Blossoms and Blood, глава 19
Название: Появление Гёкуто-сама
Автор:lyrebird
Перевод: ankie
читать дальше[
Название: Появление Гёкуто-сама
Автор:lyrebird
Перевод: ankie
читать дальше[
@темы: переводы
Комментарии
2012-01-30 в 14:44
Увидев Цузуки, она застыла и обвила руками обоих детей.
- Все хорошо. Я ни за кем не пришел.
Постепенно ее напряжение спало.
- Я не узнала вас, господин, - она опустила голову. – Спасибо вам за то, что вы снова оставили без внимания мой скромный дом. Когда мы встретились впервые, я хотела умереть, но теперь у меня есть цель жизни.
Она потрепала мальчика по плечу.
- Взгляни, Асато. Посмотри, кто пришел на наш зов.
Мальчик поднял голову. Взлохмаченные темные волосы упали на большие глаза глубокого фиолетового оттенка. Какой милый, подумал Цузуки, и тут же почувствовал себя виноватым. Неудобно как-то восхищаться самим собой.
- Привет. Как тебя зовут? – Цузуки опустился на колени рядом с мальчиком.
-Асато, - взгляд мальчика был пристальным не по годам. – Вы пришли с луны, чтобы увидеть меня?
Цузуки рассмеялся.
- Нет, нет. Это место гораздо дальше луны.
- Посмотри на его глаза, - посоветовала мать. – Какого они цвета?
Мальчик вывернулся из рук матери и встал перед Цузуки. Он немного покачнулся, и Цузуки, протянув руку, поддержал его.
- Фиолетовые! – пухлые пальчики ткнули Цузуки в щеку, едва не задев глаз. – У вас фиолетовые глаза, как у меня! Там, где вы живете, у всех такие?
- Нет, только у меня, - Цузуки изо всех сил старался улыбнуться. – Как и у тебя.
- Люди обзывают вас разными плохими словами из-за ваших глаз, как меня?
- Да. Но это было очень давно.
- И что вы сделали? Как вы заставили их перестать?
- Я… - Цузуки отвернулся, на него было больно смотреть, - я никогда не мог ничего сделать.
- Ох, - мальчик нахмурился, ему было так легко посочувствовать Цузуки.
-Асато, вернись. Нельзя задавать столько вопросов, это невежливо, - мать обняла его, яростно защищая. А Цузуки сказала:
- Я знаю, как сильно он страдает из-за своей непохожести на других. Но я люблю его больше жизни. Пусть лучше он терпит их насмешки, чем исчезнет из моей жизни. Я понимаю, как дико это звучит. Кто сказал, что любовь матери самоотверженна? Моя любовь эгоистична до глубины души.
Эгоистичная. Это последнее слово, которое Цузуки употребил бы, чтобы описать свою мать. В его воспоминаниях она была почти святой: терпеливая, добрая, любящая, мудрая. Он не помнил отблесков страха в ее глазах, дрожи отчаяния в ее голосе, трепета ласкающих его голову пальцев…
Видеть свою мать беспомощной молодой вдовой, сжимающей изо всех сил в объятиях своих детей…
Он встал и отвернулся. Слишком больно видеть ее такой.
- Асато мое самое большое сокровище. Бесплодная земля становится плодородной, когда он прикладывает к ней руки. Умирающие растения оживают, когда он к ним прикасается. Сад, который вы здесь видите -полностью его творение. Благодаря цветам, фруктам и овощам, которыми он нас снабжает, мы никогда не будем голодать.
Она ласкала волосы мальчика.
- Даже запятнанный моим грехом, он благословляет нас. Ты хороший мальчик, Асато. Слишком хороший для такой матери, как я. Я знаю, ты справишься с испытаниями. Как и твои растения, ты будешь процветать и добьешься успеха.
Цузуки понимал – страдал не только он один. Вся семья была подвергнута остракизму. Вдова, живущая отдельно от семьи мужа – в те времена это считалось крайне неприличным. Оскорбления деревенских детей были лишь отражением предрассудков их родителей.
Цузуки закусил губу и опустил голову.
- Вы не должны так говорить о себе. Вы самая лучшая мать для него. Это же ясно… он так любит вас. И пока вы любите его в ответ, ему больше ничего не нужно.
- Благодарю вас, - она низко склонилась перед ним. – Благодаря вам он есть в моей жизни. Спасибо, что откликнулись на мои молитвы. Может быть, он придется вам по душе.
- Хм… Но я ничего не сделал… - он отметил удивление на ее лице.
- Вы слишком скромны, господин. Если… - она выглядела смущенной. – Простите меня. Я не хотела подвергнуть сомнению вашу силу Бога Смерти. Она грозна и разрушительна.
- Не для всех, - Цузуки покачал головой. Кем, по ее мнению, он был? Ситуация становилась слишком странной – словами не выразишь. Лучше всего подыграть.
- Он... он мне очень нравится, - он улыбнулся мальчику. – Не верь тому, что они говорят о тебе. Глупо судить о ком-либо, исходя из чужой точки зрения.
Образ Мураки с его искусственным глазом промелькнул в сознании.
- Внешний вид не важен. Важно то, что в сердце, то, как ты относишься к другим людям – это самое главное в жизни. Не обращай внимания на этих хулиганов. Игнорируй их. Не верь их словам.
- Ладно, - сказал мальчик, - я сделаю все возможное.
- Вот и хорошо, - улыбнулся Цузуки, но для него самого эти слова звучали бессмыслицей. Игнорировать хулиганов! Как будто это так просто.
- Они преследуют тебя, потому что знают – им никогда не сравниться с тобой. Ты – лучик света во тьме этого жестокого мира.
Женщина поцеловала мальчика в лоб.
- Ты слишком хорош для них. Настанет время, и небеса станут твоей площадкой для игр, и четыре небесных хранителя будут твоими покровителями. Те, кто когда-то издевался над тобой, будут пребывать в страхе перед твоей силой. Когда этот день придет, Асато, ты никого не будешь бояться.
Цузуки был взволнован ее понимающей улыбкой. Его мать никак не могла знать его будущее – она умерла задолго до того, как он стал шинигами. Нет, это была не та мать, которую он помнил…
Весь этот сон, должно быть, дело Мураки. Он однажды сказал, что может проникать в его подсознание. Этот сон - уловка, призванная выбить его из колеи ложными воспоминаниями о прошлом.
Но возможность видеть свою семью, настоящую, живую, была слишком драгоценной, чтобы отказаться от нее. Он не мог отвергнуть свою мечту. Не сейчас.
- У меня будут друзья? – с надеждой спросил мальчик.
- Много-много друзей. Взгляни, - она приподняла его подбородок. – Взгляни на звезды вокруг луны. Они разбросаны по всему небосклону, их слишком много, чтобы увидеть все. Сидя на небе, великие духи наблюдают за тобой. Они ждут, когда ты призовешь их.
- Но они так далеко. Смогут ли они услышать меня?
- Они всемогущи – конечно, смогут. Но ты должен назвать их по имени, их имена дадут тебе власть над ними. Назови их вслух, и они станут твоими.
- А как их зовут? Как мне позвать их?
Ее глаза были устремлены на Цузуки.
- Скоро, в один прекрасный день, они откроются тебе. Когда настанет время, они будут твоими по праву.
Мальчик был недоволен.
- Но я хочу друга сейчас, - он посмотрел на Цузуки. – Вы будете моим другом?
- Асато! Не будь таким невоспитанным!
- Он вовсе не невоспитанный, - Цузуки ласково улыбнулся ему. – Я бы хотел стать твоим другом, но я слишком далеко живу. Но у тебя есть мама и сестра. Они будут заботиться о тебе, и ты должен заботиться о них как можно лучше. Они твоя семья. Они твоя плоть и кровь. Иметь друзей – это очень хорошо, но ты никогда не должен забывать свою семью. Обещай мне никогда не забывать их.
«Как это сделал я...»
-Хорошо, - мальчик протянул мизинец, - дай обещание на мизинце.
Цузуки моргнул, не поняв сразу.
- А, ясно. Обещание на мизинце.
Он наклонился, протянул свой мизинец и понял, что на руках у него бархатные перчатки с металлическими пряжками.
- Я обещаю никогда не забывать мою семью, - мальчик сцепил свой маленький пальчик со значительно большего размера пальцем Цузуки. – Я обещаю это вам… Как вас зовут?
- Меня? – это прозвучало как заглушенный вскрик. – О, имя - это неважно.
- Но у каждого есть имя, - мальчик взглянул на мать, ища подтверждение. - Как его зовут, мама?
- Если он предпочитает держать свое имя в тайне, мы должны уважать его желание. Некоторые имена чересчур священные, чтобы их называть вслух смертным.
- Но все должно иметь имя, - мальчик нахмурился. – Я дам вам имя! Вы будете Гёкуто-сама!
-Гёкуто-сама? – Цузуки засмеялся и почесал затылок. – Что это за имя?
- Вы навестили меня, когда луна была полной. Вы пришли, когда я звал Гёкуто-сама. Поэтому это ваше имя!
- Но настоящий Гёкуто-сама живет на луне. Лучше сначала посоветоваться с ним, нэ? Ему может не понравиться, что кто-то еще использует его имя.
Мальчик посмотрел на луну и сжал руку Цузуки.
- Все хорошо. Я ни за кем не пришел.
Постепенно ее напряжение спало.
- Я не узнала вас, господин, - она опустила голову. – Спасибо вам за то, что вы снова оставили без внимания мой скромный дом. Когда мы встретились впервые, я хотела умереть, но теперь у меня есть цель жизни.
Она потрепала мальчика по плечу.
- Взгляни, Асато. Посмотри, кто пришел на наш зов.
Мальчик поднял голову. Взлохмаченные темные волосы упали на большие глаза глубокого фиолетового оттенка. Какой милый, подумал Цузуки, и тут же почувствовал себя виноватым. Неудобно как-то восхищаться самим собой.
- Привет. Как тебя зовут? – Цузуки опустился на колени рядом с мальчиком.
-Асато, - взгляд мальчика был пристальным не по годам. – Вы пришли с луны, чтобы увидеть меня?
Цузуки рассмеялся.
- Нет, нет. Это место гораздо дальше луны.
- Посмотри на его глаза, - посоветовала мать. – Какого они цвета?
Мальчик вывернулся из рук матери и встал перед Цузуки. Он немного покачнулся, и Цузуки, протянув руку, поддержал его.
- Фиолетовые! – пухлые пальчики ткнули Цузуки в щеку, едва не задев глаз. – У вас фиолетовые глаза, как у меня! Там, где вы живете, у всех такие?
- Нет, только у меня, - Цузуки изо всех сил старался улыбнуться. – Как и у тебя.
- Люди обзывают вас разными плохими словами из-за ваших глаз, как меня?
- Да. Но это было очень давно.
- И что вы сделали? Как вы заставили их перестать?
- Я… - Цузуки отвернулся, на него было больно смотреть, - я никогда не мог ничего сделать.
- Ох, - мальчик нахмурился, ему было так легко посочувствовать Цузуки.
-Асато, вернись. Нельзя задавать столько вопросов, это невежливо, - мать обняла его, яростно защищая. А Цузуки сказала:
- Я знаю, как сильно он страдает из-за своей непохожести на других. Но я люблю его больше жизни. Пусть лучше он терпит их насмешки, чем исчезнет из моей жизни. Я понимаю, как дико это звучит. Кто сказал, что любовь матери самоотверженна? Моя любовь эгоистична до глубины души.
Эгоистичная. Это последнее слово, которое Цузуки употребил бы, чтобы описать свою мать. В его воспоминаниях она была почти святой: терпеливая, добрая, любящая, мудрая. Он не помнил отблесков страха в ее глазах, дрожи отчаяния в ее голосе, трепета ласкающих его голову пальцев…
Видеть свою мать беспомощной молодой вдовой, сжимающей изо всех сил в объятиях своих детей…
Он встал и отвернулся. Слишком больно видеть ее такой.
