Пора просыпаться, Леан. Открывай глаза глядящие из многочисленных окон, протирай небо над головой и шагай в суровое утро, нетронутое жарой и зноем. Прими легкий душ, умойся росой, и ты будешь готов ко всему. Или почти ко всему. Затем ветер высушит тебя и твои слезы, если ночью был дождь, а потом ты можешь радоваться жизни. Или что нибудь еще. Но это уже не важно.
Этьен шел по коридору дворца, спрятав руки в рукавах своей сутаны, и думал о превратностях судьбы. Казалось совсем недавно, он случайно вспоминал про закон, запрещающий колдовство, и теперь после разговора с королевой, он поклялся возродить его. Почему эта женщина так ревнует его к цыганке? Это всего лишь забава до поры, до времени. Как она вошла в его жизнь, точно так же ,она и уйдет. Этьен вновь поморщился, вспоминая разговор. О чем он думал, когда входил к ней в комнату? Королева, как всегда будет заигрывать со своим личным духовником. Так он решил, и полагал, что ему придется выслушивать ее мнимые грехи, за которыми она прячет свою истинную сущность. Глупая женщина, но и хитрая одновременно. Увы, это он понял слишком поздно, несмотря на то, что привык читать людей, словно открытые книги.
-ах, у меня сегодня такой ужасный день, - сказала королева, внимательно глядя на него. И он готов был поклясться, что она была почти искренна в своих чувствах.
- что же случилось, Тами.
Он позволял себе роскошь называть ее по имени, и ничуть не смущался этим. Да и зачем смущаться? Все эти предрассудки насчет того, что короли посланники бога и мессии, глупости. Они сами так придумали, лишь бы оправдать свою власть и насилие над другими людьми. Но его мнения никто не спрашивал, а сам Этьен делился им крайне неохотно. Так и молчал ,лицемеря прямо в глаза собеседникам.
-скоро праздник фламенко.
Праздник фламенко, праздник ,который бывает раз в году. Этьен вспомнил, что на этот праздник всегда бывает коррида. Шесть быков ,шесть тореро, шесть смертей. И последний бык, если кто то неугоден королеве, то тогда к ним прибавляется седьмой несчастный. И очень – очень редко этим несчастным становился бык. А потом сам танец. Танец мужчины и женщины. Многие готовятся к этому танцу весь год. Зачем? Этьен не понимал этого. Хотя он догадывался о том, что это отличный способ для девушек и юношей найти себе партию для свадьбы. Сам он уже пять лет, как не участвовал в этом празднике ссылаясь на свое звание.
-да, я помню, - согласно кивнул он.
И идти не собираюсь. Подумал про себя. Он слишком любил спокойную жизнь, чтобы согласиться на это.
-я бы очень желала видеть вас там.
Королева обворожительно улыбнулась. Попробуй, не согласись, - подумала она с милой улыбкой, будешь участвовать там в качестве тореро.
-это так неожиданно.
Этьен вновь улыбнулся, скрывая вспыхнувшее раздражение. Ему совсем не хотелось. Но что толку говорить об этом королеве. Еще отправит против быка. Не то чтобы он боялся, совсем нет. Но ему давно надоело бороться за все. Нашла таки способ пригласить меня. Подумал он, перебирая четки и продолжая улыбаться.
-тем не менее. Я вас очень попрошу.
Ты же ведь не отказываешься? – королева улыбалась словно кошка, увидевшая мышь.
-похоже, у меня нет иного выбора.
Этьен скромно потупил глаза.
Ведьма, ты еще пожалеешь об этом… и невольно вздрогнул ,прислушавшись к пению за окном. Из за этого он пропустил все, что говорила королева, и поэтому был вознагражден нехорошим взглядом.
-вы слушаете песни цыган?
Ненавижу эту девку, - думала королева, кусая губы и пряча гримасу за веером. Этьен пожал плечами. Чтобы он не сказал, все станет ложью. Ему нет никакого дела до цыган. И тем более, нет никакого дела до их песен. Но вот Мария поет изумительно, и ее песни невозможно не слушать. Так что ответить? Этьен вновь пожал плечами, не глядя на королеву. И Тами поняла, что проиграла. Даже если он придет на праздник, то все равно будет так же далек, как если бы и не приходил. Бросив веер на столик, королева подошла к окну.
- я слышала, в нашей стране развелось слишком много ведьм и колдунов.
Этьен отвел взгляд, в котором заискрились зеленые змейки гнева. И в тоже время на губах играла легкая насмешка. Какая ирония, думал он, королева ревнует священника к цыганке, что может быть смешнее.
-но ведь с королевством все в порядке, значит, колдовство не вредит нам.
-Его высокопреосвященство так не считает.
И Этьен понял, что его загнали в ловушку. Кто он и кто кардинал. Пусть даже королева захотела видеть своим личным духовником именно его, все равно даже она не сможет изменить правила. Если только с этим не согласится сам кардинал. Этьен повернулся к двери, склонив голову и глядя в пол, стараясь подавить искры раздражения в золотистых глазах.
- я понял, ваше величество, - произнес он бархатным и намеренно слащавым голосом, - мне ничего не остается кроме того, чтобы приложить все свои силы для искоренения этой нечисти.
Тами поняла, что она снова проиграла. Чтобы она не делала, этот священник изворачивается, словно змей. Кобра подумала женщина с досады. Настоящая кобра, только яд у тебя смертельнее, чем у змеи.
- рассчитываю на вас, ваше преосвященство. Королева склонила голову и улыбнулась. Этьен ответил не менее лицемерной улыбкой.
-положитесь на меня. Я сделаю все, что в моих силах.
И два лицемера раскланялись друг с другом, не поднимая глаза.
И вот Этьен брел по коридорам и с каким то садистским желанием примеривал все, что можно сделать королеве. К сожалению, пока все это могло быть лишь в его мечтах. С другой стороны, он все же мог портить ей жизнь. Пусть и мелочно, но приятно. Остановившись возле одного из окон, Этьен проследил за движениями цыганки. Больше всего ему нравилось то, как она танцует. Легко и свободно, кружится словно снежинка, словно богиня, врываясь в его мечты и его жизнь. Он судорожно выдохнул и провел ладонью по глазам. Кажется, у него легкая лихорадка. Неужели так повлиял разговор с королевой? Но раньше такого не было. Покачав головой, священник прогнал видение и вернулся к себе в комнату, размышляя над законом. Для начала нужно в архивы, решил он.
Раз. два .три. Эмиль еще раз взмахнул мечом, с удовольствием вслушиваясь ,как свистит воздух. Рука его тверда, глав не подводит. Реакция превосходит звериную, а значит, ему не грозит потерять славу лучшего фехтовальщика. Хмыкнув еще раз, Эмиль вновь взмахнул мечом. Косой удар слева направо, сверху вниз, защита и отвод воображаемого меча, клич. Жаль только одно: его меч давно уже не пробовал крови. Настоящей крови, а не того, что текло в жилах того пацана. Вспомнив про убитого мальчишку, Эмиль с проклятьем опустил меч. Какого дьявола он это вспомнил?! Видимо ,это задело его сильнее, чем он рассчитывал .вздохнув парень поднял меч и вонзил его в дерево.
-чтоб тебе в аду хорошо горелось, - пробормотал он.
И ярость вновь оскалила клыки, довольная тем, что Эмиль снова не сдерживается. Готовая в любое мгновение броситься на первого попавшегося, она словно зверь покачивала головой на длинной шее и выжидала. Но Эмиль усилием воли заставил себя успокоиться. Раздражение погасло, а вместе с ним и ярость опустила морду, вновь засыпая. Но она не сдавалась, она знала, что рано или поздно придет ее час.
Успокоившись ,Эмиль сел прямо на траву и задумчиво посмотрел на небо. К нему подошел дворецкий и поклонился.
-господин. Через неделю будет праздник фламенко.
-я не пойду, - Эмиль даже не повернул головы , мрачно считая облака в небе.
-но ведь…
-я знаю. Но я не собираюсь искать жену там. Кармен хорошая пара для меня.
-и все таки. Она ведь там тоже будет, господин.
Эмиль задумался. На праздник идти ему совершенно не хотелось. Но , с другой стороны, раз там будет его потенциальная невеста, то все таки стоит сходить. Хотя бы для того, чтобы проверить, чтобы она не спуталась там ни с кем. Зная свою ревнивую натуру и вспыльчивый нрав, Эмиль решил настоящее оружие не брать. Так, обойтись парадным мечом. Хотя, если подумать, то и парадным мечом можно убить. Но зато искушение меньше будет. Решив это, Эмиль повернул голову.
-я пойду на этот чертов праздник, - проворчал он, - приготовишь все, что полагается.
-слушаюсь, мой господин.
Дворецкий поклонился и вышел. Точнее, ушел. А Эмиль продолжил сидеть, размышляя о том, что на празднике точно не будет цыганки. И отчего то ему было немного тоскливо при этой мысли. Поймав себя на этом, Эмиль резко поднялся и схватил меч. Такие мысли легко выбиваются ударами меча. А если быть точнее, то усердными тренировками. Поэтому…
Удар сверху вниз, снизу вверх и наискосок. Выпад и отход. Чем больше сила удара, чем напряженнее мышцы, тем быстрее он выдохнется. Именно этого ему и хотелось больше всего на свете. Забыть. Удар вперед. Про проклятье, про это чертово проклятье! Еще удар, не жалея мышцы и сумашедше бьющееся сердце. Про цыганку! Взрыв в легких и еще один выпад. Про того убитого пацана! Меч вонзился в дерево и застрял. Дернув за рукоятку, Эмиль с неудовольствием отметил, что его рука дрожит. Он устал, нет, это от нервов. Черт. Даже тренировки не помогают ему успокоиться. Оставив меч в покое ,Эмиль вновь сел на траву. Похоже, стоило все таки переехать назад, в свой особняк .
-ни за что!
Упрямо сказал он, сжав ладонь, затянутую в перчатку в кулак.
- я не проиграю какой то там дряни.
И ему было все равно, что выражается он отнюдь не как дворянин. Ему вообще на многое наплевать. Может быть, и зря. Но себя переделывать он не собирался. Встряхнув довольно длинными волосами, Эмиль поднялся и пошел во дворец.
Никого. Анри постучался еще раз. Никто не отозвался. вздохнув, капитан приоткрыл дверь, не в силах сдержать свое любопытство. Ему всегда было очень интересно, как живет священник, которого все боятся. Тем более, что у него был вполне законный повод, чтобы нежданным гостем ворваться в дом. Точнее, в комнату. Сама королева попросила сообщить этому священнику когда именно и во сколько будет коррида. Анри была интересна именно эта часть праздника. Хотя, если подумать, то танец тоже очень интересно. Но тут главное, чтобы его не окольцевали. Хмыкнув своим мыслям, Анри зашел в комнату. Скудно, решил он. Простая жесткая кровать, и как на такой спать можно? Неудивительно , что священники встают посреди ночи для своих каких то молитв. Столик с изящным канделябром. В столе шкафчик, приоткрытый. Анри пригляделся и тихонько присвистнул. Как интересно, это же ведь дневник Этьена. Интересно, о чем может писать этот сушеный сухарь? Выудив тетрадь, Анри пробежался взглядом.
“1 мая 1110г от Принятия Веры. сегодня я снова смотрел на танцы этой цыганки с дерзким именем. Она танцует изумительно, прекрасно ,божественно. Я, как истинный ценитель красоты, не могу не согласиться с этим. И сама она хороша. Только ее смех смущает мою душу. Холодную душу, за которой скрывается горячее сердце. И какое извращенное удовольствие для меня смотреть на то, как она кружится, как ее черные глаза заполняют весь мой мир. Дьявольская цыганка, и смех у нее дьявольский….”
Вздрогнув, Анри неожиданно понял, что прочитал нечто, что ему нельзя было видеть. Отложив тетрадь на место, парень выскочил из комнаты и столкнулся с Этьеном. Тот от неожиданности легко покачнулся, но устоял. А Анри, пробормотав извинения, побежал дальше, сломя голову. Он боялся, что Этьен узнает о том, что кто то был в его комнате, и тогда сделает что нибудь ужасное. А вот в этом как раз сомневаться и не приходилось.
Этьен проследил за капитаном, чуть приподняв бровь. Потом насмешливо улыбнулся и вошел в свою комнату. Постепенно его улыбка сползла с губ. Шкафчик был приоткрыт. Ничего особенного, если учесть ,что Этьен полагал ,что никому и в голову бы не пришло смотреть его записи. Однако. Видимо все таки пришло. Вытащив помятую тетрадь, священник нахмурился. Вспомнил выбегающего на него Анри и поджал губы. Ясно... вот кто осмелился прочесть его откровения. Ничего, капитану повезло сегодня, он отделается очень легким наказанием. Тем более, кажется, он должен был передать что то от королевы. И не передал. Собравшись ,Этьен вышел в коридор и направился к королеве.
-добрый вечер ,ваше величество.
Этьен поклонился, в последнее время он разговаривал с королевой на вы и официально, пытаясь этим подчеркнуть то, как она его оскорбила.
-добрый вечер, каше преосвященство.
Королева поддерживала официальный тон, хотя внутри у нее так и кипело.
Я пришел доложить о результатах своей деятельности по возрождению этого закона.
Королева сузила глаза. Как же так. Неужели ему не передали? Странно, ведь Анри всегда был надежным во всех смыслах.
-но…разве вам не передали ничего?
- кто? – делано удивился Этьен, - мне что то должны были сказать?
-да, точное время праздника.
-ах ,какая досада, мне ничего не сказали. И еще.
Этьен сощурился, но в золотистых глазах мелькали зеленый искры, выдающие его раздражение.
-кто то заглядывал в мою комнату. Я начинаю беспокоиться за сохранность своих вещей.
Конечно, его интересовали только дневники. А еще он знал, что сегодня у Анри свидание, которое тот не хотел бы пропустить. Мелочь, но приятно. Хмыкнув, Этьен добавил ,что доверяет только Анри, и это всего лишь на один вечер ,пока он не придумает куда спрятать свои драгоценные записи. Королева не могла отказать своему священнику и улыбаясь ,пообещала, что сегодня капитан покараулит его комнату до тех пор ,пока будет нужен. Довольный своей задумкой ,Этьен распрощался с Тами теплее ,чем обычно. И даже немного более искренне пожелал ей доброй ночи.
Уже выходя из комнаты ,он вспомнил, что они так и не поговорили об этом законе. Пожав плечами, священник вознамерился было вернуться, но вновь увидел цыганку. В этот раз ей аккомпанировал Нико. И отчего то это откровение совсем не радовало его. Священник подошел к окну коридора и внимательно посмотрел вниз. На них. Только песни, но даже ее голос прекрасен.
Что же такого в этой женщине? Кто знает, Этьен сейчас не хотел думать об этом. Он слишком холоден для чувств. Они давно погасли. С тех самых пор ,как он стал священником. Да и зачем эти dedcndf& они сжигают, мучают, разрывают на части и причиняют невыносимые страдания. А он хочет лишь покоя, даже если этот покой будет вечным.
И в черных бархатных глазах стояли слезы,
И белым саваном казался ей наряд.
Король ее увидел, но было поздно,
Уже свершился свадебный обряд…
С тех пор текли года неуловимо,
Душа несчастная томилась и пылала,
Была цыганка так же все неотразима.
Вот только в саване, она в гробу лежала…
Цыганка пела очень популярную балладу про короля Шарля Красивого, который однажды увидел цыганку, во время охоты на оленя и влюбился в нее. Они начали тайно встречаться, но потом придворные прознали про это, и насильно выдали девушку замуж. Та долго не прожила в браке. А король так и искал ее всю жизнь. Но нашел лишь в тот момент, когда ее хоронили. Всего лишь легенды, всего лишь сказки, и то, передающиеся среди цыган, но все же, Этьен любил почему т оэту историю. Да и все ее любили. Видимо, цыганам льстила надежда, что кто то из королей когда нибудь влюбится в цыганку, и тогда прекратятся все эти гонения и облавы. Впрочем, их тоже можно понять, подумал священник, слушая балладу, но это несбыточно. Никогда и не один венценосный человек не свяжется с этим дьявольским племенем. И даже простого дворянина ждет анафема. Но просто слушать их песни никто не запрещает…
Анри расстроено попинал дверь носком сапога. Клянусь папским чревом, подумал он, надо же было попасть на стражу именно тогда, когда его ждала Розмари! Она же его убьет, эта женщина страшнее всех священников мира. Но ослушаться королеву тоже нельзя. Похоже, Этьен догадался уже, кто прочел его дневник, и теперь мстит, мелочно, но все же…вздохнув, капитан прислонился к двери. Если честно, ему самому было стыдно, что он вот так заглянул в тетрадь. Не любил он чужие секреты, особенно, когда люди изливают свою душу каким то клочкам бумаги. Сам он считал это не лучшим времяпровождением.
-проклятье! – выдал он, вновь измеряя шагами коридор, - да что это за напасть? Клянусь спасением души, такого пустого времяпровождения никогда еще не было!
Но вопль отчаяния остался без ответа.
И вот снова вечер, снова колыбельная только для тебя, Леан. Спи спокойно, спи до рассвета, пусть тебя не тревожит ничего , пусть твой сон будет убаюкан колыбельной ветра, и ласками ночи. Она не холодна, как кажется, она не полна тьмы, в ней лишь мягкий бархат темноты, которым она заботливо окутала тебя, защищая от жаркого солнца. Ночь заботливо протерла звезды, оставив для тебя эти маленькие ночники, как глаза далеких миров. Ночь трепетной рукой касалась всего, каждого листочка на дереве, каждой травинки, каждого дневного зверька, усыпляя их, легонько дуя ветерком, навевая приятные сны. Спи спокойно, могучий город, ты не знаешь, что будет завтра, ты не знаешь, что будет через тысячу лет. Может быть, тебя занесет песками, и тna будешь спать уже вечно. А может быть, ты получишь второе рождение.
Этого не знаешь ни ты, ни ночь, заботливо поправляющая на тебе одеяло из своего плаща, этого не знает никто. Поэтому просто спи, наслаждайся тишиной и прохладой, любимый город…

@темы: первый роман

---

Сегодня дождь. Даже здесь, в кабинете биологии мне неуютно. Но я продолжаю смотреть в окно, гадая, придет ли этот старик, или нет. Если он придет, то может простудиться и заболеть, старые люди такие уязвимые. Но он пришел. Как всегда улыбаясь и глядя по сторонам, словно вокруг солнце и поют птицы. Поглаживая длинную бороду, он сел на лавочку, пришелец из китайских сказок. И, не выдерживая вновь, я поднимаюсь и иду к нему. Мне хорошо рядом с этим стариком, лучше, чем с учителями.
-сегодня прекрасный день, - говорит он.
И я вздрогнув, сажусь рядом. Дождь навевает тоску, и я не вижу в нем ничего прекрасного.
-вы говорите, что каждый день прекрасен и неповторим, но сегодня ужасный день.
-Посмотри сегодня, посмотри вчера и завтра, - отвечает он, как всегда непонятно.
Вздохнув, я не решаюсь больше говорить о дожде. Крупные капли барабанят по листьям ,скатываясь на землю, и исчезая в ней, иногда они застревают в волосах, на ресницах, но старки сидит словно погрузившись в транс. И я, покачав головой, пытаюсь покрепче закутаться в свою курточку. Зачем я здесь? Только промокну и заболею. А этому старику, кажется все равно.
-вы заболеете, - говорю ему.
- болезнь это плохая привычка. Я не люблю плохие привычки.
Старик улыбается, а я вдруг увидел, что у него необычайно синие глаза. Кажется, что в них потерялось летнее небо. Разве у китайцев бывают такие глаза? Задумавшись, я пропустил момент, когда он встал и медленно побрел вперед. А я остался сидеть под дождем и смотреть ему вслед. Только сейчас я понял, что снова забыл спросить, как же его зовут.
Как ни странно, я не заболел, несмотря на то, что промок и замерз

@темы: беседы с Фам Ло

---

Этот старик приходит сюда каждый день в одно и тоже время. И каждый раз он внимательно разглядывает все вокруг, словно видит в первый раз. И я, отвлекаясь от нудных лекций, отчего то наблюдаю за ним, вертя ручку в пальцах. Вот он улыбается солнцу, улыбается цветам, а потом садится на лавочку нашего школьного двора и продолжает смотреть по сторонам с каким то детским удивлением. И все время молчит, словно слова ничего не значат для него. Затем, часа в три, он поднимается и уходит, словно исчезая вдали. Странный старик. Он приходит сюда больше месяца, и никогда не меняется, как и его привычки. Одетый в длинный, цветастый халат, удивительно гармонирующий с природой, тапочки на босу ногу, он так легко идет по траве, почти не приминая ее, что кажется пришельцем.
Вот и сейчас он подходит к лавочке, поглаживая свою длинную седую бороду, похожий на китайца и улыбаясь, садится на лавочку. Как всегда, он улыбается всему вокруг, словно переполненный любовью к этому миру, к этим цветам. Не выдержав, я покидаю урок и спускаюсь к нему. Кажется, учителю все равно, куда я пошел. И я не говорю этого ему. Сев на лавочку, я молча смотрю вокруг, пытаясь понять, что же он видит такого ,чего не вижу я.
-сегодня прекрасный день, - говорит он, не поворачиваясь ко мне. И я киваю. Сегодня действительно прекрасный день. Но и вчера был такой же. Забывшись, я говорю это вслух. Старик поворачивает голову ко мне и улыбается.
-каждый день прекрасен и неповторим, - в его голосе нет того стариковского дребезжания, которое я часто слышу от других. Странный это старик. – И все они похожи.
Неожиданно добавляет. Встряхнув головой, я смотрю на него и пожимаю плечами.
-я не понимаю, что вы хотите этим сказать.
Но старки лишь качает головой и с улыбкой протягивает мне сухую крепкую ладонь.
-эта ладонь сейчас пуста. Все зависит от того, что ты в нее положишь.
Внутренне содрогнувшись, я достаю из кармана монету. Неужели этот старик всего лишь обычный попрошайка? Или нет, необычный. Но все равно гадостно. Но старик отводит мою руку и качает головой.
-ты видишь только то, что знаешь, - говорит он и поднимается. А я удивленно смотрю ему вслед. Что же тогда он имел в виду, если не просил денег? Но он уходит, потому что уже три часа, и, похоже, изменять своим ритуалам он не собирается.
Странный старик. И я внезапно понял, что так и не спросил его имени.

@темы: беседы с Фам Ло

---

Солнце окрасило небо оранжевым, красным, фиолетовым и розовым. Удивительно чистое, и не менее удивительно красочное, оно похоже на мольберт ,по которому безумный художник размазал свою палитру. Но в этом безумии была красота вдохновленного жреца искусства. Всплеск, другой, и все буйство красок словно смели ластиком, и вот вновь чистое незамутненное небо. Оно смотрит свысока, гармонично и прекрасно, в него хочется шагнуть и плыть. Неважно куда, лишь бы ощущать себя в этом потоке.
Но людям, бредущим по знойным улицам не до красоты неба, никто не поднимет головы, чтобы полюбоваться палящей синевой, нет, они все спешат. И неважно, по сути, куда. Просто боятся чего то не успеть, не сделать, а в итоге не успевают жить. Так думал Этьен, бредя по площади. Именно здесь он встретил ту девушку, которая заставила его задуматься, и именно здесь он желал ее увидеть еще раз. Зачем? Глупый вопрос, он сам не знает зачем. Можно, конечно, написать в дневник, прочесть это через неделю и понять себя. Он так и сделает. А пока девушки нет. Она больше не танцует сегодня. И это удивляет его. А еще он чувствует досаду. Что за бред. Этьен помотал головой и закрыл глаза. Досада, это плохо. Неужели он так привязался к ней?
-милостивый сударь, ответьте, почему?
Сзади прозвучал тихий и нежный голос цыганки. Как она там оказалась? Священник повернулся, стараясь не делать резких движений, и увидел ее. Мария сидела на ступеньках, ведущих к статуе мессии, и переплетала косу. Но еще мгновение назад ее там не было, Этьен мог поклясться в этом. Ведьма, подумал он, настоящая ведьма. Впрочем, в реальное колдовство он не верил. Так же, как и в бога и в черта.
-что почему? – спросил он с легкой насмешливой улыбкой, - простите, сударыня, н оя не научился читать мысли.
-почему вы ненавидите меня?
-я ненавижу вас…
Медленно повторил он. Такое ему в голову не приходило. Почему она решила, что он ненавидит ее? Он испытывает лишь интерес и ничего более. Никакой ненависти, никакой злости.
-да.
Девушка печально кивнула, подняв на него огромные черные глаза, - вы меня ненавидите.
Этьен вновь ощутил смех. Кто то невидимый и очень злобный смеялся над ним. И этот смех раздражал.
-позвольте, сударыня, но я не испытываю к вам ненависти, - сказал он наконец.
-значит, вы еще не поняли этого. Как жаль. Мне жаль вас, глупый гордый священник. Почему вы не можете встать на колени?
Этьен продолжал улыбаться. До него все еще не доходил смысл сказанного. Почему он не может встать на колени. Да потому что он не может так унизиться ни перед кем. Неужели эта ведьма и впрямь считает, что сможет так играть с ним? Фыркнув, священник собрался было откланяться и пойти дальше, но тихий голос вновь остановил его.
- зачем вы хотите убить меня? –спросила она, повергнув его в еще большее смятение.
-я не собираюсь убить вас, сударыня, хоть вы и цыганка.
Хладнокровно отозвался он. Но Мария не отрывала от него своих глаз.
-вы убьете меня, - расстроено сказала она. И поднявшись, подошла к нему, - вы убьете меня, как ведьму. И я хочу понять: за что?
Этьен невольно сделал шаг назад. И все же заставил себя остановиться. Да, когда то был такой закон, который позволял уничтожать ведьм и колдунов, но это было тысячу лет назад еще до принятия истинной веры. Сейчас уже никому нет нужды заниматься этим. Да и кто поверит в колдовство? Пара невежественных крестьян, и все. Но Мария продолжала взглядом обвинять его в том, что он хочет убить ее.
-прошу прощения, - с холодной вежливостью сказал он, - мне пора.
-испугались.
Мария с какой то дьявольской улыбкой рассмеялась и убежала, взметнув юбками. А Этьен замер, не желая шевелиться и глядя ей вслед. Этот смех продолжал отзываться грохотом в его ушах и не стихал. Мотнув головой, священник продолжил свой путь…
Бесит. Как же все это бесит. Эмиль с ленивой грацией крупного кота бродил по комнате. И пытался унять бьющееся сердце и готовящуюся к броску ярость. Но на ком ее срывать? На дворецком, который в очередной раз завел свою старую песню про то, как опасно было строить дворец в этом проклятом месте и пытаться превзойти короля. И что? Жемчужина леана непревзойденна, хоть и построена на человеческой боли и смерти. А быть может, именно это и придает дворцу такое очарования.
-некромант.
Сказал он вслух.
-как есть некромант, осталось и впрямь заняться вызовом мертвых.
И криво усмехнулся, скидывая мешающий при ходьбе плащ на кресло. Он же потомок проклятых некромантов, так почему бы и нет? В родовом особняке наверняка найдется алтарь и кучка костей, если поискать. Может, приказать вывезти оттуда? Колдовство не запрещено, а какое ему дело до того, что скажут другие люди? Он и без того е на хорошем счету у них. Может быть, еще и черные мессы устроить?
Но при этой мысли по коже пробежал холодок. Не надо. Нельзя так играть с религией, хоть он и не верит во все это, н овсе таки не надо. Можно плевать на людей, не стоящих уважения, можно попирать чужие жизни, но это чересчур. Погань какая то. Удержавшись от недостойного позыва сплюнуть, Эмиль сел в кресло, вытянув длинные ноги . и задумался.
От мыслей его оторвал галдеж за окнами. Что такое? Почему эти чертовы цыгане расшумелись? Нет, надо избавляться от них, а то совсем никакого житья. Или лучше отправить их табор на земли родового замка, так он и договоренность не нарушит, и милость покажет, и себя оградит от шума. Все таки подобную идею стоит обдумать. Хмыкнув, Эмиль сложил руки на груди, пытаясь отрешиться от шума, но без толку. Ярость, продолжая покачиваться, как кобра перед броском ядовито шипела, словно смеясь. Мотнув головой, молодой дворянин поднялся и бесшумно подошел к окну. Оказалось ,что шум производят всего две цыганки. Одна из них была Мария. Подивившись тому, что он запомнил ее имя, Эмиль открыл окна и поинтересовался.
-что за шум? Вы мешаете мне отдыхать.
Мария, заведшаяся с пол-оборота, резко повернулась , и уперев руки в бока, насмешливо и с вызовом сказала.
--а о чем вам не думается, господин некромант? О том, как продать душу?
И рассмеялась. Эмиль вздрогнул, ощущая, как краска покидает тело. Вроде бы общеизвестный факт, но отчего то ее слова звучат каким то грозным предсказанием. Нет, это все глупости, а еще бессонная ночь и взвинченное настроение, вот и все. Надо немного успокоиться, прийти в себя и это покажется смешным. Но ее смех не может помочь успокоиться, какой то нереально прекрасный и нехороший. Не от бога подобный смех, и словно навеки застывающий в душе того, кто это слышал. Кто она такая? Что это за женщина? Эмиль вновь попытался отогнать наваждение. И, как ни странно, в этот раз ему помогла его ярость.
-прекратите шуметь, а то выгоню с полей.
Пригрозил он, все же стараясь не срываться на крик, хотя ярость настоятельно требовала этого.
-шуметь?
Голос Марии был спокойным, словно она и не смеялась.
-кто тут шумит, господин де Шевалье?
И Эмиль с удивлением обнаружил, что под окнами стоит одна Мария. Дерзкая, наглая, но все - таки обычная девушка при всей своей необычности. Покачав головой, Эмиль отодвинулся от окна. Что за ахинея видится ему? Это и есть безумие? Видимо прав был дворецкий, но как не хочется признавать его правоту, и поэтому он отсюда никуда не уедет. Он сильнее, чем какое то там проклятье.
-тогда что ты здесь делаешь, женщина?- спросил он как можно более спокойно.
--я просто шла мимо с заработанными деньгами.
И склонившись в шутливом реверансе, девушка побежала прочь, недоумевая отчего он так на нее смотрит. А Эмиль провожал ее долгим и выразительным взглядом. И выражение этих глаз не предвещало ничего хорошего.
-дерзкая, но всего лишь цыганка. Какая то там цыганка. Хороша, не спорю. Может.
Эмиль задумчиво погладил хлыст, висящий на поясе. Не будет ничего зазорного в том, что она уделит ему немного внимания, красивая девушка, хоть и своенравная, строптивая, но зато сколько удовольствия будет от обладания ею. Хмыкнув, он вернулся на свое кресло, а ярость вновь свернулась клубочком ,притихнув до поры до времени. Лишь рубиновые глаза тускло мерцали в темноте.
-а потом эта цыганка пускай идет куда хочет, - решил он, продолжая пробегать пальцами по рукояти. Теперь он успокоился совершенно и поднялся, отправившись к Кармен, которая ждала его со всей пылкостью необузданной натуры.
Цыганка бежала по землям Эмиля к своему табору и старалась ни о чем не думать. В последнее время она много раз раскладывала таро и все время выпадала смерть и башня разрушения. Перемены, крах прежней жизни. К чему бы это. Добежав до своего фургона, девушка остановилась и села прямо на траву. Неподалеку лежала Джесия, волчица Нико. И как всегда она с недоверием глядела на всех цыган. Мария презрительно фыркнула и задрала носик. Волчица никак не отреагировала на это пренебрежение.
-скажи, зачем ты приходишь сюда, глупая волчица? – спросила Мария, - ты не доверяешь нам, но все равно приходишь. Из за Нико, да?
Волчица не отвечала. Только ее золотистые глаза немигающе смотрели прямо на нее. И почему то от этого взгляда у девушки пробежали мурашки по коже. Стало как то совсем неуютно. Отодвинувшись от нее, Мария распустился косички и принялась расчесывать волосы пальчиками пронзая густые пряди. Сзади подошел Нико и погладил волчицу. Та довольно подняла морду и оскалилась.
-она похожа на злой дух, - пожаловалась девушка, - Нико, прогони ее.
-а может, это наш защитник.
Грустно отозвался парень, продолжая поглаживать волчицу между ушек.
-защитники должны внушать доверие, а не страх! – возмущенно сказала девушка и неожиданно притихла. _ Нико, у меня дурное предчувствие.
Нико вздрогнул, а жалость остро кольнула его в сердце. Как же так, как же ему помочь этой милой и любимой девушке? Что он может сделать для нее? Если бы он только знал…но никто не мог дать ему ответа на этот вопрос, потому что он не знал отчего надо спасать. Впрочем, его самого терзали предчувствия. Решившись, парень прижал ее к себе и провел рукой по распущенным волосам.
- я смогу защитить тебя, Мария.
- правда? – спросила девушка.
- правда, - отозвался он, - от всего.
Рассмеявшись, Мария подскочила и весело побежала прочь, легко касаясь босыми пятками травы. Ошеломленный, Нико провожал ее взглядом и ощущал, как гаснет улыбка, а в сердце наваливается глухая тоска.
- из за вдовушки шальной, он остался без штанов. лейтинантик молодой был к такому не готов!!
Пел Анри, шагая по улицам. Это был тот редкий день, когда он бродил по улицам без своего знаменитого коня. Продолжая горланить песню про красотку Эвелину, которая заигрывала сразу с тремя, одним из которых и был этот пресловутый лейтенант, второй священник, а третий молодой дворянин. В итоге они все пробирались по своим домам без одежды. Веселая и пошлая песня была в ходу у военных и городской стражи. Тем более, что Анри сам направлялся сейчас к одной такой вдовушке. Но капитан королевской стражи рассчитывал на то, что убегать, оставив штаны ему не придется. Рассмеявшись своим мыслям, парень остановился и подхватил у уличной торговки букет алых роз. Сойдет для вдовушки, решил он. Продавщица, довольная тем, что на ее товар обратил внимание любимец города, улыбнулась и слегка краснея, заметила.
-а вам, милый капитан, эти розы будут стоить всего один поцелуй.
-да такую красавицу я бы и без роз поцеловал.
Весело сказал Анри, привлекая ее к себе за талию сильной рукой и крепко целуя в губы. отпустив смущенную девушку, он пошел дальше ,помахивая букетом и глядя по сторонам. И увидел Марию .точнее, он увидел знакомую девушку, которая явно была цыганкой, а еще смущалась ,когда он сажал ее к себе. Премиленькая красотка, решил он, подходя к ней. Та вдовушка моментально была забыта.
-привет, красавица, куда идешь? – поинтересовался он.
Мария подняла на него огромные омуты черных глаз и ответила неожиданно тихим голосом.
-я иду к морю.
-и не страшно? – удивился Анри.
-чего мне бояться? – Мария слабо улыбнулась, - честь цыганки ничего не стоит, а за свою жизнь я не боюсь.
И попыталась пройти дальше. Но Анри поймал ее за руку и привлек к себе, пытаясь заглянуть в ее глаза еще раз.
-вы как то странно говорите, сударыня, - удивленно сказал он.
- -а мне вас жаль, капитан, - Мария погладила его по щеке.
-за что, черт возьми, меня жалеть?! – теперь он был в потрясении.
--лучше бы вам этого не знать!
Мария вырвалась и побежала прочь, пытаясь вытереть слезы. Ей и вправду было жаль его, она не знала почему. Может быть, потому что он казался глубже, чем выглядел? Она единственная, кто понимал ,что скрывается в душе этого беспечного ангела. Вскоре девушка растворилась вдали, а Анри остался стоять, почесывая в затылке.
-странная милашка, - пробормотал он, глядя ей вслед. И тихо рассмеялся, потому что увидел свою вдовушку, которая глядела на него бездонными серыми глазами. Мария мгновенно оказалась забыта, а в мире его грез воцарилась хорошенькая женщина, которая не преминула этим воспользоваться.
Солнце величаво плыло по направлению к горизонту. Оно готовилось вернуться во тьму другого полумира, чтобы осветить ее там. А здесь воцарилась его бледная и тихая сестра луна. Скромно делясь светом, полученным от своего сиятельного брата, луна плыла по горизонту, ощущая себя царицей на несколько часов. Тихо качались деревья, которым ночь пела колыбельную, накрывая небо своим плащом ,она плыла все дальше и дальше, продолжая песню о красивой сказке и несбыточных мечтах, и даря другим кошмары, полные демонов и боли. Кому то гармонию и забвение, кому то выпущенные на волю страхи. Дотрагиваясь незримой ладонью до каждого листочка, до каждой травинки, ночь успокаивала их всех. И Леан, ты тоже дремлешь, успокоенный этой колыбелью. Скоро ты проснешься навстречу новым тревогам, но это будет потом, а сейчас спи, спи спокойно, сегодня ничего не произойдет.

@темы: первый роман

---

И снова ночь, только гремит гром и сверкают золотистые вспышки молний. Природа, прежде такая спокойная, нынче бушует и свирепствует, в такую ночь даже самые влюбленные Ромео предпочитают отсиживаться дома. Но для городской стражи не существует возможности или невозможности несения службы, и под этими вспышками порой явственно угадываются уныло бредущие всадники. В эту ночь стража капитана Анри. Он раздал последние указания кому какой участок патрулировать, а сам пустил коня вскачь, дальше и быстрей, вот его девиз. Обогнать ветер, вот его мечта. Найти конец радуги, это сказка. Но о чем бы он ни мечтал, чего бы не хотел, никто не знал его истинных стремлений. Обычный гуляка, знающий пару десятков стремных песен, пару мест, где есть хорошее и дешевое вино, увлекающийся девушками и женщинами, и умеющий пользоваться популярностью. Но кто знал, что скрывает в себе человек по имени Анри? Кто может предсказать его мечты, понять о чем он думает, когда улыбается, глядя в глаза собеседнику? Никто не знал его истинной сущности, и настоящий капитан Анри был для всех всего лишь беспечным ангелом.
-быстрее, Шторм, - шептал он, гладя его по холке, - прибавь еще немного. Мне кажется, я умру, если ты не сделаешь этого.
И конь согласно фыркая, ускорял шаг. Он мчался галопом, все быстрее и быстрее, прогоняя из души всадника боль.
Да, именно самую настоящую боль. Анри никогда никому не рассказывал о прошлом. Все узнали капитана в тот момент, когда королева собственноручно сделала его капитаном в двадцать один год. Вот тогда о ни родился для них. До этого Анри был всего лишь лейтенантом. А до этого пажом ее величества.
Родился мальчик в семье хорошо обеспеченного и довольно знатного дворянина но вторым сыном, и не желая связываться с духовной карьером, решил стать военным. Как оказалось впоследствии, это было его призвание. Но королева не захотела отпускать красивого пажа в армию, и отправила его в Стражу. Там он был в безопасности и рядом с ней.
Анри улыбнулся ,вспомнив королеву. Он был одним из тех немногих людей, кто не боялся королеву, и поэтому пользовался ее благосклонностью, как хотел. Н отчего то даже ее величество не могла завладеть сердцем непостоянного капитана.
-она чудо как хороша, - пробормотал он, - и похожа на хищницу. Совсем, как Жюли.
Жюли это его первая женщина. Когда ему исполнилось пятнадцать лет, отец отправил его пажом к старинной подруге его жены. Анри не мог приспособиться называть эту женщину мамой. А для мачехи она была слишком доброй. И поэтому она так и осталась Николь, или жена отца. Жюли оказалась светской дамой, когда то полыхавшей на небосклоне дворцовых интриг и скандалов. Она успела застать Этьена, и какое то время даже дарила ему свою благосклонность. Увидев мальчика, Жюли поняла, что он вырастет не просто красивым, н очень обаятельным. Его улыбка заражала других людей, и они не могли не улыбаться, глядя на него.
Именно она подарила ему первый меч, когда протягивала ему оружие. Их взгляды встретились, и ее ладонь задержалась в его руке чуть дольше, чем необходимо по протоколу, а его поцелуй длился чуть дольше, чем требуют приличия. Но никто ничего не заметил, привычный, ко всему, что вытворяла герцогиня. Через месяц, мальчик стал мужчиной. Но с той поры в его глазах появилась печаль. Она появлялась в те минуты, когда его никто не видел, и только быстрые скачки помогали ее утолять.
Анри вздохнул и притормозил коня. На мгновение ему показалось, что он видел цыгана. За цыганами следить следовало более строго, чем за остальными. Анри не понимал почему так? Он многого не понимал в этом мире. Он не понимал почему Жюли обратила на него внимание, когда ему исполнилось пятнадцать лет. И отчего она изменилась потом. Она все время называла его ангелом и гладила по щеке. Иногда она целовала его, и он отчего то был счастлив. Эта женщина стала для него самым дорогим человеком. Но она отдала его королеве. Зачем? Ему было больно от этой разлуки, но он старался забыться и служил королеве так же верно, как и Жюли. А вскоре снова начал ловить недвусмысленные взгляды.
Вор. Шторм ,ощутив настроение хозяина тихонько фыркнул и неспешно отправился к тому месту, где видел вора. Почему Анри решил, что это вор? Он не мог сказать, но это чувство уверенности не покидало его. Да и то, что этот парень крался, о многом говорило. Правда, в такую погоду можно было особо и не прятаться, уж если грохот молний заглушал даже цокот копыт коня, то человеческие шаги и подавно скрыл бы. Поравнявшись с этим человеком, Анри спрыгнул и ухватил его за ворот рубашки. Человек вздрогнул. Когда молния осветила форму капитана, он побледнел, хотя, может, это была всего лишь игра света.
Капитан!
-клянусь спасением души! Какого черта тебя понесло грабить в такую погоду?!
Анри слегка встряхнул воришку.
-помилуйте.
Вор поник.
-у меня больной старший брат. нам так нужны эти деньги. А тот кто живет здесь, не обеднеет.
Анри задумчиво посмотрел на особняк. Там жил один ростовщик. Он процветал даже несмотря на то, что запрещено давать деньги в рост. И если честно, тот человек был ему глубоко антипатичен. Но и с другой стороны, один раз простишь, потом появится чувство безнаказанности. Вздохнув, Анри почесал затылок и тихо сказал, все же стараясь чтобы его было слышно сквозь грохот грома.
-ладно, парень, неси это брату и лечи его. Но не забудь потом вернуть деньги.
-вернуть?! Но как я верну их ,если не работаю.
Анри вздохнул.
-нам нужны такие крепкие парни, как ты, которые не боятся почти ничего. Поэтому приходи завтра к казармам. Я там буду. И попробуй не прийти. Клянусь, чревом кардинала, найду и арестую.
Заметив попытку парня упасть ему в ноги, подхватил и покачал головой.
- а вот этого не делай.
-спасибо, капитан. Огромное спасибо.
Но капитан уже не слушал. Он вновь вскочил на коня и мчался вдаль ,позабыв на время об этом инциденте. Все так же гремело. Казалось ,что боги обозлились за что т она этот мир, и теперь вымещают свою злость. И все таки беспечный ангел Леана радовался подобной погоде. Ведь его ничто не останавливало, и он мчаться так быстро, как ему это угодно. Еще одна вспышка озарила его неподвижное и бледное лицо. Если бы кто увидел его в эту минуту, то не узнал бы. И все таки, Анри не останавливался, стараясь прогнать воспоминания. Вперед, быстрее, вот чего он хотел сейчас. И томные глаза королевы, глядящие на него, и тот разговор с ней…
Королева сидела на тафте, поджав под себя ноги, и выглядела совершенно обычной женщиной, далекой от власти, но юный паж ни на секунду не забывал об этом, несмотря на то, что казался легкомысленным.
-милый Анри, - произнесла королева мягким голосом, не способным обмануть его, - куда это ты собрался, мой мальчик7
- я желаю воевать, - твердо ответил он.
И бесстрашно смотрел в глаза одной из самых опасных женщин страны. Но королева рассмеялась и провела ладонью по щеке, убирая непослушные пряди.
-какой глупый. Тарок наш враг уже несколько веков, и от твоего участия ничего не изменится. Зачем идти туда, чтобы погибнуть без чести?
Анри не сдавался. Он не отводил взгляд, продолжая смотреть на нее блестящими темно карими глазами.
-я мужчина, и я должен помочь своей стране.
-сколько пафоса.
Королева рассмеялась. А потом, оборвав свой смех, сказала резким тоном.
-не пойдет, мой милый мальчик. Я тебя не отпущу.
-но…
-никаких но, ты мне нужен здесь.
В ее глазах ясно читалось, что это приказ. Приказ…Анри упрямо мотнул головой, все еще надеясь переубедить ее. И почему он не мог сдаться, королева не знала. А мальчик ей не говорил. Он показывал лишь одно: ему надо.
-что за упрямый мальчишка! – гневно воскликнула королева, - я пытаюсь сохранить тебе жизнь, а ты противишься этому!
-отпустите меня, ваше величество.
Швырнув со столика поднос с фруктами, Тами громко сказала.
-нет. Хочешь быть военным, я зачислю тебя в свою стражу! На большее не рассчитывай. Все, аудиенция окончена.
И отвернулась. Анри поклонился, и вышел, хотя видит мессия, ему стоило немалых трудов не показать свое разочарование.
Еще одна вспышка, еще один отголосок грома. А капитан все так же скачет вперед. Как он не хотел это вспоминать. Почему она не отпустила его? Мало ли и других парней, не хуже его? Вот именно, но она играет с ним, словно большая кошка, и от этого становится лишь хуже. Покачав головой, Анри затормозил и спрыгнул с коня. Где то гудели колокола, которые возвещали к заутрене, и скоро начиналась его пересмена. Надо возвращаться, но желания нет. Прижавшись лбом к Шторму, Анри тихонько стоял, не о чем ни думая. И это было удивительно легко. Затем, тряхнув головой, парень вновь вскочил в седло и пустил коня назад, туда, где вновь собирались его подчиненные. Они его уже ждали. уставшие, продрогшие, но веселые.
-эй, капитан, вновь навещал веселую вдовушку?
-хорошенькая хоть?
-наверняка такая, что рук не хват обнять!
-раздавалось со всех сторон. Анри заразно рассмеялся и махнул рукой.
-нет, вдовушки все попрятались, наверно не знали, что у меня смена! – весело отозвался он, - а вот в кабачок зайти не помешает, кто со мной?!
-обижаешь, капитан, главное, чтобы места всем хватило!
Смех, шум, все это не прекращалось, и мрачное настроение вновь испарилось, словно бы сметенное грозовыми порывами. Встретив Валентина, который обычно сменял своего друга на посту, Анри передал ему смену, и пообещал дождаться в Объятиях сирены. Валентин, рассмеявшись, заметил, что его стража не настолько короткая, на что Анри возразил, что вряд ли стража помешает ему присоединиться, тем более, выпьют они всего чуть – чуть, разве нет? даже усы обмочить не хватит.
-какие усы, приятель? – отозвался Валентин, - у нас их нет.
-значит, хорошо напьемся.
Анри весело ему подмигнул и тронул поводья. Хотя, это было лишнее, Шторм понимал своего хозяина даже не с полуслова, а с полумысли. кабак встретил их тишиной и полусонным владельцем. Однако, увидев гостей, среди которых был молодой капитан, кабатчик проснулся и услужливо вытащил все, чем он мог порадовать гостей. Анри довольно хмыкнул ,увидев любимое вино и первый тост посвятил дорогому хозяину. Растроганный, кабатчик выставил вино за счет заведения.
Хотя он знал и то, что узнав про то, кто стал постоянным гостям, народ повалит толпой. И оно неудивительно: Анри любили все, кто его знал. Или почти все, поскольку Эмиль де Шевалье мог лишь презирать его, а Этьен не любил никого.
-капитан, а за нашу стражу что же не выпить?
-да вы что, ребята? За вас обязательно!
-весело отозвался капитан.
-и за нашего капитана, нужно.
А то!
-а как же милые дамы?
-нет, их тоже забывать нельзя!
Время шло, гроза становилась все тише, а под конец затихла совсем. Лишь мокрые кляксы на дорогах показывали, что был дождь, а о гневе небес не напоминало ничто. Солнце величественно плыло к небесам, а ночь медленно и неохотно сдавала позиции. Но город неумолимо пробуждался…

