Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
01:20 

Красавица Леночка: Психосекты. Ловцы раненых душ (приложение)



Глава 1. Культ личности торговца автомобилями с пробегом

Дорогой читатель! Данная работа стоит особняком в серии моих публикаций про «Красавицу Леночку». Здесь не описываются события, происходящие с главными действующими лицами. Мало упоминается Леночка, да и другой главный герой, Джонни, фигурирует в основном лишь на уровне фрагментарных интроспекций. Данная часть фактически развилась из единственного эпизода произведения «Красавица Леночка: Психические игры психопатов и нарциссов», в котором Леночка рассказывает Джонни о том, как её пытались втянуть в психосекту. Настоящее иллюстративное приложение, которое ввиду важности содержащегося в нём материала было решено выделить в отдельную публикацию, призвано раскрыть перед читателем динамику функционирования таких структур посредством детального анализа пары наиболее ярких примеров.
Несмотря на обособленное положение данного выпуска, он органически связан с другими частями. Ведь главная задача всей серии «Красавица Леночка» заключается в том, чтобы рассказать читателю в максимально реалистичной форме о том, каковы в жизни двуногие хищники – психопаты и другие представители так называемой тёмной триады. А среди лидеров различных психокультов, как и вообще тоталитарных квазирелигиозных организаций, хватает нарциссов и прочих «колоритных» личностей. И они используют для достижения своих эго-маниакальных целей сходные деструктивные методы.
Подобно предшествовавшей данному сочинению интерлюдии «Психолухи. Индустрия обмана», в «Психосектах» центральной темой является охота социальных стервятников на наиболее уязвимых среди нас – на людей с психологическими проблемами. Однако здесь она носит значительно более драматический характер. Ведь практически любой профессиональный (что подразумевает наличие квалификации и следование этическим канонам ремесла) психолог, сколь утилитарной бы ни была его мотивация в выборе и осуществлении своей деятельности – просто добрый ангел на фоне персонажей, о которых пойдёт речь в настоящей работе.
Что же такое психокульты? Термины «культ» и «секта» могут вызывать в сознании людей разные ассоциации. Кто-то представляет себе кошмары Джонстауна, где уверовавшие в проповеди психопата Джима Джонса родители поили своих детей прохладительным напитком с растворённым в нём цианистым калием. Кому-то вспоминаются пассажиры токийской подземки, вдохнувшие нервнопаралитического газа и корчащиеся в муках, чтобы попасть в рай, уготованный им слепым пророком по имени Сёко Асахара. Или Свидетели Иеговы, дрожащей рукой кладущие последнюю копеечку в ящик сбора пожертвований, дабы получить иллюзорную надежду на вечную жизнь на Новой Земле. И одновременно дать возможность более чем комфортно пожить «по эту сторону» главарям, наблюдающим за вознёй жалких, презренных лохов со своей «Сторожевой башни» (ТМ).
Однако, учитывая реалии современного мира, было бы неправильным ограничивать значение термина «секты» исключительно малыми церквями, т.е. организациями собственно религиозного характера. Полтора столетия спустя после публикации работ Чарльза Дарвина, в мире, помешанном на эволюционной психологии и стволовых клетках, становится всё труднее находить желающих инвестировать в мифическое загробное блаженство. Поэтому в наше время большей популярностью пользуются гуру, сулящие поделиться со своими адептами сокровенным знанием о том, как сделать своё бренное тело счастливым здесь и сейчас, на грешной земле. Они становятся основателями психосект.
Среди многообразия подобных организаций для детального анализа были выбраны две: одна заморская, а другая отечественная, которым удалось достичь значительной численности и известности. Та и другая возглавлялись или возглавляются весьма «яркими» специфическими личностями и смогли купить в своё услужение многих представителей самых разных профессий. Автор знакомит читателя с используемыми этими культами психотехнологиями, дабы вооружить людей доброй воли знаниями, которые позволят противостоять экспансии этого зла, обволакивающего, словно спрут, наше многострадальное общество и поражающего наиболее уязвимых – людей с душевными проблемами и молодёжь.
Поскольку задача исследователя состоит в том, чтобы просвещать людей, а не дразнить гусей, то, как и в предыдущих частях, некоторые имена персонажей, списанных с реальных лиц, изменены. Впрочем, автор не всегда последователен в этом. Так как, по его глубокому убеждению, страна должна знать своих (а также «заморских», подающих пример «своим») героев. А также психопатов и просто мразей. Так будет лучше для большинства, не правда ли?




Популярность негодяев (пролог)

Тщетно пытаясь расширить свою читательскую аудиторию, Джонни снова и снова мучительно задавался вопросом: Почему люди, которые искренне и бескорыстно стараются просвещать других, практически никому не известны? Он вспоминал, каких усилий стоило ему найти в интернете видеоматериалы Эдуарда Шарикова, деда с женским именем, а также Анны Крынки, благодаря которым он приобретал новые, столь важные и ценные для него знания. Да и у него самого на ниве просветительства дела шли совсем неважно. В то же время многие из тех, кто несёт людям зло, не только пользовались огромной популярностью, но ещё и умудрялись хорошо жить на средства своих почитателей.
Чтобы разобраться в этом неприятном парадоксе, Джонни решил основательно проанализировать деятельность наиболее успешных проповедников зла. Яркими примерами такого рода представлялись ему психосекты, возглавляемые харизматическими лидерами, демонстрирующими черты деструктивных типов.

Культ личности торговца автомобилями с пробегом

Жил-был пиндос. Точнее, он и сейчас (на момент написания этих строк, май 2014) есть, ибо это хорошие люди обычно долго не живут, а так как продолжительность жизни в США довольно высокая... В общем, звали его Вернер Эрхард. Строго говоря, мы не имеем права называть его психопатом, так как формально этого «высокоактивного социопата», который судился, но не садился, никто не освидетельствовал. Тем не менее, если судить по его поведению, всё было очень на то похоже.
Предыдущая работа Вернера Эрхарда была очень подходящей для психопата. Он какое-то время вполне успешно торговал автомобилями с пробегом. Однако со временем понял, что это не идеальный товар. Лучше продавать слова, которые у психопата всегда найдутся. Но зачем же люди будут их покупать? Вроде как у каждого они свои имеются... Тем не менее, вон, психолухи, психоаналитики уже давно этим делом торгуют. А до этого на протяжении многих веков так поступали попы, чьи мифы, правда, в процессе развития объективного эмпирического знания оказались несколько дискредитированными. Эти деятели втирают обывателям про особый характер своих слов, которые якобы исцеляют душу. Вот и Вернер Эрхард решил взять с них пример. Однако индивидуальная психотерапия даже с элитным клиентом – это слишком мелко с точки зрения масштабных амбиций психопата. А потому он решил поставить дело на поток посредством организации тренинга, сулящего участникам позитивную трансформацию их жизни.
Как это работало? В начале тренинга ассистент главного инструктора долго формулирует нудный свод «анальных» правил примерно такого плана:
«Вы будете оставаться на своих местах всё время, за исключением случаев, когда я или тренер скажут вам встать или когда вам предоставят слово, чтобы высказаться. После каждого перерыва вас будут сажать на новое место. Если вы чувствуете, что вас сейчас вырвет, поднимите руку, и ассистент принесёт вам пакет. Если вам нужны салфетки, поднимите руку, и ассистент принесёт вам салфетки. Если вам приспичит блевать – поднесите пакет к лицу и вперёд. Когда закончите блевать, ассистент заберёт ваш пакет и выдаст новый. Вас не отпустят в туалет за исключением специальных перерывов, объявленных тренером... На протяжении этого тренинга, в ближайшие десять дней, вы не будете употреблять алкоголь, любой наркотик, галлюциноген, или любой другой искусственный стимулянт или депрессант, кроме как по медицинскому предписанию, если этот препарат абсолютно необходим для вашего здоровья». И т.д. и т.п.
Безусловно, если бы тренинг действительно преследовал исключительно задачу духовного развития личности и самосовершенствования, наложение таких ограничений на присутствующих было бы абсурдным. Однако в данной ситуации под вполне благовидным предлогом сформулированный описанным образом свод правил помогает, как станет видно из дальнейшего изложения, более эффективно промывать (или скорее засирать) мозги участникам, манипулировать их сознанием.
После нудной речи своего помощника тренер начинает собственно мероприятие ни много ни мало прямым оскорблением участников, и заявляет о своём якобы превосходстве перед ними:
«Меня зовут Дон Мэллори. Я ваш тренер. А вы участники тренинга. Я здесь потому, что моя жизнь работает, а вы здесь потому, что ваши жизни не работают... У вас великие теории о жизни, впечатляющие идеи, умные системы верований. Вы все, каждый из вас, очень разумны в том, как вы распоряжаетесь своими жизнями, и ваши жизни не работают. Вы придурки, ни больше, ни меньше. И мир придурков не работает... Оглянитесь на свои грёбаные жизни, и вы увидите, что они не работают».
Здесь уже хорошо видна манипуляция при помощи подмены понятий. Безусловно, многие участники рассматривали тренинг как в некотором роде психотерапевтическое мероприятие для себя. Тем не менее, в действительности сам факт его посещения человеком ещё никоим образом не свидетельствует о «неработоспособности» его жизни. Безусловно, практически каждый участник тренинга стремился к самосовершенствованию. Но почему бы и нет? Ведь никто не идеален. Кроме разве самого Вернера Эрхарда, считавшего себя богом. Правда, последнее скорее свидетельствовало о состоянии его собственного психического здоровья, нежели душевных проблемах участников его семинаров.
Далее тренер не преминул унизить участников, апеллируя к их неспособности выполнить весь дурацкий список правил тренинга (которые он теперь предпочитает называть «соглашениями», дабы подчеркнуть персональную ответственность каждого за их выполнение):
«Ричард только что напомнил вам о соглашениях, которые вы приняли, чтобы участвовать в этом тренинге, и я могу сказать вам по опыту, что мы знаем, что все вы, все, собираетесь нарушать некоторые из них. Большинство из вас уже это сделали. Мы просили вас не разговаривать после того, как вы вошли сюда, и что произошло? (Неловкий нервный смешок прокатился по рядам участников)...»
«Всё очень просто. Вы все нарушаете соглашения. Это одна из причин, почему ваши жизни не работают. Вы проживаете свои жизни с такой теорией, что вы особенные, привилегированные персонажи, и таким образом свободны обманывать – на подоходных налогах, запрещающих знаках, жёнах, мужьях, банковских счетах, и уж точно на мелких, тривиальных соглашениях с эст. «Конечно»,- скажете вы себе как-нибудь на следующей неделе,- «что случится, если я выпью стаканчик вина? Или почему я не могу по-дружески выкурить косячок?.. Я не обязан играть в их игру». Неразумно выполнять соглашение, если вы не видите, как кто-то может пострадать, когда вы его нарушите. А поскольку все вы разумные люди, вы нарушаете соглашения».
«Вы не способны выполнять соглашения, и в ваших жизнях творится такой бардак, что вы даже не знаете, что вы не можете выполнять соглашения. Вы лжёте самим себе. И, по определению, друг – это тот, кто принимает вашу ложь, а вы принимаете его. Это прекрасно. И ничья жизнь не работает».
Джонни невольно отметил сходство метода влияния, применяемого в данном случае тренером (и в конечном счёте Эрхардом), с приёмами, использовавшимися психопатами, которых он знал из своего жизненного опыта. Например, та же Леночка старалась получить от него как можно больше обещаний, а потом ткнуть его носом в неспособность их выполнять.
Таким образом, суть приёма заключалась в том, чтобы человек либо постоянно удовлетворял (обычно манипулятивно-паразитические по своей сути) просьбы манипулятора (дабы сдержать обещания), либо чувствовал стыд и собственную неадекватность по поводу неспособности сдержать свои обещания.
В рассматриваемой же конкретной ситуации дополнительно сильное напряжение у участников создавалось по причине запрета вести себя привычным образом: нельзя было не только обменяться мнениями с соседом, но даже выйти в сортир когда захочется. А ведь известно, что тревожные состояния (а ситуация тренинга у многих провоцировала их проявления) нередко сопровождаются частыми позывами к мочеиспусканию, в результате чего людям постоянно приходилось терпеть, сдерживаться. Не говоря уже о запрете перекусить, пожевать что-нибудь, к чему многие тревожные люди прибегают, как способу хоть как-то контролировать свой стресс.
Обращало также на себя внимание характерное для сект разделение на «мы» и «они». «Они» – это люди, чьи жизни не работают; люди, которые (пока?) не приняли участие в тренингах эст:
«Вспомните город дураков, через который вам пришлось пробираться этим утром по пути на тренинг, и вы поймёте, что мир не работает».
Ключевой составляющей психической атаки тренера, призванной деморализовать, унизить участников является обесценивание. Он пытается продемонстрировать ученикам, что все прежде приобретённые ими знания и убеждения гроша ломаного не стоят. Более того, эти взгляды привели их в ту неприглядную жизненную ситуацию, в которой они оказались. Результат сравнения поведение участников тренинга с крысами в плане разумности оказывается в пользу последних:
«Смотрите. Если мы помещаем крысу в лабиринт с четырьмя туннелями и всегда кладём сыр в четвёртый тоннель, через какое-то время крыса научится всегда ходить в четвёртый туннель, чтобы получить сыр. Человек научится этому также. Ты хочешь сыра? Прыг-прыг-прыг по четвёртому туннелю, и вот тебе сыр. На следующий день хочешь сыра? Прыг-прыг-прыг по четвёртому туннелю, и вот тебе сыр.
Но через какое-то время Великий Бог в белом костюме перемещает сыр в другой туннель. Прыг-прыг-прыг, бежит крыса в четвёртый туннель. Нет сыра в четвёртом туннеле. Крыса выходит. Идёт в четвёртый туннель снова. Нет сыра. Крыса выходит. Идёт в четвёртый туннель снова. Нет сыра. Выходит. Идёт в четвёртый туннель снова. Нет сыра. Крыса выходит. В четвёртый туннель снова. Нет сыра. Выходит. В итоге крыса перестанет ходить в четвёртый туннель, и будет искать в других местах.
Теперь разница между человеческими существами и крысами простая: ЛЮДИ БУДУТ ХОДИТЬ В ТОТ ЧЕТВЁРТЫЙ ТУННЕЛЬ ВСЕГДА! ВСЕГДА! ЛЮДИ ПРИХОДЯТ К ВЕРЕ В ЧЕТВЁРТЫЙ ТУННЕЛЬ! Крысы ни во что не верят, их интересует сыр. Но человек развивает ВЕРУ в четвёртый туннель и начинает СЧИТАТЬ ЭТО ПРАВИЛЬНЫМ ХОДИТЬ В ЧЕТВЁРТЫЙ ТУННЕЛЬ, ЕСТЬ ТАМ СЫР ИЛИ НЕТ. Человек предпочтёт скорее быть правым, нежели получить свой сыр.
И вы, люди, к сожалению, человеческие существа, а не крысы, и таким образом все вы ПРАВЫ! И именно поэтому к настоящему времени вы давно уже не получали никакого сыра и ваши жизни не работают. У вас слишком много верований в слишком большое число четвёртых туннелей.
...И поэтому вы здесь. Чтобы взорвать все свои верования, отрицающие жизнь, отрицающие сыр, чтобы вы могли начать находить то, чего действительно хотите. Мы поможем вам выбросить целиком ваши системы верований, полностью порвём вас на части, чтобы вы могли собрать себя обратно так, чтобы позволить вашей жизни работать.
Но не думайте, что это будет легко! Вы были убеждёнными придурками десятилетия, и вы знаете, что вы ПРАВЫ; вся ваша жизнь построена на принципе, что вы правы. И тот факт, что вы жалки, что ваша жизнь не работает, что вы не получали особо сыра с тех пор, как были в четвёртом классе, ничего не меняет. Вы ПРАВЫ! Ваши грёбаные системы верований – лучшие из тех, что можно купить за деньги, или из того, что способен создать разум. Они правильные, а тот факт, что ваша жизнь превратилась в бардак – всего лишь досадная, не имеющее никакого к этому отношения случайность.
ВРАНЬЁ! Ваши правильные, умные, разумные системы верований напрямую связаны с тем, что вы не получаете никакого сыра. Вы предпочтёте быть правыми, нежели счастливыми, и вы уже годами маршировали по четвёртым туннелям, чтобы это доказать.
Вы знаете, что проводили время в пустых туннелях, потому что время от времени по воле случая вы почувствуете немного сыра: свободу, радость, оживление, так сильно отличающиеся от обычного течения вашей жизни, что вы начинаете задаваться вопросом, не подсыпал ли кто-нибудь ЛСД в ваш утренний апельсиновый сок. И вы говорите себе: «Вау! Это чудесно, я теперь буду за это держаться». Вы протянете руку, чтобы лучше ухватиться и ХЛОП! Оно исчезает. И чем сильнее вы стараетесь получить это обратно, тем хуже вы себя чувствуете.
Вы придурки, вы никогда не получите это, пытаясь получить это там, где оно только что было. Великий Бог Жизни в белом костюмчике постоянно перемещает сыр. Вы никогда не будете счастливы, пытаясь быть счастливыми, потому что ваши попытки полностью направляются вашими верованиями о правильном местоположении для сыра...
Вы не смотрите на реальность и потом делаете заключения, нет. Вы, придурки, двигаетесь по жизни, словно роботы со своими заключениями, и со своими заключениями, сделанными десятилетия назад вы конструируете реальность. Не удивительно, что вы растеряли всю свою живость. Неудивительно, что ваши жизни не работают».
В приведённом примере обращает на себя внимание, с каким презрением тренер (несомненно, с подачи Вернера Эрхарда) говорит о тенденции людей цепляться за свои убеждения, «верования», даже тогда, когда те не соответствуют действительности. Отсутствие же эмоциональной вовлечённости в собственные взгляды характерно для психопатов, которые в случае чего просто хладнокровно и без сожалений переходят туда, где «сыр», т.е. материальные ценности.
Показательно также, как с самого начала тренер взваливает на участника всю полноту ответственности за продуктивность мероприятия для него лично:
«На протяжении предстоящих десяти дней этого тренинга вы будете испытывать всё, что вы обычно так сильно стараетесь не испытывать. Вы будете испытывать гнев. Страх. Тошноту. Рвоту. Слёзы. Затаённые чувства, с которыми вы потеряли контакт десятилетия назад. Они поднимутся на поверхность. Конечно, вы будете очень стараться их избежать. О, как вы, придурки, будете стараться убежать от своих настоящих чувств! Вы пройдёте через скуку, бессознательное состояние, сон. Вы испытаете невероятную озлобленность, даже ярость, на меня, на других участников, на соглашения. Вы будете засыпать. Вам захочется обоссаться. Вам будет казаться, что если вы прямо сейчас не выкурите сигарету или не съедите конфету, которую вы тайком протащили на тренинг, вам захочется заорать. Вы будете чувствовать, что этот тренинг – самый большой развод на деньги с тех пор, как вы последний раз купили Бруклинский мост. Вы захотите уйти. О, как вы захотите уйти! Всё, что угодно, только бы не быть ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС со своими настоящими ощущениями. Всё, чтобы избежать отказа от своих теорий, отказа от прекрасного структурированного разумного неработающего дерьма, которое вы сотворили из своих жизней. Вы будете испытывать всю гамму отрицательных эмоций, пока не начнёте понимать, что вы сделаете всё, что угодно, лишь бы не прекращать свои спектакли и не испытывать происходящее здесь и сейчас».
Тренер терроризирует участников, ставя их перед необходимостью в случае чего совершать неприглядные физиологические отправления на глазах у других:
«- Эй! Куда ты собралась, а?» Молодая женщина встала с переднего ряда и торопливым шагом направилась по направлению к выходу в задней части зала. Её, бледно выглядящую и зажимающую рукой рот, ведут обратно к её месту в переднем ряду, где она стоит, пошатываясь. «Меня сейчас вырвет! Меня сейчас вырвет!»- говорит она.
-Держи микрофон, Мария.
-Я хочу выйти в туалет! Меня сейчас вырвет!
-Ассистент только что выдал тебе пакет. Если тебе нужно блевать, делай это в пакет. Подержи ей микрофон, Ричард.
-Я не знаю, как его использовать,- говорит Мария, ковыряясь с пакетом.
-Ты берёшь пакет в руки,-говорит тренер,- и держишь его вблизи от своего лица. Ты не можешь промахнуться. Давай, делай это.
-Я не могу!
-ДЕЛАЙ!
(Тишина)
Я не могу дышать,- объявляет Мария приглушённым голосом, с пакетом, натянутым на лицо.
- Держи грёбаный пакет в нескольких дюймах от своего лица.
- Я не смогу попасть!
- Меня не волнует, какой из тебя стрелок, просто придвинь пакет к своему лицу
- Тогда я не смогу дышать!
- Послушай,- говорит тренер, откидываясь на спинку своего кресла. Если хочешь дышать, дыши. Если ты хочешь блевать, держи пакет ближе к своему лицу и блюй.
-Пожалуйста, позвольте мне выйти в туалет.
-Садись. Поиграйся со своим рвотным пакетом и не пытайся выяснять, какой ты стрелок. Спасибо».
Когда Мария садится, слышатся нервные аплодисменты.
Девушке плохо!- раздаётся крик с задних рядов.
ЗАТКНИСЬ!- откликается тренер. -Если ты хочешь говорить в этом помещении, подними руку. И ты не начнёшь говорить, пока я тебя не вызову и пока ассистент не принесёт тебе микрофон. Тогда ты можешь встать и говорить всё что угодно. Поняли это, придурки?
Вопрос отвечен полной тишиной. Затем тянется рука в заднем ряду. Хорошо,- говорит тренер. -Джон, встань. Возьми микрофон.
Вставший мужчина – тот же самый, который кричал раньше. Это пожилой человек с редеющими седыми волосами, в очках и с немного сгорбленной осанкой.
- Я расстроен,- говорит он эмоциональным тоном. – Я не вижу каких-либо оснований для Вашей грубости. Вы могли бы рассказать этой девушке, как использовать пакет, не оскорбляя её и не поднимая её на смех на каждом шагу.
- Я понимаю, Джон. Но смотри, что происходит. Мария хочет блевать. Мы ей даём пакет. Мы даём ей бесплатные инструкции, как его использовать. А тебе хочется встать и защищать разгневанных женщин. Мария же чувствует, что у неё такое чувство, что её сейчас вырвет. У нас к вам обоим одинаковый подход. Ты получаешь микрофон. Она получает бумажный пакет.
- Меня не тошнит,- сказал Джон.
- Отлично! Джону рвотный пакет не выдаём.
- Вы могли бы проявить вежливость. Вы могли бы помочь ей.
- Конечно. Это, вероятно, та игра, в которую, как Мария привыкла, люди играют, когда она создаёт болезнь: «Бедная Мария! Ей нужно срыгнуть. Бедная деточка!» На эст когда кто-то хочет срыгнуть, мы говорим: «Отлично! Вот пакет. Развлекайся!» Изумительно, как мало людей в итоге выбирают им воспользоваться.
Примечательно также побуждение участников рассказывать о самых неприятных, мучительно неловких ситуациях в их жизни. Такой (травмирующий для многих) душевный эксгибиционизм, выставление себя на посмешище неизменно презрительно-глумливому тренеру, а также другим участникам, назывался на тренингах эст «процессом истины»:
Джон, пожилой человек на шестом десятке, с седыми волосами и в очках, один из немногих собравшихся носящий галстук, встаёт в дальней левой части зала. Когда я был мальчишкой,- говорит он с чувством достоинства в голосе,- это было много лет назад,– я перенёс необычную социальную травму. Кажется...
СТОЙ! СТОЙ!- громко прерывает тренер. Ты никогда не испытывал социальную травму за всю свою грёбаную жизнь!
- Нет, я испытывал,- твёрдо настаивает Джон. Когда мне было шесть...
- СТОЙ!- снова кричит Дон, спускаясь с платформы по направлению к Джону. – Социальная травма – это понятие, идея, обобщение. Это не настоящее ощущение. Что случилось, Джон?
- Я действительно не могу описать случившееся,- говорит Джон нервно. – Я хочу сказать, мне было очень неловко... Социальная травма имела место на самом деле, и это не что-то такое, о чём я хотел бы явно говорить в этот раз...
- О чём ты вообще говоришь, мать твою?!
- Прошу прощения?
- Послушай, Джон, почему ты стоишь?
- Я хотел бы прояснить свой пункт.
- Отлично. Я понял. В чём заключается твой пункт?
- Мой пункт – необычная социальная травма, которая беспокоила меня долгие годы, и...
- СТОЙ! Джон... Послушай, Джон... Расскажи мне, что случилось, когда тебе было шесть лет.
- Я... Что ж... Видите ли... На самом деле, в церкви на свой шестой день рождения я опорожнил кишечник себе в штаны.
- И ТЫ НОСИЛ ЭТО С СОБОЙ НА ПРОТЯЖЕНИИ ПЯТИДЕСЯТИ ЛЕТ?!
(Громкий и продолжительный смех). Джон краснеет и улыбается.
- Именно так. Я никогда не думал рассказывать об этом кому бы то ни было. Теперь я чувствую облегчение.
(Смех)
- Джон, так в чём состоит твой пунктик?- спрашивает тренер, умудряясь не улыбаться при этом
- Не знаю,- отвечает Джон. - Он полностью исчез. Мне придётся создать новый...
- Не здесь, Джон... Тут тебе не церковь...

