Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: странным пером... (список заголовков)
21:00 

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
- Мир, мой дорогой дядя, катится к чертям...
Он со всей серьезностью бросает взгляд в окно, даже немного приподнимается.
- Что-то я не вижу твоего мира... - заканчивает он свой насмешливый акт, прицокивая языком. Он - единственный, у кого этот жест не кажется вульгарным. У "отрока с византийской фрески" на противоположном конце стола любой жест неповиновения или насмешливости должен был бы смотреться вульгарным, но вместо этого всеми его движениями невольно упиваешься. Даже, если знаешь, что под кожей сидит совсем не отрок. Логика поколений твердит, что сторонится мне стоит другого дядю, того который отказался от меня при рождении. Тот не будет галантно прикрывать отвращающую правду вороными кудрями, или угощать чаем в практически "домашней обстановке", с запахом лип и вечерними птицами за окном. За милосердие нужно быть благодарной, - твердит докучливая логика, - но я до сих пор не могу простить ему, что он оставил меня тогда. И трепетно обожаю Вену начала века с ее сент-сансовским totentanz. Его должна смешить подобная брешь в броне моей "нелюбви", если он снисходит до того, чтобы бросить взгляд на мое существование. Ужас в том, что благодарность я чувствую к неверному из них: к тому, кто с щедростью импрессиониста создает для меня липы, птиц и лавандовый закат, которые развеяться, стоит закрыться дверям за мной. В него бы стоило влюбится, но влюблена я также не в того...
- Говорят, что русский человек не может воспринимать действительность, как таковую. Для него существуют только слова. Милое дитя, правда тебе не к лицу, так перестань искать ее. И не упоминай чертей, это тебе не идет... - учит отрок со змеиной улыбкой на радужке зрачков.

@темы: Странным пером...

19:33 

Предметы и призраки

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
В Египте всегда невольно верилось в легенды о роскошных городах, исчезнувших в глубине песков за какую-то провинность его жителей. То, что осталось на поверхности походило на что-то мертвое, скелет рыбы, выброшенной на берег, где иллюзия жизни поддерживается копошащимися червями. Но история вовсе не об ушедших под землю городах, жители которым могут слушать как ныне живые бороздят поверхность песков своими шагами....Давным-давно в тесноте восточной лавочки, где даже пыль пахла пустыней, Франциск нашел браслет с маленькими лимонно-зелеными птичками. Браслет был довольно небольшой, и явно принадлежал ребенку. По прошествии довольного количества лет, уже в окружении пустыни снежной, она рассказала мне, что браслет принадлежал английской девочке. Причина подобной уверенности была ей неизвестна. Обыкновенно, именно такие неподтвержденные "уверенности" ближе всего к правде. Девочку могли бы звать Аннабель или Шарлотта, что-то с длинными волосами, лентами и отцом-военным, которым дочь искренне восхищалась, а он подарил ей браслет с птичками, потому что знал, что времени, которое людям отведенно пробыть вместе всегда не хватает. Камни хранят воспоминания лучше сердец, а дети помнят лучше взрослых именно потому, что у первых сердец нет...Ф. носила браслет, а Шарлотта маленькой жадной тенью устраивалась в уголке моей постели и слушала истории о Камелоте, пока я расчесывала комариные укусы. Отчего-то там они были очень болезненными. Я была вовсе не против присутствия маленькой англичанки - мне нравились ее огромные шляпки, ржаные волосы и то, как серьезно и ласково, она умела молчать. Довольно быстро браслет носить перестали. Ф. говорила, что это потому, что от него откололась одна птичка, и она боится потерять других. Теперь я догадываюсь, что если она и не видела Шарлотту, то чувствовала ее присутсвие и...нет, не испугалась. Неужели вы такого дурного мнения о женщине, которая и бровью не повела после тех неудавшихся крестин? Она ревновала своего-несвоего ребенка к маленькому призраку, вот и все...
Сейчас браслет спрятался в глубине моего туалетного столика, а ржановолосая девочка осталась в песках, время от времени ловя мотивы знакомых песен, которые поют живые, что ходят наверху...