@темы: первый роман

---

Еще один рассвет, еще одно утро, и еще одна новая глава из жизни города. Солнце взошло в небосводе, озарило куда то торопящиеся фигуры людей и зависло в воздухе. Жемчужина Леана тоже озарилась рассветным сиянием. Вскоре началась обычная утренняя суета. Эмиль недовольно потянулся и поднялся с кровати, отметив, что его камергер сегодня работает из рук вон как плохо.
– почему мои рубашки мятые? – недовольно спросил он камергера.
-прошу простить меня, ваша светлость.
Камергер попятился, - я недосмотрел за этим.
-уволю, - пригрозил Эмиль. Впрочем увольнять пока он не собирался, поскольку мало кто соглашался работать в его особняке, несмотря на все те деньги, которые он платил своей прислуге. Даже псы, сидящие на привязи и то не испытывали теплых чувств по отношению к хозяину. Эмиль натянул рубашку и пошел в столовую. Как всегда в полном одиночестве, как всегда наедине со своими мыслями. Похоже, единственный, кто любил его и терпел все выходки молодого господина был дворецкий семьи. –
-Жан, где горничные?
Дворецкий неслышно появился сзади него и повязал салфетку.
--прошу простить меня, господин, но последняя горничная не могла спать из за криков того парня, который пытался обворовать вас.
-туда ему и дорога. Только это не повод, вот так сбегать.
Эмиль подхватил вилку и принялся за завтрак.
-потому что этот дворец проклят, молодой господин, не стоило было строить его здесь.
-молчать!
Эмиль резко поставил бокал с вином и отложил вилку. Есть перехотелось совершенно. Может, в этом и виновато то происшествие, о котором он старался забыть. Странно, с чего бы вдруг? Сколько раз его проклинали, ненавидели ,пытались убить! И чем это все кончалось? Эмиль иногда мрачно шутил о том, что он проклят с самого рождения. Кто знает, может, в подобной шутке и была доля правды. Начать хотя бы с того, что этот дворец строился очень тяжело, и многие погибли во время стройки.
Плевать, - проворчал он, - я хотел построить дворец ,превосходящий королевский, и я это сделал. А на остальное наплевать. Убью любого, кто посмеет мне перечить.
-как прикажете, господин. И все же, я считаю, что вам стоит вернуться в свой старый особняк.
-мой старый особняк принадлежит моему сыну. Когда он вырастет, он будет его хозяином до моей смерти.
Дворецкий покачал головой, но спорить не стал. Это было опасно даже для него, самого верного и преданного слуги семьи шевалье.
-аппетит пропал из за твоих бредней.
Эмиль поднялся и рывком отправился в библиотеку. Раньше он заглядывал сюда довольно редко, но в последнее время отчего то стало тянуть. Хотя бы ради того, чтобы узнать, что же такого собирали его родственники. С интересов подойдя к полке, Эмиль только удивленно покачал головой: Полный сборник проклятий, Заговоры для вызова Князя, Черная месса. Также были сборники по демонологии, охота на ведьм, алхимия и каббала. Его предки занимались какой то чертовщиной, смахивающей на колдовство. Ну и дела. Подхватив книгу о проклятьях, Эмиль бегло пробежался взглядом по строчкам .виды проклятий ,чем они отличаются от порчи и сглаза. И в общем подобная ерунда. Эмиль вздохнул и закрыл книгу. Взял некромантику и хмыкнул.
Некромантика дословно означает гадание по мертвым. И самые древние некроманты именно этим и занимались. Они разделывали мертвые тела ,причем, не обязательно людей и по состоянию внутренних органов определяли хорошие и ли плохие знаки посылают им боги. В дальнейшем эта наука развивалась и можно с уверенностью сказать, что уже при правлении Клеонта первого некроманты научились взывать к духу умершего, вызывать его тело из могилы, управлять им. Наиболее мощные некроманты способны победить смерть, возрождаясь более сильными, но таких очень мало.
Здесь было подчеркнуто два раза. Эмиль решил, что кто из его родственников серьезно увлекся этой так называемой наукой.
В настоящее время наши некроманты могут намного больше, чем в те времена, особенно лагодаря тому, что их никто не преследует ,а даже наоборот, почитают. Кроме того появились такие подотрасли некроманитики, как зеркальная магия, одна из самых опасных и непредсказуемых даже для тех, кто ее практикует. Кроме того, есть и некромантика крови, при которой необходимо огромное количество жертв.
На этом месте Эмиль закрыл книгу. Мало ли что придумают люди. Мертвых не поднять, духов не существует, и вообще после смерти наступает тьма и забвение. Вот и все, зачем подавать какие то глупые надежды. Эт овсе равно, как если бы смертельно больному дать надежду на выздоровление. Может, ему легче и будет, н ов момент смерти он осознает весь ужас от происходящего.
-бред.
Эмиль швырнул книгу об стенку, а злость тихонько зашипела ,змеей раскачиваясь в его сознании. Она знала, что рано или поздно ее выпустят. Так было всегда, и так будет всегда. Она вырвется на свободу и кого то ужалит. Что будет с таким человеком? Может, ему повезет и он останется всего лишь калекой.
-нет уж.
Эмиль отогнав мысли про свою злость. Нельзя отождествлять чувство с живым существом. И заметил , что рядом с ним лежит какая то тетрадь. Похоже ,она выпала, когда он швырялся книгами. Странно, Эмиль не мог вспомнить, чтобы видел ее вообще когда нибудь. Впрочем, ничего мистического в этом нет. Мало ли где она могла заваляться. Тетради судя по всему несколько сотен лет. Странно, такая старая. И что же это может быть? Мемуары или дневник? Открыв тетрадь Эмиль убедился, что верно второе. Это был дневник, или что то похожее на него. Причем начиналась она одним почерком, а заканчивалась другим. Решив, что это очень интересно, Эмиль сел в кресло и поудобнее устроился там. Затем перевернул на первую страницу и прочел :
30. 09.697г от принятия Веры.
Я, глава семьи Шевалье, Ортега де Шевалье, пишу в твердом уме и здравой памяти. Сегодня я узнал одну невероятную вещь: мой дед, который внезапно исчез, на самом деле некромант. Самый страшный, самый худший из всех некромантов. Он практикует жертвоприношения. Кроме того, он продал душу Князю тьмы. Что делать? Боже, кто же спасет всех его потомков вплоть до седьмого колена?

02. 10. 697г от принятия Веры.
Боже, Боже, неужели ты оставил нас? Мы верные дети твои в смятении и в ужасе, помоги нам не сломаться. Мой дед оказался подлее, нежели я мог представить. Заключив сделку с Князем, он продал не свою душу, а души своих потомков. Теперь в каждом поколении будет рождаться ребенком, владеющий необыкновенной способностью, но его душа принадлежит Князю. И так будет вплоть до тех пор, пока семь поколений не сумеют отказаться от власти Князя. Боже, дай мне сил, чтобы стать первым. Ибо у меня есть страшная способность поджигать все, когда я в ярости.
Эмиль задумчиво отложил тетрадь и поднялся из кресла. Что ему остается думать, после того, что он прочитал? Дед этого самого Ортеги продал душу Князю, вернее, души своих потомков, чтобы не расплачиваться своим спасением. Очень хитро с его стороны, учитывая, что Князю это только выгодно. Это при условии, что Князь существует. Может, этот Ортеги вовсе и не был в твердом уме, как пишет? Скорее всего.
но…
вот именно, здесь было одно но. Эмиль умел читать мысли. Он постоянно слышал какой то гул, разбивающийся на отдельные фразы. Эти голоса кричали, плакали, умоляли, смеялись, радовались. Это было настолько дико и отвратительно, что Эмиль часто прибегал к матери, но та не верила. Или делала вид, что не верила. В конце концов, мальчика начинали наказывать ,когда он говорил про это. И Эмиль запретил себе даже думать об этом. Н окак можно было не думать, когда улыбающийся человек, говоря ему комплименты, на самом деле думал о том, что этот вспыльчивый юнец его раздражает. И мальчик перестал вперить людям, прекрасно понимая все их желания и стремления.
-можно ли это считать необычным?
Спросил он вслух сам себя. И решил ,что можно, поскольку иначе бы люди так не лицемерили друг перед другом. А это становится косвенным подтверждением того, что Ортеги не преувеличивает ,когда говорил о проклятье. Но в чем оно заключается, если души нет? Есть только мозг и сознание, которое рождается мозгом. Все. Душа это выдумка святош, которые не хотят терять всего того, что успели накопить. Чего им стоил жирный кусок в виде состояния Этьена. А еще они и его пытались заполучить. Эмиль сопротивлялся до последнего. Он даже пригрозил собак спустить. Вот еще, не хватало чтобы и его немаленькое состояние досталось этим слизнякам. Хотя Этьена все таки нельзя назвать слизняком. Эмиль поморщился. Ему было совершенно неприятно говорить о том, что Этьен может быть хоть в чем то неплох. Однако с этим не поспорить. К сожалению его сын растет не таким твердым и упрямым. Эмиль вздохнул и поднял тетрадь. Он продолжил чтение, каждый раз совершая для себя небольшое или просто невероятное открытие. Сын Ортеги тоже оказался проклятым. И его внук. Эмиль читал о том. как постепенно Ортеги находил вкус к своей способности. Вначале он отговаривался тем, что благодаря этой способности можно защищать, потом он использовал ее для обогащения, запугивания, под конец он все же сдался и согласился служить Князю. Его дети поступали точно так же. Раз за разом в каждом поколении рожался тот или иной мальчик, девушка ,обладающие способностями, они не находили в себе силы справиться с искушением и начинали творить зло. Такие долго не жили. Максимум тридцать сорок лет, а затем князь приходил за ними. Во всяком случае так было написано в тетради.
Эмиль отложил тетрадку и вышел из комнаты. Отчего то ему стало душно. В углу ему почудилось шевеление. Всего лишь тень, подумал он про себя. Тень не может причинить никакого вреда. Просто я перечитал семейных ужасов, вот и мерещится всякое. Но тень явственно пошевелилась, и словно бы полыхнуло тихой злостью. Эмиль вздрогнул и прибавил шагу. У этого нет никаких мыслей, значит, оно не существует, подумал он, но от странного места все же ушел не оглядываясь.
-выйду наружу, и плевать, что жара стоит страшная.
Звуки его собственного голоса немного успокоили, и парень понял, что скоро начнет смеяться над этими мыслями. Надо же, внушил себе, что в углу коридора могло что то быть. Глупости. Выйдя на свежий воздух, он глубоко вдохнул и подивил улыбку. Однако вскоре улыбка сама по себе сползла с лица, потому что совсем рядом пробежала цыганка. Отчего то Эмиль даже вспомнил ее имя: Мария. И зачем ему это помнить имя какой то там цыганки7 и зачем интересно его предки разрешали табору останавливаться на его землях? У них уже не спросить. Разве что вызвать их души. В ответ на эту мысль Эмиль лишь фыркнул
-ты почему здесь? – спросил он мрачно.
-ой, простите, нарушила покой вашего величества.
Мария склонилась в реверансе.
-я не король.
-да? а я слышала, как господа Шевалье кичатся своей близостью к королевскому роду по линии незаконнорожденной дочери короля.
Мария улыбнулась ,подарив ему дерзкий взгляд.
Эмиль нахмурился. Эта цыганка позволяла себе намного больше, чем ей позволено.
-не твое дело, чем мы гордимся, - ответил он довольно грубо, - будешь дерзить, можете лишиться права останавливаться на моих землях.
Мария презрительно фыркнула.
-ой, право же у вас скудные представления о вежливости. Вы только угрожать умеете? или еще и выполнять свои угрозы?
Эмиль вспыхнул .эти слова пришлись точно в цель к такому человеку, как он. Будь на его месте Этьен, он выполнил бы даже такую угрозу, еще бы и сверху добавил . но Эмиль и так слишком уж был опорочен в глазах общества, что это деяние могло бы его не сильно опозорить. И все таки Эмиль не мог поступиться некоторыми своими принципами. Однако сносить все эти оскорбления от цыганки он тоже н мог.
-похоже, сегодня у меня на ужин будь кровь девственницы, - мрачно заметил он, - этим я, пожалуй, удовлетворюсь.
-ой ,а разве ничто другое вас удовлетворить уже не способно?
Мария рассмеялась своим дьявольски завораживающим смехом и убежала, прежде чем Эмиль успел ее остановить. Мрачно посмотрев ей вслед, эмиль решил, что при следующей встрече заставит эту девчонку относиться к нему с уважением. Или хотя бы более вежливо. А то взяла себе волю. После этой встречи все желание гулять куда то пропало и Эмиль вернулся в дом. Дворецкий проверял слуг.
-Жан, - Эмиль подумал, что дворецкий, переживший несколько поколений семьи может что т знать о проклятье. Или о том, что может подтвердить или опровергнуть его теорию. Может быть, этой ночью он все же сможет спокойно заснуть. Кто знает.
-прошу простить, господин ,я был занят слугами.
Точнее теми, кто еще остались, -подумал Эмиль, но ничего об этом не сказал.
-пройди в мой кабинет, - приказал он.
Кабинет, небольшая комната, где Эмиль работал. Точнее, делал то, что о называл работой. Самая любимая комната во всем дворце, и самая малопосещаемая другими людьми. Может быть поэтому он и люби ее. Сев в кресло, эмиль проводил взглядом дворецкого, вставшего напротив.
-ты хорошо знал моего отца, мою бабку и прадеда?
-да, господин. Ваша бабка была очаровательной женщиной с воистину колдовским взглядом.
-что это значит, почему так?
-потому что она могла приворожить любого всего одним взглядом. Но в день своей свадьбы она внезапно погибла.
Просто исчезла, вспомнил записи из тетради Эмиль. Невесту одели, и причесали, а потом оставили одну всего на пять минут. Когда же за девушкой вернулись, т обнаружили kbm огромное красное пятно на белых простынях. Ее искали, но не смогли найти даже трупа. Отец умел летать, казалось бы такая невинная способность, но и ее умудрился использовать во зло. Когда ему исполнилось тридцать, он умер. Долго и мучительно, словно душа не желала расставаться с телом. Эмиль тогда был десятилетним мальчишкой, и он не понимал, что же происходит. Почему ему не позволяют идти к отцу и почему мама плачет.
А когда понял, то и не особо расстроился, потому что и не видел практически своего отца. Впрочем, как и матери тоже. Единственный человек, который всегда был с ним, это дворецкий, и как бы Эмиль не грозился его выгнать, он понимал, что не сможет этого сделать. Хотя бы потому, что лишится единственного, кто никто не предаст.
-мой отец был плохим человеком? Он убивал?
-господин.
Дворецкий как то сгорбился и посерел, состарившись на пару десятков лет. И Эмиль разрешил ему не продолжать ,понимая, что ничего ободряющего он не услышит. Да и зачем скрывать от самого себя то, что и так всем известно. Никто не мог доказать кто виновник всех этих бесчисленных смертей и насилия, но догадывались все. И лишь Эмиль, когда был еще совсем молодым, казался хорошим мальчиком. Пока не погибла его вторая жена.
Дурная кровь победила, говорили они. И Эмиль не желал соглашаться, упрямо закрывая глаза на то, что говорят, и на то, что говорят о его семье. Это неправда, утверждал он, клевета. Но теперь нет смысла скрывать это. Хотя бы потому, что слухи о проклятье имеют при себе некоторое основание.
- а что ты говорил о том, что это место проклято? Почему ты так решил?
-господин, это место проклято, потому что здесь погибло множество людей, - ответил дворецкий.
-- а может, это не место проклято ,а мой род?
Эмиль скривился в волчьей ухмылке, наблюдая за побледневшим дворецким. Знает ,подумал он, но старается не думать об этом, поэтому я и не знал ничего. Неужто наше родовое проклятье все же существует? Эдак чего доброго можно и до души додуматься.
-прошу вас, господин, не думайте об этом.
Дворецкий сделал какое то движение, словно собираясь упасть к ногам Эмиля, но тот жестом остановил его.
-не нужно. Я прочел тетрадь с мемуарами.
-вы нашли дневник? О боже, похоже, Князь теперь желает вашу душу, господин. Простите, я не смог уберечь вас.
-вот как? А разве мы изначально не принадлежим его, раз можно уберечь?
Эмиль с интересом проследил за взглядом дворецкого.
-да, господин ,уберечься можно. Если вы откажетесь служить ему, то вашим детям будет легче, а внукам еще легче. И в конце концов, дети в десятом колене будут совершенно свободны.
-и как же я должен подтвердит его овласть? убить младенца?
-того, кто вам дорог больше всего.
Дворецкий опустил взгляд. Эмиль задумался. На данный момент ему дороже всего два человека. Сын и, как ни странно, дворецкий. Убить никого из них он не собирался. Значит, зря он поддался всей этой мистической ерунде.
-ладно, Жан, иди и забудь о нашем разговоре. Еще не хватало, чтобы я поверил во все это ,как светская дама.
Дворецкий медленно вышел, а Эмиль продолжал сидеть и наблюдать за игрой пламени свечи. А в голове не было ни единой мысли. Да и зачем? Но думать о другом не хотелось, поэтому Эмиль предпочитал не думать ни о чем. И лишь порыв ветра, внезапный и яростный, распахнул окна и задул свечи. Стало холодно. Эмиль поднялся и закрыл окно, на мгновение ощутив прикосновение чего то холодного и чужого. Отшатнувшись, Эмиль поморщился.
-игра воображения, - сказал он сам себе.
И словно в ответ на его слова, раздался смех. Тихий, но дьявольски прекрасный.

@темы: первый роман

---

Дерзкая цыганка.
Вечер медленно берет свою власть, освежая раскаленный воздух весеннего зноя, он ласково обнимает город своим ветром, и заставляет горячую кровь бежать медленнее, лишь изредка стихая. Но ненадолго, ибо без этого свежего дыхания, ласковых объятий город просто задохнется. Огонь везде. Он горит в небе ярким безжалостным солнцем, он в дыхании людей, огонь проник в кровь и теперь он снова мучает тело, несмотря на вечернюю прохладу.
Этьен перевернул страницу требника и вновь воззрился на стенку. Она сегодня не пришла. Отчего то это его раздосадовало. В чем дело? Он привык к песням этой маленькой богохульницы? Похоже на то. Еще немного и он будет считать, что и сама цыганка стоит его душевного трепета. Какой трепет? Ему скоро тридцать будет, пора остепениться. Девушки давно не вызывают волнения в крови, он просто пресытился ими .опасности тоже не волнуют кровь. Что же остается? Этьен захлопнул книгу и провел пальцами по обложки, невольно представил, что это кожа цыганки. Наверняка она мягкая и нежная, словно прикасаешься к лепесткам цветка. А там, где ее кожа еще не тронута загаром, она мягче всего. Этьен заставил себя вернуться к реальности и мрачно отметил, что давно вот так не поглаживал неодушевленный предмет, словно прикасался к женской разгоряченной коже.
-видимо, меня на экзотику тянет, - задумчиво заметил он , - до цыганок я еще не опускался. Да и стоит ли она этого? Кто знает.
И легко поднялся с кресла ,единственного предмета мебели, который он пожелал оставить из прежней жизни. Конечно, это неправильно, но кто станет ему на это указывать, если он оставил церкви все свое имущество, считавшееся самым крупным во всей стране. Даже королевская казна не могла сравнится с ним. Теперь, пожалуй, звание самого богатого человека может получить семья Шевалье. Корме того, у Эмиля уже есть наследник ,которому оно достанется. а тот уже решит что с ним делать.
-отчего у меня такое ощущение, что церковь постарается добраться до его сына.
Этьен провел пальцем по краю стола.
Он вспомнил свое детство. Бурное и довольно интересное. Сын герцога де ла Круа, он получал все, что хотел ,не прилагая к этому никаких усилий. Мать он нежно любил, отца уважал. Поэтому, когда они погибли в результате налета разбойников, он искренне грустил об этой утрате. И в пятнадцать лет стал герцогом сам. В результате пажом прежнего короля он был недолго, став одним из придворных .все поначалу было интересно, и балы и красавицы и дуэли. Но как то быстро это приелось. Его пытались убить, и в дело шли яд, кинжалы, девушки убийцы, заговоры. Ему доставляло нескрываемое наслаждение распутывать все интриги и заговоры, а затем наказывать виновных. Когда править начала Тами, он сблизился и с ней. Но становиться ее фаворитом не спешил. Слишком увлекся другой звездой двора. Табита, графиня де Лиль. Она была недоступна, и в ТО же время желанна. Редкое сочетание. Этьен терпеть не мог холодных девушек. И для него сочетание неприступности и страстности было наиболее желанным в девушках. А еще он любил опытных. Табита умело сочетала все это в себе. Помимо этого она была первой красавицей двора, и мало кто мог похвастаться тем, что добился е расположения. Этьен поклялся себе, что он точно станет таким. И вот две звезды сошлись на небосклоне высшего света Леана. Они затмили собой всех и все, ослепили и заставили забыть про всех других. Кто т любовался филигранными словесными дуэлями, кто то спорил сколько времени займут ухаживания Этьена, кто решал, чем все это закончиться. В любом случае интересно было всем. И спустя месяц упорных трудов и бесчисленных трат, Этьен добился ее расположения. Две кометы, два метеора, они столкнулись на один ослепительный миг, а потом погасли. Вернее, если быть точным, то погасли чувства Этьена. Удовлетворив себя и свое честолюбие, он обратил внимание на королеву. Табита не могла его отпустить, слишком заинтересовал ее этот молодой человек. И она решила его окольцевать. уговорив на последнюю встречу, Табита приготовилась самым тщательным образом. Когда Этьен увидел ее полуобнаженной, в ее будуаре, пахнущем его любимыми розами, он понял ,что снова пропал. Табита влекла его с новой силой. Одурманенный запахи цветов и кожи, волос табиты, он любил ее со всей страстью, на которую была способна его пылкая душа. И не заметил, как в комнату вошли слуги, а следом и королева, чьей близкой подругой считалась Табита. Теперь по закону он должен был жениться на девушке, либо же пойти на эшафот. Этьен, теперь на мог, когда его заставляли что то делать, он готов был ради этого даже быть казненным, но Тами, сама мечтающая о молодом человеке, предложила ему стать священником. Немного подумав, Этьен согласился. Что он терял? Умереть можно всегда, а вот испробовать еще одно средство для утоления скуки это очень важно. И в двадцать пять лет, он сменил светский костюм на сутану. Однако на его страсти это не повлияло совсем. Молодой человек понял, что подобную стезю надо выбирать по велению сердца, а не любопытства. Н о теперь сделать было ничего нельзя, и он продолжил жить и скучать. Когда прошло два года, он снова встретился с Табитой. Она пришла в церковь тихая и подавленная. У нее похитили младшую сестренку цыгане, кроме того, она все таки не могла забыть его. Этьен внимательно слушал ее исповедь, недоумевая отчего она решила прийти именно к нему, но потом понял, что это была слабая попытка женщины раскаяться за все то, что она натворила. Небеса суровы, но они справедливы, сказал он тогда, самое малое, что вы можете, это смириться и принять все, как есть .иначе будут еще большие неприятности. Она соглашалась, кивала, плакала, а потом попыталась его поцеловать. выбравшись из своей половины кабинки. Отмахнувшись от женщины, Этьен ненароком смахнул свечку, ровно горящую неподалеку. И огонь, вырвавшись на свободу, жадно принялся пожирать все, до чего мог дотянуться. Табита тоже оказалась охваченная огнем. Она металась, плакала, звала на помощь, а Этьен ничего не мог поделать с собой. Он словно завороженный стоял и смотрел на девушку, пылающую в огне. А еще он думал о том, что именно сейчас она прекрасна, как никогда, когда ее обнимает огонь, когда он ласкает ее. Если бы только не гримаса боли, портящая всю эстетику. И не заметил ,как потерял сознание. Очнулся он на свежем воздухе и с воспоминаниями о красоте огня, о его изменчивости и постоянстве. Огонь оказался самой верной его пассией, Этьен понял, что никогда не сможет забыть это пламя. И каждый раз, стоило чему то загореться, как он терял свою волю, безмолвно вглядываясь в огонь, и стараясь вобрать в себя все, каждый миг его жизни, все краски и оттенки, которыми он играет, весь его жар. Никто и никогда не заменит ему этих чувств.
Прошло немало времени, достаточно для того, чтобы забыться и забыть. Но воспоминания о пламени отчего то оказываются свежими и недавними. И лишь видя пламя снова, Этьен понимал, что память его держала лишь бледное подобие огня.
-довольно, - сказал он сам себе. И услышал голос. Цыганка снова пела. Только в этот раз она была одна и пела балладу о короле и цыганке. Когда то Шарль третий влюбился в простую цыганку, а она в него. И они решили жениться. Но придворные были против, они старались помешать свадьбе, и не в силах женить короля, выдали замуж ее. Король искал девушку, и нашел.
И в черных бархатных глазах стояли слезы,
И белым саваном казался ей наряд,
Король ее увидел, но было поздно.
Уже свершился свадебный обряд.
С тех пор текли года неумолимо,
Душа несчастная томилась и пылала,
Была цыганка также все неотразима,
Вот только в саване она, в гробу лежала.
Она не танцевала. Просто сидела на кромке пьедестала с изваянием мессии и пела, опустив взгляд. Отчего то в душе дрогнуло. Этьен подавил порыв выйти на улицу и приблизиться. Кто знает, может, она не такая богопротивная, как кажется? Мария подняла глаза и внимательно посмотрела в его окно, словно пронзив душу этим блеском черных влажных глаз. Настоящая Дева, Мадонна, и как то символично то, что она у ног мессии, которого родила Мадонна с тем же именем, что и сама цыганка. Этьену почудилось нечто богохульное в этой мысли.
И все же он не выдержал. Отчего так? О его выдержке ходят легенды, его силе воли завидуют все, и в то же время, слушая этот голос, он мечтает спуститься и подойти к ней. Нет, нельзя потакать своим желаниям, сколь невинными бы они не были. Пусть все идет так, как идет. И все же этот голос манил и звал. Этьен отодвинулся от окна и сел на жесткую кровать. Хорошо, решил он, я спущусь и прогоню ее. Кажется ведь запрещено цыганам находиться на площади перед королевским дворцом. А еще им нельзя танцевать перед собором. Хотя, он мог и ошибаться, ведь цыгане испокон веков используют площадь для своих выступлений. Этьен поднялся и сошел на площадь. Охрана вежливо, и даже немного боязливо поздоровалась. Но задерживать не стала. Да и зачем? Духовный сан самое лучше, что можно считать в качестве пропуска: даже мысли не возникнет задержать.
Цыганка не ушла. Более того, она уже кружилась в танце, и Этьен замер, заворожено наблюдая за тем, как она танцует. Так легко, словно снежинка на ветру. И в то же время в ней было столько огня и страсти, что он невольно ощутил это. И невольно любовался каждым движением, будто бы отточенным до совершенства.
-браво, прекрасный танец, - заметил он, - у вас прекрасные учителя.
-прошу прощения, сударь, - Мария весело улыбнулась, и от ее грусти не осталось и следа, - это очень милый комплимент, но моим учителем была только природа.
-что же, природа это самый совершенный учитель, - Этьен слегка улыбнулся, против воли ощущая, что улыбка прячет в себе настоящую.
-ах, сударь, сколько любезностей для простой цыганки.
Мария присела в реверансе и вновь улыбнулась, - но прошу меня простить, даже у такой, как я есть столько дел.
И весело рассмеявшись, побежала прочь. Этьен сделал легкое движение, словно собираясь схватить ее за руку, но потом передумал. Нет, он не настолько импульсивен, чтобы поддаваться первому порыву, чтобы она не сделала, он должен сохранять голову свежей и думающей. И не давать воли эмоциям. Иначе он может совершить какую нибудь глупость. А чем тогда можно заняться сейчас? Ну например пойти в архивы. Где то должна быть копия приказа о танцах перед площадями. Да, именно так и стоит сделать, надо чем то занять себя, иначе он снова будет думать о заинтересовавшей его девушке.
Но уйти в архивы он не успел, его догнал юный паж и сообщил о том, что королева желает его видеть. Подавив вздох, Этьен велел передать, что присоединится к королеве за чашечкой чая, если она не будет против. Конечно же, она не будет против, ведь это один из тех редких моментов ,когда ей удавалось застать его наедине. Исключая, конечно, исповеди. Поэтому, не дожидаясь ответа, он поднялся к себе и привел в порядок. Затем поднялся в покои королевы, постучался и дождался разрешения войти. Стайка немногочисленных фрейлин и более многочисленных пажей сбежала наружу, чтобы подслушивать, решил Этьен. Сам он тоже страдал любопытством, но старался н е показывать этого, скованный все теми же нормами морали.
Как всегда, раб этикета и условностей, в который раз с неудовольствием подумал он, - но что делать, если наше общество еще несовершенно и иначе никак нельзя.
-добрый вечер, Этьен, - королева растянулась на кресле ,как на подушках. Перед ней стояли две чашки чая и изящный чайник. Поговаривали, что этот напиток завезли из Тарока, страны, с которой шла непримиримая война вот уже второе тысячелетие. Что впрочем не мешало перенимать удобные и просто интересные вещицы.
-добрый вечер, Тами.
Она сама просила его так называть. И он не отказывался. Тем более, что это позволяло узнать ее поближе. Не как женщину, а как человека. Этьен всегда с интересом изучал и наблюдал людей, особенно, если они хоть как то были ему интересны. Королева не была такой как все, несмотря на недостатки и неприятные стороны своей личности. В любом случае с ней не скучно. Этьен подавил улыбку, опасаясь, что ее воспримут как насмешку. Что впрочем не далеко от истины. И подхватил чашку.
-Этьен, сегодня хороший день, не правда ли?
-тами улыбалась, н о подумала лишь о том, что сегодняшний разговор снова будет непростым. Впрочем, кто ее за язык дергает? Правильно, она сама, поэтому ей некого обвинять в том, что они ведут э от двусмысленный разговор. Но, боги, подумала женщина, он так хорош, что я готова на все, чтобы он был моим мужчиной.
-день воистину восхитителен,- ответил Этьен, опустив взгляд, - особенно чуден вечер, дарящий прохладу.
Что за пустой разговор, - подумал он, - столько времени потратить на обсуждение погоды? Какая ерунда, право же, от молитв и то больше пользы. Они хотя бы помогают сосредоточиться. Впрочем, я же вижу, что тебе сложно перейти к делу. Значит, этот шаг для тебя очень непрост.
-вечер и впрямь чудесный, - Тами сделала глоток, - Этьен, а ты любишь розы?
-наверно, ты считаешь меня маленькой глупой дурочкой? – думала королева, - но что поделаешь, ведь если ты откажешься от того, что я тебе предложу, то это станет прямым оскорблением для меня. Я этого не хочу. но я хочу знать, как ты выкрутишься, бессердечный.
-безумно. Особенно я обожаю алые розы. Они красные, словно текущая кровь невинно человека.
И кому, как не тебе это знать, королева, ведь именно благодаря тебе, гибнут молодые люди, надежда нашего королевства. Зачем ты их убиваешь, пресытившись? Тебе скучно? Или ты просто любишь кровь так же ,как и я , но в отличие от меня не можешь усмирить эту жажду? Переходи уж к делу, а то этот разговор обещает быть утомительным.
-Этьен, я вас еще не утомила?
Королева улыбнулась, но в этой улыбке скрывался яд. Конечно, я тебя утомила, ведь ты не привык, чтобы я говорила о пустых вещах. неужели ты скажешь правду?
-нисколько, ваше величество, - ответил священник сдержанно, - очень занимательная беседа о пристрастиях и цветах. Правда, я несколько отвык от подобных тем, прошу меня простить.
Конечно ты знаешь правду. К чему подобные вопросы? Все равно я не скажу этого. Или ты надеешься, что я поведу себя не как обычно, потеряю контроль и ты насладишься этим зрелищем? Кто знает, может быть когда нибудь это и произойдет. Вот только ты не сможешь этим насладиться, потому что в первую очередь, ты будешь мертвой.
--что за ерунда. Право же, Этьен, ты очень мило развлекаешь даму. Видно, что ты не забыл еще как общаться с девушками.
Я более, чем уверена в том, что у тебя есть любовницы. И даже не одна. Но ты ведь не признаешься в этом, боясь попасть на эшафот. Хотя нет, скорее тебя сожгут или закопают заживо, чтобы не проливать кровь.
-я весьма польщен вашим комплиментом, Тами. Ведь столько времени прошло, с тех пор, когда я мог вот так разговаривать с девушкой, не опасаясь ничего.
Особенно того, что она попытается женить меня на себе. А ведь, похоже, что разговор к этому и идет. Это становится забавным.
-ах, Этьен, ты вгоняешь меня в краску. Неужели тебе не хочется вот так вот разговаривать с женщинами, как со мной. И даже нечто большего?
А зачем тебе, ведь ты и так все берешь ,что тебе надо. Тебе даже стараться не нужно. девушки сами все делают. Но разве тебе не скучно от этого? Ох, ну конечно же, ведь скука это твой главный бич, иначе зачем бы тебе становиться священником, когда у тебя нет к этому призвания?
-право же, я смущен не менее вас, Тами. Неужто мои скромные комплименты вот так вот можно воспринять?
Говорить ни о чем долгое время я умею. А вот что ты сделаешь, королева, когда тебе надоест этот разговор? Велишь арестовать меня? Но чтобы арестовать священника нужны веские причины и потом духовный суд. Я слишком важен для кардинала ,чтобы он вот так смог отказаться от меня. Так каков твой шаг? А то партия обещает стать утомительной.
воистину они полны своей прелести. Особенно в твоих устах. Только намекни, мой друг ,что ты хочешь этого, и я предоставлю его высокопреосвященству вот это.
На столик упал небольшой листок написанный рукой королевы. Указ, отменяющий безбрачие. Этьен невольно вздрогнул, не ожидая от королевы подобного чересчур смелого шага. Такие вещи иначе как посягательство на веру и назвать нельзя. Но королева похоже не боится никого. Этьен вздохнул и протянул руку к листку, затем легонько сжал его в пальцах и посмотрел на королеву. Та передернула плечами.
--Тами, это очень серьезный шаг. Он не может решаться светской властью.
-а мне все равно. Если я так пожелаю, то кардинал согласится со всем.
-но кроме кардинала есть еще конклав и Его святейшество.
- сними тоже не возникнет проблем. Сам бог сказал нам плодиться и размножаться, так отчего вы должны препятствовать в этом?
Этьен начал утоляться. Этот разговор ни к чему полезному не вел. Более того он не был забавным или познавательным. Попытки королевы женить ег она себе тоже раздражали. Хотелось сказать все напрямую, а потом пойти под суд и умереть.
Как глупо, подумал он, неужели нет иных способов развлечься? Обязательно сразу умирать7 но ведь покой так желанен.
-так значит, ты против? – Тами решила спросить напрямую. Ведь в таком случае, ему будет невозможно уйти от ответа. Этьен перевел взгляд на стенку, потом посмотрел в окно, а потом ответил.
-я не могу поддержать вас в таком шаге, потому что я всего лишь ваш личный духовник и настоятель Леанского собора, к тому же я решил возродить закон об ведьмах и колдунах. А также демонах, выдающих себя за людей. Это отнимает все мои силы.
И с грустью подумал о том, что взял себе действительно непростую задачу. Мало найти оригиналы указа Клеонта первого, так еще необходимо обосновать возрождение его. И тут Этьена осенило, стоило ему вспомнить черные глаза Марии.
-эти цыгане слишком дерзкие, кроме того, их обвиняют в том, что они наводят порчу и сглаз.
-право же, ты мам веришь в это?
Этьен слегка улыбнулся, как всегда насмешливо, уже не стараясь прикрыть эту улыбку. Зачем7 все равно королева догадывается о его лицемерии.
-Разумеется, я в это не верю. Однако же, для нас главное, чтобы люди не могли бояться. Зачем вводить их в грех суеверия, если от этого можно избавиться. По крайней мере ,большая часть так называемых ведьм и гадалок перестанет губить людские души своими предсказаниями и приворотами.
-я поняла вас, Этьен.
Тами склонила голову, говоря эту двусмысленную фразу. Теперь ей не оставалось ничего, кроме как смириться с его отказом. Либо все таки дожидаться удобного момента, истребляя всех соперниц, которые смогут встать у нее на пути.
-до свидания, Тами.
-до свидания, Этьен.
Этьен слегка склонил голову, прощаясь. Королева удостоила его небрежным кивком. . теперь воистину было все. И молодой священник вышел из будуара с таким же чувством, с каким покидает змеиное гнездо случайный турист.
А за окном медленно наливался всеми красками и оттенками закат. Солнце медленно клонилось ко сну, не желая ничего знать о людских проблемах и скорбях. Какое ему дело до того, что кто плачет, мучается, или радуется. Да и какая разница, что подхватит ветер7 слезы или смех7 все равно это улетит и стихнет вдали. И ты, Леан, холодный и жаркий, такой разный и такой неповторимый, разве тебе не все равно? Когда нибудь, пески взметнутся к небесам, сдуваемые с крыш собора и все твое величие и нищета окажутся скрытыми временем, но и тогда ты не станешь другим. Только тихим и мертвым. Куда денется твоя душа? Исчезнет ли она с шумными базарами и людскими страстям? Или ты просто заснешь, покинутый всеми?
Кто знает?