Кроме того, участников подталкивали откровенно, в подробностях рассказывать об их сексуальной жизни. Несомненно, помимо якобы «терапевтического» предназначения, эти мероприятия имели и скрытый смысл для устроителей. Благодаря им, когда участник придёт к закономерному выводу, что тренинг отстой, ему придётся объяснить себе не только то, зачем он выкинул 250 баксов, но и почему он обнажал свою душу перед тренером и другими участниками.
В третий день (первый день второго уикенда) тренинга участникам стали активно внушать про их персональную ответственность за происходящее с ними. Оказывается, женщина по имени Барбара ответственна за то, что её квартиру обокрали, пока она была на работе. А мужчина по имени Хэнк – за то, что его на улице ограбили гопники. Но больше всего в этом отношении, пожалуй, «повезло» Фреду, у супруги которого была диагностирована злокачественная опухоль:
- Как я могу быть ответственным за то, что моя жена заболела раком?
- Ты ответственен за создание переживания, состоящего в демонстрации твоей женой поведения, которое ты предпочитаешь называть, по соглашению с другими, болезнью, именуемой раком.
- Но я не вызывал рак!
- Послушай, Фред, я понимаю, как тебе сложно встроить то, что я тебе говорю, в твою систему верований. Ты старался, создавая эту систему, на протяжении сорока лет. И хотя, как я понимаю, ты стараешься быть открытым новому настолько, насколько ты способен, на протяжении сорока лет ты верил, что вещи случаются где-то там, а на тебя, пассивного невинного прохожего, постоянно наезжают машины, автобусы, обвалы рынков, друзья – невротики и рак. Я понимаю. Все присутствующие в этой комнате жили с такой же точно системой верований: Я НЕВИНОВЕН. РЕАЛЬНОСТЬ ГДЕ-ТО ТАМ ВИНОВАТА.
НО ЭТА СИСТЕМА ВЕРОВАНИЙ НЕ РАБОТАЕТ! ПО ЭТОЙ ПРИЧИНЕ ТВОЯ ЖИЗНЬ НЕ РАБОТАЕТ. Реальность, которая считается – это твои ощущения, и ты единственный источник твоих ощущений. Возьми микрофон, Марша.
- Я прошу прощения, но я думаю, Вы просто играете словами. Как слова обычно употребляются, если жена человека заболела раком, её рак был чем-то вызван, и это определённо не был Фред... И большинство людей нашли бы бессмысленным говорить о создании Фредом рака у его жены.
- Я понимаю. Действительно, определённые физические изменения имеют место в жене, которые, как мы знаем, Фред не создавал и которые в настоящее время обозначаются «рак». Но ты понимаешь, что ощущения Фреда от её рака, реальность Фреда, может быть невероятно отличной от чьей-либо другой? Некоторые индивиды, похоже, способны умирать от рака с радостью – именно так, испытывать рак с радостью – в то время как большинство из нас этого не могут. И если ты, Марша, воспринимаешь рак у жены Фреда как ужасную, депрессивную вещь, ты должна знать, что именно ты создаёшь это таким образом; именно ты создаёшь конкретный случай рака, который ты испытываешь.
Естественно, такая идеология была очень удобна Вернеру Эрхарду и его лакеям. Они неоднократно подчёркивали, что каждый слушатель несёт всю полноту ответственности за то, что он вынесет для себя из участия в семинаре. Тем более, это был всецело его добровольный, осознанный выбор. И ему, в отличие от Хэнка в ситуации его ограбления гопниками, никто даже ствол к голове не приставлял!
Весьма примечательной в этом плане представляется также следующая реплика тренера, обращённая к молодой женщине, которая в возрасте десяти лет стала жертвой сексуальных домогательств её дяди:
«Ты выбираешь переживать это событие как грязное... Послушай, на семинаре выпускников женщина поделилась, что на протяжении четырёх лет она совершала инцест со своим отцом, и чувствовала себя ужасно по этому поводу... Сразу же после неё встала другая женщина и сказала: «Я только что осознала, слушая эту женщину, как сильно я любила своего отца, и часть меня желала, чтобы мой отец совершил инцест со мной. Мне кажется, это было бы чудесно».
И это не значит, что одна женщина права, а другая неправа. Я хочу, чтобы ты поняла, что одно и то же событие может восприниматься как грязное или чудесное».
Такая позиция крайнего релятивизма применительно к вопросам кровосмешения приобретает особый колорит, если вспомнить факты из личной жизни самого Вернера Эрхарда. В своё время, решив кардинально изменить свою жизнь, он бросил жену и детей, сменил имя и исчез. Естественно, при этом он не утруждал себя соблюдением (в данном случае семейных) соглашений, чем его слуги – ведущие семинаров так любили гнобить своих слушателей. Видимо, такие правила распространялись лишь на «придурков» - слушателей тренинга и были вовсе не обязательны для бога, коим открыто себя считал Вернер Эрхард.
Потом, правда, Вернер Эрхард решил вспомнить свою первую семью (у него к тому времени уже давно была другая!), про подрастающих дочерей, и...
Из передачи «60 минут» телекомпании Си-Би-Эс:
«Эд Брэдли (голос за кадром): Дебора Розенберг – одна из дочерей Эрхарда, от первого брака (Розенберг – «девичья», то есть до смены имени, фамилия Эрхарда). Она никогда прежде не говорила публично про своего отца, но сообщила, что её отец совершал с ней развратные действия.
Дебора Розенберг: Для меня не проблема сказать, что это случилось. Мне не нравится это описывать, но у меня нет проблемы признать, что он совершал со мной развратные действия.
Эд Брэдли: Сколько лет тебе было?
Дебора Розенберг: Мне было шестнадцать... И я верю моей сестре, когда она говорит, что отец изнасиловал её.
Эд Брэдли: Она рассказала тебе, что случилось?
- Да.
- И что произошло?
- Она говорит, они были вместе в поездке, вернулись после обеда, у него был очень большой номер класса люкс в отеле, они читали вместе журнал и... Вы знаете, я не хотела бы вдаваться в подробности, но он с применением силы совершил с ней половой акт.
- Это инцест, ты...
- Да, я это знаю.
Эд Брэдли включает фрагмент аудиозаписи интервью, в котором Вернер Эрхард отрицает случившееся: «Это просто неправда. Просто неправда. И любой, кто такое говорит, должно быть, болен».
Дебора Розенберг: Хм, это звучит как типичный для него ответ. Хм. На самом деле, когда я прямо спросила у него об этом, он ответил, что имел место половой акт, и что это был воспитательный процесс для моей сестры.
Эд Брэдли: Он признал это?
- Он признал, что имел место половой акт и что это был воспитательный процесс. Он сказал: «я не насиловал её»...
- То есть он говорит, что она была согласна?
- Да.
- Ты говорила с ней об этом?
- О да! Подробно.
- И?
- Это не было воспитательным процессом для неё. Ей потребовалось много психотерапии по этому поводу.
- Она не соглашалась?
- Нет, она не соглашалась».
И подобное обращение с собственными детьми не было из ряда вон выходящим случаем для Вернера Эрхарда. Так, узнав о недостаточно хорошей успеваемости своего сына от второго брака в школе, он «схватил его, швырнул на землю и принялся пинать на глазах у всех. И никто не двигался, все были словно парализованы». Вернер Эрхард тогда сказал своему сыну Сен – Джону: «Если у тебя будут такие оценки, я сломаю тебе обе ноги бейсбольной битой». Естественно, мальчик не хотел стать инвалидом, а потому учился хорошо.
Таким образом, Вернера Эрхарда, проводившего семинары о том, как построить отношения, которые работают, трудно было назвать «сапожником без сапог». Подобно тому, как это происходит у многих психопатов, его отношения работали в нужном ему направлении, чего бы это ни стоило близким людям. Если же что-то шло не так, он принимал решительные меры к исправлению ситуации, не ограничивая себя, как показала ситуация с его (второй) женой.
Эрхард не жил со своей семьёй. Но раз в месяц призывал жену и детей приехать в его штаб-квартиру в Сан-Франциско на собрание, в котором принимал участие узкий круг его приближённых. Дочь Эрхарда Эдер вспоминает о том времени тринадцать лет назад, когда, во время одной из таких встреч, у него начался приступ ревности по отношению к жене. Издевательства над Эллен Эрхард, по словам её дочерей, продолжались две ночи.
Эд Брэдли: И ты видела, как твою маму физически атаковали, твой отец и другие?
Эдер Эрхард (дочь): ...кто-то взял статуэтку и ударил её по голове... Он сам (Вернер Эрхард) также встал и, когда она лежала на полу, пнул её несколько раз.
Эд Брэдли: И ты не попыталась его остановить?
Селест Эрхард (другая дочь): Однажды, во вторую ночь, я действительно встала и сказала: «Пожалуйста, вы убиваете её, вы убиваете её!» Я имею в виду, моя мама была синей, её лицо было синим, у неё словно слюни текли из угла рта. Она умирала. Она, ну знаете, задыхалась. И всё, что он мне сказал, было: «Сядь, а то и с тобой будет то же самое». И это прямая цитата, я помню каждое слово. И это всё, что он сказал. Я помню каждое слово.
Эдер Эрхард: Она была буквально удушена. Она посинела, и у неё из угла рта текли слюни, ага...
Эд Брэдли: Удушена? Её душили?
Эдер Эрхард: Угу.
Эд Брэдли: Кто?
Эдер Эрхард: Вот этот консультант был человеком, который собственно её душил.
Эд Брэдли: И он работал на твоего отца?
Эдер Эрхард: Да.
Эд Брэдли: Боб Ларзелере был тем, кто душил Эллен Эрхард.
Боб Ларзелере: Наконец, он (Эрхард) сказал: «Кто-то должен вызваться добровольцем, сделать больно Эллен, наказать её, заставить её говорить, заставить её сознаться». Но никто не вызвался, пока я не подумал: о боже, это возможность для меня, наконец, получить одобрение Вернера. Теперь я могу стать настоящим солдатом для него, могу сделать так, чтобы он мной гордился, чтобы он мне улыбнулся. Теперь мне не придётся больше его бояться. И я вызвался.
Эд Брэдли: Зачем Вы её душили?
Боб Ларзелере: Запугать её, чтобы она созналась. Это как, знаете, зачем одни люди подвергают других пыткам, чтобы узнать правду.
Эд Брэдли: Что он сказал? Он говорил: «Боб, ты зашёл слишком далеко»?
Боб Ларзелере: Нет, он не делал этого. Понимаете, он меня не останавливал. Нет. Я делал то, что он хотел, чтобы я делал... Я хочу сказать, он не пытался меня остановить, совсем.
Эд Брэдли: Сегодня, что бы Вы сказали ей?
Боб Ларзелере: Что я делал ужасную вещь. И впоследствии мне потребовались дни, чтобы это осознать. Когда я снова начал позволять себе чувствовать. Это было... О, боже, это было как кошмар. Чтобы я мог зайти так далеко, пытаясь угодить, пытаясь получить одобрение, пытаясь получить любовь другого человеческого существа...
Эд Брэдли (голос за кадром): Согласно показаниям нескольких свидетелей, на этом наказание Эллен не закончилось. Её дочери говорят, Эрхард не позволял ей жить с ними на протяжении двух лет. И это ещё не всё.
Эдер Эрхард: Ей нужно было приходить в наш дом. И, подобно служанке, драить полы. И нам приходилось на это смотреть, а мой отец заставлял её делать эти вещи.
Эд Брэдли: Так она не жила с вами на протяжении двух лет?
Эдер Эрхард: Ну, Вы знаете, она не жила с нами эти два года, но я видела её, например, когда она приходила убираться в доме, нам только не разрешали разговаривать с ней.
Эд Брэдли: Таким образом, она уходила из дома, в соответствии с распоряжением твоего отца?..
Эдер Эрхард: Угу.
Эд Брэдли: Но она возвращалась убираться?
Эдер Эрхард: Угу. Вы знаете, что бы он ни говорил, что она должна делать, ей приходилось это делать. И это было частью распоряжения. Да, ты должна быть служанкой в своём доме.
Эд Брэдли: А что бы ты сделала тогда?
Эдер Эрхард: (Вздыхает). Я даже не помню, кажется, я хотела сказать что-то очень сильно, или просто сделать что-то по этому поводу, но всё время ощущала себя словно окаменевшей, не было возможности почувствовать себя достаточно комфортно, чтобы рассказать кому-нибудь или что-нибудь сделать по поводу происходящего.
Естественно, сам Вернер Эрхард всё это отрицал: «Эллен никогда не была служанкой. Она была моей женой, и я обращался с ней соответственно». Впрочем, он всё же не преминул купить её молчание на сей счёт. Как часть бракоразводного соглашения, Эллен обязалась не говорить публично об их браке.
Эд Брэдли: Твоя мать знает о том, что ты беседуешь с нами?
Эдер Эрхард: Ага. Перед тем, как мы уехали сегодня, я говорила с ней, и Вы знаете, она сказала: «Ты не представляешь, как я тебе благодарна за то, что ты говоришь вещи, которые должны быть сказаны». И я знаю, она хотела бы сама иметь возможность сделать то же самое.
В четвёртый, заключительный день тренинга, когда давно прошли все сроки покинуть тренинг, вернув назад свои деньги, изнурённым морально, а то и физически участникам, жаждавшим получить ЭТО, был преподнесён сюрприз. Тренер сообщил им, что получать-то, собственно говоря, нечего. Как говорится, расходитесь, товарищи, вас на*ба**!
Зачем же тогда люди принимали участие в этом мероприятии? Получали ли они от него для себя хоть какую-то пользу?
Найти достоверный ответ на последний вопрос очень непросто. С одной стороны, имеются эмоционально очень насыщенные (пусть и по большей части фальшивые) свидетельства различных знаменитостей, принявших участие в тренинге. Однако их, естественно, глупо воспринимать всерьёз. В самом деле, человек, стремящийся выяснить реальное положение вещей, ориентированный на подлинное эмпирическое знание, будет готов принять любой результат, каким бы неприятным и разочаровывающим он ни оказался. Для звёзд же шоу-бизнеса на первом месте находится не истина, а привлекательность их публичного образа, как правило, скрывающего убогое и/или неприглядное внутреннее содержание, либо и вовсе практически полное отсутствие оного.
В этом отношении значительно более авторитетными представляются попытки систематического сбора сведений о влиянии эст на участников тренинга, предпринятые психолухами. В 1974 году Роберт Орнстейн с коллегами выслали опросник аж на 680 пунктов двум тысячам (из двенадцати, т.е. 1/6) выпускников тренинга. Затем участникам, которые не ответили, были высланы более короткие опросники. Наконец, исследователи также пытались активно преследовать своими телефонными звонками тех, кто не отозвался, с целью выяснить, как они расценивают итоги тренинга.
На письменные опросники (полный или более короткий) ответили 1465 человек, т.е. 77,3%. Однако полученные результаты Орнстейн сотоварищи почему-то предпочли обнародовать в послании выпускникам эст, а не публиковать в специальном журнале, рецензируемом коллегами. Как говорится, знает осёл ясли господина своего?
Так или иначе, если верить авторам, статистически значимое большее число отозвавшихся указали на положительные изменения, нежели на негативные или отсутствие значимой динамики. Респонденты отметили улучшения состояния своего физического и душевного здоровья. Уменьшилось число рабочих дней, пропущенных по болезни. Выпускниками тренингов также отмечены улучшения по следующим симптомам: Головная боль и мигрени. Повышенное артериальное давление. Нарушения сна. Общее применение лекарств, включая обезболивающие, снотворные, транквилизаторы, психотропные препараты и другие средства, продаваемые по рецепту или без него. Потребление алкоголя. Уровень энергии. Удовлетворённость работой. Общение со значимыми людьми. Осмысленность жизни. Аллергия, прыщи, проблемы с весом, простуды, боль в горле и гайморит. Дисменорея. Желудочно-кишечные проблемы, такие как язвы, колиты, несварение, поносы, запоры и метеоризм. Боль в спине, шее и плечах. Мочеполовые жалобы. Курение никотина и марихуаны. Нервозность. Проблемы с памятью. Сексуальные затруднения. И, пожалуй, самое впечатляющее... (sic!) боязнь докторов.
Впрочем, столь оптимистичная оценка результатов тренинга вовсе не обязательно означает подлог/ фальсификацию данных со стороны Роберта Орнстейна и его команды. Для целей дальнейшего анализа итоги исследования имеет смысл разделить на две группы: влияние на душевное состояние участников и на физическое здоровье. Если говорить о чисто психологических факторах, то один важный момент, отмеченный Орнстейном и соавторами, способный значительно исказить результаты, заключается в склонности респондентов давать социально желательные ответы. То есть, попросту говоря, говорить то, что от них хотят получить.
Другой важный аспект связан с фундаментальным свойством человеческой психики. Оглядываясь назад и анализируя свой прошлый опыт, люди пытаются представить свои прошлые действия как можно более рациональными, разумными. Человеку очень трудно и болезненно признавать потери, особенно если он не видит положительных сторон случившегося, которые могли бы их оправдать. Такая тенденция проявляется во многих важных феноменах функционирования человеческого сознания, таких, как когнитивный диссонанс.
Так, в своей ставшей уже классической работе, Леон Фестингер и Джеймс Карлсмит вначале организовали студентов – участников эксперимента выполнять в течение часа нудные и бессмысленные задания типа перекладывания с места на место и поворачивания множества однотипных предметов. После чего поделили подопытных на две группы. Тем и другим они предложили рассказать девушке, которая якобы была следующим субъектом (а на самом деле, естественно, сообщницей исследователей), как им понравилось участие в эксперименте, как они хорошо провели время и всё такое. Только попавшие в первую группу делали это за двадцать баксов (тогда, в пятидесятые годы 20 столетия, это была значительно более ощутимая сумма, нежели в начале 21 века), а во вторую – всего за один доллар. После выполнения этого поручения тех и других попросили заполнить анкету, в которой у них спрашивалось, насколько интересной и приятной они нашли экспериментальную задачу (когда они тупо перекладывали предметы с места на место). И тогда выяснилось, что те, кто получил всего по одному доллару, сочли экспериментальные задания значительно более интересными и приятными, нежели заработавшие по 20 баксов. Видимо, им просто не хотелось признаваться в том, что они согласились сообщить вопиющую ложь девушке за несчастный $1.
Леон Фестингер также внедрялся в секту, ведомую женщиной по имени Дороти Мартин (по этическим соображениям в работах Фестингера и его соавторов её имя было изменено на Мариан Кич). Члены этой организации ожидали конца света, назначенного на конкретную дату в самое ближайшее время, и считали себя праведниками, которых спасут инопланетяне на летающей тарелке. А когда час Х настал, и, как и следовало ожидать, ничего экстраординарного не произошло, члены культа не раскаялись в том, что поверили в бредовые учения неадекватной женщины. Напротив, они прониклись убеждением, что мир был спасён благодаря им.
Сходным образом, выпускникам тренинга эст очень сложно было признать, что они зазря позволили себя унижать за свои же собственные деньги.
По-видимому, действием аналогичных факторов можно объяснить и реальный положительный эффект тренинга на душевное состояние участников, если таковой и правда имел место хоть в какой-нибудь степени. Основная причина здесь подобна той, по которой, скажем, платные сервисы знакомств могут оказаться более действенными, нежели самостоятельные попытки одиноких людей устроить свою личную жизнь. Например, сидит себе годами на соответствующем сайте женщина, а надежде что вот-вот появится в её жизни прекрасный принц, который только и ждёт, как бы положить своё царство к её ногам. Так ей стукнет тридцатник, потом с хвостиком, который всё растёт. А суженый её где-то задержался, видимо.
После же обращения в сводническую контору сделать выбор становится гораздо проще. Конечно же, она может не проявлять благосклонность к Васе, гордо живущему со своей непомерно заботливой мамой в бирюлёвской или южно-бутовской однушке, работающему в свободное от World of Warcraft и Lineage время компьютерным зад... пардон, системным администратором. Но тогда ей придётся признаться себе в том, что она ужасная лохушка по жизни: не только сама свою личную жизнь не в состоянии устроить, но ещё и выкинула сто двадцать тысяч рублей, чтобы ей женихов – неудачников предлагали. А тут у неё появляется стимул рассмотреть, что Вася, оказывается, на самом деле не так плох, как перспектива встретить сначала менопаузу, а затем беспомощную старость в одиночестве.
Не зря же психолухи так любят говорить о деньгах, которые им платят клиенты, как залоге серьёзности намерения последних изменить свою жизнь к лучшему. Весьма примечательны в этом плане также результаты первых исследований эффективности психотерапии. Естественно, они показали несомненное преимущество различных направлений психотерапии перед её отсутствием. Хотя, впрочем, очень трудно себе представить, как результаты такого исследования могли быть иными. Неужели тогда психотерапевты бы дружно сделали себе харакири?! Или посыпали бы себе голову пеплом и извинялись перед товарищами трудящимися, которых они, получается, столько лет на*бывали?!
Ещё более удивительной была в результатах упомянутых исследований практически одинаковая эффективность различных направлений психотерапии. Конечно же, можно интерпретировать это так, что психолухи все достойные люди, которые реально помогают страждущим. А потому не зря жрут свой хлеб с маслом, средства на который они тянут из карманов клиентов. Возможно, однако, и альтернативное объяснение. А именно, что пациента начинает так давить жаба по поводу денег, отданных психолуху, что он от досады исцеляет себя сам, независимо от трёпа, слышанного во время психотерапевтических сеансов.
Джонни не мог не отметить для себя сходный феномен, связанный с Леночкой. «Солидные мужчины», которым она отдавалась и у которых сосала за деньги, практически ни во что её не ставили, считая попросту бессовестной, наглой, зарвавшейся сучкой. И без труда ставили её на место. Таков был, например, Пётр Иванович – тот самый чиновничий воришка из министерства, на которого Леночка более года работала всеми дырками души и тела (или почти всеми, т.к. задницу она для этого дела старалась не подставлять).
Люди же, которых она использовала самым бессовестным образом, невольно ею восхищались. За соответствующими примерами Джонни не нужно было далеко ходить – он знал это на собственной шкуре. Несмотря на сильнейшее моральное омерзение, Джонни не мог не восхищаться невольно её умением не лезть за словом в карман, выкручиваться, быстро находить эффективное решение практически в любой ситуации, даже если это достигалось ценой нанесения вреда другому человеку.
И он был вовсе не единственным, кто оказался в такой ситуации. К тому же, если сам Джонни ещё мог списать свой столь рьяный интерес к Леночке на её необычную психопатологию, то Алексей, её «первый молодой человек», искренне восхищался ею как женщиной. Уже после двух лет знакомства, после стольких возможностей выяснить, какая она мразь, Алексей всё ещё умудрялся бегать за ней, угождать её капризам, даже пытался делать ей предложение. Которое, впрочем, она отвергла под надуманным предлогом. Ведь (как Леночка впоследствии рассказала Джонни) она поняла, что у неё «нет чувств к этому человеку» и ей «не хотелось иметь от него детей». Последнее обстоятельство, впрочем, не мешало ей продолжать паразитировать на Алексее, пользуясь его сильной влюблённостью в неё. И так продолжалось до тех пор, пока она не встретила свою «любовь» - мужчину посолиднее, у которого была просторная квартира в центре.
Видимо, для Алексея, как и самого Джонни, мысль о том, как он позволил себя использовать ничем не примечательной мрази, была невыносимо обидной, а потому он не мог просто сосчитать убытки и найти в себе силы идти дальше, но вместо этого продолжал боготворить её, восхищаться ею вопреки здравому смыслу. Такая заложенная глубоко в человеческой психике тенденция цепляться за утопленные затраты в данной ситуации играла на руку сучке, и она знала, как этим распорядиться.
Вероятно, сходные причины мешали и действительно думающим людям, зачем-то оказавшимся на тренинге, раскрыть свой потенциал критического мышления. Таким был, например, молодой человек по имени Ричард. Мы не знаем, что привело его на тренинг. Быть может, его серьёзность мешала ему найти общий язык с окружающими, да и лишний вес не способствовал популярности, а потому он чувствовал себя немного одиноким. Или ему просто из любознательности захотелось посетить это популярное среди молодых профессионалов мероприятие.
Так или иначе, в заключительный, четвёртый день тренинга Ричард почувствовал потребность высказаться. Тренер в тот день распинался о том, как разум человека напоминает последовательность пластинок, хранящих пережитые им мгновения как совокупности испытанных чувств и ощущений. Майкл называл такой набор записей «анатомией сознания».
Когда Ричарду предоставили слово, он сказал:
«Я по профессии стоматолог, и несколько месяцев назад в журнале «Наука» я прочитал об исследовании канадского нейрохирурга, который сказал, что каждый раз, когда он прикасался электродом к участку мозга пациента, находящегося под локальной анестезией, но в сознании, тот как бы полностью переживал событие, происшедшее с ним годы назад. Это выглядело так, словно проигрывалась пластинка – прямо как Вы говорите сейчас. Стимуляция электродом активизировала нечто, словно образовывавшее полную запись – пациент мог вспомнить мельчайшие детали, хотя эти детали не присутствовали в его сознании, поскольку событие произошло около двадцати лет назад. И, казалось, этих записей имелись тысячи – доктор никогда не знал, что скажет пациент, когда тыкал электродом...»
«Кажется, я просто несколько изумлён, что пару месяцев спустя после чтения той статьи, эст неожиданно даёт мне определение разума, которое действительно круто, за исключением того, что тот мужик из Канады, кажется, нашёл то же самое».
Можно сопоставить рассказ Ричарда с первоисточником – статьёй выдающегося канадского нейрохирурга Уайлдера Пенфилда, в которой говорилось:
«На поверхности человеческого мозга есть область, локальная электрическая стимуляция которой может воспроизвести последовательность из прошлого опыта. Эпилептическая активация в этой области может сделать то же самое. Словно магнитофон или киноплёнка со звуковой дорожкой были приведены в движение внутри мозга. Виды и звуки, а также мысли из прошлого снова проходят через сознание человека.
Время от времени в процессе нейрохирургической операции под местным наркозом, осторожная электрическая стимуляция в височной области слева или справа вызывала осознание пациентом, находящимся в сознании, некоторого прошлого опыта. Этот опыт словно выбирается случайно из его собственного прошлого, но возвращается к нему в подробных деталях. Пациент внезапно снова осознаёт те вещи, на которые он обращал внимание в тот далёкий отрезок времени. Воспоминание о последовательности переживаний прекращается внезапно, когда электрический ток выключается или когда электрод убирается от коры...
Пациент С.Б. заметил, когда электрод касался височной доли (правая верхняя височная извилина): «Вон там было пианино, и кто-то играл. Вы знаете, я мог слышать песню». Когда кора была стимулирована вновь без предупреждения, примерно в той же точке, у пациента был другой опыт. Он сказал: «кто-то говорит с другим человеком и упоминает имя, но я не могу его разобрать... Это было словно сон». Опять стимулируется та же точка, не информируя его. Он говорит тихо: «Да. «О, Мэри, о, Мэри». Кто-то поёт эту песню». Когда точка была стимулирована в четвёртый раз, он слышал ту же песню снова и сказал, что это была «песня из радиопрограммы».
Электрод был затем приложен к точке, расположенной четыре сантиметра вперёд на первой височной извилине. Когда электрод был ещё приложен, С.Б. сказал: «У меня возникло воспоминание. Я вижу здание компании Севен – Ап и пекарню Харрисона». Он видел, очевидно, две большие светящиеся рекламы в Монреале.
Хирург затем предупредил его, что собирается приложить электрод снова. Затем, после паузы, хирург сказал «вот», но не стимулировал. (У пациента не было возможности узнать, когда прикладывался электрод, если ему не говорили об этом, так как сама по себе кора лишена чувствительности). Пациент проворно ответил: ничего.
Женщина (Д.Ф.) слышала оркестр, играющий мелодию, когда электрод был приложен. Музыка прекратилась, когда электрод убрали. И вернулась, когда электрод был приложен снова. Когда её попросили, женщина промычала мелодию, сопровождая оркестр, в то время как электрод удерживали на месте. Это была популярная песня. Снова и снова, повторная стимуляция в том же самом месте давала ту же песню. Музыка всегда словно начиналась на одном и том же месте и проигрывалась в нормальном темпе. Все попытки дезинформировать женщину провалились. Она верила, что в операционной каждый раз был включён граммофон, и упорно отстаивала своё убеждение в разговоре несколько дней спустя после операции.
Мальчик (Р.В.) слышал, как его мама говорила по телефону, когда электрод был приложен к его правой височной коре. Когда стимул повторялся без предупреждения, он слышал свою маму снова в том же разговоре.
Когда стимул был повторён снова по прошествии некоторого промежутка времени, мальчик сказал: «моя мама говорит моему брату, что он одел куртку задом наперёд. Я прямо-таки могу их слышать».
Хирург тогда спросил мальчика, помнит ли он, как это случилось. «О да»,- ответил он,- «прямо перед тем, как я пришёл сюда». Когда его спросили, казалось ли это ему как во сне, он ответил: «Нет, это словно я впадаю в растерянность».
Дж. Т. закричал в изумлении, когда электрод был приложен к его височной коре: «Да, да, доктор. Теперь я слышу, как люди смеются – мои друзья в Южной Африке!»
Когда его спросили об этом, он объяснил причину своего удивления. Ему казалось, что он смеётся вместе со своими кузинами Бесси и Энн, которых он оставил в Южной Африке, хотя и знал, что теперь он находился на операционном столе в Монреале».
Получалось, Ричард сравнивал открытия Пенфилда, ставшие результатом многих лет обучения и совершенствования, а затем сложной и напряжённой работы на всём протяжении долгой профессиональной деятельности, с пересказом тренером эст досужих фантазий Вернера Эрхарда. Несомненно, последний был в известном смысле талантливым человеком, как торгаш, умеющий успешно продавать не только подержанные автомобили, но и фактически сотрясание воздуха на психотренингах. Однако ставить его в один ряд с Пенфилдом... Хотя, казалось бы, будучи образованным человеком (стать медиком, тем более стоматологом, в Пиндосии ой как непросто!), Ричард должен был более разумно относиться и видеть разницу... К тому же, публично восхищаясь формулировками Эрхарда, он дополнительно подкармливал его нарциссические амбиции.
Конечно, в этой ситуации Джонни было легко критиковать дантиста Ричарда. Но ведь и сам Джонни в своё время совершенно искренне говорил Леночке, как она перевернула его жизнь, как многое он понял и узнал благодаря ей. Но почему «благодаря»? Он же ничем на самом деле не обязан ей! Ведь у неё и в мыслях никогда не было сделать для него что-то хорошее. Всё, к чему она стремилась,- это решать свои чисто эгоистические задачи за его счёт, использовать его по максимуму. А потому ни о какой благодарности этой сучке не может быть и речи – только о возмездии, воздаянии, о том, чтобы как следует наказать эту мразь. Даже если её персонально в силу её личностной патологии это решительно ничему не научит, пусть его расплата с нею станет назиданием другим начинающим стервам.
А всё положительное, что он вынес из контактов с ней, было создано им самим. Да, ничего этого бы не было, если бы он её не встретил. Однако этот факт никоим образом не является её заслугой!
Эффект, сходный с тем, как Леночка воздействовала на Джонни, объясняет то, что можно было бы назвать положительным эффектом семинаров эст. Потрясение, испытанное человеком в ходе тренинга, заставляло его по-новому взглянуть на свою жизнь, выскочить из колеи, по которой жизнь его катилась не туда, искать нестандартные решения. Вероятно, это до некоторой степени созвучно тому, что имел в виду Эрхард, когда говорил («лезвие Вернера»): «Ваш разум так запутан верованиями и аргументами о том, что есть или могло бы быть или должно быть не так с вами, с миром или со всеми остальными, что вы не в состоянии даже чувствовать жизнь, не говоря уже о том, чтобы наслаждаться ею. А потому мы выбросим всю вашу систему верований, порвём вас на части, а потом соберём обратно».
В связи с только что сказанным примечательна сама аббревиатура эст. хотя Эрхард и его последователи настойчиво писали её строчными буквами, эст можно расшифровать как своего рода «электрошоковую терапию» (est = electric shock therapy, хотя специалистами для упомянутой процедуры в прямом значении обычно употребляется сокращение ECT = electroconvulsive therapy, т.е. электросудорожная терапия), словно «встряхивающую» пациента, переворачивающую его жизнь.
Как бы там ни было, далеко не все «пациенты» перенесли «лечение» посредством эст без серьёзных негативных последствий и смогли «собрать себя обратно», как показывают следующие примеры.

12:04 

Психокульты: Охота на раненые души

К сожалению, в наше время деструктивное поведение всё больше входит в моду. Люди целенаправленно учатся обманывать и использовать друг друга, что в итоге весьма негативно сказывается на их взаимоотношениях. Однако наибольшего расцвета вредоносный контроль над чужим сознанием традиционно достигался в сектах. Давно уже замечено, что наибольшей опасности при этом подвергаются самые уязвимые, люди с теми или иными душевными проблемами, например, перенесшие психическую травму. Так, некоторые люди, внезапно потерявшие близких и любимых, самых дорогих сердцу людей, полностью посвящают себя служению как Свидетели Иеговы. Они смиренно переходят со своими журнальчиками от двери к двери, то и дело посылаемые многоэтажным матом, и пытаются рассказать гневно настроенным людям «о том, что будет дальше» и предложить им изучение Библии как путь к спасению. Они также покорно кладут последнюю копеечку в ящик для сбора пожертвований, неназойливо присутствующий на каждом собрании конгрегации (а как же без него?!). И всё в иллюзорной надежде не только самим попасть в заветные сто сорок четыре тысячи праведников, которые, согласно учению секты, обретут рай на Новой Земле, но и снова, теперь уже навсегда, соединиться со своими безвременно ушедшими близкими, которые тоже каким-то чудесным образом должны вписаться в это количество. А тем временем их «старшие духовные братья» с удовлетворением наблюдают, как тоненькие денежные ручейки из карманов страдальцев объединяются, стекаясь полноводной рекой на банковские счета корпорации Сторожевая Башня. На эти средства можно попробовать организовать себе – единственно возможный в объективной реальности – рай на грешной земле.
Однако через полтора столетия после работ Дарвина, среди разговоров про Долли и стволовые клетки, пастыри эпохи постмодернизма вынуждены изобретать новые методы стрижки своих овечек на бабло. И кукловодам театров живых марионеток приходится менять декорации. Теперь они предлагают своей пастве познать себя, обрести счастье, встретить, наконец, того самого, особенного и т.д. Работает это в большинстве случаев по сходной общей схеме: сначала необходимо посетить «очень важный и очень нужный тренинг, который непременно тебе поможет, просто преобразит твою жизнь». Потом, однако, когда человек чувствует, что всё равно чего-то не хватает, выясняется, что непременно нужно посетить более продвинутый семинар, а потом ещё и ещё, а также приводить своих друзей и т.д. и т.п.
И было бы не совсем верно говорить: «на такое ведутся только ущербные люди». Яркий пример тому – тренинги эст (по прихоти основателя принято писать именно так, строчными буквами; est = Erhard Seminars Training). Они были основаны в 1971 году в США Вернером Эрхардом, бывшим торговцем автомобилями с пробегом, бросившим свою семью с детьми (справедливости ради, впоследствии, уже став знаменитым, он о прежней семье вспомнил, чтобы... растлить своих дочерей). В общей сложности за всё время существования легендарного тренинга его посетили более семисот тысяч человек. Кто-то скажет: на такие мероприятия придут только тёмные, необразованные люди. Но фактически, среди тех, кто драил туалеты в тренинговых центрах Вернера Эрхарда, лишь бы иметь возможность находиться поближе к действу, были даже дипломированные клинические психологи.
Казалось бы, что здесь такого, если люди ищут себя и кто-то им в этом помогает, пусть и не безвозмездно? Да ничего особенного, в принципе. Смотря, правда, какие результаты это приносит в итоге. Здесь важно понимать коренные отличия тренинговых психокультов от серьёзной групповой психотерапии. Последняя скорее будет проводиться человеком, хорошо знакомым с «матчастью», согласно эмпирически обоснованному протоколу. Безусловно, и при таком подходе возможны злоупотребления. Однако когда мы имеем дело с психокультом, сама по себе практика тренингов может быть во многом основана на злоупотреблениях. Например, в «Центре чувственной терапии», осуществлявшем свою деятельность в США на протяжении примерно десяти лет и пользовавшемся заметной популярностью, применялись следующие пикантные методы «исцеления»:
- Пациентов заставляли стоять обнажёнными перед группами; им велели осматривать гениталии других пациентов в присутствии групп;
- Молодого человека, который хотел вернуться в колледж учиться музыке вместо того, чтобы работать механиком в бизнесе культа, заставили носить подгузники, спать в детской кроватке и есть детское питание, т.к. его психотерапевт сказал, что он хотел жить «как младенец».
(Цит. по статье Маргарет Сингер, Мориса Темерлина и Майкла Лангони «Психотерапевтические культы»).
Быть может, такое возможно только в США и прочих державах «гнилого Запада»? Но нет, оказывается, разве могут предприимчивые люди оставить без внимания наше население с его неуёмной тягой к самопознанию? Народившиеся у нас словно грибы после дождя психокульты теперь столь многочисленны, что одно их перечисление даже с самым кратким описанием специфики деятельности оказалось бы неоправданно длинным в статье, адресованной широкому кругу читателей. Поэтому более уместным представляется подробней остановиться на самой популярной и многочисленной в наших краях психосекте, основанной на тренингах по «системно-векторной психологии». Надо полагать, эта организация не нуждается в представлении, т.к. всё труднее найти пользователя рунета, интересующегося вопросами психологии, не сталкивавшегося с её агрессивной рекламой.
Естественно, у неподготовленного читателя может возникнуть вопрос, насколько обоснованно называть такую организацию «сектой» или «культом». Не является ли использование этих терминов в данном случае не более чем негативным оценочным суждением? Чтобы разобраться в этом вопросе, рассмотрим, как проявляются в деятельности рассматриваемой организации некоторые показательные черты таких деструктивных структур.
Исследователи сект отмечают, например, такой феномен как новояз. Он означает выраженную тенденцию идеологов культа к генерации неологизмов, а также использованию общеизвестных слов и выражений в смыслах, точное значение которых понятно только посвящённым. Это способствует коммуникативному обособлению сектантов, отделению их от внешнего мира. В рассматриваемом случае это проявляется следующим образом. Люди, имевшие возможность наблюдать рьяных адептов системно-векторной психологии могли заметить, как те компульсивно пытаются типизировать всё, что движется. Помимо негативных последствий неспособности и/или нежелания разглядеть за тем или иным «вектором» реального живого человека, такой подход может вести к непониманию с окружающими. Собеседник культиста знает, что его кем-то посчитали, но теряется в догадках, что бы сие значило. А на просьбы объяснить подробно (это если кому ещё не лень интересоваться, а не послать попросту сразу «психолуха» куда подальше) реакция сектанта в итоге сводится к «доброжелательному» совету принять участие в тренинге.
Таким образом в некоторой степени реализуется то, что в традиционных религиозных культах осуществляется посредством запретов. Например, Свидетелю Иеговы разрешается знакомиться с новыми людьми только в том случае, если он им проповедует. При этом предполагается, что за Свидетелем следит, собственно, сам Иегова. От которого, естественно, ничего не утаишь, даже помыслы. В случае же светских психотренинговых культов аналогичную задачу выполняет новояз, создающий коммуникативный барьер, эффективно разделяющий для сектантов мир на «мы» и «они».
Более того, всё не ограничивается лишь отдельными словами. Воздвигаются целые специфические понятийные системы, концепции. Например, поскольку для системно-векторной психологии обычно мишенями проповедей являются люди с психологическими проблемами, у секты разработана своя, особая версия психопатологии. Хотя сами системно-векторные психологи провозглашают её восходящей своими корнями к Фрейду, в действительности у них даже основополагающие слова имеют особый смысл, и в результате получается как бы вообще параллельная вселенная. Предлагаются специфические для учения культа механизмы объяснения психопатологии. Например, клиническая депрессия и суицидальная идеация, по их версии, являются следствием нереализованного звукового вектора, а страх – проявлением неразвитого зрительного. При этом приводимые объяснения проблематично привести в соответствие с современными представлениями, согласно которым в основе психопатологии лежит сочетание следующих факторов:
неврологических (патология ЦНС, дисбаланс нейромедиаторов и т.д.);
собственно психологических (таких, как объяснительный стиль, локус контроля и т.д.)
социально – экономических (статус, трудоустройство, изоляция и т.д.).
Кроме того, важную роль в теоретических построениях системно-векторной психологии играет специфический миф о «первобытной стае», не знакомый людям за пределами организации.
Как же люди оказываются втянутыми в такой культ? С одной стороны, многие ощущают потребность разобраться в себе, своих эмоциональных проблемах, трудностях во взаимоотношениях. С другой, в качестве одной из центральных причин следует назвать также недостаточно развитые навыки критического мышления у будущих адептов. Это может быть связано с заметным снижением в последние годы реального уровня базового, фундаментального образования. Как следствие, молодые люди не располагают ни необходимым запасом фактических сведений, ни достаточным культурой мышления, чтобы реалистично оценить качество предлагаемых услуг. В результате, им приходится полагаться на отзывы других, тех, кто уже испробовал это на себе. И, естественно, они видят практически исключительно положительные и даже восторженные отклики якобы прослушавших тренинг.
В действительности же статьи и значительная часть хвалебных впечатлений о тренингах написаны продажными блоггерами, которым, как говорится, деньги не пахнут, тем более, когда суммы приличные. Однако это лишь часть истории. Часть положительных отзывов, и притом именно они распознаются как выглядящие наиболее реалистичными, на самом деле оставлена людьми, которые честно приняли участие в тренинге, причём на свои кровные средства. Получается, тренинг действительно принёс им пользу? Нет, вовсе не обязательно! Чтобы понять, как такое может случиться, вспомним героев книги Леона Фестингера, Генри Рикена и Стэнли Шехтера «Когда пророчество не сбывается». (На русском языке изложение этой истории можно прочитать в достаточно популярно написанной «Психологии влияния» Р. Чалдини). Когда за ними так и не прилетела летающая тарелка, стали ли они рвать на себе волосы оттого, что поверили (вероятно, душевнобольной) Дороти Мартин/Мариан Кич, бросили работу и раздали своё имущество?! Ничего подобного! Напротив, они почувствовали себя спасителями человечества и принялись активно проповедовать учение культа.
Таким образом, в подобных случаях мы сталкиваемся с действием фундаментального механизма человеческой психики, заключающегося в невыносимости для нас осознания ничем не компенсированных потерь в прошлом. Будучи не в состоянии вернуться назад во времени и изменить уже случившееся, мы можем пытаться по-другому интерпретировать свои тогдашние поступки или стараться сделать их более осмысленными своими дальнейшими действиями. С этим, в частности, связаны такие важные феномены, как когнитивный диссонанс и психология утопленных затрат (о ней и об использовании её как инструмента психологических манипуляций см. статью автора «Утопленная жизнь» freak .sytes. net/utopl_zhizn.html).
И в этом смысле психосектоводы знают, о чём они говорят, когда призывают: «Как ты можешь судить о тренинге, если не принимал в нём участия? Прослушай и реши для себя, так ли уж он плох». И добавляя при этом: «Ты не пожалеешь, вот увидишь», они не обязательно лгут. Чтобы лучше понять, почему так происходит, попробуйте представить, как человек мысленно говорит себе: «Я<, умный человек (ну а кто же себя дураком-то считает?!),> заплатил сначала семнадцать тысяч рублей за первый этап, а потом ещё тридцать тысяч за второй этап этого отстойного тренинга!» Не очень логично, верно? Значит, для устранения диссонанса нужно изменить здесь либо «умный», либо «отстойный». Но отстойный убрать проще и приятней, согласитесь?
Ситуацию усугубляет национальный колорит, проявляющийся, по меньшей мере, в двух важных аспектах:
1. У нас последнее время значительно позорнее быть обманутым, нежели обманывать самому. А тут ещё психолухи, да инструктора всяческих тренингов любят вещать про персональную ответственность, смещая тем самым акцент вины с «обманули, гады, сволочи!» на «я тот лох, который поверил».
2. Гарольд Стивенсон и Джеймс Стиглер попытались выяснить, почему японские пятиклассники учатся лучше американских и вообще выглядят более умненькими. Говоря неформальным языком, один из основных выводов исследователей можно сформулировать так: американец, совершая ошибку, узнаёт, какой он недоумок; японец – просто как не надо делать. Вообще, на Востоке такой взгляд на вещи представляет собой древнюю традицию. Ещё, кажется, Лао Цзы в своё время писал: «Великий человек, совершив ошибку, осознаёт её; осознав её, признаёт; признав её, исправляет. Он считает тех, кто указывает ему на его ошибки, своими самыми благожелательными учителями». У нас же в этом плане равняются не на Восток, а на Запад.
Есть и ещё один важный момент. Оглядываясь назад, на свой печальный опыт, жертвы деструктивных организаций нередко говорят что-нибудь вроде: «А с виду, мне казалось, такие приятные, милые, интеллигентные люди...»
Автору этих строк хорошо известна подобная ситуация в несколько ином контексте, в связи с его интересом к психопатам и другим представителям т.н. тёмной триады социально деструктивных аномалий личности. Нет, психопаты в своём подавляющем большинстве – это отнюдь не маньяки с топорами, а всего лишь люди (примерно 1% населения), в качестве основных черт личности сочетающие импульсивность со специфическим эмоциональным дефектом, делающим их безразличными к чужим страданиям (подробнее о психологии тёмной триады и психопатов в частности см. freak .sytes. net).
Несмотря на свои отвратительные личностные черты, психопаты (а также другие представители тёмной триады), практически всегда носящие маску вменяемости,- очень обаятельные люди, которые могут представляться собеседнику весьма милыми и приятными, когда это отвечает их эгоистическим, корыстным интересам. С предметом настоящей статьи их связывают, как минимум, два важных момента:
1. Многие лидеры сект были психопатами, или, во всяком случае, демонстрировали черты характерные для тёмной триады. Сюда можно отнести Рона Хаббарда (основатель сайентологии), Дэйвида Берга, Дэйвида Кореша и Джима Джонса. Да и если говорить именно о психокультах, судя по его поведению, Вернер Эрхард также был «хорош» в этом плане.
2. Многие лидеры культов, включая психокульты, использовали в своём безудержном стремлении к власти над своими последователями методы, обычно характерные для представителей тёмной триады.
Соответственно, как в случае с психопатами и прочими токсичными личностями, имея дело с проповедями харизматических лидеров психосект, важно уметь видеть реальное содержание их учений под привлекательной обёрткой.
Попытка такого систематического анализа, озаглавленная «Психосекты. Ловцы раненых душ» freak .sytes. net/psycults.pdf была выполнена автором этих строк в приложении (как это ни покажется кому-то странным) к серии историй о бессердечном психопатическом монстре в образе очаровательной девушки, озаглавленной «Красавица Леночка». На основе общедоступных материалов были проанализированы два наиболее популярных психокульта, «импортный» эст и «отечественный» - системно-векторной психологии.
По правде сказать, перед написанием упомянутых материалов у автора были серьёзные сомнения. Всё-таки, как-никак, это личное дело каждого, вступать ли ему в секту, и если да, то в какую. И тогда чего ради, спрашивается, дразнить гусей? Часа весов решительно склонилась, однако, когда вторая из названных выше сект принялась в своих рекламных статейках патологизировать ни в чём не повинных людей. Сначала накропали сразу несколько заметок о социально изолированных людях, которых у нас на японский манер называют «хикикомори», которые якобы представляют опасность для окружающих. Да человек, может, годами из квартиры не выходит! У него что, кнопка где-то там ядрёная запрятана, чтобы хоть как-то кому-то угрожать?!
Но досталось не только хикки. Оказывается, например... «вегетарианцы, попросту говоря, наносят вред своему организму, откровенно издеваясь над собой. Более того, часто они вредят не только себе, но и окружающим»... «Вегетарианство <у человека>... определенно говорит о некоторых проблемах и травмочках, которые в меньшей или большей степени отравляют ему жизнь». И причиной тому, оказывается, бессознательный (sic!) страх быть съеденным!
Quousque tandem? Как долго ещё базирующаяся в Пиндостане обнаглевшая секта, разбогатевшая на наивности и необразованности россиян, на основании фантазий своего главаря будет отравлять сознание нашим людям, в первую очередь молодёжи, и указывать, как им строить социальную жизнь и чем питаться?! Может, пришла пора положить этому предел?

08:20 

О хищниках среди людей, или кого следует опасаться на самом деле

Многие шарахаются от неадекватных людей, тех, чьё поведение кажется странным. Тем не менее, известно, что представители категории людей, представляющей наибольшую опасность для окружающих, на первый взгляд кажутся не только совершенно нормальными, но даже очень обаятельными и привлекательными. Что же это за люди? Что нам известно о них?
Увидев собаку, кошка шипит и выгибает спину. Так выглядит популярный образ реактивной агрессии. Разумеется, она встречается отнюдь не только в мире животных. Многим жителям мегаполиса знакомо выражение лица человека, чьи стиснутые зубы и суровый взгляд словно говорят окружающим: «А ну-ка наступите мне на ногу или толкните меня локтем! И тогда я взорвусь, словно паровой котёл, у меня сорвёт крышку самоконтроля, и я ошпарю вас всем тем, что у меня на душе накипело!»
Обсудив детективные сериалы и криминальные хроники из реальной жизни с соседками, а также достигнув в этом вопросе консенсуса относительного того, что мир полон зла, заботливые мамы наставляют своих дочек избегать контакта с неадекватными личностями. Однако действительно ли нужно в первую очередь бояться тех, кем больше всего пугают? Если мы рассмотрим крайние, «клинические» случаи, то оказывается что даже психотик, демонстрирующий вопиющую неадекватность своей речью, воспринимающейся как «салат» из слов, едва ли представляет большую угрозу, нежели среднестатистический прохожий. За исключением разве что если он услышит голос, который скажет ему, что ты враг и тебя надо устранить. И уж тем более постоянно встревоженный и испуганный невротик доставляет больше неприятностей самому себе, нежели окружающим. Конечно же, как психотик, так и невротик, мягко говоря, не очень удачные потенциальные партнёры для брака или длительных отношений. Тем не менее, мы видим, что, как правило, в остальном они не представляют особой угрозы нашему здоровью и благополучию.
Чтобы понять, кого же реально следует опасаться, вернёмся к кошке, которая пережила встречу с собакой, и теперь охотится в огороде на раненную птицу. При этом кошка не показывает зубы и когти, не выгибает спину и не шипит, а тихо и сосредоточенно крадётся, с тем, чтобы в тот момент, когда несчастная птица её заметит, спасаться было уже поздно. Это называется инструментальной агрессией. Люди также могут демонстрировать подобное хищное поведение. От реактивной, или, как её ещё называют, аффективной агрессии, она отличается, в частности, тем что:
- совершается хладнокровно, т.е. без трепета и без особых эмоций;
- выполняется спланированно и осмысленно;
- ориентируется на конкретную жертву, к которой приковано внимание хищника.
Особый интерес и в то же время особую опасность в этом плане представляют те, для кого склонность к такому поведению представляет собой органическую часть структуры личности.
Выбрав себе жертву, они пускают в ход своё неотразимое обаяние, патологическую ложь, а также тонкие навыки психологического манипулирования с тем, чтобы приблизиться к жертве, получив полное её доверие.
Пожалуй, одна из самых пугающих черт личности у этих людей состоит в том, что они лишены эмпатии, т.е. способности чувствовать боль и другие эмоциональные состояния другого человека. Как следствие, они бессердечны, и потому умолять такого человека о пощаде абсолютно бессмысленно. Ибо единственный язык, который они понимают,- это язык силы.
Будучи неспособными проникнуть в эмоциональный мир другого человека, они тем не менее прекрасно могут сообразить, что у того на уме, и использовать любые его слабости, от алчности до душевной доброты и доверчивости, с тем, чтобы на нём паразитировать или как-то иначе использовать его в своих целях. (Такая способность видеть перспективу другого человека, пусть чисто интеллектуально, коренным образом отличает их от детей и взрослых, страдающих аутизмом и синдромом Аспергера).
Постоянно испытывая скуку, они могут также охотиться не только и не столько потому, что им хочется кушать, а просто, чтобы развлечься и поиграть со своей жертвой, словно кошка с мышкой.
Что происходит с нормальным человеком, когда он нервничает? У него учащается сердцебиение и вообще возбуждается автономная нервная система. У этих же людей пульс не учащается даже тогда, когда они избивают своих жён (что многие из них, кстати говоря, практикуют достаточно часто).
Они способны без дрожи в голосе говорить о вещах, которые у нормального человека язык не повернётся сказать. Это и не удивительно, учитывая отсутствие у них адекватной эмоциональной реакции. Так, один субъект, наблюдавшийся автором этих строк, писал в своём дневнике: «Видел реально труп. Вернее, то, что от него осталось, т.е. скелет, кишки. Вы уж простите, дорогие мои, что я так описываю. Просто я понял, что при виде трупа мне как-то параллельно».
Естественно, учитывая сказанное выше, у нормального человека возникает желание избежать встречи с хищником, или, по меньшей мере, минимизировать свои контакты с ним. Однако на практике это бывает очень непросто сделать, когда хищник привычно надевает маску вменяемости, благодаря которой он не только выглядит нормальнее многих абсолютно нормальных людей (у которых, в отличие от него, есть масса социальных условностей, совесть и прочие неведомые ему заморочки), но и становится поистине неотразимым. И только особенный, прямой, сосредоточенный на жертве взгляд может его выдать, заставляя некоторых чувствовать себя, словно завтрак зверя.
Как же распознать хищника прежде, чем станет слишком поздно? Как защитись себя? Для начала, нужно больше знать об этих людях.
На Западе поведение таких людей активно изучают в тюрьмах. Однако это что-то вроде тигра в зоопарке: понятно, что на воле зверь будет вести себя иначе. В то же время, хотя многие из таких людей нарушают закон, составляя десятки процентов среди населения тюрем и более половины среди серийных убийц, большинство таких людей находятся не в местах лишения свободы, а среди нас с вами.
Сделать шаг к заполнению этого пробела, и в то же время в доступной форме познакомить читателя с повадками таких людей, призвана книга, в основу которой положена история человека, который обладал свойством притягивать к себе описанных выше хищников. Книгу можно найти на сайте freak.sytes.net .