@темы: Странным пером...

18:56 

la belle et la bete

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
"Я не люблю его. Он мне нравится, а это не одно и то же"...
Наверное, дело в той сцене, когда Бель падает перед ним на колени, а он в ужасе умоляет ее подняться. Это выглядит настолько живо и жалко, красиво и страшно, что забываешь обо всем остальном. Невольно задумываешься, готова ли она убить Чудовище - видя, как она перебирает пальчиками по столовому ножу или как прячет золотой ключ в корсаж. Они играют в чувства и чувствами на равных, эти тюремщик и жертва, незаметно меняющиеся местами. Ни в одной постановке прежде я не замечала такого интересного витка характера персонажа - ведь если красавица меняет чудовище, то отчего она не меняется под его влиянием?
Впрочем, нет, Бель вовсе не расчетливая bitch, просто в замке, где плющ прокрадывается в комнату, где глаза статуй в бесцеремонной скуке следят за каждым шагом, монстры в дневные часы галантно протягивают лапу в перчатке, жестом французского короля, а ночью тишину царапает звук когтей по двери...там нельзя иначе. Доброту нужно заслужить. Нет, даже не доброту - доверие. Младшая сестра знает мужчин и монстров, чтобы пытаться переделать первых или вторых. Она пытается узнать чудовище, не приписывая ему никаких качеств наперед, или души, достойной спасения. Возможно, у него ее и нет, - пытается убедить она себя, гладя лохматую голову, словно перед ней - комнатная собачка. Нельзя даже точно понять, кто из них более гордый - монстр ли, который сторонится подобного жеста или девушка, которая наносит своему тюремщику гораздо более глубокие раны своей "холодной величавостью" , чем могла бы сделать "современная сильная женщина" холодной сталью того столового ножа. И эта же Бель должна бы заслужить уважение последних, за свою преданность, гордость и ненависть.
Магия там немного кривая, от нее пахнет сразу и гнилью и розами (когда сестра роняет ожерелье, ставшее грязной бечевкой от жадного касания. Или как гротескно красавица появляется в комнате отца), но в подобных неловких контрастах - кроется жизнь. Такая неотполированная магия вызывает больше веры. Пусть даже автор близнецов и немного переборщил с дымом и балетно-восковыми жестами главной актрисы. Вам станет немного легче, если представить, что смотришь театральную постановку, а не фильм. Классические руки-канделябры одни способны убедить, что немного детские спецэффекты черно-белого времени прошил через века, немного более отполированные, но сердцем обязанные верному глазу тех, старых, немного наивных мастеров.

"Наедине со мной он забывает о своем уродстве," - такую бы Бель полюбила я.

@темы: Канарейка для узника, Странным пером...

19:23 

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
Прелестная литовка говорила, что человек, который нашел свое место, не ведет дневников. Я не могу сказать, что нашла свое место, но опутана временем иным, которое плетет из слов шипистые стебли дикого шиповника, так что смысл сказанного скрыт под лаликовским витражом мутно-зеленых прослоек. Счастливые молчат, боясь спугнуть свое счастье...
---
Королевна не любит порогов, они вызывают в ней неприглядное, дрожащее оцепенение. Также она не любит перемен, но любит загорать под луной, или засыпать под холодящую колыбельную пасмурного дня, с легким привкусом сирени. Как у всякой ведьмы ее дом полон зеркал, но в каждом отражается другой человек. "Зеркала и цветы расширяют пространство, с ними никогда не бываешь по-настоящему одинокой," - произносит она, расправляясь с завтраком. "Завтрак должен напоминать о смерти, тогда человек склонен прожить предстоящий день с удовольствием. Видите, даже колбаса называется mortadela". Блекло-розовое мясо в точности повторяет оттенок ее румян, и я подозреваю какой-нибудь словесный каламбур, но она не замечает меня в продолжении остатков трапезы, только подливает кофе, когда моя чашка пустеет. Подобное игнорирование этикета, явного различия наших положений, еще сильнее заставляет меня почувствовать, будто меня здесь нет. Ей страшно не хочется уезжать из страны мелюзин, но она ничего не делает, только цепенеет. Если бы от времени действительно можно было спрятаться просто замерев.