@темы: первый роман

---

Ветер поет монотонную песнь, это уже не колыбельная, успокаивающая дневные растения и животных, это кажется похожим на жалобу, на стоны и угрозы. А ты, Леан, ты стоишь, убаюканный этой мелодией, ты изнываешь от жары и пытаешься не думать о том, что полдень еще не начался. Солнце уже готово вонзить безжалостные стрелы огня в твою плоть, а на небе ни одного облачка. По твоим улицам бредут одинокие и не очень фигуры. Кому то нужно пойти в гости, кому то на оживленный рынок. И вот там, так же, как и на площади, вечное оживление и суета. Несмотря на жару, каждый день сюда ходят люди, и отчаянно торгуются, стараясь надуть продавца либо покупателя, и все остаются довольные.
Но вот главная площадь. С одной стороны от нее дворец, сады, озеро, в котором можно поплавать избранным. А с другой стороны площади аттракцион смерти, там вешают, рубят головы, сжигают. Это мрачное место совершенно не огорожено, но и казней здесь мало. Чернь недовольна, она жаждет развлечений. Но пока подобные развлечения им предоставляет Мария со своим неизменным спутником. Вот и сейчас они на площади. Мария кружится в танце, напевая про невинную малютку Мари, которую соблазнил коварный священник. А Нико аккомпанирует ей на гитаре. И никто из наблюдающих за ними не подозревает, что неподалеку лежит волчица Джесита. Она внимательно смотрит желтыми огнями глаз за танцующей девушкой и за парнем. Нико когда то прикормил ее, и с тех пор, волчица преданно, но на расстоянии следовала за ним. Почему, она и сама бы не смогла толком объяснить. И только Нико она позволяла кормить себя и даже порой погладить по холке.
-уф!
Мария завершила танец грациозным поклоном и звонко хлопнула в ладоши.
-хороший танец, хорошая песня, хорошая благодарность, - сказала она звонко, - есть ли у нас в Леане господа, умеющие быть благодарными?
Люди смеялись. На землю летели монеты. Мария с улыбкой кланялась и принимала плату так, словно королева принимает восторженные комплименты. А Нико предпочитал сидеть в стороне. Он не поднимался, пока оставался хоть один зритель. Ему было достаточно того, что Мария купается в лучах славы. А что до остального, То зачем эта слава ему? Мария улыбнулась еще раз, поймав золотую монету.
- воистину сердце этого господина такое же золотое, как эта монета, - весело сказала она и подняла глаза, посмотреть на того, кому не жаль золота. Перед ней стоял священник. Личный духовник королевы. В глазах холодная насмешка, на губах играет улыбка, отдающая зимней стужей. Длинные черные волосы спускаются ниже плеч в свободной прическе. Недаром о его красоте ходят слухи.
-Этьен де Лакруа.- прошептала потрясенная девушка.
-к вашим услугам, - насмешливо отозвался он, - не ожидали, что священник будет благодарить за кощунственную песню о своем собрате.
-а отчего бы и нет? – Мария гордо вскинула голову, - ведь это правда!
-спорить не буду, что некоторые мои духовные братья ведут себя прискорбно. Но благодаря вам, юная леди, всех священников будут считать такими.
-а разве вы не такой, отец Этьен?
-такой, - неожиданно легко согласился Этьен.
Мария немного удивилась. Она не ожидала, что священник согласится с этим. И на этот случай у ее было припасено несколько очень язвительных фраз. Однако не привыкшая долго смущаться, Мария уперла руки в бока и сказал.
- весьма похвально, что вы не боитесь признаваться в своих грехах. Однако как может тот, кто грешен сам учить других быть праведником?
И с вызовом посмотрела прямо в золотистые глаза Этьена. Этьен недолго думал. Он сложил руки на груди, постукивая пальцами по предплечью, и ответил все тем же спокойно насмешливым голосом.
-да, сударыня, вы правы и в этом. Но что делать, кто то же должен этим заниматься. И кто лучше понимает грех, как не тот, кто совершил его.
Парировав словесный выпад, Этьен ответил насмешливым взглядом. Ну давай, скажи еще что нибудь, маленькая наглая цыганка, читалось в его взгляде. Он знал все, что она может сказать и противопоставить его аргументам. Все же, с ней было интересно поговорить. Хоть какое то развлечение от скуки.
-я понимаю, что безгрешных людей не бывает. Но не язычнице судить вашего бога и его жрецов.
Мария присела в изящном реверансе, достойном какой нибудь графини и побежала. А Этьен понял, что проиграл. Даже если те, кто услышал бы его разговор с ней, решили бы, что он победил, а цыганка испугалась, он все равно понимал, что этот раунд остался за ней. И все же, пусть он не любил проигрывать, это оказалось поучительным. Этьен знал, что напишет сегодня в дневнике. И впервые за последнее время там появится действительно интересная запись о цыганке, которая не боится его.
Нико нагнал убегающую девушку. Он встревожился не на шутку. Кто в городе не знает Этьена? Поговаривают, что пять лет назад он блистал на весь город не только своей красотой, но и похождениями. И многие девушки были согласны стать неприступными ради того, чтобы он потратил лишний час на ухаживания. А еще поговаривают, что уже тогда он известен и своей мстительностью. Никто не остался безнаказанным. Будь то невинный проступок либо серьезное оскорбление. И вот Мария так легкомысленно обошлась с ним.
-Мария, ты уверена, что стоило так поступать? – спросил он встревожено.
-ах, мой милый Нико, - девушка улыбнулась, - не спрашивай меня, сама не знаю, отчего вдруг захотела подразнить его. Он такой гордый. Как ты думаешь…
Цыганка остановилась на мгновение и посмотрела на небо.
-как ты думаешь, - повторила она, - этот священник хоть перед кем нибудь вставал на колени?
Нико потрясенно молчал. Мария перевела взгляд на него и улыбнулась.
-хотя бы перед девушкой, признаваясь ей в любви. Неужели он ни разу этого не делал перед человеком из плоти и крови. Разве Мадонна более достойна этого, чем я?
-Мария, - Нико укоризненно покачал головой, - ты говоришь ужасные вещи. Мадонна это святая дева, а ты, хоть и самая прекрасная женщина на свете, н овсе же женщина.
Мария рассмеялась. Леденящим душу, дьявольски прекрасным смехом. Этот смех запоминали все, он притягивал, пугал и завораживал. Когда Мария смеялась, никто не мог даже пошевелиться, глядя в ее черные глаза.
-ладно, пойдем.
Нико стряхнул оцепенение и пошел за ней следом. Он задумался. Что все таки ему известно о любимой девушке? Что ему известно о ее стремлениях и желаниях? Он раньше и подумать бы не смог о том, что она сравнивает себя с Мадонной, матерью мессии, это кощунственно, но это и делает Марию не такой как все. Она дерзкая и бесстрашная. Неудивительно, что Нико никогда не станет ее парнем. Никакой надежды на это. Нико грустно вздохнул ,понимая, что больше никого и никогда не полюбит. Да и зачем? Жизнь цыгана никогда не будет долгой. Слишком уж их ненавидят, гоняют и преследуют, что по сути одно и тоже. Всегда и во всем виноваты цыгане. Даже если у хозяйской коровы молоко пропало.
-Нико, угадай, куда мы попали?
Мария кокетливо помахала косичками, ухватив их руками.
-куда?
Нико очнулся от размышлений и помотал головой. Незнакомые места на проверку оказались очень даже знакомыми. А особняк, перед которым они стояли ничем иным, как жемчужиной Леана быть не мог. Вот теперь он испугался по настоящему. Неизвестно, что с ними сделает владелец, когда узнает о том, что двое цыган пробрались к самим дверям.
-Мария, пойдем отсюда, - слабым голосом сказал Нико, - пожалуйста.
-боитесь некроманта, посланники ада?
Нико вздрогнул…
Эмиль не любил выходить днем. Слишком жарко, слишком яркое солнце, оно слепит в глаза и мешает ему. кроме того, днем практически ничего интересного не происходит ,поскольку все нормальные люди либо на базаре, либо слушают песни цыган. А в основном сидят дома и мечтают об осени. Но в этот раз ему пришлось выйти на пару часов, потому что его ждала девушка. Знойная, горячая, как и все девушки Леана. Но было в ней и еще кое что, что отличало от всех остальных: она умела фехтовать. Когда Эмиль первый раз пришел к ее отцу, известному коллекционеру оружия, то случайно столкнулся с ней в коридоре. В руке, затянутой в перчатку, красавица держала меч. Не совсем подходящий для женской ручки. И все же ей явно не было тяжело. Увидев Эмиля, она взмахнула оружием, и тот от неожиданности отскочил, выхватывая свое. Он был уверен, что увидев его вооруженным, девушка испугается. Ничего подобного. Она с легкостью сократила дистанцию всего парой широких шагов, блага юбка не сильно мешала. И атаковала. Эмиль еле успел парировать. Некоторое время они кружились в танце, слышался лязг стали, и сосредоточенное сопение девушки. Вскоре Эмиль выбил меч из ее руки и приставил клинок к ее горлу.
-надеюсь, наш инцидент исчерпан? – спросил он, сдерживая приступ холодного бешенства.
-да, исчерпан. Я убедилась, что у вас не зря репутация одного из лучших фехтовальщиков.
Девушка улыбнулась, а Эмиль понял, что пропал. Вот так неожиданно и без всяких предварительных встреч. Неужели он настолько извращенец, что ему нравится девушка с оружием в руках? Ответить он не мог и не хотел. И теперь частенько наведывался к ней ,когда ее отец уезжал на всевозможные собрания дворян почтенного возраста. Но Эмиль догадывался и о том, что делалось это специально, чтобы потом женить его. В принципе, он не был против попробовать еще раз. Сколько жен уже было у него. Три жены, которые долго не прожили. Первый раз он женился в возрасте 16 лет. Он безумно любил Мари, свою первую жену и не жалел ничего, чтобы она была счастлива. Жемчуга, бриллианты, меха, розы и все, что могла пожелать самая капризная женщина, - все это он добывал, не считаясь ни с чем. А потом она подарила ему сына. Эмиль был счастлив. Он был счастлив целых пять лет. Потом она погибла. Тихо угасла во время сна. Никто ничего не говорил ,все его жалели, несмотря на то, что уже тогда его репутация не блистала белизной. Но вот его вторая жена, с которой он прожил всего год, была найдена задушенной шелковым шнурком. За измену, Эмиль ни за что не согласился бы с ролью мужа рогоносца. Третья жена Сильви радовала его и того меньше, полгода. Она утонула, но люди начали поговаривать о том, что ей помогли по приказу Эмиля. А затем пошли слухи, что и Мари была отравлена бог весть за какие прегрешения. Если четвертая жена проживет хотя бы лет десять, то сплетни успокоятся. Так думал Эмиль. Кроме того, сыну нужна мать. Такая, что не станет баловать ребенка.
И вот он возвращался от этой женщины ,погруженный в свои думы и увидел двух цыган. Точнее, цыгана и цыганку. Мальчишка явно его боялся. А вот девчонка ведет себя вызывающе. Даже взгляд дерзкий и бесстыжий.
-значит, вы все же некромант?
Мария склонила голову и посмотрела прямо в холодные глаза Эмиля.
-конечно, - отозвался он, не понимая зачем говорит это, - и дворец построен из костей мертвых, а по ночам пью кровь девственниц. Не желаете стать напитком на эту ночь?
-нет, благодарю, - неожиданно аристократично поблагодарила цыганка, - у меня на сегодня иные планы, сударь. Позвольте засим откланяться.
Эмиль опешил. Нико тоже. А Мария легко крутанулась и побежала. Но Эмиль все таки схватил ее за руку.
-нет, позвольте, - сказал он, - потрудимтесь сначала объяснить, что вам нужно было у моих дверей.
-не позволю!
Мария дернула руку, но Эмиль держал крепко. Тогда девушка капризно топнула ногой.
-отпустите меня, мне больно!
-ответьте на вопрос.
Эмиль ощущал, как ярость, змеей греющаяся у него в груди подняла голову и внимательно посмотрела. Она ждала, когда ее спустят, и можно ужалить ,отравить кого нибудь. Да вот того цыгана, например. Но Мария вцепилась остренькими зубками в его запястье. Чертыхнувшись ,он отпустил руку девушки, и та отбежала на порядочное расстояние. Рассмеявшись, Мария поманила Нико и тот послушно подошел.
-надеюсь, сударь, вы научитесь хоть немного вежливости, - заметила она, - а теперь прошу прощения, меня ждут неотложные дела.
-чертова цыганка.
Эмиль пытался унять кровотечение, но оно не останавливалось. Проводив цыган мрачным взглядом, Эмиль вошел в дом и отправился на поиски чего нибудь, чем можно перемотать руку, при этом ругая Марию и всех цыган.
Быстро мчаться не запрещено. Особенно, если это делает тот, кто отвечает за безопасность в городе. Анри мчался так, как никогда в жизни. Он сам не понимал, что с ним происходит, что за сила гонит его вперед, заставляя коня по кличке Шторм мчаться изо всех сил. Так, будто от этого зависит его жизнь и жизнь его друзей. Или спокойствие города. Услышав возмущенный крик, Анри затормозил и пригляделся. Похоже, грязь из под копыт его коня попала на цыганку. Самое странное, что чувство необходимости мчаться куда то пропало. Теперь он любовался хорошенькой девушкой и ее гневом, который ей к лицу.
- вы со всеми девушками так обращаетесь? – звонко поинтересовалась цыганка.
-только с хорошенькими.
Анри подхватил красавицу за талию и подсадил рядом. Какая красавица в городе не мечтала прокатиться на коне? Во всяком случае, Шторм был известен почти так же, как и сам капитан. И без коня капитана видели, пожалуй, очень редко. В основе своей в помещении. Однако цыганка всеобщего восторга не разделяла. Укусив капитана за руку, девушка спрыгнула с коня и раскрасневшаяся от гнева заметила.
-не делайте так больше!
И бросилась бежать. Капитан озадаченно проследил за ней взглядом. А ведь хорошенькая, черт возьми. Подумал он. Маленькая фигура растворилась вдали, а капитан продолжал смотреть. Что то происходит, а что понять сложно. Его маленький мир резко оказался открыт чему то нехорошему и неуютному.
Черт возьми, хватит думать о всякой ерунде, - пробормотал он, - этак скоро стану как пугливая сеньорита, у которой страх перед темнотой.
Но все же в его душе шевельнулось вновь нехорошее чувство. Может, лучше пойти куда нибудь. Например в тот же самый кабачок Объятия сирены. Правда ,одному скучно, а его парни сейчас отдыхают. Оказалось ,что в ту ночь они все дружно ждали своего капитана совершенно в другой стороне города, потому что им это передал один из них. Кто именно ,никто так вспомнить и не смог. Но этот кто то был знаком им всем. И отчего то никто не задумался о том, с чего бы их капитану ждать в другом месте, когда пересмена была в строго указанном и освященном временем месте. Капитан лишь рукой махнул, решив ,что те просто пытаются прикрыть собственную нерадивость. Но такие ошибки легко прощать, если это не наказывается чьей то жизнью.
-клянусь честью своей бабушки, - сказал Анри, - кажется, в меня вселился бес сомнений. Или еще чего то . пойти что ли на мессу в честь благой вести? Может, это от моей нерадивости в религии?
Но никто ему не ответил. Тогда капитан решил навестить одну веселую и молоденькую вдовушку, с которой даже если его и застукают, то наказывать не станут: поскольку в законе ничего не говорилось про тех, кто был замужем. Пришпорив коня, капитан поскакал к известному ему домику. Еще немного и он окунется в море неги и наслаждений. Кроме того, у женщины богатый выбор вина и еды. Что может сделать жизнь счастливой, как не ее простые радости? И довольно рассмеявшись своим мыслям, капитан затормозил возле знакомой калитки. У женщины похоже, была невероятная интуиция: она уже ждала его возле калитки и улыбалась .несмотря на разницу в возрасте, она отчего то ждала его и его объятий. Анри спрыгнул с коня и подошел к красавице ,сохранившей девичью стройность и пылкость.
-наконец, клянусь кишками кардинала, я рад видеть вас!
Он подхватил женщину и закружил .
-фу, Анри, не надо так непочтительно отзываться о кардинале!
Женщина рассмеялась, а потом они скрылись за калиткой и лишь конь тревожно фыркал и бил копытом.
Над замершим городом пронеслась волна ветра. Казалось ,что конца ярости не будет этой разбушевавшейся стихии. Он рычал, бросался на деревья, ломал и уносил все, что можно было сломать и унести. Ветер вел себя словно капризный подросток, который не может получить то, что хочет. И даже некоторые дома страдали от его выходок. И все же, ты, Леан, спокойно взираешь на это. Пусть тебе пришлось притаиться, пусть тебя пришлось замереть, но ты не боишься. Да и чего бояться? Этот ветер не так страшен ,как его старший брат: смерч. Но он редок в твоих краях. Всего лишь глупый ребенок. И ты киваешь в такт возмущенным деревьям, в такт летящему мусору, уносящимся вдаль цветам. Могучий и суровый, спокойный и безжалостный. Тихий и страстный. Никто не знает твою истинную суть, ты многолик, Леан, ты беспощаден, но ты и равнодушен. Ты не убиваешь просто так, но в тебе сложно выжить.
Свеча моргнула пару раз и погасла. Этьен отодвинул огарок и задумался. Он вспомнил встречу с цыганкой и попробовал улыбнуться. Но не смог. Что то странное происходит с ним. Неужели он не может забыть ее? Как странно. Она девушка, которая ничем не отличается от сотни других цыганок. Черные волосы, черные глаза, старенький цветастый наряд. Две косички, маленький рост. Ничего особенного. Он видел больших красавиц, пленявших воображение. Но ни одна из них не казалась ему такой необычной. Неужели все дело в том, что она дерзкая? Так ведь дерзость это тоже довольно частое явление. Кроме того, в ней ощущается нечто неукротимое. Нет, не то. Этьен подошел к окну и посмотрел вдаль, на площадь. Нет ,сегодня она не танцует. И этот мальчишка тоже не пришел. Хотя, ради справедливости надо отметить, что голос у него приятный. Какую они песню пели? Кажется, там были такие строчки: но ты не думай, что холодный взгляд, скрывает сердце изо льда. Я человек и как и ты, ищу поддержки и тепла. В чем то и ему подходит.
-неужели эти черные глаза способны прочесть в душе? – спросил Этьен, глядя на улицу, - такое ощущение, что она знает о том, что творится у меня.
А в его душе кипел вулкан. Все чувства, которые он скрывал за маской льда рвались наружу. Они кипели, как магма в жерле вулкана и требовали выхода. Но стоило только ослабить контроль хоть немного и эти чувства выплескивались вместе с одним словом или жестом. Тогда люди тихонько отходили в сторону. Им становилось не по себе, а порой откровенно плохо. Лишь лицемерная улыбка скрывала правду.
-о чем это я? – спросил он сам себя, - глупости какие. Навоображал себе невесть что.
И вновь попытавшись улыбнуться, он подошел к распятью. Улыбка не вышла. Мессия печально взирал на него всепрощающими глазами. Отчего Этьену стало лишь паршивее на душе. Зачем он так смотрит ,словно, он, Этьен совершил нечто плохое, а он только скорбит, но прощает. Ему не нужно ничье прощение. Он слишком горд для этого. Ему вообще ничего не нужно. Только покой. Пусть даже и вечный. Как он устал от этих эмоций, что сжигают его тело, как он устал от этой боли, что пронзает его сотни раз разъяренными жалами мук совести. Хотя, совести у него как раз и нет, хотя и знает ее значение.
Вздохнув, Этьен заставил себя отойти от распятья. Что толку заниматься бесполезными вещами? Надо попробовать забыться, пока колокола не зазвонят к заутрене. Это будет довольно скоро. И начнутся нудные молитвы, которые надоели ему после первых дней новизны. Хотя может, он и зря так. Этьен подошел к своему ложу, которое язык не поворачивается назвать кроватью, и сел .сколько еще впереди этих унылых дней. Быть сможет, ‘ эта цыганка сумеет развлечь его?
Кто знает. Этьен растянулся на ложе и закрыл глаза, молясь, чтобы ему ничего не снилось.

---

Ночь спустилась тихо и почти незаметно. Кое где бредут запоздалые путешественники. Накинув на себя плащи, они суетливо идут, стараясь не обращать внимания на то, что фонари почти нигде не светят, и лишь редкие звезды освещают дорогу, да луна зрачком хищника наблюдает за ними. Впрочем, чего им бояться? Город спит, дожидаясь утра, он тих и спокоен, и даже цыгане не нарушают его тишину. Вот мелькнула стройная фигура молодой цыганки. Она спешит в табор, потому что цыганам нельзя находиться на улице позднее двенадцати ночи. Только длинные черные волосы, заплетенные в две косички, взметнутся, и она уже пропала из вида. Вот скачет верхом на вороном коне молодой человек в форме капитана стражи. Оглядев пытливым взором окрестности, он продолжает свой путь, мечтая о выпивке и объятьях какой нибудь красавицы. Его легкомысленное настроение выдает и мотив на тему: у красотки Эвелины, юбки выше, чем колени. А вот еще один молодой человек, не пытающийся даже скрыть своего лица, идет и, не оглядываясь по сторонам, целеустремленно приближается к своему особняку. Такое ощущение, что всем не терпится выйти после жаркого дня и немного расслабиться, вдохнув полной грудью воздух свободы. Свободы и прохлады, потому что днем вновь наступит жара, и вновь будут мечты о вечерней прохладе.
Но город спит. Его не волнует, что думают и куда спешат эти люди. Он не беспокоится об их заботах. Он просто отдыхает. И многие следуют его примеру, измученные духотой. Однако один человек не знает покоя. Наверно уже пятнадцать лет, как он забыл, что это такое, когда в душе гармония, и ее не раздирают противоречивые чувства вкупе со скукой. Скука это самый страшный его бич. Этьен де Лакруа повертел в длинных пальцах перо и задумался. Перед ним дневник ,а на его девственно чистой странице уже первые буквы, кровавыми ранами расползшиеся по листу. Он ведет дневник наверно лет пять. Может немного больше. Зачем? Если его спросить, он не ответит. Для него это необходимо так же, как иным нужны их привычки. Да, пожалуй, дневник можно назвать привычкой. Некоторые не мыслят свой день без вина, а некоторые занимаются тренировками. Этьен же пишет в дневнике. Каждый вечер, иногда два раза в день, он садится за стол и осмысливает все, что происходило. Даже если ничего и не было.
Бросив насмешливо холодный взгляд в сторону окна, Этьен обмакнул перо в чернильницу и пододвинул тетрадь ближе к себе.
26 апреля 1110 года от принятия веры. Обычный день, напоенный все той же скукой. Видимо я никогда не избавлюсь от нее. День за днем, неделя за неделей, она преследует меня словно надоедливая бывшая любовница. Как я ни стараюсь ,даже во время молитвы ,она дает о себе знать. Кажется, что она решила свести меня в могилу. Но если так суждено, то пожалуй, мне не страшно. Боюсь ли я смерти? Нет, она не страшна мне, кто знает, может, хотя бы тогда я обрету покой и тишину в своих чувствах? ведь смерть это забвение. Как раз то, чего я жажду более, нежели новых впечатлений. Но я священник, я не имею права покончить с этим существованием. Как глупо, мятежник и раб морали и нравов. Мне никогда не вырваться из этого плена.
Ах, да. Приходила сегодня ее величество. Неглупая по своему женщина, но как же она мне надоела. Вечно ее терзают непонятные страхи, короли не живут своей жизнью, они живут амбициями своей страны и верхушки министров. Или советников. Зачем ей пытаться совместить несовместимое? Пожалуй, затем, что в ней тоже есть мятеж. И в этом мы похожи.
Слушая ее исповеди, я не перестаю удивляться тому, как она назойливо пытается меня совратить. Среди обычных людей, подверженных светским болезням можно найти столько достойных ее фаворитов. И все же женщину тянет к запретному. Это порок Евы, и им сложно справиться с этим. Но я не собираюсь поддаваться ей. Просто потому что так веселее. Хоть немного, н овсе же игры с королевой разбавляют мою пресную жизнь. И вот она придет снова, и снова начнет каяться в пустяках ,лишь бы не признаваться в том, кого она убила сегодня. Наверно нового капитана стражи. Конечно, это будет красиво, и я даже уверен, что его тело окутает туман из лепестков роз, а может, и пожар. Но она не останавливается. И почему же она полагает, что я не подозреваю ни о чем? Как наивно.
Этьен отложил перо в сторону, поднялся и подошел к окну. Уже вечер, и пора спать, а то придется подниматься к заутрене. Но, казалось, его железный организм мог позволить не спать ночами. Впрочем, жизнь священника полна испытаний плоти и духа. Подавив еще одну насмешливо холодную улыбку, Этьен отошел от окна. Отчего то его как магнитом тянет к окну. Он готов стоять часами, наблюдая за бессмысленной толкотней на улице, за суетой и цыганами. Особенно за цыганами. Язычники и грешники, которые никогда не попадут в рай, вот кто они. Они, кажется, нарушили все возможные заповеди, и ничуть не раскаиваются в этом. Более того, они насмехаются над крещенными людьми. Но цыгане не понимают, что сила креста отнюдь не в молитве, чтобы не говорили священники. Главная сила это инквизиция и костры. Правда, после Клеонта первого, короля по прозвищу Фанат, никто не осмеливался жечь костры, и ведьм и прочих продавшихся дьяволу, перестали трогать. Но ведь именно он, Фанат и привел их к вере, уничтожая ересь и язычников. Некоторые осуждают его методы, некоторые наоборот. А Этьену все равно. Будут костры, он так же останется смотреть на пламя, как и на суетливо бегущих куда то людей.
Бросив прощальный взгляд на ночной пейзаж, Этьен вновь вернулся к дневнику. Казалось бы, писать нечего, зачем описывать то, что повторяется из года в год? Но он упрямо заполнял его строчка за строчкой, и упрямо старался сделать почерк еще совершеннее, хотя он и так был хорош. Впрочем, он всегда замечал за собой тягу делать все красиво. Изящные буквы, словесные кружева, все это привлекало его не меньше, чем хорошая бумага, отточенное перо, лучшие чернила. Даже сутана из дорогой материи. Впрочем, обет нищенствования дают только монахи и отшельники.
Этьен подавил улыбку, нет, скорее оскал. Как наивно, прикрываться тем, что они белое духовенство, и позволять себе всякие послабления. Пост только в среду и пятницу, тонзуру выбривают лишь монахи, нищенствование тоже для них, униженных и оскорбленных ,которые жаждут рая и венца мученика.
Как глупо, - подумал Этьен, - они считают, что духовный сан даст им отпущение всех грехов? И чем мы отличаемся от монахов, чем лучше или хуже их? Такие же лицемеры и грешники. Разве что считаем себя выше светских людей. Наивно полагать, что рукоположение что- то изменит. Сколь святым бы не был человек, совершающий обряд над священником, его святость не передастся. Глупый и бессмысленный обычай, даже если вспомнить, что Мессия накладывал руки, даруя святость своим апостолам. Впрочем, к чему эти мысли, право же, они утомляют и без того уставшую душу. А есть ли она, эта душа? Что управляет человеком его мозг, или это порывы того, что мы все пытаемся спасти?
Довольно.
Оборвав свои мысли на этом, молодой священник поднялся и вновь подошел к окну. Сколько бы времени не прошло, все равно тянет туда. Зачем? Это бессмысленно. Но он не может остановить себя. Что он там увидит? Конец света? Прогнав нехорошие мысли ,Этьен заставил себя отойти от окна и услышал стук. Кто мог стучаться в такую рань? Та, которую он сравнивал со скукой. Точнее, скуку с ней. Брошенная любовница. Сколько раз он просил ее не приходить. Это опасно. Даже светским людям нельзя иметь связи на стороне. Не говоря уже о таких ,как он. Заставив себя подойти к двери, Этьен открыл ее и воззрился на женщину. Сверху вниз, одарил ледяным взглядом, не потрудившись даже пододвинуться и пропустить ее. А в голове билась одна мысль: оказывается, охрана во дворце ее величества не очень хороша, раз позволяет проходить женщинам ко дворцу отношения не имеющим. Хотя, если подумать, то было бы желание, а проникнуть всегда можно. Например, под видом прислуги.
- Этьен, пожалуйста ,не бросайте меня. Я не могу просто так забыть вас.
-ну отчего же? С глаз долой, из сердца вон. Полагаю, такая прелестная женщина найдет себе новую любовь до гробовой доски.
Может, это бы и звучало утешением, если бы не ледяной голос и желание поскорее избавиться от надоедливой красавицы.
Девушка отшатнулась.
-как же так, бог мой, но вы клялись в любви.
-я? Да неужели. Право же, вы меня с кем то перепутали.
Этьен пожал плечами и повернулся к ней спиной, посчитав, что исчерпал свой лимит вежливости. Тишина, воцарившаяся за его спиной, заставила обернуться. Боль в глазах женщины заставила спрятать ледяную улыбку, а дрожащие губы заставили сделать шаг вперед.
-не подходите.
Женщина попятилась, - прошу вас, не надо. Зачем вы так!
Этьен хотел ответить. Он мог бы сказать многое, н оне сказал ничего. Она бежала изо всех сил, словно старалась забыть о его существовании. Как глупо, - подумал он. И услышал крик. Подошел к окну и посмотрел вниз. Летящее тело и неприятный звук от соприкосновения его с землей. Этьен вздохнул и отвернулся от окна.
Какие глупые, эти женщины, умирать за эфемерное чувство, которое они зовут любовью. В мире и без того много скорби, чем позволять еще и этому вторгаться в жизнь. Хотя. Ведь именно это чувство и делает жизнь менее скучной, но я уже никогда не влюблюсь, я давно перегорел этим.
И взяв в руки перо, вновь принялся писать…

Ночной воздух слегка дрожит, и вечное небо сурово взирает на то, что творится внизу. Оно дышит покоем и величием. Оно презирает слабости и в тоже время не осуждает. Зачем? Все что есть пройдет, а потом повторится, и лишь оно останется. Пока есть этот мир. Даже ты, Леан, исчезнешь когда нибудь, только пески напомнят о твоем существовании. А пока живи и отдыхай. Радуйся тому, что следующий день войдет в твою жизнь так же, как входил сотни тысяч раз. Менялись поколения, менялся и ты, красивый и гордый, опасный и неприступный.
Эмиль резко свернул в сторону. Его особняк уже был недалеко, роскошный дворец, превосходящий собой даже королевский, Жемчужина Леана воистину была жемчужиной этого города. Эмиль сам построил его. Сколько людей погибло на строительстве этого дворца, никто уже не скажет, но люди поговаривают, что он вообще сделан из костей человека.
Идиоты. Жалкие идиоты, - подумал Эмиль, - что они понимают в красоте. Она не делается просто так, она должна рождаться из боли и страданий, только тогда она воистину прекрасна.
Но его мыслям никто не ответил. Ему это и не было нужно. Замкнувшись в своем гордом одиночестве он не желал присутствия в своей жизни других людей больше, чем необходимо. Зачем? все равно почти все его либо боятся, либо ненавидят. А за что? За то, что молва называет его некромантом? Бред. Еще не хватало ковыряться во внутренностях. Пусть этим занимаются мясники и повара. Завернувшись в плащ, Эмиль остановился возле королевского дворца. По странной случайности свет горел лишь в одном окне, и в нем же была видна высокая фигура, склонившаяся за письмом.
Святоша по имени Этьен, - вспомнил его Эмиль, лицемер с холодным взглядом и огненным сердцем. Вечно плывет по течению жизни, даже не пытаясь ничего изменить. Называет себя фаталистом, но на деле ему все равно. Невероятно красив, и с этим даже Эмиль вынуждено соглашался, имел успех среди женщин, и сейчас имеет, даже несмотря на то, что все время носит сутану. Умеет быть галантным, но не показывает этого, устав от всего и даже от жизни. Не верит в бога, хоть и произносит молитвы.
Эмиль хмыкнул .он никогда не говорил свое мнение о людях, может быть и зря. Но его и без того не любят, а так пусть лучше боятся. Кровавая слава сохранит лучше цепных псов и небольшой охраны. Да и станут ли они его защищать? кто знает. Трезво оценивая людей, Эмиль не обольщался и на свой счет. Он знал свои недостатки. И вспыльчивость, и замкнутость. Впрочем, у него есть на это свои причины, которых посторонним лучше не знать. Он не из тех, кто способен выносить мусор наружу.
Эмиль прошел мимо дворца и остановился возле ворот, ведущих за пределы города. Сколько он шел? Час, может быть, два. Никакой усталости. Кажется, он способен целыми сутками вот так вот брести, не зная куда, не зная зачем. Только потому, что на улице темно и пахнет ночью, тишиной и чем то нереальным. Самое подходящее время для тех, кого называют ведьмами, колдунами, некромантами. Если кто его сейчас увидит, то сразу же уверится в его колдовской сущности.
Порыв ветра сбил с него шляпу и унес вдаль. Эмиль мрачно проводил ее взглядом. Не успел схватить. Дьявол! Что то он сегодня расслабился чересчур. Но в следующее мгновение молодой человек забыл о шляпе. Он увидел какого старика, одетого в лохмотья. И понял, что сейчас у него будут просить милостыню. Как же его раздражают все эти попрошайки. Они не способны даже зарабатывать, предпочитая клянчить и выпрашивать. Такие люди недостойны ничего кроме презрения и жалости, что ничуть не лучше, и даже хуже презрения. Старик метнулся к нему и ухватил за край плаща.
-богатый господин, - зачастил он, - подайте хоть немного умирающему старику.
Эмиль брезгливо поджал губы и отдернул плащ. Если этот старик желает жить, пусть убирается, ему нет никакого дела до его проблем.
- умоляю, молодой господин. Вы же Эмиль де Шевалье, самый богатый человек Леана, что вам деньги!
Очередная волна брезгливости вновь накатила на Эмиля. Он знал, если дашь хоть немного, они от тебя не отстанут.
-убирайся, попрошайка. Для таких, как вы у меня ничего нет.
Нищий вновь вцепился в край плаща. Эмиль дернул плащ, одновременно с этим ударив ногой. Он не собирался бить сильно. Просто хотел, чтобы этот старик отстал от него. Но старик упал и не поднялся. Эмиль фыркнул и отвернулся. Несмотря на это, на душе все равно стало гадко. Пусть он и слаб, но от одного удара никто еще не умирал. Надо скорее вернуться домой и забыть об этом происшествии.
–вы негодяй!
Прежде чем Эмиль успел понять, что кричал ребенок, он выхватил меч и развернулся. На него несся подросток.
-вы убили моего дедушку! Зачем вы его убили?!
-убирайся, щенок.
Эмиль внезапно понял, что не может отвести меч. Почему? Его волю словно парализовало, когда ребенок налетел на острие и осел, удивленно глядя на него. Что вообще сегодня происходит? Почему так? Мысли панически забегали, а в голове мальчика отчего то пустота. Только и успел прошептать.
-вы… вы убийца, будьте..будьте прокляты.
Эмиль выдернул меч и с легким недоумением посмотрел на них.
-ты опоздал щенок, я уже давно проклят.
И отвернулся. Сегодняшний вечер явно нельзя называть удачным. Двойное убийство и проклятье. Сколько их он уже слышал за свою жизнь? Тысячи, может быть, больше, может меньше. Если хотя бы одно сбылось, он бы тут не стоял. Получается, что он сильнее всяких там проклятий. Фыркнув, Эмиль направился к своему особняку. Пора бы возвращаться, а то еще кого нибудь ненароком прирежет. О нем и так уже ходит дурная слава. Да еще шляпу потерял.
Месяц медленно плыл по горизонту, стараясь изо всех сил. И что ему до того, что свет он дарит не свой, а солнца? Да ничего собственно и нет в этом такого. Подумаешь. Месяц завис над городом. Наблюдая добродушно и слегка меланхолично. В отличие от сурового неба, он жалел людей, поэтому и старался не прятаться за тучи.
По земле черной тенью стелется конь, тонконогий, быстрый и невероятно красивый. Этот конь рожден для скорости и воистину достоин того, чтобы называться пьющий ветер. Но его имя звучит и похоже и непохоже: Шторм. Он быстр, и его седок прекрасно знает об этом, всадник сам любит скорость, он любит обгонять ветер и звезды, чувствуя себя счастливым. Сейчас необходимости в скорости нет. И всадник еле сдерживается, чтобы не подстегнуть своего любимца. Скорость только помешает осматривать окрестности зорким взглядом. Где то должны быть его ребята, разделившиеся по парам для несения службы. Отрядом они не ходят. Да и зачем? Опасных преступников нет, а мелкого воришку вполне можно скрутить и вдвоем. и весточку остальным послать, если вдруг будет такая необходимость. Однако все тихо. Даже пьяные завсегдатаи кабачков не горланят непристойные песни. И как то так само собой выходит, что именно его ребята и оказываются запоздалыми посетителями таких кабачков. Но отчего то именно в его службу никто не пытается вершить непотребства. Быть может потому, что он, Анри де Нуайон ,известен на весь город как тот, которого любит судьба и жители города? Его уважали даже цыгане и воришки. За что? Анри сам толком не понимал. Он просто привлекал к себе внимание. И даже когда пьяным вываливался из кабака, получал только улыбки и понимающие замечания.
-ну и где эти бездельники? – вполголоса спросил он, -никого не видать. Хоть бы одна рожа показалась ради приличия.
Похоже его ребята о приличиях знали еще меньше, чем он. Проскакав еще полчаса по дорогам города, Анри затормозил и вдумчиво посмотрел вдаль. Что то странное было в том, что никто не показался. Насколько бы его подчиненные не боялись его гнева., они не могли обнаглеть так сильно. А может, он просто успел уснуть? Анри тряхнул головой, прогоняя дурные мысли. Как можно заснуть на коне, особенно, когда вокруг такая прекрасная погода. И ветер такой сильный, что хочется верить, что это суровый родственник, пришедший прикрыть от жары. От мысли про наступающий день стало не по себе. Жару Анри не любил так, как это вообще возможно.
-ребята! – капитан даже привстал в стременах.
Но даже эхо не смеялось в ответ. Вздохнув, молодой человек вновь погрузился в думы. Ему скоро сдавать смену Валентину. Друг, конечно, прикроет от сурового Полковника, но все равно как то не так выходило, нехорошо. Можно детски пригрозить, что посчитает до трех, и чтобы все показались. То есть, оно, конечно, все не покажутся, но хоть кто то же должен быть в страже на главной площади перед собором. В котором кстати, никого нет. То есть, никакого света. А аббат все время проводит либо в своих покоях, отведенных во дворце королевы, либо же на площади, игнорируя опасность от цыган. Впрочем, цыгане особо и не досаждали. Анри вновь покрутился на площади и пришел к печальному выводу о том, что придется ему одному сдавать дежурство Валентину, а про остальных соврать, что он их отпустил.
-Анри!
Это голос Валентина. Анри тут же улыбнулся широкой мальчишечьей улыбкой и махнул рукой.
-уже пересмена? – спросил он друга.
- точно, она самая, - весело отозвался Валентин. Сзади него маячил его отряд. Скоро он распределит, какой сектор территории города каждый из них будет патрулировать. Н оэто будет позже. Сейчас все с интересом разглядывали одинокую фигуру молодого капитана. И наверняка гадали, куда же все таки подевались его подчиненные. Анри озадаченно почесал затылок и снова улыбнулся, стараясь не допустить того, чтобы разговор зашел на неприятную тему.
-Кстати, Валентин, обязательно загляни в новый кабачок: объятия сирены. Там отличное вино и доступные девушки.
Как Анри и ожидал ,Валентин забыл все вопросы, связанные с этой странностью и начал подробно выяснять где этот кабачок находится и как туда попасть.
Назад капитан ехал в глубокой задумчивости. А потом твердо решил, что найдет своих непутевых подчиненных и всем сделает суровый выговор. И кто знает, быть может они даже смогут оправдаться.
Все таки и месяц не всесилен. Мигнув прощально, он скрылся за тучей. Прости, Леан, придется тебе побыть немного в темноте. Но у тебя остался твой собственный свет, который спрятан в нескольких десятках фонарей. Слабый, неяркий, но все же это свет. И этого достаточно, чтобы разглядеть хмурые деревья А чтобы слышать колыбельную ветра, даже этого не нужно.
Цыганка шла к табору, стараясь успеть до последних криков: уже двенадцать ночи, пора спать, честные жители. пусть к цыганам такой эпитет не относится, но остальное вполне для них. Ведь если кто нибудь из стражи поймает их на улице, то сможет сделать все, что угодно. Мария зябко поежилась и нырнула на территорию табора. Хорошо, что господин де Шевалье разрешает им останавливаться на своих землях. Пусть и в силу традиций, которые завел еще его прапрапрадед.
-Мария, ты где пропадала? – окликнули ее.
-Нико?
Девушка расцвела.
-а я ходила купаться в Лунное море. Представляешь, как красиво? Ночной воздух, теплый песок! И звезды!
Девушка закружилась, взметнув черные косички. Нико с легкой улыбкой ,к которой примешивалась легкая грусть, наблюдал за ней. Он думал о том, что в этой девушке слишком много сумасбродства и бесстрашия. Ему тоже нравится ходить к Лунному морю, но он не боится того, что стража поймает его. Похоже, он ,как и Мария, вообще ничего не боится. Или нет. Есть одна вещь, которую он боится больше всего на свете: если Мария узнает о его чувствах к ней. Потому что она его не любит, и никогда не ответит взаимностью .а может ,того хуже: посмеется над ним.
-Мария, завтра пойдем на площадь?
-о чем ты, Нико? А! будем петь. Я хочу песню про холодные сердца. Ну же, запевай!
Нико вновь улыбнулся. Как она прекрасна. Легка, воздушна, изящна. Она кажется маленькой феей ,кружащейся в беззаботном танце. Она желанна и далека. Жаль, что он не знает, как разбудить ее сердце.
-ну и дурак!
Девушка капризно топнула ногой и пошла к себе в фургончик. Там она нырнула под одеяло и пожелала себе сладких снов. А Нико проследив за ней взглядом, тихо улыбнулся в очередной раз и пошел прочь, за пределы табора. Пусть лучше его поймают. Чувство опасности хотя бы заставит его забыться ненадолго.
И вот медленно, но верно приближается день. Месяц падает все ниже, утомленный своей работой, он падает, кажется, прямо в твои объятия, Леан. Так же, как утомленная негой, падает в объятия любимого любовница. Час, другой, и солнце взойдет, даря свой неповторимый и жаркий свет. Оно сурово и непреклонно. И все же, солнце, ты даришь этому городу все. Негу и духоту, свет и жару. А ты, Леан, ты готовишься войти в новый день таким же ,как и всегда. Такой неповторимый и такой разный…