13:20 

Манипулятор как собеседник

Прогресс приносит нам всё новые средства коммуникации и расширяет возможности имеющихся. Но становятся ли от этого люди ближе друг другу? Увы, многим из нас с каждым годом всё труднее найти человека, с которым можно поговорить по душам, того, кто выслушает и постарается понять. Часто не ладятся даже разговоры между близкими людьми. Притчей во языцех уже стало, например, когда девушка пытается рассказать парню (или жена мужу) историю, которая с ней произошла, а он перебивает её, не дослушав до середины, дабы поставить свой диагноз участникам событий. После чего назначает «лечение», говоря девушке, как ей быть дальше в этой ситуации. Расстроенная девушка высказывает ему, что он, во-первых, даже не попытался дослушать историю до конца, а во-вторых, она искала у него в первую очередь понимания и сочувствия, а не руководящих указаний. Это, однако, вызывает у него протест: ты оторвала меня от просмотра чемпионата мира по футболу /гонок Формула 1 / пивка с друзьями, чтобы рассказать эту хрень, про которую ты теперь даже мой совет послушать не хочешь?!
После множества подобных инцидентов некоторые с горьким цинизмом говорят: если хочешь найти внимательного и доброжелательного собеседника – обратись к психотерапевту.
Естественно, нам нравится, когда мы интересны другому человеку. Но всегда ли этот интерес искренен и приносит нам пользу? Чтобы разобраться в этом вопросе, имеет смысл задуматься: как мы узнаём о таком интересе? Как правило, от самого собеседника. И мы склонны верить в это, т.к. иначе вроде бы какой смысл человеку воодушевлять нас быть рядом с ним? Конечно, в большинстве случаев такое рассуждение оправданно. Но есть и исключения. И одно из таких исключений грозит серьёзными неприятностями, если не быть к нему готовым. Оно связано с людьми, которые стремятся эксплуатировать потребность других в общении для решения своих собственных эгоистических задач. Эти люди – искусные манипуляторы, и в первую очередь представители так называемой тёмной триады социально деструктивных аномалий личности (см. определения и психологические тесты на freak.sytes.net).
Известно, что взаимодействие такого манипулятора с жертвой проходит в три этапа: оценка, использование, оставление (подробнее см. статью «Как эмоциональные роботы манипулируют чувствами людей»). Примечательно, что характер общения существенно меняется в зависимости от этапа. На первом этапе они не только очаровывают, но и «заговаривают» свою жертву. Если говорить об очаровании, для представителей тёмной триады характерно большое внимание к своему внешнему виду, благодаря чему они, как правило, безупречно выглядят и очень нравятся окружающим. Однако на одной «вывеске» отношения не построишь. И потенциальная жертва это понимает. Поэтому манипуляторы пускают в ход другую важнейшую составляющую своего обаяния, благодаря которой они представляются прекрасными собеседниками. За счёт чего им это удаётся?
В первую очередь, мастерство в любом деле предполагает солидный опыт. И в этом отношении другим с ними не сравниться. Представителям тёмной триады очень помогает в приобретении такого опыта личностная конституция, значение которой становится понятно из следующего рассмотрения:
По степени эмоциональной ранимости людей можно расположить на некой условной шкале от клинического невротика до клинического психопата. Столкнувшись (а с кем такого не случается?) с резким отказом или иной выраженно негативной реакцией собеседника, невротик не только сильно переживает в процессе, но продолжает терзать себя этим и впоследствии. Снова и снова он прокручивает эти сцены в своём сознании, каждый раз заново испытывая боль своей обиды. Таким образом, он получает при этом массу дополнительных отрицательных эмоций, так сказать, в качестве бонуса. И, как следствие, сама перспектива следующей встречи с новым, незнакомым человеком вызывает у него сильную тревогу. А самый простой способ унять эту тревогу – просто избежать встречи. Попутно лишая себя всего позитивного, что могло принести знакомство, а заодно и опыта общения. Это, в свою очередь, негативно сказывается на его навыках коммуникации и т.д. Психопат же в сходной ситуации никоим образом не смущается. Во-первых, он уверен: если с кем-то не сложилось – проблема в другом человеке. И хладнокровно переходит к другой кандидатуре. Если же другой человек оказывается весьма значимым, а потому желанным с практической точки зрения, психопат просто меняет тактику и ищет другие подходы. Или попросту идёт напролом, навязывая другому человеку свою компанию если не силой, то наглостью. В результате, у него накапливается большой опыт общения с разными людьми, что не может не вести к совершенствованию коммуникативных навыков, включая работающие практические решения по манипулированию людьми.
Сформированный таким образом арсенал приёмов, используемых манипулятором, столь внушителен, что заслуживает отдельной статьи. Здесь же мы отметим лишь отдельные примечательные моменты.
Часто при знакомстве люди оказываются в ситуации, когда им нечего сказать друг другу. Дискомфорт от осознания этой ситуации усугубляет неприятное ощущение недостатка общих интересов, разговор глохнет, и люди больше не встречаются. Опытный манипулятор знает, как обойти эту сложность. Он, в частности, прекрасно владеет искусством задавать открытые вопросы. Тем самым даже робкий в общении собеседник не чувствует себя связанным жёстким списком вариантов ответов, а потому не ощущает себя «на допросе». А умело задаваемые наводящие вопросы направляют его ответы в нужное собеседнику русло. Манипулятор знает, в частности, как нравится многим людям, когда их считают экспертами в том или ином вопросе. Кроме того, встретив столь очаровательного человека, жертва стремится понравиться ему. Хотя бы тем, что продемонстрирует свои знания по вопросу, в котором хорошо разбирается. В результате у манипулятора оказываются полезные выжимки сведений в разных областях, которые он может с гордостью демонстрировать новым знакомым, дабы завоевать репутацию знающего, разносторонне развитого человека. А то, что глубоких знаний у него нет – не проблема, т.к. «лезть в дебри» в свете считается моветоном, уделом замороченных неудачников, пытающихся тем самым из себя строить «слишком умных».
Хорошо известно также, что при прочих равных нам нравятся люди, в чём-то похожие на нас, разделяющие наши интересы. В этом отношении важную роль играет «подстройка» манипулятора под жертву, в ходе которой он делает вид, что разделяет увлечения жертвы и/или проявляет к ним активный интерес.
Кроме того, любопытный приём заключается в том, что когда жертва рассказывает историю из жизни, манипулятор переделывает её под себя, и через некоторое время рассказывает жертве похожую историю с его собственным участием. Это даёт изумительный эффект иллюзии совместного прошлого, в результате которого ей кажется, словно они знали друг друга если не всю жизнь, то довольно долго. Такое впечатление оказывается очень кстати, когда девушка медлит начинать отношения с парнем, которого она только недавно встретила.
В итоге, манипулятор формирует в сознании жертвы следующую картину своих представлений о ней:
- Ты интересный человек. У меня есть серьёзный интерес к тебе;
- У нас много общего.
На этом этапе манипулятор также стимулирует жертву много рассказывать о себе. Начинается всё с невинных вопросов об увлечениях, времяпрепровождении и т.д., после чего разговоры становятся всё более личными. Примечательно, что в какой-то тщательно подобранный момент (например, совместного употребления спиртных напитков) манипулятор может разоткровенничаться. Тем самым как бы демонстрируя жертве доброжелательное отношение к ней, своё доверие. «Ты знаешь, мы с тобой вроде совсем недавно знакомы, а мне уже хочется с тобой поделиться чем-то очень личным, спросить твоего совета. Как ты думаешь, стоит?» Однако скармливаемая при этом информация, как правило, является либо насквозь лживой фальшивкой, либо на самом деле не представляет реальной ценности. Жертва же в ответ зачастую стремится поделиться чем-то действительно сокровенным, обнажая при этом свои психологические уязвимости.
Таким образом, у жертвы складывается представление о манипуляторе как не только очень обаятельном и привлекательном человеке, но также разносторонне развитом, прекрасном собеседнике, близком по духу и интересам.
Разумеется, на самом деле ещё пока имеется очень мало реального материала для выводов о характере нового знакомого. Однако здесь в игру вступает эффект нимба, заключающийся в нашей склонности делать выводы о характере человека на основании общего первого впечатления. Известно, что эффект нимба проявляется особенно сильно, когда у нас нет времени собрать основательную информацию, и нужно принимать какое-то решение исходя из того, что известно на данный момент. Именно так обстоит дело при знакомстве в барах, клубах, или в случае столь популярных ныне сетевых знакомств. В этом плане блестящее умение произвести первое впечатление прекрасно играет на руку представителям тёмной триады, характерно практикующим краткосрочные отношения.
В результате такого неоправданного обобщения своих впечатлений от весьма притягательных черт манипулятора, которые тот ей услужливо демонстрирует, жертва очаровывается им. Фактически, она влюбляется в него, у неё возникает очень сильная привязанность.
Казалось бы, теперь можно переходить к использованию? Но нет, овечка ещё не готова. Любители телепередач типа «в мире животных» знают, что хищники любят нападать не просто на слабых, но ещё и одиноких. С этой целью манипулятор активно принимается за изоляцию жертвы от друзей и близких. Важные приёмы при этом – дискредитация и блокирование контактов. «Как ты считаешь, такой-то (твой друг) по отношению к тебе хорошо поступил, сделав то-то и то-то? Хорошо?! Уверена?! Подумай ещё!» «Ты собираешься с ним идти туда-то? Очень жаль! Я надеялся, этот вечер мы проведём вместе. Ты меня очень расстраиваешь...» Как следствие, у друзей жертвы складывается устойчивое представление о безусловном приоритете, отдаваемом ею новому знакомому, что вызывает у некоторых неприязненное чувство, а кто-то просто молча отстраняется. В результате манипулятор добивается своего: социальной изоляции жертвы.
Вот теперь можно переходить к использованию по полной. Характерный сценарий начала использования может выглядеть примерно таким образом. В один прекрасный день (не очень прекрасный для жертвы, конечно) манипулятор становится мрачным и вообще сам не свой, словно сильно расстроен чем-то. Жертва старается выяснить у него, что не так, тщетно пытаясь разобраться в том, что случилось. Часто первое, что она хочет при этом проверить, так это нет ли в этом какой-то её собственной вины. В этом плане для манипулятора важен час Х начала атаки. В любых отношениях каждый из партнёров время от времени совершает что-то такое, о чём он впоследствии сожалеет (за исключением разве что психопатов, не способных искренне раскаиваться в содеянном). И именно такой момент, когда сама жертва осознаёт свою неправоту в чём-то, очень хорош для инициации процесса эксплуатации уже по полной программе. Жертва пытается добиться от манипулятора, не она ли виновата в такой перемене. Манипулятор может сказать в ответ уклончиво: ты меня очень расстроила, вынуждая жертву почувствовать себя виноватой. При умелом применении чувство вины – изумительный инструмент! Наконец, жертве с горем пополам удаётся добиться от манипулятора внятного ответа, из которого следует, что у него сейчас временные трудности. Жертва готова практически на всё, лишь бы вернуть те счастливые дни, которые кажутся ей теперь просто сказочными, когда они так замечательно общались. Она настойчиво выражает манипулятору свою готовность и стремление оказать посильную помощь в разрешении его трудностей. Надеясь также при этом втайне хоть как-то привязать этого замечательного человека к себе. Здесь существенно отметить, что при грамотном подходе манипулятор ни о чём не просит жертву. На самом деле это она его упрашивает любезно принять её помощь.
Жертва старается, лезет из кожи вон, однако ситуация избранника не улучшается, временные трудности не проходят, соответственно общение не налаживается. В сложившемся положении манипулятор, естественно, винит практически всё и всех, кроме себя: неудачное стечение обстоятельств, предательство друзей и деловых партнёров и т.д.
Показательно, что на этом этапе стиль общения, избранный манипулятором, оказывается привязанным к поведению жертвы. Если она всячески старается угодить ему, в ущерб своим собственным интересам, он может быть иногда недоволен, однако в целом приветлив. Хотя, конечно, об энтузиазме, который он проявлял на первом этапе, не может быть и речи! Но стоит жертве вспомнить о своих собственных делах и попытаться немного скорректировать баланс в более справедливом направлении (хотя о полной справедливости с таким человеком не может быть и речи), как всякая попытка содержательного разговора с манипулятором тут же сажается им на мель. Например, когда он воспринимает каждую новую тему разговора, предложенную жертвой, примерно так: «Извини, мне это не интересно. Конечно, я мог бы делать вид, но зачем тебя обманывать?» В результате жертва, которую в конце первого этапа во многом изолировали от близких и друзей, чувствует себя очень одинокой и ненужной. И чтобы избавиться от этого мучительного чувства, ей приходится с впечатляющим самоотречением угождать манипулятору. Такой вот нехитрый инструмент модификации поведения.
Тем временем розовые очки потихоньку начинают сползать, и жертва видит проблески реальной картины. Которые выглядят скорее как весенние проталины, обнажающие прошлогодние испражнения. Поскольку первая защитная реакция сознания на очень неприятное известие часто включает отрицание, жертва вначале пытается не замечать тревожные признаки. Но тогда она начинает всё чаще вляпываться: вопиющая ложь, измены, психологическое, а то и физическое, насилие. И виноватой во всём этом у него оказывается, естественно, она.
Наконец, жертва набирается моральных сил поговорить о том, что её беспокоит. Однако разговор оказывается очень непростым. Манипулятор обрекает на бессмысленность все её попытки наладить содержательный диалог, обрушивая на неё шквал психических атак. Сначала для разминки: Игнорирование вопроса. Подмена сути вопроса в процессе ответа на него. Ответ вопросом на вопрос. И т.д. Потом в ход идут средства посерьёзнее. Например, когда жертва, сбитая с толку уклончивостью, расплывчатостью и уходом от ответов, просит что-то уточнить, она может получить такие реплики: Я тебе уже говорил. Ты не настолько глухая, чтобы не слышать. Я тебе уже рассказывал. Ты не настолько старая, чтобы не помнить. Я тебе уже пытался объяснять. Надеюсь, ты не настолько тупая, чтобы не понять. И во всех случаях, чтобы окончательно обломать жертву: повторять я не собираюсь. Наконец, в случае необходимости пускается в ход «тяжёлая артиллерия» типа метода газового света, в результате применения которой жертва сама начинает верить, что «неадекватна» и у неё «едет крыша» (подробнее см. статью «Мрачный мир социопатов в тусклом, мерцающем свете газовых фонарей»).
Будучи не в состоянии всё это дальше выносить, жертва говорит: я так больше не могу. Наивно полагая, что это как-то может образумить манипулятора. И она уже действительно больше не может, так как вымотала практически все свои материальные и моральные ресурсы. Манипулятор же ведёт себя как человек, который уже подыскал себе новое место работы, и просто хочет убедиться, что он получил от прежнего места всё, что он мог там получить. Наступила третья фаза – последний акт драмы, инсценированной манипулятором. В ответ он говорит своей жертве хладнокровно: не можешь так больше – иди. Не смею тебя задерживать.
Будучи в шоке от такого ответа, жертва оказывается в состоянии только выдавить из себя что-то вроде: я же всё делала для тебя! Как ты мог со мной так поступить?! На что он может ответить с насмешливым цинизмом: Хм... А я тебя просил? Говоришь, ты делала для меня? А может, на самом деле, для себя, чтобы теперь иметь возможность попрекать меня этим? Чего же ты ждёшь от меня теперь? Благодарности за твои действия *тогда*? Ок, на. Спасибо. Могу ещё раз сказать: спасибо большое. Довольна? Потом он может ещё добавить, чтобы обесценить все старания жертвы, когда она помогала ему: мы живём в суровом мире, где ценится результат, а результата, увы, я не увидел. После таких слов ответом ему обычно служат лишь слёзы. Занавес.
Конечно, то, что изложено здесь, представляет собой лишь характерный сценарий развития событий, который может варьироваться от случая к случаю. И, разумеется, несмотря на выбор родовых форм в изложении выше, в роли манипулятора может выступать и женщина по отношению к мужчине. С некоторыми модификациями схема может быть также применена не только к взаимоотношениям полов/браку, но и дружбе, а также (в меньшей степени) к общению с коллегами по работе.
В любом случае, здесь, как в медицине, важно уметь как можно раньше распознавать неблагоприятное развитие событий. В идеале – на стадии профилактики, по возможности избегая людей с деструктивной патологией характера. Как распознавать таких людей – тема отдельного большого разговора (см. «Как распознать социального хищника и не стать жертвой» freak.sytes.net/identify.pdf). В этом, наряду с теоретическими сведениями, изложенными выше, помогает знакомство с примерами применения описанных здесь тактик манипуляции в различных жизненных ситуациях. Их можно найти в книге «Красавица Леночка и другие психопаты»: freak.sytes.net/psychopaths.pdf

13:21 

Пни меня! Я – жертва по жизни

Наверное, многие видели в кино забавных персонажей, которым кто-то в шутку прилепил на спину бумажку «пни меня». В то же время, в реальности жизнь многих людей складывается так, словно у них всё время на спине подобная надпись. Эти милые, добрые, доверчивые люди то и дело вступают в коллективах, а также в своей личной жизни во взаимоотношения, в которых они оказываются в роли жертвы.
Простые житейские наблюдения показывают, что некоторым людям настолько не везёт, что в происходящем с ними непременно должна быть какая-то закономерность. В противном случае повторяемость того, что случается с ними, была бы совершенно невероятной! Те, кому приходится много работать с людьми в разных коллективах, часто отмечают, что в то время как одни постоянно излучают уверенность и доминирование, другие постоянно посылают невербальные сигналы дискомфорта и забитости. Кто-то идёт по жизни с большим пальцем, торчащим из кармана, словно говорящим «у меня всё ОК», а кто-то утопил свой большой палец глубоко в карман, словно говоря тем самым: мне уже не подняться!
Такие наблюдения подтверждаются результатами систематических исследований. В опубликованной более 30 лет назад классической работе Бетти Грейсон и Моррис Стейн задались вопросом, насколько случайно люди становятся жертвами нападений. С этой целью они сняли на видео прохожих в криминально неблагополучном районе Нью-Йорка. Зрителями стали несколько десятков преступников, осуждённых за нападение на незнакомых людей – от убийства до простого нападения. При этом одна группа смотревших видео (12 человек) отбирала видеозаписи тех, кто стал бы лёгкой добычей. Другие 53 преступника подмечали, что именно в том, как держались эти люди, делало их (потенциальными) жертвами. Они обратили внимание, что:
- у типичной жертвы был либо слишком мелкий, либо слишком широкий (для её роста) шаг, в противоположность среднему шагу не-жертвы;
- типичная жертва перемещалась таким образом, что центр тяжести тела смешался в сторону, по диагонали или вверх/вниз, в противоположность трёхмерному движению центра тяжести тела не-жертвы, словно описывавшему в пространстве восьмёрки;
- типичная жертва двигала сначала одну половину тела, потом другую, в противоположность не-жертве, перемещавшей левую руку и правую ногу, затем правую руку и левую ногу;
- наконец, жертвы демонстрировали тенденцию поднимать ноги при ходьбе, в противоположность ногам не-жертв, изящно двигавшимся, словно качели.
Обобщая эти наблюдения, Грейсон и Стейн делают вывод, что главное различие между жертвой и не-жертвой в восприятии криминальных респондентов заключалось в различии между осаночным и жестовым движением. Термины осаночный и жестовый в данном контексте характеризуют, какая доля тела участвует в движении. При осаночном движении, инициация движения исходит из центра тела, в то время как жестовое движение начинается на периферии. Таким образом, жестовое движение дискретно, раздельно, ограничено отдельными частями тела. В противоположность этому, осаночное движение всегда включает не только наблюдаемое или очевидное движение конкретной части тела, но оказывает влияние и отражается во всём теле. В итоге можно сказать, что походка жертвы лишена само-согласованности, внутренней синхронии, символизируя этим диссонансом уязвимость.
Тема получила развитие в публикациях, посвящённых такой важной проблеме, как сексуальное насилие против женщин. Мурзински и Дегельман тщательно тренировали 3 женщин – моделей походке в соответствии с двумя профилями жертв и одним профилем не-жертвы из упомянутой работы Грейсон и Стейна. Они сняли на видео каждую из моделей, исполняющую по очереди каждую походку. После чего показали записи 41 студенту колледжа и 33 полицейским. Каждому зрителю каждый из профилей был показан разными моделями. Каждая из моделей отрабатывала в ходе исследования все профили в равном объёме. Каждого из субъектов вначале попросили оценить уверенность женщины, а после повторного просмотра, оценить её уязвимость в отношении сексуального насилия. Оба профиля жертвы получили значительно более низкие оценки уверенности и более высокие оценки уязвимости в отношении сексуального насилия по сравнению с профилем не-жертвы. При этом профили жертв не отличались существенно между собой.
Ричардс, Роллерсон и Филлипс показали, что мужчины склонны осознанно выбирать для эксплуатации (т.е. формирования таких взаимоотношений с другим, где человек получает от другого блага, не отдавая) податливых (склонных уступать, если настаивают) женщин. Они выбрали 4 женщин с низкими и 4 женщин с высокими показателями на шкале доминирования калифорнийского опросника личности. После чего сняли их на видео и продемонстрировали 4 из 16 возможных комбинаций записей податливая женщина – доминирующая женщина мужчинам – студентам колледжа. На основании просмотра последние оказались способны уверенно отличить податливую женщину от доминирующей даже при выключенном звуке. Таким образом, студенты – мужчины в принятии решения в значительной степени опирались на невербальные сигналы. В частности, доминирующие женщины использовали более широкие и уверенные жесты, их одежда скрывала меньшую часть тела и т.д.
В ответ на вопрос исследователей мужчины также отметили, что, задайся они целью сделать по отношению к женщине то, чего она бы не хотела, они бы, несомненно, выбрали для этого ту, которую идентифицировали как более податливую.
Таким образом, окружающие могут увидеть в человеке жертву, основываясь даже просто на невербальных сигналах. Но кто может увидеть в человеке жертву лучше, чем это может сделать двуногий хищник, у которого к тому же есть мотивация?
Пожалуй, лучшим местом в книге Энн Рул «Незнакомец рядом со мной» про Теда Банди является следующий фрагмент, органически связанный с предметом настоящей статьи:
«Тем не менее, у практически всех этих случаев был общий знаменатель. Что-то пошло не так в жизни жертв в те дни, когда они исчезли; что-то отвлекало их внимание, а потому делало лёгкой добычей умного убийцы. Бренда Бейкер и Кэти Девайн обе убегали из дома. Линда Энн Хили была больна. Донна Мэнсон страдала от депрессии. Сьюзен Ранкорт первый раз за всё время оставалась одна в общежитии. Роберта Кэтлин Паркс была в подавленном настроении и расстроена болезнью отца. Джорджиэнн Хокинс очень тревожилась о предстоящем итоговом экзамене по испанскому языку. Джейнис Отт скучала по мужу и пребывала в подавленном настроении в то воскресенье в июле. Дениз Наслунд поругалась со своим молодым человеком.
Из всех женщин (ставших жертвами Т. Банди в) шт. Вашингтон лишь Бренда Болл была в своём обычном добродушном настроении, когда друзья видели её в последний раз. Тем не менее, завсегдатаи Пламенной Таверны (название бара, имевшего сомнительную репутацию) вспоминают, что она была обеспокоена, т.к. не могла найти того, кто бы отвёз её домой в ту ночь.
В Юте, Кэрол да Ронч была наивной, слишком доверчивой девушкой. Лора Эм была слегка пьяна и огорчена развалом её планов на вечеринку в Хэллоуин. Дебби Кент была обеспокоена недавним сердечным приступом у её отца и тревожилась о том, как защитить его от беспокойства. Мелисса Смит была озабочена «разбитым сердцем» у её подруги и, вероятно, думала об их разговоре, выходя из пиццерии.
У жертв в Колорадо также были на уме другие вещи. Карин Кэмпбелл поругалась с женихом об их затянувшейся помолвке, после чего заболела. Джули Каннингхэм была в подавленном настроении из-за развалившихся романтических отношений. У Дениз Оливерсон был конфликт с мужем. Шелли К. Робертсон ругалась со своим молодым человеком в выходные перед своим исчезновением.
Догадался ли каким-то образом мужчина, подходивший ко всем этим молодым женщинам, что его жертвы встретились ему именно тогда, когда они были особенно уязвимы и не могли так ясно мыслить, как обычно? Похоже, дело обстояло именно так. Крадущееся хищное животное отрезает самых слабых от стада, после чего убивает их в своё удовольствие».
Сам же Тед Банди хвалился, что «он может распознать жертву по тому, как она идёт по улице, как склоняет голову, её манере держаться и т.д.» (цит. по кн. Рональда и Стивена Холмсов «Серийное убийство»). Показательно, как со свойственной людям с такой патологией личности тенденцией «сваливать вину», Тед Банди обвинял в случившемся самих жертв. В частности, он писал Элизабет Клепфер (с которой он поддерживал отношения на протяжении нескольких лет, встречаясь при этом параллельно с другими женщинами и совершая убийства десятков девушек, о которых шла речь выше): «Я знал людей, которые... излучают уязвимость. Выражения их лиц говорят: я тебя боюсь. Эти люди приглашают унижать их... Ожидая, что им сделают больно, не стимулируют ли они это так тонко?»
Тед Банди являлся ходячим воплощением двуногого хищника. Он был психопатом – человеком с самой опасной социально деструктивной патологией личности.
А что говорят об описанном выше феномене выбора жертвы двуногим хищником систематические исследования? Энджела Бук с сотрудниками на основании ряда экспериментов, в том числе с участием рецидивистов, осуждённых за тяжкие преступления и имеющих высокие показатели психопатии, установили следующее:
Определим с точки зрения задач экспериментального исследования хроническую жертву как человека с низким уровнем ассертивности (способности осознанно, прямо и открыто отстаивать свои права и интересы). Выяснилось, что наблюдая видеозапись общения субъектов с друзьями, зрители могли на основании увиденного оценить их виктимность (тенденцию становиться жертвой во взаимоотношениях с другими), определяемую в данном контексте как низкий уровень ассертивности. Причём более высокий уровень психопатии способствовал более уверенной идентификации жертв.
Выяснилось также, что, несмотря на дефективность их эмоционального мира, психопаты способны вполне удовлетворительно читать эмоциональные проявления (страха и пр.) на лицах других людей. Ранее считалось, что такая способность у них снижена. Однако, по-видимому, это было связано с тем, что в предыдущих наблюдениях психопатические индивиды либо просто не обращали должного внимания на эмоциональные состояния других, или просто делали это более медленно, словно попутно переводя информацию о чувствах других людей на иной, более понятный им рациональный язык. Они также были способны оценивать интенсивность эмоций не хуже нормальных субъектов. Выяснилось также, что чем выше уровень психопатии, тем выше способность идентифицировать жертву (в данном контексте имеется в виду человек с историей виктимизации в прошлом, предсказывающей, в свою очередь, повышенный риск виктимизации в будущем) по походке.
Таким образом, подводя итоги проведённого выше краткого выборочного обзора как житейских наблюдений, так и систематических исследований, можно сделать следующие выводы:
-Можно распознать в человеке повышенную тенденцию становиться жертвой даже без общения с ним, на основании подаваемых им невербальных сигналов, в частности, походки.
-Способность к такой идентификации (потенциальных) жертв особенно сильно выражена у двуногих хищников – людей с наиболее опасной социально деструктивной патологией личности. При этом хищники осознают, что человек страдает, и понимают не хуже других, насколько сильно, однако их это не волнует, т.к. они не способны испытывать со-страдание.
Но как защитить людей, имеющих повышенный риск становиться жертвами?
Во-первых, в жизни конкретного человека это нужно сделать как можно раньше. Мы все родом из детства. И человек не становится потенциальной жертвой автоматически, достигая совершеннолетия. Для многих, увы, виктимизация длиною в жизнь начинается если не в родной семье (такое, к сожалению, также нередко встречается), то в детском саду. Здесь, в случае самых маленьких, главная ответственность ложится на взрослых. Однако это отдельная большая специфическая тема, и мы на ней останавливаться не будем.
Примерно начиная со средних классов средней школы, когда практически все здоровые дети уже способны осмысленно читать и писать, можно широко применять психометрические инструменты, позволяющие получить детальные сведения о хищниках и жертвах среди детей от самих детей. Для этих целей могут подойти, например, тесты, входящие в подборку, подготовленную американским Центром контроля и предотвращения болезней. Русскую версию этой подборки можно найти на сайте «Хищники и жертвы среди нас» freak.sytes.net.
Уже сам факт, что этим вопросом заинтересовалась такая организация, как Центр контроля болезней, говорит о серьёзности проблемы. Конечно же, к счастью, конфликты между учащимися средних школ не приносят такой смертности, как, скажем, вирусы гепатита или золотистый стафилококк. Однако, если игнорировать эти конфликты, они приводят к серьёзным последствиям в плане снижения качества жизни. Душевные травмы, наносимые детьми и подростками друг другу, оставляют тяжёлый отпечаток на всю оставшуюся жизнь.
Как уже отмечалось в статье «Как сделать, чтобы дети не стали мишенью школьных стрелков?», при выявлении ситуаций виктимизации имеет смысл применять, как минимум, следующие меры:
Каждый такой случай нужно рассматривать со всей серьёзностью. Абсолютно недопустимо пытаться отделаться от жалоб жертвы общими внушениями типа «дай ему сдачи», «учись стоять за себя» и т.д. Так как если бы жертва располагала достаточными самостоятельными ресурсами для выхода из этой ситуации, то и проблемы бы не возникло.
Агрессор должен быть поставлен в ситуацию нулевой терпимости и чувствовать, что любое проявление насилия с его стороны по отношению к жертве неизменно повлечёт за собой строгое наказание. Однако помимо наказания как превентивной меры, важно также уделять внимание формированию позитивных ценностей применительно к взаимоотношениям в коллективе. Например, даже если кто-то физически слабее, можно многому научиться у него, получать от него новые знания. А своё превосходство разумнее демонстрировать, скажем, в спорте.
К сожалению, ситуация усугубляется тем, что умы некоторых родителей таких детей-агрессоров находятся во власти столь модных ныне сомнительных социобиологических учений. В соответствии с которыми детей пытаются воспитывать альфа-самцами (или самками). Такие дети (а также их родители!) должны твёрдо усвоить, что мы не шимпанзе. А тому, кто бьёт других ради самоутверждения, место в «обезьяннике».
К сожалению, не секрет, что многие акты насилия в школьной и вообще в подростковой жизни совершаются на потеху зрителям. Некоторые не просто с интересом смотрят, как издеваются над их одноклассниками, но и снимают на телефон, дабы впоследствии размесить запись на видео-сервисах или в социальных сетях в интернете. Это абсолютно недопустимо! Издевательства над одноклассниками не должны быть модными, «гламурными» зрелищами! Каждый из зрителей должен понимать: никто на самом деле не может сказать, как сложится дальше его судьба. У каждого могут произойти негативные перемены в жизни, ухудшиться состояние здоровья и т.д. И тогда в роли жертвы уже может оказаться он сам. А другие будут с интересом смотреть видеоролик.
Поэтому значительно более разумной будет политика, при которой любые насилия, издевательства по отношению к товарищам будут встречены дружным остракизмом.
Кроме того, особое внимание ответственных и заинтересованных взрослых должно уделяться подросткам, чьё расстройство поведения выдаёт в них (потенциальных) будущих психопатов:
- они могут хладнокровно мучить и убивать животных;
- просто ради забавы, практически немотивированно зверски избивать своих сверстников, тех, кто слабее;
постоянно лгут, совершают различные правонарушения, рано начинают половую жизнь и т.д.
Даже если не удастся кардинально изменить развитие состояния, в значительной мере имеющего в своей основе генетическую компоненту, такой пристальный контроль поможет обезопасить жизнь и здоровье других детей от их посягательств.
Что же делать взрослым людям, догадывающимся о наличии у них повышенной тенденции становиться жертвой? Начиная примерно в тот период, когда появилась работа Грейсон и Стейна и становилась всё яснее важность невербальных сигналов, в США и вообще на Западе появились специальные тренинги и школы для (потенциальных) жертв. Там их учили «правильно» ходить в сочетании с приёмами самообороны. Однако, как и следовало ожидать, всё оказалось отнюдь не так просто.
Безусловно, упомянутые тренировки показали эффективность в предотвращении самой драматической виктимизации типа уличных нападений, непосредственно угрожающей жизни и здоровью жертв. Однако, как и любой навык, эти приёмы нужно поддерживать. А главное даже не в этом. К счастью, при всей колоритности этих персонажей, серийные убийцы, такие как Тед Банди или Кен Бианки (об удивительной личности последнего и его способности влиять на психику даже на весьма подготовленных людей см. пролог «Психология душителя» в кн. «Красавица Леночка: Психопаты не унимаются» на freak.sytes.net) составляют незначительное, экзотическое меньшинство даже среди клинических психопатов.
Подавляющее же большинство социальных хищников не убивают своих жертв, но медленно разрушают их жизнь. Они завоёвывают их доверие, завладевают их чувствами. После чего бессовестно их используют, паразитируют на них. Имея достаточно времени на изучение будущей жертвы, они видят уязвимости, сидящие глубоко в структуре её личности. И в такой ситуации отработка правильной походки сама по себе уже мало что даёт.
Каковы же эти глубинные факторы, делающие человека лакомством для психопатов и других ядовитых личностей? Хотя подробное перечисление таких факторов – отдельная большая тема, назовём здесь два особенно важных, делающих человека очень подходящей мишенью для манипуляций.
- Низкая ассертивность. Как уже отмечалось выше, речь идёт о человеке, который постоянно словно стыдится, стесняется отстаивать свои естественные права и законные интересы. Такой человек очень удобен для социального хищника, так как от него можно брать всё, что нужно, практически ничего не отдавая взамен. Такая жертва, даже болезненно чувствуя внутри и тяжело переживая несправедливость, не возвысит голос, чтобы потребовать равенства, да хотя бы просто что-то для себя попросить. Измерить ассертивность позволяет шкала Ратуса, русскую версию которой можно найти на сайте freak.sytes.net. Примечательно, что, как видно из приведённой там таблицы, составленной на основании данных опросов, ассертивность у женщин в среднем несколько ниже, нежели у мужчин.
- Одиночество представляет собой очень токсичное душевное состояние. В настоящее время имеются сведения, что оно вредит не только психическому, но и физическому здоровью человека. Одинокие люди больше болеют и меньше живут. Но, кроме того, они также становятся лёгкой добычей социальных хищников. Манипуляторы умело изолируют своих жертв от возможной защиты и без того немногочисленного и зачастую нестабильного социального окружения. После чего играют с ними в игру: «быть одному очень плохо, не правда ли?» И сулят жертве быть рядом, но на всё более унизительных и эксплуататорских условиях. Измерить своё одиночество можно по специальной шкале, разработанной социальными психологами из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Русскую версию можно найти на сайте freak.sytes.net.
Эти и ряд других факторов риска в некоторых пределах поддаются корректировке. Однако даже при усердной работе над собой, многие вещи, прочно укоренившиеся в характере человека, не меняются в одночасье. А потому человек по-прежнему оказывается в ситуации повышенного риска со стороны социальных агрессоров.
Уменьшить этот риск можно, если модифицировать поведение. Помимо само собой разумеющихся предосторожностей типа не ходить без нужды ночью в одиночку по безлюдной улице, есть менее очевидные, но также достаточно важные моменты. Например, многие сейчас встречают новых людей в интернете, на сайтах знакомств и в социальных сетях. Казалось бы, прекрасная возможность расширить горизонты общения. Особенно для людей, чувствующих себя одинокими. Однако именно таким образом многие социальные хищники находят своих жертв, втягивая их в деструктивные деловые и личные отношения. Это связано с тем, что у людей, изначально списавшихся через интернет, как правило, нет общих знакомых. А потому они знают друг о друге, по сути, только то, что им сообщили найденные таким образом партнёры. При этом жертва, попавшая под обаяние нового знакомого, в надежде, что наконец-то встретила «того самого», часто выбалтывает о себе всё, что только можно, включая уязвимости, дотоле неизвестные хищнику. В этом её стимулирует манипулятор, якобы в порыве откровенности скармливающий ей ложные либо ничего не значащие сведения о себе. А его способность убедительно врать только усугубляет ситуацию.
По этой причине тем, кто имеет тенденцию становиться жертвами, лучше знакомиться с новыми людьми в сообществах по интересам. С одной стороны, многие там уже давно друг друга знают, пусть и виртуально. С другой стороны, у них изначально есть общие темы, а потому у людей с ограниченными социальными навыками (фактор риска, усугубляющий одиночество) будет меньше сложностей в поддержании разговора и т.д.
К сожалению, нередко приходится слышать о том, как удобны «жертвы по жизни» в личных отношениях. Мол, они могут отдавать, отдавать, отдавать, не прося ничего взамен. Однако на самом деле такая ситуация удобна лишь деструктивным личностям, которые используют своих жертв в течение непродолжительного времени, паразитируя на них и выкачивая все ресурсы, после чего двигаются дальше. С точки зрения же построения полноценных долгосрочных отношений подобный эксплуататорский подход одной из сторон не оптимален для обоих участников. Через какое-то время человек, ощущающий себя жертвой, просто переходит в режим пассивной агрессии. Будучи неспособным противостоять партнёру в условиях открытого конфликта, он может вести политику тихого саботажа, наносящую в итоге ущерб обеим сторонам. Это стоит учитывать сторонникам подобных несправедливых отношений, даже если они не испытывают по этому поводу дискомфорта этического плана.
Подводя итог, хотелось бы выразить надежду, что накопление и распространение знаний о внутреннем мире самых разных людей будет способствовать установлению конструктивного диалога между ними. И в результате среди нас будет меньше жертв, но больше счастливых лиц.