@темы: Канарейка для узника, Странным пером...

01:37 

Телеграфные сказки

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
В сумке она носит маленькую гремучую змею, завернутую во влажный платок (змея всерьез вообразила себя жабой и любительницей путешествий) и маленького малахитового бегемота. На самом деле, бегемот - подвеска, но она сняла ее со шнурка, когда умерла ее дарительница. Нынче искренний траур соблюдать сложно, как сложно соблюдать отсутствие правил. К тому же она итак всегда носила темные цвета, а для настоящей грусти нужно чем-то жертвовать и что-то прятать...

@темы: Странным пером...

13:45 

Заметки об Атлантиде и Французских Духах

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
Черно-белый Арт-Деко в ее доме - воинственная чистота. Его костюмы, свитера, смешение узоров - мягкость, трепетно пытающаяся найти место в осколках возрождающегося мира.
***
В доме должна быть музыка (клавиш или половиц), в саду - светлячки, роса и стеклянные подвески.

@темы: Странным пером..., Канарейка для узника

23:43 

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
Всем не раз приходилось слышать, как опасны желания. Но еще более опасны желания тех, кому пристало их исполнять, а не желать. Таким свойственно вкладывать слишком много в каждый новый порыв. Подумайте, что может получиться, если подобные силы направлены не на созидание, а на саморазрушение, ибо всякое желание, исполнению которого препятствовать достаточно долго, становится орудием саморазрушения. И запястья моей госпожи начинают украшать коралловые шрамики, она часами просиживает в углу и прядет жидкую пряжу сожалений или заговоры против самой себя. Тогда она ненавидит даже намек на солнечный свет, укутавшись в темноту, как кикимора в заброшенном доме, ранимая и озлобленная. "Свет создает тени. Тени заставляют вспоминать. Вы знали, что моя матушка-не-матушка заключила дурную сделку, когда согласилась взять подменыша взамен своего кровного ребенка, только бы последний жил? - ее губы кривятся в предверие плача, а когда-то нежные пальцы изуродованы иглой, - Она полюбила хромого подменыша со старческими глазами и детской улыбкой так сильно, что и забыла о настоящем". Пряжа из седой становится бурой. Кажется, что темный угол полон пчел. "И я до сих пор не в силах покончить с тем ребенком, моей зеркальной девочкой. После стольких лет, я бы хотела спросить у нее - больна ли она дорогами, как я? Была ли она влюбленна в тех, чье имя начинается с той же буквы, что ее собственное? Плачет ли от вида забытых усадеб со стенами цвета лимонного месяца в чае?" - мечтательно перечисляет госпожа. Затем резко поднимает глаза, четко нанизывая каждое слово, словно на нитку:
- Вчера она билась в подвалах как мотылек, чавкающе-одурело . Как вы думаете, она еще не сошла с ума? Не разучилась ли говорить, а, Рэдгрэйвер?

***

Однажды, королева фей влюбилась. Она больше не заключала смертных в многочисленные пустевшие рамы картин, что висели в ее залах, не заплетала отражение звезд в волосы, и не пела колыбельные мандрагорам. Ее возлюбленная украла лицо королевы феи, и вечно молодая, даже в старости не переставала чаровать окружающих своей улыбкой. На всю округу она славилась нежной добротой, и не было ни одного человека, которого бы не отпускала грусть, стоило ей поглядеть на него. Королева же, брошенная, угасала...

***

В комнатах, наедине, так что ее слышат только отвернутые к стенам зеркала, госпожа кричит. Одно имя. Но в нем нет ни одной схожей буквы, и оно не принадлежит исхудавшему хохотливому ребенку в подвалах. В имени есть только солнце и мед.

@темы: Диагноз: Lordoz, Канарейка для узника, Странным пером...