@темы: первый роман

---

Я поднялся с кровати. Так, вроде чувствую себя лучше. Не знаю почему эти видения преследовали меня, но они многое объясняют, и их вполне можно принять за правду. Да и версия насчет того, почему они появились, тоже присутствует. Скорее всего из за того ошейника. Он отсек меня от всей моей сущности, которая не является моей первоначальной. И это стимулировало частичный возврат воспоминаний. Может быть. А может ,я не прав. Но главное все же не это. Я всегда подозревал, что Палач не такой, как мы. И это тоже вписывается в то, что я видел .теперь необходимо узнать, что думает Рем по этому поводу. Но он не приходит. Почему то он очень занят. А я в стороне от всего, что происходит за стенами города. Точнее, убежища. Н оя успел выяснить, что Рем сумел объединить с нашим убежищем еще несколько. Очень оперативно сработал. Но это же мой старший брат. А потом надо будет еще пойти за невинными. Надеюсь, мне не придется проникать в другие школы. Хотя, я думаю, что невинные разных школ имеют способ общаться друг с другом. Конечно, они способны. Уж я то хорошо знаю породу невинных. Хмыкнув, я остановился. А что если я не имею права их так называть? все таки я один из них. Был, - грустно отозвалось в сознании. И я уже никогда не стану им. Меня и моих братьев, и всех ночных рыцарей лишили этого. И онесан тоже. Я отчего то был уверен, что она всегда существовала. Так же, как небо или океан.
-Рен, чего сачкуем?
Рем как всегда возник неожиданно и я подскочил.
-теряешь форму, - выдал мой брат.
-а как же.
Я начал было спрашивать, но Рем перебил меня.
-заткнись, мы идем возвращать тебе твою форму. И кровь вампира ты получишь, чтобы восстановить хотя бы Кукловода.
-Кукловода.
Я вздохнул. Ладно, хотя бы Кукловод, и то уже хорошо. Но Советник все же необходим. Хотя, как я его вызову без своего демонического воплощения? Блин. Похоже, что самое большее, на что мы способны, это уровень В. Плохо, но не смертельно. Даже такими силами у нас есть все шансы. Самое главное, это рассорить вампиров, что я практически сделал. А еще главное увести как можно больше невинных. Это произойдет очень скоро. Надеюсь, меня возьмут в долину Освобождения.
-конечно, - ответил моим мыслям Рем, - а теперь легкая разминка, и марш на спарринг.
-с тобой? – спросил я жизнерадостно.
-ты слаб пока, чтобы спаринговать со мной. Нет, с Реем.
Я вздохнул. Рей, конечно, тоже невероятно силен. Он меня по стенке размажет ,в таком я плачевном состоянии нахожусь. Ничего, думаю, за пару дней я верну форму. И плюс, конечно, то чему я научился у вампиров. Ведь, что ни говори, эти вампиры способны придумывать индивидуальные техники, подходя к каждому невинному так, как ему максимально выгодно.
Так что я еще удивлю брата. Я прошел на тренировочную площадку, заметно улучшившуюся со времени моего последнего визита и занялся разминкой. Так, теперь гимнастика, упражнения, и все, можно приступать к спаррингу. Рей, как всегда готов. По-моему, на свете есть две вещи, к которым он всегда готов: еда и драка. Ничего, подраться я тоже не то чтобы люблю, но не боюсь. Я встал в стойку, хотя и не люблю обычно этого делать. В руке зажата рукоятка ножа. Левая ладонь раскрыта и перед грудью. Ноги чуть согнуты в коленях. Тело обманчиво расслаблено. Рей, естественно не купился на это. Сам он стоит в намеренно расслабленной позе. Ее и с большой натяжкой стойкой не назовешь. И в тоже время, любой боец заметит, что одна рука, якобы поглаживающая ухо, прекрасно защищает голову, и способна нанести серию ударов без ненужного замаха. Нижняя опущена, но она прекрасно прикрывает корпус. О чем это я. Совсем забыл, где нахожусь. Надо нападать. Н оя терпеть не могу этого. Хотя и приходится часто. Все таки, намного проще, отвечать на действия врага, потому что нападать намного сложнее, чем защищаться. А так, ушел или блокировал первый удар, контратаковал, и добавил еще несколько ударов. Мало кто умеет правильно нанести первый удар. Я не имею в виду техническую сторону. Но к Рему это не относится совершенно. Если ему позволить напасть первым, ты проиграл. Чтобы одолеть его, необходимо заставить обороняться. Это единственный шанс. Рей больше стратег. Его нельзя втягивать в долгую борьбу. В долгую, я имею в виду в ту, которая длится больше минуты. Иначе все, ты проиграл. поэтому, моя задача вырубить его как можно быстрее. А сейчас Рей ждет, когда я нападу первым. Он надеется на игру в гляделки, что ли? С нами этот фокус давно не проходит. Это невинного можно напугать так. И я сорвался с места. Резкий удар кинжалом, и сразу же, замаскированный этим движением, удар ладонью. Рей ожидал чего то подобного. Он легко отвел мою руку с ножом и одновременно ушел с линии атаки моего кулака. Тогда как тебе это? Я ударил ногой, не допуская разрыва дистанции. Это сейчас нужно Рею, а не мне. Все таки Рей отскочил в сторону, сумев разорвать ее. Неплохо, что и следовало ожидать от моего младшего брата. Но он младше меня и я дерусь лучше. Одним большим прыжком сокращаю дистанцию. И падаю ,поскользнувшись на небольшой лужице, которую не заметил. Очень плохо.
Рем рассмеялся.
-стареешь ,брат, - сказал он, - как можно было забыть, что здесь был дождь.
-это нечестно! – возмутился я, - я почти победил.
И сам понял ,как глупо это прозвучало. Потом смеялись мы уже втроем.
-все, - Рем отстранил меня и рея, - пришло время вернуть силу.
Я решил, что это прозвучало довольно пафосно, н она самом деле, зная своего брата, я понимаю, что он говорит именно то, что думает. Не больше, но и не меньше. И раз он считает ,что сейчас время вернуть силу, то мне пора это сделать. А как? Очень просто: погрызть кого нибудь. Итак, где они припрятали для меня вампира. Поскольку, я сомневаюсь, что тут еще кто то остался, кроме них.
И спустя пару минут удивленно наблюдал пакет медицинской крови.
-что это? – спросил я.
-это то ,что мы сперли у вампиров, -бодро сообщил Рей.
-эй! Вы не забыли, что нам нельзя трогать кровь невинных?!
-нам нельзя их кусать. А если подлизать в пакете или с земли, то наверно можно, - с сомнением сказал рей, - я так думаю, во всяком случае.
Я чуть не поперхнулся. Добрый брат, они творят что хотят, совсем не думая о третьей директиве. Или правильнее сказать, запрете?! Они, что забыли, чем это кончилось в прошлый раз?! Но Рем уже повернулся ко мне спиной .как всегда не намереваясь выслушивать возражения. И я только вздохнул принялся пить. Интересно, вот что значит узость мышления. Я никогда не думал о том, что можно пить медицинскую кровь. Для меня это было таким же кощунством, как если бы я пил из горла. Хм, интересный каламбур получается.
Попробовал. Вроде гром не грянул. Да и сего бы мне ждать этого именно сейчас? Когда я пил кровь той девушки, меня не сразу наказали. Так, все, хватит. Или я пью, или иду ловить вампира. А где он будет, это уже другой вопрос. Я вдохнул и выпил залпом. Превосходно. Энергия волной накатилась в мое тело, подминая все человеческое, что во мне еще оставалось. И я даже открыл глаза Кукловода, не в силах первые мгновения контролировать себя. Уф. Хорошо то как. Блин, я даже забыл, что это такое быть сильным. Но смеяться торжествующе не стану, люди не поймут. теперь пару шагов, привыкаем заново к ощущениям. Все, кажется, можно уже идти и сражаться хоть с самим Ремом. Что конечно, форменное безумие. Спокойно. Кстати, я заметил, где находятся мои братья. Поблагодарив свои способности за то, что они вернулись, я пошел в столовую. Рей снова ест нечто страшное. И наверняка считает это деликатесом. Рем подпиливает ногти. И где он нахватался подобных привычек? Разумеется, он мне не ответит. Ну и ладно. Я сел за стол и потянулся, затем огляделся, н официанта нигде нет. После xxtuj я вспомнил о дефиците еды. Неудивительно, что невинные сюда не ходят практически. Можно поговорить на тему наших дальнейших планов. И я выжидательно посмотрел на братьев. Рей проигнорировал мой взгляд вгрызаясь в нечто, напоминающее резину.
-интересно, что будем делать дальше? – озвучил мой безмолвный вопрос Рем. Я кивнул. Конечно, я понимаю, что сражаться мы будем в любом случае. Н овсе таки небольшая конкретика меня очень интересует.
--как только невинные сбегут от вампиров, мы сможем развернуть полномасштабную операцию, то есть выпустить максимум нашей силы, не боясь задеть их. Конечно, это источит наши нынешние тела, но какой пустяк. Все равно мы вернемся в исходное состояние.
Я кивнул. С этим не поспоришь.
-до этого мы будем продолжать объединять убежища. В одно из таких ты и поедешь с реем. Затем продолжим наши вылазки. Кстати говоря, надо будет забрать и доноров. Придется дать им кровь. Но что не сделаешь ради невинных.
Я улыбнулся. Это точно. Кровь Рема исцелит все, кроме смерти. А это невероятно ,если подумать. Я с удовольствием бы согласился на такую способность. Но что есть, то есть. Мне выбирать не приходится.
- это основное. Рей просчитал все возможные варианты. Шансы победить не задевая невинных практически равны нулю. Кроме того, прежде чем воспользоваться своей атакой, мы должны научить их сражаться. Это самое главное. И тогда мы можем быть спокойны, когда уйдем.
И в этом ты прав, брат. Ты как всегда думаешь обо всех. Ты не такой эгоист, как я думал вначале. Когда вначале? Когда мы втянулись d’ne нелепую игру. И за эту игру мы совершенно забыли о том, что было когда то. Я имею в виду те мгновения, что мы провели в качестве рыцарей. Те дни, когда Рем заботился о нас, а мы этого не понимали. Какие же мы тогда были глупые. Ничего, когда все закончится, я обязательно выскажу все, что думаю по этому поводу. Все свои чувства, и даже позволю проявить себе нежность. Может быть. Я не знаю. У меня нежность только в сердце может проснуться. Вздохнув, я поднялся.
- пошли, Рей, нам пора.
-вот черт! – завопил Рей, - я еще не доел!
-нет времени. Нам скоро собираться в долину освобождения, - напомнил я.
Рей поднялся, и что то бурча себе под нос на тему братьев, которые спешат и не дают младшему поесть ,направился за мной. Собрались мы быстро. По причине того, что собирать то нечего: одежды минимум, еду будем добывать снаружи, что особенно опечалило моего братика. Ничего, потерпи немного. Довольно скоро все закончится. По крайней мере, через неделю мы будем точно знать, кто и когда может сражаться. Кстати говоря, управиться с этим убежищем нам необходимо не за неделю, как может показаться, а за пару дней, максимум за три. Четыре дня это уже предел. Но я не беспокоюсь. Уж по части дипломатических переговоров мне равных. Справимся, может быть, даже за сутки. Но по дороге Рей объяснил мне, что это убежище крепкий орешек. Оно, точнее его лидеры не доверяют никому. Остальные готовы к сражению и готовы объединиться. Я фыркнул. Ничего страшного. Я же и тухлый помидор могу разрекламировать. Сами ведь сказали. Рей внял моим увещеваниям. И вот нам предстояло пройти несколько часов по лесистой местности. Не больше пяти, если быстрым шагом. И если Рей не остановится на охоту. К счастью, он не стал тратить время на это и мы прибыли. У входа нас встретили хмурые невинные. Впрочем это лучше, чем обреченность. Намного лучше. Я вежливо улыбнулся и представился. Похоже, Рема они бы не стали слушать довольно долго, предубежденно относясь к женщинам. И тот бы не выдержал, побил бы их. Или что нибудь более жесткое придумал. Пусть тело у него женское, но характер старшего повелителя. Я хмыкнул, но все же подавил ухмылку. Как бы то ни было ,а провоцировать их своим веселым настроением нет нужды.
-наш вождь сейчас отсутствует. Подождете в гостиной.
Я кивнул. Рей тоскливо заозирался. Но он промолчал, несмотря на перспективу сидеть без еды еще неопределенное время. А гостиная оказалась всего лишь большим, даже гигантским залом с кучей тряпья, имитирующей лавки и стулья. Пришлось аккуратно присаживаться на эти тряпочки и надеяться, что вшей и клопов там нет.
-Рен, долго мы еще будем сидеть?
- не знаю. Но лучше называй меня Мануэлем. Мало ли.
-лады. Мануэл, а почему нас сюда привели и не покормили?
-тебе бы все только о еде думать.
Я закинул руки за голову и посмотрел на потолок. Несколько дымящих лучин, вот и весь свет. Убого. У нас хотя бы светильники есть. Впрочем, если все пройдет гладко, а я оставляю около пяти процентов на всякие неожиданности, которые называются случайностями. Короче говоря, если все пройдет гладко, то невинные смогут развиваться нормально. Вопрос в том какой путь они выберут. Но меня это уже не касается. Наша задача спасти их от вампиров. Так, что мы имеем для переговоров? В идеале неплохо бы получить информацию о главе этого убежища и обо всех его привычках, о том, что он любит, что ненавидит. Но этого мы не имеем. Поэтому нам остается только одно, импровизировать. Хотя это я не очень люблю. Если быть точным, не люблю вообще. Но другого выхода не остается. Итак, увидим этого руководителя, и тогда уже станет ясно откуда плясать.
-Мануэл, а нас все таки покормят?
-достал уже. Нет, конечно. Имей совесть, они и так голодные.
Похоже, в его душе шевельнулось нечто похожее на совесть, во всяком случае он притих и больше про еду не спрашивал. Уф, неплохо. Теперь можно вернуться к своим мыслям. А помимо этого вождя есть еще и другие вещи, которые необходимо обмозговать.
-значит, они и есть те, кто начнет переговоры со мной?
Голос суровый. Это неплохо. С такими беда обычно в том, что они упрямые и твердолобые, не слушают доводов. Зато и доводы соперника их не тронут. Как ни крути, а мне на руку. Я поднялся и слегка поклонился ему. Тот ответил небрежным поклоном. Ну и ладно, мне несложно, и мою честь это не умаляет. В конце концов короли вежливы не только в пунктуальном выполнении своих обещаний и появлении в назначенное время. Они еще много чего умеют помимо этого. Так , теперь продумать линию поведения ,и я ее уже наспех набросал у себя в мыслях. Если что, воспользуюсь Сценой. Пусть и в личных целях, да все же и не совсем в личных ,а для блага всего населения. И я не загнул.
-сиди тихо, – сказал я Рею.
А то он, с его дипломатией еще наделает глупостей. Это у него не заржавеет. А нам необходимо как можно быстрее покончить со всем этим.
-что ж, раз они послали сына вождя, тоя готов выслушать ваши предложения и отклонить их.
А что так сразу? – удивился Рей, - ты бы выслушал хоть.
Я толкнул брата в бок так, что он поклонился нашему гостеприимному хозяину.
-прошу простить невежливость моего младшего брата, - сказал я как можно более куртуазно, - он плохо разбирается в тонкостях дипломатического протокола.
Вождь опешил. Это понятно, он таких слов не знает. А я как ни в чем не бывало продолжил вежливо извиняться, словно придворный щеголь времен просвещенного абсолютизма. Спустя пару минут подобных излияний меня пригласили к столу. Братишку тоже, и он, наконец, успокоился, зная, что я все сделаю. Вот ведь как. Но ничего не попишешь. Надо соответствовать. После еды брат ушел nxn от отам выслеживать, а я присоединился к вождю пролетариев. Не знаю, почему в голову пришло именно это сравнение. Может, потому и пришло, что кроме потомства у этих обреченных нет. Ну еще и нежелания сдаваться. Но это как то нематериальное благо. Хотя я, как боец, ценю подобное выше, чем способность выкручиваться путем всяких там вещей ,которыми сам и пользуюсь. Ладно, о чем это я.
-я приблизительно знаю, что ты предложишь. Ты хочешь, чтобы я присоединился к армии твоего отца.
-армия это громко сказано, - отозвался я, - но вы же сами понимаете, что в одиночку с богами нам не справиться. И вам тоже, уважаемый.
Это прозвучало, как сарказм. Но он проигнорировал это. Неплохо. Умеет держать в руках себя. Полезное качество дл будущего вождя. А что, должен же я кого то оставить, когда мы уйдем. А мы уйдем, потому что несмотря ни на что миры невинных отвергают нас. Мы для них чужие, и отчего то я понял только сейчас, что так оно и есть. Пусть мы в человеческих телах, но рано или поздно они потеряют все, что их связывало с миром невинного. А мы сами по себе не имеем права находиться здесь дольше необходимого. Пока есть хоть одна тварь тьмы мы остаемся ,как только она исчезнет, как только в мире останется лишь воспоминание о них ,о тьме, мы уходим. Незаметно исчезаем, словно та самая таинственная Атлантида, отклик о которой жив во многих мирах. Кто знает, может она и была Родиной моих создателей. А может ,и н еона, а это просто совпадение. Неважно, что тоя сегодня снова весь в мыслях. Это плохо. У меня переговоры на носу.
--чем ваша диктатура лучше богов?
-а кто сказал, что мы устроим империю? Захотите и пробуйте создавать единое государство. Просто никто кроме нас не умеет вести военные действия так, чтобы побеждать богов. Что вы знаете о тактике, о стратегии, о фортификации?
-ничего. А это значит, что ваши знания помогут вам справиться и с нами.
-не помогут.
Я улыбнулся, жалея, что рядом нет бокала с хорошим вином. Это порой создает доверительную обстановку.
-открою вам секрет. В этом мире существуют лишь трое, кто владеет знаниями в полной мере. Я и мои братья. Н ов человеческие дела мы не вмешиваемся. Для нас важно лишь одно: спасти вас от нечисти. От вампиров, если быть грубым.
Непонимающий взгляд, и я вздохнул, снова слегка пожалел об отсутствии бокала. Например ,когда не хочется отвечать сразу можно сделать глоток с видом убежденного ценителя.
Вам что нибудь говорит словосочетание: Спящие во Тьме.
Тишина. Я решил попробовать еще раз, хотя был уверен, что мне это не поможет.
-а ночные Рыцари?
Он вздрогнул.
-бог мой. Ночные рыцари. Те самые двенадцать, которые похоронены в глубокой тьме за то, что не справились со своей задачей?!
А во тс этого места прошу поподробнее. Не думал, что где то осталась память о рыцарях. И почему они все похоронены. То есть, я где то слышал отголоски этого. Но почему то ни разу не подумал о том, что же их всех усыпило. Ведь Онесан и Палач могут прийти в любой момент.
- и что это за легенда? – спросил я слегка дрогнувшим голосом.
--их осталось всего девять, считая и Палача. А в наш мир пришли Боги. Рыцари не смогли с ними справиться, потому что не было повелителей. Поэтому они ушли из нашего мира.
Скорее вампиры нашли способ, как их усыпить, мелькнуло у меня в голове. Воистину опасные создания. Раз рыцари не справились. Хорошо, что повелители мощнее их всех вместе взятых. Кроме Палача, разумеется. Но отчего то не справился. Не знаю. И теперь оказывается, э то все таки мой мир. Он так изменился. Страшно изменился. Нет больше тех садов, где любила гулять Онесан, а Рем ухаживал за белыми розами. Нет и тех пляжей, где проводил почти целые сутки Рей, тоскующий по морю. И любимые мною библиотеки уже не пахнут книгами, а только плесенью и разрушением. Да уж ,зачем вампирам такие книги7 я поднялся, сверкнув синими провалами глаз.
-повелитель, - прошептал он, - невозможно,
-не вздумай сомневаться, невинный. И запомни: меня здесь не было.
Он устрашено кивнул. А я предложил провести переговоры позже. Ему надо подумать. Подумать нужно и мне заодно и с Реем поговорить. Он в таком деле ,как обмозгование ситуации очень полезен, если конечно ,не голоден, дождавшись согласи, я направился в комнату. Утащил Рея и усадил ег она кучу тряпок. Затем плюхнулся рядом и задумчиво сказал.
-сколько веков прошло ,братишка, наш мир не узнать совершенно.
-это наш мир?
Рей неверяще повертел головой.
-да, и здесь нас еще помнят. Мы для них рыцари, но рыцари, которые стали легендой. Они верили, что однажды мы придем, и спасем их. Мы пришли, но поздно. Кажется, о нас начали забывать. Как странно, мир, в котором все началось, в котором Я совершил грех, именно сюда мы попали, именно здесь мы стали братьями, как раньше. Рей, ты понимаешь, что это может значить? Неслучайно мы оказались здесь именно сейчас, когда многое поняли. А ведь могли бы раньше, когда наша помощь была так нужна.
-она и сейчас нужна.
-сейчас это мир, в котором умерла Надежда, - с грустью сказал я, - мир ,который обречен. Не знаю, что мы можем сделать. Как я ни бахвалюсь, трое созданий ничего не могут сделать, только избавить этот мир от нечисти.
-но это и есть наша задача.
Я положил ладони на его плечи и посмотрел в эти зеленые глаза так ,как наверно уже сотню жизней не смотрел .и ли даже больше. +не знаю отчего я постоянно думаю об этом. Наверно не просто так. Я улыбнулся, но почему то грусти в моей улыбке намного больше, чем веры и надежды.
-мы были невинными, Рей, ты понимаешь это? Сложно, конечно, но мы были ими, мы тоже имели право выбора: защищать то, что нам дорого, пройти мимо или сдаться. Мы могли выбирать: плевать нам на то, что будет дальше с этими невинными, или все таки попытаться изменить и в их сознание что т очень важное. А сейчас кто мы такие? Чужие, роботы, запрограммированные на то ,чтобы защищать, не понимая зачем это делаем. Ты понимаешь зачем мы это делаем, Рей?
Рей удивленно смотрел на меня. Его глаза чуть не дрожат. Не от слез, нет, от непонимания.
-Рен, я …мы должны защищать, потому что так сказали те, кто нас делал. Это в нашей программе, это смысл нашего существования.
-понятно, ты не знаешь.
Я поднял голову и посмотрел на потолок.
_ прости, братишка, наверно ,я н е сумею объяснить тебе, н овсе таки попробую.
Я умолк, собираясь с силами. Нет, не с силами, а с мыслями.
-мы не можем иначе, но не потому что нас так сделали, понимаешь? Потому что мы сами так решили. Тоже не то. Мы бы так решили в любом случае. Мы всегда защищали то, что нам дорого. Иначе бы из нас не получилось то, что сделали. Недаром ведь Палача существует только для убийств.
-а разве мы не существуем для убийств? ведь и Палач, и мы убиваем нечисть.
Я покачал головой. И попытался объяснить, что несмотря на то, что убийство остается убийством, но все таки Палач несет смерть, а мы жизнь. Он убивает нечисть, отправляя ее в небытие и это смысл его существования. А мы убиваем, чтобы защитить невинных. Убивая нечисть, мы несем жизнь для невинных. Вот в чем наше различие. Вот почему Палач и мы такие разные. И как много мне теперь понятно. Я рассказывал Рею его мечты стать воином и защищать свою страну и семью от захватчиков, и как мы с Ремом были против, потому что считали, что убийство пусть и для защиты это все равно убийство. Мы хотели оставить это для военных, которые этим с детства занимаются. И в тоже время, как мы защищали тех, кто нам дорог. Нашу сестру, ту, которая дарила нам конфеты и грустно улыбалась. Онесан ,которая сейчас все время плачет. Людей, как мы сражались с разбойниками, пытавшимися напасть на нашу деревню. Мы ненавидели оружие, мы хотели обычной мирной жизни. Но если возникала необходимость, мы начинали свои битвы. Мы всегда были такими, как сейчас. Они изменили наши тела, но они не смогли изменить нас самих. И даже то, что в наши души проник яд ненависти, не смогло изменить этого. Месть ,ненависть ,эт овсе яд ,растравляющий душу и сознание. Оно туманит и лишает многого. Мы поддались этому. Один Рей, как ни странно сохранил чистоту. Он пришел туда лишь для того, чтобы спасти нас. Невинная душа ,погибшая за грехи нас с Ремом. И Рем виноват ,что не захотел меня остановить. Что толку от мести, если она не изменит уже ничего. Она даже облегчения не принесет. Если бы мы это поняли раньше, то все было бы иначе. Но что толку сожалеть о том, чего нельзя исправить, сожаления они тоже отравляют душу.
И еще понял, пока рассказывал, много другого, я говорил о наших походах к морю, как мы любовались закатом, пока было время, вместе плавали и смеялись. Тогда мы не понимали ,насколько это все важно, для нас это было всего лишь забавами. А мои мечты ходить на поле вместе с Ремом, а мечты Рея стать моряком. Это нам было больше по душе, чем его желание пойти в солдаты. Сколько бы я отдал, чтобы вернуть все это, чтобы мы, как прежде, смеялись, плавали, ходили в поле, а потом ,растянувшись под скошенной пшеницей смотрели на небо и ели свежий хлеб, или что еще другое. Пусть бы это принес рей, а не любимая женщина.
-эй, а че я сразу, я че, самый лысый, хлеб печь?!
Я рассмеялся и взъерошил ему волосы.
-нет, конечно. Потом мы бы женились, и хлеб пекла бы любимая женщина.
-а я вот не женился бы, - отозвался Рей гордо, - зачем мне чужая тетка.
Я вновь рассмеялся. Господи, какой наивный мальчик. Он за все свои жизни так ни разу и не приобщился к женщинам. Я имею в виду, что он не стал бабником. Но и верность хранить женщине тоже не научился. А если попадал в женатое тело, про свою жену забывал быстрее, чем про вчерашний обед. Кто знает, может, оно и к лучшему? Больше времени остается на полезные вещи.
Дверь открылась, и на пороге возник вождь. Он внимательно посмотрел на нас. Пришлось встать и отвесить слегка учтивый поклон. Все таки он теперь знает то, что я Повелитель. Значит ,нет нужды пыжиться, изображая из себя почтение и глубокое уважение.
-вы сегодня можете возвращаться, - сказал он, я приготовил ответ.
-быстро тут у них, - отозвался Рей, - я даже проголодаться не успел.
Я хмыкнул и подошел к вождю.
-я так полагаю, что ваши слуги вручат нам пакет.
Стоп. Что то я тормознул. Откуда слуги в этом задрипанном убежище, прости господи? Совсем уже замотался с этими воспоминаниями.
Вслух он повторил почти слово в слово то, о чем я подумал. Разве что в менее изысканных выражениях.
-прошу прощения, - я слегка склонил голову.
-вот пакет, здесь все написано. Если желаете знать вкратце, то мы присоединимся к вам, под началом вашего старшего. Не номинального, а реального.
Ага. Он имеет в виду старшего повелителя. Что же, его ждет сюрприз, и видимо не очень приятный. Н ода ладно, нам пора возвращаться, а то ты тут что то засиделись. Чаю на дорогу просить не стали.. на посошок тоже. Просто молча снялись с якоря, как выразился Рей и мы пошли своим ходом в свое убежище. Вроде бы как это последнее убежище, которое не горело желание присоединяться.
Дошли мы довольно быстро и передали пакет Рему тот небрежно его вскрыл, догадываясь ,что раз мы не сбежали, значит ,ответ положительный. После чего отпустил нас. Единственно, что его удивило это осведомленность вождя последнего убежища о том, что мы рыцари. Я пожал плечами и заметил, что рано или поздно это все равно бы выплыло наружу. Лучше уж самим провозгласить об этом с выгодой для себя, чем об этом втихую узнают и используют против нас. Рем фыркнул.
Похоже, брат решил ,что сам провозгласит об этом всем окружающим. Но лишь после того, как мы вытащим как можно больше невинных из школ. Тогда мы сможем всем объявить свою истинную сущность и возглавить восстание. О том, что будет после победы, промолчал. И я не стал спрашивать. Даже Рей и то решил не затрагивать эту тему.
Но идея группового харакири меня чт от оне прельщает. Или же мы просто погибнем во время сражения? Кто знает, но не попробуешь, не узнаешь. Время покажет. Это я себя так успокаиваю, да?
Обычно про такой день говорят: неделька не задалась. Мы сидим в штабе и бурно обсуждаем план стратегического наступления. Я осторожно намекаю на то, что пока мы не освободили невинных, об этом рано задумываться еще. Рей настаивал на срочном выступлении и возмущался тем, что его таланты полководца ставят под сомнения. Рем переводил взгляд с меня на брата и что то прикидывал в уме. Я все таки надеялся, что он поддержит меня. Если мы нападем сейчас, нам придется сражаться с невинными. А мы не можем, не имеем права. Теперь уже, если хотим чтобы нас простили.
-помолчите.
Рем сказал тихо и совсем не свойственной себе вежливостью. Я даже чуть не сел мимо стула после особо бурного возражения. Рей тоже заткнулся и посмотрел на брата. Впрочем, мы бы в любом случае обратили на него внимание.
-правы вы оба. Мы не можем терять время. Н ои сражаться с невинными не имеем права.
- тогда что ты предлагаешь сделать?
Рем слегка улыбнулся.
--все очень просто, умники. Рей поведет невинных в атаку. Будете действовать партизанскими методами. Напали и отходите. В сражения не ввязывайтесь. Н ои спать им не давайте. Разумеется, вампиры вскоре перестанут гонять своих подопечных, а с этого момента я и Рен отправимся к тем, кто захочет уйти.
-ага, - ошалело согласился я, - а ты не боишься, что у невинных не хватит времени на то, чтобы добраться?
-мы потом придем в школу. Точнее я. Надо вытаскивать и тех, кто доноры. А кроме меня никто не сможет дать им возможность нормально передвигаться. Воистину божественная кровь, что за насмешка судьбы?
-это нас мешка наших создателей, - отозвался я, - они видимо предусмотрели, что Повелители станут сражаться с вампирами, когда те захватят этот мир.
-не говори глупостей, Рен. Как они могли это предусмотреть? Прошли века, с момента нашего создания. Они не пророки. Хотя. А если подумать, т овсе наши способности очень пригодятся в этой схватке. Понимаешь, даже твоя бесполезная кровь заставила сойти с ума наиболее опасных вампиров.
Я оскорблено промолчал. Как это так: моя бесполезная кровь? Но влезать с возражениями не стал. А то мало ли, больше молчишь, зубы целее будут. Успокоив себя этой мыслью, я вернулся к нашему разговору.
-Рем, думаешь, это совпадение?
- а ты как думаешь, Советник?
-я не Советник еще пока, - отозвался я, - но как Рен, могу выдать пару догадок. Они создали этих ребят, они могли предугадать, что рано или поздно нам придется сражаться с ними. И что быть может, Палача рядом не будет. Тогда они напичкали нас всем, что может пригодиться на случай всевозможных ситуаций. Во ти все. Обычная предусмотрительность. Будь у меня больше времени, я бы не стал пользоваться своей кровью.
-эй, а щас че делать будем? – поинтересовался Рей.
Я вздохнул. Ну что еще можно сейчас делать? А Рею скажи, он есть побежит, словно бы этого совещания и не было. Завидую я ему порой. Мне бы такое беззаботное отношение к жизни. Хотя бы изредка.
Рем посмотрел на брата. Перевел взгляд на меня, незаметно для Рея подмигнул и на полном серьезе заявил.
- а сейчас пойдем жрать.
Рей даже хрюкнул от удивления. Оптом он все таки радостно подпрыгнул и помчался на поиски еды. Не думаю, что наше меню его особо разочарует. Я довольно хмыкнул и посмотрел на Рема.
-что на тебя нашло, брат?
-ну мне тоже хочется иногда пошалить. Пошли, что ли?
Я улыбнулся, и мы направились в сторону столовой. Или того, что ее временно замещало. Скоро должен настать момент, когда мы сможем освободить нашу мощь. А втроем мы мощнее, чем девять Аристократов. Интересно, почему Палач проиграл? Я думал это невозможно. Даже все мы, Ночные рыцари вместе взятые не смогли бы справиться.
Планы вновь изменились. Рем сразу отправился за донорами и теми, кто не может уйти. Он вполне справедливо решил, что вампиры церемониться не станут, когда до них все дойдет. Как ни прискорбно, но рассчитывать на их гуманность по отношению к невинным не стоит. Вот и пришлось мне одному идти. Интересно, а бойцы из школ помнят хоть что нибудь о рыцарях? Или для них даже сказок не осталось. Пока неважно.
Я пришел на место встречи и прислонился к дереву, дожидаясь гостей. Хотя, гость тут это я, а хозяева они. Впрочем, о чем это я. Мне не об этом сейчас думать надо. И не о вечном тоже. Я посмотрел вдаль и нахмурился. Они придут, мое чутье меня еще ни разу не обманывало. Но и в то же время не могу сказать, что оно не чувствует опасности. Причем, это явно связано с вампирами. Неужели, кто то из них все же заподозрил что то неладное? Это по определению невозможно. Так, спокойно, расслабимся и попробуем понять, что именно могло случиться?. Хотя, скорее всего кому то просто стало любопытно, куда это невинные отправились такой толпой. Тем более чего им бояться, они прекрасно понимают то, что смогут вернуть в любой момент. Да и кому придет в голову ограничивать их передвижение. Это только тех, кто недавно был диким, ограничивают. Так, понятно. Я бесшумно выдвинулся навстречу и остановился перед Волком. Тот стоит, уперев руки в бока, и внимательно смотрит на меня. Неподалеку Меч. Как всегда со своей неизменной вежливой улыбкой.
-приветствую, - сказал я спокойно, а у самого на душе кошки скребут. Причем всеми когтями, что у них в наличии, - теперь пора освободиться от ошейников.
-не думал, что это возможно, - удивленно сказала один из них.
-если ты так не думал, то зачем пришел? – спросил я мрачно и все же решился.
На мгновение закрыл глаза, а потом уже распахнул зеленые провалы глазниц. Кукловод воззрился на сцену и обнаружил несколько статистов. Они определенно выпадают из сценария, поэтому их надо удалить. Но для начала освободить от ошейников. Я же ведь тоже вампир, и не просто вампир, а Повелитель. Мне понадобилось всего несколько мгновений. Интересно, почему братья не воспользовались этим? Неважно, зато теперь никто их на меня не натравит. Поворачиваюсь к лишним персонажам. Даже если у них роль всего лишь статистов, то она грозится превратиться в главного злодея. Мне это ненужно. Но сил переписать сценарии пока не хватает. Придется включиться в игру и пойти на добычу необходимой мне энергии. Шаг, другой. Статисты уже не прячутся. Марионетки выходят из под контроля. Это плохо, это значит, что они сильнее, чем я думал. Моей имеющейся энергии просто не хватает.
-ты кто такой? – спросил вампир.
- я чужой, - отозвался я, - даже для таких как ты.
-Ночной рыцарь. Н оведь мы вас всех усыпили.
-может, похвалишься, каким образом?
-нам помог некромант.
Я вздрогнул. Тот самый некромант, которого я не добил? Не может быть. Ведь тогда получится, что тот мир тоже был нашим. А ведь вампиры уже тогда начали проявляться и похищать людей. А мы с братьями этого не заметили, поглощенные своей борьбой. Черт ,как же мы сглупили. И что теперь необходимо рассказать братьям ,конечно. А потом уже и удивиться, почему мы попали в свой же мир, только несколькими столетиями спустя. Это притом, что я не ошибся, и некромант тот же самый. А какой еще некромант знал про нас. Нет, тут все равно ничего не сходится. Или же Аристократы просто игнорировали нас? Ладно, оптом об этом подумаем. Главное, удалить сейчас этих вампиров, пока они не нацепили ошейники на своих подопечных.
-теперь мне все понятно. Н оваш некромант забыл про кое кого.
Я вытянул руку, начиная играть с нитями. Они их не видят, тем лучше для меня. Несмотря на всю свою силу, перед повелителем они ничто. А мне хотя бы одного захарчить, а потом уже остальным никакого шанса не будет.
-Повелитель. Это же Советник!
Надо же, и это поняли. Я вновь улыбнулся и пошел вперед. Сейчас на меня работает моя репутация. Что ни говори, но переоценивать противника порой даже опаснее, чем недооценить. В данном случае, я имею в виду. Схватив одного вампира я нагло поинтересовался.
-в чем дело, малыш? Ты даже не попытаешься защититься?
-если даже Лорды сильны, то с Повелителем мне не справиться.
-как наивно.
Я вонзил клыки ему в шею, раздирая кожу и вытягивая кровь. Насколько все таки приятнее, когда это делаешь ты, а не из тебя. Хоть и в том и в другом случае получаешь наслаждение схожее с эротическим, но все равно разница огромная. Отшвырнув пустую оболочку, я облизнулся. Кто на очереди? Они попятились. Вот теперь они обречены.
-как же вы привыкли обожествлять нас, - заметил я, довольно щурясь, - а ведь вы могли одолеть меня. Теперь поздно, потому что ваша игра закончена трагедией.
Захотелось добавить еще что нибудь пафосное, н оне стал. Зачем уподобляться Рею, надо все делать быстро и экономично. А то что нагадил им в душу, так это небольшая месть за тех, кто надо мной там издевался. Жаль, Ареса здесь нет. Вот на нем я бы отыгрался с превеликим удовольствием. Но да ладно. Я переписал сценарий. Вампиры пошли мне на корм, а невинные стоят и в благоговейном ужасе смотрят на меня. Даже Волк и Меч прониклись этим. Перешагнув через последнего из вампиров, я подошел к группе невинных и посмотрел им в глаза своими зелеными провалами. Прочистить им мозги? Или не стоит? Потом решил ,что для них сценарий менять не стоит. И подошел почти вплотную. Кажется, у кого то даже коленки подогнулись. А вот глупостей делать не надо. И заморозил взглядом не хуже ошейника.
- теперь проясним ситуацию, - сказал довольно дружелюбно.
-повелитель, так вы не легенды? Но почему вы не пришли на помощь, когда мы вас звали?
Нет, это не тот мир, из которого мы ушли в тот раз. Значит, и некромант скорее всего не тот. Но мы это выясним в любом случае. А теперь мне конечно нет нужды объясняться, но я все таки это сделаю. Хотя бы потому, что в данный момент они должны понять одну простую истину.
-время приходит не тогда, когда вам этого хочется, а когда действительно трудно.
Я им так намекнул, чтобы в следующий раз учились защищаться сам, а не сидели бы и ждали помощи. Мы, конечно, сделаем все, что от нас зависит, но это не означает, что мы всегда будем на связи, и нас можно вызвать, как наряд полиции или стражи.
понятно. Может, пойдем. Конечно, повелитель, с вами не страшно.
Я хмыкнул. Страшно, и еще как страшно. Но боитесь вы не вампиров, а меня. Потому что я для вас еще более чужой, чем они. Кстати. А отчего я так упорно повторяю это словно заклинание? я теперь выяснил, что почти ничем не отличаюсь от обычных вампиров. Может, мне просто в это плохо верится? Так и не поняв своих мыслей и намерений на этот счет, я пошел вперед. Они двинулись следом. Ненавижу я водить за собой толпы, так и хочется, до ужаса хочется, оставить их где нибудь по дороге и уйти. Да нельзя, не то чтобы совесть замучает, просто Рем так убьет, что мало не покажется. Поэтому до убежища я довел их быстро. Вскоре я увидел и Рема с толпой инвалидов. Похоже, что кровью он кормил только тех, кто вообще передвигаться не мог. Ну это он правильно сделал, потому что запасы его собственной крови не безграничны. Даже если каждому дать всего по капле крови. На его месте я вообще бы туда не сунулся. Ладно, пришел бы. Но не стоит о грустном.
-Рем, всех вытащил?
-почти, - расстроено заметил он, - некоторые не дожили. Плохо дело. А у тебя вижу вс ев порядке.
-да, за исключением того, что я выяснил, кто усыпил наших коллег.
-собратьев по несчастью, - поправил меня Рем
-хорошо, пусть будет так. Рея отзовешь?
-попозже. Пусть продолжает прикрывать нас. Тем более, что ему самому это нравится.
Я понятливо хмыкнул и вошел в убежище. Похоже, что для этого мира начинается новая глава.
В жизни, как и в романах, всегда бывает завязка, кульминация и развязка, пускай даже этой развязкой может стать и конец жизни. Отчего я об этом подумал? Наверно потому что сейчас сижу рядом с братьями и наблюдаю за сценой боя. Бой только начался, очень важное сражение за один укрепленный пункт. Если мы отобьем его у вампиров ,то сможем иметь выход к воде .а проточная вода неплохо отпугивает вампиров. Те сами это понимают, и стараются изо всех сил не допустить нашего продвижения. Нам с Реем категорически запрещено высовываться, поэтому мы сидим как генералы в штабе и пытаемся не влезать в схватку. Рем решил ,что пока нашу силу афишировать не стоит, раз на нашем пути стоит еще один некромант. Или тот же самый. Но в любом случае, прежней ошибки повторить нельзя. И вот мы сидим и чуть не ругаемся, я говорю, что резерв еще рано выводить, а рей доказывает, что ему виднее. Рем молчит.
-пойми ты, если вампиры заподозрят хоть намек на наш резерв, они церемонится не станут ,пытаясь захватить нас живыми, - доказывал я.
- если мы не выпустим резерв сейчас, то погибнет большая часть отряда!! И тогда сражение будет проиграно!
-не будет, мы вампирам живыми нужны, послушай, что говорит тебе Советник!
- ты сейчас даже не Боец! А я вот, как Маршал, точно тебе говорю!
Мы воззрились на Рема.
А я со вздохом подумал ,когда же этой схватке наступит развязка. Нет, не данному сражению ,а войне вообще. От этого наши нервы напряжены. Все из за этого некроманта . он ломает наши планы, становится тем самым Х фактором, который может как сыграть нам на руку, так и заставить уйти к другим Лордам, которые спят. Будет ли это означать, что наша Игра закончена?
Кто знает. Н оя не могу сейчас стать Советником и выяснить что представляет собой этот Некромант. Впрочем, мне отчего то кажется, что он как то связан с тем самым некромантом ,который убил нас. А может ,тот некромант узнал про параллельные миры и решил наведаться на родину Рыцарей? Тогда почему он не захватил их силу?
Ну конечно!
-Рем, я понял! – завопил я, - этот некромант ждет нашего явления! Как только все повелители соберутся в одном месте с Лордами, он может уничтожить нас. Ему не нужна наша сила, потому что он ее не переварит просто. А вот то, что рано или поздно мы отправимся к телам Лордов, это он прекрасно понимает. Поэтому он все предусмотрел.
-не понял, - Рем нахмурился, - можешь объяснить связно и позже?
-могу, - проворчал я, - так что с резервом делать?
Рем посмотрел вдаль и нахмурился.
-пора, - решил он, - рен, ты прав, но еще секунда и невинные падут духом. Они ничего не смыслят в стратегии и тактики. Командуй, Рей.
Рей кивнул ми скомандовал атаку. Резерв, спрятанный так, как мы его научили, выскочил и бросился в атаку. К счастью, без привычных воплей. На самом деле, чаще всего именно такая бесшумная атака и имеет большее психическое давление, чем вопли. Хотя, смотря как вопить. Помню одна моя знакомая так орала, когда у нее кошелек пытались украсть, что грабитель предпочел сбежать. Но я на самом деле потребовал молчания не потому, что этим можно напугать вампиров. Те не способны бояться, за исключением некоторых вещей. Но то уже нюансы. Просто так по крайней мере лучше слышно команды. Прозаично, но иногда это может спасти немало жизней.
Самое сложное, это сидеть и смотреть, как сражаются другие. Мы трое пока не имеем права вмешиваться в битву, раз у них есть некромант. А то, что он присутствует здесь более, чем вероятно. Все таки мы обозначили свое присутствие. Хоть это и было мимолетно, но хорошему некроманту хватило бы. Черт, теперь вот сижу и нервно бью кулаком об стенку. Конечно, раз войсками командует Рей это вероятность победы около девяноста процентов, но все равно, довольно много невинных погибнет. Этого невозможно избежать при любом раскладе. Хорошо, что он и сражаются с теми, кто не согласился сбежать. Плохо, что и вампиры могут в любой момент вмешаться, при всем своем нежелании. Они же не идиоты, и прекрасно понимают, как для нас важен этот пункт.
-Рен, - Рем дернул меня за плечо, =- присмотрись внимательно. Там случаем не некромант стоит? Парень в темном плаще.
Можно подумать, что они тут все в светлых плащах, а один некромант в черном, словно специально обозначая свое присутствие. Но отчего то я сразу понял, кого имеет в виду мой брат. Точно, он стоит слегка в стороне, и выделяется своей аурой. А вот это наверняка провокация. Некромант прекрасно понимает, что мы четко ощутим его присутствие. Черта с два, мы не собираемся попасться на такой трюк. Хотя.
У меня возникла идея. И я шепотом рассказал о ней Рему. Тот согласно кивнул, и как всегда приманкой стал я. Блин, что за жизнь такая. Я осторожно вошел в режим Кукловода и привычно обозрел Сцену. Так, как я и думал, это настоящий некромант. При всем своем желании он бы не смог наделить своей силой другого, а иллюзию мы бы раскусили даже не на счет два. А намного раньше. Отлично. Теперь поступаем так, как он этого хочет. Это просто, главное успеть вовремя смыться, чтобы меня не усыпили. Осторожно направляюсь некроманту, и заставляю его стоять он, словно послушная марионетка не двигается, все идет согласно моему плану, а он полагает, что все предусмотрел. Наивный, но на случай, если это с его стороны ловушка, меня подстрахует Рем. Так что не стоит быть параноиком: редко какой невинный способен делать многоходовые ловушки. Нельзя недооценивать противника. Но и переоценивать тоже плохо. Особенно в нашем случае.
Я вышел сзади некроманта, стараясь придать себе самодовольный вид типа вот он я, попался, гад ,сейчас есть стану. Некромант сумел сдержать довольную улыбку, и я понял, что никакого запасного плана у него нет. Просто оттого, что он считает на слабыми, либо у него есть некий козырный туз в рукаве. Но и я не собираюсь ходить с козырей, лучше светить те карты, которые противнику уже известны.
-попался, - жизнерадостно заметил я, - теперь я мстить буду.
-за что? – поинтересовался некромант.
И я внезапно ощутил, что мы оба понимаем то, что играем. Но теперь выхода нет, кроме как продолжать этот фарс. Что то здесь нечисто. Ладно, если что, Рем за меня отомстит. Как настоящий брат. Поэтому я подошел ближе, вроде как самоуверен, и не ожидаю ничего от невинного, не способного вместить даже половины, даже четверти моей силы. Если конечно, я только сам не изгоню его из тела. Но его защиту мне не пробить без нарушения третьей директивы. А отчего то именно сейчас я понял, что больше никогда не сделаю этого. Даже если придется скитаться бестелесным духом.
-не говори ерунды, ты убил моих подчиненных.
-не убил, повелитель. Насколько я понимаю, ты Советник. А значит, ты можешь творить на своей Сцене все, что угодно. Но есть одна поправка. Этот мир, который ты создаешь, он всего лишь иллюзия. Если не воспринимать его как реальность, то с тобой можно сражаться.
-ничего себе, - удивленно сообщил я, - даже я этого не знал. Иллюзия, говоришь.
Я задумался, краем глаза отметив, что некромант пошевелился. Понятно, я никогда не задумывался о природе своей Сцены и о сценариях. Кто знает, может, это и правда мир иллюзий, но в таком случае и наш мир тоже иллюзия, потому что для него моя Сцена не менее реальна, чем все остальное.
-да, именно так, если воспринимать все это, словно иллюзию, то можно сражаться с твоими сценариями.
Я хмыкнул.
-ты жалкий дилетант. Ладно, не жалкий, поскольку справился с Лордами. Но их не извиняет даже то, что они слишком далеко отошли от невинных и не знают их логику. А я и мои братья очень долго жили среди вас всех, и уже успели понять, насколько вы коварны, мой маленький друг, извини за фамильярность.
-что?!
Я осторожно положил руку на его плечо
-подумай сам, будь мы трое здесь, мы бы обязательно пришли на помощь в тот момент, когда ты повязал Лордов вот этим самым символом солнца. Наши создатели специально придумали этот символ, который является нашим паролем. Стоит только его использовать и делай, что хочешь. Но ты не учел одного. Мы грешники. Нас изгнали из собственных тел, это все равно ,как если бы в нас вселился вирус, который мешает воспринимать адекватно пароль.
-ты лжешь!
-лгу, - согласился я, - он на нас действует ,н оне так, как на Лордов, а как ты уже не узнаешь.
-что?!
Я повернул голову.
-Рем, похоже, мы переоценили врага. Он рассчитывал усыпить нас с помощью символа солнца из солнечного камня.
Рем вышел и посмотрел на некроманта.
-воистину невинные вечно куда то торопятся и спешат. А подумать нельзя о том, что мы не просто так повелители?
Некромант попятился. Жалкое зрелище. Меня всегда раздражало то, что некоторые самодовольные невинные, сначала хвастаются, а затем просят пощады. Какие глупцы. Я открыл Сцену. Сейчас ты проверишь на себе какая это иллюзия. Попробуй, справься с этим. Если сможешь, то я, так уж и быть, поверю тебе. А нет, тогда забудь. Мгновение, и некромант затих. Этого кинжала у нас нет, убивать его нельзя. Ничего, зато у нас есть иной способ. Точнее, у меня. Он довольно ненадежен. Но когда проснутся Лорды, они с ним уже справятся, потому что эт омой Сценарий. И я заставил его возникнуть. Раз за разом, переписывая все строчки. Переписывая его жизнь и возможности. Прощай. Большего ты не достоин. Как жаль, я надеялся на большее. Вампиры и то более сильные противники. Впрочем, и до них скоро очередь дойдет. А пока можно переходить на иной уровень.
Рей вышел из штаба и направился в нашу сторону. Рем кивнул. И они тоже перешли на следующий уровень. Мгновение вспышки и на дороге, залитой солнечными лучами, стоят трое Повелителей. Еще одно мгновение и мы переходим на очередной уровень. Теперь я Боец. Теперь мы способны сражаться с ампирами. Неизвестно чем закончится этот бой. Я надеюсь, что мы смогли дать невинным возможность защищаться и не сдаваться. Я надеюсь ,потому что мы можем не справиться. Мы как те триста спартанцев из Фермопильского ущелья, можно привести множество примеров из разных жизней и разных миров. Но смысл останется прежним. Нас мало, а их много. Впрочем, когда
Это нас останавливало?
-Рен, пора начать переговоры, - приказал Рем.
-я понял.
Разумеется, если переговоры провалятся, а я особо стараться не стану, потому что вампиры не те создания, которых можно переубедить если они что то решили. Если они пожелают отвергнуть волю Императора, то не сдадутся и потом ,как бы я ни старался. Что же, прекрасно, пора. И я исчез в сполохах синего пламени. Оставив еле различимый след своего присутствия здесь.
Они не ждали меня. Они не думали, что тот, из за кого началась вражда между вампирами, окажется полузабытым повелителем. Но они сразу поняли, что я тот, за кого себя выдаю. Я не мог бы притвориться не собой. И только благодаря ошейнику меня не смогли распознать за время моего пребывания в школе. Они не склонились в почтении ,как это делают люди, но в их сознании это все же отразилось. Странно. Я никогда не встречал такого среди вампиров, наверно потому, что те ,кого я встречал раньше, не сохранили память о нас. Но в этих еще живет память о Ночных рыцарях .
-Приказ Императора, - сказал я без вступительного слова, - вы должны оставить невинных.
Всполохи синего огня усилились. Теперь их дело подтвердить или отказаться от этого приказа. Вот и все переговоры. С вампирами и проще и сложнеен одновременно.
Пока они молчат. Даже в их эмоциях ничего не отразилось. Я ждал. Но они ничего не отвечали. Не решили. Странно. Такого исхода я не ожидал. Точнее, предполагал его, но оставлял это на самый крайний случай. А во ти вышло так, что они ничего не решили. В таком случае просто ушел. Нет смысла ждать. Рем кивнул мне. Он сразу понял с какими вестями я пришел к нему.
-пусть думают , сказал он.
Рей согласно кивнул, и мы вновь вернулись в свое обычное состояние. После этого мы отправили людей отдыхать, а сами сели на природе под ночным небом и просто смотрели в его глубины, стараясь не думать о том, что будет завтра. Новая война либо же конец всему. А если конец, то что мы сделаем потом?
Утром я все таки почти заснул. Странно, а казалось, что не смогу даже задремать. Проснулся я встревоженный тишиной. Рядом стоит недоуменный Рей и оглядывается. Рем лишь спокойно разглядывает ногти, словно в них что то не так. Это у него то? А потом. Потом словно все прорвалось. Так обычно бывает в фильме: сначала замедленный кадр, все словно тонет в каком то тягучем настое, а потом резко убыстряется, не давая отвлечься от сюжета. Вот так и сейчас: на горизонте показались невинные. Те ,кого мы не забрали потому, что они сами этого не желали. На них не было ошейников, а сами они выглядели подавленными и растерянными. Так наверно выглядят те животные, которые поначалу были дикими, потом их приручили ,а затем выкинули из теплого и уютного мирка на свободу. Не хотели они такой свободы, но вот пришлось. Я вышел им навстречу. Но Рей обогнал меня и добежал первым.
-а эти где? – поинтересовался он, зная ответ заранее.
-ушли, - растерянно отозвался кто то, - они бросили нас и ушли.
Они ушли, =- подтвердил Рем, - здесь пусто.
Отчего пусто стало и в моей душе. То, о чем я старался не думать наступило. То, чего я боялся, произошло, что теперь будет? начнем ли свою игру по новой? Или все же помиримся? Но мы и так уже помирились. Тогда я не знаю. Я посмотрел на Рема, надеясь на то, что он мне ответит. Но Рем молчит. Тогда я перевел взгляд на Рея, надеясь хоть что нибудь прочесть в его глазах. Но Рей виновато пожал плечами. Видимо его самого волновал этот вопрос. И, похоже, что только Рем не особо беспокоится. Как будто у него есть одна мысль, но он должен ее хорошенько обдумать. Я вздохнул, пожелав братьям самого сильного похмелья, который только будет после праздника, устроенного в честь освобождения от вампиров. Наверняка вампиры не захватили с собой запасы еды и выпивки. Зачем они им. А вот невинные с радостью отметят это. И нас пригласят. Если только не догадаются о нашей истинной сущности.
Праздник прошел скучно и пусто. Немного тревожно, я бы сказал. Похоже, что из всех нас только Рей веселился по настоящему. Рем все время сидел задумчивый и все почести приходилось делить нам с Реем. Конечно, Рей не захотел славы. Так уж получилось, что он за ней не особо и гоняется. В итоге вышло, что я герой и освободитель. Обо мне будут слагать легенды и стихи. А может еще чего нибудь, до чего они додумаются. А вот что дальше? Невинные желали видеть меня предводителем, но у меня не было желания. Если честно, у меня никогда не было такого желания. Мне всегда нравилось смотреть, как Рем объединяет, захватывает, укрощает. А сам предпочитал быть его советником, правой рукой. Это тоже немало. Особенно для такого серого кардинала ,как я.
И вот этот день настал. Праздник закончился, я предложил другую кандидатуру на пост объединителя. Теперь получалось ,что мы с братьями и правда сделали все, что нужно. Теперь нам нет места в этом мире. Что дальше? Конечно, такая империя долго не продержится, слишком уж невинные не умеют жить в мире и согласии. Обязательно окажется, что у соседа и коровы жирнее и девушки красивее, и вообще, они обнаглели, и пора их приструнить. Но это будет потом. И это их дело. Главное, чтобы не вернулись вампиры. Мрачный, я вошел в нашу комнату, где мы любили собираться втроем и замер. Рей сидит за столом и вертит в руке зеленую свечку. И откуда он ее только взял? На столе уже стоит белая свечка, символ смерти и скорби. Возле окна Рем с красной свечой. А еще на столе лежит синяя. Наши свечки. Те самые, которые мы любили жечь, когда жили в этом мире и еще не были ему чужими. Откуда они их нашли?! Вопрос так явно проступил в моих глазах, что Рей рассмеялся.
--случайно. Рем нашел склеп. Невинные, конечно не смогли его отыскать, а он нашел. Хочешь полюбоваться на свое тело? Оно еще там. Только вот печатей там больше нет.
Почему? Я тихо опустился на стул. Почему нет печатей? Значит ли это, что я смогу захватить свое тело? Или это означает лишь то, что мы прощены, и можем вернуться. Я так давно мечтал об этом. А теперь отчего то робею. Словно если я подойду к своему телу, то появится Палач и уничтожит нас за самовольство. Рем фыркнул и сел рядом, перестав казаться девушкой. Даже несмотря на восхитительную грудь.
-мы можем вернуться, - сказал он, - ты ведь понял это?
Я кивнул. да, я понял почему я не должен был лишать света надежды. Не из за страха, не из за того что она стала вампиром. Точнее из за этого, го я не имел права лишать ее света надежды, это ужасно и это больно. Это непоправимо. Только вспомнив все то, что было со мной и с братьями, я понял. Как плохо. Прости меня, Луиза. Ты готова была стать чудовищем, чтобы не видеть моих страданий. Но и ты была не права, лучше бы уж мне видеть твою смерть, чем твое тело, лишенное этого. Зато теперь ты спасена.
Я подхватил свою свечу.
-не думал, что они там сохранились.
-наши создатели умели делать на совесть.
Рей улыбнулся. Н оя чувствовал, что они напряжены. Похоже, что сейчас нам придется принять какое то очень непростое решение. Что они задумали? И взглянув в их глаза, я понял. Они решили позвать Онесан. Но ведь рано. Сейчас нельзя. Если мы сделаем это, то придет Палач и уничтожит нас. Нет, я не хочу так. Рем успокаивающе обнял меня за плечи.
-подумай сам, именно этого и хотела Сестра.
-ты тоже вспомнил? – спросил я глядя огромными глазами.
Рем кивнул. Рей резко поднялся и зажег свечу. Она вспыхнула и загорелась ровно и неспешно. Это конец. Они решили сделать то, что я бы не стал делать. Неужели они решили, что мы выполнили свое предназначение. Я не хочу исчезать. Я не хочу умирать, если это слово нам подходит. Пусть мы раньше и были невинными, но сейчас мы исчезнем так же, как и те, кого мы убили. Уничтожили. Съели.
-давай, Рен, все хорошо, не трусь.
Я зажег свечу. С каких это пор нам нужны костыли, чтобы обратиться к Онесан. А может,
Это просто ностальгия по тем временам, когда мы считали себя искусственными созданиями и не знали о той боли, что причинили нам? Не знали о тех слезах, которые мы теряли, когда в нас убивали надежду, ибо нет ничего отвратительнее этого. И я мрачно посмотрел на дверь, словно Онесан выйдет оттуда. Надеюсь ,хотя бы на это у меня будет право? Потому что я не хочу, но мои братья все решили за меня. А я то поверил им. Н отчего тогда я и сейчас им верю? Как будто я вдруг стал самым младшим? И я воззвал всем сердцем к Онесан, зная, что она слышит меня и мой зов. Она придет. А рядом ее зовут мои братья. Заблудшие младшие братья, которые наконец поняли все. Они не должны были меня защищать, они должны были меня остановить, вразумить. И потом они должны были помочь мне. Но вместо этого они озлились, и мы теперь связаны единым круговоротом жизней и смертей до тех пор, пока не остановим этого.
И она пришла. Онесан вошла, на ходу снимая вуаль. Она больше не плачет. Ее глаза радостно сияют, но в них и немного грусти, эта грусть светлая, так грустят, когда любимый младший братик женится. Да, он уезжает, быть может, встреч больше не будет, зато он обретет счастье. И я поднялся, подошел к ней на ватных ногах, боясь, что упаду. Онесан улыбнулась.
-я счастлива, мальчики.
Прости, ты так страдала, и все из за нас. Тебе было больнее, чем нам, прости. И я сказал это вслух.
-главное, что вы поняли.
Онесан подошла к Рею и погладила его по голове.
-Рей, прости меня, ты меньше всех заслуживал такого наказания.
-ничего, зато я не бросил братьев.
Рей улыбнулся. А Онесан перешла к Рему.
-ты тоже не захотел бросить брата. Ты сорвался, но ты понял свою ошибку.
-да, Онесан, - тихо ответил он, - прости меня.
-я давно вас простила. Я вообще не сердилась. Я так вас люблю.
Онесан поцеловала его в лоб и подошла ко мне. Я сглотнул, страшась и ожидая ее слов.
--глупенький, - сказала она, - грешник, заблудший. Я так ждала, когда ты откроешь глаза.
На это потребовалась всего вечность. Я уткнулся ей в грудь, ощущая, чт оне способен больше сдерживать слез. А она прижимает меня к себе и плачет вместе со мной. Но это уже слезы радости. А не страдания. Наконец я заставил себя выпрямиться.
-прощай, Онесан, - сказал я, - сестра. Я готов. Теперь я не боюсь.
И она улыбнулась. В этот же момент в комнату вошел Палач. Он хмуро кивнул нам и обнажил меч. Все таки немного страшно. Но я подошел первым. Хочу хотя бы в этот раз умереть раньше их. Пусть я и Эгоист, н оя не смогу смотреть, как их убивают, моих братьев.
-сделай это быстро, - просит сестра, - они достаточно мучились.
Палач кивнул и посмотрел на меня. В его глазах не отражается даже тени того аристократа, чье имя я забыл, и который издевался надо мной. В этот раз он просто салютует мечом, словно высказывая нечто понятное только нам. И меч вонзается мне в грудь. Мгновение, и сердце больше не бьется. А вместе с этим исчезает боль и страх, отчаяние и слезы. Кажется, я даже улыбнулся.
Постскриптум.
Яркая, залитая солнцем лужайка. Неподалеку от нее возвышается замок. А на саму полянку выбегает парнишка, лет четырнадцати. Он возбужденно машет рукой.
-братья, это замок настоящего аристократа! Интересно то как!
Следом выходят еще двое парней. Они внимательно вглядываются в замок и рыжеволосый парень озадаченно хмурится, словно пытаясь вспомнить что то .
-как вы думаете, садовник ему нужен? – спрашивает старший из троих.
-не нравится мне это почему то, - отвечает ему рыжий, - прости, Рем. Может ,пойдем отсюда? У меня нехорошие предчувствия.
-да ну, - младший чуть не сучит ногами от возмущения, - подумай сам, Рен, здесь много оружия!
- и много слез, - добавляет тихо мальчик.
Он пытается понять, отчего сказал именно это, но не может.
А на берегу моря, с которого видно и замок и лужайку, стоит девушка в белом платье и прикрывается рукой от солнца. Она помнит все. И она знает, что этим троим дан еще один шанс. Сумеют ли они им воспользоваться? Уйдут ли или все снова повторится?
Кто знает.