- Асато мое самое большое сокровище. Бесплодная земля становится плодородной, когда он прикладывает к ней руки. Умирающие растения оживают, когда он к ним прикасается. Сад, который вы здесь видите -полностью его творение. Благодаря цветам, фруктам и овощам, которыми он нас снабжает, мы никогда не будем голодать.
Она ласкала волосы мальчика.
- Даже запятнанный моим грехом, он благословляет нас. Ты хороший мальчик, Асато. Слишком хороший для такой матери, как я. Я знаю, ты справишься с испытаниями. Как и твои растения, ты будешь процветать и добьешься успеха.
Цузуки понимал – страдал не только он один. Вся семья была подвергнута остракизму. Вдова, живущая отдельно от семьи мужа – в те времена это считалось крайне неприличным. Оскорбления деревенских детей были лишь отражением предрассудков их родителей.
Цузуки закусил губу и опустил голову.
- Вы не должны так говорить о себе. Вы самая лучшая мать для него. Это же ясно… он так любит вас. И пока вы любите его в ответ, ему больше ничего не нужно.
- Благодарю вас, - она низко склонилась перед ним. – Благодаря вам он есть в моей жизни. Спасибо, что откликнулись на мои молитвы. Может быть, он придется вам по душе.
- Хм… Но я ничего не сделал… - он отметил удивление на ее лице.
- Вы слишком скромны, господин. Если… - она выглядела смущенной. – Простите меня. Я не хотела подвергнуть сомнению вашу силу Бога Смерти. Она грозна и разрушительна.
- Не для всех, - Цузуки покачал головой. Кем, по ее мнению, он был? Ситуация становилась слишком странной – словами не выразишь. Лучше всего подыграть.
- Он... он мне очень нравится, - он улыбнулся мальчику. – Не верь тому, что они говорят о тебе. Глупо судить о ком-либо, исходя из чужой точки зрения.
Образ Мураки с его искусственным глазом промелькнул в сознании.
- Внешний вид не важен. Важно то, что в сердце, то, как ты относишься к другим людям – это самое главное в жизни. Не обращай внимания на этих хулиганов. Игнорируй их. Не верь их словам.
- Ладно, - сказал мальчик, - я сделаю все возможное.
- Вот и хорошо, - улыбнулся Цузуки, но для него самого эти слова звучали бессмыслицей. Игнорировать хулиганов! Как будто это так просто.
- Они преследуют тебя, потому что знают – им никогда не сравниться с тобой. Ты – лучик света во тьме этого жестокого мира.
Женщина поцеловала мальчика в лоб.
- Ты слишком хорош для них. Настанет время, и небеса станут твоей площадкой для игр, и четыре небесных хранителя будут твоими покровителями. Те, кто когда-то издевался над тобой, будут пребывать в страхе перед твоей силой. Когда этот день придет, Асато, ты никого не будешь бояться.
Цузуки был взволнован ее понимающей улыбкой. Его мать никак не могла знать его будущее – она умерла задолго до того, как он стал шинигами. Нет, это была не та мать, которую он помнил…
Весь этот сон, должно быть, дело Мураки. Он однажды сказал, что может проникать в его подсознание. Этот сон - уловка, призванная выбить его из колеи ложными воспоминаниями о прошлом.
Но возможность видеть свою семью, настоящую, живую, была слишком драгоценной, чтобы отказаться от нее. Он не мог отвергнуть свою мечту. Не сейчас.
- У меня будут друзья? – с надеждой спросил мальчик.
- Много-много друзей. Взгляни, - она приподняла его подбородок. – Взгляни на звезды вокруг луны. Они разбросаны по всему небосклону, их слишком много, чтобы увидеть все. Сидя на небе, великие духи наблюдают за тобой. Они ждут, когда ты призовешь их.
- Но они так далеко. Смогут ли они услышать меня?
- Они всемогущи – конечно, смогут. Но ты должен назвать их по имени, их имена дадут тебе власть над ними. Назови их вслух, и они станут твоими.
- А как их зовут? Как мне позвать их?
Ее глаза были устремлены на Цузуки.
- Скоро, в один прекрасный день, они откроются тебе. Когда настанет время, они будут твоими по праву.
Мальчик был недоволен.
- Но я хочу друга сейчас, - он посмотрел на Цузуки. – Вы будете моим другом?
- Асато! Не будь таким невоспитанным!
- Он вовсе не невоспитанный, - Цузуки ласково улыбнулся ему. – Я бы хотел стать твоим другом, но я слишком далеко живу. Но у тебя есть мама и сестра. Они будут заботиться о тебе, и ты должен заботиться о них как можно лучше. Они твоя семья. Они твоя плоть и кровь. Иметь друзей – это очень хорошо, но ты никогда не должен забывать свою семью. Обещай мне никогда не забывать их.
«Как это сделал я...»
-Хорошо, - мальчик протянул мизинец, - дай обещание на мизинце.
Цузуки моргнул, не поняв сразу.
- А, ясно. Обещание на мизинце.
Он наклонился, протянул свой мизинец и понял, что на руках у него бархатные перчатки с металлическими пряжками.
- Я обещаю никогда не забывать мою семью, - мальчик сцепил свой маленький пальчик со значительно большего размера пальцем Цузуки. – Я обещаю это вам… Как вас зовут?
- Меня? – это прозвучало как заглушенный вскрик. – О, имя - это неважно.
- Но у каждого есть имя, - мальчик взглянул на мать, ища подтверждение. - Как его зовут, мама?
- Если он предпочитает держать свое имя в тайне, мы должны уважать его желание. Некоторые имена чересчур священные, чтобы их называть вслух смертным.
- Но все должно иметь имя, - мальчик нахмурился. – Я дам вам имя! Вы будете Гёкуто-сама!
-Гёкуто-сама? – Цузуки засмеялся и почесал затылок. – Что это за имя?
- Вы навестили меня, когда луна была полной. Вы пришли, когда я звал Гёкуто-сама. Поэтому это ваше имя!
- Но настоящий Гёкуто-сама живет на луне. Лучше сначала посоветоваться с ним, нэ? Ему может не понравиться, что кто-то еще использует его имя.
Мальчик посмотрел на луну и сжал руку Цузуки.
2012-01-30 в 14:48
- Смотрите! Смотрите! Гёкуто-сама, луна!
Золотое сияние исчезло - прозрачный красноватый туман окутал луну. Будто существо, сосущее кровь, он увеличивался в размерах. Звезды, роящиеся вокруг, образовали двенадцать серебристых закрученных нитей. Затем они превратились в какие-то знаки, выделяющиеся на темном бархате ночного неба.
Сначала искусственный глаз Мураки, внезапно возникший перед его внутренним взором… а теперь и на небесах для всеобщего обозрения. В каждом сне - этот зловещий символ, преследующий его всюду.
- Живые слова… - пробормотала женщина.
Цузуки сжал кулаки.
- Не смотрите. Это ничего не значит.
- Это не так, - сказала женщина. – Ничего не значит для простых смертных, но для тех, кто умеет видеть… Асато, это послание небес. Гляди внимательно и постарайся все запомнить. Это знак великой судьбы, которая тебя ждет!
- Нет, нет! – Цузуки повернулся к ней. – Это проклятие демона! Это контракт! Это… это…
Он покачал головой и в ярости обернулся.
-Мураки! Мураки!
-Мама, кто это - Мураки?
- Молчи. Это может быть священное заклинание. Мы не должны повторять его без разрешения.
- Выйди и объяснись, черт возьми! Я знаю, что ты здесь! Мураки!
Лежащая на коленях матери девочка проснулась и терла глаза.
- Что за шум?- она села, увидев Цузуки. – Мамочка, кто этот мужчина?
- Ты можешь его не помнить. Он посетил нас после смерти отца.
- Его зовут Гёкуто-сама, - гордо сказал сестре мальчик. – Он прилетел с луны ко мне в гости.
Кусты роз вокруг них зашумели, точно потревоженные воображаемым ветром. Бутоны распускались, обращенные к луне, окружая их приторным ароматом; тишина царила вокруг.
- Не нужны мне твои цветы! И подарки твои не нужны! – Цузуки сорвал перчатки и бросил их на землю. – Выходи! Что все это значит?
Один из бутонов повернулся к нему; Цузуки оборвал лепестки. В его кулаке они почернели и превратились в пепел.
- И кто теперь прячется? Кто, как трус, боится показать свое лицо?
Цузуки разжал пальцы, выронив лепестки. Там, где они падали на землю, моментально появлялись крошечные зеленые побеги. Внезапно земля под его ногами задрожала. Дети в ужасе закричали.
- Землетрясение! Землетрясение! Ложитесь на землю! – закричала мать.
Неровные линии пересекли поверхность луны, формой напомнив Цузуки яйцо. Что-то рвалось наружу…
Цузуки выхватил фуду барьера и подал его женщине.
- Оставайтесь там! Это защитит вас!
Она взглянула на фуду, потом на него.
-Что это?
Но было слишком поздно.
Цузуки уже взлетел с легкостью парящей птицы.
-Хороший момент ты выбрал, чтобы обнаружить себя! Какой могущественный демон побуждает тебя делать за него всю грязную работу?
-Сейчасссс! – голос шел отовсюду, резкий и пронзительный, как у девчонки. – Сейчассссс! Сейчассссссс!
- Кто это? Кто там?
- Сейчассс! Сейчассссс! Сей- часссс! Сей-часссс!!
Голос не был похож на человеческий; Цузуки никогда прежде не слышал ничего подобного.
- Сейчас что? Что значит – сейчас?
Что-то тяжелое придавило его грудь, затрудняя дыхание. Ослепительно - белый свет струился из лунной трещины. Цузуки зажмурился, но от света не было спасения – он пронзал темноту, проникал сквозь веки, причиняя глазам острую боль.
Цузуки вскрикнул и закрыл ладонями лицо.
Пронзительный вой и боль в оцарапанных пальцах заставили его открыть глаза.
Развалившись у него на груди с царственным высокомерием, подняв одну из передних лап, чтобы защититься, сверху вниз на него смотрел темно-серый котенок Мураки.
-Мя-ууууу!
Цузуки моргнул. Он находился в спальне Мураки. Слабый свет пробивался сквозь занавески. Снова утро…
Черт. Быть так близко к тому, чтобы увидеть демона… он был уверен в этом. Единственный из ночных кошмаров, который не хотелось прерывать.
- Ты… - он бросил взгляд в сторону. Мураки лежал на спине, закрыв глаза, серебристые волосы небрежно падают со лба. Странно. Мог ли спящий повлиять на его сон?
-Мяу-ууу! – кот ударил длинным хвостом по его груди.
- Что такое? В чем дело?
Довольный тем, что привлек внимание Цузуки, котенок спрыгнул с него, приземлившись около головы Мураки. Он лизнул рубиновую серьгу, затем сел, явно чего-то ожидая. Так ничего и не дождавшись, громко мяукнул.
Цузуки сел.
- Ты хочешь, чтобы я его разбудил?
Котенок отошел, так, чтобы Цузуки мог увидеть.
Пятна засохшей крови покрывали простыни, плечо и ключицу Мураки. Рана от укуса опять открылась; медленно сочилась кровь.
Сердце Цузуки упало. Должно быть, это случилось ночью.
Металлический браслет был пустым и холодным на ощупь. Без силы Бьякко он был бесполезным. Он осмотрел раненую ладонь Мураки. К его облегчению, там все было в порядке.
- Твой демон бесполезен. Он тебе не поможет. Ты даже не вызвал его. Твой контракт ничего не стоит, и ты глуп, если поддерживаешь его.