01:21 

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
There are a certain kind of women, or better I say, creatures that haunt desolate sands of the northern sea shore. They are rumoured to be children stolen from their cradles by seagulls, while their parents meddled with nets; too busy and too dumb to protect their own wailing flesh and blood. Why there are no boys spirited away this way is not known. Maybe selkie got the boys by some unwritten rule of merfolk. The seashore ladies are all the same and all the different, like pearls, among which there are no same ones in a thousand years. They grow quietly and quickly like mist; their brows are high and proud, their dresses are simple though luxurious as a summer twilight. On the whole they are like ebony - towering, soft of colour and strong of senses. Their hair is golden and wavy like a seaweed. You wonder whether you may be suffocated by those locks if you dare to kiss a sea-daughter. They never dance and smile only once, before they die. They used to make my hair and cry, which makes lady Persephone terribly cross with them. She is afraid of the very same reason why sea-daughters shed their pearly tears - that the tiny child, full of gentle murmurs as an insides of a seashell, the one they long to love and caress, will never belong to them.
Their tears sting me. You can not put a child inside a seashell after all.

@темы: Странным пером..., Диагноз: Lordoz

00:47 

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
Воздух полон белым пухом, этой несбыточной мечтой всех детей, теплым снегом, ароматом вишен и чем-то неуловимым, что карамельной корочкой застывает на губах. Дыша таким воздухом, хочется совершать глупости. Или это глупости берут власти над тобой, закрадываясь в горло бесцеремонным пухом и делают все за вас?
- Рэдгэвер, вы сегодня удивительно беспечны, - укоризненно улыбается королевна ставя лампу с рыже-голландским абажуром на стол. Я заливаюсь краской, (оплошать, как какой-нибудь юнец!) и вскакиваю на ноги, протягивая руки к моей коварной врагине в обрамлении рыжих локонов...
- Ну, ну, не щурьте глаза так, мой милый советник. Стыд на вас смотрится потерто! - она рассыпается в смехе, качая змеиными кудрями. Лампа, кажется, смеется вместе с ней. Я не хочу признаваться, но, краснею еще больше.
Маленькая королевна ставит гордую ношу на стол, довольно подкручивает что-то вверху ножки и корабельно-синяя гостиная заливается теплым светом. Все вокруг пахнет просоленным морем деревом, долгими разговорами, грустным смехом и радостными слезами, пирожками с клюквой, и еще крепким чаем с лимоном, который наша госпожа бесконечно пьет в компании мертвого императора. За окном растекается перламутровый закат. Она глядит в даль, не отпуская лампы, будто боится утонуть:
- Вам не кажется, что весной нечто странное присутствует вокруг? Оно медленно проникает внутрь звездным светом, снами о тревожно-желтых цветах, старых канареечных особняках, похожих на клетки, разговорами с незнакомцами, давно исчезнувшими поездами из Павловска в Осттфорне и слезами-без-причины по вечерам. Дыша таким воздухом хочется...
- Совершать глупости... - заканчиваю я.
Кудри безропотно стелются сквозь пальцы.

@темы: Канарейка для узника, Странным пером...

16:45 

Псевдно-дневники флорентийки

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
На самом деле, единственное, что мы желали все сердцем - вернуться назад. Снова вкусить ощущению чуда, когда мрамор холодный, чванливый и грузный, превращается в сверкающую трепещущую кожу под острием резца. Когда мы были в силах поймать неверную красавицу в плен линий, умея при себе лишь уголь да пылкое обожание. Ах, мы самые жадные люди на свете, ведь мы можем иметь все, все! Даже власть над молодостью, красотой, даже Холодным Господином. Наша власть не сидит на троне и не берет города росчерком пера или громогласным войском, наша власть не тешит себя ошибочным мнением, что если в ее силах убить, то она победила смерть. О, нет! Мы гораздо ближе к смерти, потому что можем дарить жизнь. И мы гораздо выше ценим жизнь, ибо как познаем ее через драгоценную смерть. Как горели ее глаза в том подвале, где при скупом свете она жадно рассматривала волны вен, артерий, мускул - пьянея от осознания небесной гармонии, которую не в силах затмить даже трупная вонь и гудение мух. Той ночью вы повернулись ко мне и сказали, что теперь она никогда не сможет стать хорошей женой, милая-милая девочка, ваша старательная ученица, ведь она научилась быть Богом! Она будет любить вас только пока не выучит все изгибы вашего тела, не высосет схематическую карту из ваших костей, как голодная волчица с холмов. Вы состаритесь под ее внимательными поцелуями, удолетворенными стонами, ваши каштановые волосы, полные солнца, померкнут. Без тени сожаления, она оставит вас в тот момент, когда сможет создать копию, прекраснее реальности. Отчего вы так уверены, что она не оставит вас? О, молодой человек, она познала вкус всевластия над камнем и холстом, но скоро эта игра наскучит ее, как детям претят игры, в которых они преуспели и выигрывают слишком быстро и часто. Я же научу ее играть людскими душами, она станет отменным кукловодом.