-

@темы: роман

---

Жаль, теперь мне и правда очень жаль, что приходится покидать это. Наконец я ощутил себя человеком в полном смысле этого слова, так, как чувствуют себя невинные. Они не понимают ,какое счастье им даровано и тратят все дары на какие то непонятные пустяки. Ну что же, не мне их судить, у них есть более грозный и беспристрастный судья. А мое дело защищать. Не знаю отчего я повторяю это с завидным упорством. Наверно, чтобы не сорваться. Поднявшись, я посмотрел на Зевса. Он еще раз свистнул кнутом.
-тренироваться.
И все. Я еще не отошел после вчерашнего, а он требует повторения. Да, он понимает, что человек не способен заниматься бесконечно, устает, начинает пропускать удары и попадает на прямые, не говоря уже о финтах. Понимал это и я. что же, чему быть, того не миновать, если не сумел придумать, как извернуться. А пока я не знаю, что тут можно придумать. Уворачиваться, пока есть силы, когда они иссякнут, то позволить ему попробовать моей крови.
А разве я смогу еще что то сделать в данной ситуации? Тем более что если он сделает это, то война с теми, кто захочет забрать меня, неминуема. У меня нет времени. Конечно, я знал, что придется воспользоваться своей кровью. Поэтому, Я почти не сопротивлялся, когда мои силы иссякли и я упал. Я надеялся лишь на то, что это не так больно ,как кажется на первый взгляд. Нет, тоже не так, хотя я боли не боюсь, физической, я имею в виду, но вполне могу почувствовать унижение от этого. Я же не Рей, я гордый. Хотя Рей тоже гордый, пока дело не касается того, что необходимо проверить в деле обороны.
Клыки вонзились в мою кожу, оставляя рваные следы. По шее потекло горячее и дурманящее. Реальность качнулась и поплыла. Мне ничего не осталось делать, кроме как лежать и невидяще смотреть в потолок. Все намного хуже, чем я представлял.
Вот что значит ощущают те, кого я ел: то, как кровь утекает вместе с жизнью, ощущают власть другого существа, чужого тебе и твоему миру, это беспомощность и какое то извращенное наслаждение. Почему то захотелось плакать, н оя не стал. Бойцы не плачут. Потому что они бойцы, они знают, что возьмут реванш. И я тоже знаю это. Я убью тебя, Зевс, хотя бы для того, чтобы забыть все эти дни и моменты, которые ожидают меня. Я не смогу простить, хотя и сам виноват во всем этом.
Когда я очнулся, Зевса уже не было. Шея почему то не болела. И раны то ли затянулись, то ли мне их подлечили. Крови тоже нигде нет. Заставив себя подняться, я пошел в коридор. Немного пошатывает, но в пределах нормы. Голова кружится. Ничего, все в порядке, это пройдет. Я заставил себя выйти наружу и найти Меча. Где то неподалеку он должен тренироваться. Увидев меня, он опустил свой меч и подошел.
-выглядишь неважно, - заметил он, - это не тренировки.
Я кивнул ,справляясь с приступами тошноты.
-прости, если поступаю невежливо, но мне очень сложно скрыть свое любопытство: ты грел кого то?
Помотал головой.
-меня ели, - сказал я нервно, - как бифштекс на завтрак, даже салфетку не повязал.
Опять начинаю идиотски шутить.
--тебе еще повезло, -Меч внимательно смотрит на мою шею, - знаешь, я много думал о нашем разговоре. Прости, если тебе неприятно,
-ничего.
Я устало опустился на землю, ноги еще дрожат.
-почему вы так стремитесь к свободе?
Меч опустился рядом, сев на колени
-я никогда не жил на воле. Мне не понять этого. Но все, кто вначале попадает сюда, пытаются вырваться изо всех сил. Почему?
-потому что никакая самая мягкая кровать не заменит травы. Нет, не то. Вы сейчас в клетке, хоть и золотой, но все же неволе. Вы даже не можете видеть того, что дает нам природа. Вы бродите по саду, и думаете, что это весь мир. За вас решают все ваши желания и мечты. Разве это правильно? Я не говорю, что всем будет хорошо на воле. Я говорю о том, что нельзя лишать выбора. Каждый должен сам решить: свобода или рабство. Кому то проще жить в рабстве.
Меч вскинул голову.
-хочешь сказать, что ты не предлагаешь никому сбежать?
Я подавил улыбку. Еще бы, именно это я и хочу, н оя не такой дурак, чтобы позволить себе сказать это, иначе вы воспротивитесь.
-я не хочу никого принуждать. А вдруг свобода для тебя? Иди куда хочешь ,отвечай за себя сам. Это тяжело, но кому то нравится. Захотел и любуйся закатом на берегу моря, захотел ,иди на край обрыва и смотри на воду, текущую внизу. Это не то, что ваши фонтаны. Природу нельзя сделать . это будет уже не то. Может, и красивее, может и безопаснее, н оне то. Я просто хотел показать все это, чтобы вы потом сами решили, куда вам идти. Вот и все. Сам я еще не сбежал, потому что хочу понять, что вас держит здесь и дать вам этот выбор.
М да, пафосно прозвучало, но они не привычные к таким вещам. Вон как заворожено слушает. Наверняка представляет себе ,как зеленеет трава, как спускается закат, который они видели только на картинках, как журчит вода. Черт ,после этого мне самому захотелось бежать сейчас и немедленно. Но нельзя. Я еще не завершил свое дело.
-ты красиво говоришь, - Меч поднял на меня свои неизменно вежливые глаза, - я почти поверил тебе. Наверно, ты прав. Если бы я был на воле, я бы мог сказать тебе, что для меня важнее.
Я промолчал. Сейчас очень тонкий момент. Если я скажу этому парню: пойдем, наша семья примет тебя, и еще что нибудь в таком духе, он уйдет. Лучше промолчать. Решение оказалось верным. Меч еще немного подумал. И поднялся.
-прости, мне надо тренироваться.
Хоть он и ушел, но все же он задумался. Это хорошо. Если эти двое, то есть он и Волк пойдут за мной, остальные тоже последуют за ними. Вот что значит, лидеры и толпа. Их психология это психология стада: куда вожаки, туда и остальные. Кто то из веры, кому то все равно куда идти, а кто то для выгоды. Все старо, ничего не меняется. Я хмыкнул и растянулся на траве, не заметив, что снова заснул.
Меня затянуло в тот самый мир, о котором я начал скучать. Теперь я жду эти сны, как молодой парень ждет свидания с девушкой. Я считаю каждое мгновение, представляю себе, как окунусь в них. И жду, жду, что же откроется за покровом простой и непритязательной жизни. Я сижу за столом рядом с большой тарелкой каши, которая дразнит своим ароматом и тихо мечтаю ,когда женюсь, и пусть девушки готовят и присматривают за домом. А сам я стану ходить с Ремом в поле. Когда мы устанем, то в обед придут наши жены и принесут еду. И эта еда станет самой вкусной, потому что ее готовят те, кого мы любим. Улыбнувшись своим фантазиям, я подхватил нож и принялся вырезать небольшую фигурку. Несмотря ни на что, я все равно люблю больше всего на свете мастерить своими руками. Особенно работать с деревом. Не только сам процесс пьянит и восхищает, но и запах свежего дерева, чувство рукоятки ножа в ладони, наблюдать как дерево принимает очертания.
-Рен, пошли!
Я недовольно поднял голову и посмотрел на Рея. Сзади стоит возбужденным Рем. Но он как всегда немногословен. Что же такое, интересно произошло. Отчего они такие? Я пытался их понять, но они не сильно говорят. В конце концов, я не выдержал и отложил нож с недоделанной фигуркой своей невесты.
-ребята, чего там еще произошло? У нас ярмарка началась?
-нет! – радостно завопил Рей, - к нам какой то аристократ приехал! Он недалеко поселился!
Мы с Ремом переглянулись. И вышли следом за младшим братишкой. Вскоре вышли туда, где раньше был пустырь теперь там стоял роскошный замок ,окруженный неприступной стеной. Рем приложил ладонь ко лбу и завистливо сказал.
-наверно там есть очень красивые сады.
Я вздохнул. Подумаешь, какой то там сад. И что интересного копаться в этих грядках? И вообще в земле? Ничего особенного. Но вот то, что здесь появился аристократ это очень тревожный знак. Обычно они с собой ничего хорошего не приносят. Не нравится мне все это. Но и Рей не разделил моих опасений. Он возбужденно подпрыгивал, словно пытался заглянуть внутрь замка.
-наверняка там очень хорошее оружие! – радостно вопил он, - мечи, луки, пики! Здорово!
-тебе нравятся предметы приносящие смерть7 – ужаснулся я, - ты хоть понимаешь ,что это плохо! ведь эти мечи и луки, они убивают.
-ну и что, - Рей вздернул свой нос, - между прочим, ты сам же сворачивал шеи курицам! А это тоже убийство.
Я вздохнул.
-это для еды. Мы не убиваем просто так. Мы убиваем, чтобы прокормить себя. Сам же ловишь рыбу.
-так и меч берут в руки, чтобы защищать то, что тебе дорого!
Рей уже почти кричит, а я в тупике. Я чувствую, что в какой то мере он прав. И в тоже время не понимаю, где тут ошибка. Мечи, если бы не было всех этих предметов, то не могли бы сражаться и люди. Но как же тогда защищаться от диких зверей, что опасны и сильны? Тряхнув головой, я обнял Рея за плечи и заметил
-знаешь, братишка, правда у каждого своя. И не надо ее отстаивать с мечом в руке.
-к чему ты?
Он широко раскрыл глаза, а я улыбнулся и взъерошил ему волосы.
-к тому, что правы мы оба. Надеюсь, ты не собираешься становиться воином?
-нет.
-тогда ладно. Но мне все равно не нравится, что здесь поселился аристократ. Значит, жди беды.
-Рен, ты всех судишь пристрастно.
Сзади подошел Рем. И вновь стало так спокойно и надежно. Я вновь забыл про все свои тревоги. Старший брат рядом, значит, мы можем все.
-так о чем ты беспокоишься? – спросил он меня.
-такие как они могут привлечь наших девушек, - ответил я, - или других. Поманят бриллиантами, а потом бросят, обесчестив.
Рем нахмурился. А Рей так ничего и не понял. Он скакал вокруг нас и пытался продемонстрировать нечто из своего воображаемого стиля. Разумеется, таким бы стилем он не зацепил профессионала. Но если хочет побаловаться, то почему бы и нет. Лишь бы желание убийства не появилось.
Я открыл глаза. М да, тот я был прав: аристократы любят поиграть с красивыми девушками. И нет никакой гарантии, что они потом женятся, и будут продолжать любить. Гарантий вообще нет даже на то, что потом когда нибудь возместят страдания. Да и можно ли их возместить? Не знаю, на это может ответить только та, которая знает, что это такое. Я сел на траву и поджал ноги под себя. Холодно. Странно. Раньше мне не было никакого дела до небольших перепадов температуры. Теперь я начал мерзнуть. Очень плохо. Пожалуй, мне необходимо поторопиться.
При этой мысли заныла шея. Я потрогал ее. Конечно, необязательно, что Зевс возжелает снова вонзить свои клыки мне в шею. Есть и другие места для этого. Но что то такое изощренное, агрессивно сексуальное есть в этом акте, именно тогда, когда тебя кусают в шею. Вот так начинаешь задумываться о земном. И вечном, например, есть ли жизнь после смерти.
О чем это я. Уж мне то как раз бояться нечего. Меня не ждет ни ад, ни рай. Толька очередная жизнь, очередные попытки выиграть. Но, по крайней мере, я теперь понял одну вещь: нам не нужно больше сражаться. Поэтому мы и проигрывали. Нужно было всего лишь остаться братьями несмотря ни на что. Но что поделать: даже невинные не всегда способны сохранить родственные узы, чего уж говорить о том, чтобы это смогли мы.
Я поднялся и на нетвердых ногах направился в коридор. Здесь? Нет, в другом месте. Где он? в голове немного путается, мысли становятся нечеткими и неясными. Где Зевс? Зачем я должен найти его? Я не понимаю пока. Что со мной происходит. Задумавшись, я врезался в него. Он выхватил кнут, а я попятился. Видимо в моих глазах возникло выражение ужаса. Во всяком случае, он хмыкнул и довольно спрятал свое оружие. Нет, это у них не оружие, а метод воспитания. Точнее, один из методов.
-ты хорошо, мальчишка. Гера пыталась спрятать тебя от меня. Дура.
Что же ,я могу быть довольным: они начинают терять свое единство. Теперь в голове немного прояснилось.
-позвольте мне идти, - попросил я, стараясь, чтобы это прозвучало максимально вежливо.
-иди. Н скоро ты мне понадобишься.
Ага. Знаю я, для чего тебе могу понадобиться. Н оя откланялся и поспешил прочь. Где то недалеко ванная комната. Вот что мне было нужно, а вовсе не Зевс. Отлично. Я вошел внутрь и увидел Волка. Он как раз заканчивал принимать душ. Завернувшись в полотенце, он вышел и воззрился на меня.
-снова ты. И снова сражаешься за непонятно что?
-теперь у меня прибавилось причин для этого, - мрачно ответил я, - эти так называемые боги всего лишь падкие до человеческой крови чудовища.
Я вспомнил, что он боготворит богов. Ну и плевать, когда нибудь у него все равно кончится вера в них. И тогда он горько пожалеет о том, что не пытался сбежать. Знаю я такую породу невинных.
-я разговаривал с Мечом. Он мне кое что рассказал. Это правда, что нас лишают выбора и свободы, - задумчиво сказал Волк, - знаешь ,я все таки подумал над этим.
Молодец, чуть не сказал я. Но промолчал. Это очень серьезный шаг для них. Они действительно молодцы.
Вместо этого я пожал ему руку.
-если хотите, я покажу вам этот мир.
-но как? Пока на нас эти ошейники, мы не уйдем далеко.
Он только начал говорить это и до него дошло. Теперь он и, правда, понял все, что ему пытались объяснить. Сжав руку в кулак, он тихо сказал.
-сволочи, вот значит, как они с нами.
-я хмыкнул.
-вот видишь, просто вам раньше и в голову не приходило уходить. Только не забывай, что вы с Мечом можете уйти в любой момент, ведь ошейники на вас не надевают. Считают послушными рабами. А для остальных найдется способ, как их снять.
-откуда?
-из внешнего мира.
Я улыбнулся и вошел в ванную. Эти несколько дней проведены не зря. Конечно, не зря. Потому что невинные наконец понимают, что пора думать. А это порой сложнее даже , чем сражаться. Я зевнул и залез под воду. Ничто так не бодрит, как холодная вода после тренировок. Пусть у меня их и не было. Кстати говоря, надо будет поинтересоваться у братьев, насколько близко мы продвинулись к тому, чтобы снять ошейники. А то они мне успели порядком надоесть. Даже не сами ошейники, а то, что эти вампиры в любой момент могут передать по ним сигнал боли, например. Или еще что нибудь, в зависимости от фантазии создателя данного экземпляра. Только подумал, как тело пронзил острый приступ боли. Да что же он так рано то?! Еле выскочил, обернув полотенце вокруг бедер. Никакого житья от этих вампиров. Покой только снится.
-я пришел , -заметил я , входя в комнату.
-вот ты где, - Зевс листает какую то книгу. Вроде, как не собирается меня есть. Будем надеяться, что я прав.
-вы меня звали.
Ага. Звал. Только вот Гера и Арес делали это намного более гуманно. Чего же ты добиваешься, а, Зевс? Того, что я наброшусь на тебя и начну бунтовать, не выдержав подобного несправедливого насилия? И ты сможешь меня наказать, при этом оставив свою совесть чистой? Не дождешься, я лучше потерплю. Как всегда выживает не самый гордый, и не самый сильный, а тот, кто приспособлен лучше всего меняться вместе со средой обитания. Именно так, Зевс. Вы считаете себя сильными, но вы не умеете прогибаться, приспосабливаться. Вы слишком консервативны в своем мышлении. Слава нашим создателям, что я тоже способен, как и мои братья, как и остальные, меняться.
Но довольно философии. Это никому неинтересно. А Зевс по-прежнему продолжает заниматься своими делами, старательно меня игнорируя. Я скромно опустился рядом, продолжая гипнотизировать его взглядом. Хотя. Это недалеко от истины. Несмотря на то, что сил у меня, как у невинного, но ведь есть такие невинные, которые способны к легкому гипнозу. Конечно, это не сценарии писать, но все же лучше, чем ничего. Мало - помалу, он все же сделает то, что мне нужно. А мне нужно совсем немного: выйти на других вампиров. И тогда моя миссия будет почти завершена.
-ты почему сидишь?
Грозный взгляд. Как я и думал. Он специально придирается. Как же он меня достал. Молча поднимаюсь и жду, к чему он найдет еще придраться. Зевс нахмурился.
-почему молчишь?
Да, придирки уже совсем пошли аховые. Ну ничего, я дам ntt, повод, так уж и быть. Прост потому ,что я вновь хочу в те сны кажется, я нащупал догадку. Что то смутно виднеется за краем сознания. Еще немного и я ухвачусь за это. Но видимо, придется потерпеть.
Ничего, я и не через такое проходил. Я же говорил, что выживает гибкий человек. Конечно, это не означает, что надо сдаваться. Просто немного терпения, не возмущаться и не протестовать там, где это бесполезно, уметь поворачивать события в свою сторону. Помню, когда то мы попали в мир, где правили женщины. мужчин они ненавидели всей душой и либо заставляли работать, либо держали в цепях. Рей не смирился, но и не захотел скрыть свое отношение к такому надругательству над своей свободой. Поэтому провел почти всю жизнь в цепях, далеко внизу, не видя солнца. Рем, как и я притворился смирившимся, но он сбежал, собрал коалицию из парней и тех девушек, которым не нравилась подобная жизнь. А я остался у них и действовал изнутри. Тот мир мы изменили.
Но если посудить, то многие миры, в которых мы бывали, менялись. Не знаю почему так выходило. Мы объединяли, укрепляли, рушили старые привычки и традиции, заменяя ценности. Мы приносим с собой порой хаос и революцию. А иногда мы не трогаем миры, как это было последние жизни. И то, семена в том мире мы невольно посеяли, мы подарили ему общего врага: некроманта. Теперь они либо объединятся, либо погибнут. Мне жаль, что мы не справились с ним до конца, но это наша вина. Как и моя, кстати говоря, тоже. Если бы мы действовали сообща.
Я горько улыбнулся, подставляя шею Зевсу. Кто знает ,может быть, это было нужно и для того, чтобы мы спасли мир ,в котором надежды нет вообще? Да, наверное, так оно и есть. Но сколько еще таких миров? Где мы никогда не побываем, и где надежда никогда не вернется? А может быть, есть и другие рыцари, которые никогда не спят, оставаясь на страже невинных? Хорошо, если так. Потому что мир не терпит дисбаланса. Рано или поздно, судьба все равно приведет все в норму, даже если придется уничтожить мир и начать все с чистого листа. Какая ирония, так считаю я, проклинающий порой эту самую судьбу, втянувшую нас в извечное колесо сансары, и не выпускающее ни на минуты из цепи вечных возрождений. Мысли текут вяло, так же, как моя кровь из прокушенного горла. Голова немного кружится, но это ничего ,это поправимо. я встаю после того как Зевс вернулся к своим делам и бреду к своей кровати. Мне надо отлежаться, и заодно надеяться, что в этом сне я найду ту разгадку, о которой я ничего почти не знаю. Неужели и в нашем прошлом есть какая то тайна? Перейти бы сейчас на уровень Советника, да нельзя. Нет ни сил, ни возможностей. И снова я падаю в темноту сна.
Вечер. Я сижу за столом мрачный и встревоженный. Рем стоит возле двери, сложив руки на груди. Его лицо не менее мрачно и взволнованно. Рей вновь ничего не понимает и переводит взгляд с меня на брата. Лиа облокотилась об стол. Ее глава светятся нехорошим блеском, а Леа пытается ее успокоить. Напрасно. В моей ладони зажаты камешки, белые, чистые, сверкающие. Настоящие бриллианты, Отмечает сознание моего прежнего я. Но и сознание того я тоже понимает, что это все жутко дорогое.
-кто вам это дал? – спрашиваю я, сжимая руку в кулак.
-какая разница! Главное, экто красиво ,а вы нам такого не дарите!
-помилуй, Лиа, откуда у нас средства на такие барские штучки? Да и зачем они тебе?
-мне нравится! Ты просто грубый мужлан и ничего не понимаешь в этом.
Она кричит ,а по ее щекам текут слезы. Я растерян, не понимаю, как ее утешить и что сделать, чтобы она перестала плакать. Рем недовольно косится на Леа, но она солидарна со своей сестрой. Просто, ее характер мягче, и она не может высказывать все так, как Лиа. Я вздохнул ,понимая, что в данном случае от брата не дождаться поддержки. Он сам растерян и не понимает, как их успокоить. Ну нашли из за чего нервничать. На ярмарке можно купить таких стекляшек, если не красивее. Во всяком случае, по виду почти ничем не отличается. И дешевле, и нам по рангу положено.
-это вам дал тот аристократ, что поселился здесь, - говорю, даже не спрашиваю.
-и что? Ты пойдешь и убьешь его?
-он прав, Лиа, - подал голос Рем, - такие вещи просто так не дарят.
-вы объединились, потому что мужчины!
Я опешил. Как раз я думал, что Рем поддерживает меня, потому что понимает мою правоту. Но девушки в упор не желают нас слышать. Леа еще пытается, но она на стороне сестры, а Лиа заводится еще сильнее и пытается забрать у меня камешки. Раньше это было нечто вроде бус. Ожерелье, поправляет сознание моего нынешнего я.
-отдай, не твое!
-глупые девчонки, - не выдерживаю я, первый раз в жизни, и кидаю камни в окно, - он собирается вас обесчестить, соблазняя этой ненужной в нашей среде ерундой! Подумайте сами, куда вы их наденете?! На подой коров?
-ах, ты. Ты думаешь, что я захочу прожить всю жизнь рядом с коровами и свиньями!
Лиа бросилась из дома, Леа за ней, а я немного неуклюже поднялся из за стола, пытаясь понять ,что же такого сказал. Рем подошел ко мне и приобнял за плечи.
-наверно их догнать надо, - растерянно сказал Рей, - и вернуть.
-пусть подумают, - отозвался Рем, - успокоятся и поймут все.
-или не поймут, - отозвался я мрачно. Этот аристократ ослепил их блеском красивой жизни.
Ка показало время, я был прав. Девушки ушли и не вернулись. Спустя ка4кое то время мы видели их иногда на главной площади, если можно так ее назвать. Они были одеты в красивые платья, носили диадемы. И я вынужден был признаться, что в таких нарядах девушки выглядели воистину принцессами. Как не жаль, но мы не могли обеспечить им такую жизнь. Но и в тоже время я понимал, что долго это не продлится. Ка только они наскучат ему ,этому аристократу, он от них избавится. Что будет тогда? Смогу ли я принять назад обесчещенную невесту? Я не знал. Я пытался сотни раз представить себе, как она возвращается ко мне, и что я делаю? беру ее руку в свою ладонь? Холодно смотрю? Прижимаю к себе, или наоборот, отталкиваю?
Все оказалось намного страшнее и проще. Они не вернулись. Лишь на берегу моря мы нашли голубую шелковую ленту, которую так любила заплетать в прическу Леа. Вот и все, девушки не выдержали своего бесчестия и предпочли покончить со всем этим.
Открываю глаза. Похоже и сегодня я не нашел ответ на вопрос к чему снятся эти сны. Вроде бы в этом поставлена точка. Хотя, если подумать, то скорее всего тот я решил отомстить. Может быть, я увижу и это. Что же все таки случилось? Почему я не могу понять к чему эти сны? Поднимаюсь и бреду к столику. Там должна стоять вода, а мне как раз очень не хватает воды. Жадно пью ее. И только сейчас замечаю ,что Зевса нет. Невольно радуюсь тому, потом все же заставляю себя собраться. В самом деле, мне важнее, чтобы он был рядом, тогда я смогу воздействовать на него. Придется его ненавязчиво и совершенно случайно найти. Интересно, что он чувствует ,напившись моей крови? Наверно, эйфорию. А потом что происходит? Похмелье? Ненависть или депрессия? Не столь праздный интерес, на самом деле. Может, я смогу это потом использовать. А вот и Зевс. Он почему то разговаривает с Волком. Меч стоит рядом и кивает, показывая то, что слушает и понимает о чем речь. Я тоже остановился и прислушался. Волк говорит о свободе. Зевс смеется в ответ на его слова, от чего тот только закипает. Еще немного и набросится на вампира. Я напрягся, готовый вмешаться, если что. Но Меч справляется и без меня. Он успокаивающе объясняет Волку ,что Зевсу виднее. Интересно ,что ему виднее? Я подслушал слишком мало. И вот Волк нервно уходит. Увидев меня, он подошел и мрачно заметил.
-эти боги и правда нас поработили. Не понимаю, как я раньше не замечал этого.
-потому что вы им верили. А я смотрю ,вы подружились с Мечом.
-ты совершенно прав, - согласился Меч, - раньше я и не думал ,что способен подружиться с кем то.
Я улыбнулся. Конечно, понятие дружбы им незнакомо. Обращаясь с ними, как с животными, вампиры выпестовали в них животных. Хотя, кто знает ,может и звери способны дружить. Ну да дело сейчас не в этом. Похоже, что они готовы. Это хорошо. Кто бы спорил. Теперь дело за остальными богами. Я осторожно поинтересовался про контакты с другими школами. Оказывается, что подобные контакты минимальны. И в основном сводятся к участию в турнирах. М да, до ближайшего турнира еще очень далеко. Бог мой, это реально далеко, значит, надо продолжать воздействие, иначе я тут застряну очень надолго.
-вот ты где! – Зевса ухватил меня за руку, - пошли быстрее.
-куда, хозяин? – удивился я, - разве вы желаете еще?
-нет, пока.
Тогда я не понял, куда меня тянут. Видимо что то произошло. Неужели Зевс понял, что я веду диверсионную работу? Для начала, чтобы узнать об этом, он должен был обратить внимание на Волка и Меча. А это не его питомцы. Гера она не особо интересуется внутренним миром Меча. Афина и Волк тоже не настолько дружны. Кажется, кроме Афродиты тут этим не интересуются вообще, иначе бы я действовал более ювелирно. Хотя все время забываю, что эта парочка не носит ошейники, так что соврать они смогут, если захотят. А теперь они точно захотят. Я улыбнулся, н овсе же спрятал эту улыбку.
-пришли.
Зевс втолкнул меня в комнату и закрыл. Вот это да. Ничего себе поворот. Я подошел к двери и прислушался. Попробовал сконцентрироваться. Затем попробовал открыть глаза Кукловода. Конечно, зря. Так, мне необходимо узнать в чем дело. Может, поковыряться в замке? Недолго думая, я выудил из кармана отмычку, с которой стараюсь не расставаться. К счастью, боги не понимают в человеческом и не отбирают у нас эти игрушки. Так ,теперь можно открывать. И меня накрыла темнота.
Я падал бесконечно долго. Но самого падения не последовало. Я не свалился, я просто оказался в тот теле, которое меня часто преследует теперь во снах. Я одет не так, как обычно. Лакейская ливрея. Похоже, что я стал дворецким. И я в замке этого аристократа. Рем тоже здесь, он возится со своими любимыми цветами. На поле ходит Рей, забыв о рыбалке. Почему я здесь? Почему Рем здесь?. В сознании плещется ответ. Мы уверены ,что наши невесты погибли. Мы горим жаждой мщения. И тело пронзает нехорошая дрожь. Как это знакомо. Сколько раз мы сами через это проходили. Вот он, наш корень зла. Мы неспособны прощать. Если бы мы простили другу друга, эта игра давно бы кончилась. Но стоит лишь возродиться, как все начинается заново. Мы вспоминаем все, что наделали друг другу и горим желанием отомстить. Да, мы прикрываем это низкое чувство красивыми фразами о целесообразности, о желании выиграть еще много чем, н ов итоге все выходит не так. И тот я еще не понимает этого. Тот я, который жил пять минут назад тоже не понимал этого.
Аристократ взял нас на службу полгода назад. И мы терпеливо ждем своего часа. Мы не знаем, когда он наступит. Но мы знаем, что он должен поверить нам, довериться. И тогда будет решительный удар. У меня в рукаве припрятан нож. Тот я где то научился таким вещам, несвойственным простому крестьянскому мальчишке. Интересно, где он научился? Рем узнал рецепт яда, который можно добавить в цветы. Мы действуем независимо друг от друга. Почему мы не объединились? Боимся подставить брата. Мы не знаем, что мы оба готовы нанести этот смертельный удар. Рем любовно ухаживает за цветами, я расставляю приборы на стол. Их два. Отчего то этот аристократ любит ,когда я подсаживаюсь к нему и ем вместе с ним. Он говорит, что мне надо было родиться не в среде крестьян, а в среде дворян. Мне все равно. Я не отвечаю на эти его слова, лишь вежливо кивая. И вот настает этот день, когда кроме меня в замке больше нет прислуги. Даже Рем куда то уехал. Я остаюсь наедине с аристократом. За окном гремит гроза, я стою с бокалом в руке и наблюдаю за своим врагом. Он пьет вино и улыбается бледной улыбкой на лице, боящимся солнца. Кто он такой? Он очень странный, но я считаю, что он должен быть таким, кто их знает, как должны выглядеть эти аристократы? И лишь нынешний я четко понимает, что уже видел эти создания. Он не человек. И высокий рост, и бледность кожи, бесцветность волос. Серые глаза миндалевидного разреза, они тоже выглядят бесцветными, заостренные уши, слегка выпирающие клыки, аура древности, множество мелким деталей не бросающихся в глаза невинному, все это выдает в нем порождение его расы . расы Творцов. Именно они создали нас, чтобы мы защищали невинных. Но почему один из них поселился здесь? что же такого произошло, если это не плод моего воображения. Но тот я не задумывается над подобными вещами. Он ждет, когда можно освободить кинжал и вонзить его. Какие убогие представления о мести. Но я подавляю в себе эту мысль. Этот мальчик еще не понимает ничего.
-как скучно, - говорит аристократ, чье имя никак не всплывает в моем сознании
-господин желает развлечься?
Мой голос спокоен и ровен. Так, как и положено хорошему дворецкому.
-да, я желаю развлечься, - он улыбается оскалом змеи, которой наступили на хвост, - вот скажи, Рен, мне интересно…
Он задумался, а я нащупал рукоять кинжала. Мне неинтересно, что он хочет сказать. А зря. Потому что этот я чувствую подвох, но ничего не могу поделать с телом главный все таки тот я. И вот еще секунда и рука взметнется прямо ему в сердце. Удар должен быть точным, чтобы не скользнуть по ребрам. Второго шанса не будет. А аристократ продолжает улыбаться.
-мне интересно, как долго ты будешь прятать этот нож, мальчик.
Тот я вздрагивает и выхватывает нож, раз меня рассекретили, и этот я понимаю, что рассекретили очень давно. Просто играли со мной, как с мышкой. Наверно, и с Ремом тоже так играли. А может, и нет, какая разница, потому что я предчувствую, что будет дальше. Либо вызовут охрану, либо же он сам справится. Та раса очень сильна и опасна. Я не видел еще никого, кто бы смог сражаться с ними на равных. Драже мы, рыцари, не справились бы с ними.
И вот тот я заносит руку (глупый, если бьешь, то не отводи оружие, теряя драгоценные секунды) и кинжал летит в грудь аристократу. Тот играючи перехватывает мою руку и заламывает ее за спину. Кинжал со стуком выпадает из резко ослабевшей руки. На глазах вот- вот появятся слезы от боли, а затем легкое нажатие на больную руку и я падаю на колени. Мне в спину упирается колено, давление на руку не прекращается, и я еле сдерживаюсь, чтобы не заорать.
-глупый мальчик, но кто же так мстит, - спокойно говорит он, - ни одному дилетанту не одолеть меня. Как ты думаешь, почему я взял тебя дворецким? Вовсе не потому что ты подходишь для этого. Мне было интересно, как ты станешь мстить. Это воистину жалкое зрелище. Ты не только не отомстил, но и отправишься вслед за твоей девушкой.
Я поднимаю на него упрямые злые глаза. И он улыбается.
-а мне нравится твой взгляд. Давай сыграем в игру, мальчик. Я буду учить тебя. Драться и интриговать. Быть дворянином. А главное, ты сам захочешь учиться, ведь если ты сможешь, то убьешь меня. А если нет, тогда умрешь ты. Принимаешь условия игры, мальчик? Или умрешь сразу. Долго и мучительно.
Он склоняется ко мне и его дыхание обжигает шею. Так и хочется отдернуть ее.
-я согласен учиться, - говорю хриплым голосом.
-хорошо. Тогда я начну. И запомни, не усвоишь урок, накажу. А усвоишь, награжу.
И его клыки вонзились в мою шею. Кажется, я закричал. Стыдно признаться, но это было не столько от боли, которая почти мгновенно прошла, сколько от страха и неожиданности. Тот я никогда не встречался с вампирами. Пусть даже это и не вампиры были, а просто раса, которая может пить кровь и извлекать из нее энергию для себя. Фактически нас с них и делали.
Я очнулся. С одной стороны, слава богу, а с другой, я вновь не понял в чем смысл этих моих видений. И кстати говоря, чем это меня так ударило, что я отключился. Похоже, в ошейнике встроена защита от попыток нарушить запрет вампиров. Тогда зачем было закрывать меня здесь.
Точно! Скорее всего сюда пришли гости, а Зевс не желает, чтобы кто то хоть случайно понял про мою кровь. Но это легко проверить, что ни говори. Я этой же самой отмычкой, которую так и е выпустил, поцарапал себя. Старый, как мир трюк. И вампиры почти всегда попадаются на него.
И вот кровь потекла из пораненного запястья. Я задумчиво посмотрел на него. А не переборщил ли я с этим? Может, достаточно всего лишь палец поцарапать? Но теперь уже поздно думать об этом. Сейчас они почувствуют мою кровь. И Зевс уже никак не выкрутится. Даже если он что то соврет, а вампиры в большинстве своем врать не умеют, то на него обидятся. Отлично. Я слышу шаги. Дверь открывается и в ней фигура Зевса. Он зол. Сзади него высятся еще две фигуры. Эти, судя по всему из Валгаллы. Они смотрят прямо на меня, а я жалостливо прижимая запястье к груди, размазывая дурманящую кровь.
-я упал , -сказал я глядя кристально чистыми глазами, - мне больно. Я поцарапался.
Зевс еле скрывает раздражение и возбуждение одновременно. Почему то в этот момент вспоминаются глаза того аристократа. Он так же жадно смотрит на мое горло, словно моя кровь уже тогда обладала притягательностью для вампиров. Немного страшно, но это мне на руку. Я вижу в глазах тех вампиров вожделение. И тихонько жалею, что не могу воспользоваться кровью Рея. Сейчас бы получил силу и уничтожил бы всех. Но нет смысла жалеть о том, что нельзя исправить, или чего нельзя достичь. Надо обходиться тем, что есть. Поэтому я продолжаю смотреть на Зевса, слегка отклоняю голову, показывая шею. Запах крови сводит его с ума. Он сводит с ума и тех, кто стоит за его спиной. отлично. Теперь отношения между школами обострятся. Они слишком хорошо почувствовали, какая она на запах, моя кровь. Скоро они возжелают попробовать ее на вкус. Даже если придется сразиться друг с другом. Ничего страшного, если они просто отвлекутся на междоусобные схватки. Главное, успеть вытащить невинных.
-убирайся к себе, - Зевс почти не говорит. Он почти рычит. Я склоняю голову, и бегу, продолжая пахнуть кровью. Если бы меня остановили, это был бы прямой вызов Зевсу. Н оу них хватило выдержки пропустить меня. Ничего страшного, можете продолжать, ребята. Терпите, мучайтесь. Поверьте, у меня нет к вам жалости совершенно. Я влетел в свою комнату и прыгнул на кровать. Все, теперь надо вести себя очень тихо.
-дверь закрой, - сказал Рем.
-ага, - отозвался я и подошел к двери.
Стоп. А он откуда? я резко повернулся, но рем мягко прижал меня к себе.
- спокойно. Это я. И я не в ошейнике.
-псих, - выдал я шепотом, -ты хоть понимаешь ,чем рискуешь7
-понимаю.
Рем сел поудобнее и погладил меня по волосам, отчего я немного сомлел. И даже если бы он сейчас ударил меня или еще что нибудь в этом роде, то я не стал бы сопротивляться.
-Рем , зачем ты так рискуешь, глупый, - проворчал я, - то есть, глупая.
-неважно. Какая разница: девушка я или парень, я всегда остаюсь твоим братом.
Я улыбнулся. Что ему стоило почаще это говорить, чтобы мы не ссорились. Неужели необходимо было попасть в этот мир ,чтобы мы втроем задумались? Теперь неважно, потому что он рядом ион снова брат, а не тот, кто хочет выиграть. Плевать на игру. Пусть никто не выиграет ,мы будем вместе и что нибудь придумаем. А может, когда то я был прав, и смысл игры заключался не в том, чтобы кто то выиграл ,а в том, чтобы мы помирились.
- и все же, зачем ты пришел? – поинтересовался я
-я беспокоился.
Рем с легкой грустью дотронулся до моего ошейника, - хочешь немного моей крови. Ты, кажется, заболел. Хотя я думал, это невозможно.
-я сейчас невинный и подвержен их слабостям, - отозвался я , - н овсе равно, спасибо тебе ,Рем, ты лучший.
-на. Он протянул свое запястье, - сегодня вечером. Точнее, в четыре утра, мы придем за тобой и снимем ошейник.
-вы нашли способ?!
Я поднял изумленный взгляд на брата.
-это здорово. А невинные?
- ты поговорил с Волком и Мечом, да?
-да, - согласился я.
-тогда скажи им, что через неделю мы будем ждать всех, кто хочет освободиться в Долине Освобождения.
-звучит символично, - согласился я, - освободить их в Долине освобождения.
-хорошо, а теперь я пойду. Выйдешь в четыре в сад.
Я кивнул. Главное, чтобы Зевс не накинул на меня поводок. В любом другом случае я уйду. И как только Рем догадался о том, что я справился со своей задачей? Пусть все только в начальной стадии, но уже не остановится. Кроме того, когда я исчезну, все остальные решат, что Зевс прячет меня, а Зевс решит, что меня похитили. Просто прекрасно. Жаль только, что пришлось воспользоваться своей кровью.
Я проводил Рема взглядом. Он ушел очень вовремя, поскольку пришел Зевс. Злой, как черт. Придется его ублажать любыми способами. Иначе он меня привяжет к себе ментальным поводком. А это довольно просто: приказал не уходить дальше, чем на пять метров, и все. Я не смогу, хоть убей: мое тело перестанет мне подчиняться.
-господин.
Я, увидев, что он сел на кровать, запрыгнул и начал аккуратно массировать его шею, плечи, - простите меня ,если я сделал что то не так.
-ты всего лишь глупый невинный, и не понимаешь, что натворил.
Он схватил меня за руку и рванул к себе.
Я упал, но не пошевелился, наблюдая за ним, как загипнотизированный. Я знал, что отчего то это его привлекает и как профессиональная ШЛЮХА, точнее, проститутка, действовал по принципу: все за ваши деньги.
-я хочу твоей крови, - сказал он хрипло.
-господин, вы могли всегда прямо сказать, зачем же портить мою шкурку, - я откинул голову, подставляя шею. К сожалению, ошейник не мешает им пить кровь, а то бы может, они его снимали. Но неважно. Всего один раз, Рен. Это последний. Пусть пробует ,пусть возносится на вершины блаженства. Потом он начнет страдать, как наркоман. И это его сгубит. О как я надеюсь на это. Нет, я знаю это. И вся школа полетит прахом. Именно этого и боялась Гера. Моя месть страшна. И что страшнее всего, ты сам вырыл для себя эту яму, Зевс, и ты понимал это, но не можешь остановиться, считая, что я всегда буду рядом. Н оя же для тебя невинный, моя смерть неизбежна. Ты об этом подумал, глупый вампир? Конечно, ты не подумал об этом. А я не стал тебе говорить. И в этот раз, слушая ,как утекает моя кровь, я не мучился, не смотрел неподвижно на стенку, не пытался отрешиться и умереть хоть на пару мгновений. Это было тихое торжество. Незаметное, но придающее моей крови какой то новый аромат.
Наконец то он ушел отдыхать. Даже вампирам необходимо это. Только такие, как я не нуждаются в отдыхе. Я потер шею и поднялся, слегка пошатываясь. Все таки, хоть он берет не так уж много я ощущаю себя не очень хорошо. Ничего, я уже близко. Я чувствую своих братьев, даже несмотря на то, что сам не могу этого. Или это сила моего желания дает мне такой эффект? Не знаю. Но я вижу в смутной темноте своих братьев. Рей, как всегда наворачивает круги, Рем спокоен. И только радостно сверкнувшие на мгновение глаза выдали его беспокойство. Не бойся, брат. Уж со мной ничего не случится. Ты сам так сказал когда то, и я не имел права подводить тебя. Я спрыгнул с подоконника и подбежал к ним. Рем достал из кармана нечто, похожее на перстень.
-ключ, - пояснил он и дотронулся до моего ошейника.
Ну слава всему светлому, я свободен. И в тот же момент меня захлестнула волна невиданной силы. Она накатила, как в момент прибоя вода накатывает на берег, и окунула с головой. Я покачнулся, ощущая забытые чувства силы и невероятных возможностей. Видно шок был довольно сильным, раз я упал и потерял сознание. Последней мыслью было то, что я поступил по- свински и потом все мысли исчезли.
Я открыл глаза. Где я? Темно. Очень темно. В мозгах ничего нет. Ни одной мысли. Как я попал сюда? Кто я вообще? Так, все с начала. Кто я. Я Рен. Я простой крестьянский мальчишка. Это я вспомнил. Но это помещение вовсе не крестьянская изба. Это подвал. Что я делаю в подвале? Я помню, что мне было больно, моя шея горит. Кажется, из нее пили кровь. Аристократ. Он в течение года обучал меня всему. И я с жадностью учился, понимая, что если не смогу, то меня убьют. Нет, я вначале так думал. Н ООН обучал меня, сочетая терпение с презрением и демонстрацией своего превосходство. Порой его уроки были таковы, что я клялся его убить и стать еще сильнее ради этого. Даже его наказания были пустяком по сравнению с этими уроками. Если я давал слабину, а вначале так было почти все время, он просто обращался со мной, как со щенком, который неразумен. Иногда он подходил и пил мою кровь, несмотря на мое сопротивление. Когда я возмущался, он говорил, что если бы я не был слаб, то не позволил бы ему этого. И я понимал его правоту. От этого было еще неприятнее.
Ненависть в моем учителе порой перемежалась с восхищением. Воистину его сила поражала. У меня не было никаких шансов его одолеть, при всей своей силе. Даже после его обучения я все равно оставался мальчишкой, которого он способен отшлепать. Но я не сдавался. А потом я поспешил. Я узнал, что Рем собирается нанести свой удар и решил его опередить. И вот печальный итог: я в тюрьме. И я не понимаю, почему он не захотел меня убить сразу? Впрочем, догадаться можно. Ему скучно, а это значит, что мою казнь обставят так, что он развлечется. Наверно, снова будет игра. Как мне надоели эти игры, пронеслось на краю сознания, н оя удивленно отмахнулся от этой мысли. Я не знаю, почему она у меня возникла, будто это не первая игра в моей жизни.
Свет. Это идет тот самый аристократ. Он остановился передо мной и внимательно посмотрел на меня.
-жаль, что ты поторопился, мальчик, - сказал он, - ты был хороший ученик. А твоя кровь восхитительна.
-что тебе помешает выпить меня всего? – мрачно спросил я, - тогда я умру.
-о нет, извини, но так легко ты не отделаешься. Я накажу тебя за эту ошибку, мальчик. И ты поплатишься не один.
Что? Я рванулся изо всех сил, не понимая, что меня держит. А меня держали кандалы на руках. И только после того, как я в третий раз упал к стенке, я успокоился и воззрился на своего мучителя. И в моих глазах застыл вопрос.
--я не убью вас. Это будет слишком просто, мальчик.
Я не понимал все равно. Тогда он опустился на одно колено и подхватил мой подбородок пальцами. Холодными, отметило мое сознание.
-когда ты пришел к такому, как я, ты поставил на кон тех, кто тебе дорог. Месть ведет только к мести. Мстить надо лишь тогда, когда ничего не боишься. Или действовать наверняка. Кажется, я объяснял тебе это, мальчик. Жаль, что потом ты не будешь помнить за что мучаешься. Н оя объясню тебе сейчас. Моя раса это раса Творцов. Наша задача – защитить невинных от порождений тьмы, которые мы сами и создали, балуясь с законами природы и генетики. Мы знаем, что за все ошибки надо платить. Однажды остров, на котором мы жили вдали от диких невинных утонул, тогда мы спаслись ,рассредоточившись по другим мирам. Но зло, которое мы создали, оно тоже проникло с нами в другие миры. И вот теперь мы разделились в способах защиты невинных от своих созданий. Моя семья предпочитает дарить силу тем невинным, кто добровольно соглашается на это. Они перестают быть невинными, обречены на бессмертие и они становятся искусственно сделанными. Но вы не будете добровольцами. Вас сделают против вашей воли, мальчик. Я лишу вас света надежды на спасение. Это самое ужасное наказание. Оно страшнее, чем смерть. Потому что умерев сейчас, вы возродитесь, либо освободитесь от вечной цепи перерождений. А если вы лишитесь света. Вы перестанете быть теми, кого наделили душой. Прощай, мальчик.
Он вышел. а я сидел ,словно оглушенный, растерянный. Я не понимал, почему это происходит именно со мной. Из меня и моих братьев собираются сделать монстров, чудовищ, и, причем все будут уверенны в том, что это добровольно. Я пытался сбежать, я пытался покончить с собой. Пусть это и страшный грех, но даже тогда останется надежда и я не смог.
А потом меня отвели в комнату, где все было белое. Белые стены, белый потолок, создания в белых костюмах, белый стол, на который меня уложили и зафиксировали мои руки и ноги белыми ремнями. Я не хотел этого, и я пытался сказать, но присутствие моего мучителя лишало меня возможности говорить. Даже шевелиться. Самое страшное, что я увидел ту женщину в черном, которую мы все считали погибшей. Сестра. Она стояла неподалеку и плакала.
-прости, - шептала она, - прости, что тебе будет больно. Прости, я не смогла защитить вас.
Я все равно не понимал. Мое сознание как будто затуманилось.
А потом была боль. Боль и страх. Я кричал. По щекам текли слезы, но это не были слезы боли и страха. Это был дикий ужас и осознание того, что меня покидает свет моей надежды. Я переставал быть человеком. И потерю этого я ощущал каждое мгновения. С каждым вздохом я превращался в чудовище. Я не хотел этого, но почему, почему никто не придет на помощь ,почему это должно произойти. Лучше бы меня убили. Я хотел смерти, но только не этого. И слезы, они текли, они казались такими чистыми, такими светлыми, что становилось только больней. Онесан, прости, я сам виноват в этом, но все равно мне очень больно. Неужели ты тоже прошла через это и твои слезы катились по щекам. Эти слезы тоже были слезами невинной. И мои слезы, они тоже слезы невинного. А мои братья. Кто ответит за их слезы? Кто?!
-очнулся?
Я резко сел в кровати. Я дома. То есть, в убежище. Мои щеки отчего то мокрые. Я удивленно дотронулся до них. И перевел взгляд на Рема.
-что произошло? – удивленно спросил я.
-ты потерял сознание. Мы тебя перетащили сюда. Но ты почему то заплакал.
Я схватил его за рукав. Теперь мне многое стало понятно. Осталось объяснить братьям. Не знаю, правда, как, но я должен.
-Рем. Мы были невинными.
-не может быть, - сказал он, - невероятно. Нас сделали. Мы искусственные организмы.
-мы были невинными. Мы плакали, Рем, помнишь? Мы кричали от боли и ужаса, потому что наша надежда на спасение исчезла. Искусственные организмы не могут плакать, вот в чем дело. А еще Палач, он тоже был живым, и у него тоже была надежда на спасение. Но он подставил нас, заставил сделать из нас рыцарей, и поплатился за это. Из него сделали Палача.
Я не знал, как ему еще объяснить, но Рем задумчиво прикрыл мне рот.
-отдыхай. Я подумаю.
И ушел.