Кот выл и хлестал хвостом по бокам.
- И чего ты хочешь от меня?
Кот наклонился и лизнул кровоточащую рану.
- Эй!
Кот зашипел, встал на задние лапы и оцарапал руку Цузуки. Спрыгнул на пол и опять зашипел.
- Он уже достаточно ослаб. Все это время он поддерживал твою жизнь, и как ты ему отплатил?
Котенок посмотрел на него, облизнул свою лапу и начал умываться. Мураки спал в счастливом неведении.
Разговаривать с котом – он, должно быть, сошел с ума. Но, похоже, тот понимает его. С опозданием до Цузуки дошло – возможно, он по-своему, по-кошачьи, пытался помочь Мураки.
Но Мураки был человеком. Ему необходимы бинты, дезинфицирующие средства … возможно, рану следует зашить. Вещи, о которых Цузуки не имеет понятия.
- Врач, - пробормотал Цузуки, - вот что. Я доставлю его к врачу.
Золотое сияние исчезло - прозрачный красноватый туман окутал луну. Будто существо, сосущее кровь, он увеличивался в размерах. Звезды, роящиеся вокруг, образовали двенадцать серебристых закрученных нитей. Затем они превратились в какие-то знаки, выделяющиеся на темном бархате ночного неба.
Сначала искусственный глаз Мураки, внезапно возникший перед его внутренним взором… а теперь и на небесах для всеобщего обозрения. В каждом сне - этот зловещий символ, преследующий его всюду.
- Живые слова… - пробормотала женщина.
Цузуки сжал кулаки.
- Не смотрите. Это ничего не значит.
- Это не так, - сказала женщина. – Ничего не значит для простых смертных, но для тех, кто умеет видеть… Асато, это послание небес. Гляди внимательно и постарайся все запомнить. Это знак великой судьбы, которая тебя ждет!
- Нет, нет! – Цузуки повернулся к ней. – Это проклятие демона! Это контракт! Это… это…
Он покачал головой и в ярости обернулся.
-Мураки! Мураки!
-Мама, кто это - Мураки?
- Молчи. Это может быть священное заклинание. Мы не должны повторять его без разрешения.
- Выйди и объяснись, черт возьми! Я знаю, что ты здесь! Мураки!
Лежащая на коленях матери девочка проснулась и терла глаза.
- Что за шум?- она села, увидев Цузуки. – Мамочка, кто этот мужчина?
- Ты можешь его не помнить. Он посетил нас после смерти отца.
- Его зовут Гёкуто-сама, - гордо сказал сестре мальчик. – Он прилетел с луны ко мне в гости.
Кусты роз вокруг них зашумели, точно потревоженные воображаемым ветром. Бутоны распускались, обращенные к луне, окружая их приторным ароматом; тишина царила вокруг.
- Не нужны мне твои цветы! И подарки твои не нужны! – Цузуки сорвал перчатки и бросил их на землю. – Выходи! Что все это значит?
Один из бутонов повернулся к нему; Цузуки оборвал лепестки. В его кулаке они почернели и превратились в пепел.
- И кто теперь прячется? Кто, как трус, боится показать свое лицо?
Цузуки разжал пальцы, выронив лепестки. Там, где они падали на землю, моментально появлялись крошечные зеленые побеги. Внезапно земля под его ногами задрожала. Дети в ужасе закричали.
- Землетрясение! Землетрясение! Ложитесь на землю! – закричала мать.
Неровные линии пересекли поверхность луны, формой напомнив Цузуки яйцо. Что-то рвалось наружу…
Цузуки выхватил фуду барьера и подал его женщине.
- Оставайтесь там! Это защитит вас!
Она взглянула на фуду, потом на него.
-Что это?
Но было слишком поздно.
Цузуки уже взлетел с легкостью парящей птицы.
-Хороший момент ты выбрал, чтобы обнаружить себя! Какой могущественный демон побуждает тебя делать за него всю грязную работу?
-Сейчасссс! – голос шел отовсюду, резкий и пронзительный, как у девчонки. – Сейчассссс! Сейчассссссс!
- Кто это? Кто там?
- Сейчассс! Сейчассссс! Сей- часссс! Сей-часссс!!
Голос не был похож на человеческий; Цузуки никогда прежде не слышал ничего подобного.
- Сейчас что? Что значит – сейчас?
Что-то тяжелое придавило его грудь, затрудняя дыхание. Ослепительно - белый свет струился из лунной трещины. Цузуки зажмурился, но от света не было спасения – он пронзал темноту, проникал сквозь веки, причиняя глазам острую боль.
Цузуки вскрикнул и закрыл ладонями лицо.
Пронзительный вой и боль в оцарапанных пальцах заставили его открыть глаза.
Развалившись у него на груди с царственным высокомерием, подняв одну из передних лап, чтобы защититься, сверху вниз на него смотрел темно-серый котенок Мураки.
-Мя-ууууу!
Цузуки моргнул. Он находился в спальне Мураки. Слабый свет пробивался сквозь занавески. Снова утро…
Черт. Быть так близко к тому, чтобы увидеть демона… он был уверен в этом. Единственный из ночных кошмаров, который не хотелось прерывать.
- Ты… - он бросил взгляд в сторону. Мураки лежал на спине, закрыв глаза, серебристые волосы небрежно падают со лба. Странно. Мог ли спящий повлиять на его сон?
-Мяу-ууу! – кот ударил длинным хвостом по его груди.
- Что такое? В чем дело?
Довольный тем, что привлек внимание Цузуки, котенок спрыгнул с него, приземлившись около головы Мураки. Он лизнул рубиновую серьгу, затем сел, явно чего-то ожидая. Так ничего и не дождавшись, громко мяукнул.
Цузуки сел.
- Ты хочешь, чтобы я его разбудил?
Котенок отошел, так, чтобы Цузуки мог увидеть.
Пятна засохшей крови покрывали простыни, плечо и ключицу Мураки. Рана от укуса опять открылась; медленно сочилась кровь.
Сердце Цузуки упало. Должно быть, это случилось ночью.
Металлический браслет был пустым и холодным на ощупь. Без силы Бьякко он был бесполезным. Он осмотрел раненую ладонь Мураки. К его облегчению, там все было в порядке.
- Твой демон бесполезен. Он тебе не поможет. Ты даже не вызвал его. Твой контракт ничего не стоит, и ты глуп, если поддерживаешь его.
Кот выл и хлестал хвостом по бокам.
- И чего ты хочешь от меня?
Кот наклонился и лизнул кровоточащую рану.
- Эй!
Кот зашипел, встал на задние лапы и оцарапал руку Цузуки. Спрыгнул на пол и опять зашипел.
- Он уже достаточно ослаб. Все это время он поддерживал твою жизнь, и как ты ему отплатил?
Котенок посмотрел на него, облизнул свою лапу и начал умываться. Мураки спал в счастливом неведении.
Разговаривать с котом – он, должно быть, сошел с ума. Но, похоже, тот понимает его. С опозданием до Цузуки дошло – возможно, он по-своему, по-кошачьи, пытался помочь Мураки.
Но Мураки был человеком. Ему необходимы бинты, дезинфицирующие средства … возможно, рану следует зашить. Вещи, о которых Цузуки не имеет понятия.
- Врач, - пробормотал Цузуки, - вот что. Я доставлю его к врачу.
2012-01-30 в 14:49
Котенок прыгнул на кровать, в этот раз держа в пасти зажигалку. Он потерся мордочкой о зажигалку, затем лизнул серьгу. Проделав это трижды, сел и стал ждать.
Рубин светился красным, затем свет моргнул. Рана продолжала сочиться…
Цузуки моргнул. Энергия переноса в действии…
Котенок повторил свои действия. Он как бы переносил энергию на серьгу, не прикасаясь непосредственно к ране. С трудом удерживая зажигалку в лапах, он старался избежать прямого контакта между ней и кожей Мураки.
Так почему бы и Мураки не поглощать элементарную энергию Огня напрямую? Может быть…
Цузуки, задумавшись, закусил губу. Конечно!
Известно, что Огонь плавит Металл. Законы материального мира находили свое отражение в магии. Не удивительно, что кот так осторожничал с зажигалкой. Он явно понимал, что к чему…
Прошлой ночью Мураки доказал, что в нем преобладает энергия Металла. Белый цвет ассоциировался с Металлом и с Бьякко, Богом Металла и Ветра. Пристрастие Мураки к белой одежде и бледный цвет его лица были физическим отражением силы, носителем которой он был. Подаренные им бархатные перчатки были с металлическими пряжками. И из всех подарков Цузуки он выбрал металлический браслет – подтверждение его зависимости от этой стихии.
Но как энергия Огня связана с рубиновыми серьгами? Рубин и Огонь роднит только цвет. Рубин всего лишь драгоценный камень земного происхождения.
Однако Мураки нуждался в Металле для возмещения растраченной энергии. В Нагасаки он израсходовал ее слишком много… Особенно во время боя с Саагатанусом.
Цузуки коснулся волос Мураки, осторожно перебирая серебряные пряди. Гораздо легче прикасаться к нему, когда он спит, когда не проявляется его властная натура.
- Я никогда не просил тебя поделиться энергией, - прошептал он. - Никогда. Я был единственным, кто отверг тебя.
«Я просто подпитываю то, что дремлет внутри тебя».
Подпитывая, пополняя меня энергией Металла… ты добился, чтобы я генерировал Воду для атаки…
Цузуки резко выдохнул. Пополняя! Вот оно!
Не контроль – поддержка! Мураки намекал на это все время, а он совершенно упустил это из виду.
Он знал, что все в мире взаимосвязано – один элемент питает другой. Постоянно обновляя друг друга, эти элементы обеспечивают выживание всех живых существ. Это круговорот, цикл – Огонь питает Землю, одновременно очищая ее, Земля питает Металл в глубине своих скал … а Металл в виде растворимых минералов обогащает Воду, текущую с гор к морю.
Огонь. Земля. Металл…
Именно это проделывает сейчас котенок, только с элементарной энергией! Энергия течет от Огня (зажигалка) к Земле (рубин) и затем к зависящему от энергии Металла Мураки – все по законам цикла.
Так не поэтому ли он носит рубиновые серьги? Чтобы питать Землю, дремлющую внутри, и генерировать необходимый ему Металл?
Кот мяукнул и потерся головой о руку Цузуки, но тот был чересчур ошеломлен, чтобы почесать его за ушком в ответ.
Генерация элементарной энергии. Идея была шокирующей, потрясающей. Процесс воспроизводства элементов происходит в природе постоянно. Но воспроизводство элементарной энергии ... это же запрещенное знание… разве не так?
Первичный курс обучения шинигами под руководством шефа Коноэ включал изучение опасности, проистекающей от получения одного вида элементарной энергии посредством другой. Существа чисто энергетические – шикигами, демоны – не производили новые виды энергии. Они имели дело с одним видом энергии, чтобы свести к минимуму хаос, главный враг всех духов. Неупорядоченная энергия была потерянной, так как не могла быть использована снова. По этой же причине и шинигами никогда не создавали новые виды энергии. Хотя они бывали совместимы с одним- двумя ее видами, они никогда не знали, как создать новые – им было разрешено только пользоваться выбранными типами для достижения своих целей.
Превращение одного вида элементарной энергии в другой значительно повышало уровень неупорядоченности во Вселенной. Энтропия ускорялась, приводя к хаосу – смерти для всего мира, как материального, так и нематериального.
Генерация элементарной энергии была абсолютным табу.
Цузуки вылез из постели и прошелся по комнате. Если он прав, то все гораздо серьезней, чем он мог себе представить.
Кем же был Мураки? Он все-таки оставался частью материального мира, разве не так? Человек, который знал, как преобразовывать элементарную энергию … и нуждающийся в ней, чтобы жить.
