, неоднократно подчеркивалось мягкое обращение Рокэ с теми, кто стоит на социальной лестнице много ниже. Однако адуаны очень точно подмечают: "Может, он нас за дерьмо и держит, но вы, барчуки, для него не дороже". Позже Марсель делает изящный вывод, чтобы заслужить одобрение Алвы надо стать пейзажем или бакраном. Растительность, животное, человек, находящийся несравнимо ниже соберано Кеналлоа, удостаиваются снисходительного отношения. Более того. Рокэ может щедро одарить, выступить добрым волшебником, решающим все проблемы. А вот с теми, кто хотя бы теоретически может претендовать на равенство (по происхождению, общественному положению), Алва крайне высокомерен. Каждым словом, каждым жестом он подчеркивает свое недостижимое превосходство. Не могу сказать, что мне это не нравится. Снейпа же я люблю. Однако подобное поведение не способствует эффективному управлению. одиночка может позволить себе быть мизантропом, а тот, кто взялся руководить людьми будет вынужден считаться с их интересами, самолюбием, способностями, ожиданиями. В противном случае, окажется, что армия подчиняется уже не ему. Первый маршал упустил свое ведомство. В его отсутствие командование массово перешло на сторону противника. Любопытно, что военные части на севере остались лояльны правительству. я думаю, дело в том, что там непосредственное командование осуществляли другие люди с иным стилем руководства.
3. Штаб. В качестве мозга армии у Первого Маршала Талига его нет. Все решения он принимает единолично, сообщая конкретные задачи исполнителям.. Судя по всему, разведки и контрразведки тоже нет. Либо работают они не на него.

@темы: "ОЭ"

13:17 

Мэллит. Девочка созрела

Сердце мое полно нежности к калекам, бастардам и сломанным вещам
Признаться, Мэллит я долгое время старалась игнорировать. Типовой персонаж массовой литературы - юное создание, "не такое как все", страдающее из-за своей инаковости, которое предопределяет его избранность, живет собственной тайной жизнью, нарушая правила сообщества, выходит за пределы семейного, племенного мирка, порывает с привычным укладом и вступает в Большую Игру, где решаются Судьбы Мира. Заезжено до тошноты, аж скулы сводит. Я в переживания самой Мэллит не вникала, обращала внимание на фактологию, но она сыграла определенную роль в истории Робера и Валентина, так что прочитать прочитала. И теперь, вспоминая прочитанное, не могу не отметить, что девочка нарывалась упорно и старательно. Началось все с ночных побегов из дома в запретную ночь. Гоганы живут замкнутым сообществом, строго соблюдая весьма жесткие правила, и внутренние проблемы они решают в своей среди. Но закрытость от мира оборачивается незащищенностью в этом мире. За пределами гоганского мирка приходится мимикрировать. Мэллит, гуляя по улицам ночного Агариса абсолютно беззащитна, юная гоганка не имеет никакого правового статуса, с ней можно сделать все, что угодно. Удивительно, что никто не воспользовался. Мэллит прекрасно сознает опасность своих прогулок, скорее даже преувеличивает, ведь она верит в запретную ночь, но выходит, гуляет... Обряд, связавший ее с Альдо, снял последние ограничения. Теперь она не просто ищет нечто неопределенное. она хочет конкретного мужчину и наблюдает за ним с помощью Ары в том числе во время интимных моментов. Мэллит внимательно просмотрела взаимоотношения Альдо с разумными вдовами и вполне определенно примеряла роль партнерши на себя. Она шла на встречу к мужчине в отдельный номер гостиницы, скорее всего предполагая романтическое завершение делового свидания. Важные сведения о своей родне были ее платой за близость Альдо. Но вместо намечтанного принца встретил Мэллит аномально благородный Робер. Что-то мне подсказывает нормальный авантюрист эпохи плаща и шпаги уложил бы девушку в постельку.
После гибели семьи, всего рода Мэллит еще крепче вцепилась в Альдо. В Ракане она кружит вокруг него, смотрит влюбленными глазами, чуть ли не вешается на шею. Ее заинтересованность очевидна даже посторонним лицам. Альдо стойко держит оборону, несмотря на расточаемые ему авансы, только под воздействием гнева и алкоголя он согласился взять то, что Мэллит так долго и настойчиво пыталась ему всучить. Совершенно очевидно, что Мэллит не была нужна Альдо, но он с привычной небрежной щедростью предложил ей содержание. То есть определенный статус в сословном обществе. Официальная фаворитка. Однако Мэллит, видимо, нацелившаяся на любовь до гроба и законный брак (как она это себе представляла, учитывая разницу веры и невозможность мезальянса?!), взвилась на дыбы. Она резко вспомнила, что не получила удовлетворения от секса. Важно, что пока Альдо не заговорил о своем браке и ее положении, в интимном плане ее все устраивало, ну или она согласна была терпеть ради Великой Любви. (Почему для Великой Любви нельзя потерпеть отсутствие официального звания жены мне не ясно). Сбежав от "оскорбившего" ее Альдо Мэллит страдает и ноет, ноет и страдает. Я надеялась, что ВВК соединит ее с другим ноющим страдальцем Луиджи и они будут доставать друг друга. Увы. Мэллит удочерил барон Вейзель, и в этом статусе она попала в высшее общество. Надо сказать, что и для герцогов, и для виконтов приемная дочь бергерского барона не многим отличается от мещанки, разница в статусе колоссальная, но Мэллит уже распробовала, что к чему. Ее мечта о Принце оформилась - нужен Блистательный, на меньшее не согласна. И когда Блистательный с предложением терапевтических услуг появляется в окне, судьба Мэллит решена. Она отдается мужчине, который прямо говорит, что сердце у него нет и он может обещать ей одну ночь из трех. Есть у меня подозрение, что если остальные две ночи граф Савиньяк захочет отдавать законной супруге ради продолжения славного рода, последствия могут быть самые любопытные. в том числе кровавые, с налипшими на колотушку мозгами.

@темы: "ОЭ"

Сухие листья слов

главная