@темы: роман

---

Пришла Гера. Высокая женщина, даже выше чем я. О чем я, они все как на подбор высоченные и здоровенные. Неудивительно, что люди начинают быстро воспринимать их как кого то несоизмеримо высшего. А по мне, так ничего особенного. Немного выше, немного сильнее и быстрее. Разве что убить сложно. Но против этого никуда не пойдешь, невинные не научились еще убивать таких. Хотя, захотят, научатся.
Я скромно сел рядом с Аресом, изображая из себя его надежду и чего то там еще. Рядом с Герой стоит невысокий парень с непроницаемо черными глазами. Я даже немного опешил, натыкаясь на холодную вежливость в этих провалах. Что то он скрывает. Вот чувствую это ,но не пойму что именно. Это очень плохо. Да и мало ли какие сюрпризы меня могут ждать. Поэтому я больше приглядывался к нему, чем к Гере. А та всего лишь о чем то разговаривала с Аресом ,и почти не обращала на меня внимания. Поэтому когда Арес поднялся, я немного удивился, но поднялся следом. И зачем меня надо было сюда тащить?
-возьмешь его, Гера?
- ты вроде сам хотел вырастить из него бойца? Но должна признаться, это забавный лисеныш.
-лучше ты, чем Афина со своим Волком.
-весьма польщена.
Гера повернулась ко мне.
-покажи, что ты умеешь, лисенок.
Да, так меня еще не опускали. Но ничего ,я терпелив, и я добьюсь своего рано или поздно. То есть, это не к месту. Скажем так: я это припомню. И лисенка тоже. Чтобы меня, одного из Повелителей, которого боялась вся нежить округи! Спокойно, сейчас я не повелитель, а запуганный мальчишка, которого оторвали от дома и от семьи. Мне должно быть страшно и любопытно одновременно. Поэтому я осторожно подхожу к ней. И резко отскакиваю, увидев, как взметнулся кнут. А в голове лишь мелькнула испуганная мысль: за что? Чем я так провинился, что меня сразу кнутом начали учить.
-хорошая реакция, и стандартная для бойца.
Я сполз на пол, подавив вздох облегчения. Конечно, мог бы догадаться и сам. Они проверяют мою реакцию и потенциал. Причем, по одному движению. Правильно делают. Я бы сам так проверил. Хотя мне бы хватило просто посмотреть в глаза. Настоящий боец, как бы он не сражался, способен выдерживать мой взгляд около пяти минут. И у меня еще не самый тяжелый взгляд. Вот в глаза Рему даже самые храбрые могут смотреть не более полминуты. Зато мне опасно смотреть в глаза: стоит лишь мне поймать ваш взгляд, как ваша воля будет подчинена мне, и я заставлю вас видеть все, что захочу сам. Ладно ,не будем о грустном. А грустно здесь то, что это когда то было мое, а теперь мне не подвластно.
-Лисенок ,посиди пока с Мечом, поговорите. Меч, не трогай мальчика.
-слушаюсь, хозяйка, - ответил он приятным голосом.
Я сел рядом с ним.
-а зачем ты ее так называешь? – спросил я, - это же унизительно.
-это правда, мы все здесь на уровне домашних животных. Или диких.
-не понял, - честно признался я. Ладно, не совсем честно ,но я хотел поговорить с ним, понять это. Узнать насколько он привык к этой жизни. А чего проще, чем притвориться парнем из провинции? это у меня легко получается.
- все кто живет за пределами школ и городов, это дикие. Они вечно голодают, у них нет элементарных удобств и даже ласки. Они болеют и быстро умирают. Скучная и бессмысленная жизнь.
Меч устроился поудобнее, а я продолжал смотреть на него, понимая как они видят жизнь на свободе.
-здесь мы живем намного лучше. У нас есть еда ,тепло, заботливые хозяева.
-и это не бессмысленная жизнь? – поинтересовался я.
- нет. По крайней мере, у бойцов.
-у бойцов? – спросил я, - а есть и другие?
-есть еще декоративные и доноры.
-стремно звучит, - пробормотал я, - особенно доноры. Они делятся своей кровью с вампирами?
-с богами. Ты прав. Это те, кто никуда больше не годятся. И из них каждый день, или когда можно приходят брать кровь. И так все время, пока они не умирают. Самое страшное попасть в доноры. Оттуда уже нет выхода. Даже декоративным быть лучше.
-а это кто?
-это красивые тела, владеющие искусствами. Они развлекают и согревают, когда необходимо. Впрочем, иногда и бойцов заставляют греть богов.
Меч затих, видимо, что то вспоминая. Понятно. Похоже, он уже грел кого то из них. Учитывая, какие они ледяные, это неудивительно. Удивительно иное: они берут тепло не только из крови. Так, стоп. Не надо думать об этом раньше времени. Еще не факт ,что меня заставят это делать. Может, я недостаточно хорош для этого. Да еще невероятно хладнокровен. Все, пора заканчивать.
-понятно. Значит, мне еще повезло, что я стал бойцом. А кого больше здесь любят?
-- декоративных. Они и греют и интересны. А мы лишь сторожевые псы.
Я кивнул, хотя и не понял, от кого здесь защищаются боги. Неужели они способны натаскать невинного так, что он будет сражаться с ними на равных? Или хотя задержать до прибытия подкрепления. Кстати, скоро я должен встретиться с Реем. Может и Рем придет. С удовольствием посмотрю на его…ммм…да, именно ее еще раз. Но не придет, я не сильно огорчусь. Или все же достаточно сильно? Доживем, увидим. Главное, чтобы они не попались на глаза вампирам. Хотя чего им бояться. Они же запросто смогут перейти на иной уровень. Немного позже, правда, но убежать всегда смогут, потому что человеческого в них все меньше.
-приятно пообщаться было, - сказал я
-и мне тоже, - вежливо ответил Меч. Но почему то от его слов подуло ледяным холодом. Иногда вежливость бывает намного страшнее угроз. К счастью ,к нам подошла Гера и сказала, что теперь я ее боец. Я немного поколебался, решая: идти или немного возмутиться, считая, что привык к Аресу. Но потом все же пошел. Это такая женщина ,что ее лучше не дразнить и не перечить. Отлично, благодаря случаю. Или чему там, я добрался до сестры своей цели. Скоро и Зевс возьмет меня, и вот тогда бомба замедленного действия сработает.
Меня отвели в другое крыло ,показали комнату и я остался один. Сел на кровать, простенькую ,н овс еже кровать, а не нечто похожее на тюфяк. Мысленно сделал себе пометку, что я молодец, приготовил отчет для братьев за последние дни. И растянулся на кровати. Сегодня я отдыхаю. А значит, мне можно подумать и над своими снами. Итак, что мы имеем. Мы имеем два странных сна. Они связаны одной темой: а именно тем, что я и мои братья простые крестьяне и по совместительству рыбаки. То есть, мы занимаем какую то странную позицию. Обычно рыбаки ютятся в лачугах на берегу моря и океана. Или реки. Мы живем не очень далеко от моря, но вид на него нам не открыт. Отец безумно любит рыбачить. До смерти матери*(откуда я это знаю, а?) он работал на поле. Но потом мы остались вчетвером. Вскоре Рем начал ему помогать, потом поле перешло к нему, а отец начал рыбачить. Рей заразился его любовью к морю и временами уходил с ним. Конечно, при хорошей погоде. Я оставался в доме и приглядывал за скотиной, приносил обед брату. Тихая размеренная жизнь. Хотя это мои выкладки, исходя из приобретенного опыта и додумок. Может ,все несколько или совсем иначе. Далее, в одной деревне с нами живет девушка, точнее женщина, которую мы зовем старшей сестрой. Раньше она дарила нам всякие сласти типа петушков на палочке, но потом ее выдали замуж за мужика, грубияна и алкоголика. Он, как и наш отец уходил все время в море. Только, он не смотрел на погоду, и даже в сильный шторм плевал на опасность. А сестра все время приходила на берег моря и ждала его. Мы не в силах долго это терпеть, разработали некий план по его устранению. А вот с этого места можно лишь догадываться, что произошло дальше. В прямой схватке мы бы его не одолели ,значит ,оставалось лишь натравить его на кого то или наоборот. Но сомневаюсь ,что крестьянские дети способны на такие хитрости. Значит ,оставалось нанести удар исподтишка. Либо для устранения, либо для устрашения. Но скорее всего второе. С этим разобрались более менее. Осталось понять к чему все это снилось? какая то проблема моего подсознания? что оно хочет мне сказать? почему крестьянские дети? Я считаю ,что именно крестьянские семьи живут дружно, и мне это приснилось, поскольку я мечтаю о том, чтобы подружиться с ними вновь7
Вполне возможно. Но тогда причем здесь старшая сестра? Это наверно как то связано с Онесан. А что если в этом сне, точнее, в этих снах скрыта отгадка на мой нелегкий вопрос? Эти сны наверное призваны помочь мне справиться с этой Игрой и вернуть все, что было. Пусть не будет, как раньше, но зато не будет и того, что творится сейчас. А начать все с чистого листа порой важнее, чем вернуть все.
Спохватившись, я заметил, что пишу на листке непонятно что. Скомкав лист, я выкинул его в окно. Все равно там ничего интересного ,и моя писанина привлечет не больше внимания, чем спрятанная в клумбе кость. Эти вампиры такие наивные. Потянувшись ,я вышел из своей комнаты, заодно и проверю на какое расстояние мне можно уходить. Хм, оказывается, я свободно гуляю по саду вплоть до ворот школы. Неплохо. Тем более, что именно здесь меня и поджидают мои братья. Ну или брат с сестрой. Хм, неважно. Так ,Рем стоит, прислонившись спиной к ограде и сложив руки на груди. Рей стоит рядом, засунув руки в карманы.
-ну наконец то! – обрадовался он, Заметив меня первым, - чего так долго?
-э?
Я несколько ошарашено тряхнул головой.
-сам бы подумал, как легко сбежать от Геры. Она опасней Ареса будет.
-ну тогда ладно.
Рей потянул носом вечерний воздух и улыбнулся. Рем отошел от стенки невидимой тенью и положил руку мне на плечо. Я вздрогнул, невольно ожидая удара. Ничего подобного. Хотя сжал ощутимо. Н оскорее ободряюще.
-я знаю, ты справишься, - сказал он с легкой улыбкой, - рассказывай.
- у них тут все поделено на школы. Самые сильные здесь это Олимп и Валгалла. Они выпускают лучших боевых и декоративных .остальные заслуживают внимания, но не настолько сильны. Кроме того, Олимп опасен еще и вампирами, они сильны сами по себе. Директор здесь Зевс, ему помогает Гера. Мы с ними не пересекались ни в одной из жизней. Вампиры почти ничем не отличаются от тех, к которым мы привыкли. Кроме того, они не страдают жаждой.
-довольно редкое явление, - согласился Рей, - а у тебя как успехи?
-неплохо. Я уже у Геры. Собираюсь попасть к Зевсу, именно он осуществляет контакты с остальными богами. Когда между ними начнется конфликт, вы сможете вмешаться. Но есть одна серьезная проблема.
Братья насторожились. Уж если эти слова говорю я, то значит либо вру, либо так оно и есть без преувеличения.
-невинным нравится такая жизнь. А значит, они станут помогать вампирам. Это плохо, потому что мы все равно не имеем права сражаться с ними.
-тогда тебе придется соблазнить их дикой жизнью - хмыкнул Рем , - у тебя хорошо получится даже тухлым помидором соблазнить.
Я поморщился. Ну зачем же так откровенно ерничать? Ну подумаешь, язык у меня хорошо подвешен ,и даже боле, чем хорошо. Причем настолько, что всех так и тянет его оторвать. Ладно, не буду об этом, а то мои братья не успокоятся, если вдруг я начну возражать, то они добавят еще аргументов. Хотя меня переспорить крайне сложно.
Только кулаком в нос. черт, снова начинаю нервничать .
-ладно, понял, - сказал я после недолгого молчания, - еще пожелания есть?
--заодно и вампиров поубивай, - предложил Рем и зевнул, - а мы пошли.
И две фигуры исчезли в ночной темноте. Я проводил их взглядом и пошел назад к себе в комнату. Что то произошло за последнее время. Все становится как раньше. Здорово? Наверное ,во всяком случае я скучал о тех временах. Может быть, мне станет плевать на эту Игру, и я предложу помириться.
Странно. Я только пришел к себе в комнату, уснул почти моментально. А потом снилось все то же самое. Я снова в том доме, рядом со мной Рем, мы оба наблюдаем за женщиной в черном. Она стоит на берегу моря, зябко кутается в платок и ждет. Ее слезы не высыхают, оставляя мокрые дорожки. Почему она плачет? И почем у нас на душе так неспокойно? Я хочу подойти к ней, н обрат удерживает меня за плечо. В его глазах запрет. Почему? Что произошло? В этот раз я ничего не могу понять.
-он погиб, Рен, - поясняет он, погиб во время шторма. А отец ведь предупреждал, что не стоит идти рыбачить в такую погоду.
Я тревожно смотрю на сестру, она плачет, но стоит. Кажется, что она собирается ждать столько, сколько понадобится. День, неделю, месяц. Целую вечность. Но зачем? Он обижал ее, заставлял плакать, а она продолжает его любить. Не понимаю. Я тряхнул головой и посмотрел на брата.
-похоже, нам ничего не придется делать.
Рем кивнул. Кто знает, к чему бы привела наша нелепая задумка.
К нам подбегает Рей.
-почему она не уходит? =- спрашивает он растерянно, - почему она плачет? Что с ней?
-ее муж погиб.
-ну и хорошо. Меня все равно бесит этот старый козел!
В этом голосе столько облегчения, что мы отворачиваемся. Он не понимает. А мы не можем объяснить. Вздохнув, я бреду вдаль от берега к своему дому. Не знаю, что сказать, не могу ничего сказать, но понимаю, что сейчас не о чем с ней говорить. И даже наша поддержка пойдет только во вред.
И почему сейчас, проснувшись, я знаю, что эта женщина каждый вечер ходила на берег моря, одетая всегда в черное, а из под черного платка, наброшенного на голову выбиваются пряди светлых волос. А еще я знаю, что она плакала каждый раз, когда всходило солнце и на горизонте не показывались лодки. Когда же лодки показывались ,она всегда подходила к рыбакам и спрашивала: скажите, вы не видели моего мужа? Он уплыл и до сих не возвращается.
Вдова в черном, так ее стали называть. Н однажды она исчезла. Тогда стали говорить, что ее смыла волна. Скорее всего, она раз за разом делала на один шаг дальше в море, вглубь пока не утонула. Грустно. Мы все трое страдали от бессилия, от того, что ничего не могли сделать. А если бы ее муж остался жив, то она бы погибла от его побоев. Почему все так несправедливо? Я задавал этот вопрос Рему, но он не мог ответить.
Я проснулся, и некоторое время лежал, глядя на потолок. Почему мне снится эта женщина в черном, почему она такая грустная, и все время плачет, совсем, как Онесан? Не знаю. Н оя должен найти ответ на эти вопросы. И если мне приснится Онесан, я должен спросить ее об этом. Она знает. Она знает все, и это не шутка.
- Лисенок, поднимайся, пора.
Меня коробит это имя. Но я не противлюсь, и молча поднимаюсь. Я знаю куда идти, и знаю, что будут тренировки. Если я не буду стараться, то меня могут сделать декоративным. Я этого не хочу. Еще меньше я хочу становиться донором. Иначе они попробуют моей крови.
-сегодня будем тренировать скорость.
Скорость это, чем я всегда хвастался, помимо мозгов. Но я скрываю это, пока есть возможность. Увы ,но мне приходится скрывать многие свои таланты, чтобы не показать случайно всю свою накопленную мудрость.
Нет, правильнее сказать познания.
-неплохо, у тебя талант, и через месяц я покажу тебя Зевсу.
Месяц, это много. Значит, придется ускорить события. Я уже успел выяснить все, что касается Зевса. Теперь я знаю, что он любит, где ходит ,его привычки, и все такое прочее. Это несложно, тем более, что меня никто здесь всерьез не воспринимает. Да и что можно сделать с ошейником, который охватывает мою шею? Они полагают, что ничего. Наивные.
Однако, тренировка меня вымотала. Еле вернулся к себе и натолкнулся на Волка. Что он делает в моей комнате? Вроде бы я не настолько популярен. С меня еще нескоро смогут снимать ошейник. Но я сделал вид, что не очень удивился. Пришел, так пришел .я прошел мимо лег на свою кровать и с наслаждением вытянул ноги. Волк подскочил ко мне и схватил за отворот рубашки. Ткань жалобно треснула.
-издеваешься, умник?
-нет, - удивился я , - а в чем дело?
-не смей меня игнорировать!
Очередной парнишка с комплексами. Интересно, чего случилось с этим? Его в детстве обижали, вот он и решил стать сильным? Скорее всего. Таким везде мерещится, что их недооценивают.
-я не игнорирую, - ответил я, - устал просто сильно.
-ладно, сделаю вид, что поверил.
А вот эта фраза вполне в духе Рема. Он тоже так говорит, когда ему меня лень бить.
-так что привело тебя сюда? – поинтересовался я
Волк расслабился и сел на коврик. Я тоже сел, заставляя свое тело работать, хотя оно и протестовало, требуя отдыха. Но я должен выяснить, зачем он сюда пришел. И заодно попытаться нащупать почву для своей работы диверсанта. Ну и как соблазнять довольного своей жизнью невинного? Они такие: если их все устраивает, то и жизнь менять не станут, даже если она очевидно неправильна или пагубна.
-значит так, лисеныш. Я знаю, что ты все равно хочешь сбежать, даже не смотря на хорошую жизнь. Почему?
Я опешил. Как он догадался? Странно, вроде я скрывал все свои мысли и намерения.
-удивлен? – он довольно улыбнулся, - я насквозь вижу таких , как ты: ты боец, и ты борешься, это я тоже вижу. Но я не понимаю одного: зачем?
-потому что я боец, - ответил я, - я не хочу смиряться со своей жизнью здесь. И я не смирюсь.
-но почему? Что тебе здесь не нравится?
-рабство. Я не могу согласиться с рабством. И быть на положении домашнего животного я тоже не хочу.
Особенно, если на положении домашнего животного тех, кого я должен убить. Все внутри меня еле сдерживается, и то только благодаря поправке к директиве о возможности самостоятельности, если так требуют условия.
-рабство? Ты называешь это рабством?! Да ты хоть понимаешь, недоумок, что они тебе дали все? А ты еще оскорбляешь их!
Он вновь схватил меня за отворот рубашки. И вновь протест ткани. Но я смотрю в глаза парню и больше ничего не говорю. Ибо теперь каждое мое слово будет использовано против меня.
Прошло несколько секунд. Он смотрел мне в глаза, ожидая, когда я что то скажу, начну оправдываться, утверждать, что он неправ. Но я молчал.
Его пальцы разжались, и он покинул комнату. Я потер шею и снова растянулся на кровати. Почему он так беспокоится за них? Хотя его логику можно понять. Но это логика раба, сильного, храброго, но все же раба. Нелегко мне придется, уговаривая его стать свободным. Ничего, я справлюсь .как там сказал Рей: соблазниться тухлым помидором? А что такого привлекательного в тухлом помидоре? То, что им можно кинуть в плохого артиста, если совсем уж приспичит.
Вот не было печали, как думать, что можно сделать с тухлым помидором. Я откинулся на кровати и попытался задремать, но, несмотря на дикую усталость в мышцах, сон не шел. Почему так? Я посмотрел на потолок. Может быть, я боюсь повторения снов? Они пугают своей периодичностью и чем то неуловимо знакомым. Кажется, что все это когда то было в действительности, хотя я точно уверен, что не помню. Уж это я бы запомнил. Вздохнув, я сел на кровати и подошел к окну. Луна. Она большая и круглая, как бы смешно это не звучало. Через месяц я останусь без сил совершенно, и не смогу сражаться на уровне Кукловода. Уже сейчас я ощущаю, как силы потихоньку исчезают.
Как я заснул, я не помню. А вот пробуждение запомнил хорошо, потому что меня выдернули буквально силком. Даже не дав проснуться окончательно, погнали на тренировку, где я снова тренировался до дрожи в конечностях. Мое тело уже не ныло, а выло от невозможности отдохнуть, но Гера повторяла раз за разом, что я должен выкладываться на полную силу, и если хочу стать сильным, то каждый результат должен превосходить предыдущий. Ну еще бы, а разве я ожидал, что женщина, которая будет со мной окажется милой домохозяйкой? Правильно, не ожидал. Я вздохнул и вышел в коридор, надеясь хоть недолго спасти от этой фурии. Хотя по мифологии, Гера способна преследовать не хуже пресловутых фурий, или по-гречески Эринний. О чем это я? Снова уклоняюсь от темы.
-а ты новенький, что ли?
Ась? Я остановился и поднял голову. Незнакомый мне мужик, неуловимо смахивающий на Геру. Вот это удача. Как говорится, она любит тех, кто делает все, чтобы добиться успеха. Хотя, на самом деле удача это для тех, кто сдался. А те, кто борется, они борются за победу и успех.
-ага, - согласился я. И подавил в себе желание повести, как уличный мальчишка, высморкаться в рукав и шмыгнуть носом. А для полноты картины еще и сплюнуть на пол. Все таки я сделал это, я сдержал себя. Какой я молодец.
-кто твой дрессировщик?
Голос грубоватый, но грозный. В нем есть власть, так что вполне возможно, что это и правда Зевс. И все же от слова дрессировщик коробит. Реально, словно тигр в цирке.
-Гера.
Я ответил максимально четко ,понимая, что эта встреча неспроста послана мне судьбой. Или роком, или моим везением. Да и неважно, на самом деле, потому что я собираюсь использовать свой шанс на все сто процентов. Тем более, что у меня есть козырь в рукаве.
-сестра, понятно.
Зевс задумчиво щелкнул хлыстом по сапогу, меня передернуло, и внезапно я понял, каким то наитием, что лучше к нему не попадаться. Но придется, потому что от этого зависят судьбы невинных, как тех, кто еще сражается, так и тех, кто уже сдался или забыл, что такое свобода и вольный воздух. Придется пойти на эту жертву. Кто бы мог подумать, а? я сделаю это ради невинных. Пожертвую кое чем, очень важным для меня. Пусть никто этого не поймет, я рассказывать не стану.
-видно в тебе что то есть, раз она тебя взяла.
-видимо да.
Я спрятал улыбку, при этом стараясь, чтобы он заметил ее. Неплохо, он сразу напрягся. Всего на доли секунды, но мне этого хватило, чтобы понять его чувства. Ага, как я и думал, он мнителен и подозрителен. Решил, что Гера от тебя скрывает что то. Ведь она даже забыла сказать, что взяла новенького. А что ты подумаешь, когда поймешь это? Я потеребил ошейник и совершенно нечаянно (ну да, конечно) поцарапался. Человек бы не заметил. Но вампир встрепенулся, как голодный, учуявший аромат любимого блюда. Да, хоть вы и не страдаете голодом, все же кровь любите, и очень.
-подойти сюда, мальчик.
-простите, но меня зовет хозяйка.
Я повернулся и поспешил к ней. Гера перестала разговаривать с Аресом. Они оба насторожились. Затем Гера подошла ко мне, подхватила мою руку и внимательно оглядела мой палец ,осторожно попробовала на вкус. И посерьезнела.
-лисенок ,что у тебя за кровь?
Я пожал плечами, показывая, что сам не знаю, и вообще, я же дикий, а нас вкус крови не интересует, о пристрастиях вампиров не догадываемся. Так что ,простите, хозяйка, но я не причем. Вам виднее, в чем дело.
-ты опасен ,тебе нельзя даже поцарапаться.
Поздно.
В этот раз я не улыбался, но понимал, что она опоздала. Теперь ей придется спорить со своим братом, который к тому же директор этого заведения. Точнее школы. Как говаривал Рем: заведением называют бордели.
Сколько можно? Я сидел и наблюдал за Герой и Зевсом .они яростно ругаются, если можно так выразиться. То есть, голоса у них спокойные, рукоприкладства тоже нет, но я так и ощущаю сдерживаемые эмоции. Какие же они все таки наивные. Они не понимают, что сейчас играют по моим правилам. И я наперед знаю ,кто победит. Теперь я уже все наперед знаю .начиная с того момента, когда Зевс заберет меня к себе, и заканчивая тем моментом, когда мы их прогоним. Потому что они уйдут ,когда их власть падет. Мне хватило нескольких дней, чтобы понять вас, вампиры ,называющие себя кровавыми богами. Я не знаю, сколько времени займет у вас этот спор, как вы придете к консенсусу, но итог мне важнее, чем сам процесс. Поэтому я особо не вслушиваюсь ,просто наблюдаю за мимикой, за жестами и взглядом. Я составляю картину характера Зевса и мрачно убеждаюсь в том, что был прав с самого начала, поняв его сущность. Что делать, а ничего я не сделаю. Глупо пытаться убежать от этого.
-он будет моим, сестра. Хочешь чтобы я наказал тебя за дерзость?
- Зевс, он опасен.
- да, ты прячешь его КРОВЬ, кровь, слаще которой я никогда не пробовал.
Ошибаешься. Есть кровь, по сравнению с которой, моя не так уж и притягательна. Это ЕЕ кровь, кровь Онесан. Она божественна, и она дарует жизнь и исцеление. Попробовав хоть раз, уже никогда не сумеешь забыть ее. Откуда я знаю? Не понимаю, потому что это знание спрятано у всех нас с самого момента создания. Мы обязаны защищать ее. Обязаны повиноваться ей, и смиряться со всем, что она скажет. Но мы готовы на это ,потому что она Онесан. Это не запечатано в нашей программе. Не знаю почему так, но мы вполне добровольно и осознано любим ее. Если конечно, искусственные организмы способны на это.
-хорошо, - устало сказала Гера, - забирай его, но помни, узнают другие, войны не миновать.
-не учи меня.
Зевс быстрым шагом направился к выходу, и мне ничего не осталось, кроме как последовать за ним. Ага. Значит, дело у этих вампиров не так хорошо, как они желают показать невинным, оставшимся на воле. Прекрасно. Не забыть об этом рассказать братьям, а потом они выработают уже свою стратегию.
Мы пришли. Судя по всему мне придется обитать в его комнате. С одной стороны это хорошо. А с другой плохо. Теперь он сможет добраться до меня в любой момент. Ничего, Рен, потерпи немного. Все когда нибудь кончается. Кончится и это. Не знаю как, но обязательно кончится. Вот увидишь, боли не будет. Говорят, что когда вампиры кусают, то они делают это безболезненно. Еще и рану дезинфицируют. Все прекрасно. Тем более, Рей не жаловался, что я его укусил. Значит, ничего страшного. Но сколько бы я себя не успокаивал, нервничал изрядно. Как представлю себе, что он подойдет. Вонзит клыки в мою шею. Предварительно отодвинув край моего ошейника. И.
Я запаниковал. Правда, тихо, но все равно. И на всякий случай спрятался подальше от Зевса, а вдруг увидит, и решит, что пора ему перекусить, причем именно мною, и, к сожалению ,кровью он не отравится.
Зевс прошелся по комнате, скинул сапоги и остановился передо мной. Я выдержал его взгляд, направленный мне в душу. И ничего не сказал. А что тут можно сказать? Все равно нет смысла возмущаться и чего то хотеть. Пока, и это ключевое слово. Ничего, я же все запоминаю, и это немного греет сердце. Нет, вру ,сердце греет мысль о том, что скоро вашей власти придет конец. Как во многих мирах избавляются от многобожия. Очень символично, что вы называете себя богами.
Очень.
-а теперь начнем тренировки, - сказал Зевс, не дожидаясь, когда я отвечу.
И его хлыст просвистел в воздухе. Эм. Что то я не помню, чтобы меня так тренировали. Я увернулся, и с трудом отскочил, заметив еще один удар. Он что издевается, что ли? Обучение, как у некоторых восточных преподавателей. В следующий раз кнут зацепил меня в бок, и я чуть не зашипел от боли. Нет, я не должен позволить ему ранить себя до крови. Откатившись в сторону, я подскочил и ударил его.
Мимо.
Мои глаза на мгновение раскрылись, а он уже стоит сзади и поигрывает кнутом.
Слишком медленно.
-неплохо уворачиваешься. Но все равно ты недостаточно быстрый.
Сам знаю. Отчего он так жесток? Что за варварские методы тренировок? Это не тренировки! Я снова отскочил, стараясь не принимать на себя удары. Он просто хочет пустить мне кровь. Ему плевать на то, каким я стану сильным. Он играет, заводит себя, а потом почует запах моей крови и все. Черт. Я упал и мрачно воззрился на него. Если я не стану защищаться, он изобьет меня. Если стану атаковать, то рано или поздно напорюсь на его хлыст. А если начну уворачиваться, то все равно проиграю. Кнут свистнул, и я откатился, заставил себя подняться и воззрился на Зевса, решив уже не скрывать всю свою силу.
Пусть ее не так уж и много.
Повезло. Я валялся на своей кровати и пытался заснуть. Устал так, что даже на это сил нет. Но все же сон потихоньку одолел меня. Я падал в темноту и ничего с этим не хотел делать, хоть и знал, что меня вновь влечет в череду этих странных снов.
И вот я снова на берегу моря. Рядом со мной сидит блондинка с аккуратно убранными волосами. Неподалеку разлегся Рем, его щекочет точная копия моей собеседницы. Рей оскорблено строит песочный замок, разрушает его и строит заново. Я улыбнулся ему.
-чего такой мрачный ,братишка?
- отец не взял меня с собой в море! – возмущенно говорит он, - почему! Я очень хорошо управляюсь с лодкой! А еще я поймал много рыбы! Я хороший рыбак!
-ты глупый мальчишка! – говорит моя девушка.
Моя девушка? У нее длинные волосы, спускающиеся почти до земли, даже несмотря на то, что они уложены в косы. Неплохая фигура для шестнадцатилетней девочки, и огромные синие глаза. Ее зовут Лиа. Мы с ней недавно начали встречаться. Сначала просто росли вместе, наши родители часто оставляли нас и уходили по своим взрослым делам. Кстати, Рем влюбился в ее сестру близняшку Леа. Интересно, а если бы у них была третья близняшка, Рею бы она понравилась? Я со смехом отогнал от себя эти мысли.
-я не глупый! = возмущенно вопит Рей, - я совсем не глупый! Это ты дура! Ты ничего не понимаешь в море!
- а зачем! Я не собираюсь рыбачить! Ненавижу эту стихию! Она забирает людей!
Лиа такая хорошенькая даже когда сердится. Довольно улыбнувшись, притягиваю ее к себе. Лиа возмущенно дергается, но потом затихает и прижимается ко мне. Рем скосил на нас взгляд и хмыкнул. Ну чего еще?
-какая разница, - говорит он, и от него веет надежностью и защитой. – какая бы стихия не была, она всегда забирает людей, если они слабы и быстро сдаются.
-ого! Да ты становишься философом, братец!
Я подкинул на ладони камешек и кинул. Не для того, чтобы попасть. И Рем это понимает. Подхватив камень, он преувеличенно внимательно оглядывает его. Затем кидает в Рея.
-преемственность, - говорит он загадочно. Получив в лоб камнем, Рей подскакивает и несется прямо на него.
-ты дурак! Я тебя сейчас в море искупаю!
Рем смеется и уворачивается от его несерьезных ударов. А мы с Лиа наблюдаем за этим со стороны.
-мальчишки! – фыркает девочка
-точно, - жизнерадостно соглашаюсь я, - что еще, королева.
-жемчуга и бриллианты, - милостиво разрешила она.
Я рассмеялся. Рем уже бегает по пляжу за Реем, а тот испугано орет, что не хотел его так сильно ударить. Леа постоянно поправляет выбивающуюся из прически прядь волос и с улыбкой наблюдает за ними.
-какие они милые, - говорит она, лучась тихим счастьем.
И у меня на душе так спокойно и тихо. Даже просыпаться неохота.
Но злобный окрик и свист возле уха выдергивает меня из моего видения, воздушным замком уплывающего в темноту моего сознания.