Цузуки усмехнулся. Кого он пытается обмануть? Ни один человек не способен на это. Да и ни один демон не осмелится.
В смятении он подошел к окну и раздвинул шторы. Раннее утреннее солнце сияло над Нагасаки. Небо было чистым, море блестело вдали. День обещал быть прекрасным.
- Что я должен с ним делать?- Цузуки закрыл лицо руками. – Что мне делать?
Он должен остановить Мураки, но как?
Рубин светился красным, затем свет моргнул. Рана продолжала сочиться…
Цузуки моргнул. Энергия переноса в действии…
Котенок повторил свои действия. Он как бы переносил энергию на серьгу, не прикасаясь непосредственно к ране. С трудом удерживая зажигалку в лапах, он старался избежать прямого контакта между ней и кожей Мураки.
Так почему бы и Мураки не поглощать элементарную энергию Огня напрямую? Может быть…
Цузуки, задумавшись, закусил губу. Конечно!
Известно, что Огонь плавит Металл. Законы материального мира находили свое отражение в магии. Не удивительно, что кот так осторожничал с зажигалкой. Он явно понимал, что к чему…
Прошлой ночью Мураки доказал, что в нем преобладает энергия Металла. Белый цвет ассоциировался с Металлом и с Бьякко, Богом Металла и Ветра. Пристрастие Мураки к белой одежде и бледный цвет его лица были физическим отражением силы, носителем которой он был. Подаренные им бархатные перчатки были с металлическими пряжками. И из всех подарков Цузуки он выбрал металлический браслет – подтверждение его зависимости от этой стихии.
Но как энергия Огня связана с рубиновыми серьгами? Рубин и Огонь роднит только цвет. Рубин всего лишь драгоценный камень земного происхождения.
Однако Мураки нуждался в Металле для возмещения растраченной энергии. В Нагасаки он израсходовал ее слишком много… Особенно во время боя с Саагатанусом.
Цузуки коснулся волос Мураки, осторожно перебирая серебряные пряди. Гораздо легче прикасаться к нему, когда он спит, когда не проявляется его властная натура.
- Я никогда не просил тебя поделиться энергией, - прошептал он. - Никогда. Я был единственным, кто отверг тебя.
«Я просто подпитываю то, что дремлет внутри тебя».
Подпитывая, пополняя меня энергией Металла… ты добился, чтобы я генерировал Воду для атаки…
Цузуки резко выдохнул. Пополняя! Вот оно!
Не контроль – поддержка! Мураки намекал на это все время, а он совершенно упустил это из виду.
Он знал, что все в мире взаимосвязано – один элемент питает другой. Постоянно обновляя друг друга, эти элементы обеспечивают выживание всех живых существ. Это круговорот, цикл – Огонь питает Землю, одновременно очищая ее, Земля питает Металл в глубине своих скал … а Металл в виде растворимых минералов обогащает Воду, текущую с гор к морю.
Огонь. Земля. Металл…
Именно это проделывает сейчас котенок, только с элементарной энергией! Энергия течет от Огня (зажигалка) к Земле (рубин) и затем к зависящему от энергии Металла Мураки – все по законам цикла.
Так не поэтому ли он носит рубиновые серьги? Чтобы питать Землю, дремлющую внутри, и генерировать необходимый ему Металл?
Кот мяукнул и потерся головой о руку Цузуки, но тот был чересчур ошеломлен, чтобы почесать его за ушком в ответ.
Генерация элементарной энергии. Идея была шокирующей, потрясающей. Процесс воспроизводства элементов происходит в природе постоянно. Но воспроизводство элементарной энергии ... это же запрещенное знание… разве не так?
Первичный курс обучения шинигами под руководством шефа Коноэ включал изучение опасности, проистекающей от получения одного вида элементарной энергии посредством другой. Существа чисто энергетические – шикигами, демоны – не производили новые виды энергии. Они имели дело с одним видом энергии, чтобы свести к минимуму хаос, главный враг всех духов. Неупорядоченная энергия была потерянной, так как не могла быть использована снова. По этой же причине и шинигами никогда не создавали новые виды энергии. Хотя они бывали совместимы с одним- двумя ее видами, они никогда не знали, как создать новые – им было разрешено только пользоваться выбранными типами для достижения своих целей.
Превращение одного вида элементарной энергии в другой значительно повышало уровень неупорядоченности во Вселенной. Энтропия ускорялась, приводя к хаосу – смерти для всего мира, как материального, так и нематериального.
Генерация элементарной энергии была абсолютным табу.
Цузуки вылез из постели и прошелся по комнате. Если он прав, то все гораздо серьезней, чем он мог себе представить.
Кем же был Мураки? Он все-таки оставался частью материального мира, разве не так? Человек, который знал, как преобразовывать элементарную энергию … и нуждающийся в ней, чтобы жить.
Цузуки усмехнулся. Кого он пытается обмануть? Ни один человек не способен на это. Да и ни один демон не осмелится.
В смятении он подошел к окну и раздвинул шторы. Раннее утреннее солнце сияло над Нагасаки. Небо было чистым, море блестело вдали. День обещал быть прекрасным.
- Что я должен с ним делать?- Цузуки закрыл лицо руками. – Что мне делать?
Он должен остановить Мураки, но как?
2012-01-30 в 14:49
Сцены их кровавого противостояния в Университете Шион промелькнули в его сознании, заставив его задрожать. Он яростно замотал головой. Нет, он не позволит этому случиться снова. Он так устал от убийств… Он хотел дарить жизнь, а не отнимать ее собственными руками. Кроме того, в ДжуОЧо еще не приняли решения относительно Мураки. Раз так, он должен жить.
Цузуки виновато взглянул на кровать, вспомнив нанесенную им рану на плече. Сейчас она не угрожала жизни, но в дальнейшем существовала опасность инфицирования раны и заражения крови. Излечение путем подпитки Металла энергией Земли станет почти обычной его работой, правда, связанной с запрещенными превращениями энергии… с возрастанием неупорядоченности Вселенной.
Но сейчас слишком поздно беспокоиться об этом. Это уже случилось во время битвы с Саагатанусом, когда энергия Металла перешла в энергию воды… вопиющий акт разрушения и хаоса, но у Цузуки не было сожалений. Он и сейчас не колебался бы ни секунды… Саагатанус не заслуживал ничего хорошего, тем более – его милости.
А чего заслуживает Мураки…
На секунду он ощутил покалывание между лопаток, затем оно исчезло.
Размышляя, Цузуки массировал плечо. В конце концов, вряд ли Металл Мураки очень редкий. Может, его энергия слишком слаба? Если так, то энергия Земли поможет лучше. Земля укрепит и приумножит силу Металла.
Если он передаст Мураки энергию Земли, они будут в расчете.
Он быстро прошел в гостиную и вернулся, разрывая в клочья упаковку ручки из оникса.
Котенок подвинулся, когда Цузуки присел на край кровати. Держа ручку в одной руке, он зажал рубиновую серьгу между большим и указательным пальцем другой руки. Все было готово.
Склонив голову, он произнес заклинание:
- Несокрушимый хранитель мудрости, мужественный защитник праведных, освободи энергию этого амулета.
Цузуки направил энергию оникса по своей руке, через плечи, потом в другую руку, и, через кончики пальцев – в рубин. Тотчас же камень начал светиться. Энергия впитывалась в него, как дождь в пересохшую землю.
Цузуки увеличил поток энергии, довольный тем, как быстро она поглощается. Сияние рубина окрасило высокие скулы и тонкие волосы Мураки в темно-красный цвет. Тот же оттенок, как у луны в его сне. Красный. Цвет жизни и страсти.
Мураки слегка нахмурился. Должно быть, почувствовал что -то… но этого недостаточно, чтобы проснуться. Хорошо.
Однако передать энергию от рубина самому Мураки оказалось непросто. Что-то препятствовало дальнейшему току энергии – барьер вроде тех, что он устанавливал с помощью своих фуд. Возможно, серьги служили резервуаром энергии, и использовать ее мог только владелец? Цузуки направил энергию в другую серьгу.
Рана не заживала.
Цузуки пригляделся к ране. Любое насилие Мураки никогда не причинит ему серьезного вреда, но одно мгновение гнева с его стороны оставило неизгладимый след на хрупком теле доктора. Напоминание о его жестокости.
Он вздрогнул, когда Мураки коснулся его щеки.
-Доброе утро, Цузуки-сан, - взгляд Мураки был сонным, веки отяжелели, как у спящего кота. Пальцы прошлись по шевелюре Цузуки, играя с тонкими волосами на затылке. – Как ты?
Удовольствие волной прокатилось вдоль позвоночника Цузуки.
- Со мной все хорошо… но рана на твоем плече открылась.
Мураки улыбнулся и повернул голову так, что кожа вокруг укусов натянулась, и снова выступила кровь.
- Ты знаешь, что делать. Возьми мою кровь. Испей ее.
Почему Мураки не беспокоит эта рана? А вдруг…
- Ты это сделал! Ты свел на нет действие энергии Металла! Почему?
Мураки приложил палец к его губам, заставив молчать.
- Я просто перенаправил энергию туда, где она нужнее.
Оба одновременно посмотрели вниз. Утренняя эрекция была восхитительной и говорила о полной готовности к действию.
- Ты с ума сошел, извращенец? Вот уж где тебе не требуется больше энергии!
- Как еще я могу тебе соответствовать? Твоя сексуальная выносливость превосходит все, с чем я сталкивался прежде.
- Мы вообще не должны это делать! Я тебе сто раз говорил – я не из-за этого здесь!
- Тише. Может, это и не нужно, но определенно весьма желанно, - Мураки вовлек его в долгий нежный поцелуй. – У тебя такой выразительный голос, Цузуки-сан, и прошлой ночью ты использовал это в полной мере. Каждое произносимое тобой слово… всякий раз, когда ты называл меня по имени… ты подливал масло в огонь моего желания. Когда ты просил меня продолжать, я и сам хотел одного – никогда не останавливаться.
- Я… я был пьян тогда… - он знал, что лжет - голова не болела, как это бывает с похмелья. Требовалось гораздо больше одной бутылки вина, чтобы он слегка захмелел, тем более – опьянел.
- Пьян от вожделения, - поддразнил его Мураки. – Как и я. Но есть вещи еще более опьяняющие.
Он попытался подтолкнуть Цузуки к своему плечу.
- Пей. Когда ты выпьешь, то поймешь.
- Прекрати! – Цузуки прикоснулся к одной из рубиновых сережек. – Ты никогда не снимаешь их, так? Когда ты впервые надел их?
- Довольно давно. Я подумываю заменить их на аметисты, точно такого же оттенка, как твои прекрасные глаза.
Цузуки покраснел от удовольствия.
- Рубины более редкие и ценные. Они олицетворяют кровь Земли. К тому же идеально подходят для поддержания энергии Металла, которой ты обладаешь.
Мураки взглянул на котенка, сидящего на смятых простынях. Котенок вернул ему взгляд и занялся своим хвостом.
- Я передал энергию Земли Генбу твоим серьгам. Преврати ее в энергию Металла и залечи свою рану.
Ноздри Мураки гневно раздулись.
- Только моя энергия и интересует тебя! Теперь твоя очередь! – он схватил голову Цузуки и потянул ее вниз. – Пей!
Лицо Цузуки оказалось зажато в сгибе его плеча, как в ловушке. Холодная жидкость скользнула по его щеке и подбородку. Сладкий аромат человеческой плоти щекотал ноздри.
- Отпусти меня, ты… - остальные слова затерялись в шелковистых серебряных волосах.
- Почему ты сопротивляешься? Ты думаешь, что сможешь ускользнуть от меня? Мы теперь одно целое, и не можем повернуть назад. Отбрось остатки условностей, что связывают тебя. Тебя ждут открытия!