03:02 

Я б в психолухи пошёл

Однажды, когда Джонни был погружён в такие раздумья, ему вспомнился очень важный, показательный момент его детства, когда он ещё был в состоянии и любил играть в футбол. С ним в одном подъезде жил парень, которого дворовые ребята звали просто «Саня с первого этажа». В те далёкие, несмышлёные годы, Джонни очень удивляла одна наклонность этого товарища. Когда делились на команды, Саня всегда шёл в заведомо более слабую. Джонни, жизнь которого уже в те годы состояла из сплошной цепи унижений и поражений, тогда было очень сложно понять логику своего соседа по подъезду. Ведь ему-то самому так безумно хотелось хоть иногда чувствовать себя победителем, даже если он был всего лишь запасным игроком выигравшей команды.
Теперь же Джонни поймал себя на мысли, что сейчас себя ведёт подобно тому, как в своё время Саня. За исключением, пожалуй, одного: Саня прекрасно играл в футбол. И потому нередко в остальном заведомо безнадёжная команда, к которой он присоединялся, оказывалась победительницей. Но Джонни сдаваться не собирался – слишком много сил он уже отдал этому проекту, который теперь считал центральной частью своей жизни. И потому каждую ночь Джонни вылезал в интернет и пытался вывешивать в разные места свои статьи, содержащие ссылки на созданный им сайт, только чтобы утром администратор очередного ресурса (которому, в отличие от Джонни, платили за его деятельность!) безжалостно свёл к нулю все результаты его бдений. Точнее, даже к отрицательной величине, так как с каждым бессмысленно потраченной бессонной ночью и уходящими силами он безвозвратно терял самое драгоценное – время, которого в его жизни оставалось всё меньше.
И единственным итогом деятельности Джонни пока были только печальные, безысходные мысли, возникавшие в его голове, когда он наблюдал происходящее. Такие мысли у него возникли, например, после попытки размещения одной из своих статей на сервисе блогов «Живой журнал России». С одной стороны, это место ему не понравилось сразу, так как практически моментально произвело на него впечатление (как впоследствии выяснилось, вполне верное) логова дерьмократов. Однако с другой, Джонни рассудил так: дерьмократы все такие очень серьёзные, с утра занимаются своей высокодоходной работой, а потому пока суд да дело,– смотришь, и поисковик увидит, даже если потом сотрут... Да если кто из них и прочитает – пусть знают, суки, что в этой стране не все с ними согласны.
Однако на практике события развивались совершенно иначе. Один из дерьмократов практически тут же написал донос, и их лакеи, которые, как оказалось, там дежурят круглосуточно, тут же удалили статью Джонни со стандартной формулировкой «S.E.O.».
Естественно, Джонни был расстроен, но ещё больше изумлён тем, что его заблокировали. Одно дело, если бы это сделал админ тамошнего сервиса, для которого это входило в должностные обязанности, и с которого могли спросить за не удалённый спам (если уж так характеризовать с технической точки зрения статью Джонни). И совсем другое дело, когда рядовой пользователь – дерьмократ (и он действительно был таковым по своим политическим воззрениям – Джонни не поленился прочитать его кредо в профиле) целенаправленно напрягал свою задницу писать жалобу! В конце концов, в своей статье Джонни никого не призывал на баррикады коммунистической революции! Да и выдержана она была, можно сказать, политически корректно в целом. А потому предполагать, что дерьмократ, который, скорее всего, статью даже не читал (Джонни почему-то был полностью уверен в этом!), увидит в ней какую-то параллель между психопатами и теми, за чью власть он ратует, было бы глупо.
В то же время, у Джонни совершенно не было иллюзий по поводу того, как дерьмократы, поливая грязью историю Советского периода, клеймили практику массового стукачества во времена Сталина. Просто тогда доносили не они, а на них. А потому дерьмократы были вовсе не против «проинформировать администрацию», когда для того был достаточно веский повод.
Поскольку у него всё равно сразу не получалось успокоиться, подумав ещё немного над этим, Джонни пришёл, как ему показалось, к правдоподобной версии мотивации дерьмократа. По его представлениям, главным для дерьмократа был Закон. Причём дерьмократический, т.е. такой, который вроде как предоставлял всем, независимо даже от имущественного состояния, равные условия.
Не раз невольно слушая разговоры обывателей в общественных местах, Джонни становился свидетелем того, как эта идея дерьмократов овладевает массами. Он видел, с каким чувством люди говорили: «ах, если бы у нас всё было по закону! Но ведь эти проклятые коррупционеры!..» Джонни же при этом лишь цинично усмехался про себя, представляя реальную картину, безнадёжно далёкую от наивных фантазий этих людей, одурманенных пропагандой.
Нет, он не собирался вступать с ними в полемику. Жаркие дискуссии вводили его в раж, и слишком сильное нервное возбуждение горячих дискуссий дополнительно подрывало его и без того очень слабое здоровье. Вместо этого он мысленно представлял себе своего оппонента и его позицию, и начинал с ним воображаемый диалог. Конечно, даже при этом он также возбуждался и нервничал, пытаясь отстоять свою правоту, но всё же не так. Бывало, он даже непроизвольно начинал беседовать с воображаемым оппонентом вслух. К счастью, такие «внутренние диалоги» случались с Джонни по большей части дома – можно себе представить, какое впечатление он производил бы на окружающих, случись с ним такое в общественном месте! Когда ещё была жива и более-менее в своём уме его мама, она в таких случаях говорила: «Хрюшка разговаривает с умным человеком!» Джонни даже находил этот её комментарий забавным. Получалось, в голове его живут как бы два живых существа – Хрюшка и «умный человек», которые иногда ведут беседу между собой. Другое дело, он сам, его основная сущность, непременно оказывалась здесь в роли свиньи.
Вот и сейчас Джонни вёл такой диалог с «умным человеком», пытаясь представить себе капиталистический рай, за который ратовали дерьмократы. Да, жизнь общества будет строиться на основании вроде как общего для всех закона, однако при этом у некоторых будет всё, а у остальных – ничего. И это, согласно идеологии дерьмократов, отражает высшую, биологическую, естественную целесообразность, в соответствии с которой сильные, наиболее приспособленные особи выживают, а остальные, если и продолжают влачить какое-то время своё жалкое существование, то не продолжают себя в потомстве, будучи носителями дефективных генов, обречённых на вымирание.
Но Джонни не только не был теоретически согласен, но и не собирался мириться с такой системой. Он не так много общался с людьми, но даже при своём ограниченном опыте день за днём наблюдал, как самые честные, добрые и бескорыстные люди становились в этой жизни в глазах других жалкими неудачниками. В то время как другие, используя физическое принуждение, наглый обман или нужные связи пробивались вперёд по головам ни в чём не повинных людей, которые были для них всего лишь презренным быдлом, которое можно и нужно использовать. И Джонни точно знал: так, а может даже ещё хуже, было бы и в капиталистическом раю, в который пытались заманить народ дерьмократы. И сколько бы их идеолухи не вещали про лень как неизбежную спутницу нищеты, просто нельзя было поверить в то, что многие люди, трудящиеся с утра до вечера за копейки, такие бездельники на фоне воротил, получающих в тысячи, десятки и сотни тысяч раз больше денег!
А потому Джонни твёрдо знал: он никогда не примирится с этой системой, которую он считает несправедливой, а потому не собирается признавать её законы, нравится это кому-то, или нет. Он будет стремиться жить не по законам, а по понятиям. Нет, не тем звериным, бандитским, которыми в 90-е, среди фактического разгула беззакония, пытались руководствоваться многие, а основанным на идеях гуманизма и справедливости.
Будучи человеком трусливым, да к тому же ещё противником насилия, он не собирается поднимать единомышленников на баррикады коммунистической революции с целью перераспределения собственности, хотя считал бы такие меры справедливыми. Нет. Вместо этого, Джонни собирался нести свои знания в массы обделённых, обманутых и униженных, с тем, чтобы они могли отстоять свои интересы и расквитаться со своими обидчиками.
Да, этим людям могло не хватать даже таких базовых для цивилизованного общества вещей, как качественные продукты питания и квалифицированная медицинская помощь в случае необходимости. Но помимо этого, для них очень важны были знания, которые позволяли бы им уверенно ориентироваться в современном информационном обществе. В принципе, обеспечить человека такими знаниями – задача системы образования. Но как с этим обстояло дело в государстве «равных возможностей», где он жил?
Несомненно, у самих дерьмократов, а также тех, чьи классовые интересы они представляли, т.е. крупных коммерсантов, финансистов и т.д., всё было в лучшем виде. Их выкормыши учились в элитных пансионах за бугром, после чего могли получить высшее образование в западных университетах, либо на наиболее престижных факультетах известных отечественных вузов.
Простым же рабоче-крестьянским детям такие знания были не положены. За них г-н Фурсенко и его приспешники, реформировавшие систему образования, решили: пусть быдло знает ровно столько, чтобы
– С одной стороны, много и упорно работать на хозяина, принося ему большой стабильный доход. Поскольку никто не собирается создавать в этой стране крупномасштабные высокотехнологичные производства, то даже скудных базовых знаний работника в такой ситуации должно хватить, коль скоро он в должной степени мотивирован жаждой потребления работать с утра до вечера, не покладая рук.
– С другой стороны, он не должен быть слишком образован и культурно развит, чтобы избежать критической оценки им предлагаемых товаров и услуг, да и самой своей объективной потребности в них – тогда будет возможность впаривать ему всякий трэш как якобы качественные и абсолютно необходимые для его полноценной жизни вещи.
Конечно, чисто теоретически, в цивилизованном обществе существует механизм, позволяющий достаточно серьёзно настроенному даже взрослому человеку потихоньку не только восполнять наиболее вопиющие пробелы в базовых знаниях о мире, но и следить за новыми достижениями, отражающими ход научно-технического прогресса. Имя такому подходу – непрерывное образование, когда человек в идеале учится чему-то, развиваясь на протяжении всей своей жизни. Это необходимо современным врачам, а также научным работникам и преподавателям высших учебных заведений различной направленности, однако в принципе может исповедоваться каждым человеком, серьёзно настроенным удовлетворять свою жажду познания.
Однако в обществе равных возможностей, по совместительству являющемся информационным, где всё (включая человеческую жизнь!) имеет свою цену, знания также представляют собой товар, именуемый интеллектуальной собственностью. Конечно, последнее понятие чаще всего используется применительно к тем сферам, где о глубине мысли и содержания можно говорить лишь условно.
Так, Джонни нередко вспоминал, как в нищие (для него, как, впрочем, и для многих в этой стране) 90-е он отдавал последние пятнадцать долларов за компакт-диск с любимой музыкой, исполнители которой давно уже перестали петь, и отошли от дел. То есть, тем самым он фактически кормил явно не бедную музыкальную индустрию. В этом, впрочем, Джонни теперь больше винил собственную глупость и свои комплексы, заставлявшие его считать, что пиратские диски заведомо «плохого качества». Ему часто вспоминалось, как он ездил в те годы в магазин на другой конец города, где торговали качественной аудиоаппаратурой и компакт-дисками. Там он то и дело облизывался на технику, выставленную на витринах, и мечтал, что когда-нибудь сможет её приобрести – ведь тогда он ещё не терял надежды, что когда-нибудь у него будут деньги. Но больше всего Джонни из тех поездок запомнился один продавец отдела компакт-дисков того магазина. Печальным взором оглядев шубу из искусственного медведя, умершего естественной смертью, которую тогда носил Джонни, парень сказал ему: «зачем Вы покупаете здесь? Поезжайте на Горбушку! Там в пять раз дешевле и ассортимент больше! Поверьте, Вы не заметите разницы в качестве, даже если станете слушать на аппаратуре, которую продают в этом магазине». Джонни не мог не обратить тогда внимания на тот такт, с которым продавец как бы намекал ему, что у него никогда не будет средств покупать аудиотехнику в том магазине. Но сколько Джонни ни ездил ещё в тот магазин, больше того парня там не было ни разу. И Джонни не мог не прийти к выводу о том, как в торговле поступают с продавцами, осмеливающимся говорить правду покупателям.
Впрочем, с тех пор Джонни давно уже по большей части потерял интерес к музыке. Теперь он имел возможность найти и скачать из инета практически любую понравившуюся ему когда-то композицию в хорошем качестве (минимум mp3 с битрейтом 256-320, а то и flac), но... не хотел особо.
Что же касается фильмов – другого традиционного предмета боёв на почве правообладания, то к этой теме Джонни всю дорогу относился достаточно спокойно. В кино он последнее время ходил, по сути, только за компанию с Леночкой, естественно, в то время, когда ещё с ней общался. Да и с другими девушками – теми, с кем он переписывался на сайтах знакомств, совместно просмотренные фильмы были для него чем-то вроде проективных тестов, открывающих окно во внутренний мир человека. Ведь ему были очень интересны люди, их внутренний мир, который так хотелось понять. А доставать расспросами человека, с которым не будет дальнейших встреч (те, с кем он знакомился, после того как его видели, как правило, продолжать общение с ним не хотели), было глупо. Более того, в царившей в его городе атмосфере обоснованного в принципе недоверия (слишком уж многие обманывали и использовали друг друга!) и подозрительности, тем более в отношении людей с явными странностями, лучше было не настаивать.
В то же время, Джонни всегда мог на законных основаниях поинтересоваться у женщины, понравился ли ей просмотренный ими совместно (не говоря уже о том, что за его счёт – хотя этого он, разумеется, никогда не стал бы ей высказывать!) фильм. Ведь в такой ситуации было бы очень глупо с её стороны реагировать на его любопытство враждебным вопросом, «с какой целью интересуешься?»!
Что же касается самого фильма, то содержание среднестатистических прокатных картин, которые он смотрел по выбору спутницы вместе с ней, обычно доставляло Джонни мало пищи для ума или чувства. И в самом деле, чем могла зацепить его орава «настоящих мужчин» – стероидных мачо, спасающих планету от пришельцев из недр галактики? О глубине же мысли создателей подобных фильмов говорит хотя бы тот факт, что при том технологическом уровне, на котором якобы велись боевые действия в снятых ими картинах, героям следовало бы тренировать не мышцы, а мозги.
Но увы, там и актёры играли соответствующие. Качки или бабские любимцы типа Тома Круза – кстати, нарциссической проститутки, которого сайентологическая церковь приобрела по сходной цене, чтобы поливать грязью психиатрию и психиатров, а заодно и миллионы ни в чём не повинных душевнобольных.
Были, несомненно, и другие картины – «не для всех». После просмотра подобного замороченного артхаусного высера многие интеллигенты принимались восхвалять глубину и нетривиальность затронутых тем, дабы не прослыть быдлом, не способным понимать и ценить подлинное искусство, адресованное избранным. Джонни же, не вхожий в такие круги, да и вообще склонный говорить в подобных ситуациях своё мнение, сколь бы непросвещённым оно кому-то ни казалось, попросту избегал насиловать свои больные мозги такими фильмами.
И было у него лишь несколько – быть может, от силы пара десятков – действительно любимых картин, в основном прошлых лет, в которых он видел особый смысл. Когда-то он даже под настроение неоднократно пытался поделиться своими соображениями относительно этих фильмов с другими людьми, однако их взгляды, словно говорившие «а лечиться не пробовал?», быстро гасили его энтузиазм.
Таким образом, при всём уважении к дедушке Ленину, Джонни было трудно согласиться с его утверждением, что «из всех искусств для нас важнейшим является кино». И соответственно, Джонни не видел веских причин ломать копья на пиратском фронте, дабы обеспечить всем страждущим свободный доступ к подобному, с позволения сказать, культурному наследию.
Хотя чисто по-человечески ему было жаль людей, слушавших любимую музыку на FM-радиостанциях или смотрящих зацепившие их фильмы по зомбоящику, где реклама длится дольше основного материала. Ведь для тех, кто им это предоставлял, они были всего лишь презренными любителями халявы, время которых ничего не стоило, а потому можно занять его сколь угодно длительным прослушиванием и просмотром рекламных материалов. А впрочем, эти люди, в основном очень молодые, у которых была словно бесцельная вечность впереди, и сами не очень-то ценили своё время.
Не менее сложно у Джонни складывались отношения и с художественной литературой. Во-первых, у него была тройка в аттестате об окончании средней школы по этой дисциплине. Такую ситуацию Джонни связывал с тем, что у него в своё время в подростковом возрасте не было достаточной зрелости, чтобы осознанно читать и понимать классическую литературу. И только уже в «студенческие» (это если бы ему удалось стать студентом, то есть) годы он осознал важность чтения, и старался по мере возможности компенсировать пробелы. С тех пор Джонни гордился тем, что ему удалось в какой-то степени восполнить своё невежество, пусть и по принципу «лучше поздно, чем никогда», знакомством с творчеством классиков, и был по этому поводу весьма доволен собой, чего не скрывал перед другими.
Однако более двух десятилетий спустя после окончания школы он случайно наткнулся в интернете на новость, повергшую его в настоящий культурный шок. Некто Сергей Лукавенко жаловался на кражу (понимая под таковой бесплатное скачивание текстов) своих произведений и грозился прекратить писательскую деятельность. И тогда, мол, серьёзная литература погибнет.
Прочитав данную новость с большим удивлением, Джонни неожиданно осознал, что он:
– Не знает, кто такой этот Сергей Лукавенко;
– Не понимает, каким образом прекращение писательской деятельности г-ном Лукавенко может повлечь за собой крах всей «серьёзной литературы», что бы тот под ней ни понимал;
– А главное, когда Джонни узнал, о чём пишет г-н Лукавенко, и проглядел несколько небольших его работ на предмет «о чём хоть там», то не испытал ни какой-либо насущной потребности *это* читать, ни ощущения, что знакомство с литературными трудами этого господина хоть как-то способствует внутреннему (интеллектуальному и моральному) развитию человека.
На всякий случай «а вдруг я что-то упустил», Джонни поспешил поделиться своими соображениями с представителями молодого поколения, среди которых больше всего читателей г-на Лукавенко. Но в ответ те не только не разделили критического настроя, но заявили, что такая позиция Джонни в отношении известного прозаика продиктована по большей части завистью материальному успеху и славе писателя, которые тот снискал своим талантом.
Однако Джонни совершенно не мог с этим согласиться. Так как по такой логике ему нужно скорее завидовать Шекспиру. Ведь про Лукавенко Джонни узнал совершенно случайно, а о Шекспире знают практически все почти четыре столетия спустя после смерти великого писателя и драматурга. К тому же, говорят, Шекспир был ужасным бабником – чем не повод завидовать для Джонни, явно не обласканного женским вниманием? Но Джонни не завидовал Шекспиру, а восхищался им! Он преклонялся перед гением человека, который одной сценой, где Ромео приходит к бедному аптекарю покупать яд, сумел сказать больше о причинах зла в людях и их взаимоотношениях, чем Джонни когда-либо надеялся выразить в своих сочинениях о психопатах и прочих деструктивных личностях:

ROMEO
Come hither, man. I see that thou art poor:
Hold, there is forty ducats: let me have
A dram of poison, such soon-speeding gear
As will disperse itself through all the veins
That the life-weary taker may fall dead
And that the trunk may be discharged of breath
As violently as hasty powder fired
Doth hurry from the fatal cannon's womb.

Apothecary
Such mortal drugs I have; but Mantua's law
Is death to any he that utters them.

ROMEO
Art thou so bare and full of wretchedness,
And fear'st to die? famine is in thy cheeks,
Need and oppression starveth in thine eyes,
Contempt and beggary hangs upon thy back;
The world is not thy friend nor the world's law;
The world affords no law to make thee rich;
Then be not poor, but break it, and take this.

Apothecary
My poverty, but not my will, consents.

ROMEO
I pay thy poverty, and not thy will.

Apothecary
Put this in any liquid thing you will,
And drink it off; and, if you had the strength
Of twenty men, it would dispatch you straight.

ROMEO
There is thy gold, worse poison to men's souls,
Doing more murders in this loathsome world,
Than these poor compounds that thou mayst not sell.
I sell thee poison; thou hast sold me none.
Farewell: buy food, and get thyself in flesh.
Come, cordial and not poison, go with me
To Juliet's grave; for there must I use thee.

(Exeunt)

Или, если говорить о соотечественниках, то взять того же Льва Толстого, который был граф, значит, сука, богатый. Да к тому же ещё жена у него была на двадцать шесть лет моложе его! Но Джонни не завидовал Льву Толстому, а восхищался его умением всего в нескольких строчках из романа «Воскресение» выразить трагизм потребительского отношения человека к окружающему миру, в первую очередь к живой природе, включая себе подобных (что проявляется в неуёмной тяге властвовать над ними):
«Как ни старались люди, собравшись в одно небольшое место несколько сот тысяч, изуродовать ту землю, на которой они жались, как ни забивали камнями землю, чтобы ничего не росло на ней, как ни счищали всякую пробивающуюся травку, как ни дымили каменным углем и нефтью, как ни обрезывали деревья и ни выгоняли всех животных и птиц, - весна была весною даже и в городе. Солнце грело, трава, оживая, росла и зеленела везде, где только не соскребли ее, не только на газонах бульваров, но и между плитами камней, и березы, тополи, черемуха распускали свои клейкие и пахучие листья, липы надували лопавшиеся почки; галки, воробьи и голуби по-весеннему радостно готовили уже гнезда, и мухи жужжали у стен, пригретые солнцем. Веселы были и растения, и птицы, и насекомые, и дети. Но люди - большие, взрослые люди - не переставали обманывать и мучать себя и друг друга. Люди считали, что священно и важно не это весеннее утро, не эта красота мира божия, данная для блага всех существ, - красота, располагающая к миру, согласию и любви, а священно и важно то, что они сами выдумали, чтобы властвовать друг над другом».
И хотя атеист Джонни не мог разделить религиозного пафоса Толстого, он считал слова писателя ещё более актуальными в современную эпоху нарциссизма и тотального потреб***ства.
Кроме того, в романе «Война и мир» Толстой с удивительной проницательностью сумел изобразить в персонаже (правда, к сожалению, недостаточно детально прорисованном, чтобы говорить о точном диагнозе) Элен Курагиной патологию личности женщины, во многих существенных моментах похожей на Леночку, о которой писал Джонни.
Аналогично, другой великий русский прозаик, А.П. Чехов, сумел нарисовать удивительно достоверный портрет подобной коварной обольстительницы в своём рассказе «Ариадна». Джонни нравилось приводить в разговорах цитату из этого рассказа: «Когда сойдутся немцы или англичане, то говорят о ценах на шерсть, об урожае, о своих личных делах; но почему-то когда сходимся мы, русские, то говорим только о женщинах и высоких материях. Но главное — о женщинах». И действительно, женщины, подобные чеховской Ариадне или Леночке, о которой писал Джонни, привлекали к себе внимание, а потому о них хотелось много говорить.
К счастью, судя по всему, как романы Толстого, так и рассказы Чехова, всегда останутся в открытом доступе независимо от развития копирастии в этой стране. Что же касается сочинений господина Лукавенко, то пусть он торгуется, сколько ему влезет, со своими фанатами, почём они готовы его читать. И пусть тешит своё гипертрофированное эго мыслями о том, что его успех – следствие немеряного таланта. В то время как для кого-то он всего лишь мартышка с пишущей машинкой, генерирующая фантастический трэш, который позволит отвлечь представителей молодого поколения, которые могли бы научиться думать, от классовой борьбы за свои интересы в реальном мире, и выполняющая таким образом социальный заказ стоящих за её спиной больших дядей с деньгами.
Впрочем, Лукавенко – отнюдь не единственный обитатель мутного болота современной беллетристики. Помимо него там водятся ещё «убойные» тётки, да такие, что если верить рекламе на заборах, весь мир замирает, дабы почитать их шедевры. Они подходят к своему делу очень серьёзно, с анальной тщательностью защищая авторским правом не только свои опусы, но даже имена и фамилии своих героев! Однако при всей серьёзности и обстоятельности их законодательно оформленного литературного бизнеса, им никогда не перешагнуть пропасть, отделяющую похабный натурализм от подлинного, глубокого реализма. И их сочинения не только не угрожают существующей системе, но, напротив, укрепляют её, поселяя в сознании обывателя, не наделённого особо критическим мышлением, уверенность: «Мир так устроен, что в нём даже люди, которых считают самыми близкими, убивают, обманывают и предают. А потому не стоит искать правды, иллюзорной справедливости, а нужно скорее хватать в этой жизни всё, что имеет ценность и плохо лежит, пока это не сделали другие».
Впрочем, романы «криминальных» тёток представляют ещё отнюдь не самое токсичное (по влиянию на читателя) направление современной «художественной» литературы, особенно женской. Джонни вспоминался его второй визит к Леночке домой – тот самый, когда ему хватило ума (из благих побуждений, разумеется!) сообщить ей её диагноз. Тогда его внимание привлекло стоявшее у неё на книжных полках полное собрание сочинений некой Юлии Штыревой. Очевидно, заметив, как Джонни косился на эти книжки, Леночка хладнокровно заметила: «это моя мама читает». Но Джонни тогда уже, вооружённый новыми знаниями о психопатах, во многих случаях мог видеть её ложь насквозь. Естественно, он понимал, что хотя это Леночкина мама приехала в город из мордовской деревни, а Леночка родилась здесь, содержание мерзкого чтива отражало modus operandi скорее дочки, нежели матери – насколько он мог судить, несчастной, порядочной и трудолюбивой женщины, которую судьба неизвестно за какие грехи прокляла, «наградив» таким ребёнком.
Как Джонни на тот момент уже знал из случайным образом увиденных в интернете отзывов, главная героиня романов (вероятно, автобиографических?) этой Юлии Штыревой – юная провинциалка, приехавшая покорять Москву. Основные орудия, используемые этой особой при штурме славного города – её собственные рот и промежность, которыми она ловко воздействует на мужское достоинство солидных мужчин, словно пытающихся доказать (в первую очередь самим себе?), что они ещё способны не только деньги грести. Ну а потом её главного «папика» грохнули. Впрочем, учитывая, как в этой стране обычно богатеют, это событие удивляет только тем, что оно не произошло раньше. Однако бойкая девица не растерялась, и не только смогла уйти от преследовавших её киллеров (ну мужика убили – понятно, а подстилка-то его кому мешала?! если только, может, как свидетельница), но и проложила себе (всё теми же интимными местами, разумеется) путь к богатству и независимости.
Джонни, впрочем, больше всего поразил даже не такой поворот в судьбе, по сути, облигатного паразита. Скорее, он нашёл очень символическим, что героиня, подобно самой писательнице, обретает самостоятельность, выучившись на юриста и психолога. Джонни прекрасно понимал: на самом деле, худшие шлюхи в этой жизни – вовсе не несчастные создания, стоящие вдоль магистралей на выезде из города, но юристы и психолухи, внушающие людям, которых постоянно на*бывают, что это делается вполне обоснованно с точки зрения :
1. закона
2. житейским понятий.
Именно юристы и психолухи были, таким образом, худшими врагами Джонни в битве за справедливость, чем те же психопаты.
Снова вдохновив, или, точнее, накрутив себя такими мыслями, Джонни продолжил искать места, где можно разместить свои статьи. Однако на первом же ресурсе психологической направленности его ждало серьёзное разочарование. Ему сразу написали, что он не знает, кто такие психопаты. Мол, они бывают разных типов. После чего комментарии стали ещё менее приятными, типа: «а какое у Вас образование?»
Джонни понял, о чём они говорили. По старой отечественной терминологии психопатами называли людей с различными расстройствами личности. И он уже собрался объяснить, что имеет в виду тех, кого в русскоязычной литературе называют «антисоциальными психопатами»... Однако к тому времени под статьёй Джонни наставили уже столько минусов, что дальнейшая публикация его материалов там стала невозможна. И он уже не видел ни смысла, ни перспективы стараться поднять себе рейтинг попытками объяснения.
Получалось, единственной надеждой Джонни оставался его собственный сайт, на котором никто ему не мог поставить минус. Однако, во-первых, туда по-прежнему почти никто не ходил, а во-вторых, практически отсутствовала обратная связь с читателями. За всё время ему написали всего две женщины, и от их посланий Джонни был, мягко говоря, не в восторге.
Первая из них оказалась (как Джонни удалось выяснить по её почтовому адресу с помощью поисковика) 33-летней жительницей Украины по имени Евгения. Писала она много, однако сухой остаток её посланий к Джонни фактически сводился к следующему:
– Вы это о себе написали;
– Главное действующее лицо истории про Леночку (имелась в виду при этом не героиня, естественно, а Джонни, который якобы «написал о себе») вовсе не «невротик», как он пытается себя представить, а «шизоид».
Джонни такие утверждения, конечно же, не понравились, и ему сразу захотелось послать свою корреспондентку на х**, так как желания обсуждать с ней «про себя написали» у него не было совершенно, а версию про «шизоида» и подавно! Однако любопытство заставило его сдержаться и поинтересоваться у неё, чем же он заслужил звание шизоида?
Евгения ответила, что его герой совершенно не умеет общаться с людьми, а из переписки с автором складывается ощущение, что на самом деле всё ещё куда более запущено, чем это видно из истории про Леночку.
Естественно, когда Джонни прочитал такое заявление виртуальной собеседницы, у него перехватило дух, и возникло сильное желание теперь уже точно послать её на х**. Однако от написания ей прощального ругательного послания Джонни неожиданно остановила странная мысль. Пусть это и не могло у него получиться очень достоверно, но он попытался посмотреть на ситуацию глазами этого человека –одинокой безработной женщины 30 с хвостиком лет, страдающей от депрессии, которую недавно бросил психопат, использовавший её по полной программе, как они поступают со многими.
Раньше у Евгении была компания, круг общения хотя бы в терапевтической группе, которую она посещала. Однако с потерей работы ей было сложно найти даже несчастные 700 гривен в месяц, чтобы продолжить туда ходить. Джонни же был для неё шансом расширить свои контакты, пусть и виртуальные. Ей наверняка было очень важно, чтобы к ней относились по-человечески и уважали её. А потому она была готова общаться «не на равных» только с начальником, либо со специалистом в области психического здоровья. А поскольку Джонни точно не был начальников, да и со вторым пунктом, судя по всему, у него были явные проблемы, Евгении было важно, чтобы Джонни признал, что он тоже больной. Проникшись мыслями этой женщины... по крайней мере, в таком виде, как он их сам для себя придумал, Джонни не стал на неё ругаться. Однако поскольку занимать в разговоре с ней позицию больного он также не собирался, т.к. не считал удобной в данной ситуации, поскольку непременно хотел выглядеть в глазах собеседника авторитетом, Джонни просто прекратил эту переписку.
По сравнению с Евгенией, вторая его корреспондентка, Юлия, была немногословной. Она сразу, словно заподозрив неладное, взяла с Джонни обещание не публиковать её историю. Он мог спокойно согласиться на её условие, так как в любом случае ему, как ему тогда казалось, хватит только материала о Леночке писать до конца его дней. Да и к тому же, вряд ли Юлия была в состоянии рассказать нечто экстраординарное в красивой литературной форме, так, чтобы можно было оформить в виде рассказа без особых усилий.
Юлия с лихвой оправдала пессимистичные ожидания Джонни. После сухого, лаконичного изложения своей истории романа с психопатом, в которой действительно не было ничего впечатляющего или из ряда вон выходящего, эта женщина даже не поинтересовалась мнением Джонни о рассказанном ею. Вместо этого Юлия спросила у него, не знает ли он контактные данные «хорошего психолога», с которым она могла бы «проработать» сложившуюся в её жизни ситуацию.
Джонни это разозлило. Он сам не мог понять почему, но у него сложилось впечатление, словно эта женщина писала ему только затем, чтобы он ей психолуха посоветовал. И краткость её рассказа о психопате, с которым она встречалась, только укрепляла его в таком подозрении. Джонни-то рассчитывал, что Юлия захочет проконсультироваться с ним как со специалистом по психопатам, а он поразит её своими знаниями механизмов функционирования их психики.
Словно желая наказать Юлию за такую непочтительность, Джонни ответил ей сухо и резко, даже, наверное, немного по-хамски. Джонни написал, что он не бесплатная справочная служба по психологам и не регистратура соответствующего учреждения, а потому рекомендовать никого не может. Он, по его словам, всего лишь специалист, который пишет о поведении и внутреннем мире психопатов и готов в случае чего проконсультировать по этим вопросам. А если она сама не в состоянии справиться со страданиями, причинёнными ей психопатом, то пусть ищет себе психотерапевта. Он же, Джонни, к этому никакого отношения не имеет.
В своём коротком ответе Юлия никак не прокомментировала самопрезентацию Джонни как специалиста, а только пояснила свою просьбу к нему посоветовать ей психолога. Она написала: «Извините, я просто подумала, вдруг Вы порекомендуете того, к кому сами обращались или о ком видели хорошие отзывы». Такой ответ Юлии просто взбесил Джонни, и он даже догадывался, почему. Ведь она своей репликой фактически как бы опускала его из надменной позиции самопровозглашённого эксперта в незавидный статус пациента. Более того, потом, когда Джонни тщетно пытался восстановить в своей слабеющей памяти полный текст письма Юлии, которое он порывисто удалил сразу после прочтения, ему почему-то всё время казалось, что там были слова: «Зря, кстати, не обращались. Кто знает, может, Вам бы помогли...», хотя Джонни точно знал, что их там не было!
Несмотря на то, что короткая переписка с Юлией оставила на душе у Джонни дополнительный негативный осадок, в результате он сделал для себя очень важный организационный вывод. Получалось, одна из основных проблем у читателей с пониманием его произведений заключалась в том, что они воспринимали его не как специалиста, а как пациента – очередную обиженную жертву тех, кого он называет психопатами. Неожиданно, у Джонни возникла идея проверки такой гипотезы об отношении к нему – попробовать представить себя тем, кого основная масса тёток, читавших его работы, считают авторитетом. Теперь он будет выдавать себя за профессионального психолуха! Осталось только найти ресурс, на котором он сможет пообщаться с народом, представив себя таким образом.
Вначале Джонни на этом революционном пути ждали сплошные разочарования. Как оказалось, администраторы одного за другим вроде бы подходящих для его цели ресурсов предусмотрели вариант, что кто-то захочет поступить подобным образом, и требовали от претендентов на звание психолога на их сайте подтверждения образования отсканированной копией диплома о высшем образовании. Таким образом, Джонни оказался перед трудной дилеммой: с одной стороны, уж больно ему понравилась эта его затея поиграть в психолуха и посмотреть, что из этого выйдет. С другой – у него совершенно не было сейчас времени сидеть часами тщательно фотошопить, чтобы состряпать себе отсканированный диплом на основе чужого, скачанного из интернета.
Пока Джонни тупил над этим вопросом, одновременно машинально шаря в поисковике, ему неожиданно открылось изумительное решение в виде сайта «супер эксперт». На этом ресурсе тем, кто документально подтвердит свою квалификацию, присваивался титул «ПРО», однако зарегистрироваться в роли «психолога» можно было и без этого. Круто! Буду психолухом!– радостно подумал Джонни. – А если шум поднимется по этому поводу, или как-то иначе жареным запахнет, тогда можно и дипломчик подделать!
Джонни также сразу определился с тем, что в отличие от практически всех прочих психолухов сайта, он не будет брать деньги со своих пациентов. Во-первых, он не очень верил в свою способность много заработать таким образом. А во-вторых, и это главное, ему не очень хотелось каждый раз проходить допрос с пристрастием по поводу «а Вы точно психолог?» Джонни был уверен: бесплатно они вроде как ничего не теряют, общаясь с ним, а перед тем как платить деньги, они непременно заходят удостовериться, кому платят, примутся гуглить по имени и фамилии, потом удивляться, почему поисковик такого не знает, начнут задавать неприятные вопросы... И в итоге выйдет себе дороже только! Нет, ну их на хрен – пусть наслаждаются моей гуманитарной акцией! Если столько бессовестных тварей путём обмана и принуждения уже воспользовались моей добротой, то почему ещё немного не помочь, возможно, действительно нуждающимся?– рассуждал Джонни в порыве душевной щедрости.
Как обычно, слишком глубоко погружённый в свои мысли, чтобы уделять пристальное внимание происходящему у него перед носом, Джонни с самого начала, как обычно, просто не мог не накосячить сразу после регистрации на сайте. К счастью, быстро вспомнив о необходимости указывать настоящее имя, он исправил погоняло, придуманное себе вначале, на «Васю», которого заменил затем на «Василий» для пущей солидности. Однако теперь он неожиданно сообразил: всё время, как только у него возникла данная затея, он даже не думал про то, о чём будет разговаривать с людьми, которые обратятся за помощью к нему как к «эксперту»! Вероятно, это будут в первую очередь молодые женщины, составляющие обычно большинство пользователей подобных ресурсов.
Но вот незадача: обычно при одной мысли о предстоящем разговоре с незнакомой молодой женщиной его охватывал парализующий ужас. Например, когда у него возникала идея подойти и с кем-то познакомиться, он принимался навязчиво прокручивать в своём воображении сцены унизительных отповедей, после чего думал расстроенно «да ну её на х**!», и удалялся. Хотя, конечно же, в интернете он обычно вёл себя гораздо смелее, например, мог покрывать людей матом налево и направо, будучи уверенным, что ему здесь за это не набьют морду – робким он был лишь в «реальной» жизни.
На этот раз, однако, перед ним стояла более сложная задача, нежели на форуме, где люди просто трепятся. Ему предстоял серьёзный разговор с людьми об их проблемах, которые они сами не знают, как решать. И при этом ещё нужно выглядеть авторитетно, как подобает эксперту, коим он себя позиционирует.
К счастью, у Джонни вскоре возникла мысль, которая успокоила и обнадёжила его: ему не придётся здесь начинать разговор с молодыми женщинами, так как они сами будут говорить о том, что их беспокоит. Его же задача – помочь им найти верные подходы к исправлению их затруднений.
Построение общей схемы своего взаимодействия с «пациентами» Джонни начал с формулировки причин того, что люди называют «психологическими проблемами». Их он видел в сочетании следующих трёх факторов:
– Органические заболевания центральной нервной системы, а также проблемы с другими внутренними органами, мешающие нормальному её функционированию;
– Собственно психологические причины, такие, как непродуктивные схемы мышления;
– Социальные факторы, такие, как общая политическая и экономическая ситуация в стране, окружение данного индивида и прочее.
Относительно первого фактора (к которому, кстати, практически полностью сводился его собственный случай) Джонни прекрасно понимал, что сделать в этой ситуации ничего не может, а потому мог только рекомендовать человеку обратиться в поликлинику к соответствующему доктору. Впрочем, он надеялся, что люди с выраженными проблемами такого плана не встретятся ему на сайте.
Аналогично, в последнем случае он мог лишь порекомендовать по возможности сменить окружение.
Таким образом, важнее всего было разобраться со вторым случаем, когда в качестве основного инструмента выступает психотерапия. И здесь необходимо учитывать специфику взаимодействия, которое в подавляющем большинстве случаев будет сводиться к одному – единственному виртуальному сеансу. Поэтому из множества различных терапевтических направлений и школ, как Джонни прекрасно понимал, в качестве основы неуместны были, например, психодинамические подходы (хотя именно они ассоциируются распространёнными в массах стереотипами с психотерапией), восходящие в конечном итоге к дедушке Фрейду. Ковыряние в подсознании требовало слишком много времени.
В итоге Джонни наметил и фактически реализовывал в ходе сеансов следующую схему. Вначале он просил «пациента» (точнее, обычно пациентку – как он и ожидал, его собеседницами обычно были молодые женщины) как можно подробнее описать жизненную ситуацию, заставившую её обратиться (Джонни избегал при этом слова «проблема»). Если пациентка (как было на самом деле со многими) говорила «я даже не знаю, с чего начать...», Джонни подбадривал её, говоря: «Расскажите вначале о том, о чем комфортнее говорить. А потом уже можно будет развить тему и перейти к тому, что больше всего беспокоит».
Когда девушка начинала своё изложение, Джонни принимался тщательно анализировать его, находя указания на непродуктивные схемы мышления. Например, как Джонни и предполагал, девушки неоднократно демонстрировали тенденцию к негативным обобщениям по типу «у меня всё плохо». Тогда Джонни переспрашивал: всё? всегда? Такой разговор помогал настроить пациентку на более рациональное восприятие реальности и помочь ей сконцентрироваться на том, что действительно было в её жизни не в лучшем виде.
Далее Джонни предлагал выбрать то, что беспокоит больше всего, посмотреть, с чем это связано и можно ли это исправить. В этом заключалось его расхождение с различными мотивационными ораторами, вешающими на человека ответственность за всё происходившее в его жизни, и утверждавшими, что человек может изменить всё, что захочет. Другое дело, что на вещи, которые не представлялось возможным изменить, порой представлялось полезным посмотреть с другой стороны.
В отличие от мотивационных ораторов Джонни видел путь преодоления затруднений не столько в подстёгивании пациента, когда человека в унизительной форме стимулируют делать волевые усилия, сколько в обучении его конкретным подходам к решению задач, с которыми связаны те или иные возникающие сложности.
Прекрасно понимая практическую невозможность освоения всего необходимого за одну сессию, Джонни выстраивал перед пациентками план самостоятельных занятий в виде серии, если угодно, домашних работ, в процессе которых они систематически отрабатывали те или иные важные практические навыки.
Впрочем, в некоторых вопросах Джонни всё же указывал на возможность выбора, говоря женщинам, повторявшим словно заклинание «Я должна! Я должна!..»: «Вы должны, если взяли в долг, а то, о чём у нас сейчас идёт речь – вопрос индивидуального предпочтения».
Поскольку многие обращались к нему с проблемами, так или иначе связанными с межличностными взаимодействиями и в первую очередь отношениями с противоположным полом, Джонни неоднократно подчёркивал важность грамотного подхода в этой сфере. Так, он учил девушек черпать сведения о своём парне не из статей поп-психолухов, где сказано «все мужчины такие-то», а из разговоров с ним самим. Джонни также указывал на важность правильного построения коммуникации с партнёром и формирования реальных ожиданий вместо девизов типа «если это мой человек, то он знает, что мне нужно», предполагающих у молодого человека, по сути, сверхъестественную способность читать мысли девушки.
Задачи, казавшиеся его собеседницам слишком сложными и просто неподъёмными, Джонни разбивал на несколько логичных и при этом вполне посильных в плане сложности частей. В процессе их решения он ориентировал пациенток сравнивать достигнутое с прежней ситуацией, а не с тем, что происходит у других.
После таких бесед многие говорили Джонни спасибо. По их словам, благодаря его консультациям они смогли взглянуть другими глазами не только на текущую ситуацию в отношениях, учёбе, работе и т.д., но и на свою жизнь в целом. Теперь, будучи вооружёнными идеями и знаниями, полученными от него, они видят перед собой гораздо больше перспектив. Некоторые говорили прямо: «Вы хороший психолог».
Безусловно, на какое-то короткое время слова благодарности девушек наполнили Джонни давно забытой радостью, вскружив ему голову честолюбивыми амбициями: «наконец-то я встретил людей, способных оценить меня по достоинству!»
И так уж случилось, что именно на этот период выпала его первая серьёзная удача с сайтом. Конечно, новый рекорд 11 посетителей в день – смешной показатель для каких-нибудь элитных блоггеров, у которых счёт визитёров идёт на многие тысячи, и тем не менее, для Джонни с его предшествующим показателем 1-2 человека в неделю, а потом в день, это была несомненная победа. И ему было особенно приятно, что этот результат был достигнут благодаря людям, с которыми у него, казалось бы, не было и не могло быть никаких общих интересов хотя бы в силу непреодолимо разделявших их половым признаков,– феминисткам. Как бы они ни отнеслись к нему в случае знакомства с ними, Джонни уважал этих женщин гораздо больше, нежели продажных кукол с апломбом, выросшим на пустом месте. Когда он в очередной заход распространения спама оставил в блоге одной известной активистки феминистского движения свою ссылку, эта женщина, к огромному удивлению Джонни, не только не удалила её, но пометила как полезный ресурс о психопатах.
Однако торжество Джонни длилось недолго. Вскоре оно сменилось довольно неприятными мыслями. Джонни почему-то вспомнил, как в своё время, ещё в молодости, лет пятнадцать назад, он читал роман Джека Лондона «Мартин Иден». Тогда Джонни показалось совершенно абсурдным решение главного героя утопиться, когда после стольких трудов Мартину удалось, наконец, добиться успеха. Теперь же, хотя Джонни по-прежнему никоим образом не мог назвать трагическое решение героя «правильным», он мог в некотором роде его понять, так как сам оказался в некотором смысле в похожей ситуации, разве что глобального успеха не добился и топиться не собирался.
Джонни вспомнил, как на различных форумах его издевательски вопрошали не только тролли, но и прочие: «Расскажите нам, чем Вас обидели психопаты?», «А какое у Вас образование?» и тому подобное. А теперь то одна, то другая ему говорит: «Вы мне очень помогли!», «Вы замечательный психолог!». Некоторые даже, возвращаясь на сайт, рассказывали о том, как благодаря Джонни они, наконец, поладили со своими парнями, и даже сами их молодые люди отмечали изменения в лучшую сторону.
И хотя за последние три месяца он узнал кое-что новое, всё же, положа руку на сердце, Джонни не мог сказать, что по сравнению с периодом его пребывания на форумах, где его пытались гнобить, произошла революция в его знаниях. Более того, он никоим образом не стал более нормальным, «адекватным», да и по сути, не имел на это особых шансов. Фактически, всё что изменилось – это в графе «образование» он указал, что в своё время окончил психический... пардон, психологический факультет МГУ.
Получается, люди обычно оценивают других и то важное, что те имеют им сообщить, ориентируясь не на существо вопроса, а на якобы существование где-то там бумажки, в которой указана квалификация! Теперь Джонни ещё лучше понимал, почему психопаты Тед Банди и Кен Бианки так стремились стать психолухами!