@темы: роман

---

Интересно, сколько времени прошло? Часа три будет? Хотя, мне показалось ,что целая вечность. Сил нет даже на то, чтобы доползти до своей комнаты. Но я упрямо продвигаюсь вперед. Шаг за шагом преодолеваю сопротивление тела. Пусть они смотрят снисходительно, мне все равно. Хотя, нет, не все равно. Я это припомню. Ага. Но бог мой, никогда я столько не тренировался, и не выкладывался на полную силу. Все тело болит и немеет. Хочется просто помереть, но я все равно отвоевываю у него последние силы. И все для того, чтобы дойти сам. Когда я добрался до кровати, я упал и перестал шевелиться. Глаза сами закрылись, и я провалился в сон.
Мягкий прибой, тишина. Теплый песок. Хорошо как. Я лежу на песке, а рядом сидит Рем. Он почему то одет в простую одежду крестьянина. Такой спокойный и надежный, что на душе легко и свободно, как в песне. Я повернулся на бок и поднял голову с мокрыми волосами. Похоже, я недавно купался, и это было здорово. Рем чинит сеть. Это похоже на невод, или как она там называется. Короче, рыбачья сеть. Странно. Но я не помню такой жизни. Учитывая то, как мы мирно здесь сидим, я бы ее запомнил обязательно. И это даже не наша первая жизнь ,в которой мы все выбрали тела принцев.
-Рем, сказал я, - хорошая погода.
Рем посмотрел в небо.
-скоро должен вернуться отец. А завтра можно уже косить.
Чего косить? я не понимал немного. Но судя по всему, отец наш рыбак, а мы ухаживаем за полем. Или только Рем? странная, но приятная жизнь. Как ни странно, но именно сейчас мне так хорошо ,как не было даже тогда , когда мы жили с Онесан… и я улыбнулся.
-Рем, а сейчас ты пойдешь?
-нет, сейчас я обещал отцу починить сеть. Ты кстати, хотел помочь.
И сеть полетела в меня. Я сел и взял сеть. Пара дырок осталось всего. И я сноровисто принялся за дело. Лишь одна мысль не давала мне покоя: где наш младший брат? но вскоре я увидел и его. Он бежал с корзиной крабов и радостно махал рукой.
-смотрите сколько я наловил! Как вы думаете ,отец теперь будет брать меня на море?!
-в море, поправил я автоматически, - нет, конечно, дорасти сначала.
Рей обиженно сел на песок и прижал к себе корзину.
-Рен, ты просто хочешь ,чтобы тебе помогали по дому.
-конечно, хочу, -согласился я, - а сам буду ходить с Ремом в поле и косить. Затем мы будем отдыхать в сене ,и ты принесешь нам обед.
Рем взъерошил мне волосы, отчего я довольно сощурился.
-когда мы женимся, это будут делать наши жены.
-давай жениться скорее, - обрадовался Рей. – тогда вы будете ходить в свое поле, а мы с отцом будем ходить в море и ловить много – много рыбы.
- а когда нибудь вы не спасетесь от очередного шторма, - неодобрительно заметил я, - нет, оставались бы дома. У нас есть поле, которое нас прокормит и без рыбы.
-им нужны острые ощущения, - сказал Рем, - бывают люди, которым скучно жить просто и спокойно.
-тогда за него замуж никто не выйдет. Какая девушка променяет стабильность на такую нервотрепку?
-та, которая любит, - с пафосом заявил Рей, - или я не женюсь никогда. Вот!
И он сунул нам корзину с крабом.
Я сел в постели. Как все реально. Я даже выискивал некоторое время песок, море, и нежаркое солнце. И своих братьев, с которыми мы так мирно разговаривали. Но вскоре реальность вытеснила остатки сна. И я понял, что мечтаю о несбыточном. Видимо, мой усталый мозг вырабатывал нечто свое. А быть может, все дело и в том, что ошейник подавил все процессы. Я почти ничем не отличаюсь от невинного. Можно даже сказать: совсем не отличаюсь. Странное ощущение. Странное и непривычное,
Кое как поднявшись с кровати, я вышел наружу и осмотрелся. Вчера не до того было. А сейчас меня пока никто не гоняет. И делать ничего не надо, вот это блаженство. Так. Помещения почти ничем не отличаются от подобных помещений людского типа. Длинные узкие коридоры, множество дверей. Ну это наверное, типа вольеров. Наверняка в них содержатся дикие. Или как там их еще называют. Так, коридор выводит интересно куда? недолго думая я пошел по нему. И пришел к просторному помещению непонятного назначения. Непонятного, потому что оно пустое. Только ряды колонн стоят. Пожав плечами, я пошел дальше и натолкнулся на двери. А вот это уже интереснее. Двери тяжелые, и мне их не открыть. И это при том, что я довольно таки не самый слабый. Скорее всего, она заперта на ключ. Но тут мимо меня прошел вампир и небрежно толкнул дверь. Я даже еле сдержал нехорошие слова. Впрочем, это дополнительный стимул для того, чтобы тренироваться. Какой позор- не суметь открыть открытую дверь. Бред. Проскользнув следом за богом, я увидел сад. Понятно. Не особо интересно. Поскольку за садом виднеется калитка с еще более тяжелой дверью ,которая наверняка еще на ключ запирается. Чтож, самое главное увидели, теперь возвращаемся. Ага. Приплыли. Дверь то открыть надо. Вздохнув, я потолкал ее, надеясь, что моего позора никто не видит. Слава моему великому брату, мне удалось все же ее открыть с минимальными потерями времени. За нервы и силы я молчу.
Все, теперь я могу вернуться в свою комнату. Там меня, кстати, ждал завтрак. Неплохо. Неудивительно, что попыток сбежать отсюда мало. Хотя, с чего я это решил? Надо узнать получше и попробовать поднять восстание. Стоп. Ошейники не дадут им этого сделать. И мне кстати, тоже. Вообще, мои добрые братья нехорошо поступили, но я сам знал, что иного выхода не было. И нет. Может появится, но не при нашей жизни.
-вот ты где, Малыш.
Арес появился неожиданно. Я даже чуть не кинул в него тарелкой, отскочив в сторону. Он только рассмеялся.
-тебе еще много учиться.
Я пожал плечами и вернулся на место. Не станет же он меня выгонять тренироваться сразу после еды? И точно. Он сел рядом. и погладил меня по голове. Я поморщился, но стерпел.
-из тебя выйдет превосходный боец. Лучший из тех, кого я видел.
Ну еще бы. Я же все таки не абы кто. Или мы все так думаем?
-я тебя выставлю в ежегодном турнире бойцов школ.
-где? – удивленно спросил я.
--каждый год школы выставляют лучшего бойца. В различных номинациях. Ты будешь в номинации рукопашных единоборств. Вместе с тобой еще будут два бойца. Северный волк и Небесный меч. Волк сражается в боях без правил ,а Меч в фехтовании.
- а зачем эти турниры?
Я спросил только чтобы не молчать. Потому что ответ знал заранее. Но нельзя показывать себя слишком умным. Меньше доверия будет. Так всегда и среди почти всех рас. Если только те расы не отличаются патологической честностью. Или не обжигались на других. Людях, например. Вампиры эти обожглись. Не знаю ,откуда такая уверенность. Скорее всего логика.
-чтобы проверить силу школ. Ибо лучшей школе будет почет и уважение. А лучший боец получит право на выполнение желания.
-даже на свободу? – спросил я, невольно ощущая, как загораются глаза.
Похоже, вместе с моей силой практически испарилась и моя выдержка, и все то, что я приобрел, или было создано вместе со мной. Хорошо еще, что это тело действительно очень сильное и выносливое и прочее, что так привлекло вампира. Не имею желания называть его богом, пусть и кровавым.
-даже свободу.
Арес хмыкнул и поднялся.
-вот только захочешь ли ты вернуться?
-захочу, конечно, - уверенно отозвался я.
-никто еще не захотел. Через два часа жду на тренировках. Я намерен сделать так, чтобы ты стал победителем. Не только Зевс или Гера способны выращивать лучших.
Он ушел, а я задумался. Зевс и Гера. Да, определенно мне нужно попасть хоть к кому нибудь из них. Этот Арес здесь не очень большая шишка. И к тому же не пользуется почетом. Значит, у него мне ничего не светит. Тогда план таков: перебираюсь к Гере или Зевсу, затем попадаюсь на глаза вампирам из других школ. Судя по всему ,одна из крупных это Валгалла. Значит, Один или Тор, или кто у них там главный, должен увидеть меня. Более того, на крайний случай, у меня есть моя кровь, которая не потеряла своих свойств. Надеюсь, иначе придется придумать что то другое но это легко проверить. В общем, я их рассорю, это я смогу даже без своей крови, но это будет дольше. Так. Войну я им обеспечу. И это при том, что междоусобные войны для них непривычны. А потом к войне подключится мой брат. Точнее, оба сразу. Хм. Ну ладно, брат и сестра. Но самое сложное это придумать, как сделать так, чтобы невиннее не воевали друг против друга. Ошейники в любом случае им помешают. Значит, необходимо узнать как их можно снять. Сами вампиры не станут этого делать, ежу ясно.
Я вышел в коридор и натолкнулся на какого то долговязого парня. Ничего себе ,он даже выше меня чуть не на полголовы. И это при том ,что я очень высокий. Самое странное, что на нем не быт ошейника. Невольно задрав голову, я воззрился на его шею с тихим недоумением. Не верю, что вампиры забыли надеть на него это. Скорее всего он чем то заслужил подобную честь. Плюс ко всему он должен быть известен, чтобы его не принимали за дикого. В я успел выяснить, что таких здесь двое. Меч и волк. Меч мастер клинка, а данный парень чувствуется привык драться всем. И причем, меч далеко не самое его любимое оружие .похоже, это Волк.
-ты Северный волк? – спросил я, чтобы проверить догадку.
-судя по всему ты здесь новенький ,и уже понял, кто я.
-ну, догадался.
-правильно догадался.
Волк хмыкнул. И вдруг резко ударил. Я, уже привычный к таким вещам, отклонился, даже не пытаясь блокировать. Снесет и не поморщится. Лучше уйти, целее останусь. А то как то у меня кость треснула от блока. Хорошо еще, что Рем ногой не бил. Волк удивленно вернулся в стойку.
-а ты хорошо. Я хочу с тобой сразиться, - сказал он спокойно.
-я не желаю. Я только начал обучение. И…можно один нескромный вопрос?
-спрашивай. Может, отвечу.
Волк прислонился к стенке и сложил руки на груди. Рей был бы в восторге, он тоже подраться любит. Похоже я один такой в семье: миролюбивый. Ладно, не будем о грустном, его в жизни и так достаточно много.
-а почему вы не сбежите? Ведь ошейника на вас нет.
-а зачем? Я здесь вырос. Это мой дом.
Понятно. Я кивнул. Он не сбежал оттого, что не знает другой жизни. А если я ему покажу ее? если я объясню, что его лишили выбора, он пойдет на волю или предпочтет добровольное рабство? Иначе это не назвать. С другой стороны, может, это для невинных не так уж и плохо? Вместо того, чтобы жить в поисках постоянного облегчения жизни, они поймут всю ценность своего бытия? Может быть, они поймут, что природа которая так хранила их ,на самом деле не мастерская а помощница и я не побоюсь этого слова: мама. Но как бы то ни было, мой смысл жизни это защита невинных от вампиров и прочей нечисти и нежити. Мы охраняем то, чего у нас самих никогда не было и не будет: надежду на спасение. Я никогда не устану это повторять. Быть может, просто потому, что это моя вторая директива? Неважно.
-жаль. Вы не знаете даже наверное чего лишены.
-холода и голода. Мы можем учиться многим вещам и становиться сильнее.
Я покачал головой, но переубеждать не стал. Пока не стал. Такие вещи с наскока не делают. Необходимо подождать. И каждый день понемногу выращивать сомнения. О, сомнения это страшный зверь. Оно даже хуже, чем правда. Я попрощался и пошел своей дорогой. Надо будет поискать того, кого называют Мечом. Хочу узнать, что это за парень. Но сегодня он мне не встретился, а потом снова были тренировки. И снова я вымотался, как никогда в своих жизнях. И снова я с трудом дополз, иначе не скажешь, до своей комнаты. И вновь свалился на кровать без сил, и как надеялся, без сновидений. Напрасно.
Дом. Обычный деревенский дом. Жарко горящий очаг, накрытый стол и я за столом, в обычной рубашке с узором и штанах. Странно. На столе деревянная ложка и огромная тарелка, вкусно пахнущая кашей. И я знаю ,что готовил сам. Дверь открывается и входит Рем. Он устал, рубашка мокрая, липнет к спине. Сняв с плеча косу ,Рем подошел к кувшину и сполоснулся.
-во дворе колодец есть, - недовольно намекнул я. – а в кувшине вода для питья.
-в колодце тоже, - Рем довольно фыркнул и сел за стол, предварительно вытерев руки, - отец и Рей еще не вернулись?
Я покачал головой. Сегодня был жуткий шторм, и я немного волновался.
-знаешь, а она снова выходила на берег, - вдруг сказал Рем, став серьезным, – когда нибудь ее снесет с берега шальной волной.
Я помрачнел. Она, это женщина в черном. Еще три года назад она была веселой и жизнерадостной. Она дарила нам сласти, и даже петушков на палочке. Она позволяла ее называть сестрой и всегда защищала нас. А потом ее выдали замуж за одного плохого человека. Он ее избивал и оскорблял. Мы видели ее слезы, но на все вопросы она отвечала, что все хорошо ,и ей не больно. Она улыбалась, а ее руки были в синяках. А когда ее муж выходил в море, она каждый вечер выходила на берег ждать его. Она ждала до утра, какая бы погода не была. Даже если бушевал шторм. А утром возвращалась домой, кутаясь в теплую шаль. Или не кутаясь ,если погода была хорошая. Нам всем троим было до слез жалко ее. Но ничего нельзя поделать. Да и что может сделать шестнадцатилетний мальчишка? Мне всего пятнадцать, а Рею и того четырнадцать? Нас не воспринимают всерьез, несмотря на то, что отец доверяет Рему косить и ухаживать за полем. И то лишь потому, что больше любит уходить в море, а не работать с землей. Лично я не за что добровольно в море не пойду. Вот еще. Ненавижу эту непредсказуемую стихию. Никогда не знаешь, что от нее ждать. Иное дело земля. Она всегда спокойна и непоколебима. Это твердыня, которая не обманет тебя безмятежностью.
-зачем? – я вздохнул и придвинул тарелку ближе к нему. Тот выудил из за сапога ложку, и запустил ее в кашу.
- а то не знаешь? из за того мерзавца.
Рем нахмурился.
-слушай, Рен, только отцу не говори. Но у меня есть план.
Я вяло кивнул. План, так план. Все равно это глупо. Как бы отвратительно он не поступал ,это его право. Он ее муж. Черт, но ведь мы же те, кого она называла своими братьями! Значит ,мы должны постоять за нее. Но как? Мы еще не так сильны, чтобы побить ее мужа. Другого способа я не вижу.
-слушай внимательно. Главное, не втянуть в это рея. Он еще слишком маленький, и не поймет.
-или поймет. Пока я сам не понимаю, - честно признался я, зачерпнув ложкой кашу
-тогда слушай внимательно, - повторил брат.
Я выслушал. Мне совсем не нравилось то, что предложил Рем.
-понимаю, мне самому не нравится. Но ведь иначе он убьет ее. Ты понимаешь?
Я отложил ложку и воззрился в темно карие глаза брата. И кивнул
И снова меня вырвало из этого сна. Неужели такое бывает, когда тебе снится продолжающийся сон? А это явно один из таких. Причем пока все шло мирно до того момента, как Рем предложил нечто такое, что мне не понравилось. Но что мог предложить деревенский мальчишка? Сомневаюсь, что обмазать дерьмом дверь лачуги, или в чем там жил этот рыбак. Хм, а ведь рыбак у меня всегда ассоциировался именно с лачугами, а не с просторным деревянным домом. А способен ли он на убийство? НЕ знаю. Но ведь неспроста такие сны. Додумать я не успел: меня резко подняли с кровати. Как достали эти тренировки. Однако меня повели не на тренировки. Арес заметил, что сегодня придут несколько богов. Наверное, среди них будет Зевс. Или Гера. В таком случае необходимо потраться произвести на них хорошее впечатление. Может, я и вторую знаменитость увижу

@темы: роман

---

Утром я уже стоял на берегу моря. Не знаю, почему я выбрал именно это место. Все таки боги его не любят. Но бывают. А меня прямо потянуло сюда, словно что то смутное мелькнуло в воспоминаниях. Но это глупости, поскольку в моей памяти нет таких особо ярких воспоминаний, связанных с морем. Неважно. Надо сосредоточиться. Ведь я не просто должен попасться в руки богам, я должен быть подающим надежды, но не подозрительным. Ага. Это сложнее всего. Кстати, похоже мне сегодня повезло. С первого раза. Что же, раньше начнем, раньше закончим. Истина, которую редко оспаривают. Этого бога я, не знаю. Надеюсь, он один из совета. Или как там он называется. Бог медленно подошел ко мне. Я разумеется, напрягся и приготовился к защите. Про себя я уже давно определил грань. То есть, никакой грани, потому что мои способности не открылись, и Кукловодом я не стану.
-дикий? Какая самонадеянность, - заметил бог.
-я думал, вы ненавидите воду.
-вот такие и становятся нашими питомцами.
Бог вытащил плеть, и она свернулась вокруг его запястья, словно живая. В какой то мере, она и впрямь живая. Интересно, что за душа заключена в этой плетке. Ладно, это не принципиально.
-от меня вы не дождетесь, - мрачно пообещал я, - я скорее умру, чем стану рабом.
-рабом? Это глупое понятие среди диких. Попав в мою школу, ты станешь жить в тепле и уюте.
Ага. В тепле. И в уюте тоже, охотно верю. Но я не променяю свободу на ошейник! С этими мыслями я бросился вперед, стараясь не думать о том, что вот сейчас, или через мгновение, или даже через пару мгновений, может, и через пять минут, но эта плеть попадет мне по спине, и я отключусь от внешнего мира. А потом….нет, не надо думать. Постарайся продержаться как можно дольше. Выдохнув, я увернулся от удара, Не снижая скорости, и не меняя направление бега. Бог озадаченно отступил, но все же небрежно отмахнулся от моей атаки, затем взмахнул плетью. Не дождешься! Я откатился, споткнувшись на бегу. Странно. С моим изумительным чувством равновесия, я не должен был споткнуться. Видимо, он все же задел меня, легонько, и я этого не заметил. Ноги подкосились ,и я упал. Но заставил себя подняться, ощущая, как кровь бежит все медленнее и неохотнее. И мышцы не слушаются приказов мозга. Но я не проиграю. Ни за что не проиграю…то есть ,кажется, я увлекся. Но как не хочется сдаваться.
И я позволил телу обмякнуть и упасть на землю. Последней моей мыслью было почему то, что я совсем забыл сказать братьям, как я их люблю. И что это довольно глупая мысль. После этого я погрузился в мягкую темноту, словно в объятия матери.
Тишина. Нет, я все же слышу странные и очень тихие звуки. Мерные и повторяющиеся. Часы. Они отсчитывают каждое мгновение, которое проходит в этом месте. Открыть глаза. Хорошо. Я вижу комнату. Сам я на какой то неудобной подстилке. Скудная обстановка в виде сундука с одеждой и низкого столика. На столике тарелка с едой. Судя по запаху это каша. Рядом кусок хлеба и кувшин с водой. Так. Голодом меня не морят. И по сравнению с тем, что дают в убежище, это довольно шикарный ужин. Я не связан. С одной стороны это хорошо. А с другой очень плохо. Ведь мою шею стягивает узкая полоска кожи. Я попался, как и хотел этого. Ага. Не очень хотел, но пришлось. Теперь другой вопрос: когда меня хватятся? В убежище, я имею в виду. И начнут ли искать? Все же я сын предводителя. Или их трусость дойдет до такой степени ,что они забудут про меня? Это очень плохо. И шансов на победу мне не придаст. Хотя, один положительный момент в этом есть: мне не будут мешать. Теперь другой вопрос: у кого я буду обучаться? Насколько близок он к Зевсу? Ну, исходя из логики и знания мифов, можно предположить, что именно Зевс будет одним из главных, если не самым главным. А если я ошибаюсь, то необходимо вычислить того, кто все же главный. И попасть к нему. После этого я автоматически выйду в лидеры школы. Ну может, не автоматически. Главное стать бойцом. Хотя, декоративные тоже пользуются популярностью. Неважно. В смысле, неважно в каком качестве попасть в поле зрения других школ. Главное заинтересовать их. После этого они разумеется, будут несколько в конфликтном состоянии. Моя задача раздуть этот конфликт до открытых столкновений.
-ну что, очнулся? Этот яд не причиняет особого вреда.
-кто вы? И что вам надо? – спросил я то, что, по моему мнению, обычно спрашивают в таких ситуациях. Я еще подумывал изобразить испуг, но потом решил, что мне это не надо. Есть опасность переиграть.. Но я все же показал, что насторожен, и не доверяю ему особо. Или, что вернее, вообще никак.
-меня зовут Арес, малыш. С этого момента ты мой питомец. Я сделаю из тебя отличного бойца.
-я скорее удавлюсь и умру свободным!
-нет, малыш, ты не умрешь.
Я предпринял несколько честных попыток. И ощутил, как мое тело парализовало. Я не мог пошевелить даже взглядом.
-вот. В этом ошейнике встроена защита от подобных суицидных попыток.
-вы не сможете заставить меня тренироваться! – сказал я, почти близкий к панике. В его понимании, разумеется.
-конечно, могу. С сегодняшнего дня ты это проверишь на себе. Но запомни одну вещь: никто тебя не убьет. А опозорить могут.
Звучит совсем не хорошо. Мне стало реально не по себе, и я поежился. Даже для меня есть свои пределы. И я совершенно не смогу жить с позором. Смотря, правда, каким. Но, думаю, он найдет ко мне подход. Стоп. А чего я парюсь? Я же добиваюсь этого. Да…вот что значит, вжиться в роль. Впрочем, могло быть и хуже. Не знаю, как но могло. Все. Довольно болтовни, пора приниматься за дело. В смысле, бунтовать, пока меня не обломают. Но, разумеется, не доводить до крайних мер, и в то же время не сдаться слишком быстро. Это целая наука.
Тренировки проводятся в специальном зале. Здесь просторно, и светло. Есть спортивные снаряды, и много чего полезного. Но здесь не только тело тренируют. Я так полагаю. Остановившись в дверях, я тихо присвистнул. Многие тренажеры мне были совсем неизвестны, даже несмотря на большое количество прожитых жизней. Но долго я не оставался на одном месте. Меня слегка протолкнули вперед. Черт, как же напрягают эти ошейники. Делают, что захотят. Ладно, ради дела можно и не такое вытерпеть, но я запомню все.
- сейчас ты начнешь тренироваться, парень. Кстати. Надо тебе кличку придумать.
-я Мануэл, - сказал я.
-бессмысленное имя. Вы Дикие совсем лишены фантазии. Хотя, малыш тебе подойдет.
Я фыркнул. Среди людей я далеко не малыш. И самый высокий из своих братьев. Ну и вообще высокий, по жизни. По жизням. Так что это звучит, как оскорбление или насмешка. Ладно, это я тоже тебе припомню. Мой список будет расти, я так полагаю. Хоть я представлял, на что иду, но это не означает, что я все забуду. Я приблизился к штанге, но меня оттуда отдернуло.
-нет, Малыш, мы не будет развивать тебе чрезмерную силу. Реакция и скорость, вот на это и будем делать упор.
Я вздохнул, ладно, скорость, так скорость, я не против. Хотя…иногда хочется иметь такую же силу, как у Рема. Но учителю всегда должно быть виднее, чего не хватает ученику. И я подошел к другому тренажеру. Быстро я что то сдался. Но это уже любопытство виновато. Люблю изучать все новое. В жизни когда нибудь пригодится.

@темы: роман

---

А утро встретило нас побудкой со стороны моего старшего брата, которая сестра. Она вытащила меня из постели и погнала тренироваться. На площадке уже был младший брат, и все трудоспособное население убежища. Даже женщин и детей не пожалели. То есть ,я имел в виду обороноспособное население. Мы изо всех сил тренировались, начиная с разминки, и заканчивая спаррингами. Под конец, братец задумчиво сообщил, что не все так страшно, как он полагал. Но до идеала далеко. И только мы трое более или менее способны противостоять диким. А с новичком, впрочем и невинные справятся, если их будет двое или трое на одного. Затем, чтобы поднять боевой дух, Рем пообещал, что сделает из всего этого сброда настоящих бойцов. И они смогут даже против средних бойцов сражаться. Но мне кажется, что это чересчур смелое обещание. Впрочем, мой брат все же лучше разбирается в таких нюансах.
И вот этих мучеников отпустили. Остались мы втроем. Только сейчас начиналась настоящая тренировка. Я со вздохом посмотрел на Рея. Тот кивнул, и мы вдвоем набросились на Рема. Наш шанс в том, что он еще не привык к женскому телу, а значит, будет совершать маленькие ошибки. для нас хватит и их. Я справа, Рей слева. Просто, как дважды два. Мы постарались работать синхронно. И никак. Рем ушел от атаки Рея и отбил мою. Так просто, словно от листика отмахнулся. Меня это обидело. Я же все таки круче. Еще один удар раскрытой ладонью и попадаю ему в грудь. Вот она, эта ошибка! Рем забыл про наличие своего третьего размера. Однако он отчего то не заорал, хотя я слышал, что для девушек это чувствительно. Странно. Но вот меня отшвырнули чуть не за ногу. Буквально размазав по стенке. Зарычав от боли, я поднялся, но от летящего на меня Рея увернуться не успел. В итоге, мы размазались по стенке вдвоем. больно. Да что за черт! Спихнув с себя Рея , я вновь поднялся. Но внутри меня уже все болело. Рей вскочил более бодро и пронесся мимо меня, рассчитывая застать Рема врасплох. Ага. Не застал, конечно. Тот отошел с линии атаки, мягко подставил ладонь вместо блока и подтолкнул Рея в направлении удара. Тот улетел, но из за его спины выскочил я. И получил в лицо. Сплюнув, я упал. Похоже, драка все же закончилась. Черт, даже вдвоем, мы не справляемся с ним. Нет, надо что то делать. И я понял, что. Надо тренироваться еще сильнее и упорней. И тогда я обязательно стану сильнее, чем мой брат. Эх, если бы такие, как мы могли развиваться, на самом деле. Но нам говорили, что мы на это не способны. Не верю. Но, похоже, доля правды в этом есть. И уставший ,как ни странно, я ушел к себе. Хотя, почему это странно, ведь я еще человек. Невинный. А через месяц перестану им быть. В смысле, начну переставать им быть.
Время летит, словно птица, не успевающая на зимовку в жаркие страны. Вместе со временем доносятся плохие новости. Вот уже 37 убежище сдалось. Теперь у богов новый праздник. Если они их отмечают, конечно. Но нет, это намного хуже. Это для них обычное событие. И для невинных тоже. Я пришел в комнату к своей сестре. Ну, и по совместительству к брату. Все не могу привыкнуть к этому. Рей уже там. Мы снова собрались на очередной совет. И я спросил братьев, а где их демонические животные. Оба пожали плечами. Ну и хорошо. я с Ину все равно не дружу. Он меня кусает часто.
-надо принять экстра меры, - заметил Рем, покусывая длинный ноготь. Я как загипнотизированный, наблюдал за ним.
И кивнул. Потому что меня озарило. Плохо, конечно, но другого выхода нет.
-Рен? Говори.
слегка поморщившись, я заметил, что у ошейников богов есть еще одна функция, недоступная знанию невинных: иногда эти ошейники используются в качестве наказания для вампиров. Тогда если его надеть на вампира, то он теряет все свои способности, и становится обычным невинным, пока не снимет его. Очень эффективное наказание. Я его в каком то мире видел, судя по всему, эти боги именно из того мира. И чего им там не сиделось? Наверное, невинные кончились. Странно, а ведь там не было ни бойцов, ни декоративных. Что же нашло на этих вампиров? Кто подал такую нехорошую мысль? Но, думаю, это ничего не изменит. Уже существует сам факт, от которого я избавлюсь. План созрел в моей голове. Но для этого я должен попасть в Олимп, причем, именно к Зевсу, но сразу меня к нему не пустят. Впрочем, у меня есть козырный туз. Не хочу его раскрывать. Вот освоюсь там, и приму окончательное решение. Рем кивнул ,задумавшись о чем то. Рей радостно подпрыгнул.
-развалишь эту гребану организацию, и мя сможем нанести ответный удар! Самое главное, что люди к нам потянутся!
-да. Рен, ты пойдешь туда, остальное на тебе. Прикрытия не будет, но ты к этому уже привык. Кроме того, мы со своей стороны, будем нападать. Жизнь усложним. Так что особенно тобой заниматься не будут. Береги свою кровь.
-за кого ты принимаешь меня!
Я оскорблено отвернулся. Но на душе было не очень хорошо. Так, словно, внезапно выключили свет, и ты не понимаешь почему это произошло. То ли обвал случился, то ли просто столб упал. Или же ремонтные работы проводят. И эта неизвестность пугает. Нет, не пугает, давит. Я поднялся, стараясь не обращать внимания на своих братьев. Мало ли, что они скажут мне на прощание. И только Рем неожиданно тепло прижал меня к своей…гхм…да, груди. .его рука погрузилась в мои волосы.
-береги себя, братишка – сказал он
И я ощутил, как глаза стали влажными. Как давно я мечтал об этом. Похоже, мы все же сможем изменить свою судьбу. Надо только немного постараться. Как хорошо, что есть такая возможность.
-конечно, я живучий, - ответил я.
И мы улыбнулись друг другу. Один Рей что то ел. Очередную гадость. Но, как ни странно, это успокаивало, ведь он верил в меня. Он знал, что я вернусь. И я хотел сказать спасибо, но не стал. Просто потому, что тогда он потеряет свою веру в меня. А я этого не хочу. Все. Пора кончать этими телячьими нежностями. Но до чего же не охота. Ага. Когда тебя прижимают к такому размеру, да еще и мягкому, то пользуешься любой возможностью продлить это. Так что первым меня отпихнул брат. И я пошел к выходу. Не оборачиваясь, разумеется. Иначе я не смогу уйти. Ведь я действительно их обрел. Все совсем, как раньше. Мы даже улыбаемся друг другу без фальши. Спасибо вам, братья. Спасибо, и до свидания.
Я вернусь.