Цузуки слепо пошарил рукой по шее Мураки, затем по другой стороне его лица, пока не нащупал серьгу. Он сфокусировался на сохранении в ней Энергии Земли. Но сопротивление было слишком большим, и рубин начал нагреваться. Он ощутил это кончиками пальцев.
- Прими ее, - пробормотал он сквозь сжатые зубы. – Прими и излечи себя! Это приказ!
Мураки ухватился за затылок Цузуки.
- Тогда прими мою кровь. Выпей из меня. Только так мы сможем стать одним целым.
Ощущение покалывания между лопаток вернулось; оно было сильнее, чем прежде. Запах крови был повсюду, окружая, удушая его.
Он замотал головой, паникуя все больше.
- Довольно! – он толкнул Мураки в грудь, бесполезно корчась в попытке освободиться. Он не хотел больше ни энергии, ни крови, ни какой-либо иной сущности… ничего. Это Мураки необходимо нечто подобное, не ему. Он нащупал стоящий член Мураки. Выпить его досуха. Создать угрозу его жизни. Вынудить обратиться к Земле.
Мураки напрягся и оттянул голову Цузуки назад, вырвав с корнями его волосы.
- Мураки. – Цузуки сделал несколько глубоких вздохов. Запах крови все еще заполнял его ноздри. – Аххх…
Мураки был в ярости. Мочка его уха была вся в крови, рубин светился подобно лазеру.
- Что случилось…
Мураки резко сел и грубо швырнул Цузуки поперек кровати.
Котенок отпрыгнул в сторону, но недостаточно быстро. Они оба с грохотом свалились на пол.
- Ты смеешь отвергать меня? – зарычал Мураки. – Тогда я отвергаю тебя!
Цузуки выругался и открыл глаза. Мир бешено вращался вокруг него. Болела голова и нижняя часть спины – она приняла на себя основную тяжесть удара. Но, по крайней мере, покалывание уже не ощущалось. Что касается боли в спине, то он ее заслужил.
Чертов Мураки. Что за упертый ублюдок… Цузуки представил, как сжимаются пальцы вокруг его длинной бледной шеи и медленно выдавливают из него жизнь.
Жаль, он не мог этого сделать на самом деле. Это было бы нечестно, ведь Мураки не обладает способностями шинигами к восстановлению.
Кот вскарабкался на Цузуки и прыгнул на кровать. Он то выл, то шипел, бешено метя хвостом.
- Молчите! Однажды вы уже превысили свои полномочия! Разве я просил вас вмешиваться?
Кот в ответ завыл еще громче, протестуя.
Цузуки медленно поднялся на ноги, вытирая тыльной стороной ладони кровь Мураки со своей щеки. На кровати Мураки и котенок смотрели друг на друга. Рубин в окровавленной мочке продолжал светиться. Рана на плече блестела от крови… но по размеру была лишь частью прежней.
Так это правда. Регенерация элементарной энергии… и способность ускорять движение по нисходящей спирали к хаосу…
Человек он или нет, как может Мейфу игнорировать кого-либо, обладающего подобной силой?
Мураки, потянувшись, коснулся раны. Его губы скривились, когда он обнаружил, что она стала гораздо меньше.
- Убирайся! Стой на задних лапках перед Энма, как пес! Да ты и есть пес!
Цузуки склонил голову, безразличный к ярости Мураки. Он привык к резким сменам его настроения.
Цузуки виновато взглянул на кровать, вспомнив нанесенную им рану на плече. Сейчас она не угрожала жизни, но в дальнейшем существовала опасность инфицирования раны и заражения крови. Излечение путем подпитки Металла энергией Земли станет почти обычной его работой, правда, связанной с запрещенными превращениями энергии… с возрастанием неупорядоченности Вселенной.
Но сейчас слишком поздно беспокоиться об этом. Это уже случилось во время битвы с Саагатанусом, когда энергия Металла перешла в энергию воды… вопиющий акт разрушения и хаоса, но у Цузуки не было сожалений. Он и сейчас не колебался бы ни секунды… Саагатанус не заслуживал ничего хорошего, тем более – его милости.
А чего заслуживает Мураки…
На секунду он ощутил покалывание между лопаток, затем оно исчезло.
Размышляя, Цузуки массировал плечо. В конце концов, вряд ли Металл Мураки очень редкий. Может, его энергия слишком слаба? Если так, то энергия Земли поможет лучше. Земля укрепит и приумножит силу Металла.
Если он передаст Мураки энергию Земли, они будут в расчете.
Он быстро прошел в гостиную и вернулся, разрывая в клочья упаковку ручки из оникса.
Котенок подвинулся, когда Цузуки присел на край кровати. Держа ручку в одной руке, он зажал рубиновую серьгу между большим и указательным пальцем другой руки. Все было готово.
Склонив голову, он произнес заклинание:
- Несокрушимый хранитель мудрости, мужественный защитник праведных, освободи энергию этого амулета.
Цузуки направил энергию оникса по своей руке, через плечи, потом в другую руку, и, через кончики пальцев – в рубин. Тотчас же камень начал светиться. Энергия впитывалась в него, как дождь в пересохшую землю.
Цузуки увеличил поток энергии, довольный тем, как быстро она поглощается. Сияние рубина окрасило высокие скулы и тонкие волосы Мураки в темно-красный цвет. Тот же оттенок, как у луны в его сне. Красный. Цвет жизни и страсти.
Мураки слегка нахмурился. Должно быть, почувствовал что -то… но этого недостаточно, чтобы проснуться. Хорошо.
Однако передать энергию от рубина самому Мураки оказалось непросто. Что-то препятствовало дальнейшему току энергии – барьер вроде тех, что он устанавливал с помощью своих фуд. Возможно, серьги служили резервуаром энергии, и использовать ее мог только владелец? Цузуки направил энергию в другую серьгу.
Рана не заживала.
Цузуки пригляделся к ране. Любое насилие Мураки никогда не причинит ему серьезного вреда, но одно мгновение гнева с его стороны оставило неизгладимый след на хрупком теле доктора. Напоминание о его жестокости.
Он вздрогнул, когда Мураки коснулся его щеки.
-Доброе утро, Цузуки-сан, - взгляд Мураки был сонным, веки отяжелели, как у спящего кота. Пальцы прошлись по шевелюре Цузуки, играя с тонкими волосами на затылке. – Как ты?
Удовольствие волной прокатилось вдоль позвоночника Цузуки.
- Со мной все хорошо… но рана на твоем плече открылась.
Мураки улыбнулся и повернул голову так, что кожа вокруг укусов натянулась, и снова выступила кровь.
- Ты знаешь, что делать. Возьми мою кровь. Испей ее.
Почему Мураки не беспокоит эта рана? А вдруг…
- Ты это сделал! Ты свел на нет действие энергии Металла! Почему?
Мураки приложил палец к его губам, заставив молчать.
- Я просто перенаправил энергию туда, где она нужнее.
Оба одновременно посмотрели вниз. Утренняя эрекция была восхитительной и говорила о полной готовности к действию.
- Ты с ума сошел, извращенец? Вот уж где тебе не требуется больше энергии!
- Как еще я могу тебе соответствовать? Твоя сексуальная выносливость превосходит все, с чем я сталкивался прежде.
- Мы вообще не должны это делать! Я тебе сто раз говорил – я не из-за этого здесь!
- Тише. Может, это и не нужно, но определенно весьма желанно, - Мураки вовлек его в долгий нежный поцелуй. – У тебя такой выразительный голос, Цузуки-сан, и прошлой ночью ты использовал это в полной мере. Каждое произносимое тобой слово… всякий раз, когда ты называл меня по имени… ты подливал масло в огонь моего желания. Когда ты просил меня продолжать, я и сам хотел одного – никогда не останавливаться.
- Я… я был пьян тогда… - он знал, что лжет - голова не болела, как это бывает с похмелья. Требовалось гораздо больше одной бутылки вина, чтобы он слегка захмелел, тем более – опьянел.
- Пьян от вожделения, - поддразнил его Мураки. – Как и я. Но есть вещи еще более опьяняющие.
Он попытался подтолкнуть Цузуки к своему плечу.
- Пей. Когда ты выпьешь, то поймешь.
- Прекрати! – Цузуки прикоснулся к одной из рубиновых сережек. – Ты никогда не снимаешь их, так? Когда ты впервые надел их?
- Довольно давно. Я подумываю заменить их на аметисты, точно такого же оттенка, как твои прекрасные глаза.
Цузуки покраснел от удовольствия.
- Рубины более редкие и ценные. Они олицетворяют кровь Земли. К тому же идеально подходят для поддержания энергии Металла, которой ты обладаешь.
Мураки взглянул на котенка, сидящего на смятых простынях. Котенок вернул ему взгляд и занялся своим хвостом.
- Я передал энергию Земли Генбу твоим серьгам. Преврати ее в энергию Металла и залечи свою рану.
Ноздри Мураки гневно раздулись.
- Только моя энергия и интересует тебя! Теперь твоя очередь! – он схватил голову Цузуки и потянул ее вниз. – Пей!
Лицо Цузуки оказалось зажато в сгибе его плеча, как в ловушке. Холодная жидкость скользнула по его щеке и подбородку. Сладкий аромат человеческой плоти щекотал ноздри.
- Отпусти меня, ты… - остальные слова затерялись в шелковистых серебряных волосах.
- Почему ты сопротивляешься? Ты думаешь, что сможешь ускользнуть от меня? Мы теперь одно целое, и не можем повернуть назад. Отбрось остатки условностей, что связывают тебя. Тебя ждут открытия!
Цузуки слепо пошарил рукой по шее Мураки, затем по другой стороне его лица, пока не нащупал серьгу. Он сфокусировался на сохранении в ней Энергии Земли. Но сопротивление было слишком большим, и рубин начал нагреваться. Он ощутил это кончиками пальцев.
- Прими ее, - пробормотал он сквозь сжатые зубы. – Прими и излечи себя! Это приказ!
Мураки ухватился за затылок Цузуки.
- Тогда прими мою кровь. Выпей из меня. Только так мы сможем стать одним целым.
Ощущение покалывания между лопаток вернулось; оно было сильнее, чем прежде. Запах крови был повсюду, окружая, удушая его.
Он замотал головой, паникуя все больше.
- Довольно! – он толкнул Мураки в грудь, бесполезно корчась в попытке освободиться. Он не хотел больше ни энергии, ни крови, ни какой-либо иной сущности… ничего. Это Мураки необходимо нечто подобное, не ему. Он нащупал стоящий член Мураки. Выпить его досуха. Создать угрозу его жизни. Вынудить обратиться к Земле.
Мураки напрягся и оттянул голову Цузуки назад, вырвав с корнями его волосы.
- Мураки. – Цузуки сделал несколько глубоких вздохов. Запах крови все еще заполнял его ноздри. – Аххх…
Мураки был в ярости. Мочка его уха была вся в крови, рубин светился подобно лазеру.
- Что случилось…
Мураки резко сел и грубо швырнул Цузуки поперек кровати.
Котенок отпрыгнул в сторону, но недостаточно быстро. Они оба с грохотом свалились на пол.
- Ты смеешь отвергать меня? – зарычал Мураки. – Тогда я отвергаю тебя!
Цузуки выругался и открыл глаза. Мир бешено вращался вокруг него. Болела голова и нижняя часть спины – она приняла на себя основную тяжесть удара. Но, по крайней мере, покалывание уже не ощущалось. Что касается боли в спине, то он ее заслужил.
Чертов Мураки. Что за упертый ублюдок… Цузуки представил, как сжимаются пальцы вокруг его длинной бледной шеи и медленно выдавливают из него жизнь.