03:01 

Покойники на службе у психопатов

Однако самый большой облом в те дни ждал Джонни за пределами интернета. Отрезвляющее возвращение к реальности наступило однажды утром, начинавшимся, впрочем, для Джонни обычно в полдень – время, когда он просыпался. Собираясь в ближайший магазин за продуктами, Джонни выглянул в окно, и с удивлением обнаружил, что там началась зима. А сайт гидрометцентра только подтвердил его наблюдения (путь к заросшему грязью термометру в бывшей маминой комнате преграждала куча хлама, так что Джонни было проще узнавать погоду у себя за окном в интернете). Подойдя к вешалке в прихожей, Джонни вспомнил, как весной – последней весной, когда ещё была жива его мама – он выкинул свою единственную зимнюю куртку. Ему тогда из-за ситуации с мамой было так морально хреново (хотя физически ещё не так плохо, как теперь), что он не рассчитывал дожить до осени. А потому не стал даже возиться с долбаной китайской молнией, которая стала расходиться по швам, и просто выкинул куртку. Теперь же, в связи с сильным ухудшением здоровья и развившейся на этой почве агорафобией, любой поход за тряпками был за него событием. И аналогичная ситуация у него была с зимней обувью, как он неожиданно остро осознал, глядя на сиротливо стоявшие в углу летние башмаки. Джонни почему-то тогда также болезненно вспомнилось, как черножопые продали ему в своё время, пару лет назад, за две тысячи рублей ботинки, которые другие люди покупали за четыреста. «Ты посмотри, дорогой, какой хороший обувь! Натуральный кожа! Весь оставшийся жизнь носить будешь, да?»
Но как эти твари поняли, что мой «оставшийся жизнь» будет такой короткий?– недоумевал рассерженно Джонни. Неожиданно он ощутил прилив невыносимой обиды, злобы, ярости на весь мир, державший его за лоха последнего, а также сильное желание отомстить хотя бы тем, кто насолил ему больше всех. Но практически тут же ему стало нехорошо, закружилась голова, и пришлось сесть на ближайшую горизонтальную поверхность, чтобы не упасть. Нет, сейчас не нужно так настраиваться и расстраиваться,– подумал Джонни. Лучше сосредоточиться на непосредственно предстоящей задаче – как сходить за жрачкой.
С этой мыслью, кое-как нацепив летнюю куртку поверх двух свитеров, чтобы не замёрзнуть по пути в ближайший магазин, а также кроссовки – те самые белые тапочки, которые были на нём летом, когда он ездил хоронить маму – на две пары носок, Джонни поплёлся за продуктами.
По возвращении с покупками домой, однако, Джонни осознал, что глобально проблема не решена. Если он ещё сейчас не замёрз в минус два градуса, что же будет во второй половине января в минус двадцать? Первой возникшей у него мыслью было: но до второй половины января или хотя бы до Нового года ещё нужно дожить! Однако это он уже проходил. В годы юности, когда ему практически всё время было плохо, а врачи ему (и даже его маме!) ничего толком не могли сказать, кроме «вегето-сосудистой дистонии» и прочих невразумительных диагнозов, руководствуясь такой логикой, Джонни перестал чистить зубы. Каков смысл этого нудного занятия, если мозг и печень у него, как ему тогда представлялось, откажут значительно раньше? И в самом деле, за четверть века, прошедшие с тех пор, у него в его больной голове погибло множество нейронов, которые, как известно, практически не делятся, а паренхима печени заменялась жировой и прочей соединительной тканью. Однако при всём при этом Джонни до сих пор как-то продолжал влачить своё существование, а зубов уже не было. И это было очень обидно, так как он любил покушать, а главное, возникала дополнительная опасность жизни и общему здоровью и без того ослабленного организма, исходящая из ротовой полости.
С другой стороны, если он отправится на рынок за шмотками, то в таком состоянии как сейчас, даже если он доберётся туда живым, то будет явно не в кондиции соображать. А у торговцев (даже компьютерными комплектующими), барыг долбаных, теперь дурацкая мода спрашивать у покупателя: почём готовы приобрести? Интересно, кто их этому научил? Неужели сами догадались?! Сомнительно. Небось, специально занимавшиеся этим вопросом психолухи надоумили! Нет, с этими гадами Джонни обязательно рассчитается... сразу со всеми, как с классом! Но сейчас у него другая проблема: как купить себе шмотки и башмаки, если когда он в его нынешнем состоянии кое-как доковыляет до рынка, то будет уж точно не в кондиции торговаться! А если продавцы не согласятся на его цену, то он с ними не сторгуется, и тогда, получается, все усилия, которых ему стоило туда добраться, просто коту под хвост!
К тому же, они будут видеть его хреновое состояние – этого, наверное, сложно не заметить со стороны,– и постараются этим воспользоваться. Но почему же люди такие суки?! Причём не только психопаты, но многие, типа нормальные, когда они видят, как тебе плохо, то норовят обратить это в свою выгоду за твой счёт!
Теперь Джонни уже чувствовал жгучую обиду на весь мир и думал о том, как выместить свои фрустрации на тех, кто когда-либо причинил ему зло, однако вскоре ему опять стало нехорошо. А в то время, когда Джонни пытался прийти в себя, раздался звонок. Знакомый до боли голос поинтересовался у него: «узнал?» А когда Джонни ответил утвердительно, даже не утруждая себя вопросами типа «как дела», собеседник перешёл к разговору по существу: «Помнится, ты мне говорил, тебе нужна одежда на зиму...» Джонни был просто в шоке. Первая мысль у него была о том, как горько и трагично терять память. Мало того, получается, раз не помнишь такие важные вещи, скоро ты совсем превратишься в овощ (если раньше не помрёшь, конечно же), так этим обстоятельством ещё и пользуются такие твари... Впрочем, Джонни тут же подумал, что такая неспособность вспомнить якобы имевший место разговор вовсе не обязательно является проявлением развивающейся у него деменции, а скорее представляет собой манипулятивную игру со стороны Сергея Туповского. Кстати, Леночка с ним также играла в такие штуки, прибавляя, когда Джонни тщетно пытался что-то вспомнить, мол, тебе рано ещё становится таким забывчивым!
Так или иначе, Сергей продолжил, не дожидаясь от Джонни подтверждения своих воспоминаний: «Ты будешь дома? Я через пару часов приеду, покажу товар». Тогда, словно спохватившись, Джонни перебил собеседника и принялся говорить, что ему не нужны чужие ношеные тряпки. Но Сергей, как всегда, хладнокровно, заверил его: «Товар новый. Фирменный. Тебе понравится – вот увидишь». Тогда Джонни попытался зайти с последнего козыря: у меня мало денег, поэтому особо не рассчитывай продать мне по высокой цене... Однако Сергей опять-таки достаточно хладнокровно, почти равнодушно, парировал: «Ладно. Договоримся».
Значительную часть времени перед приездом Сергея Джонни провёл, напряжённо прокручивая в мыслях то, как будет говорить про ношеный товар и про нехватку средств. Однако открыв входную дверь, он был ошарашен, можно сказать, с порога. Совершенно неожиданным для Джонни торжественно-печальным тоном Сергей сообщил: «Я приехал к тебе со всем этим не от хорошей жизни...» А потом добавил немного дрожащим голосом, словно вот-вот собирается пустить скупую мужскую слезу: «У меня умерла мама, и не хватает денег на её похороны». Джонни от этих слов собеседника стало совершенно не по себе. Во-первых, он сразу же вспомнил, как совсем недавно умерла его собственная мама и связанные с этим события, похороны и так далее. А потом не мог не почувствовать странное, извращённое восхищение Сергеем. Другой человек характеризовал бы это ощущение Джонни так: «какие же всё-таки психопаты прекрасные актёры!» Но это было бы не совсем верно. Безусловно, у Сергея очень убедительно получалось изображать аффект, которого он не испытывал. Ведь если бы у него на глазах, допустим, его мама наступила на мину, и её разорвало бы на части, то Сергей, несомненно, был бы на короткое время слегка расстроен утратой полезных ему функций, которые мать выполняла в его жизни. Однако в остальном он бы просто брезгливо стряхнул с себя кусочки её тела и одежды и пошёл дальше, не испытывая особых страданий по поводу трагической гибели родной матери.
И в этом смысле, убедительно изображая серьёзностью тона и дрожанием голоса в действительности не испытываемые им переживания, Сергей был безупречен, насколько здесь уместно это слово. Однако при этом он или другой психопат не смог бы выступать, скажем, на сцене театра, поскольку для его импульсивной натуры было бы слишком скучно заучивать точный текст чужой роли и регулярно долгими часами репетировать с другими актёрами своей труппы. Поэтому психопаты могут в совершенстве владеть лишь импровизацией в рамках своего собственного спектакля. В сравнении с ними даже те «настоящие» актёры, которые в своём поведении демонстрируют серьёзную нарциссическую патологию, как, например, тот же Том Круз, значительно более терпеливы и сдержанны, а потому оказались способны состояться в своей профессиональной деятельности.
Теперь мысли Джонни сосредоточились на несчастной женщине, которую жизнь наградила таким сыном (он не считал это вопросом воспитания, т.к. согласно современным представлениям, психопатия представляет в основе своей генетический дефект). По словам Андрея Денисова, знавшего Сергея с детских лет, после того как умерла её мать (бабка Сергея, на которую он частенько орал «когда же ты сдохнешь, наконец?), она стала сильно выпивать. Это и послужило причиной продажи московской квартиры и переезда в Подольск, так как больше деньги на выпивку было взять негде, кроме как из разницы в стоимости жилплощади (минус затраты, связанные с оформлением сделки и самим фактом переезда, разумеется).
Джонни очень сочувствовал несчастной женщине, и надеялся, что она на самом деле ещё жива. Он не удивится, впрочем, если Сергей ещё не раз наведается к нему, прося денег на её похороны. То ли рассчитывая на то, что Джонни уже настолько утратил память, то ли что Джонни, даже если вспомнит, не решится сказать ему: а знаешь, ты ведь её уже однажды (или даже не раз!) хоронил! (И последнее, наверное, вполне обоснованно, так как у Джонни действительно язык бы не повернулся такое сказать!) Но самым неприятным здесь было следующее: как первое, так и второе недвусмысленно указывало, что Сергей его попросту ни во что не ставил. Ведь Сергей никогда не стал бы рассказывать подобное, допустим, Андрею Денисову.
Нет, безусловно, Сергей неоднократно обманывал в своё время Андрея, пользуясь его неосведомлённостью, продавая ему компьютерные комплектующие и прочую лабуду по мелочи. Однако никогда не посмел бы соврать ему о смерти своей матери. Так как за подобный базар Андрей его, вероятно, просто сразу бы по стенке размазал. Либо, в лучшем для Сергея случае... Джонни было сложно с должной выразительностью передать эти, как он называл, тюремные штучки (вероятно, небезосновательно, т.к. именно в тех краях Андрей этого и набрался), однако смысл разговора был бы примерно такой:
«Серёжа, мне кажется, ты сказал мне неправду. Поэтому, я надеюсь, ты захватил с собой вазелин. Так как иначе детектор лжи, который я к тебе применю, может серьёзно повредить твоё анальное отверстие, и тебе тогда придётся всю оставшуюся жизнь какать и плакать».
Теперь это воспоминание не столько веселило Джонни, сколько вызывало у него печальную мысль: неужели человечество никогда не вырастет из этого животного проклятия, когда в любом мужском коллективе формируется иерархия, где вышестоящий может вставлять нижестоящему в жопу свой жезл власти, якобы указующий тому путь к истине! И каково тогда приходится тем, кому в жизни остаётся только собственная жопа и мозг, раздолбанные чужими жезлами?!
Из этих мучительных философских размышлений Джонни вывел Сергей своим вопросом: ну как ты, всё посмотрел? И только тогда Джонни с ужасом сообразил, что всё это время *не смотрел* одежду, которую покупает у Сергея, а был погружён в свои мысли, и потому просто тупо переворачивал тряпки в руках, даже не глядя на них. А если он начнёт снова проверять все тряпки, то выставит себя перед Сергеем ещё большим идиотом. Пытаясь выиграть время хотя бы на обдумывание своих дальнейших действий, Джонни сказал: сейчас. Сергей не сказал ему «давай скорее» прямым текстом, но принялся бурчать, мол, какая у него сложная сейчас ситуация «в связи сам знаешь с чем, а потому он был бы признателен...» Джонни внутренне начинал сильно злиться. «Ну почему, почему эти грёбаные торгаши, когда хотят продать тебе всякое дерьмо, сразу начинают торопить?»– подумал он гневно. На него снова нахлынуло сильное чувство обиды, когда он вспомнил, как Дмитрий из Кузьминок, продававший ему тонны компьютерного хлама пять лет назад, постоянно говорил: «давайте ускоримся», когда Джонни пытался изучить товар. Но деваться было уже некуда – оставалось только попытаться сосредоточиться на оставшемся, и Джонни принялся судорожно рассматривать те немногие предметы, которые вроде как ещё не посмотрел (хотя в действительности, пока он тупил в своих абстрактных мыслях, он толком не посмотрел ничего).
Наконец, Джонни нашёл, за что зацепиться, и гневно ткнул Сергею в нос отороченную мехом куртку: «Зачем мне бабская одежда?!» Однако тот вначале попытался прикинуться непонимающим: «Ты что, дурак? Почему это она бабская?» Но в этот раз Джонни нашёлся что ответить. Ещё больше повышая голос, и гневно размахивая курткой перед носом у Сергея, он спросил: «За кого ты меня держишь?! Ты посмотри, на какую сторону здесь застёжка!» Сергей вначале попытался прикинуться дурачком. Мол, спасибо Джонни, который просветил его относительно мужских и женских застёжек на разные стороны. Однако потом пошёл на попятную, сказав: «ну купи эту куртку за сто рублей хотя бы!» Но Джонни, которого такое отношение начинало злить всё больше, не собирался уступать: «И что дальше? Купить за сто рублей, чтобы потом бесплатно выкинуть?! Или, быть может, мне этот стольник лучше потратить на операцию по смене пола, чтобы потом иметь возможность носить одежду, которую ты мне продаёшь?». На это Сергей ответил серьёзным тоном, словно Джонни без иронии обсуждал с ним этот вариант: «Нет. Такая операция стоит гораздо больше. За сто рублей никто тебе её не станет делать».
Джонни, которого отношение Сергея стало всё больше приводить в ярость, не видел смысла продолжать дальше этот унизительный разговор. Он заметил к тому времени на куртке с неправильной застёжкой слово «принцесса» и попробовал представить себе, как Сергей продавал бы такую куртку Андрею Денисову. Тогда, наверное, ему пришлось бы встать раком и поиграть с Андреем в принцессу, которой нравится, когда её дерут в попку!
Джонни просто назвал Сергею сумму, за которую готов купить его тряпки. Тот, естественно, принялся говорить о том, какие это крутые бренды. Мол, одна куртка здесь стоит двадцать пять тысяч рублей, и ты нигде лучше себе вариант не найдёшь всё равно. Сам не отдавая себе отчёта почему, Джонни увидел здесь намёк, что в любом другом месте его также обманут, а потому Сергей предлагает ещё оптимальный для такого лоха как он вариант. Почувствовав себя сильно уязвлённым и в то же время неспособным объяснить собеседнику, чем именно, Джонни сказал: «Да, ты знаешь, я плохо разбираюсь в такой модной одежде. Поэтому лучше предложи её тому, кто в состоянии оценить по достоинству».
Тем самым Джонни как бы ставил Сергея перед неудобным выбором: согласиться на предложенную цену или забрать свои тряпки и предлагать их уже другим людям. Однако тот не растерялся. Кому приходится «лезть за словом в карман», тот точно не психопат,– подумал Джонни. В сложившейся непростой ситуации Сергей пошёл со своего главного козыря и начал размахивать перед ним (к счастью, правда, только в символическом, образном смысле) трупом своей мамы. Мол, я бы не связывался с этой одеждой, но ты же видишь, у меня сейчас такая ситуация...
Сергей прекрасно понимал неспособность Джонни, в отличие от многих других людей, сказать: «это твои трудности». Этот факт, кстати, отмечала и Леночка. Однажды, когда они были в Израиле, она прямо сказала ему: «Ты один такой». По её словам, все другие говорили ей, чтобы сама разбиралась со своими трудностями. Даже незаменимая, «любимая» подруга Верка, на которой Леночка паразитировала с детства.
И Джонни действительно не смог и в этот раз сказать Сергею: это твои проблемы. Однако к собственному удивлению, не растерялся и привёл пусть обходной, но, как ему самому представлялось, достаточно веский аргумент. Джонни сказал: «Я тебя понимаю. Но я сам в этом году свою маму похоронил, как ты знаешь. А потому я тоже сейчас на мели. Поэтому если ты хочешь за это больше денег получить, то предлагай кому-нибудь другому». И с этими словами протянул Сергею предложенную ранее в разговоре сумму за его тряпки.
Тот в ответ изобразил наигранно – печальный вид, и сказал: «Дай хотя бы...» После чего назвал сумму, немного превышающую названную. Потом, после ухода Сергея, навязчиво прокручивая в своём сознании этот эпизод и коря себя за уступку, Джонни не раз задавался вопросом: зачем? Ведь это же такой банальный приём: Сергей вроде как пошёл навстречу, не настаивая на цене в два раза выше, а Джонни поэтому в свою очередь считал своим долгом его отблагодарить за это, согласившись на чуть большую сумму. Но ведь мог же этого и не делать, в принципе! Ну почему же, почему я постоянно считаю себя кому-то чем-то обязанным, даже таким вот моральным уродам, как этот,– расстроенно задавался вопросом Джонни, и не находил ответа, помимо печальной констатации того, какая это неблагодарная роль – быть добрым человеком.
Перед тем, как «закрыть дверь с той стороны», Сергей поинтересовался: ты завтра будешь дома?
–Да. А что?
–Я привезу тебе следующую партию одежды.
Разумеется, Сергей даже не удосужился поинтересоваться, нужна ли Джонни ещё одна порция его тряпок. Он думал только о собственном желании продать их и получить деньги. И если есть на свете лохи, которым можно впарить этот хлам, пока есть такая возможность, то почему бы этим не воспользоваться?
Стоя в коридоре некоторое время в задумчивости после ухода Сергея, Джонни неожиданно услышал доносящийся с лестницы разговор на повышенных тонах. К сожалению, даже прильнув ухом к двери, он не мог разобрать слова, но прекрасно понял, о чём шла речь. Сергей даже сам не мог, оказывается, найти на помойке те тряпки, которые он продавал Джонни, а выступал только в роли посредника для парня, который, собственно, добывал эти шмотки. Очевидно, предметом возникшей теперь на лестнице распри была слишком маленькая сумма, полученная «поставщиком» за свой товар.
На следующий день, к удивлению Джонни (вероятность исполнения Сергеем своих намерений, или обещаний, если угодно, обычно не превышала 15-20%), Сергей позвонил и сказал: я буду через полчаса. Такое заявление привело Джонни, наконец удосужившегося посмотреть вчерашние покупки, в ужас. Он неожиданно остро почувствовал нежелание покупать ещё одну порцию отвратительного тряпья с помойки наподобие вчерашнего. И попытался робко поинтересоваться у Сергея, почему тот не позвонил ему, прежде чем выезжать в его сторону. На что тот, естественно, хладнокровно ответил: мы же вчера договорились... Я уже выехал! И Джонни вдруг осознал, какие дополнительные ограничения создаёт человеку совесть, когда ты не можешь соврать про своё отсутствие дома и срочную необходимость быть на другом конце города.
Неожиданно болезненно ощутив своё бессилие спорить и что-либо доказывать Сергею, он только сказал: мне такой хлам, как вчера, не нужен! Однако Сергей, как обычно, поспешил его заверить: «Нет, да ты чё, сегодня гораздо лучше – вообще новьё».
Значительную часть времени перед приездом Сергея Джонни думал о важности умения сконцентрироваться на решении задачи, которой ты непосредственно занимаешься в данный момент. Или, как учила его Леночка, постоянно быть «здесь и теперь». Тем временем, Сергей звонил ему ещё два раза, каждый раз говоря, что скоро будет, через 20, 15, 10 минут... Мол, он стоит в пробке... Электричка, стоящая в пробке – это интересно, – думал Джонни. Хотя, конечно же, прекрасно понимал: во время своего первого звонка Сергей наверняка находился ещё у себя дома в Подольске. Сергею было удобно врать в этой ситуации, т.к. у Джонни не было, конечно же, технических возможностей отслеживать его реальную локацию.
Когда Сергей, наконец, приехал, первым делом извинившись за долгий путь, Джонни принялся внимательно рассматривать тряпку за тряпкой, пытаясь найти дефекты, следы носки и тщательно проверяя молнии на ширинках. На этот раз ему удалось вполне сносно сосредоточиться на этом занятии. Вот только делал он это всё достаточно медленно, а потому Сергей всё время недовольно переминался с ноги на ногу, чесался и бурчал. Однако Джонни сказал ему настолько твёрдым тоном, насколько это могло получиться у такого мягкого человека, как он: «Я хотел бы посмотреть приобретаемый мною товар, чтобы снова не купить у тебя всякое дерьмо. Процесс осмотра занимает у меня в несколько раз меньше времени, чем твой путь до меня...»
Джонни не мог не отметить по себя (хотя делиться этим наблюдением с Сергеем, естественно, было неуместно) значительное улучшение качества тряпок по сравнению со вчерашним днём. А потому, закончив осмотр вещей, уверенно предложил Сергею вчерашнюю сумму. Но теперь тот категорически не соглашался. Ты же видишь, сегодня качество товара значительно лучше,– настаивал Сергей. Теперь Джонни начинал нервничать. В его планы совершенно не входило платить Сергею лишние деньги. Но как тогда обосновать ту же сумму за явно лучший товар? Сказать Сергею: вчера я был большим лохом, нежели сегодня, а потому переплатил? Глупо!
Неожиданно у Джонни, к удивлению для него самого, возникла идея. Он приложил к себе одну пару штанов, потом другую, третью... «Ладно, я согласен, штаны и прочие тряпки сегодня лучше, чем вчера. Но посмотри: они рассчитаны на рост сантиметров на ...дцать больше, чем у меня! И как мне с ними быть теперь?» Сергея, однако, такое заявление совершенно не смутило, словно он заранее был готов к любому вопросу или возражению, какие только могли возникнуть у Джонни. Он сказал: «Ерунда. Главное, в остальном они тебе по размеру подходят, а по длине можно просто подшить. Сейчас все такие штаны делают». И действительно, Джонни вспомнил, как ему приходилось подшивать большую часть быдлокитайских джинсов, приобретённых в последние годы в небольших магазинчиках у «чурок». Но всё равно сдаваться он не собирался: «Кто будет этим заниматься? Зачем мне такой геморрой?». В ответ, Сергей равнодушным тоном сказал: «А что здесь такого? Я сам такие ношу. Мне моя мама подшивает». При этих словах Сергей немного поднял одну ногу, чтобы показать Джонни, как подшиты его джинсы, и предложил: «Слушай, давай тогда с тобой договоримся так: ты мне даёшь за это всё... (он назвал сумму в полтора раза выше вчерашней), а я скажу маме, чтобы она тебе подшила».
Джонни, до того державшегося молодцом, впал в замешательство, услышав столь заманчивое предложение. Его больше всего смущало даже не предложение Сергея фактически отдать ему обратно часть товара (якобы на подшивание) *и* деньги, т.е. фактически отдать часть денег просто так. Джонни взяла оторопь, когда он представлял себе, как ему подшивает штаны, лёжа в гробу на глубине несколько метров под землёй, разлагающийся труп матери Сергея, на чьи похороны тот пытается получить деньги, продавая эти тряпки. Тут же, правда, Джонни сообразил, что мать Сергея ещё не захоронена, а потому пока ещё, должно быть, лежит в морозилке. Но, так или иначе, получалось, Сергей пытался дать своей мёртвой матери шанс заработать таким вот образом на её похороны. Как говорится, лучше поздно, чем никогда.
Конечно, Леночка и прочие психопаты и раньше шокировали Джонни вопиющими противоречиями в своём вранье даже в пределах разговоров, имевших место в один день, но обычно это были рассказанные ими байки, а не как здесь вопрос жизни и её естественного прекращения. Для самого же Джонни как запущенного невротика тема завершения жизненного пути человека была настолько пугающей, и потому, можно сказать, «священной», чтобы стать табуированной в разговорах, которые он вёл. И это создавало ему в данной ситуации серьёзную практическую трудность – у него попросту язык не поворачивался указать Сергею на возникшее противоречие.
Но всё же, не желая сдаваться, Джонни придумал обходной манёвр. Первым делом он хотел получить подтверждение, что не ослышался:
– Ты уверен, что она будет подшивать?
– Да, абсолютно, я ей скажу. Мама мне всегда подшивает (и Сергей опять показал свои брюки, подшитые внизу).
– Хорошо. Тогда держи (Джонни протянул Сергею стопку привезённых тем джинсов на рост метр 88). Когда они будут подшиты, я готов их купить за предложенную сумму.
Тем самым Джонни как бы намекал Сергею: «я куплю их у тебя тогда, когда твоя *мёртвая* мама их подошьёт». В ответ Сергей, словно понимая, к чему клонит Джонни, сказал: «Нет. Я так не могу. Мне деньги нужны сейчас». Правда, теперь он даже намёком не пытался уточнить, на что. Джонни же, который ожидал примерно такой реакции Сергея, заявил: «Ага. То есть ты мне предлагаешь тебе сейчас отдать деньги *и* фактически тряпки обратно, а потом ждать до второго пришествия, пока мне подошьют штаны? Нет! Мы с тобой это уже проходили. Поэтому, как говорится, спасибо. Не интересно. Я могу в этой ситуации тебе предложить всего два варианта, которые не вижу дальше смысла обсуждать. 1. Ты сейчас забираешь всё назад и потом продаёшь мне в подшитом на мой размер виде. Ну а коль скоро тебя такой вариант не устраивает, у нас остаётся только: 2. Я готов купить у тебя всё с не подшитыми штанами, но по вчерашней цене». В такой ситуации Сергей, возможно, не желая обсуждать, жива на самом деле его мама или нет, сказал: «Ладно. Только давай за...» И назвал сумму, которая была выше той, на которую сторговались вчера, примерно настолько, насколько та сумма была выше предложенной вчера изначально Джонни. Однако сегодня Джонни, памятуя, как он вчера сокрушался по поводу своей уступки, не собирался идти навстречу Сергею, державшему его за идиота. Но, с другой стороны, у него не было намерения и долго базарить с тем относительно цены. А потому сказал просто, что ориентировался на вчерашнюю сумму, а иначе у него остались только бумажки по пять тысяч рублей, которые он не попрётся сейчас менять. В ответ на это Сергей, который перед этим, когда Джонни изучал тряпки, говорил про то, как он спешит, вызвался пойти разменять. А в ответ на выразительную усмешку Джонни оставил ему в залог... чужой паспорт.
Когда Сергей вышел менять деньги в ближайший продуктовый магазин, Джонни пожалел об отсутствии у него сканера и принялся зачем-то от руки переписывать себе данные оказавшегося у него на время в руках документа. Как оказалось, Сергей зачем-то оставил ему... чужой паспорт, владелец которого, по имени Евгений, как выяснилось, проживал в Подольске, или, по крайней мере, был там зарегистрирован. В документе также зачем-то было вложено водительское удостоверение какой-то девицы. Приятная на вид,– отметил Джонни.
С тех пор Сергей Туповский больше не приезжал, однако через некоторое время Джонни позвонил парень, который представился как «Женя из Подольска». По словам Евгения, это его тряпки продавал Сергей, но слишком много брал за свои посреднические услуги. Естественно, у Джонни сразу же возникла мысль «эх, где же ты был раньше?», однако упущенного времени было уже не вернуть, а потому думать об этом бесполезно. Необходимо было размышлять о дальнейших действиях. Вначале он попытался отказаться от предложения Жени купить у него ещё одёжки, теперь уже напрямую, т.к. Сергей и без того уже продал ему более чем достаточно. Тем не менее, после недолгого разговора с Женей, больная голова Джонни в своём принятии решений оказалась заложницей странного феномена поведенческой экономики, который можно описать как «если я это уже покупал, то обязательно куплю в два раза дешевле, даже если мне это уже не нужно в таком количестве».
После приобретения тряпок уже у Жени, Джонни попытался твёрдо сказать ему, что следующая партия одежду ему уже точно ни к чему. Тогда Женя принялся уговаривать его купить ещё хоть что-нибудь. По словам Жени, ему очень нужны деньги, т.к. его мама тяжело болеет и нужны деньги ей на лекарства. Естественно, такое заявление показалось Джонни до боли знакомым. Не умерла – уже хорошо,– цинично подумал он, слушая объяснения Жени, как важны ему сейчас полученные от Джонни средства.