@темы: Странным пером..., Канарейка для узника

16:00 

The Poison Eaters :: a fanmix

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
Somewhere between a morning coffee, slumber and spiderhorses I remembered a promise I had made long ago.
Do you remember, my obsession? For those who are haunted by the three poisonous sisters.






The Poison Eaters:: a fanmix
from MayaMayfair on 8tracks Radio.



@темы: Странным пером..., Канарейка для узника

19:29 

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
I never knew if I had made a right choice.
I could became a wife, a martyr, an artist. It happened that I have chosen all three - I allowed them to put a crown on my head, bled for them and then laughed in their faces, when their heads rolled down the grand block they designed for me. It does not mean I am happy in my bloodlust. There are nights, when moon opens her bleak eye and worms out the secrets of the past long gone. I feel it underneath. Then, I lay wondering at this unanswerable poisonous chant "what if...".
Still, an iron line of fate came to a halt; the great battle was won and lost. I was deprived of a mistress, of a father, of a friend and a cousin. My grief was so overwhelming that it tasted like angels' anger - bleak and ruthless. I fled the upper world and bade my time in Faerie, leaving the first to gather the glass-shreds of its broken sky-castles on its own. And yet, the shattered lives went on, tired society cleared the war-wounds, annulled all vows of despair and revenge. You papa married, my foe got a family too. Meanwhile, me and Redgaver plotted and intrigued to keep the Court amused. Sometimes, I was first to win a game; sometimes the grace of surprise was on his side. Childlish trifles, really. We could unleash a rumor that a deadly Leviathan sneaked from its chains and was bidding its time under the hill, ready to set at us any hour. It worked for a week like a charm. Time at Faerie is like a syrup; one has to taste it in order to live. And my counselor was a master in designing the web of lies, petty intrigues and wrenched love-affairs. But never such bloody and unpredictable as the ones during the Chess Wars, as it's called in our quarters.

@темы: Странным пером..., Диагноз: Lordoz

21:04 

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
It has never been easy to be a counselor. Especially your counselor, your Majesty. It is said that often honest, kind fellows may prove to be the most ruthless scum, and the other way around, if they believe they have a right to punish. In this case, I might have been the kindness itself - my mockery reborn as wisdom, my violence as gentle care, my thrifty betrayals...no, not betrayals...I have been always faithful to you, even more than careful reason required. All I have done, all the blood that I shed mercilessly, all the hushed crimes I have committed was for your safety, for your happiness. Not even for the kingdom, but for you. That is the only thing that I FEEL guilty of. You know, one cannot teach another to be severe and cold. Indeed, a living creature cannot, but circumstances may. I wish there was another way; I wish it was possible to rip a heart from your chest and be done with that. It would have been much easier to see you wriggle and cry for breath with chipped lips than watch a progress that you have been making through the sticky web of misery, I have designed. Your innocent dollmaker, your unsuspecting mamma was first to go. Hss! one string cut... Then your beloved ravenhaired beauty, then her spoiled nephew...he was no good; he would fell even without my help, that arrogant waxen-hearted fool, hungry for power. Hss, hss! Soon you would have been your own mistress. Then, and it was the hardest of all, your Milord. Did that moment still haunt you in your dreams, the sound when his skull crushed on the marble, the grey and red colours on the purity of your dress? You never wore white since then...Could it be that you are my mirror? Could it be that all your naivete mildness, milky belief in goodness are just reflections of the feelings of a person I used to be once, but is not able to recall anymore? That is why they are even more detestable to me...your humanity, your Majesty, as a virginity of a childish bridge had to be gone. Do you know your fate? I could not let you go, I could not! To let you swollen and grow shallow and weak on quietude of common life... And now you are a perfection, a stained glass vision, cut with hard edges, radiating power and awe. When it all shall come to place, I flatter myself to believe, you would forgive me, your Majesty, somewhere in a long-shut away, living corner of your heart, you would.