Жаль, он не мог этого сделать на самом деле. Это было бы нечестно, ведь Мураки не обладает способностями шинигами к восстановлению.
Кот вскарабкался на Цузуки и прыгнул на кровать. Он то выл, то шипел, бешено метя хвостом.
- Молчите! Однажды вы уже превысили свои полномочия! Разве я просил вас вмешиваться?
Кот в ответ завыл еще громче, протестуя.
Цузуки медленно поднялся на ноги, вытирая тыльной стороной ладони кровь Мураки со своей щеки. На кровати Мураки и котенок смотрели друг на друга. Рубин в окровавленной мочке продолжал светиться. Рана на плече блестела от крови… но по размеру была лишь частью прежней.
Так это правда. Регенерация элементарной энергии… и способность ускорять движение по нисходящей спирали к хаосу…
Человек он или нет, как может Мейфу игнорировать кого-либо, обладающего подобной силой?
Мураки, потянувшись, коснулся раны. Его губы скривились, когда он обнаружил, что она стала гораздо меньше.
- Убирайся! Стой на задних лапках перед Энма, как пес! Да ты и есть пес!
Цузуки склонил голову, безразличный к ярости Мураки. Он привык к резким сменам его настроения.
2012-01-30 в 14:50
- Хм… хорошо.
Он отправился искать свою одежду, а потом вспомнил – он уже отправил ее в Мейфу.
- Я… я в самом деле рад, что твоему плечу стало лучше. Если ты используешь энергию и второй серьги, я уверен, рана заживет полностью. Как и твоя мочка, - он весело ухмыльнулся. – Земля питает Металл, не так ли?
Выражение лица Мураки холодностью могло бы превратить воду в лед.
Цузуки остро осознавал свою наготу. Идиот! Уж лучше ходить в мокрой одежде, чем быть голым.
- Ты прав, я должен идти, а то есть у меня плохая привычка – опаздывать на работу. Позаботься о ране, ладно? Раз уж ты врач, то должен подавать хороший пример пациентам, заботясь о своем собственном здоровье.
Мураки вынул серьгу из кровоточащего уха. Когда он бросил ее на тумбочку, кот подскочил и начал слизывать кровь.
- Когда ты снова придешь?
Сердце Цузуки подпрыгнуло.
- Посмотрим, - он изо всех сил старался, чтобы его тон соответствовал отчужденному тону Мураки. – Ранним вечером, может быть, после обеда, если все будет тихо.
- Хорошо, - Мураки посмотрел ему в глаза, губы изогнулись в намеке на улыбку, - я буду ждать.
***
Придти на работу вовремя значило возбудить подозрения коллег, и Цузуки сначала пошел в лабораторию Ватари. Он нашел его перед компьютером, с 003 на плече.
- Привет, Цузуки! – помахал ему Ватари. – Я тут более детально
изучаю цифры в твоей анаграмме.
- Хорошо. Обнаружил что-нибудь?
- Помнишь, я говорил, что нумерология была очень важна для ранних христиан? Так вот, я обнаружил, что она была важна и для составителей Библии. Многие числа, всплывающие снова и снова, имеют глубокий символический смысл. Возможно, это относится и к твоей анаграмме. Ее цифры относятся к временам Римской Империи, как и латынь, она того же периода. Так что, используя нумерологию того времени, я, возможно, смогу объяснить смысл анаграммы!
- Цифры, имеющие значение… ты думаешь, это возможно?
- А почему нет? Демоны используют все древние знаки для своих печатей. Они ссылаются на многие культуры, самые разные – чтобы показать, как хорошо они осведомлены. Они ведь природные позеры, любят порисоваться.
Цузуки продолжал расспрашивать.
- Как ты думаешь, демоны могут иметь отношение к тому, что мне снится?
- Это твои сны. Ты сам-то что об этом думаешь?
Когда Цузуки промолчал, Ватари добавил:
- Ты поэтому просил у меня на днях перечень демонов, нэ?
- Да, - Цузуки смущенно улыбнулся, - неужели меня так легко разгадать?
- Вовсе нет! – Ватари, усмехнувшись, хлопнул его по плечу, - просто я ученый, и мне свойственна наблюдательность.
Он открыл для Цузуки файл, чтобы тот прочитал.
- Я сравнил цифры в твоей анаграмме с базой данных по Библии. И посмотри, что я нашел по цифре три!
Цузуки подался вперед, чтобы лучше рассмотреть.
- Три… это Святой дух? – Он потянулся к мышке, чтобы открыть остальную часть документа, но Ватари его опередил.
- Да! В иудаизме и христианстве именно Святой Дух дает средства к существованию и обеспечивает комфорт, подобно архетипу Матери –Земли в древних культурах. Это связано с изобилием и щедростью, а также с продуктами питания. То же значение имеет Гимель, третья буква еврейского алфавита, - он указал на три волнистые линии на экране. – Они показывают богача, спешащего дать милостыню бедным, добровольно разделить свое богатство с ближними. Мило, не так ли? Видишь сходство?
Цузуки склонил голову, пытаясь найти его.
- Хм. Это выглядит так же здорово, как твои рисунки палкой.
Оба посмеялись над его остротой. Но в голове у Цузуки вертелось:
«Накорми меня. Покорми».
- Ватари… - он прочистил горло, внезапно став серьезным, - это не похоже ни на одного из демонов, которых я знаю.
- Мне он тоже незнаком, - погладил себя по подбородку Ватари, - но помни, демоны могут проявлять щедрость, когда чего-то очень сильно хотят. Так они и заманивают людей, чтобы заключить контракт, не правда ли?
- Правда. А что означает 22?
- Ага! Именно здесь начинается самое интересное, - кликнув пару раз мышкой, Ватари открыл другой файл. – 22-й и последней буквой еврейского алфавита является Тав – крест. Его ставили как клеймо на шею или бедро животного в знак принадлежности хозяину.
- Как печать, - голос Цузуки звучал ровно. Это не было вопросом.
- Точно! Печать и есть стилизованный опознавательный знак. В ней содержится информация о личности,границах ее власти… и некоторые указания на величие и долголетие.
Ватари пожал плечами в ответ на фырканье Цузуки.
- Это обычные атрибуты самоутверждения. Но когда я читал это, я задался вопросом, не является ли твоя анаграмма печатью. Печати использовались в Библии как способ защиты. Праведники отмечались печатью на лбу, чтобы защитить их от гнева Божия.
- Не только праведники, - добавил Цузуки. – Ты слышал о «Печати Каина»?
- Хм. Имя звучит знакомо, - Ватари потянулся к клавиатуре. – Дай-ка я посмотрю.
- В книге Бытия Каин, сын Адама, убил своего брата из ревности. Бог наказал Каина за это ужасное преступление, заклеймив его лоб печатью.
- О… - моргнул Ватари. – Оказывается, я не единственный, кто читает.
Он отправился искать свою одежду, а потом вспомнил – он уже отправил ее в Мейфу.
- Я… я в самом деле рад, что твоему плечу стало лучше. Если ты используешь энергию и второй серьги, я уверен, рана заживет полностью. Как и твоя мочка, - он весело ухмыльнулся. – Земля питает Металл, не так ли?
Выражение лица Мураки холодностью могло бы превратить воду в лед.
Цузуки остро осознавал свою наготу. Идиот! Уж лучше ходить в мокрой одежде, чем быть голым.
- Ты прав, я должен идти, а то есть у меня плохая привычка – опаздывать на работу. Позаботься о ране, ладно? Раз уж ты врач, то должен подавать хороший пример пациентам, заботясь о своем собственном здоровье.
Мураки вынул серьгу из кровоточащего уха. Когда он бросил ее на тумбочку, кот подскочил и начал слизывать кровь.
- Когда ты снова придешь?
Сердце Цузуки подпрыгнуло.
- Посмотрим, - он изо всех сил старался, чтобы его тон соответствовал отчужденному тону Мураки. – Ранним вечером, может быть, после обеда, если все будет тихо.
- Хорошо, - Мураки посмотрел ему в глаза, губы изогнулись в намеке на улыбку, - я буду ждать.
***
Придти на работу вовремя значило возбудить подозрения коллег, и Цузуки сначала пошел в лабораторию Ватари. Он нашел его перед компьютером, с 003 на плече.
- Привет, Цузуки! – помахал ему Ватари. – Я тут более детально
изучаю цифры в твоей анаграмме.
- Хорошо. Обнаружил что-нибудь?
- Помнишь, я говорил, что нумерология была очень важна для ранних христиан? Так вот, я обнаружил, что она была важна и для составителей Библии. Многие числа, всплывающие снова и снова, имеют глубокий символический смысл. Возможно, это относится и к твоей анаграмме. Ее цифры относятся к временам Римской Империи, как и латынь, она того же периода. Так что, используя нумерологию того времени, я, возможно, смогу объяснить смысл анаграммы!
- Цифры, имеющие значение… ты думаешь, это возможно?
- А почему нет? Демоны используют все древние знаки для своих печатей. Они ссылаются на многие культуры, самые разные – чтобы показать, как хорошо они осведомлены. Они ведь природные позеры, любят порисоваться.
Цузуки продолжал расспрашивать.
- Как ты думаешь, демоны могут иметь отношение к тому, что мне снится?
- Это твои сны. Ты сам-то что об этом думаешь?
Когда Цузуки промолчал, Ватари добавил:
- Ты поэтому просил у меня на днях перечень демонов, нэ?
- Да, - Цузуки смущенно улыбнулся, - неужели меня так легко разгадать?
- Вовсе нет! – Ватари, усмехнувшись, хлопнул его по плечу, - просто я ученый, и мне свойственна наблюдательность.
Он открыл для Цузуки файл, чтобы тот прочитал.
- Я сравнил цифры в твоей анаграмме с базой данных по Библии. И посмотри, что я нашел по цифре три!
Цузуки подался вперед, чтобы лучше рассмотреть.
- Три… это Святой дух? – Он потянулся к мышке, чтобы открыть остальную часть документа, но Ватари его опередил.
- Да! В иудаизме и христианстве именно Святой Дух дает средства к существованию и обеспечивает комфорт, подобно архетипу Матери –Земли в древних культурах. Это связано с изобилием и щедростью, а также с продуктами питания. То же значение имеет Гимель, третья буква еврейского алфавита, - он указал на три волнистые линии на экране. – Они показывают богача, спешащего дать милостыню бедным, добровольно разделить свое богатство с ближними. Мило, не так ли? Видишь сходство?
Цузуки склонил голову, пытаясь найти его.
- Хм. Это выглядит так же здорово, как твои рисунки палкой.
Оба посмеялись над его остротой. Но в голове у Цузуки вертелось:
«Накорми меня. Покорми».
- Ватари… - он прочистил горло, внезапно став серьезным, - это не похоже ни на одного из демонов, которых я знаю.
- Мне он тоже незнаком, - погладил себя по подбородку Ватари, - но помни, демоны могут проявлять щедрость, когда чего-то очень сильно хотят. Так они и заманивают людей, чтобы заключить контракт, не правда ли?
- Правда. А что означает 22?
- Ага! Именно здесь начинается самое интересное, - кликнув пару раз мышкой, Ватари открыл другой файл. – 22-й и последней буквой еврейского алфавита является Тав – крест. Его ставили как клеймо на шею или бедро животного в знак принадлежности хозяину.
- Как печать, - голос Цузуки звучал ровно. Это не было вопросом.
- Точно! Печать и есть стилизованный опознавательный знак. В ней содержится информация о личности,границах ее власти… и некоторые указания на величие и долголетие.
Ватари пожал плечами в ответ на фырканье Цузуки.
- Это обычные атрибуты самоутверждения. Но когда я читал это, я задался вопросом, не является ли твоя анаграмма печатью. Печати использовались в Библии как способ защиты. Праведники отмечались печатью на лбу, чтобы защитить их от гнева Божия.