Решительно настроившись больше не покупать ненужные тряпки, Джонни завил, что он всё понимает, но ему правда больше не надо. Тогда Женя принялся интересоваться, не нужно ли Джонни что-нибудь другое. Джонни на какое-то время задумался, а потом ответил, что в остальном ему нужна только посуда. Мол, не будет же ему Женя тарелки продавать. Тот, однако, заявил, что у его девушки вроде как было много лишних совершенно новых тарелок, чашек и прочего, а то, мол, они там зря только стоят у неё и ими никто не пользуется особо.
Вскоре Женя приехал со своей девушкой и с посудой. Тарелки и прочие столовые принадлежности Джонни сразу не понравились, однако Женя долго и настойчиво пытался убедить его в том, какие они хорошие и удобные. А Женина девица строила Джонни глазки и давила на жалость, объясняя, какая у них сейчас сложная ситуация в связи с болезнью Жениной мамы. Наконец, не в силах больше терпеть этот спектакль, Джонни отдал парочке деньги, утешая себя мыслью, что больше они не придут. Только чтобы на следующий день испытать невыносимую обиду, когда, придя в ближайший магазин за продуктами, он увидел всю эту посуду на распродаже по цене в общей сложности на сто рублей дешевле, чем купил. Получается, они просто специально пришли в тот магазин, приобрели там эту хрень, и собирались вначале впарить ему на пятьсот рублей дороже. А когда это не удалось, торговались с ним до последнего, чтобы получить хотя бы стольник.
Однако эта обида была не сравнима с той, которую он испытал, когда уже дома не нашёл свой новый кошелёк, в котором было всего, правда, около полутора тысяч рублей и только недавно купленная тоже за полторы тысячи карточка на скидку в другом магазине, куда он также регулярно наведывался за продуктами. Обнаружив пропажу, Джонни гневно подумал: «Нет. Я этого так не оставлю». И стал вынашивать план мести.
Ему вспомнился рассказ Жени о том, как за Сергеем охотится пол-Подольска, чтобы его убить. И Джонни злорадно подумал: «Ну что ж, тебя ждёт та же участь, коль скоро ты решил пойти по стопам своего коллеги!» Более того, Женя, похоже, превзошёл своего учителя, который ни разу не был замечен на крысятничестве из квартиры, используя в своём промысле исключительно силу слова... Лживого, разумеется.
Джонни без труда нашёл паспортные данные Евгения, которые сохранил в текстовом файле – любимый компьютер был единственным местом в квартире, где ему не требовались долгие поиски, чтобы найти важные материалы. Увидев там также личные данные Жениной девицы, и вспомнив, как было дело, Джонни злорадно потёр руки: купил права своей сучке? Ну ничего, порадуйся, вот я напишу главным гаишникам, чтобы они проверили факты, и будет вам тогда веселье. Впрочем, Джонни тут же словно опомнился и подумал, что наверняка гаишники сами куда более продажны, нежели Женина девица, пусть и в несколько ином смысле. А, следовательно, писать им виртуальные доносы – только зря тратить время и выставлять себя идиотом, пусть даже анонимно.
Поэтому у Джонни созрел другой план наказания парочки. Он вспомнил, как недавно пытался спамить на форуме Подольска, но его быстро там заблокировали и потёрли записи. Теперь же он может написать там про Женю и его девку без всяких ссылок, а потому у админов не будет формального повода его забанить, по крайней мере, в начале. Конечно, если там поднимется буза, мол, он необоснованно клевещет (а кто может подтвердить – свидетелей – то нет!) на хороших людей, то его запись удалят. Однако к тому времени, во-первых, уже будет достигнута некая публичность, а во-вторых, поисковики зацепят имена – фамилии – отчества «героев», так что интересующиеся могут при желании нагуглить, с кем они собираются иметь дело.
Дело теперь оставалось за малым – придумать текст, подробно описывающий «состав преступления» Жени и его девки. Однако на практике эта, казалось бы, незатейливая задача оказалась гораздо сложнее для Джонни, чем он предполагал вначале. Основная трудность заключалась в следующем: сколько он ни сочинял этот текст, при попытке посмотреть со стороны, глазами читателя, результат выглядел так, словно ребёнок ноет о том, как его обидели. Получалось, среднестатистический участник форума, ознакомившись с посланием Джонни, не проникнется в знак солидарности с ним справедливым гневом по адресу Евгения, а скорее цинично скажет: без лоха и жизнь плоха! И подумает, как хорошо было бы и ему самому найти, кого можно так облапошить.
Сам же Джонни теперь ощущал себя в отвратительной ситуации, когда под угрозой оказалась вся его картина мира, или, по крайней мере, человеческого общества, которую он так старательно рисовал в своём сознании последние полтора года – с тех пор как понял, чем больна Леночка. А пришёл он к данной теории в результате обобщения своих наблюдений и горького опыта на протяжении не только предшествующих 5 лет, с тех пор, как его первый раз обокрал Валенков, но и всей своей жизни.
Согласно этой схеме, среди людей есть некоторое количество не просто плохих, но специфически больных людей – психопатов. Пытаться их убедить, взывая к несуществующим человеческим чувствам и совести бесполезно. Таких, как говорится, только могила исправит. Остальных, как представлялось Джонни, можно убедить, по крайней мере в принципе: причиняя вред, будь то насилием или обманом, другому человеку, ты делаешь плохо в первую очередь себе.
Однако теперь, столкнувшись с суровой реальностью, эта чудесная теория, которой с некоторых пор руководствовался Джонни, разваливалась, словно карточный домик. Допустим, Сергей Туповский, будучи психопатом, неизлечимо болен. Поэтому у него всегда будет такое бессовестное поведение. Но как тогда быть с Женей? Или с его девкой, а по совместительству соучастницей? Коль скоро они ведут себя по отношению к Джонни, по сути, подобно Сергею, получается, они тоже психопаты? Или какой тогда смысл произвольно одних обозначать этим термином, а других нет, если поступки тех и других в основных своих чертах идентичны? Но что же тогда получается? Джонни, такого хорошего и замечательного, со всех сторон окружают бессовестные психопаты, которые так и норовят его обмануть и использовать для реализации своих корыстных, эгоистических целей за его счёт?
Накрутив себя такими мыслями, Джонни начинал всё острее чувствовать ненависть ко всему миру, точнее, двуногим тварям, его населяющим, которая перерастала в неутолимую жажду мщения за непочтительное отношение к нему. При таком подходе уже было неважно, сделал ли человек плохое лично ему, или нет. Главное – их настрой при возможности использовать Джонни в своих интересах, чего бы ему это ни стоило. А потому он теперь так же не собирается с ними считаться.
Возможность отыграть свои фрустрации, хоть немного наживаясь за счёт ни в чём непосредственно не виноватых перед ним людей, открылась для Джонни не далее как в тот же день. У него на районе были двое хороших знакомых – Вова и Ваня, которые время от времени приносили ему на обслуживание или модернизацию компьютеры, свои и родственников.
Как – то ещё в июле, через несколько дней после похорон мамы Джонни, к нему приехал Вова с Андреем, своим корешем из лихих 90-х. Андрей на тот момент только недавно освободился из мест лишения, и денег у него было очень мало. А потому Вова посоветовал ему обратиться к Джонни за очень недорогим компьютером, «чтобы так, чисто в инете полазить, порнуху посмотреть».
Через две недели после продажи компа, на следующий день после возвращения Джонни из Израиля, им с Андреем пришлось пересечься снова при следующих обстоятельствах. Андрей, на основании рассказов знакомых уверенный, что за безлимитный домашний интернет нужно платить минимум триста – четыреста рублей в месяц, был вначале очень обрадован, когда агенты одного известного интернет – провайдера предложили ему подключиться с абонентской платой в размере всего ста рублей. При условии, правда, безвозвратного внесения оплаты сразу за несколько месяцев вперёд. Но вот незадача: несмотря на разумную заявленную скорость, 12 мегабит в секунду, герои видеоматериалов, которые обычно смотрел Андрей, совокуплялись, словно эстонские бегуны, постоянно замирая в совершенно неуместных позах! Техническая же поддержка провайдера, когда Андрей к ним обратился, естественно, заявила: это у Вас компьютер так работает!
Тогда Андрей, который был не в восторге наблюдать тормозные шоу, пригласил Джонни разобраться. Как Джонни и предполагал, когда он запустил speed test, реальная скорость соединения оказалась колеблющейся в пределах от ста до пятисот килобит в секунду. После того как он объяснил Андрею наиболее вероятную причину такого снижения скорости (все жильцы дома подключились на радостях за сто рублей, но пропускная способность сети, протянутой к их зданию, шире не стала!), тот попытался выяснять отношения с провайдером. Однако, как и предполагал Джонни, это ни к каким положительным результатам не привело, поскольку что операторы сотовой связи, что провайдеры домашнего интернета – такая мафия, с которой даже матёрым бандитам бычиться бесперспективно. Зато Андрей теперь знал, к кому обращаться по вопросам, связанным с компьютерной техникой.
Незадолго до того дня, когда Джонни особенно остро почувствовал обиду на всё человечество, среди представителей которого столько злых и вообще нехороших людей, Андрей неожиданно (они не общались с лета) позвонил ему и привёз ноутбук без зарядки с просьбой «стереть все данные и переустановить систему».
Как только за Андреем закрылась дверь, любопытный Джонни, заинтригованный неоднократной настойчивой просьбой «обязательно удалить всё», включил ноут. Однако сколько он ни рыскал по папкам, ничего особо крамольного найти ему не удалось. Кругом были какие-то хозяйственные документы и всяческая бухгалтерия торговца средней руки и никаких национальных тайн, договоров о поставке оружия и прочего! Да у него на ноуте даже порнушки не было! Небось, у гада хватает денег на реальных баб,– цинично подумал Джонни. Разочарованный, он собрался перезагрузить ноутбук с CD и отформатировать жёсткий диск, дабы безвозвратно стереть информацию. Этого, однако, ему не удалось сделать, так как села батарейка. Джонни собирался вначале позвонить Андрею и объяснить ситуацию, умолчав только о том факте, как лазил по чужим файлам, однако потом решил этого не делать и подождать, пока Андрей сам позвонит. А вдруг забудет, а там, смотришь, его снова посадят,– строил предположения Джонни.
Но Андрей не забыл и не пошёл на посадку, а объявился в тот самый день, когда Джонни вознамерился наказывать всё человечество. Андрей позвонил и предложил выкупить у него ноутбук, поскольку ему нужны деньги. Теперь у Джонни уже не было сомнения в происхождении устройства, а также в том, почему Андрей настаивал на уничтожении данных. Получается, ноут пи***ный,– подумал Джонни. Разумеется, у него не было никаких угрызений на сей счёт. В конце концов, у владельца (теперь уже бывшего) ноута были деньги на баб (по крайней мере, к такому выводу пришёл Джонни, не найдя в ноуте порнографии), а у него нет. Поэтому Джонни может хотя бы в некоторой степени восстановить справедливость и на вырученные средства купить себе... нет, не бабу, конечно... ну их нах, а пожрать чего-нибудь хотя бы, благо после визитов Сергея и Жени тряпок у него было полно.
К немалому удивлению Джонни, когда он предложил в телефонном разговоре с Андреем сумму в четыре тысячи рублей, тот не стал с ним торговаться, а только сказал кратко: я сейчас приеду. Однако когда Андрей приехал и они остались наедине, начался очень неприятный для Джонни разговор. Неожиданно зловещим, угрожающим тоном Андрей спросил: «Вот скажи мне, Джонни, такую вещь. Почему я узнавал на Царицынском рынке, назвал им модель, и они сказали, что купят его за семь – восемь тысяч! А ты мне предлагаешь четыре? Ты за кого меня держишь вообще?!»
В следующие несколько секунд повисшего в воздухе напряжения Джонни неожиданно осознал, в каких ситуациях даже такой безнадёжный невротик как он может вести себя смелее, или, по крайней мере, более безрассудно, нежели психопат. Психопат, подобный Андрею Валенкову или Сергею Туповскому, столкнувшись с непосредственной угрозой со стороны превосходящей силы, просто отступит. Мелкий зверь пропустит вперёд более сильного хищника.
Но поведение Джонни в такой ситуации могло быть совершенно парадоксальным. Казалось, ему, даже в отсутствие непосредственной угрозы постоянно одержимому страхом смерти, а также массой специфических фобий, связанных с множеством путей потерять жизнь, следовало поджать хвост и занять подчинённую позицию. И бывало, конечно, он именно так и делал. Но время от времени он, напротив, шёл на эскалацию конфликта, подвергая себя огромному риску. Чем же было обусловлено такое его, казалось бы, абсурдное поведение, идущее наперекор обычно болезненно обострённому в нём инстинкту самосохранения? Почему в первую очередь не спасать свою задницу, не пытаться по максимуму сохранить себе жизнь? Допустим, он поступит так. Но тогда весь остаток дней он проведёт с невыносимыми чувствами поражения и унижения, не дающими ему покоя. Они будут постоянно преследовать его в навязчивых мыслях, от которых нет спасения, кроме как умереть. Даже в его болезненном, по большей части безрадостном детстве эти мысли не были у него столь назойливыми. Тогда, приходя из детского сада или школы, где его постоянно обижали, он просто погружался с головой в свои бессмысленные занятия. И лишь когда мама интересовалась у него, дружит ли он с ребятами, Джонни, пытаясь сдержать слёзы, гневно сжимал кулачки и повторял: я их всех победю! А потом, слыша в ответ её насмешливое: «ну конечно-конечно, обязательно!», Джонни впадал в крупномасштабную истерику. Он принимался крушить вещи в квартире, чтобы тем самым наказать мать за унижение. Джонни знал, что в отличие от одноклассников, она не сумеет физически справиться с ним, и пользовался этим обстоятельством. С этими же моральными уродами, как ему тогда мечталось, он непременно сочтётся, когда вырастет большим и сильным.
Однако теперь, когда стало ясно, что это не наступит никогда, даже если бы ему было суждено дожить до старости (на что также не было надежды, учитывая его состояние здоровья), Джонни просто не мог себе позволить продолжать коллекционировать опыт поражений и унижений, навязчивые воспоминания о которых составляли основное содержание его сознания.
Вероятно, подстёгиваемый именно такими соображениями, четыре года назад в безлюдной подворотне, куда он забрёл, заблудившись, он сказал окружившей его компании гопников: «Хотите мой телефон «позвонить»? Вы его не получите! Идите на х**!» Впрочем, потом, после того как Джонни очнулся, он так никогда и не вспомнил, что и как там было. И впоследствии, неоднократно проезжая мимо этого места на транспорте, он только неоднократно с ужасом думал о том, как ему повезло, что он выжил, и у него при всех его проблемах с памятью не развилась такая ужасная антероградная и частичная ретроградная амнезия, как у Клайва Веаринга или Генри Молесона. У них, правда, были не травмы, а другое: известный британский музыкант перенёс энцефалит, вызванный вирусом простого герпеса, а вошедший во многие учебники знаменитый «пациент Г.М.» подвергся оперативному лечению эпилепсии, в ходе которого ему удалили передние 2/3 гиппокампа с двух сторон и ещё много чего нужного и полезного.
Джонни также неоднократно посещала мысль о том, что какие-нибудь психолухи могли объяснить его собственную неспособность вспомнить саму сцену драки как недопущение в сознание повторного переживания слишком сильно травмирующего опыта. Но он-то понимал: это, как и многое из сочиняемого психолухами был бы просто гон, так как у него в тот период причиной нарушения функционирования сознания и памяти была серьёзная травма головы. Хотя подробности он, к сожалению, тогда выяснить не мог, поскольку медики им заниматься не захотели, очевидно, так как с него, глядя по его одёжке, было нечего взять в плане бабла.
Подобным образом и теперь, в ответ на наезд Андрея, Джонни хотелось с насмешкой протянуть ему принесённый им ноутбук, и сказать: «на, удачи тебе продать его на рынке за восемь тысяч!». Тем самым Джонни как бы давал ему понять: «твои заявления – блеф!» Он также представлял себе, какие приключения может найти себе рецидивист, пришедший на базар продавать палёный ноут без зарядки.
Однако тут же Джонни словно опомнился. Ему неожиданно стало очень тревожно, когда он вспомнил, как минут за десять – пятнадцать до приезда Андрея ему чуть ли не хором звонили Вова и Ваня, через которых, собственно, Джонни с ним и познакомился. Они словно в один явно обеспокоенный голос предупреждали его: «К тебе там собирается приехать этот... Лучше не пускай его вообще, под каким-нибудь благовидным предлогом. Неизвестно, что у него на уме. Возможно, недоброе. Будь осторожен с ним. Береги себя».
Неожиданно Джонни стало ещё больше не по себе. Конечно, Андрей этот уже явно не тот здоровый мужик, каким, со слов Вовы и Вани, он был в лихие 90-е. Он вышел из тюрьмы официально засвидетельствованным инвалидом – так учреждения, призванные исправлять душу человека, калечат его тело. Однако сам Джонни фактически стал последнее время ещё большим калекой, для которого было целым событием даже в магазин ближайший за продуктами сходить.
В этот неожиданно сошедший на него неизвестно откуда момент просветления, Джонни вдруг представил себя – обычно такого смелого, когда он обсирал, на чём свет стоит, людей в интернете – в реальном рукопашном бою с бандитом, и ему стало по-настоящему страшно. А потом, если разобраться, ситуация-то у него в любом случае получается безвыигрышная. Ведь если даже, паче чаяния, он вообще убьёт своего противника насмерть, то его просто посадят в тюрьму, где он, в отличие от этого Андрея, отбывшего за решёткой более десяти лет, не выживет и недели.
А ещё, по словам Вани, Андрей – ВИЧ – инфицированный наркоман. Поэтому, какой смысл побеждать его в кровопролитной драке, чтобы потом стать жертвой микроскопической хрени, у которой даже мозга нет, а только рибонуклеиновая кислота в белковой оболочке?! Конечно, средняя продолжительность жизни с момента инфицирования составляет примерно десять лет, а Джонни в любом случае и без вируса столько не проживёт, но всё равно стрёмно заразиться СПИДом.
Потом Джонни не мог не подумать о том, сколько денег фактически подарил если не психически, то физически вполне здоровой сучке, чтобы теперь устраивать из-за пары тысяч смертный бой с инвалидом – мелким воришкой.
Под влиянием таких мыслей Джонни неожиданно для себя стал более вежливым и тактичным в этой напряжённой беседе с Андреем, пытаясь сформулировать свои аргументы более деликатно. Он первым делом спросил: это они тебе за него без зарядки семь тысяч предлагают? А когда Андрей утвердительно кивнул головой, Джонни продолжил: «В любом случае, они просто так сразу у тебя его не купят, ты уж мне не говори! Им нужно вначале его протестировать, т.к. если он нерабочий, то им нафиг за такие деньги не нужен. Для этого у них есть универсальные адаптеры, которыми любой ноут можно питать. У меня такого нет, т.к. я ремонтом и продажей ноутбуков не занимаюсь практически, только если через знакомых и постоянных клиентов, чищу системы охлаждения или жёсткие диски меняю, у кого накрываются, но для этой цели мне со своими зарядками приносят. Поэтому мне даже включить его нормально было нечем. Ты попросил меня стереть с него данные, я его включил, а у него батарейка закончилась, он погас и всё... Тем самым Джонни как бы намекал на дополнительный риск для Андрея реализации на рынке краденого ноутбука, с которого так и не были удалены данные законного владельца. Потом Джонни подчеркнул: договорились на четыре тысячи – я рассчитывал на эту сумму. Тем самым он как бы показывал Андрею: не у одного тебя проблемы с деньгами!
Выслушав объяснения, Андрей понимающе кивнул головой и поинтересовался, когда Джонни сможет найти «родной» адаптер. Джонни прикинул: в конце недели к нему должен приехать Владимир, занимающийся ремонтом плат, за сломанными железками. Джонни попросит его на рынке купить адаптер, который заберёт ещё через неделю. В итоге договорились таким образом: Джонни немедленно отдавал Андрею четыре тысячи и оставлял себе ноутбук. А через две недели, когда после покупки адаптера будет возможность проверки, в случае исправности ноутбука Джонни отдаёт ещё две тысячи.
Когда Андрей ушёл, Джонни расстроился: надо было отдать ему сразу эти две тысячи, чтобы больше уже не пришлось иметь дело с этим уголовником – а то вдруг потом ещё «попросит», да ещё в такой агрессивной манере, как на этот раз! Джонни как «уважающему себя» невротику было неприятно каждый раз, когда в будущем ему предстояли заведомо неприятные события. В таких случаях ему было очень сложно радоваться положительным моментам «здесь и теперь», зная о грядущих трудностях. Где-то на уровне разума он прекрасно понимал, насколько абсурдно такое восприятие, поскольку ведь и жизнь человеческая хорошо закончиться не может – только смертью, и если думать постоянно об этом, то вообще ничего по гроб жизни приятного не будет, а за тем последним порогом для атеиста и подавно!
Но одно дело концептуальное осознание ситуации, и совсем другое – способность перестроить своё чувствование так, чтобы день за днём, час за часом иметь возможность наслаждаться жизнью, невзирая на её ограниченность во времени и значительные преграды, обусловленные серьёзными проблемами со здоровьем. Видимо, такая органическая неспособность испытывать радость повседневного бытия была наглухо прошита в больную голову,– приходил к неутешительному выводу Джонни.
От потока подобных неутешительных философских мыслей его отвлёк неожиданно впервые замеченный им в углу коридора пакет, очевидно, оставленный Андреем. Внутри лежали шапка, перчатка, шарф и ещё кое-какие тряпки. Джонни не помнил, было ли всё это на Андрее во время их разговора. Джонни с детства боялся не только глядеть в глаза собеседнику, но и вообще в его (или её) направлении, а потому привычно то и дело опускал или отводил сторону свой взор. У него вначале было желание позвонить Андрею и сказать: «ты тут оставил свои вещи», но потом нежелание видеть того ещё раз, тем более за такое короткое время, пересилило благие намерения, и Джонни подумал: «Ничего. Если ему нужно, то спохватится и вернётся».
Владимир был удивительно порядочным человеком. Практически каждый воскресный вечер он ездил за город навещать своих пожилых родителей, а по пути заглядывал к Джонни, чтобы забрать железки в ремонт. На следующей неделе после визита Андрея с ноутбуком Владимир был на рынке и приобрёл там нужный Джонни адаптер. Однако в воскресенье было снежно и морозно, и у Владимира, как у многих других людей, зарабатывающих себе на жизнь пусть и высококвалифицированным, но ручным трудом, а потому не имеющим возможности покупать новые дорогие авто, не завелась машина. Соответственно, он не смог поехать к своим родителям и к Джонни.
Джонни же, когда узнал эту новость, поймал себя на очень нехорошей мысли. С одной стороны, в теории он вроде как от души желал людям добра. Но в данном случае поймал себя на крамольном желании, чтобы с Андреем стряслась какая-нибудь неприятность, которая помешает ему приехать к Джонни раньше, недели это удастся Владимиру, так как в противном случае придётся расплачиваться за ещё не проверенный ноутбук. Однако, как в очередной раз к своему большому разочарованию убедился Джонни, плохое в такой ситуации может случиться только с ним самим, либо с людьми (как в данном случае с Владимиром), от которых он зависит. Практически точно в оговоренный в предыдущую встречу день, Андрей позвонил и поинтересовался, удалось ли проверить ноутбук. На что Джонни (готовый, впрочем, в случае сильной враждебности Андрея пойти на уступки) объяснил ситуацию, как есть, и просил подождать ещё неделю, а Андрей, на его удивление, отнёсся с пониманием.
Однако, как назло, ближе к воскресенью, с характерной для него удивительной предупредительностью позвонил Владимир и весьма расстроенным голосом сообщил о поломке своей машины. Другой человек на месте Джонни, наверное, назвал бы сложившееся положение проявлением «закона подлости». Однако сам Джонни, при всей своей негативной эмоциональности, так не считал. По его мнению, люди просто обычно дольше помнят плохое, от кого бы оно ни исходило – других двуногих или слепой судьбы. Хотя другие люди, наверное, всё же вызывают большую злопамятность.
Но, так или иначе, здоровье уже не позволяло Джонни самому доехать до работы Владимира, особенно с учётом развившейся в последнее время агорафобии, из-за которой любая вылазка даже на небольшое расстояние от дома превращалась в пытку. А потому, когда позвонил Андрей и поинтересовался, удалось ли протестировать ноутбук, Джонни только сказал сухо: «Приезжай. Я отдам тебе оставшиеся деньги».
Зайдя в квартиру, Андрей, словно гордясь, «вот видишь, я продал тебе хорошую вещь, а ты говорил...», ещё раз повторил вопрос, только на этой раз в несколько иной форме: «Ну как, всё работает?» В ответ Джонни не стал врать, даже если сказать правду в данной ситуации означало не только выставить себя полным идиотом, не способным выполнить намеченное, но и признание абсурдности разделения получения денег Андреем на два этапа. Словно пытаясь даже не оправдаться, а хоть как-то объяснить, почему у него опять всё так глупо получилось, Джонни сказал: «Просто раз уж я обещал тебе, значит, приходится выполнять, как бы там ни было». Андрей ничего ему на это не ответил, а только молча протянул руку.
Конечно же, этот жест не мог не привести Джонни в недоумение. Как и ещё один пакет с зимней одеждой, как бы невзначай оставленный Андреем у него в квартире.
Но вовсе не об этом думал в первую очередь Джонни после того, как Андрей, пожелав ему «всех благ», закрыл за собой дверь. Джонни неожиданно погрузился в печальные размышления о том, почему его жизнь пришла к такому итогу. Ведь по сути, после того как, по словам его грёбаных родственничков (которых Джонни ненавидел до тех пор, пока благополучно не послал всех их на х**, прекратив контакты) его мать и бабка всю свою жизнь пытались заработать на и обустроить квартиру, он превратил её в свалку металлолома и тряпья.
Джонни прекрасно понимал, как другие добивались успеха – в основном при помощи принуждения и обмана. А сам он никогда толком не умел ни драться, ни врать. Каждый раз, когда ему приходилось говорить неправду, Джонни тушевался и представлял себе, как плохо он сделает тому человеку, какие может причинить страдания и тому подобное. В подобных ситуациях он словно чувствовал чужую боль, ставя себя на место своей потенциальной жертвы и... нередко отказывался от своей затеи, даже если это приносило ему в итоге неприятности или убытки.
Но не меньше страданий, нежели издержки собственной неспособности обманывать людей, доставляли ему постоянно возникавшие ситуации, в которых его самого обманывали или ещё как-то использовали другие. Драматизм переживаний усиливался болезненным осознанием, всё чаще посещавшим его последнее время в связи с накоплением горького и унизительного опыта. Раньше Джонни был уверен: так подло с другими могут поступать лишь отдельные, особенно «плохие» люди. Быть может, в своё время они сами стали жертвами, или у них было трудное детство. Когда Джонни открыл для себя теорию про психопатов, у него вроде как появилось удобное объяснение: Эти люди больны на органическом, генетическом уровне. В мозгу у такого человека отсутствуют важные структуры, отвечающие за эмоциональные реакции, вследствие чего он оказывается равнодушным к страданиям других, неспособным к сопереживанию.
И в то же время, ему нередко (заведомо слишком часто, чтобы их всех объявить прирождёнными психопатами) встречались люди, чьё поведение недвусмысленно свидетельствовало об их позиции: «я обману или как-то ещё использую тебя при первой возможности». Более того, их заведомо вредоносные поступки не встречали осуждения в обществе. Напротив, уважаемые бизнес – тренеры, мотивационные ораторы и даже психолухи поучали обывателей осознанно подражать подобным негодяям, целенаправленно разыскивая и окучивая беззащитных овечек, которых безнаказанно можно ободрать.
При таком раскладе уже не было смысла надеяться объяснить как самому человеку, так и другим, выступающим в данной ситуации безучастными сторонними наблюдателями, что он поступает неправильно, делая тебе плохо. Ведь с их точки зрения, это твоя личная проблема, которая больше никого не касается. И тогда получается, во многих случаях противостоять эскалации обмана, эксплуатации, унижения может лишь реальная грубая физическая сила. Но где её взять, если у тебя нет, и никогда не будет нормального здоровья?