@темы: Странным пером..., Диагноз: Lordoz

20:15 

We have always lived in a castle

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
Since the day I was born, I had been forgetting the past bit by bit; the memories which belonged to me by some unspoken right now seem to be a possession of some other girl, distant, fickle and more happy than I may ever be. A vague reminder of those days were my lullabies that I composed for my unborn brother. By some strange accident I was quite sure that soon I would have a baby brother. It never came to be, as you know. Presently, I do detest all boys because of that traitor-like act of that unborn child. How could he leave me all alone there, knowing how I was suffering in his absence? I abhor even their earthly musky smell; the ghost of a child in a grown up boy, let it be soft eyes or too gentle a smile, bring an inevitable scorn to my lips. I made myself forget my unborn brother, however remaining an unborn child myself. Now I seek for another source of calmness and caress. Faeries do my hair in a thousand tails, bruxas warm my lips when twilight shadows veil the world. I do not sing. Never shall I sing again for the one who let me fall...

@темы: Странным пером...

17:18 

Уроки итальянского

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
She is not "Elizabeth", no at all. В ней нет этой предательской змеиной грации, холодно-святой бесчувственности фигур со medieval illuminated manuscripts. Эржебет, а лучше Эржебетта - сладость лесных ягод на губах в жарко натопленной темноте-тишине комнат, sensual cruelty, grand and humane cruelty of duty, что не вызывает снисходительного презрения, как не смущает жажда крови в волках. Итальянский, как и неесественно-длинные руки-ящерки на удивление ей подходят. И я засыпаю с ее именем на устах, среди каменных ангелов и распятых кукол, в одном из бесчисленных покоев горного замка, укрытого снегами времени и забытия. Мне не страшно - может быть, я и глупа - но все происходящее скорее напоминает мне спокойствие детства, когда компаньоном моих игр, объятий и первых неловких поцелуев был похожий angelo di bronzo, и даже кровь не была кровью.

@темы: Странным пером..., Канарейка для узника

19:01 

Синдром Александра II

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
Все чаще и чаще я начинаю замечать, что страдаю опасной особенностью. Мне необходимо, чтобы мной восхищались. Нет, не любили. Восхищались. В настольной книге Рэдгэвера мудро замечено, что любовь контролировать практически невозможно, но не страх. Восхищение же находится между ними и лишенно того ядовитого оттенка слабости и изнеженой неосторожности, что привкусом оставляет любовь. К счастью, я избавленна от бремени добросердечнего венценосца, и не верю в постоянство толпы. Заглавие стоило бы написать по-французски, но я ведь королевна-без-короны, что "любит все, чего она лишена", и царство которой каждое утро безжалостно обращают в руины солнечные лучи, эти непоколебимые слуги Indifferent Lady Truth. Золотистокамзольные глупцы не понимают одного - ни одна из моих иллюзий не прожила бы и мгновения, не верь в нее кто-либо. А что делает правду правдой, как ни вера?

Коридоры пустого пансиона заполняют мои кошмары. Я забыла зонтик в одной из аудиторий и бесконечно плутала по его внутренностям, где кости-косяки сделанныи из пронившего дерева. Запах сырости и желточно-желтый свет не пугал меня, пока я не обнаружила, что пустота пожрала мои ноги уже до колена. Я растворялась, исчезала, потому что несколько часов никто не вливал мне в ухо медовое восхищение или зелено-струйную зависть. Мне необходимо, чтобы мной восхищались.

@темы: Странным пером...