- Не только праведники, - добавил Цузуки. – Ты слышал о «Печати Каина»?
- Хм. Имя звучит знакомо, - Ватари потянулся к клавиатуре. – Дай-ка я посмотрю.
- В книге Бытия Каин, сын Адама, убил своего брата из ревности. Бог наказал Каина за это ужасное преступление, заклеймив его лоб печатью.
- О… - моргнул Ватари. – Оказывается, я не единственный, кто читает.
2012-01-30 в 14:51
- Только несколько отрывков отсюда и оттуда. Было больше обычного душ, которые я должен был сопровождать, - Цузуки вынул Библию и положил ее на стол.
- Так вот где она была! Я думал, что потерял ее.
- Нет, это был я, - тихо сказал Цузуки. – Прости, что не предупредил тебя вчера, но я очень торопился.
- Никаких проблем для меня, - Ватари отложил книгу в сторону. – А вот у тебя могли возникнуть трудности. Я так волновался за тебя, боялся, что возникнут неприятности с Гушошином. Ты ведь знаешь, каким строгим он может быть. Ты плохо выглядел, когда уходил вчера. Как ты сейчас, получше?
- Гораздо лучше, - одними губами улыбнулся Цузуки, - нет причин волноваться.
- Однако все волновались. В последнее время ты сам не свой. Мы почти не видим тебя в отделе, а когда ты там, то кажется, что ты где-то витаешь. Бон пристал к Тацуми с расспросами, но тот молчит. Вчера шеф Коноэ метался целый день между нами и Судом Энмы Дай- 0, - Ватари оглянулся, затем склонился к Цузуки.
- Я слышал о Саагатанусе, - прошептал он, - он приходил к нему.
Цузуки застыл.
- Кто тебе сказал?
- Не беспокойся. Это не из наших. Другие шинигами ничего не знают.
- Тогда каким образом ты узнал?
Выражение лица Ватари стало лукавым.
- С тех пор, как люди начали сплетничать, ни один секрет не может оставаться таковым для меня надолго. Исследование – это искусство сбора информации, - он рассеянно гладил клавиатуру. – Это одна из моих специальностей.
003 ухнула и распушила крылья в знак согласия.
- Поэтому за помощью я в первую очередь обратился к тебе, - лицо Цузуки на мгновение стало задумчивым. - Несмотря на то, что львиную долю своего времени ты проводишь в лаборатории, ничто не ускользает от твоего внимания.
- Ну спасибо! Но, как тебе известно, изгнать демона – уже настоящий подвиг. А уж уничтожить его… это вообще чудо. Как тебе это удалось?
- Это не я.
- Ты слишком скромен. Кто, кроме тебя, способен на такое?
Цузуки помолчал немного.
- Энтропия, - пробормотал он себе под нос. - Хаос. Величайший убийца из всех.
- Энтропия? Хаос?- Ватари откинулся в кресле, глаза стали как блюдца. – Что ты скрывал от меня все это время? Ты никогда не интересовался моими научными исследованиями, и вдруг ссылаешься на второй закон термодинамики - в замкнутой системе мера неупорядоченности возрастает!
Он засмеялся и хлопнул Цузуки по спине, выводя его из задумчивости.
- Ты не тот Цузуки, которого я знаю! Что с тобой происходит в последнее время?
- Ничего особенного, - сумел слабо рассмеяться Цузуки, - действие энтропии простирается далеко за пределами материального мира. Мейфу и виртуальный мир Генсокай также подчиняются ему. Даже такому идиоту, как я, это известно.
Он взвешивал в уме, рискованно или нет рассказать Ватари больше. Ему нужен был кто-то благонадежный, имеющий доступ к информации, хранящейся в суперкомпьютере ДжуОЧо. Ватари подходил как нельзя лучше – с ним было гораздо легче иметь дело, чем с педантичными Гушошинами. Что до вероятности того, что Ватари проинформирует шефа Коноэ… придется пойти на этот риск. Разрушительный потенциал Мураки следует нейтрализовать до того, как он выйдет из-под контроля.
Он получил от администрации значительную свободу действий, но его поводок останется слабо натянутым лишь до тех пор, пока он остается в пределах досягаемости.
Цузуки коснулся расстегнутого ворота. Вроде бы все в порядке, но шея одеревенела.
- Ватари, ты знаешь, зачем был создан Генсокай? Почему шикигами решили жить в нем?
Ватари удивился.
- Конечно. Достижения науки и появление новых технологий в результате технической революции привели к тому, что люди сами стали нести ответственность за свою жизнь. Многие отказались от старых предрассудков и религиозных ритуалов – они больше не призывают шикигами для решения их проблем. Дети изучают физические законы Вселенной, а не зазубривают имена сотен духов. Шикигами, чувствуя себя лишними в современном мире, решили воссоздать рай, в котором они смогут существовать в мире и гармонии на их собственных условиях.
Цузуки подпер рукой подбородок.
- Это одна из причин. Люди искуснее остальных живых существ в обращении с веществами и стихиями. Они развиваются и процветают, но это имеет свою цену. Воздух и моря были загрязнены. Леса были вырублены, что изменило ландшафт до неузнаваемости. Многие животные и растения вымерли.
Шикигами были обеспокоены этими изменениями. Они пришли к выводу, что неконтролируемое использование их элементарной энергии в сочетании с техническим прогрессом в будущем приведет к полному разрушению природы и новым страданиям. Поэтому они решили покинуть материальный мир и жить в Генсокай для блага самого человечества.
- Это они тебе сказали? Ха! Люди прекрасно обойдутся без них в любом случае, - Ватари заложил руки за голову и вздохнул. – Представь себе их жизнь сейчас. Должно быть, в Генсокай им гораздо легче. Нет молитв, на которые надо отвечать. Нет постоянных вызовов. Вечные каникулы. Хорошая жизнь для тех, кто может себе это позволить.
Вспышка раздражения промелькнула на лице Цузуки.
- У тебя была когда-нибудь возможность посетить Генсокай?
- Ни в коем случае! Я слишком занят своими экспериментами! Да и что мне там делать? Не все имеют твой дар общения и заключения контрактов с шикигами. Вспомни бедного Теразуму.
- Он обидел своих шикигами своей грубостью и дурным нравом. Но ты-то совсем другой. Я уверен, стоит тебе захотеть, и шикигами для тебя найдется, и неприятности не последуют.
Ватари усмехнулся.
- Благодарю, но – нет! Я не заинтересован в шикигами. Я верю в свою изобретательность и мастерство - поэтому я обхожусь тем, что приносят мои проекты и эскизы! – он схватил листок бумаги и что-то написал. Мгновением позже он вытащил небольшую Библию в кожаном переплете, точную копию той, что лежала на столе, и подал ее Цузуки.
- Мне не нужна мощь шикигами, чтобы быть сильным. Знания – вот моя сила, и большего мне не надо.
Цузуки полистал Библию - даже шрифт был идентичным.
-Спасибо, Ватари. Жаль, не все так образованы и умны, как ты.
- Опять ты скромничаешь, Цузуки, - щелкнул языком Ватари, - а не должен, особенно после победы над таким демоном, как Саагатанус! А теперь не меняй тему - расскажи мне, как все произошло!
- Я не побеждал его. Если бы я знал, как, я уничтожил бы его во время расследования дела Минасе Хиджири, а не ждал бы все эти годы, - Цузуки спрятал Библию в карман своего плаща.
- Значит, ты попросил кого-то – или что-то – сделать это для тебя.
В ответ на недовольный взгляд Цузуки Ватари мило улыбнулся.
- Простая логика.
- Еще одна специальность, да?- Цузуки не вернул улыбку. Порывшись в кармане, он достал и бросил на стол прозрачный пластиковый пакет.
- Вот.
Ватари поднес пакет к свету. Глаза сузились, когда он заметил цвет содержимого.
- Цузуки… это волосы…
- Пожалуйста, используй свои знания, чтобы сделать анализ этого. Мне необходимо знать, есть ли у владельца этого образца дефицит питательных веществ, особенно минералов. Ты мог бы сравнить результаты с образцом, взятым в Университете Шион?
- Думаю, что могу… но почему минералы?
- Я знаю, у тебя много других обязанностей, но сделай это для меня, прошу. Я полагаюсь на тебя, Ватари. Обещаю объяснить все позже.
Цузуки встал, с грохотом отодвинув кресло так, что поцарапал пол.
- Цузуки, ты не можешь просто свалить это на меня без всяких объяснений.
- Зачем тебе мои объяснения? – возразил Цузуки, теряя терпение. – Ты лучший, вот и все. Тебе и заниматься этим.
В дверь резко постучали, и она открылась. Ватари опустил руку на стол, скрывая пакет. Цузуки обернулся, сердце колотилось от ужаса.
Это был Тацуми – папка в одной руке, портфель в другой – идеальный до мелочей облик ответственного секретаря.
- Доброе утро, - кивнул он без улыбки. – Простите, что прервал ваш разговор. Цузуки –сан, смогу я тебя увидеть, когда вы закончите?
Цузуки застегнул плащ.
- В любом случае уже собирался уходить, - он чуть заметно покачал головой в ответ на умоляющий взгляд Ватари. Когда Тацуми бывал в плохом настроении, он не признавал ответа «нет». – Я иду с тобой прямо сейчас.
- Так вот где она была! Я думал, что потерял ее.
- Нет, это был я, - тихо сказал Цузуки. – Прости, что не предупредил тебя вчера, но я очень торопился.
- Никаких проблем для меня, - Ватари отложил книгу в сторону. – А вот у тебя могли возникнуть трудности. Я так волновался за тебя, боялся, что возникнут неприятности с Гушошином. Ты ведь знаешь, каким строгим он может быть. Ты плохо выглядел, когда уходил вчера. Как ты сейчас, получше?
- Гораздо лучше, - одними губами улыбнулся Цузуки, - нет причин волноваться.
- Однако все волновались. В последнее время ты сам не свой. Мы почти не видим тебя в отделе, а когда ты там, то кажется, что ты где-то витаешь. Бон пристал к Тацуми с расспросами, но тот молчит. Вчера шеф Коноэ метался целый день между нами и Судом Энмы Дай- 0, - Ватари оглянулся, затем склонился к Цузуки.
- Я слышал о Саагатанусе, - прошептал он, - он приходил к нему.
Цузуки застыл.
- Кто тебе сказал?
- Не беспокойся. Это не из наших. Другие шинигами ничего не знают.
- Тогда каким образом ты узнал?
Выражение лица Ватари стало лукавым.
- С тех пор, как люди начали сплетничать, ни один секрет не может оставаться таковым для меня надолго. Исследование – это искусство сбора информации, - он рассеянно гладил клавиатуру. – Это одна из моих специальностей.
003 ухнула и распушила крылья в знак согласия.
- Поэтому за помощью я в первую очередь обратился к тебе, - лицо Цузуки на мгновение стало задумчивым. - Несмотря на то, что львиную долю своего времени ты проводишь в лаборатории, ничто не ускользает от твоего внимания.
- Ну спасибо! Но, как тебе известно, изгнать демона – уже настоящий подвиг. А уж уничтожить его… это вообще чудо. Как тебе это удалось?
- Это не я.
- Ты слишком скромен. Кто, кроме тебя, способен на такое?
Цузуки помолчал немного.
- Энтропия, - пробормотал он себе под нос. - Хаос. Величайший убийца из всех.
- Энтропия? Хаос?- Ватари откинулся в кресле, глаза стали как блюдца. – Что ты скрывал от меня все это время? Ты никогда не интересовался моими научными исследованиями, и вдруг ссылаешься на второй закон термодинамики - в замкнутой системе мера неупорядоченности возрастает!