03:00 

Больные люди в больном обществе

Когда – то давным-давно, в подростковые годы Джонни мечтал о том, как он станет здоровым и сильным, и сможет не только решительно отстаивать свои законные интересы, но и защищать слабых от произвола двуногих хищников. Однако это, как практически и все прочие благие намерения в жизни Джонни, могло осуществиться лишь в его фантазиях.
В суровой же действительности все его потуги заняться физическими упражнениями, чтобы нарастить мышечную массу, которая позволила бы ему выглядеть в глазах других источником реальной силы, терпели фиаско примерно по следующему сценарию:
После напряжённых усилий Джонни резко становилось не по себе – было трудно дышать, окружающий мир начинал казаться нереальным, возникал невыносимый страх скорой неминуемой смерти. А на следующий день Джонни отправлялся в поликлинику к терапевту «проверять сердце» – по его представлениям на тот момент, отказ именно этого органа должен был преждевременно оборвать его жизнь. Однако врач Бургомистрова и тем более время от времени подменявшая её (по сути, в роли статиста, способного лишь выписывать больничные) гастарбайтерша оказывались не в состоянии даже поставить вразумительный диагноз, помимо пресловутой «вегетососудистой дистонии» и (в неформальном разговоре с мамой Джонни) «излишней мнительности», и отправляла к невропатологу. Та же, после практически бессмысленного в такой ситуации ритуала постукивания по коленкам, предлагала прекратить нюхать клей и растворители, взять себя в руки и заняться спортом. Либо... обратиться к психиатру. Последнее уже говорилось ею с глазу на глаз маме Джонни, которая потом пересказывала ему, умоляя взять себя в руки и стращая для пущей убедительности тем, как гробят людей в психбольнице ядовитыми препаратами. А затем начинались скандалы, когда мама заставляла Джонни ездить к экстрасенсам «раз официальная медицина не помогает». И страдания Джонни только усугублялись, когда он полным ненависти взглядом наблюдал за тем, как шарлатан гребёт себе в карман мамины деньги, беспардонно наживаясь на несовершенстве медицины и неспособности некоторых людей примириться с тем, что некоторые болезни просто не лечатся.
С тех пор прошла примерно четверть века. У Джонни уже давно не возникало даже мыслей о силовых тренировках. Указание на то, к чему привели бы его такие попытки, он получил несколько лет назад, когда имел неосторожность немного пробежаться рысью за автобусом, чтобы потом долго не ждать. Неожиданно ему стало трудно дышать, он почувствовал, как не может сделать полноценный вдох, сердце стало колотиться так, словно вот-вот разорвётся на части, окружающая обстановка вдруг показалась нереальной, и случайные прохожие стали свидетелями того, как Джонни прощался с жизнью, жадно ловя ртом воздух. Потом, не раз вспоминая эту историю, Джонни с ужасом думал о том, как близок он был тогда к тому, чтобы безвозвратно перейти из состояния «зрачки расширены от страха» в «зрачки расширены, на свет не реагируют».
Теперь ему оставалось только стремиться реализовать программу – минимум: как пожить ещё немного, хотя бы несколько лет? Конечно, живи он в подлинно цивилизованной стране, первым разумным шагом в попытке поправить серьёзно пошатнувшееся здоровье был бы визит к врачу, дабы воспользоваться методами современной инструментальной диагностики, а также знаниями, которыми располагает специалист. Но к какому? Очевидно, в его ситуации это был бы невропатолог, или, как теперь их принято называть на западный манер, невролог.
Только вот незадача: Джонни до сих пор вспоминал свои отвратительные ощущения, когда во время последней болезни его мамы приходила невролог Ряхина. Физически он той весной чувствовал себя ещё не так плохо, как сейчас, однако моральное состояние его было совершенно ужасным. Состояние умиравшей мамы поставило тогда перед ним слишком много чисто практических и иных вопросов, на которые Джонни не только не знал ответа, но даже не представлял себе, с чего начинать. Однако один важный момент стал ему в те трудные дни предельно ясен: как бы тебе ни было плохо, рассчитывать на помощь со стороны медицины не приходилось.
Почему? Ответ на этот вопрос становился очевиден, когда Джонни невольно слышал разговоры бабок – бывших знакомых его мамы. Эти очень бойкие женщины, много повидавшие на своём веку, ещё отнюдь не впали в болезнь Альцгеймера или иную сенильную деменцию, а потому могли без труда прикинуть в уме, что автомобиль, на котором разъезжает «эта врачиха» равен по своей стоимости её официальной зарплате в поликлинике за шесть лет.
Впрочем, хотя он тоже, как говорят дерьмократы и им подобные, любил считать деньги в чужих карманах, в своей моральной оценке данного обстоятельства Джонни кардинально расходился с этими женщинами. С его точки зрения, доктор Ряхина имела ничуть не меньшее моральное право на комфортную жизнь, нежели многочисленные офисные служащие, которые, даже рядовой планктон, ни хрена не производили – ни товаров, ни подлинных благ. В противоположность им, невролог Ряхина приносила реальную пользу людям – пусть богатеньким, или, по крайней мере, заведомо платёжеспособным, а потому, возможно, классовым врагам Джонни, но в этой роли она отвечала высокому призванию врача. Глупо требовать от человека, даже медика, каждодневного самопожертвования в его профессиональной деятельности, если государственная политика в сфере здравоохранения не обеспечивает материальных ресурсов для оказания медицинской помощи каждому нуждающемуся в ней, независимо от его финансового положения.
А недавно Джонни невольно получил дополнительное свидетельство бесперспективности в его ситуации обращения за медицинской помощью. На основании увиденного он ещё раз убедился: крайне негативные впечатления, сформировавшиеся у него о работе системы здравоохранения, не были артефактами его личного опыта общения с неврологом Ряхиной или терапевтом Чепушенковой, а также случайно услышанных разговоров бабок со двора.
А дело было так. Водитель «Газели», перевозивший железки Джонни, а также товарищ водителя, сидевший с ними в кабине, смотрели телепередачу. Первой мыслью Джонни, никогда ранее не сталкивавшегося с просмотром зомбоящика в машине, было: «до чего дошёл прогресс». Потом, разумеется, Джонни не мог подумать о том, что если разговор по мобильнику, говорят, приводит к увеличению числа автокатастроф, то каковы могут быть последствия, когда водила ещё и телевизор смотрит. Тут же, впрочем, у него возникла и другая мысль, о том, как ящик помогает не сойти с ума человеку, вынужденному стоять большую часть своего рабочего дня в пробках, особенно в период осенне-зимней слякоти.
Так или иначе, Джонни неожиданно вынырнул из погружения в свои собственные печальные мысли, услышав голос ведущей ток-шоу: «Мы сегодня поговорим о реально имевших место трагических случаях, связанных с медицинской практикой, и о том, можно ли подобный исход предотвратить». Когда ещё была жива и более-менее в здравом уме его мама, и Джонни делился с ней тем, как случайно увидел подобную программу, она говорила ему: «везёт тебе, Хрюшка, на такие передачи!» Очевидно, она была каждый раз очень обеспокоена, как бы под впечатлением от увиденного у него крыша не съехала ещё дальше. Сам же Джонни обычно не считал это обстоятельство «везением», то есть не зависящей от него случайностью. По его мнению, идя по жизни, большинство людей сталкиваются с подобными телетрансляциями в общественных местах, а также прочими упоминаниями о смерти, неизлечимых болезнях и т.д., со сравнимой вероятностью. Ну а потом уже каждый для себя выбирает, обращать ему на это внимание, или нет.
На этот раз ситуация осложнялась тем, что смотреть передачу о тяжёлых болезнях и смерти Джонни пришлось в условиях дополнительного нервного напряжения. Мало того, что он практически не видел экрана, так ещё и не слышал половины слов. У него даже возникло сильное желание попросить сделать погромче, но озвучить его Джонни так и не решился. Только подумал: «Везёт психопатам! Когда им нужно, они просто прямо говорят: я хочу вот это или вон то!» Джонни же обычно в подобных ситуациях упирался в непреодолимую стену собственной рефлексии: «А что человек обо мне после этого подумает? А не сочтёт ли он(а) меня после этого ещё большим неадекватом, чем по мне и без того видно?!»
Впрочем, несмотря на эти сложности, основные моменты передачи Джонни всё же себе твёрдо уяснил. Первая женщина говорила, с трудом сдерживая слёзы. Она недавно потеряла мужа, с которым прожила более тридцати лет. Примечательно, что они многие годы работали вместе в медицине, на одной станции скорой помощи: она фельдшером, а он водителем.
В принципе, казалось бы, не было ничего удивительного в том, что пациенту не стали делать радикальную операцию – слишком неблагоприятными были шансы. Как логичным было и решение не делать ему переливание крови, когда он впал в критическое состояние, так как исход всё равно был предрешённым. Тем не менее, на основании рассказа женщины, который был вполне убедительным, несмотря на эмоциональные проявления, то и дело прерывавшие её изложение, у Джонни сложилось устойчивое впечатление, что дело также было в социальном статусе пациента. И окажись на месте бывшего водителя скорой помощи, недавно вышедшего на пенсию, какой-нибудь крупный коммерсант или чиновник, то не только протокол лечения был бы другим, дающим больше шансов пациенту на реальное продление жизни, но изменилось бы даже чисто человеческое отношение медперсонала.
Тогда, получается, жизнь человека, долгие годы работавшего в команде, спасающей других людей, ценится гораздо меньше жизни того, кто занимался собственным обогащением, скорее всего, за счёт других людей (учитывая преимущественный характер бизнеса и власти в этой стране), а теперь зато располагает средствами купить услуги продажной медицины!
Впрочем, как показывала печальная история другой женщины, в стране, где система здравоохранения напоминает вертеп разбойников, бывает, и богатые тоже плачут. Супруг второй участницы ток-шоу увлекался то ли нырянием, то ли подводным плаванием, пока не получил серьёзную травму позвоночника. В медицинском центре, куда он обратился, пока ещё был в состоянии сделать это сам, ему сделали операцию, в результате которой он, по своей вероятности, проведёт (теперь уже короткий) остаток своей жизни в состоянии парализованного овоща.
Нет, Джонни прекрасно понимал, насколько несовершенны наши знания о мире и способность исправлять дефекты функционирования, пожалуй, самой сложной системы в природе – человеческого организма. А потому даже при высокой квалификации хирурга возможны непредвиденные трагические осложнения, ведущие к летальному исходу. Джонни помнил, как у него открылось сильное кровотечение в ходе такого, казалось бы, банального и хорошо отработанного вмешательства, как удаление миндалин, а потом были осложнения, связанные с распространением инфекции (лимфаденит). К тому же, согласно представлениям современной медицины, тогда у него, наверное, не было достаточных показаний для операции. Но в те годы, врачи просто не могли понять, что с ним творится, и не имели возможности это выяснить, а потому пытались пробовать известные им методы лечения типа отрезать что-нибудь, даже если не были понятны причины происходящего.
Однако в ситуации женщины, которая выступала в программе, был один очень важный момент: когда она, уже будучи в отчаянии, обошла множество врачей с фактически бессмысленным (её супругу невозможно было вернуть подвижность) уже на тот момент вопросом «как же теперь быть?», некоторые из них сказали ей, что операцию её мужу вовсе не обязательно было делать. Конечно, доктора при этом обычно старались уходить от ответа на вопрос о причинах драматической ошибки, видимо, старясь соблюдать врачебную этику и потому избегая катить бочку прямым курсом в направлении трагически накосячивших коллег, а может, опасаясь конфликта в случае, если их мнение станет известно тому, о ком оно было высказано. Тем не менее, кое-кто из них прозрачно намекнул на роль «человеческого фактора».
Конечно, такая передача не могла не произвести неизгладимого впечатления на Джонни. В ту ночь он долго не мог уснуть, когда, ворочаясь, вспоминал те или иные фрагменты программы. Однако, как ни странно, он увидел в ней и положительные моменты. Так, Джонни был восхищён тем, с какой самоотверженностью выступавшие в передаче женщины боролись до последнего за жизнь и здоровье своих мужей. Наверное, у них была настоящая любовь,– подумал Джонни. Чувство, на которое не способны двадцатилетние куклы с гипертрофированными губами и тренированными задницами. Нет, конечно же, практически любая ТП может гордо разглагольствовать, как она жить не может без своего очередного кавалера. И даже если ткнуть её носом в конкретные прагматические причины такой «любви», она может заявить надменным тоном: «я его люблю не за то, что у него есть, а за внутренние качества, позволившие ему этого достичь». Но случись что-нибудь с человеком – не мелкие временные трудности, а реальное несчастье, и она уже с другим, а он остаётся один.
Впрочем, Джонни умудрился найти для себя негатив даже в самоотверженной заботе женщин из передачи о своих мужьях. Он печально подумал о том, что если, несмотря на все усилия и множество врачей, которых они обошли, им ничего не удалось добиться от системы, то каковы перспективы того, у кого близких вообще нет и кто никому на белом свете не нужен? Когда медицинские работники точно знают, что если ты сдохнешь, то никто даже не спохватится, не говоря уже про то, чтобы ходить, добиваться чего-то для тебя или предъявлять претензии по поводу неадекватного лечения или халатности. При таком раскладе максимум, на что может рассчитывать бедный совершенно одинокий пациент в «бесплатной» ОМС системе, так это что врачи, не заморачиваясь с обследованиями и постановкой точного диагноза, выяснением причин и т.д., выпишут таблетки для сбивания симптомов. Такой подход очень удобен системе здравоохранения: больной будет меньше беспокоить, а заодно повысит свои шансы откинуть копытца в результате побочных эффектов. Естественно, про операцию в такой ситуации лучше даже не думать – если её и согласятся делать, чтобы начинающим хирургам было на ком практиковаться, то это фактически прямая дорога на тот свет.
Либо есть ещё вариант, который, правда, маловероятен в силу небольшого количества таких заведений: больница какого-нибудь «научного» учреждения, где, суля самые передовые методы лечения, из тебя сделают подопытного кролика для опробования препаратов и процедур, которые в случае успеха будут применяться в терапии платёжеспособных господ. Люди, у которых, подобно Джонни, не было ни близких, ни друзей, были для этих контор очень удобными субъектами – никто не будет судиться, когда никому не нужного субъекта угробят.
Если же обратиться в платную контору, то сначала, следуя негласной формуле таких организаций, будут разводить на деньги по максимуму, стращая трагическими последствиями «пренебрежения к своему здоровью», а потом, когда средства у тебя закончатся, просто пошлют на х** независимо от объективного состояния, потребности в лечении и т.д. Либо ненавязчиво предложат влезть в долги, набрав кредитов у ассоциированных с ними структур, чтобы потом по миру пустить, а то и жильё отнять под это дело.
Ну а если в такой шарашке только просто анализы делать и прочие обследования, то где гарантия точности и правильной расшифровки? Или получится, как тогда у мамы было в центре шарлатанки Надежды (см. «Психопаты не унимаются»).
Конечно, после таких мучительных размышлений у Джонни по-прежнему оставались неразрешёнными некоторые важные вопросы. Тем не менее, он определился с ответом на главные: кто виноват и что делать (и чего не делать).
Учитывая состояние медицины в стране, ему не приходилось реально рассчитывать на лечение, которое могло бы радикально улучшить его состояние и продлить ему жизнь. Поэтому оставалось только стараться выполнить максимум намеченного, пока ещё есть силы, а потом просто лечь и сдохнуть. А сделать ему предстояло ещё непочатый край.
Во-первых, на сайт его как не ходили, так и не ходят. После всплеска на пару дней благодаря феминисткам, число посетителей, хотя и не опустилось полностью до прежнего уровня, тем не менее, по-прежнему оставалось просто никаким: два-три человека в день.
Во-вторых, и с этим ему также было очень важно разобраться, ему хотелось всё-таки понять, почему условия жизни в его стране заставляют, казалось бы, вполне нормальных молодых людей вести себя подобно психопатам, как он видел на примере Жени из Подольска, да и во множестве других случаев.
Впрочем, что касается второго из этих пунктов, неприятное происшествие, случившееся с Джонни перед Новым годом, прибавило ему оптимизма даже относительно людей, которых другие имеют реальные основания считать не очень хорошими. А заодно помогли ему ещё раз убедиться, какая моральная пропасть отделяет психопатов даже от людей с просто «антисоциальным расстройством личности» (не являющихся при этом психопатами).
В предпраздничные дни у Джонни был наплыв клиентов. Конечно, на самом деле их было не так уж много, просто больная голова и кривые руки, которыми она управляла, не позволяли ему решать возникающие задачи быстро и эффективно. Вероятно, это, а также слабеющая память, стали причиной того, что 30 декабря только под вечер, почувствовав голод, Джонни вспомнил про недоеденную ещё днём рыбу с рисом. Ещё минут двадцать он мучительно размышлял, что же теперь с этим делать. А потом, не найдя в себе сил выкинуть ценные продукты (у него всегда были проблемы с тем, чтобы выбрасывать вещи, которые вроде как ещё могут представлять ценность, а тут речь шла о ценном корме!) по-быстрому затолкал их в себя.
Опрометчивость этого поступка Джонни ощутил уже ближайшей ночью, собираясь спать. Он почувствовал недомогание и сильный озноб. Потом всю ночь провёл в полузабытьи дурной дремоты, боясь даже нормально измерить температуру градусником (т.к. она была очень высокой – стоило засунуть градусник под мышку, как он показывал 38), который специально положил неподалёку от себя на тот случай, если у него совершенно не будет сил подняться.
Утром, с трудом выбравшись из туалета, Джонни подумал: срочно нужно лечиться. Основным средством он видел... питьё минералки, которой у него дома не оказалось, так как пил Джонни обычно только соки. Вначале у него была мысль сделать нечто подобное самому, растворив в кипячёной воде соль. Однако прикинув, сколько должна была простоять в открытом пакете соль, которую использовала ещё его мама, отказался от этой затеи. Температура у него была не очень высокой – 37,8. Поэтому, несмотря на врезавшийся ещё с детских лет в память строгий запрет «если у тебя повышенная температура – три дня из дома не выходить!», Джонни сделал попытку сходить за минеральной водой в ближайший магазин, располагавшийся в паре сотен метров от дома. Однако как только он вышел на улицу, ему стало совсем неважно. У него начался сильный озноб, закружилась сильнее чем обычно голова, и сопровождающее его с детства, словно проклятие, чувство нереальности окружающего стало более интенсивным, а потому невыносимо пугающим.
Опасаясь полностью потерять контроль над собой, упасть в снег и замёрзнуть, если смерть раньше не наступит от внутренних причин, Джонни поспешно вернулся домой. Но поскольку он так и не дошёл до магазина, его проблема по-прежнему не была решена. Вскипятив воду в чайнике, Джонни на удивление быстро нашёл в открытом пакете из-под сока крупнозернистую соль, которую с давних времён запасала его мама, словно на случай ядрёной третьей мировой войны. Однако практически тут же, заметив во многих местах внутренней стороны пакета многочисленные коричнево-чётные точки, Джонни с отвращением швырнул его обратно: тараканье дерьмо явно не было лучшим подспорьем при лечении пищевого отравления!
Теперь ситуация представлялась ему практически безвыходной. Пить много чистой кипячёной воды совсем без соли означало риск умереть от отёка мозга, когда концентрация натрия в сыворотке крови упадёт ниже 135 миллимоль на литр. Чувствуя сильную слабость, Джонни сел на стул на кухне, отчаянно пытаясь сообразить, что же делать дальше. Вот оно, проклятье одиночества, когда тебе плохо, а даже воды принести некому,– обречённо подумал он.
В это время зазвонил телефон. Кого там ещё..., – мелькнула раздражённая мысль. После взаимных поздравлений «с наступающим» (как-никак, 31 декабря) Андрей Денисов попросил Джонни помочь ему что-то найти в интернете по компьютерной теме. Ответ Джонни «так погугли сам» несколько удивил Андрея. Ведь обычно в аналогичной ситуации Джонни принимался покорно выполнять его просьбу. Андрей продолжал настаивать: «Что, тебе так сложно, да? Просто мне в этом долго нужно разбираться, а ты спец, тебе раз-два...»
Обычно Джонни не смел повышать голос на Андрея, но на этот раз сделал исключение. Впрочем, говорил он при этом тоном не уверенного в себе мужчины, отстаивающего свои законные интересы, а скорее капризной девки: «Андрей, послушай. Я отравился. Мне очень хреново сейчас. У меня высокая температура. Я даже не могу дойти в магазин за минеральной водой себе, чтобы лечиться, а ты говоришь искать тебе какие-то материалы».
– А друга ты не можешь попросить?
– Да зачем я буду кого-то беспокоить?..
– Ладно, ты сейчас будешь дома?..
– Ну конечно, куда же я денусь в таком состоянии?!
– Тебе нужны какие-нибудь лекарства?
– Нет, только минеральная вода.
Примерно через полчаса на пороге квартиры Джонни стоял Андрей и протягивал ему четыре полуторалитровых бутылки минеральной воды, а также несколько упаковок активированного угля. Я думаю, это тебе тоже пригодится,– сказал Андрей.
Джонни даже не знал, чему он был рад больше – минеральной воде с активированным углём или поступку Андрея. Да, наверное, по чисто житейским меркам, Андрей, не раз сидевший за разбой, грабёж и тяжкие телесные повреждения, был не самым добрым человеком. Да, было время, когда Андрей не возвращал ему долги, очевидно, пользуясь тем, что в случае лично Джонни он мог себе это позволить безнаказанно. Да, Андрей не раз его обманывал в силу того же самого обстоятельства. Да, наверное, было достаточно оснований утверждать, основываясь на его поведении и «послужном списке» правонарушений, что у Андрея было «антисоциальное расстройство личности». Тем не менее, когда Джонни было плохо, именно Андрей помог ему. И Джонни прекрасно понимал: Андрей никогда не станет потом попрекать его этим поступком: вот, мол, посмотри, что я тогда сделал для тебя. Да, Андрей порой бывал жёстким и даже жестоким. Вероятно, при жизни, которая была у него за плечами, если бы он вёл себя даже не как Джонни, а просто немного мягче, чем обычно, его бы уже давно не было в живых! Но, несмотря на всё это, у Андрея были понятия, которые даже при такой жизни позволяли ему оставаться человеком.
После ухода Андрея Джонни принялся пить минеральную воду из расчёта примерно пол-литра в час (нормально работающие почки выводят до 900 мл за этот период), закусывая активированным углём (который, учитывая, когда произошло отравление, имело смысл теперь принимать разве что для успокоения). Теперь он боялся непредвиденных осложнений, вспоминая некогда прочитанную им трагическую историю про одного парня, кажется, из Швейцарии (где медицина гораздо лучше), который однажды вместе со своим отцом (кстати, врачом по роду деятельности) ел макароны с соусом песто. А потом на следующий день разогревал и снова ел. А потом ещё два дня разогревал и ел. И последний раз, когда они так ели, им обоим поплохело. Папаша несколько раз проблевался и пришёл в себя. Парень же чувствовал себя очень плохо, становился всё более сонливым и вообще никаким. Он пожелтел (билирубин 119 мкмоль/л при норме <17), у него отказала печень (АЛТ 5270 ед./л (норм.<22), АСТ 2140 ед./л (норм. <18), протромбиновый индекс 12 (норм. 80-100)), происходил распад мышечной ткани, развилась почечная недостаточность, а потом отёк мозга, и он умер. Как было установлено в итоге, причиной трагедии стало поражение митохондрий клеток печени (как видно из клинической картины, этот яд также поражал митохондрии мышечных клеток) токсином, который выделяли бактерии Bacillus cereus. Джонни знал, что эти бактерии хорошо размножаются в приготовленном рисе, оставленном в тепле. И хотя у него были несколько иные симптомы, нежели обычно развиваются при отравлении токсином «рвотной» разновидности Bacillus cereus, Джонни не думал об этом, а просто боялся. Тем более он знал, что тепловая обработка заражённого продукта в таких случаях не спасает, т.к. рвотный токсин выдерживает температуру сто двадцать градусов Цельсия на протяжении полутора часов.
К счастью, на этот раз для Джонни всё более-менее обошлось, и к вечеру, выпив три литра минеральной воды, он почувствовал себя лучше. Конечно же, Джонни ещё в юности понял, что уже никогда не будет чувствовать себя хорошо, но, по крайней мере, сейчас его состояние по большей части вернулось к уровню до отравления, а потому он не собирался помирать в новогоднюю ночь... По крайней мере, в эту.
Казалось бы, самое время для него порадоваться жизни. Но не тут-то было! Несмотря на улучшение объективного состояния и самочувствия, Джонни по-прежнему чувствовал слабость и разбитость. Но даже не это так огорчало его, как тот факт, что тогда, когда его ждут великие дела, он вынужден без дела валяться на кровати.
Чтобы не тратить время зря в этот период вынужденного отдыха, тем более что всё равно уже выспался, пока чувствовал себя совсем плохо, Джонни включил послушать познавательную аудиозапись на компе. Мужик довольно аргументированно (хотя и не без спорных моментов) рассказывал о том, как определяющим в мотивации нормальных мужчин является стремление доминировать над себе подобными, дабы не только получить как можно больше ресурсов для себя, но и в конечном счёте иметь доступ к максимальному количеству привлекательных самок и таким образом передать как можно больше своих генов следующему поколению. Для женщины же главное – отдать себя под покровительство самого сильного.
Отсюда следовал крайне неприятный, просто убийственный для Джонни вывод. Ещё в детстве, приходя домой после школы, где его постоянно унижали, Джонни мучительно раздумывал над вопросом: почему в век технической революции, когда космолёты бороздят просторы галактики, люди не могут договориться между собой без мордобоя или угрозы насилия? Или без обмана, когда они знают, суки, что ты чисто физически не имеешь возможности дать им всем в рожу, и пользуются этим?!
Разумеется, с тех пор ситуация несколько изменилась, в том плане что игра теперь идёт по «взрослым» правилам, когда непосредственный мордобой во многих случаях уступает демонстрации контроля над материальными ресурсами, власти, влияния, однако общий смысл, когда одни могут безнаказанно эксплуатировать и унижать других, по сути, остаётся прежним.
Кроме того, теперь, когда столь модные нынче этологические/социал-дарвинистские аргументы огромными порциями вбрасываются в массовое сознание (очевидно, кому-то это очень выгодно с идеологической точки зрения!), подобное деструктивное поведение получает не только объяснение, но и обоснование. Оно представляется, таким образом, как естественное, сообразное биологической природе существ мужского пола, а потому, с этой точки зрения, осуждать его и тем более пытаться корректировать вроде как глупо.
С этой «животной» точки зрения, Джонни (и многие другие люди, оказавшиеся в том или ином смысле в сходной ситуации) – всего лишь дефективный самец, генетический мусор, не приспособленный к жизни. В первобытных джунглях его бы просто убили, или он умер бы своей смертью от голода, будучи не допущенным к корму. Теперь же, в современном обществе, у него вроде как была возможность сохранить свою жизнь до тех пор, пока своим чередом не наступит смерть от болезней. Однако всё имело свою цену: люди, с которыми он контактировал, постоянно так или иначе использовали его.
И даже психопаты с описанной этологической/социал-дарвинистской точки зрения представлялись уже не вредителями, а своего рода «санитарами леса». Ведь они обычно охотились (если можно так выразиться) на наиболее слабых, уязвимых особей, которым если и можно позволить пожить немного, чтобы кормиться за их счёт, то уж точно нельзя позволять размножаться. Таким образом, в «животных» терминах получалось, психопаты как социальные хищники даже способствовали поддержанию здоровья популяции, избавляя её от больных особей.
Но вот незадача: Лично Джонни хотел жить. Он очень-очень хотел жить! А также желал, чтобы другие общались с ним на равных, не обманывали и не использовали его, уважали его человеческое достоинство. И раньше он даже хотел найти себе самку, если повезёт!
Но как заставить других считаться с ним и с его законными интересами, если многие понимают только язык силы, даже если она проявляется не как грубое физическое принуждение, а через опосредованные цивилизацией механизмы?
На уровне теории, конечно, Джонни очень любил рассуждать о том, как в процессе эволюции у человека развивался разум и способность к состраданию. Однако на практике, даже основываясь на его собственном горьком опыте, он встречал множество людей, которые не понимали, почему, коль скоро они имеют возможность брать, не отдавая, и при этом не испытывать угрызений совести, им следует этого избегать. Тем более, если при нынешнем моральном климате социума они не встретят при этом даже общественного порицания, а потому не будет нанесён урон их репутации. Иными словами, если на каждом углу слышится, что «без лоха и жизнь плоха», зачем они будут отказывать себе в хорошей жизни?
Конечно, Джонни мог сказать им, что они поступают неправильно с моральной точки зрения. Однако ими такие его заявления, скорее всего, будут расценены как «размазывание соплей» и беспомощное нытьё, которое они попросту проигнорируют с презрением. Ведь они уважают только силу и будут считаться только с ней.
Когда Джонни осознавал всю безысходность этой ситуации, в нём начинала кипеть и клокотать ненависть ко всем тем двуногих тварям, которые обманывали и унижали не только его лично, но также многих других хороших и добрых людей, зная, что не получат отпора. Но как же тогда их за это наказать?
В мире животных у немощного индивида фактически нет шансов против физически несравнимо более сильной доминантной особи. Однако когда хронически обиженные люди используют современные технические средства, и в первую очередь огнестрельное оружие, чтобы расширить возможности своих рук, последствия могут быть значительно более масштабными. Бешеный бульдозер Марвина Химейера нанёс ущерб, превышающий примерно семь миллионов долларов. Но пиндосы, даже если и слушали по приколу, то не хотели слышать его предсмертное послание, в котором он говорил: «...вы воспользовались моей добротой. И вот что ещё вы должны знать: если вы приносите зло в чью-то жизнь, оно вернётся к вам!»
А зачем? Тогда, в 2004 году, они посмотрели ТВ, покачали головами, даже посмеялись. И пошли заниматься далее своими более важными делами, стремясь завоевать и обустроить для себя более комфортное место под солнцем, чего бы это ни стоило другим. Их жизнь продолжалась: они женились/выходили замуж и рожали детей, которым передавали не только свои гены и свою собственность, но и свои взгляды на то, какими средствами нужно добиваться желаемого.
Но утро 14 декабря 2012 года для 20 семей из Ньютауна, штат Коннектикут, принесло не только крах их проектов продолжения своего рода, но и ужасную человеческую трагедию: придя в здание начальной школы, где когда-то учился сам, 20-летний Адам Лэнза расстрелял их детей.
Естественно, событие стало лакомым куском для журналистов. Надо было видеть, с каким остервенением они обсасывали неспособность Адама нормально общаться со сверстниками, замкнутость и прочие странности, а также его диагноз синдрома Аспергера. Те, кому это было удобно с политической точки зрения, использовали повод посмаковать тему ограничения продажи оружия. Мол, иначе агрессивные психически больные будут непременно его покупать, а потом стрелять в кого попало, включая детей.
Другие вспоминали и начинали обыгрывать на все лады старую песню, сочинённую ещё полвека назад канадцем Альбертом Бандурой (правда, применительно к зомбоящику), о том, как дети копируют агрессивное поведение в компьютерных играх. А Адам Лэнза сидел каждый день играл с утра до вечера.
И лишь единицы, чьи негромкие голоса тонули в общем потоке, говорили о том, как издевались над Адамом в школе. Нет, разумеется, справедливости ради надо отметить, что многие допускали такую возможность. Однако сразу же отбрасывали её, т.к. им удалось, дескать, поговорить с некоторыми бывшими одноклассниками Адама, которые не припомнят каких-либо издевательств над ним. Ах, конечно же, так они и сознались! Им это очень надо, чтобы потом к ним пришли федеральные агенты в штатском и ненавязчиво попросили показать пальчиком того, кто это делал! И, разумеется, все учителя «не помнили ничего такого», чтобы над Адамом кто-то издевался.
И лишь одна женщина, которой было то ли нечего терять, то ли просто она не могла об этом молчать, рассказала, как в младших классах, в той самой школе куда Адам потом пришёл пострелять, Нэнси (мать Адама) приходила в школу и сидела на уроках на задней парте, чтобы только её сына не обижали. Быть может, эта женщина просто ненормальная и придумала эту историю, чтобы журналисты проявили к ней интерес?
Но тогда следует обратить внимание на другого свидетеля, которому довелось знать Адама уже в старших классах. С еврейским мальчиком, о котором пойдёт речь, была связана достаточно громкая история, пусть и локального масштаба. Впрочем, пока его просто гнобили сверстники, на него никто особо не обращал внимания, даже среди тех взрослых, кому это вроде как положено по долгу службы. И в самом деле, мало ли кто евреев не любит – антисемитов полно даже в самых толерантных районах! Но вот когда ребята увлеклись, раздолбали автомобиль мальчика, и начала разбираться полиция, тут уж замять не получилось, т.к. собственность это святое! Тогда компетентные лица стали расспрашивать юношу: «Над тобой издевались сверстники? У вас вообще происходит такое?» Его ответ был: «Да. У нас это обычное дело». Но, по его словам, как бы тяжело ему ни приходилось, например, Адаму Лэнза было в тысячу раз хуже.
Тогда эту историю замяли. Семья еврейского мальчика, не добившись правды и гарантий человеческого обращения с их сыном, перебралась на западное побережье. Фрагменты его рассказа об издевательствах над сверстником «в тысячу раз хуже» пережитых им самим остались лежать в архивах местной газеты, в которые уже практически никто не заглядывал. И только Адам Лэнза всё время жил с воспоминаниями о том, как с ним обращались, постоянно терзавшими его и без того нездоровую психику.
Какие же выводы были сделаны в американском обществе в результате данной трагической истории? В первые недели после случившегося в ТВ и радиопередачах не было недостатка в психолухах, с типичным для них апломбом всезнаек, умеющих читать мысли умерших, интерпретировавших в фрейдистских традициях взаимоотношения Адама с его матерью Нэнси, которую он убил прежде чем отправиться пострелять в школу.
Другие СМИ тиражировали интервью с отцом Адама, Питером Лэнза. О чём же поведал этот (не считая истории с сыном, разумеется) достаточно успешный по обычным житейским мерам мужчина с ежегодным доходом в четыреста сорок пять тысяч долларов, давно уже сменивший Нэнси (с которой он фактически расстался несколько лет назад) на более молодую женщину? Оказывается, теперь он сожалеет о том, что его сын вообще появился на белый свет. Ведь фамилия Питера тут же напоминает всем про Адама.
Показательно также заявление Питера о том, что издевательства сверстников над Адамом не были «избыточными» и касались только трудностей в общении и походки. Т.е., надо думать, по мнению этого просвещённого папаши, если тебя каждый день обзывают уродом – это не беда, вот если бы физическим пыткам регулярно подвергали, тогда уже перебор!
Впрочем, надо отдать Питеру должное, у него не было иллюзий относительно того, какое отношение он в итоге снискал со стороны своего сына: «Он стрелял в Нэнси четыре раза за каждого из нас: один раз за неё, один за себя, один за Райана и один за меня». Старший (на 4 года) брат Райан, впрочем, также заслужил свою пулю. Когда журналисты попросили его рассказать об Адаме, Райан сказал лаконично: «он был замкнутым задротом».
Ещё более зловещей была реакция карательных организаций типа ФБР. В своих официальных публикациях они призывали школьных учителей и особенно психолухов «проявлять особое внимание» к обиженным и озлобленным на весь мир молодым людям. Можно догадаться, каким окажется в результате такое внимание, учитывая тенденцию психолухов обвинять жертву. Сами они, правда, с их большой любовью к игре словами, называют это «брать на себя ответственность», но смысл, по сути, остаётся тем же. Психолухи, таким образом, толкают жертв на путь интернализации вины, т.е. самообвинения, заставляя человека верить, что он сам своим поведением притягивает на себя все несчастья, свалившиеся на его голову. Тем самым психолухи усиливают у человека чувство собственной никчёмности, погружая его в ещё более глубокую депрессию. Неудивительно, что, придя в свою бывшую школу, Адам Лэнза расстрелял не только директора, но и школьного психолуха!
Особенно яркое выражение такая характерная для психолухов позиция нашла в статейках породистой (римская четвёрка указывает на богатую аристократическую родословную этого сукина сына) психошлюхи по имени Джеймс Нолл IV. Который, правда, по специальности не психолух, а психиатр (MD), но смысл остаётся прежним.
Он начинает с «отмазывания» психиатрии, которая, по мнению многих обывателей, не пришла вовремя на помощь Адаму Лэнза. И в этом Джеймс Нолл, пожалуй, прав, так как исходя из формальных диагнозов Адама (синдром Аспергера и т.д.) ничто, как говорится, не предвещало.
Следует также признать, он грамотно формулирует образ мысли Адама и других людей, совершающих подобные трагические поступки: «Я несу в себе глубокое страдание. Я взорвусь и передам его вам». Нолл также достоверно описывает черты их психики и (фактически несуществующей) социальной жизни:
«Будучи детьми, они перенесли издевательства или были изолированы. Вырастая, они превращались в одиночек, впавших в отчаяние по поводу своей социальной исключённости. Их описывают как подозрительных, озлобленных держателей обид, демонстрирующих навязчивое и негибкое мышление.
Неудивительно, что у них также были нарциссические черты, и, сталкиваясь с личными проблемами, они обвиняли других. Их взгляд на мир характеризовался восприятием большинства других людей как чёрствых и отвергающих. В результате, они проводили значительное время, лелея свою озлобленность и пережёвывая в уме прошлые унижения. Эти пережёвывания эволюционировали в фантазии яростного возмездия».
Нолл также верно отмечает, что у многих из этих людей была патология мозга и то, что мы называем расстройствами психики.
Но что же доктор может прописать, чтобы подобные трагические события не происходили в дальнейшем? Ответ на этот вопрос он начинает с замечания, что зачастую такие люди не могут молчать о своих грандиозных планах, а потому при первых признаках, как говорится, нужно донести на них куда следует, и там уже ими займутся. Дальше же, как говорится, «Остапа понесло»:
«Бесстрашное и открытое сердце ищет счастье, но готово отпустить боль, фрустрации и то, что оно не может получить или избежать. Открытое и бесстрашное сердце ищет возможности взять на себя ответственность за свой гнев. Оно делает это, учась не экстернализировать (т.е. не переносить вовне) вину, будучи готовым анализировать себя и культивировать ответственность. В конечном счёте, независимо от того, какие биологические и социальные факторы задействованы, мы должны взять на себя ответственность за свой гнев».
То есть, ты живёшь, никого не трогаешь, а над тобой, допустим, постоянно издеваются твои же собственные одноклассники. И что тогда ты делаешь? Правильно, отпускаешь боль и фрустрации и обвиняешь в происходящем себя! А попутно вдохновляешь психопатов, садистов и просто отморозков на дальнейшие подвиги по отношению к тебе и прочим безобидным и беззащитным людям! Изумительно! Браво, господин психиатр!
Неудивительно, что статью Нолла хвалили на многих христианских сайтах – ведь эта индустрия деформации сознания уже более двух тысяч лет – куда дольше, чем психолухи и психиатры – гадит людям в мозг, пытаясь превратить их в покорных овец, несомненно, в действительности ради чьей-то чисто мирской выгоды. Впрочем, это далеко не единственная подобная религия, в чём можно убедиться, например, послушав другую дорогую проститутку (купленную ЦРУ или ХЗ кем там) – высокопоставленного индийского овоща далай-ламу.
Особенно впечатляет фрейдистский высер господина психиатра относительно проективной идентификации как механизма в данном случае: «Сижу я тут и чувствую невыносимую боль, с которой сам не могу справиться. Поэтому дай-ка, думаю, я другим больно сделаю, пусть тоже почувствуют, как мне хреново». Но боль – то откуда берётся в подобной ситуации? Несомненно, она может иметь эндогенные, чисто органические причины, как было, судя по всему, в случае Чарльза Уитмена. Который, кстати, в своей предсмертной записке в некотором роде взял на себя ответственность за свою глиому (он подозревал, что одолевающие его неукротимые приступы агрессии имеют под собой чисто органическую причину). А толку-то? Если несмотря на это, он убил свою мать и жену, а потом отправился на вышку пострелять в случайных прохожих!
В остальном же создаётся такое впечатление, что г-ну психиатру непонятен смысл гнева как важнейшей социальной эмоции, ориентирующей человека на ответные действия по отношению к тем, кто приносит ему вред. Может, конечно, таким докторам было бы удобнее, чтобы человек, пока ещё маленький, когда над ним систематически глумятся, просто пошёл и тихо удавился, как это сделали 11-летний Карл Уокер–Хувер и 15-летняя Фиби Принс. Как говорится, нет пациента – нет проблемы. Очень удобно, не правда ли? Впрочем, это уже другой вопрос...
Джеймсу Ноллу в значительной мере вторит в своём интервью «Российской газете» Джеймс Фокс, представленный изданием как «один из ведущих американских специалистов-криминологов, профессор права и общественной политики Северо-восточного университета в Бостоне, а также автор 16 книг, посвященных изучению феноменов массовых расстрелов в Америке»:
«В американском обществе существует определенное число людей, которые озлоблены на окружающий мир, полностью им разочарованы, считают свою жизнь разрушенной и не хотят больше жить. Эти люди испытывают недостаток эмоциональной поддержки со стороны семьи и друзей. И решают жестоко отомстить тем, кто, по их мнению, несет ответственность за их неудачи и не дает им шанса справиться с жизненными проблемами. Выбирая между суицидом и кровавой расправой они, как правило, выбирают и то, и другое».
Подобно Джеймсу Ноллу, Фокс, в принципе, приходит к вполне разумному выводу: «Дело не только в оружии» (имея в виду его свободный оборот в США). Однако далее он делает хотя несравненно более гуманное, однако, не менее абсурдное заявление: «Хотя не существует способов достоверно выявить массовых убийц до того времени, как они начнут действовать, нужно всячески поддерживать и вдохновлять тех, кто, по всем признакам, разочаровался в жизни». Вдохновлять на что, простите? Тихо уйти из жизни, не забирая с собой других? Ах, нет, простите, оказывается «Важно вернуть таким людям чувство уважения, предложить дружбу и понимание». Вернуть, говорите? А зачем забирали-то? И если человек не ощущает уважения к себе со стороны других, откуда у него такое чувство-то возьмётся, а? Ещё забавнее, если бы не было так печально, про дружбу и понимание. Интересно, как уважаемый профессор это себе представляет? Никто с этими людьми не хотел дружить, а тут кто-нибудь вызовется: «Видишь вон то ЧМО? Сегодня я с ним дружу и пытаюсь его понять, а то он перестреляет нас тут всех на хрен!» А может, с них деньги надо брать за то, что с ними дружат? Как там: «Ты на пенёк сел – должен был косарь отдать». О такой дружбе и понимании речь, да?
Впрочем, к счастью, есть в Пиндосии и светлые головы. Специалисты Центра контроля и профилактики заболеваний (расположенного в Атланте, шт. Джорджия) пришли к выводу, что ситуация, когда десятки процентов учащихся школ и колледжей систематически подвергаются издевательствам со стороны сверстников и ребят постарше, представляет собой серьёзную угрозу нации. А потому при всей важности терпимости по отношению к неграм, инвалидам, душевнобольным, геям и лесбиянкам, а также прочим физически и душевно иным, абсолютно недопустимо проходить мимо любых проявлений насилия и унижений человеческого достоинства.
К сожалению, в то время как в США, несмотря на серьёзное внимание к проблеме, ситуация остаётся очень непростой, в России даже само отношение безнадёжно далеко от описанного выше просвещенного подхода. Во многих случаях оно похоже на ситуацию, которую описывал в комментарии под новостью о преступлениях Адама Лэнза один американский школьник:
«Я понимаю ситуацию Адама, хотя сам, конечно, так не поступил бы. Надо мной издевались не один год. Я терпел и старался не жаловаться учителям. И только однажды, когда на физкультуре учитель спросил у меня, откуда синяки на руке, я рассказал о том, как меня заталкивали в шкафчик в раздевалке. Но из моей истории не сделали никаких организационных выводов. Физрук только сказал мне презрительно: надо учиться стоять за себя».
Примерно таково «просвещённое» отношение, с которым приходится сталкиваться многим жертвам и их родителям в России и прочих странах на территории бывшего СССР. Вместо моральной, а лучше конкретной организационной поддержки, учителя, школьные психолухи, другие родители и т.д. презрительно советуют пострадавшим записаться в секцию рукопашного боя, дабы там «из хлюпика сделали мужчину». Но можно себе представить, к чему могут вести такие «мудрые» рекомендации, если все дети пойдут в подобные секции совершенствовать свои умения калечить друг друга, нанося удары, которые вполне могут оказаться смертельными! Это же каким моральным физруком по жизни нужно быть, чтобы советовать повышать таким образом ставки в детских боях без правил?!
Кроме того, всегда найдутся те, кто просто по состоянию своего здоровья не сможет интенсивно заниматься. Им тогда придётся выбирать: либо умереть от чрезвычайных, противопоказанных им усилий, либо... стать лёгкой мишенью всех, кому не лень над ними поиздеваться. А кому-нибудь непременно захочется, так как иначе ради чего же они тренировались? Только чтобы защитить себя? Так это неинтересно – никаких удовольствий, только уход от негатива. Поэтому нужно потешить себя, поглумиться над кем-нибудь. Да к тому же, опять-таки, помимо психолухов и прочих, кто уже вовсю наживается на эпидемии деструктивного поведения в обществе, получается выгода для всяких школ рукопашного боя, фитнесов и прочей хрени.
Поэтому тем, кому уже деваться некуда, остаётся только, когда они дойдут до последней черты отчаяния, просто взять ствол и положить на хрен толпу народу... В первую очередь предпочтительно, разумеется, своих обидчиков или тех, кто смотрел, радовался, снимал на телефон, когда их унижали... Пусть теперь родственнички этих восторженных зрителей трупы своих близких на телефон поснимают!
Размышляя над этими вопросами, Джонни изумлялся, какой у нас ещё терпеливый народ. И что вы там вякаете, суки продажные, про озлобленность русских?! Если у нас народ, вон, то работает бесплатно, живя впроголодь, на ворьё, разбогатевшее на прихватизации, то терпит всё время обидчиков своих! А молодёжь, подростки, когда в депрессию впадают и совсем невмоготу становится, то просто тихо уходят навсегда от жизни такой, шагая с крыши.
История Адама Лэнза вдохновила Джонни на написание статьи «Как сделать так, чтобы дети не становились жертвами школьных стрелков». Ведь когда в России стало известно о стрельбе в Ньютауне, сразу же пошли разговоры: а как, мол, у нас будет, если «каждый псих» сможет купить оружие? Джонни же утверждал: главное не это. Просто не надо унижать человека, оскорблять его достоинство. А иначе он ножом, топором, да чем угодно, пусть не многих, одного-двух человек, да убьёт или покалечит. Особенно если деваться некуда, он загнан в угол, а контактировать с обидчиками всё равно приходится.