@темы: роман

---

Да уж, внутри зрелище не менее жалкое, чем снаружи. Наверное ,могло быть и хуже. Правда ,я не знаю что именно. Но это предположение хотя бы успокаивает меня. Я пришел в свою комнату, уместился на потрепанном временем тюфяке и попытался заснуть. Если этот тюфяк постель для сына предводителя сопротивления, то что тогда говорить о том, кто является ее простым сотрудником? Не желаю даже думать об этом! Ь кстати, кроме меня в этой семье есть еще и младший брат Лиджи, а также старшая сестра сабрина. Больше никого нет. Ну, не считая отца, естественно. Детишки воспитываются без матери. Все, теперь точно все, и я заснул.
Что за шум…такое ощущение, что кому то прищемили хвост, а потом еще и добавили ,чтобы не орал. Но орать отчего то не перестал, только добавил децибел. Я попытался прихлопнуть будильник рефлексом, наработанным почти абсолютным большинством моих жизней. Будильника не было. Продрав глаза я сел в кровати, и увидел, что все куда то бегут, стараясь изо всех сил. Ага. Это не будильник. Да и откуда в таком нищем местечке будильник? Правильно, это сирена. Значит, на нас напали. А кто еще мог напасть? кровавые боги, будем пользоваться здешней терминологией. А раз это нападение богов, значит? Директива номер два! Я подскочил, натягивая куртку уже на бегу и вылетел наружу. Бойцы. Десятка два. Нас больше, но мы не справляемся против хорошо обученных ребят. Там, за гущей сражения стоит один из этих богов и смотрит ,скрестив руки. Отлично. То есть, нет не отлично, но я до него доберусь! Я выхватил кем то оброненный меч и понесся к богу. Бойцы бросились ко мне, стараясь не допустить меня к нему. Наивные! Даже на уровне Д я все равно сильнее вас всех. А вот с богом мне уже не справиться, но я не могу игнорировать директиву. Удар в бок локтем, подсечка для другого. Они падают. Я перепрыгиваю через них. Рукоять меча в живот третьему. Стараюсь не применять против них лезвие, чтобы не поранить. Они все еще невинные. Удар ладонью, и еще один выбывает из строя. А бог стоит и смотрит на меня. И на его губах играет улыбка. Жесткая и торжествующая. Его ноздри трепещут, втягивая запах крови. Да воистину он кровавый бог. Вырвавшись к нему, я стряхнул последнюю преграду в виде бойца. И чему они их учат? Я смог пройти их всего на человеческом уровне. Но бог торжествующе оскалился.
-ты смог справиться с новичками. Я поражен, дикий.
Новички! Я замер. Всего на мгновенье. Но этого хватило, чтобы бог вытащил плеть, потрескивающую зелеными огоньками. Знакомая вещица. Наши истинные тела тоже пользовались такими. Самая лучшая, конечно, у Онесан. Но и у повелителей неплохая штучка. Двенадцать степеней боли, десять уровней паралича, включая и летальные, двадцать восемь видов яда, удар молнии, режущая кромка. И это не говоря о том, что в каждой находится очень сильная душа существа, придающая ей разумность. Если я попаду под удар этой плети, огребу по полной. Значит, не надо просто попадаться, вот и все. И я поднырнул под первый удар. В данном случае, я не сомневаюсь, что он точно сделает больно. Насчет яда не уверен, но все равно, лучше не проверять на себе такие вещи. Отлично. Мне удалось. Но он еще не закончил. И его следующее движение направило ко мне свою плеть. Я снова отскочил, подумывая захватить ее на запястье, но решил не трогать ее. У меня не хватит сил, чтобы устоять, и я просто отправлюсь к нему, взбрыкнув ногами. Вечно уворачиваться я тоже не смогу. Мне придется напасть на него. Надо только выждать удобный момент. И вот он раскрылся. Я рванулся к нему и ударил. Но его там уже не было. Проклятье! его реакция воистину превосходит мою! Упав на одно колено, я ощутил, как мое плечо обжигает плеть. Вспышка, и я теряю сознание, пытаясь понять, что же все таки делать.
Как ни странно, я очнулся далеко не в чужой школе. И лицо, склонившееся надо мной, не было лицом кровавого бога. Это был рей. Почему я решил, что Луиджи это Рей? Не знаю. Может, потому что это было в его взгляде? Рей серьезно посмотрел на меня и потрогал мой лоб.
-очухался, герой?
-я герой?
Я попытался усмехнуться, и схватился за живот, отчего то ему досталось сильнее всего. Только не говорите мне, что кровавый бог поступил так мелочно, и попинал меня туда. Кстати, а почему он не прихватил меня с собой? Я же подаю надежды. Как боец. По-моему, я даже прочел в его взгляде обещание сделать из меня настоящего бойца. Представляю себе это: обучить Ночного рыцаря. Ага.
-ну, конечно, если бы я самого начала был там, то героем оказался я! – жизнерадостно заявил брат.
-вот черт! Закрой уши, братец.
Рей удивленно закрыл, а я выругался. Наверно этажей десять там точно было. Да и при брате можно спокойно материться, он еще и не такие слова знает. В этом отношении я самый отстой. Но я почему то попросил его отвернуться и заткнуть уши. Н да…что же случилось? Дотронувшись до его плеча, я разрешил ему повернуться, но объяснять причину этого не стал. Сам не понимаю.
-Рем уже здесь? – поинтересовался Рей, - и что это за место? Здесь просто воняет вампирами.
-не нравится, не нюхай, - проворчал я, - думаешь ,мне самому приятно? А Рема нет. Пока нет. Мы вдвоем.
-и что делать, братец? У нас очень мало сил для сражения.
-у нас их нет совершенно. Эти невинные живут только для того, чтобы их захватили. И с каждой атакой они становятся все более обреченными. Они не хотят сражаться.
-ну, сегодня они увидели нечто такое, что подняло им дух.
Рей улыбнулся. И я немного приободрился. Значит, мое поражение все же обернулось победой. Эх, Онесан, знала бы ты, что я чувствую, и как мне хочется тебя позвать. Но если я сделаю это, то придет Палач. Я не хочу умирать. Да и кто хочет? Хотя, я слышал, что те, кто живут слишком долго, мечтают о смерти. Ну, пока я не мечтаю. А тем, кто мечтает, могу дать адрес Палача. Он способен убить абсолютно любое существо.
-мы спасем этот мир, - пафосно заметил Рей. И я его шутливо пихнул в бок.
-себя сначала спаси.
Мы рассмеялись. Не потому, что я сказал нечто очень смешное. Просто мы были вместе. И мы не пытались убить друг друга. А что это значит? Правильно! Мы вели себя как братья! Так, как они должны себя вести в понимании невинных. И я был счастлив от этого. Голову даю на отсечение, что Рей тоже смеялся только по этой причине. Кстати, за нами наблюдают. Я отодвинул Рея и посмотрел внимательно на шпиона. Точнее, шпионку. Роскошная девица, размер груди не меньше третьего, это точно. Я даже на грани смерти всегда определю это. Глаза теплые, карие, но меня ни на мгновение не обманувшие. Еще бы, ведь это настоящая стерва, даже без моей помощи заметно. Поехали дальше: волосы темно каштановые, длинные и густые, свободно спускаются ниже пояса, отчего так и хочется зарыться в них. Ноги… за них я молчу вообще. Такие ноги просто созданы для ударов. Особенно для верхнебоковых. Спорим, у нее белье белого цвета! Может, и глупо спорить, не знаю, но в том, что оно у нее белого цвета, я уверен на сто процентов. Странно, но стервы отчего то ассоциируются у меня с черным или красным бельем. Стоп! Я помотал головой, прогоняя кощунственные мысли. Она моя сестра, и к тому же стерва. Ага. Так чего я снова думаю о ее белье? Белое. Оно у нее точно белое!
И я пихнул брата.
-чего? – спросил он изумленно.
-слушай, ты не инвалид, посмотри какого цвета ее трусики.
-ты че, хочешь, чтобы я стал инвалидом рядом с тобой?!
Н да, об этом я не подумал. Не всем девушкам приятно, когда кого то интересует цвет их нижнего белья. Если подумать, то я таких почти не встречал. А жалко. Хотелось бы найти неординарную девушку, которая не станет прятаться или драться при этом вопросе. Но Сабрина, как ни странно, услышав наши вопросы задумчиво провела пальцем по щеке.
-если бы вы не были моими братьями.., я бы очень удивилась, решив, что вы извращенцы. А кстати, - сестра зависла и приподняла юбку. – черные с красным сердечком, - заметила она, - оригинально.
-Рем!
Я вылетел из постели и бросился на свою сестру, пытаясь отойти от шока. Мой братец стал девицей?! Вот это номер! Не знаю, что на него нашло. И знать не хочу! Но в женском теле он определенно слабее меня. Сейчас я ему накостыляю, как любит выражаться мой брат. Младший. И мой кулак завис, так и не успев раскрыться в смертоносную ладонь инь. Я не мог ударить его. То есть ,мыслями я понимаю, что эта красавица моя сестра. Точнее брат. Ну вот, уже мысли начали путаться. А еще я заметил, что она не носит лифчик. Наверное это тоже сыграло свою роль. А сестренка, та, которая братик, склонила голову и вдруг толкнула меня. Упав на пол, я скорчил гримасу и потер ушибленное место. Кажется, жизнь осложняется. А если, он и в следующих жизнях так поступит? Весело будет. Ком угодно, но только не мне.
-ну что застыл? – поинтересовал…лась сестра.
-э…так нечестно, - предположил я.
-все, это не обсуждается, герой. Теперь вы у меня под каблуком будете.
И сестренка вышла, оставив нас с Реем озадаченно пытаться прийти в себя. Первым это получилось, как ни странно, не у меня. Рей выпрямился и восхищенно заметил, что таким ему наш старший брат нравится намного сильнее, чем обычно. Я слабо поддакнул, не совсем впрочем согласный с этим высказыванием. Но меня останавливало лишь одно: ничего уже не изменить. Придется его тогда убить. Но если я его смогу убить, то мы останемся в этом мире вдвоем против здешних богов. Неприятно. И я сказал Рею вернуть нашего брата, то есть сестру, и начать малый военный совет. Рей кивнул и выбежал. А я ,как больной, пострадавший в неравной борьбе с кровавым богом, свалился на кровать. Вскоре подошли и мои братья. Все таки, мое сознание упрямо называло Рема братом, хотя он сейчас и девушка. Ладно, оставим морально этическую сторону этого вопроса на потом. Рей, как только вошел, сел поудобнее на подоконник и выудил из кармана нечто пахнущее едой. Но довольно грязное и уже надкусанное .я только поморщился, но ничего не сказал. Старший братец сел на подоконник, спихнул Рея. И я снова забыл, зачем мы здесь собрались. В голове вертелось только одно: дамы и господа, мы собрались здесь почтить минутой памяти безвременно ушедших.
-итак, Рен, ты тут дольше всех, - заметил…ла моя сестра, - рассказывай.
Я вздохнул. И попытался сосредоточиться. Затем рассказал, что вампиры, то есть кровавые боги захватили этот мир. И теперь подчиняют себе невинных. На базе древних мифов, они создают свои школы. Рассказал и про самые известные школы. Кроме того, сопротивление становится все меньше. Раньше таких убежищ было больше тысячи, но теперь их число резко упало до пары сотен. . люди сдались, и считают себя обреченными. Даже те, кто еще сражаются, теряют надежду. Вот, вкратце и все. Теперь я готов выслушать пожелания и предложения по поводу того, что можно сделать, и как хотя бы поднять боевой дух невинных. Рей почесал затылок, и я снова скривился. Ну отчего он ведет себя так. Ага. А я чем лучше? Я тоже не образец повелителя.
-надо их объединить, - сказал Рем с ходу.
-я понимаю это, - отозвался я, - мы все трое это понимаем. Эти невинные такие глупые.
Как и мы, подумал я про себя, ну что, посмотрите на себя со стороны. Я тоже посмотрю, и ужаснусь.
-если они объединятся, то у них будет больше шансов победить!
Рей даже жевать перестал.
-они так не считают.
Я посмотрел на свою руку, разглядывая ногти.
- они не желают объединиться. Они боятся. И знаете чего они боятся? Ну ладно, не буду вас мучить, вы все равно не поймете. Они боятся, что кто то из них станет самым сильным. И заберет себе власть в новом мире. Ничего не напоминает?
Я покосился на Рема. Но то т лишь передернул плечами, показывая мне свое презрение. Он понял, что это намек в его огород. Ну или как там эти невинные говорят. Только я не могу понять. Причем тут огород и камни. Бред какой то. Ладно, меня сейчас не камни и огороды интересуют. Я внимательно наблюдаю за братом и пытаюсь проникнуть в самую глубь его души. Нет, не души. Ну ,того, что нам заменяет эту душу.
-значит, они еще большие идиоты, чем я думал. Но, даже если они объединятся, шансов у них все равно будет мало. Нужно что то сделать с этими бойцами. Декоративные, я так полагаю, не опасны?
- не стоит их недооценивать, - заметил я, - пойми, Рем, есть такие, которые сражают без единого удара.
-хорошо, не будем сбрасывать их со счетов, Советник.
Я слегка улыбнулся. Мне на мгновение почудилось, что мы вернулись в те далекие времена, когда я еще не согрешил, и мы были одной семьей. Советник…Император и Маршал. Как все было хорошо тогда. И я рад, что мы смогли вернуть это. Похоже, нам для объединения как раз и не хватало такого мира, где все безнадежно. Как же я вас люблю, хоть мы и не способны на подобные чувства. Но вслух я ничего не сказал. Они сами пока не поняли ничего, но я и не скажу. Пусть поймут без моей помощи. Они считают, что это временно. Спасем этот мир, и снова будем друг против друга. Ну уж нет, ребята, я сделаю все, что в моих силах, чтобы не допустить размолвки.
-тогда, что ты предлагаешь? – поинтересовался Рей.
Все воззрились на меня. Ну естественно. Как в таких сложных ситуациях оказываемся, так сразу к Советнику бежим. Ко мне, то есть. Я погрустнел, но принял одухотворенный вид. Конечно ,один вывод напрашивается сам собой. Не можешь одолеть врага, сделай его своим другом. Но это невозможно, пока на них ошейники. Кроме того, те, кто обучается с самого детства, уже чисто психологически привыкли к такой жизни. Их будет невероятно сложно вытащить из того мира. Думаю ,если показать им нашу жизнь, они скорее всего просто убегут подальше.
-мы должны снять с них ошейники, - сказал я, - быстро и немедленно. То есть, как можно быстрее.
-и что это даст? Они же с детства уже привыкли к такой жизни, - пожал плечами Рем.
-не все воспитывались с детства. Они как раз и мечтают о свободе. Наверняка найдутся и те, кто заразился этим желанием: узнать, что это такое. В любом случае, чем меньше их будет на стороне врага, тем лучше для нас. Даже если они займут нейтральную позицию.
-отлично! – Рем оживился. И мне это совсем не понравилось,- Советник, мы запихнем тебя туда, и ты разрушишь их организацию изнутри.
Э…плохая идея. Хоть и хорошая. Но я же через месяц максимум, начну терять все человеческое. А боги это почуют сразу, конечно, если я подсажу их на наркотик из своей крови, они не обратят внимания. Но я не желаю, чтобы меня выпили в ближайший месяц. Теперь ,как все это объяснить мстительному брату. А то, что это месть, совершенно очевидно. Хотя бы потому, что мне будет очень плохо там. Но, если подумать, кто кроме меня способен на такой подвиг? Никто. Мастер интриг и коварных планов, это я. Даже Рем всего лишь политик. И в этом плане он способен на грязные трюки. В данном случае, отправить меня в такое место, причем без прикрытия. Конечно, он мотивирует это тем, что прикрытие мне не нужно, я же гений. Вот черт! Так, спокойней Рен, ты же все таки хладнокровная тварь. Хоть и не очень.
-что с тобой, Советник? Боишься?
-ты меня на слабо не бери.
Я возмущенно фыркнул. Я не Рей, и на это не попадусь. А вот веский аргумент, в виде его приказа, мне обеспечен. Если конечно, я не придумаю, как отвертеться. О! придумал! Ну еще бы…и я спрятал улыбку.
-ребята, я все понимаю, но эта затея обречена на провал. Хотя бы потому, что я не смогу быть невинным. Ну вы поняли, и нечего так смотреть, словно я пошлость сказал.
Рем задумчиво почесал кулак. Рей посмотрел на стенку. Похоже ,они всерьез задумались над этим вопросом. Отлично. Я спасен от этой жалкой и незавидной участи: быть питомцем в школе кровавых богов. Пришлось им уйти, не закончив совет. А я остался думать. И в голову ничего не приходит. Эту организацию можно лишь изнутри уничтожить. Как ни крути. Так что, если мы поймем, как обойти это маленькое препятствие, то мне придется все же пойти туда. Плохо дело. И я залез под одеяло, стараясь не думать больше об этом.

@темы: роман

---

Я снова видел сон. Онесан говорила со мной, и я был почти счастлив. А потом она просила меня понять, сказала, что я смогу. И я поверил, ведь Онесан нельзя не верить. Она хочет, чтобы я смог избавиться от этого проклятья, вырваться из этого колеса сансары. А когда смогу я, может быть, смогут и мои братья. Я должен постараться ради них. После этого я услышал еще что то. И вот этого я не запомнил. Жаль, это было очень важно для меня. Для всех нас. И это повергло меня в шок. Ничего. Ради нее я смогу. И ради братьев тоже. Я вылетел из своего тела и бросил прощальный взгляд. Мы воссоединимся. Обязательно. Ты будешь со мной, а я буду в тебе. Прощай еще раз.
Нет, до свидания. И я полетел вперед, уже не оглядываясь. Пересек границу печатей, и завис, осматриваясь. Незнакомый мир, но мое тело реагирует на него очень нехорошо. Мне плохо. Слегка затошнило, а потом я увидел подходящее тело. Причем оно было настолько похоже на мое истинное, что я долго не думал. Рывок и я уже внутри, даже не заметив защиту. Эй! Что с этим парнем? Даже самоубийцы и тот лучше сопротивляются! Но ничего, теперь тебе уже нет до этого дела. Ты сейчас уйдешь туда, где сможешь развиваться и переродишься. Или не переродишься, это уже зависит от твоей кармы. А моя карма еще пока со мной. Так. Неплохо. Воссоздаем свою защиту, и начинаю копаться в памяти мальчика. После первых пяти минут изучения, мне захотелось выругаться, и чем грязнее, тем лучше. С таким мне не приходилось сталкиваться еще ни разу. Это же форменная империя зла! Ну, если без эмоций, то когда то пятьсот лет назад люди развивались спокойно по технологическому пути, изобрели радио и телевидение, добрались до сотовой связи и интернета. Но потом начались странные исчезновения людей. Сначала пропадали те, кого не могли хватиться и люди называли это статистикой. Потом начали исчезать дети. Убегают из дома, решали те, кто вел статистику. Их искали. Но без толку. В результате заговорили о маньяке. Даже о нескольких маньяках. Их не нашли. Тела тоже не нашли. А спустя пять лет эти пропавшие объявились. Но они не узнавали своих родственников и друзей, кроме того, они были в ошейниках, и нападали на людей. Убивали не всех. Сильных и красивых забирали с собой. И только потом пришли так называемые кровавые боги. Очередные вампиры, если судить по тому, что они пили кровь. Какой то странный вид, приручающий людей, и содержащий их как домашних животных. Но не все согласились с этим. Остались еще невинные, которые решили бороться. Они ушли в Убежища, и пытаются не попасть в руки к богам. Такие люди называются дикими, и их уничтожают. Кроме тех, кто подает надежду стать бойцом или декоративным. Либо же просто донором. Приятного мало для любого из этих положений.
Теперь, что касается моего тела, то я шестнадцатилетний мальчишка по имени Мануэл. Я верю, что с богами можно бороться, надо просто привлечь на свою сторону всех тех, кто учится в школах богов. Самые сильные и популярные школы это Олимп и Валгалла. В последней обучают чисто бойцов, а в олимпе и бойцов и декоративных. Кроме того, Мануэл сын начальника сопротивления тайного Убежища номер пять. Но он уже попадался на глаза богу, и тот обещал сделать из него бойца. После этого мальчик лишился своей веры. И единственное, что в нем осталось, это обреченность. Но, судя по всему, обреченность, это обычное состояние всех диких. Плохо дело. С такими темпами, нам этот мир не спасти. Конечно, я сделаю все, и моим братьям придется все же объединиться со мной. Кроме того, нам придется очень постараться и перейти на последний уровень, потому что именно тогда Рем сможет объединить все убежища, Рей командовать армиями, а я получу доступ к биоинформационному полю земли и космоса. Вместе мы непобедимы. И меня словно стрелой пронзило. Ну конечно, иначе и быть не могло! Мы должны были сразу это сделать, а не бороться друг с другом. Все это время мы лишь отдаляли свое поражение, а не приближали победу. Ну теперь то я заставлю их подумать над этим. И пусть они попробуют не понять. А даже если и не поймут, то все равно поймут, но позднее.
Хватит пока размышлять над этим. Мне необходимо вернуться в убежище, пока меня не хватились. Так, я подошел к этому зданию, искусно замаскированному в ущелье и поморщился. Убого. Грязно и отвратительно. Спорим, что еда здесь бывает лишь от случая к случаю. Хорошо, если вода есть хотя бы в необходимом количестве. Подул ветер, взметнув мои волосы, и я вошел, уже не колеблясь не секунды. Пора!

@темы: роман

---

Лис встревожено поднял голову.
-в чем дело? – спросил я.
-здесь кто то есть.
-ты и я. Может, сестренка пришла пожелать нам спокойной ночи.
-нет. Лис встревожено поднялся и спрыгнул. Пришлось тоже подняться. Занавеска на окне тихо колышется. Ничего особенного. Ага. Если забыть ,что я окно закрывал, а ветра и сквозняка здесь нет. И откуда мог появиться? Оглядываю комнату уже глазами Кукловода. Вот оно! Мерцает некая странная точка оранжевого цвета. Это еще что такое? Обычно мои марионетки появляются в других цветах. Я осторожно попробовал протянуть к этой точке свою нить. И облом. Он не подцепился. Это уже нонсенс! Я еще не встречал практически никого , кто бы мог это сделать! Осторожно приближаюсь к цели. И вижу его. Он не вампир. И не оборотень. Судя по рогам, он явно демон, причем из элитного легиона. Хотя, это тавтология, поскольку все шесть легионов элита. Низших туда не берут. Хорошо, и что он тут забыл? Хотя..догадываюсь. я же здесь типа мессии. Блин, это порой так напряжно. Ну и как его атаковать? Хорошо, что это не сам Астарот пришел. А всего лишь один из его подручных. Всего лишь? Н да..что т оу меня сегодня настроение чересчур оптимистичное.
-вот ты где, светлый человечек… - начал было он и осекся.
Да уж…на светлого человечка я похож сейчас меньше всего. Я ударил. И в воздух.
-ты! У тебя невероятная реакция!
-у тебя тоже… - мрачно сказал я.
И потер кулак. Что же делать7 похоже ,мне остается только одно. Иначе мне с ним не справиться.
-Кицуне, - позвал я, - поделись силой.
-а что мне за это будет? – поинтересовалась эта тварюга.
-с кровати спихивать не стану, - сказал я.
-хорошо. Я запомнил.
Лис стал немного больше и заискрился синим. я тоже начал потрескивать небольшими молниями синего цвета. Переход на уровень Боец завершен успешно. Теперь я стал великим мастером. Но это, к слову сказать. Моя реакция, силы и скорость увеличились практически до предела. Что поделаешь, только так можно одолеть признанных воинов преисподней.
Удар. Другой. Апперкот ,затем в сплетение. Но моя главная цель его рога. И я не демон, значит, отшибить их смогу. Вскоре демон понял, что ему ничего не светит. В смысле, светят одни неприятности. И он пытался улизнуть. Вот еще! Не дождешься, я голоден. Очень голоден, как обычный вампир.
-ты кто такой?! – спросил он почти с суеверным ужасом.
Отвечать банальностью вроде: твоя смерть, я не стал.
-знаешь Ночных рыцарей? – спросил я.
-но вы…вы давно спите, погруженные во мрак! Вам нет места в этом мире!
Как он меня достал! Почему все они считают, что мы должны остаться в прошлом! Если не мы, т окто защитит всех этих людей?! Кто сможет помочь им сохранить свет надежды. И на мгновение я увидел лицо Онесан. Она уже не плакала. Она словно говорила, что я иду правильным путем. Еще немного, и я пойму что то очень важное. Сконцентрировав в ладони свою энергию, я ударил. Мгновение, удивленный взгляд демона. Вспышка боли, и я даже не понял, кому было больнее. Мне или ему? И все кончилось. Я умудрился даже практически ничего не повредить. Здорово. Теперь можно вернуться в свое состояние и отдохнуть. Кстати, а зря я его так. Теперь не поем. Ну и ну. Он смог разозлить меня. Странно. И я упал на пол.
А на утро я был почти уверен, что мне все приснилось. Глупо вышло, на самом деле. Если бы я обратился к резервам своего организма, то понял бы, что это не сон. Почесав своего лиса за ухом, я мрачно улыбнулся.
-мы должны прекратить это безобразие.
-о чем ты?
- о нашей войне. Понимаешь, я вдруг понял, что это все слишком глупо. Никто не выиграет. Мы все проигрываем. Я помирюсь с ними.
-ты точно псих.
Лис больше ничего не сказал. А я поднялся и пошел. Это будет именно тот конец, для которого мы все жили и боролись. Мы помиримся, и Игра закончится.
Но почему тогда, чем ближе к дому Рема, тем страннее у меня на душе. Неужели я боюсь, что он не захочет слушать меня? Бред. Я всегда вертел им, как хотел. Поэтому я и в этот раз сделаю все, как надо мне. И моя рука потянулась к звонку. Еще мгновение, и я увижу его, скажу эти слова. И мы вновь станем той семьей, что были когда то. Черт, как же я ,оказывается, мечтал об этом.
Но я не позвонил.
Рем сидел в гостиной, я видел это в стекло двери. Он беседовал с этой девицей ,племянницей кардинала. А мой ,обострившийся после второй инициации, слух улавливал их разговор так четко, словно я сидел рядом и пил чай вместе с ними. И они разговаривали обо мне. Странная тема для беседы двух влюбленных. Уже одно это заставило меня опустить руку. Но когда до меня дошло, что Рем подбивает ее избавиться от меня, я развернулся и ушел. Значит, я стою на пути у них. Именно это ты завуалировал в своем признании, братец. Конечно, ты теперь не послушаешь меня. Это слишком некрасиво. Но и я не сдамся. Я сделаю. Все . прощай, ты разочаровал меня. А я ведь поверил, что мы можем помириться.
-Рен, ты уверен?
-так же, как и в том, что я Советник.
-еще пока ты не достиг этого уровня.
-достигну. Правда, перестану быть человеком. Но к тому времени мне это будет и не нужно.
-что будешь делать?
-сейчас? Поиграю с сестрой. А так…увидишь. Тебе понравится.
Видимо моя улыбка была не совсем человеческая. Во всяком случае, Кицуне отодвинулся от меня подальше и умолк. На целых несколько мгновений. Черт бы его подрал. Ладно. Неважно. Я вернулся домой, взял телефон и набрал номер своего брата.
-Рен, ты сдурел, да? Чего звонишь?
- Дитрих, -мягко намекнул я,- не забывай, нас могут услышать.
-хорошо. Так че тебе, Дитрих? Я спать хочу. Желаю даже, я бы сказал.
- рви когти, братец. Я тоже смываюсь.
-что?!подожди, я чег ото плохо понял. Куда это ты смываешься? И, главное, почему?
Я подавил улыбку. Как же тобой легко управлять. Даже тогда, когда ты мне не доверяешь.
-Райан заказал нас кардиналу.
Тишина. Потом он переспросил. Я вновь подавил улыбку, хоть он меня и не видит. Затем объяснил все, как есть ,как я видел и слышал. И как понял. В моем изложении выходило, что мы двое в опасности, и Рей не мог с этим смириться. Конечно, иначе он перестанет считать себя бойцом. Такой предсказуемый.
-не может быть!
-если тебя не дорога шкура ,иди и спроси.
Конечно же, он решил пойти и спросить. Но я не пойду туда. И так ясно кто выиграет этот нелепый спор. Нет, не спор. Поединок. Да. Они будут драться. И разнесут весь дом. А я помогу им перейти на более высокий уровень. После того как победит Рем, его отстранят. И уничтожат. Не надо так играть со мной, братишка. Особенно после того, как я хотел помириться. Второй попытки не будет.
Подманив лиса, я подавил вздох. Жаль. Я успел соскучиться, ведь в прошлой жизни его не было рядом со мной. И неизвестно: появится ли он в следующей. В любом случае, я так полагаю, что таких попыток у нас будет еще очень много. Лис нехотя подбежал, уже догадываясь, что я задумал. И я кивнул в ответ на его невысказанный вопрос. Да, Кицуне, тебе придется пойти туда и имитировать мое полное воплощение в Советника. Правда, ты себя исчерпаешь, и исчезнешь. Может, даже на несколько жизней. Может, и зря я вот так поступаю, и тебя надо бы приберечь. Но лучшего способа нет. Твоя имитация заставит их потерять все человеческое. Пусть хоть на мгновение, но они перейдут на свой финальный уровень, и необратимость этого сведет их в могилу. А чтобы это не затронуло меня, я должен быть далеко оттуда. Но я даже рад этому. Потому что мне снова грустно. Теперь то я могу себе в этом признаться.
Проводив Кицуне взглядом, я взял книгу и углубился в чтение учебника. И весь мир перестал существовать для меня кроме важного вопроса на тему того является ли уныние одним из смертных классических грехов, или же его все таки можно простить. По моему глубокому убеждению., конечно, он непростителен. Ведь именно уныние ведет к самоубийству. А на утро ко мне постучалась сестренка. И с необычно серьезным видом вошла ко мне в комнату. Она даже не стала простить сказку, просто уткнулась в меня и засопела, сдерживая слезы. Я осторожно погладил ее по голове и прижал к себе.
-в чем дело? – спросил я удивленно.
-Райан…он чудовище, оказывается. Я видела его фотографию в газете. Руки в крови, на лице кровь. А сам он так улыбается, что мне страшно. Он ведь Михаэля убил!
И все таки она заплакала. Почему то мне стало ее жалко. Странные они, эти невинные. Не знаю, что я ей говорил, но вскоре девочка успокоилась, а мне стало страшно. Не знаю почему. Но у меня вдруг возник неприятный холодок между лопаток, словно я уловил прощальный взгляд Рема.
Вот и все. Теперь я один. И ничто не угрожает моей безопасности. Можно с облегчением вздохнуть. Правда, это нелепое соревнование стало совсем бессмысленно. О чем я намереваюсь сообщить. Я по прежнему не вижу причин, по которым мне нужна эта стипендия. Она сулит мне больше неприятностей, чем прибылей. С этими вполне радужными мыслями я вышел на улицу и направился в семинарию. Сестренка успокоилась, а я тоже.
-второй повелитель из клана Онесан. Ночной рыцарь, защищающий невинных любой ценой, не так ли? Вас осталось всего тринадцать. Трое повелителей, Палач и девять аристократов. Нечисти с вами не справиться, но вы боитесь солнечного металла
Этот голос. Я знаю точно, что я слышал его и не один раз. Но этот голос не мог звучать сейчас и здесь. Потому что его энергия сейчас перетекает в энергию артефакта, куда мы его заключили. Да, этот самый господин некромант, лишенный своей силы и души. Но тогда отчего он здесь, и почему не на дне моря? И почему я не могу пошевелиться? Я попытался вернуть власть над своим телом, подключившись к режиму Кукловода. Бесполезно. Есть лишь одна сила, способная сделать меня слабым. Это сила солнечного камня. Люди его янтарь называют. И точно: прислушавшись к ощущениям, я смог отыскать его. Наверняка висит на шее у некроманта. Остается теперь лишь один вопрос: как он выбрался со дна моря?
-видимо это твоя карма, повелитель: умирать каждый раз, когда считаешь, что ты в безопасности. Меня нашел один глупый рыбак.
Я все понял. И то, что произошло, и то, что произойдет. Ну почему вот так всегда со мной? Теперь он убьет меня, и заберет всю накопленную за эту жизнь силу. Для меня это немного, но для этого парня ее хватит с избытком. Но, что самое ужасное в этой жизни то, что я не смог справиться с некромантом. И сколько еще невинных погибнет по моей вине? Этого теперь я уже не узнаю. Может быть. В мою ладонь лег кинжал из неизвестного мне камня, может, и солнечного тоже. А ладонь взметнулась к сердцу, ударив в него. Вспышка боли, а затем блаженная темнота, сквозь которую я увидел своих уходящих братьев.
-стойте! – позвал я их, - подождите! Давайте, сегодня вернемся вместе.
Я не думал, что они остановятся. Но они замедлили шаг. А потом Рем повернулся и протянул мне ладонь.
-с воссоединением, братишка, - сказал он тепло.
И я побежал….

@темы: роман

---

Медленно досчитать до десяти. Глубокий вдох. Задержка дыхания. Долгий выдох и снова задержка.
Но зачем делать то, что не имеет смысла? Я осторожно повернулся, стараясь не потревожить больную руку. Цепь злобно звякнула, железный браслет впился в руку, и кровь показалась на коже алым пятном. Черт. Больная плоть протестующее взвыла, и я замер, боясь снова потревожить ее. . теперь заново глубокий вдох, задержка дыхания. Выдох.
И без того низкий потолок опустился ниже. Спокойно, это все таки невозможно. Просто игра воображения. Я снова вдохнул. И увидел как опустилась решетка. Еще один пленник отправился в последний бой на Арену. Как только его убьют, то скорее всего следующим стану я. Ничего страшного, главное, что я смогу сражаться, несмотря на руку. Но пока необходимо отрешиться от боли. Еще один вдох. Решетка звякнула и поднялась. Странно похоже тот парень долго не выстоял, и я все равно не могу ему ничем помочь. Обидно, но от моего сожаления ничего не изменится. Я должен решить, что можно сделать с теми, кто жив. Вернее, ак их спасти. А выход только один: сражаться самому.
-вставай .щенок. покажи на что способен.
Рядом звякнул меч и ключ от наручников. Так, сейчас моя очередь. И пускай в наше время автоматов и пистолетов меч выглядит смешно, многие готовы заплатить непомерные суммы за то, чтобы увидеть бои на мечах.
Протянул здоровую руку к ключу и взял его. Теперь осторожно освобождаем больную руку, после этого надо взять ключ ею. Придется все таки потратить часть своей силы на то, чтобы приглушить боль. Вновь глубокий вдох, и я свободен. Относительно свободен. Теперь беру меч ,проверяю его баланс и остаюсь довольным. Неплохое оружие, таким можно сражаться даже против Серого.
А в памяти всплыл мальчик всего на год моложе меня. Огромные по детски наивные глаза, в которых вечно стоит вопрос . когда я предложил ему заниматься фехтованием, он очень удивился.
-Серж, а зачем это надо?
Как всегда он спросил это, заглядывая своими глазами мне в душу. И как всегда, я не смог удержаться от улыбки.
- я боюсь за тебя, Мишель, - ответил я тогда честно. –в мире слишком много людей пропадет.
-а куда?
-не знаю. Но я не хочу, чтобы ты тоже пропал. Поэтому бери эту деревяшку в руки и становись.
Почему то фехтование давалось мне легко с первых движений, почему то я предугадывал ходы соперника, и знал, как лучше отразить. Мои царапины затягивались быстрее чем раньше. А во время аутотренинга я видел странные образы из безликих людей. Лишь Мишель был ярким пятном во всей этой какофонии серых красок.
-вперед, щенок. Серые ждут тебя.
Я давно привык к этому голосу. Он доносится из ниоткуда. Или отовсюду. Он безлик, как и все, что принадлежит Серым. В этом голосе нет эмоций, даже ненависти нет. Одно только равнодушие. И немного скука. Только кровавые бои на аренах помогают избавиться от нее. Сколько людей заражено этим вирусом?
Я вышел на песок и внимательно огляделся: много. Несколько сотен людей с выражением ожидания. Они ждут крови и зрелищ, они жаждут смерти, которая способна отвлечь их от скуки. А хлеб у них полно.
Я крутанул меч и направился к Серому. Он выглядит внушительно: 90 килограмм сплошных мускулов и вооружен секирой и мечом. Опасное сочетание в руках умелого бойца. Пожав плечами, я легонько крутанул свой меч и сделал еще несколько шагов. Серые. Их отличает полное отсутствие эмоций. Если им сказать убивай, они это сделают. Без всякой ненависти и злобы. Они не станут смеяться над тобой. Но и жалости не проявят. Они безлики и пусты. И те, кто общается с ними становятся такими же. Откуда они пришли? Никто не знает. Но они пришли и теперь разносят свою религию, словно вирус, заражая наш мир. Все больше людей продается им, все больше людей, получая от них деньги становятся пустыми и скучают.
-дамы и господа, делайте ставки.
Я прослушал ,что говорили про меня, что говорили про Серого, мне все равно на кого они поставят. Пусть хоть все разом на Серого. Все равно эти деньги потом снова вернутся к ним, чтобы не выпустить из сети скуки и безразличия.
-умри, щенок, - сказал серый. Но ненависти в его голосе нет. Как и в душе тоже.
Я парировал его удар мечом, легко сбросил его лезвие и ударил. Он блокировал.
Время словно остановилось. Я увидел Мишеля. Вот он азартно пробует атаковать меня. Смеется, и обещает повалять меня в грязи. Я тоже смеюсь, ощущая, что не зря познакомился с ним. Что нас свело вместе? Случай. Банальный случай: я перепутал его с девушкой ,когда мы столкнулись на остановке автобуса. Попросил номер телефона, а он обиженно заявил, что не девушка.
И все таки знакомство продолжил. А потом был пляж, море и сбивчивое дыхание. Я сам не понимал, что привлекло в нем меня, который уже к 18 годам испытал многое. Я считал, что не смогу избавиться от скуки, которая начала захватывать и меня. Да, я тоже начал становиться Серым. Но Мишель спас меня.
Я вновь улыбнулся. Спасибо тебе, Мишель за то, что ты был в моей судьбе. Ты самое лучшее, что я видел. И я знаю, что ты точно никогда не продашься Серым, не станешь скучать и не лишишься чувств. Ты моя надежда. потому что с Арены никто не уходит живым. Даже если выживают после первого боя, нас ждет второй. И так далее, пока не погибнешь. Я не хочу умирать, и я смогу это сделать.
По крайней мере, сейчас. Уклонившись от удара, я развернулся корпусом и ударил своим мечом. Хорошо, что у меня катана. Это значит, что тебе конец, Серый.
Он умер скучно и безлико, как и все, что делают Серые. Однако зрители ликовали. А я думал как добраться до распорядителя. Всего пара шагов, и мой меч вонзится в его грудь. Он непонимающе посмотрит, но ничего не сделает.
-посмотри внимательно на этих людей, - шепчет тот же самый голос. Безликий и пустой, – их еще можно спасти. А если сработает взрывчатка, то их ничто не спасет. Так что не думай об этом, щенок.
Кажется, этот голос звучит у меня в голове.
-иди назад. Твоя очередь скоро придет снова.
И я послушно иду. А что остается делать, ведь от моего поведения зависят все эти жизни. Но что может заставить их встрепенуться и пробудиться от спячки? Я не знаю .н оя придумаю. А так хотя бы несколько бедолаг я спас от смерти на Арене.
Помню, Как Мишель грустно улыбался, читая очередную сводку пропажи людей.
-их становится все больше, Серж, куда они исчезают? Не думаю, что их похищают инопланетяне.
Я тоже так не думал. Но после того, как ко мне подошел приятного вида молодой человек, но совершено пустой внутри, я удивился. Затем он предложил мне большую сумму за показательные выступления с оружием. Арены. Тогда я только смутно догадывался о существовании чего то подобного. После этого предложения моя догадка стала уверенностью .и я предложил Мишелю заняться фехтованием.
Еще несколько боев. Моя рука дает о себе знать все сильнее. Н оя не жалуюсь . пока сражаюсь я, остальные живы. Если я погибну, им не выстоять и одного боя. Серые становятся все сильнее, и моя смертельная аркада близится к логическому концу, ведь сколько бы не пытались делать себе подобных, истинных Серых больше не станет. Пока живо хоть одно чувство, каким бы низким оно не было, жива надежда, что можно вернуться и стать таким как раньше.
Я упал на одно колено и еле успел блокировать удар меча. Н ос другой стороны просвистел хлыст и обвился вокруг моего запястья. Рывок ,и я падаю на песок. Недавняя рана в плече дала о себе знать. Черт, как больно. Стиснув зубы, я напряг всю волю.
-Серж, это нечестно! Ты напал на меня сзади, и ты сильнее!
Я рассмеялся, н она душе муторно.
-МИШЕЛЬ, враги на Арене не станут жалеть тебя, зрителя привлекает кровь и экзотика, понимаешь?
Мотает головой. Он не понимает. Я вздохнул и воткнул меч в землю.
-мне недавно предложили пойти на Арену и участвовать в боях без правил. Обещали большие деньги. Основное правило: сражаться до смерти. Если мы не станем убивать друг друга, тогда специальные снайперы застрелят нас обоих. .именно на Арены и похищают людей.
В глазах Мишеля все тот же тревожный вопрос. Он не понимает, как так люди могут поступать, он не понимает, что интересного в крови, когда можно остановиться и посмотреть на небо, на цветы. Вдохнуть воздух, улыбнуться. Я сам этого не понимал, пока Мишель не научил меня. Он подарил мне новый мир ,и я благодарен ему за это. Тогда я предложил ему встречаться.
Думал, он откажет, но он согласился. И в нашу первую ночь, под укрытым жемчугом небом, он признался, что я ему понравился с первого взгляда. Он тогда очень хотел спросить мой номер телефона, но боялся, что я его пошлю. Вместо этого я сам попросил его о встрече. Подумать только ,а если бы никто из нас не решился? Даже думать об этом неохота. И я лишь покрепче прижимал его к себе и обещал защитить от Арены.
А теперь успокоиться, приручить боль и вскочить. Серый не удивился. Он не способен на это. От него так и веет пустотой, которая невольно затягивает и тебя. Но нет, у меня уже иммунитет против этого. Спасибо Мишелю. Я рванул на себя кнут. Вдох. Резкий выдох и в голове проясняется. Теперь падает уже Серый. Он умудрился зацепить меня в бок, н оя в пылу боя не заметил этого. Мой меч взлетел и выбил искры об камень на фундаменте которого стояли прутья, окружающие арену. Серый успел увернуться, а толпа уже беснуется, они кричат разное, но одно: убей. И я невольно ощущаю их ярость, их желание крови и желание избавиться от скуки еще на пару минут. Мне противно, н оя должен делать свое дело. Наступив на грудь Серому, я вновь бью мечом. Одно неуловимое движение, и он умирает.
Затем, пошатываясь ,бреду назад, в свою камеру, где меня больше не пристегивают наручниками. Спасибо и на этом.
В тот день я выяснил адрес одной из Арен. Я притворился, что согласен сражаться, я согласился на сумму, которую получу в случае выигрыша. И я пришел туда один, с оружием. Мишелю я ничего не сказал. Только поцеловал на прощание, пообещав про себя, что Арена нашего города исчезнет, и тогда Мишель не попадет туда никогда.
О том, что ее можно восстановить, тогда я не подумал. Как ее уничтожать? я думал, что убью всех Серых, и этого достаточно. Почему то все пошло не так. Меня там ждали и атаковали. Их было слишком много. Я переоценил свои силы и пропустил один удар по голове. При этом моя рука была ранена еще кем то.
Очнулся я в цепях, возле стенки, и безликий голос в моей голове объяснял мою судьбу. сначала я сходил с ума от бессилия, опотом заставлял себя заниматься дыханием, чтобы хоть немного успокоиться. Теперь я сражаюсь.
-выходи, щенок. Сегодня твой последний бой.
-что будет ,если я выиграю?
-ты уйдешь. У нас больше нет Серых.
Я поднялся и направился к выходу. Значит ,это остался последний Серый. После этого меня убьют. Других вариантов нет. Зрители увидят, как победитель десятка боев, упадет подстреленный ловким снайпером. Что же ,я сделал все, что мог. Я медленно шел. Мимо решетки, через порог, на желтый песок. Навстречу мне идет тонкая фигура. И мои глаза встретились с его глазами, в которых стоит вечный вопрос.
Мишель.
Меч выпал из резко ослабевших рук. Мне нужно драться с ним? Я н еомгу.
Но тогда снайперы убьют нас. Что делать? Я не знаю. И это пулей снайпера рвет мне грудь.
-Серж.
Мишель бросается ко мне
-Серж ,я так боюсь!.
Я заставляю себя улыбнуться.
-это всего лишь тренировка, малыш. Давай, ты же обещал повалять меня в грязи.
-а! но мечи настоящие!
-нет, глупый. Кто будет драться настоящими мечами. Это очень хорошая подделка. Не бойся, все равно ты меня не заденешь.
-глупости!
Он поднимает меч, а я медленно становлюсь в стойку. Если потянуть время, то я может быть, что нибудь придумаю. А он не поверил. Зато он верит в меня. От этого почему то больнее. Взмах, другой. Он атакует намного боле умело, чем обычно .я легко отвожу его меч, словно бы дразнясь своей силой. Это всегда заставляло его сосредоточиться и бросаться на меня более осмысленно .
Еще один удар, только ложный, а затем еще одна обманка. Я с легкостью разгадываю все его уловки. И меня осеняет.
Прости, малыш, прости, но это единственный выход, чтобы ты жил. Я отхожу с линии атаки и бросаю меч. Мишель изумленно замирает, не понимая в чем дело.
-бей, - шепчу я, - бей изо всех сил ,на которую способен.
-дурак!
Он тоже бросает меч. Публика недовольна. Она жаждет крови. Она воет и беснуется. Но я читаю по губам Мишеля все, что он хочет сказать. Отвечаю ему, и он все понимает. Он не согласен, на его глазах слезы, руки сжаты в кулаки, н оя качаю головой и медленно шагаю, стиснув его в объятиях. Пуля разрывает легкие, застревает в ребрах, воздух медленно и неохотно покидает тело.
Мы падаем, а зрители молчат.
Последнее, что я успеваю сказать: люблю, живи.
Последнее, что я слышу: не уходи, ты мне нужен.
А последнее, что я вижу: изумление в глазах многоликого монстра, который внезапно распадается на отдельный лица, на отдельные взгляды, на отдельные души.
Они поняли. Я упал на Мишеля, прикрывая его собой, и почти не ощущая боли. Мне не страшно. Только безумно жалко, что больше не повторится пляж и море, не будет черного неба с жемчугом звезд, не будет этих слов, в которых я вкладываю всего себя. Ничего не будет, потому что я исчезну.
Но мы встретимся потом, когда я дождусь тебя на берегу другого моря, и там уже не будет арен.
Наверно, найдутся те, кто последует моим путем и будет уничтожать их. Безжалостно возвращая людей к жизни, выдергивая их из скуки. Мишель ,ты должен это сделать.
А пока, я немного отдохну.

@темы: рассказ

---

Лучше бы уж не добавлял. Онесан, как же без тебя плохо! Ты даже не представляешь! Нет, ты представляешь, и именно поэтому плачешь. Ну чего же мы не поняли. Почему мы не можем увидеть тебя еще раз, стереть эти слезы с глаз? Мы твои глупые, заблудившиеся младшие братья. Прости, если сможешь. Или нет, я знаю, что ты не сердишься. Но от этого только больнее. Честное слово. Если бы ты сердилась, я бы мог хотя бы озлобиться. А теперь я не могу даже этого.
Странное дело: мы столько времени провели вместе. Вроде бы люди на нашем месте сблизились и породнились. Но есть одна поправка: мы не люди. У нас немного другая логика. Да, мы любим друг друга и мечтаем о том, чтобы объединиться. Но нам все время мешает стремление изменить свою судьбу, и вырваться из этого колеса сансары.
Какой сегодня день? Вроде уже несколько месяцев прошло с момента нашего позора. А у нас еще соревнование на носу. Конечно, я старался вести себя прилежно. Даже девушками не встречался, как бы трудно мне не было. Мои братья старались не меньше. Мы с цепи сорвались, что ли? Ладно я. Мой план вот - вот сработает. Но в голове лишь Луиза. Чего я не так снова понял? Почему нас не простили и Игра продолжается? Наверное, я идиот. Мы все идиоты. Ведь Онесан до сих пор плачет. И мне каждую ночь снятся ее слезы. Тогда я просыпаюсь от собственного крика ,потому что мне это больно: больно видеть ее слезы, текущие из под вуали, скрывающей ее лицо. И сегодня ,спустя столько времени, я снова проснулся в поту и с криком, умирающим где то в глубинах моего сердца. На тумбочке мой телефон ,и на нем горят цифры. Этот номер мне незнаком. Но, судя по всему, это дядя. Он любит конспирацию. Беру его и набираю этот номер.
-алло, - говорю нейтральным голосом, спихивая оскорбленного лиса с кровати.
-Дитрих, это твой дядя.
-да, я понял. Что то случилось?
Лис опять залез на кровать, и я снова спихнул его.
-Раймон. Он собирается жениться на племяннице кардинала.
-да, я знаю, - ответил я.
- а она когда то гуляла с тобой, Дитрих.
-да, но потом она решила, что я для нее скучный. Ей нравятся лишь сильные парни.
-сильные? В каком смысле сильные? – удивленно переспросил дядя.
-физически сильные. С тех пор, как я перестал ходить в дзюдо, - я лицемерно опустил глаза, хотя дядя этого и не увидел, - я поручил свою безопасность богу.
- ты правильно поступил, наша безопасность не зависит от нас.
Еще один лицемер. Интересно, это когда нибудь закончится? Или это будет продолжаться, пока жив весь этот род? Но это неважно. Пока неважно.
-а раз она обратила на него внимание, - продолжил дядя, - значит, он занимается ТЕМ, что не имеет права делать, как послушник. Хоть и будущий.
-ну что вы, дядя, может
-раз такая девушка обратила на него внимание, значит, так оно и есть.
Телефон замолчал.

здесь кроется другая причина? – осторожно поинтересовался я, - мало ли…
-я, конечно, все понимаю! Он твой друг, и ты не хочешь подставлять его! – голос моего дяди загремел. И откуда сила в столь тщедушном теле?
- э…если он виновен, я надеюсь, что он со смирением примет любое наказание. Н опока нет доказательств.
-так добудь их!
Я чуть трубку не выронил. Вот это двойственная ситуация, несмотря на то, что вроде мне на руку.
-ну, я проверю все. Хотя уверен, что он не занимается богохульственными вещами…
Телефон замолчал, а я удивленно посмотрел на него. В таком случае, раз дядя настроен решительно, значит, брату победа не светит, но ничего, тогда остается еще Рей. Мне светиться лишний раз ни к чему. Придется скорректировать свой план. Вот и все. Я растянулся на кровати, закинув руки за голову. А что все таки мешает опробовать хоть раз в жизни не убить друг друга? Наш страх. Если я не захочу убивать братьев, то они убьют меня. Просто потому что ими движет тот же самый страх. Поэтому мы решили, что выиграет тот , кто останется в живых. Да и подобное правило, что кто то должен выиграть всегда подразумевает проигравших. Иначе нет смысла затевать игру, пусть и как наказание. Все просто и сложно. Я пихнул пяткой лиса. И когда он успел только появиться на кровати. Тот недовольно дернул хвостом.
-чего тебе, Рен? – поинтересовался он.
- ты место занимаешь, -лениво отозвался я
-и всего ?
-ну, - я снова попихал его пяткой, - морда у тебя наглая.
Лис оскорблено фыркнул, а я задумчиво перевернулся набок. Итак, что мы имеем. Ну, как я и предполагал, необходимо действовать уже. Далее…Рема нужно убирать. Кардинал слишком серьезная сила ,и против него мне пока не выстоять. Особенно после их свадьбы. Это первое. Рей. Ну, с братом будет легче, все таки он привык именно к честной борьбе, и все время обижается, что я нечестно играю. Глупый. поэтому у него нет шансов против меня. План по его избавлению делаем еще более простым ,чем хотел вначале. Его, как вампира, быстро сожгут. И Рему тоже не поздоровится. Главное ,самому не стать вампиром раньше времени. А то представляю: стою я, значит, на молитве, и вдруг начинаю потихоньку изгоняться. Дурацкая шутка.

@темы: роман