Он засмеялся и хлопнул Цузуки по спине, выводя его из задумчивости.
- Ты не тот Цузуки, которого я знаю! Что с тобой происходит в последнее время?
- Ничего особенного, - сумел слабо рассмеяться Цузуки, - действие энтропии простирается далеко за пределами материального мира. Мейфу и виртуальный мир Генсокай также подчиняются ему. Даже такому идиоту, как я, это известно.
Он взвешивал в уме, рискованно или нет рассказать Ватари больше. Ему нужен был кто-то благонадежный, имеющий доступ к информации, хранящейся в суперкомпьютере ДжуОЧо. Ватари подходил как нельзя лучше – с ним было гораздо легче иметь дело, чем с педантичными Гушошинами. Что до вероятности того, что Ватари проинформирует шефа Коноэ… придется пойти на этот риск. Разрушительный потенциал Мураки следует нейтрализовать до того, как он выйдет из-под контроля.
Он получил от администрации значительную свободу действий, но его поводок останется слабо натянутым лишь до тех пор, пока он остается в пределах досягаемости.
Цузуки коснулся расстегнутого ворота. Вроде бы все в порядке, но шея одеревенела.
- Ватари, ты знаешь, зачем был создан Генсокай? Почему шикигами решили жить в нем?
Ватари удивился.
- Конечно. Достижения науки и появление новых технологий в результате технической революции привели к тому, что люди сами стали нести ответственность за свою жизнь. Многие отказались от старых предрассудков и религиозных ритуалов – они больше не призывают шикигами для решения их проблем. Дети изучают физические законы Вселенной, а не зазубривают имена сотен духов. Шикигами, чувствуя себя лишними в современном мире, решили воссоздать рай, в котором они смогут существовать в мире и гармонии на их собственных условиях.
Цузуки подпер рукой подбородок.
- Это одна из причин. Люди искуснее остальных живых существ в обращении с веществами и стихиями. Они развиваются и процветают, но это имеет свою цену. Воздух и моря были загрязнены. Леса были вырублены, что изменило ландшафт до неузнаваемости. Многие животные и растения вымерли.
Шикигами были обеспокоены этими изменениями. Они пришли к выводу, что неконтролируемое использование их элементарной энергии в сочетании с техническим прогрессом в будущем приведет к полному разрушению природы и новым страданиям. Поэтому они решили покинуть материальный мир и жить в Генсокай для блага самого человечества.
- Это они тебе сказали? Ха! Люди прекрасно обойдутся без них в любом случае, - Ватари заложил руки за голову и вздохнул. – Представь себе их жизнь сейчас. Должно быть, в Генсокай им гораздо легче. Нет молитв, на которые надо отвечать. Нет постоянных вызовов. Вечные каникулы. Хорошая жизнь для тех, кто может себе это позволить.
Вспышка раздражения промелькнула на лице Цузуки.
- У тебя была когда-нибудь возможность посетить Генсокай?
- Ни в коем случае! Я слишком занят своими экспериментами! Да и что мне там делать? Не все имеют твой дар общения и заключения контрактов с шикигами. Вспомни бедного Теразуму.
- Он обидел своих шикигами своей грубостью и дурным нравом. Но ты-то совсем другой. Я уверен, стоит тебе захотеть, и шикигами для тебя найдется, и неприятности не последуют.
Ватари усмехнулся.
- Благодарю, но – нет! Я не заинтересован в шикигами. Я верю в свою изобретательность и мастерство - поэтому я обхожусь тем, что приносят мои проекты и эскизы! – он схватил листок бумаги и что-то написал. Мгновением позже он вытащил небольшую Библию в кожаном переплете, точную копию той, что лежала на столе, и подал ее Цузуки.
- Мне не нужна мощь шикигами, чтобы быть сильным. Знания – вот моя сила, и большего мне не надо.
Цузуки полистал Библию - даже шрифт был идентичным.
-Спасибо, Ватари. Жаль, не все так образованы и умны, как ты.
- Опять ты скромничаешь, Цузуки, - щелкнул языком Ватари, - а не должен, особенно после победы над таким демоном, как Саагатанус! А теперь не меняй тему - расскажи мне, как все произошло!
- Я не побеждал его. Если бы я знал, как, я уничтожил бы его во время расследования дела Минасе Хиджири, а не ждал бы все эти годы, - Цузуки спрятал Библию в карман своего плаща.
- Значит, ты попросил кого-то – или что-то – сделать это для тебя.
В ответ на недовольный взгляд Цузуки Ватари мило улыбнулся.
- Простая логика.
- Еще одна специальность, да?- Цузуки не вернул улыбку. Порывшись в кармане, он достал и бросил на стол прозрачный пластиковый пакет.
- Вот.
Ватари поднес пакет к свету. Глаза сузились, когда он заметил цвет содержимого.
- Цузуки… это волосы…
- Пожалуйста, используй свои знания, чтобы сделать анализ этого. Мне необходимо знать, есть ли у владельца этого образца дефицит питательных веществ, особенно минералов. Ты мог бы сравнить результаты с образцом, взятым в Университете Шион?
- Думаю, что могу… но почему минералы?
- Я знаю, у тебя много других обязанностей, но сделай это для меня, прошу. Я полагаюсь на тебя, Ватари. Обещаю объяснить все позже.
Цузуки встал, с грохотом отодвинув кресло так, что поцарапал пол.
- Цузуки, ты не можешь просто свалить это на меня без всяких объяснений.
- Зачем тебе мои объяснения? – возразил Цузуки, теряя терпение. – Ты лучший, вот и все. Тебе и заниматься этим.
В дверь резко постучали, и она открылась. Ватари опустил руку на стол, скрывая пакет. Цузуки обернулся, сердце колотилось от ужаса.
Это был Тацуми – папка в одной руке, портфель в другой – идеальный до мелочей облик ответственного секретаря.
- Доброе утро, - кивнул он без улыбки. – Простите, что прервал ваш разговор. Цузуки –сан, смогу я тебя увидеть, когда вы закончите?
Цузуки застегнул плащ.
- В любом случае уже собирался уходить, - он чуть заметно покачал головой в ответ на умоляющий взгляд Ватари. Когда Тацуми бывал в плохом настроении, он не признавал ответа «нет». – Я иду с тобой прямо сейчас.
2012-01-30 в 17:04
Мой ангел, Скажи, о чем же думал ты в этот день? Мой ангел, О чем ты думал в эти доли секунд?Канцлер Ги (с)
ankie,грандмерси!!!
,как классно,что Вы выложили новую главу 
События развиваются все более странно),интересно,захватывающе
Очень красивы,трогательны воспоминания Тсузуки о
семье,у меня аж сердце защемило и захотелось поплакать от такой щемящей,грустной нежности...которой пропитан этот кусочек.
И конечно очень хоцца узнать,что,же там задумал наш коварный доктор
и Ватари судя по всему ведет какую то свою игру...
Работа,что автора,что переводчика выше всяких похвал!!!:bravo Вкусный,сочный,яркий язык,стиль,а как убедительно прописаны образы,характеры героев ммм....
Мое ИМХО,это произведение намного лучше того,что сейчас издается с глянцевыми обложками и шумной рекламой.
,как классно,что Вы выложили новую главу События развиваются все более странно),интересно,захватывающе
Очень красивы,трогательны воспоминания Тсузуки осемье,у меня аж сердце защемило и захотелось поплакать от такой щемящей,грустной нежности...которой пропитан этот кусочек.
И конечно очень хоцца узнать,что,же там задумал наш коварный доктор
и Ватари судя по всему ведет какую то свою игру...Работа,что автора,что переводчика выше всяких похвал!!!:bravo Вкусный,сочный,яркий язык,стиль,а как убедительно прописаны образы,характеры героев ммм....
Мое ИМХО,это произведение намного лучше того,что сейчас издается с глянцевыми обложками и шумной рекламой.
2012-01-31 в 10:42
Ingrid78, спасибо. Рада, что нравится. Я сама обожаю этот цикл. Буду переводить и дальше, там выложено 32 главы, и мне кажется, это еще не конец.
Кстати, а что там издается и где?
Кстати, а что там издается и где?
2012-01-31 в 12:47
Мой ангел, Скажи, о чем же думал ты в этот день? Мой ангел, О чем ты думал в эти доли секунд?Канцлер Ги (с)
ankie,всегда пожалуйста!!!
Кстати, а что там издается и где?,ну я имела ввиду любовные романчикики выходящие в сериях "Шарм","Страсть"
,я понимаю,что это развлекательное чтиво,и сама читаю фанфики именно за этим))),чтобы расслабится,отдохнуть и помечтать. ,а в этом произведении(рука не поднимается назвать его фанфиком) если нормально относишься к однополым отношениям литературных достоинств (какие я уже перечислила постом выше).намного больше чем в этих романчиках.
И эротика тут описана красиво,хоть и описано все более чем подробно
,но лично у меня рвотных позывов не возникало.)))Не знаю видели ли Вы в Интернете уже давно активно гуляет целый список "незабываемых" описаний интимных сцен. Впору книгу составлять
читать дальше
Все вышесказанное разумеется мое ИМХО.
Кстати, а что там издается и где?,ну я имела ввиду любовные романчикики выходящие в сериях "Шарм","Страсть",я понимаю,что это развлекательное чтиво,и сама читаю фанфики именно за этим))),чтобы расслабится,отдохнуть и помечтать. ,а в этом произведении(рука не поднимается назвать его фанфиком) если нормально относишься к однополым отношениям литературных достоинств (какие я уже перечислила постом выше).намного больше чем в этих романчиках.И эротика тут описана красиво,хоть и описано все более чем подробно,но лично у меня рвотных позывов не возникало.)))Не знаю видели ли Вы в Интернете уже давно активно гуляет целый список "незабываемых" описаний интимных сцен. Впору книгу составлятьчитать дальше
Все вышесказанное разумеется мое ИМХО.
2012-01-31 в 13:24
Мой ангел, Скажи, о чем же думал ты в этот день? Мой ангел, О чем ты думал в эти доли секунд?Канцлер Ги (с)
З.ы.)))),и чтобы не загружать предыдущий длиннющий пост))) Буду переводить и дальше, там выложено 32 главы, и мне кажется, это еще не конец. Моя душа ликует и отплясывает джигу
,удачи и творческих успехов!!!
,удачи и творческих успехов!!!
2012-02-03 в 17:05
Ingrid78, спасибо за эти смешные цитаты, они мне подняли настроение Я сама предпочитаю фанфики и ориджи любовным романам, их читать намного интереснее
Я сама предпочитаю фанфики и ориджи любовным романам, их читать намного интереснее
2012-02-03 в 17:49
Мой ангел, Скажи, о чем же думал ты в этот день? Мой ангел, О чем ты думал в эти доли секунд?Канцлер Ги (с)
ankie, спасибо за эти смешные цитаты, они мне подняли настроениевсегда пожалуйста,рада,что мне это удалосьи если Вы не против )))еще немного перлов от аффтаров и переводчиковили,"как не стоит писать и переводитьНЦ-у"
читать дальше
всегда пожалуйста,рада,что мне это удалосьи если Вы не против )))еще немного перлов от аффтаров и переводчиковили,"как не стоит писать и переводитьНЦ-у"читать дальше
2012-02-10 в 15:51
fukuchou fan-girl
ankie, большое спасибо за перевод. Очень интригующе развиваются события.
2012-04-12 в 21:35
Мой ангел, Скажи, о чем же думал ты в этот день? Мой ангел, О чем ты думал в эти доли секунд?Канцлер Ги (с)
ankie, эээ...можно ли надеяться на дальнейшее продолжение?
2012-04-14 в 13:31
~Falka~ Да. Потихоньку этим занимаюсь, хотя сильно мешает умирающий системный блок)))