02:07 

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
Память имеет редкую особенность to veil all vulgarity and ugliness. Подчас даже лучше чем Холодный Господин.
Она приходит ко мне промозглыми вечерами, когда призраки спят по книжным полкам, а песни поздних птиц умоляюще-пронзительно рвут млечную темноту. Если бы это был честный, жестокий холод, то рассудок бы возымел верх, но полумера всегда вызывает томливость, и вот карандаш уже незаметно лежит в стороне...
Она предлагает мне яблоки - благородный сорт, с блестящей гладкой кожурой и тонкими прожилками столь желанных для тщеславия признаний. Longing unbearable sizes me and I reach for the fruit unblemished, untarnished. Oh, vain naivety! Горло рвет медово-облокивающими судорогами...
'Одиночество делает вас неосторожной, госпожа', - Рэдгэвер грустно замечает каждый вечер, перед тем как удалиться. Он разумно не спрашивает по кому именно я грущу, чье имя написанно в уголках трехсот записок из шкатулки красного дерева. 'Людей притягивают люди с именами, содержащими те же буквы, что и их собственные. Ты знал об этом?' - наградой мне тактичная улыбка, предназначенная more for an arrogant bothersome child, than for an equal. Если бы я не знала его достаточно хорошо, то и не заметила бы как страх лизнул линию его лживых губ. Уголки украшает буква М, и это не имеет никакого отношения к Милорду. Готова поспорить, что Рэдгэвер тогда готов был отдать меня ему, тело и корону, на самых невыгодных условиях, нежели видеть и знать, кто прячется за этой буквой. Кого неустанно ласкает моя память, не в силах оставить позади so childish ignoble affair.
Мой коварный Рэдгэвер слишком умен, чтобы оживлять призраков, называя имена. Чтож, мой гордый советник, познавший искусство лжи лучше самих rebellious звезд, и в то же время не способный лгать, вам остается лишь галатно поклониться и выйти ввон. Зная, что на утро вы снова убедитесь, что меня тошнило червивыми яблоками.

@темы: Странным пером..., Диагноз: Lordoz

14:42 

Letters of mistress blood and fair

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
У нас суматошно. Подстекольные люди говорят, что я чихаю как кошка. В доме с желтыми стенами, в этот раз было скорее забавно. Летом все кажется легче, вы согласны? Даже Брэйгелевский поход.
Только...Он (Р.) странно смотрит на меня стекольными глазами, и придворная улыбка ни разу не тронула его губ. Позвольте объяснить мою причину беспокойства - это положено по протоколу, а очаровательный Рэдгевер всегда, всегда следовал правилам. Сейчас вы припомните все бесчинства и ужимки...слишком много темного дурно смотрится даже при Подземном дворе. Королевне должно выносить кровавые приговоры, а ему их разбавлять, создавая ложное ощущение безопасности (справедливость у нас в чести, но говорить о ней открыто - запрещено). Согласитесь, это было бы боглям на смех, milord. Кстати, по этому поводу мы с ним долго не приживались - ваше дитя не привыкла, чтобы у нее отнимали любимую роль безумицы, которую так бережно воспитала во мне леди Л. Передавайте Преданным мое почтение и любовь. Больше всего сейчас я бы желала оказаться на своем "незаконном месте", my dear milord, а именно у ног вашего трона. Здесь неспокойно и скучно.

@темы: Странным пером...

22:17 

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
We became a fairy-tale for them; luxurious world, combining lust and naivety, miracle and development; a place to strive for, to dream about. In our palaces we feed deer with porridge, our snow-skinned beauties ride, covered with furs, on savage bears. We drink poison and turn in into love, poetry, music. We cannot live in peace, we need war. We are the noble highwaymen of the drowned Empire. Balls until the first diamond star and diamonds craftily shaped like stars. They are even better, these works of haughtiness, which you can reach with you hand. Our poets die young and foolishly wise. Our women have lovers, but never betray. Our princes speak foreign tongue more fluently than their own, and we adore them for their grammatical mistakes. Cruel like a snow storm, generous as a sun beam. It was only a question of time when someone would break the fragile glass dream...

@темы: Странным пером...

02:27 

lock Доступ к записи ограничен

Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL

~Разговоры с Маркизом через окно Венсенского Замка~

главная