03:00 

Омега – самец на тропе войны

Непростые размышления над этими проблемами снова заставили Джонни задуматься о том, как ему отстаивать собственные интересы, когда уже не осталось ни моральных, ни физических сил на конфликты с окружающими. При этом его мысль, привычная то и дело нырять за ответами в прошлое, неожиданно обратилась к периоду юности и даже раньше.
Он и сам нередко удивлялся странностям своего сознания. Например, те годы, когда у него происходило что-то плохое, становились для него «проклятыми», даже сами числа. Ну а поскольку с ним случалось множество неприятностей, получалось, вся его жизнь сплошь была проклятой. Тем не менее, умирать он тоже совершенно не хотел, или просто боялся. 1987 год для Джонни более двух десятилетий был проклятым, так как тогда его состояние ухудшилось, и он получил кучу пугающих диагнозов. Однако последнее время, как ни странно, этот год для Джонни неожиданно стал хорошим – ведь именно тогда родилась Леночка, благодаря встрече с которой он так много узнал и понял.
Именно этот год вспомнился сейчас ему, точнее, то, как в августе 1987 он лежал в инфекционной больнице со срачкой (шигеллёзной дизентерией). Тогда в одной палате с ним оказался мужик, представлявшийся инструктором рукопашного боя. Джонни не знал, был ли тот настоящим тренером, или таким, каким он сам впоследствии был психолухом, но, так или иначе, проникся к нему уважением. Поскольку Джонни тогда уже отчаялся развить мускулатуру, однако по-прежнему не терял надежды освоить «приёмы», он поинтересовался у «сенсея»: можно ли научиться хорошо драться, не имея большой физической силы?
Тот утвердительно кивнул головой, и принялся подробно рассказывать, как можно действовать, чтобы использовать силу удара противника против него же. Джонни тогда было неудобно просить о наглядной демонстрации приёмов человека, недавно перенесшего серьёзную полостную операцию по поводу кишечной непроходимости (из всех сведений о людях Джонни больше всего запоминались диагнозы, лучше, чем имена!), а потому просто с интересом его послушал, надеясь когда-нибудь найти пособия и попробовать освоить такие техники на практике.
Конечно, этим планам Джонни, как и многим другим благим намерениям в его жизни, коих у него было несметное число, так и не суждено было реализоваться в действительности. Тем не менее, из разговора с тем инструктором Джонни вынес для себя тогда важный вывод: не обязательно пытаться пробить стену силой, особенно если ты немощный по жизни. Стоит попробовать поискать другой, более разумный путь.
Теперь таким инструментом представлялась ему информация. Причём не только та совокупность знаний, которой он располагал, носившая в основном академический характер, а потому обладавшая ограниченной практической применимостью, но также просто житейские сведения о людях, которые могут быть полезны третьим лицам, а потому имеют потенциал использования в качестве инструментов влияния.
Пожалуй, первый успешный опыт такого рода у Джонни относился к такому далёкому теперь году из его детства – 1985. Летом того злополучного года с ним в одном отряде пионерского лагеря находился придурок по имени Саня, который откровенно глумился над Джонни, очевидно, пользуясь тем, что тот не мог набраться смелости дать ему в рожу.
Тогда как раз в стране только пришёл к власти Михаил меченый, и повсюду разворачивался пи***ц, который через считанные годы привёл к гибели великого государства. Однако партия к тому времени в значительной степени уже прогнила насквозь, начиная с головы, где заправляли политшлюхи типа А.Н. Яковлева, до низших звеньев, где было полно карьеристов типа Саниной матери, которая была парторгом элитного пионерского лагеря. (Кстати, Джонни туда брали только потому, что его бабка работала уборщицей в детском саду от той же властной структуры). Джонни как-то по своей детской наивности подумал, что на важную позицию могут брать только действительно достойных по человеческим качествам людей, а потому пробовал поговорить с Саниной мамашей про поведение её сына. Однако та лишь презрительно посоветовала ему больше никогда не заводить об этом речь, если он хочет вырасти во что-нибудь хотя бы отдалённо напоминающее мужчину. Джонни тогда очень расстроился и продолжал терпеть молча.
Но Саня со временем начал переходить вообще всякие границы. В такие моменты Джонни невыносимо хотелось разбить ему морду, однако когда дело доходило до конкретных действий, он сильно нервничал, его начинало трясти, и ничего не получалось. Более того, окружающие не могли не заметить происходящего с ним, и начинали унижать его ещё больше.
Нечто подобное творилось с ним не только в такой ситуации, но, например, на заключительном этапе ответственного футбольного матча в ходе решающей серии одиннадцатиметровых. Джонни разбегался, готовясь ударить со всей дури, однако в самый ответственный момент его нога замирала, словно парализованная, и мячик еле катился в сторону ворот, так что вратарю ничего не стоило его поймать. Джонни было очень обидно, что в итоге его освободили от пробития стандартных положений, тем более учитывая как здорово у него это получалось в ходе тренировок, но ничего не мог с этим поделать, а потому понимал товарищей по команде.
Впрочем, ситуация с футболом в любом случае не была такой невыносимой, как с испугом, возникавшим у него в личных конфликтах. Положение к тому же усугублялось тем, что Джонни лишь много лет спустя узнал, что страх, преследовавший его всю жизнь, является проявлением неизлечимого органического заболевания центральной нервной системы. И, как он узнал благодаря изучению психопатов, количество тревоги в человеке по большей части предопределено и может быть изменено по желанию лишь в очень узких пределах, вопреки тому, что психолухи втирают людям, дабы поиметь с них бабла. Тогда же он был уверен: ему просто не хватало силы воли. По крайней мере, так ему внушала советская пропаганда, жаждавшая поставить всех юношей под ружьё, даже если они не пригодны к этому в принципе и могут служить лишь пушечным мясом. И от этого Джонни ещё больше чувствовал себя тогда слабым, виноватым и никчёмным.
А отморозок Саня пользовался этим, как только мог. В тот день, когда Джонни решил перестать терпеть его наезды, Саня сказал ему: «Если я захочу, ты будешь у меня х** облизывать. Ты такой трус, я тебя презираю!» В ответ на это Джонни неожиданно спросил:
– А ты смог бы пойти против того, кто физически сильнее тебя, или у кого над тобой есть власть?..
– Как?
– Например, когда я был в другом лагере (Джонни, разумеется, это сочинил, чтобы сформулировать свою приманку), там вожатый ничего не разрешал, но все молчали. Так вот, один парень (того вожатого тоже Саней звали, кстати,– не без внутреннего злорадства пояснил Джонни) тогда написал на заборе: «Саша м***к». Ты бы смог такое сделать?
– Конечно! Легко!
– Ага, это ты только так говоришь!
Саня теперь уже обращался ко всем, собравшимся в палате: «Вот увидите: завтра я сделаю такое, что вы все ох***те. И Джонни тогда получит пи***, что мне не верил!»
На следующий день, проходя мимо стендов, где были вывешены портреты пионеров-героев, Джонни обомлел от неожиданности. Изображение Павлика Морозова вступало в орально-генитальный контакт то ли с другим пионером (Джонни не мог быть в этом уверен, т.к. галстука там не было нарисовано – только х** и прочие внешние компоненты мужской половой системы), то ли его отец и дед, вместо того чтобы убить, так с ним решили вопрос. Естественно, Джонни сразу же догадался, кто хуё... пардон, художник – Сане могло хватить ума и фантазии только на нечто подобное!
И теперь Джонни оставалось только в некотором роде повторить подвиг Павлика Морозова... но, разумеется, не в смысле творческого воображения Сани! Джонни отправился в библиотеку. Там работала Нина Борисовна – добрая и трудолюбивая женщина. У неё, подобно многим другим добрым и трудолюбивым людям, жизнь была не очень сладкой – несмотря на все старания, её то и дело обходили другие. Например, несмотря на регулярные внеурочные бдения по партийной линии, парторгом стала мать Сани – хитрая и ловкая женщина «себе на уме», у которой получалось очень складно говорить практически обо всём и находить выход даже из самых сложных ситуаций.
Так уж получилось, что Джонни подружился с Ниной Борисовной. Обычно Джонни не мог серьёзно, систематически заниматься чем-либо, будь то уроки или другие серьёзные дела, однако к собственному удивлению стал засиживаться подолгу в библиотеке, стараясь тщательно подготовить своё выступление на «политической информации» в отряде. Нина Борисовна заботилась о нём, словно о собственном внуке, чтобы его не обижали, а также с удовольствием рассказывала ему разные истории из жизни, благо она много где побывала, повидала не только страну, но и мир (а советскому человеку это было не так доступно, как сейчас, в 21 веке). У них, правда бывали и разногласия, т.к. она пыталась убедить Джонни больше читать художественную литературу, а он в основном проявлял внимание к книжкам про автомобили.
В тот день, войдя в библиотеку и плотно закрыв за собой дверь, Джонни сказал: «Нина Борисовна, как Вы думаете, зачем мы вообще проводим эту политинформацию, если ребята рисуют такие вещи?» Потом, поотпиравшись немного для порядка и получив гарантии, что «никто не узнает», Джонни назвал имя «героя» и получил заверение: «не переживай, будут приняты меры». Ему показалось даже, что Нина Борисовна внутренне просияла, когда поняла о чьём сыне речь, но постаралась скрыть улыбку.
В тот вечер Джонни, который целый день прятался на задворках, с ужасом возвращался в палату. Заходя в здание, он почувствовал отчётливую дрожь в ногах, ожидая предстоящей расправы. Однако в коридоре он мог уже вздохнуть свободно, т.к. случайно узнал из разговора вожатой с кем-то из девчонок, что «Сашу оставили на ночь в изоляторе, а завтра он едет домой». Джонни не мог понять, зачем этого здорового балбеса отправили ночевать туда, где обычно лежат больные, но вздохнул с огромным облегчением, словно человек, которому удалось-таки добежать до заветного туалета, тем более пару минут назад он сам чуть от страха не обосрался.
Когда Джонни входил в палату, его снова охватил трепет: «что я скажу ребятам? А если они догадаются?!» Но все вроде были настроены миролюбиво, и кто-то только весело спросил у него:
– Ты в курсе, что Санька-то выгоняют из лагеря?
– Нет. За что?
– Ты разве не знаешь? (Тоном гораздо тише) Он там подрисовал, как кто-то из пионеров-героев х** сосёт!
– (Джонни слегка улыбнулся и приоткрыл рот, изображая сильное удивление)?!
– Не веришь? Ну как хочешь! Завтра убедишься на линейке!
– Зачем он это сделал?
– Как, ты не помнишь? При тебе ж было вчера, он вы***вался, какой он смелый!
– А... Честно говоря, не ожидал от него такого!
(У Джонни с тех детских лет была привычка начинать свою ложь словами «честно говоря» – ведь, по сути, организационные последствия Саниной смелости принесли как раз нужный ему эффект!)
– Я тоже. А ты где вообще был-то?
– В библиотеке. Мне там читать нужно было.
– Ясно. Политинформатор х**в, пропустил самое интересное!
Джонни немного успокоился: очевидно, собеседнику было неприятно то, что Джонни политинформатор, а не что он просто информатор (о чём тот, очевидно, даже не догадывался).
На следующий день утром, как и предполагалось, зачитали на линейке in absentia про Саню (Джонни опасался возможного присутствия на линейке, встретиться с ним глазами и всё такое): за поведение, недостойное советского пионера... После завтрака Джонни отправился на дежурство в кабинет начальника лагеря. Он напросился туда заранее, рассчитав в случае чего пригрозить этим обстоятельством, чтобы его не били, т.к. тогда в любом случае о факте побоев узнают не только вожатая и воспитательница отряда, но и начальница лагеря.
Перед корпусом, где располагалась начальница, Джонни ждала очень неприятная встреча с матерью Сани. Джонни вначале попытался прикинуться, что не заметил её, а потому даже не поздоровался, однако она сурово окликнула его. Когда Джонни подошёл, Санина мать сказала: «Тебе это не поможет. Возможно, когда вырастешь, в нормальном мужском коллективе ты узнаешь, как поступают с доносчиками, но тогда уже будет поздно просить, чтобы тебя пожалели. Подумай хотя бы о том, как ты собираешься пережить армию».
При этих её словах Джонни сразу же вспомнил свои кошмары в шестилетнем возрасте, когда бабка говорила ему: «В армии тебя расстреляют, если ты не успеешь одеться, пока горит спичка». Теперь же, получается, к причинам его практически неминуемой смерти по достижении восемнадцатилетнего возраста добавляются «старослужащие» и «неуставные взаимоотношения» с ними.
От таких мыслей, когда Джонни подходил к кабинету начальницы, его трясло больше, чем вчера, когда он возвращался в отряд. Однако задерживаться он не мог – необходимо было немедленно приступить к дежурству. Его ноги подкосились, когда начальница лагеря спросила: «Ты почему такой испуганный? Что случилось?» Джонни не успел сообразить, что соврать, а потому сказал, как есть: «У меня был неприятный разговор». – С кем? – С Натальей Александровной (так звали мать Сани).
Джонни замер от страха, ожидая следующего убийственного вопроса «о чём?». Однако, к его удивлению, начальница не стала развивать эту тему, и только кивнула: «Понятно». Однако вскоре сказала: «Я хочу у тебя кое-что спросить. Но этот разговор должен остаться между нами. Ты меня понял?» А когда Джонни испуганно промямлил «да», начальница продолжила: «Как ты считаешь, почему Саша это сделал?»
От этого вопроса Джонни стало не по себе. Ему вдруг стало казаться, что начальница знает о подстрекательстве с его стороны. С дрожью в голосе он ответил: «Я думаю, он хотел показать свою смелость, сделать то, на что не решатся другие». Начальница кивнула головой и не стала продолжать разговор, который так напугал Джонни.
Однако через несколько минут у него снова появились основания для опасений. Начальница попросила его выйти на какое-то время. Естественно, у Джонни сразу появились нехорошие подозрения. Как только его выпроводили за дверь, он лёг около неё, пытаясь одновременно слушать и следить то за ногами начальницы (чтобы не убила его дверью или неважно чем, но за то, чем он занимался), то за входом в здание, чтобы никто другой его не спалил. От страха Джонни отчётливо слышал, как бьётся его сердце. Неожиданно у него возникла странная мысль: а что подумают люди, если он сейчас здесь умрёт от страха, т.е. «разрыва сердца»?!
Начальница же не оправдала его параноидальный настрой, и вместо того чтобы говорить по телефону про него, принялась отчитывать на чём свет стоит свою непутёвую дочку. Джонни не преминул интерпретировать происходящее обидным для себя образом: «Небось, знает, кто донёс на Саню, и теперь не хочет, чтобы я сплетни про её семью разносил». Джонни вспомнил разговоры старших ребят про дочку начальницы: кто ей сколько палок кинул и в какой позе.
Когда Джонни выставили за дверь в следующий раз, разговор, очевидно, был если не интереснее, то, во всяком случае, более актуальным для него, однако он смог разобрать из него толком лишь «Наталья Александровна», а также ряд междометий и бранных слов.
К счастью, насчёт Сани и его матери Джонни успокоила Нина Борисовна, встреченная случайно по дороге на обед. Она отвела Джонни в сторону и заверила, что «эта женщина» его больше не побеспокоит. Наталью Александровну увольняют с работы в лагере, а потому она уже уехала на своей машине в Москву вместе с сыном. Кроме того, её сына собирались исключать из пионерской организации, а её саму из КПСС, что в те времена не сулило ей ничего хорошего в плане дальнейших карьерных и вообще жизненных перспектив (разумеется, тогда мало кто думал, что всего через пять лет сама партия закончится). Нина Борисовна же не скрывала своей гордости: теперь она, наконец, будет парторгом лагеря.
Казалось бы, Джонни мог теперь торжествовать: его главный обидчик, а также та, что его породила, благодаря успешно провёрнутой им комбинации были с позором изгнаны из лагеря. Однако менее чем через месяц, в следующей смене его стала бить ногами девка из другого отряда. И теперь его ситуация была отвратительной и практически безвыходной: он не мог ни пожаловаться кому-либо (ему бы просто презрительно сказали: какой же ты парень на хрен!), ни сагитировать её пионеру-герою х** во рту нарисовать!
Но ещё более мучительным, нежели быстро проходящая физическая боль от побоев, было невыносимое чувство то ли стыда, то ли вины по поводу того, как низко, «не по-мужски» он разрешил проблему с Саней. Это ощущение у него особенно усилилось после того, как Джонни узнал некоторые важные подробности этой истории.
Ведь пока Саня был ещё в лагере, Джонни целый день пребывал в ужасном трепете, ожидая, как тот захочет на прощание расправиться с доносчиком. Как оказалось, напрасно. Не в силах сдерживать своё любопытство, через несколько дней после изгнания Сани из лагеря, практически под занавес смены, Джонни попытался аккуратно поинтересоваться у ребят: а как же Саню-то за жопу взяли? Ему ответили: «Ты не знаешь разве? Анька же его заложила! Прикинь, этот дебил продолжал рисовать прямо у неё на виду, в открытую. Посмотрите, мол, какой я герой! Дорисовался, блин!»
Джонни сразу сообразил, о ком идёт речь. Это была та самая Аня, которая как-то приглашала его на танец. Джонни так и не понял, зачем она тогда это сделала, но в любом случае не это было для него теперь главным.
Аня казалась Джонни в чём-то похожей на него самого. Она была очень милой и доброй девушкой, разве что, подобно многим другим хорошим девушкам, непривлекательной физически. Подобно Джонни, она не могла спокойно смотреть, как что-то разрушают, или когда человека унижают. Правда, по сравнению с ним, Аня была значительно смелее. У неё был давний конфликт с Саней, начиная с того эпизода, когда Саня ломал какое-то маленькое деревце. Аня тогда подошла к нему и спросила: «Зачем ты это делаешь? Ты за свою жизнь хоть один кустик посадил, или ты способен только ломать?» Саня ответил ей грубо:
«Х**и ты до***ась ко мне? Хочешь, я тебе тоже что-нибудь сломаю? Выбирай: руку, ногу, нос... Могу даже всю твою черепушку, если хорошо попросишь! А, ладно, так и быть, не буду, я пошутил, а то обосрёшься ещё сейчас! Ты ведь и без того ошибка природы!» На это Аня сказала ему: «Я тебя не боюсь. И знаешь, я считаю, лучше быть физическим калекой, чем таким моральным уродом, как ты».
С тех пор Саня неоднократно говорил Ане что-нибудь «душевное», например, так: «Да тебя не то что замуж не возьмут, так просто е***ь никто не захочет, ты так и состаришься и умрёшь целкой, старой девой».
А когда Саня принялся раскрашивать портрет Павлика Морозова, Аня просто случайно шла мимо. Видимо, он настолько презирал её, что даже не счёл нужным прекратить своё занятие, будучи уверенным, видимо, что «эта уродина» не посмеет его заложить. В свою очередь Аня, заметив, чем занимается юный «художник», встала в сторонке и наблюдала. Саню, кажется, это начинало бесить. Он повернулся к Ане и сказал язвительным тоном: «Какого хрена ты сюда уставилась? Здесь ничего интересного для тебя нет. Иди в корпус мультики смотреть!» Но Аня на это спокойно ответила: «Мне видней, что для меня интересно. Кстати, я думаю, Марине (старшая пионервожатая) тоже было бы любопытно на это поглядеть...» Кажется, теперь Саня разозлился не на шутку. Он говорил теперь с явной угрозой в голосе, старясь, правда, не повышать сильно голос, дабы не привлечь совершенно неуместное в такой ситуации внимание: «Иди на х** отсюда!... Я понимаю, пацанов блевать тянет, когда они на тебя смотрят, но если ты сейчас же на раз-два-три отсюда не уберёшься, то я с тобой сделаю такое, что твоя мать на тебя без слёз взглянуть не сможет! Я считаю: раз...» Теперь в голосе Сани Аня почувствовала такую реальную угрозу, что решила не искушать судьбу. Она пошла к корпусу, где располагался их отряд. Однако перед тем, как открыть дверь, неожиданно крикнула Сане: «Я-то пойду. А вот ты скоро поедешь домой!..»
Словно почувствовав, что сейчас произойдёт, Саня резко рванулся с места и побежал догонять её. Трудно сказать, что он сделал бы с Аней, если бы её настиг, но ему это не удалось даже несмотря на то, что он был одним из лучших бегунов лагеря – слишком большой был отрыв изначально. Не успев отдышаться после быстрого подъёма по лестнице, Аня быстро заговорила, обращаясь к вожатой их отряда: «Ира, посмотри что Саша нарисовал на стенде...» Та вначале попыталась сказать: «Хорошо, Аня, только потом, ладно? А то мы сейчас тут выступление будем репетировать...» Но Аня, видимо опасаясь встречи tête-à-tête с Сашей, жаждавшим разорвать её на части, не отставала, и неожиданно повторила удивительно твёрдым тоном: «Ира, пожалуйста, пойдём, это очень важно. Ты же не хочешь ждать, пока Людмила Мстиславовна (так звали начальницу лагеря) лично тебе это покажет?!» При этих словах юной собеседницы лицо пионервожатой резко переменилось – оно мгновенно стало очень серьёзным, даже немного испуганным, и они пошли с Аней глядеть Санины похабные рисунки на портретах пионеров – героев.
Таким образом, в то время как Джонни, подставив парня и состряпав на него анонимный донос, скрывался у своей покровительницы, как бы Саня его не нашёл и не прибил, девчонка пошла и всё рассказала в открытую прямым текстом. И хотя ситуация с Саней, казалось, давно уже была исчерпана, мысли о ней по-прежнему преследовали Джонни чувством невыносимого стыда.
А следующей зимой Джонни сильно болел. Ему было так плохо, что он даже не рассчитывал дожить до следующего лагерного сезона. Да и в любом случае не было никаких оснований ожидать, что Саня снова приедет в лагерь, т.к. после такого политически опасного скандала никто просто не рискнёт давать ему путёвку. Тем не менее, Джонни не раз снился примерно один и тот же сон: Он видит себя где-то на задворках большой территории лагеря, у самого забора, загнанным в угол. Так что бежать ему некуда, да и в любом случае не получилось бы, поскольку он стоит на одном месте и не может сдвинуться, будучи парализован страхом. А к нему придвигается Саня и говорит угрожающе: «Ну что, стукачок?..» Джонни просыпался в холодном поту, понимая, что никакого Сани нет, да и не будет больше, но, тем не менее, никак не мог успокоиться.
Теперь же, вспоминая эту историю более четверти века спустя, Джонни, как ни странно, оценивал её совершенно иначе. Он сам удивлялся себе, как тогда, будучи столь наивным и запуганным мальчиком, он сумел провернуть такую комбинацию. Ведь тем летом, по сути, ему удалось опрокинуть врага, против которого у него не было шансов в открытом бою.
Теперь, с высоты своего нынешнего знания, Джонни видел, в чём заключался залог его тогдашнего успеха, если, конечно, здесь применимо это выражение:
– Джонни позаботился об анонимности своего доноса, то есть, чтобы его обидчик не узнал, кто его заложил, а потому не мог расправиться с Джонни. Естественно, неразглашение сведений зависело в данной ситуации от доброй (если в таких делах уместно говорить о доброте, конечно) воли библиотекарши – однако ей не было смысла выдавать Джонни, т.к. он мог в принципе ещё послужить ей информатором в других важных вопросах, касающихся жизни лагеря;
– В качестве агента при реализации своих планов Джонни выбрал Нину Борисовну, умного и влиятельного человека;
– Библиотекарше самой выгодно было потопить (в переносном, политическом смысле, разумеется) мать Сани.
Теперь, много лет спустя, лёжа дома на кровати и вспоминая свои тогдашние «подвиги», Джонни улыбался: им (администрации лагеря) в конце смены нужно было наградить его почётной грамотой... имени Никколо Макиавелли. Джонни было приятно каждый раз в конце смены получать знаки внимания начальства. Многих ребят тогда награждали за те или иные достижения. Но из Джонни спортсмен был, понятное дело, совсем никакой; своими кривыми руками в кружках смастерить он тоже ничего путного не мог, да и знаниями особыми не блистал, ибо приобретать их в те годы ему было лень. Поэтому его награждали «за хорошее поведение», заключавшееся не только в не совершении плохих поступков, но и в своевременном подробном информировании администрации о том, кто и как их замышлял. Каждый раз после церемонии награждения Джонни был очень горд собой, и аккуратно складывал в папочку грамоты, подпитывавшие его хрупкий нарциссизм.
В те годы, правда, в минуты грусти и тоски по поводу своего одиночества и никчёмности, Джонни очень переживал, что больше никак не был способен себя проявить. Однако теперь он умел посмотреть на происходившее тогда с другой стороны. В самом деле, взять хотя бы ситуацию с Саней. Разве Джонни изначально делал ему что-то плохое? Так нет же, этот ушлёпок решил самоутвердиться за его счёт: посмотрите, мол, какой я крутой! А у Джонни не было возможности вступать с ним в рукопашные бои и рисковать потерять остатки здоровья, которого у него не было с рождения. Поэтому он нашёл эффективную управу на Саню в том формате, который был ему доступен.
Кроме того, Джонни теперь сделал из той истории для себя ещё один важный вывод: когда против тебя кто-то совершает вопиющее деструктивное поведение, ты практически точно можешь быть уверен, что так поступают не только с тобой, а потому в принципе объединить усилия с другими пострадавшими. Если только они тебя не предадут потом, конечно – увы, такую возможность также имеет смысл предусматривать.
Воспоминания Джонни о непростом детстве (а, собственно, когда его жизнь была лёгкой?!) прервал звук телефона, сообщавший о пришедшей смс-ке. Сначала Джонни даже было лень тянуть руку к телефону, т.к. он был уверен: на всём белом свете поздравлять с Новым годом его совершенно некому – ведь у него не было ни родных, ни любимой женщины, ни друзей. Небось, под предлогом поздравлений рекламу шлют, спаммеры грёбаные! Вот суки, ничего святого!– подумал он вначале. Но любопытство взяло верх, и Джонни всё же решил посмотреть, кто вспомнил о нём в новогоднюю ночь.
Ах, вот кто... Наверное, этот номер он забудет, только если совершенно выживет из ума. Конечно, её слова поздравления были всего лишь шаблонной рассылкой, и тем не менее они не оставили его равнодушным, всколыхнув старые эмоции. Да, она шлёт это не мне лично, а ещё энному количеству мужиков, исчисляемому многими десятками, это понятно, – подумал Джонни. Но меня-то зачем включать в этот список?! Очевидно, эта сучка собиралась как-то возобновить с ним контакты и продолжать на нём паразитировать. В противном случае ей было бы просто незачем тратить деньги, пусть и мизерные, на поздравительную смс-ку ему.
Теперь у Джонни в голове вертелась злорадная мысль: «Я, значит, сейчас лежу тут и помираю, а эта тварь там рассчитывает, что я её на отдых в Италию какую-нибудь повезу? Ха, оптимистка, б**! Обломайся! Х** тебе по всей роже, а не Италию!» Получалось, она тратила свои деньги, надеясь на нереальный вариант. Во дура! Однако тут же Джонни помрачнел: ведь эта мразота в любом случае уже развела его на такие деньги, по сравнению с которыми одна, две, даже сотня смс – пренебрежимо малая величина. Кроме того, эта гадина даже смс наверняка шлёт за чужой счёт – у Джонни вдруг больно кольнуло сердце, когда он вспомнил, как она на 23 февраля 11 года рассылала поздравления миллиону мужиков за его счёт, соврав перед этим, что у неё украли кучу денег с телефона.
А потом, на Джонни неожиданно нашло озарение. Когда он сопоставил с происходящим слышанные в тот день лекции о животной природе мужчин, перед ним с удивительной ясностью раскрылись те, казалось бы, такие простые и в то же время практически безотказно действующие механизмы, которые применяют психопаты и прочие манипуляторы, дабы паразитировать на ни в чём не повинных людях.
И за примерами таких механизмов и их использования ему не нужно было далеко ходить. Взять хотя бы такой простой факт: Леночка была единственным человеком на белом свете, кто (какие у неё при этом были мотивы – другой вопрос) поздравил его с Новым годом. Получалось, у него вообще не было близких людей, хоть кого-то, кто мог о нём вспомнить в новогоднюю ночь.
А одиночество, особенно такое тотальное и беспросветное – ужасно токсичная вещь. Джонни вспоминал, как пару – тройку месяцев назад он слушал в интернете психолухов Ивана Косожопова и Вилли Петрушкина о том, как переживаемое человеком одиночество вредит его физическому здоровью не меньше, чем, скажем, две пачки сигарет в день. И даже несмотря на склонность психолухов сильно преувеличивать значимость «психосоматических» факторов, в этом был определённый смысл с эволюционной точки зрения.
Ведь десятки, а то и сотни тысяч лет назад уединение охотника в первобытной саванне означало верную гибель. А потому, на протяжении многих поколений стал развиваться адаптивный механизм, когда оказавшись отделённым от людей, человек испытывал сильную негативную эмоциональную реакцию – психический стресс, побуждавший его активно искать контакт с себе подобными. И в такой ситуации, скажем, выброс надпочечниками в кровь повышенных количеств кортизола (одно из физиологических проявлений стресса) был не так опасен (ведь живут же люди как-то и с синдромом Кушинга) как перспектива отбиться от своего стада. Сейчас же, даже когда человек может позволить себе жить как «хикикомори», не боясь при этом погибнуть от голода, холода и диких животных, «прошитые» на аппаратном уровне в нервную и эндокринную систему механизмы не позволяют ему комфортно отрываться от коллектива, в то же время делая его лёгкой добычей социальных шакалов, ненавязчиво предлагающих скрасить одиночество... за определённую мзду, подлинные масштабы которой открываются только тогда, когда уже слишком поздно.
Не мог не вспомнить Джонни и Леночкин альбом с пухленькой шестиклассницей, которая впоследствии, словно гадкий утёнок в прекрасного лебедя, превратилась в ослепительную красавицу. А также то, как они смотрели вместе фильм про чёрного лебедя, как раз вскоре после того как Леночка перекрасилась (за его счёт, разумеется) из блондинки в брюнетку, словно символически демонстрируя таким образом свою тёмную сущность. Примечательно, что её «любимая школьная подруга» Верка, которую она продолжала потихоньку использовать до сих пор, так и осталась в меру упитанной. Зато получила достойное образование и нашла себе высокооплачиваемую работу, на которой ей, в отличие от Леночки, не приходилось раздвигать ноги и открывать рот по нецелевому назначению. Так что Верка могла более спокойно (т.е. не парясь так по поводу своей фигуры) заедать свои душевные проблемы, позволявшие, кстати, той же Леночке по-прежнему на ней паразитировать. Ведь если не принимать во внимание психопатию (социально-деструктивную патологию личности), с чисто житейской точки зрения Леночка была значительно здоровее психически, нежели её подруга. Или, как цинично об этом говорила сама Леночка, намекая на жизненную ситуацию Верки: «Некоторые шли получать психологическое образование, чтобы решить свои проблемы, однако в итоге проблем у них стало ещё больше...»
И, что бы там ни говорили, существ мужского пола практически любого возраста, богатых и бедных, толстых и тонких, вначале всегда будет тянуть к стройным молодым самкам с симметричными лицами и с отношением объёмов талии и бёдер примерно 0,7. Конечно, при длительном общении, когда по-настоящему раскрывается внутренний мир человека, практически любая по внешности женщина или девушка может стать со временем настолько близкой и родной, что никакая кукла с развесистыми губами, искусственными сиськами и тренированной задницей, у которой кроме этого за душой только дырка, её не заменит. Другое дело, что в нашу эпоху нарциссизма, когда многие люди знакомятся в клубах, на улице, на сайтах знакомств или в социальных сетях, человека невольно встречают «по одёжке». А дальше не стоит сбрасывать со счетов эффект гало/ореола, вызывающий сильную тенденцию считать внешне привлекательного человека хорошим с моральной точки зрения и также имеющий, по сути, эволюционную подоплёку. Так что у людей с действительно богатым внутренним миром нередко практически нет шансов.
Таким образом, в психике человека есть встроенные механизмы, если угодно, поведенческие атавизмы, целенаправленное воздействие на которые может быть использовано для порабощения его воли, чтобы принудить его действовать даже в ущерб ему самому, но в интересах манипулятора. Это обстоятельство то и дело используется психопатами, а также некоторыми «нормальными» людьми, по тем или иным причинам решившими им подражать. В настоящее же время положение усугубилось формированием целой «индустрии зла»: инструкторы курсов пикапа, НЛП, школ стерв, бизнес – тренеры, коучи и просто психолухи целенаправленно учат одних людей применять такие техники, чтобы эксплуатировать других. Сюда примыкает также орава крепко нечистых на руку шарлатанов и специфических гуру – от того инженера, продающего обиженным мужчинам свои женоненавистнические бредни в социал – дарвинистской оправе, до Юрия Баблана, лидера агрессивной и алчной психосекты системно – векторной психологии.
Деятельность подавляющего большинства таких «учителей жизни» несёт зло: в лучшем случае, если их методы неэффективны, они просто обманывают своих клиентов; в худшем – их ученики ловко используют окружающих, в том числе людей, считающих их своими друзьями и близкими. Кроме того, независимо от результата, вреден сам подход к другим людям, культивируемый такими наставниками.
В то же время, несмотря на несомненный ущерб, наносимый ими многим, их деятельность никто не может запретить. Ведь они не только не нарушают законов, но ещё и платят налоги. Кроме того, своей деятельностью они фактически повышают спрос на услуги психолухов, «помогающих» потом жертвам их учеников пережить то, как с ними поступили.
Таким образом, у Джонни впереди была беспощадная информационная и идеологическая война против индустрии обмана, чтобы защитить людей, которые каждый день становятся её жертвами. Но ему теперь следовало использовать свой опыт последних месяцев, когда он пытался общаться на форумах, публиковать статьи и т.д., чтобы стать более авторитетным в глазах своей аудитории. Конечно, он не собирался покупать диплом психолуха, т.к. во-первых, у него не было средств, а во-вторых, был категорически против финансирования негодяев, наживающихся на тиражировании поддельных документов.
В то же время, основываясь на своём недавнем опыте, Джонни теперь лучше осознавал важность личного примера. Ему было важно продемонстрировать, что он сам не позволяет ни клиническим психопатам, ни просто мразям себя использовать. А те, кто прежде злоупотреблял его добротой, когда он старался дать им шанс вести себя по-человечески, получат по заслугам, и пусть их пример послужит назиданием и серьёзным предостережением тем, кто собирался последовать их примеру.
Джонни прекрасно понимал, насколько ему будет непросто. Ведь приёмы деструктивного воздействия на психику опираются на механизмы, заложенные в жертвах как многими тысячами лет филогенеза, т.е. эволюции homo sapiens, так и годами, а то и десятилетиями социального онтогенеза в процессе воспитания и образования.
Поэтому Джонни не собирался ограничивать себя в средствах, коль скоро они помогают ему в решении его задачи. Разумеется, он не собирался действовать так, как, скажем, Адам Лэнза. Джонни вообще был против необоснованного насилия, а тем более против применения его первым. И оно в любом случае ужасно, когда страдают ни в чём не повинные люди, особенно дети, а потому вряд ли может быть оправдано даже самыми благими целями.
В то же время Джонни не собирался стеснять себя мещанскими условностями и даже законами и общественными нормами, если не считал их обоснованными. Наркотики это плохо? Но почему, если не торговать, а просто сделать себе приятно при помощи средства, которое сильно не вредит здоровью? Ах, нет, конечно же, это противоречит устоям! Ты *должен* провести всю жизнь в крысиных бегах наперегонки со стадом таких же леммингов, где победитель загребает всё, а проигравший умирает в нищете, окружённый всеобщим презрением! Власть заботится о здоровье всего населения? Так это просто пи**ёж, как убедительно показывают трагические судьбы многих бедных людей, умирающих от вполне поддающихся лечению в наше время болезней.
Джонни собирался проявить себя как образец самодостаточности, чтобы никто не мог паразитировать на нём, эксплуатируя его одиночество. Конечно, психолухи могут сказать о том, как одиночество вредит здоровью. Но не следует смешивать социальную изоляцию и одиночество как негативный аффект по этому поводу. Раз окружающие не в состоянии понять, принять и тем более оценить твою неординарность, приходится учиться быть самому себе хорошим другом.
Конечно, в подобных случаях обыватели начинают рассуждать про то, как стакан будет некому подать. Но зачем эта фальшь? Попробуй реально серьёзно заболеть, без особых шансов, при живых родственниках! Так они доброго доктора позовут, он укольчик сделает – и уснёшь ты вечным сном, как «усыплённая» старая хромая собака, которая стала слишком много неудобств доставлять своим хозяевам! И ведь какой удобный эвфемизм люди придумали для обозначения причинения смерти тем, кого они приручили!
Конечно, чисто теоретически возможен вариант, когда тебе ещё можно помочь, а просто рядом никого не будет, но, с другой стороны, если у тебя особо средств нет, то на хрен ты нужен медикам задаром тебя откачивать?! А потом, если ради одной такой возможности провести всю жизнь с людьми, считающими тебя ничтожеством, не факт что жизнь удастся продлить в итоге.
Джонни также вспоминал, как его мама переживала за него, когда он начинал разговаривать с самим собой, «Хрюшка беседует с умным человеком», как она это называла. Мол, у Хрюшки крыша совсем поехала. Но сам Хрюшка мог теперь на это взглянуть и с другой стороны. Например, принято считать, что психотиком быть хуже, чем невротиком. Мол, более серьёзная патология, значительно меньший контакт с реальностью. Но с другой стороны, если собеседник невротику не отвечает, невротик может сильно расстроиться: «Как же так?! Меня игнорируют!» Шизофреник же – не такой, который благодаря своим таблеткам давно в ремиссии, а классический, в полном расцвете своего расстройства,– в собеседнике и обратной связи от него особо не нуждается. И, кстати, речевой поток прёт из него без лишних рефлексий о том, как окружающие это воспримут. Так что, как говорится, всё относительно.
В общем, как бы там ни было, Джонни придётся теперь учиться быть себе любимому единственным полноценным другом и собеседником, так как других у него, скорее всего, просто не будет. За исключением, конечно, тех, чьи материалы он будет слушать из интернета. Правда, с ними коммуникация будет по необходимости односторонней, поскольку многие из них уже умерли, как в случае деда с женским именем, от которого Джонни так много узнал, а общение с другими невозможно по пусть не столь абсолютной, но всё же достаточно веской причине, чтобы не пытаться установить контакт с ними.
Единственным исключением, пожалуй, могла бы стать переписка с восторженными и благодарными читателями, однако рассчитывать на это не приходится, а впадать в эмоциональную зависимость от такого ожидания было бы тем более глупо.
Впрочем, Джонни теперь приходилось быть себе не только хорошим другом, но и прекрасным любовником. Недавно он снова открыл для себя такую замечательную вещь, как фетиш. Конечно, на самом деле это была его ещё подростковая фиксация. Однако до последнего времени он не отчаивался найти себе женщину, а потому опасался, что его партнёрша, скорее всего, будет не в восторге от его, скажем так, наклонности. Теперь же, когда он оставил надежду найти себе пару, можно насладиться исследованием изумительных возможностей сделать себе приятно.
Конечно же, с точки зрения психолухов это патология. Однако на самом деле, парафилия парафилии рознь. Разумеется, педофилия, например – это ужасно, т.к. ребёнку она ничего хорошего не даёт, зато имеет все шансы остаться неизгладимым кошмаром в психике на всю жизнь. И вообще, плохо всё, что связано с принуждением и унижением достоинства другого человека.
А от специфической наклонности Джонни ни больных голодных детей больше не становится, ни озоновая дыра не растёт.
Конечно, завистливые умники, которым приходится не только оплачивать ипотеку и кредит за форд – фокус (ибо даже в эпоху транспортного коллапса им без машины не дают), но и абсурдные материальные запросы своих куриц, любят порассуждать про «это не то». Но в действительности, если не собираешься растить детей, нет подлинной душевной близости, взаимопонимания, того, что делало бы твоё присутствие в жизни другого человека действительно осмысленным, секс – всего лишь один из способов стимуляции определённых рецепторов. И если ты научился это хорошо делать сам, то почему нет?
Зато теперь ни одна шлюха даже при всём своём желании не сумеет больше им манипулировать как другими, вызывая звериную похоть. Нет, конечно, она могла бы сделать из него самого настоящего раба, если бы знала про его фетиш и умела разыграть соответствующий спектакль так красиво, как те девки из роликов в интернете, но ведь он же ей не расскажет, верно? Впрочем, при том уединённом образе жизни, который теперь вёл Джонни, ему это в любом случае не угрожало, так как никто о нём попросту даже не знал. Тем не менее, ему всё равно было приятно отметить факт собственной независимости и самодостаточности даже в интимных вопросах.
Ведь при новой его аутоэротической технологии сами по себе женщины его не особо не заводили. Девки, которых он смотрел в процессе своих оргий, выполняли специфический ритуал, связанный с определёнными предметами, игрушками, если угодно. Он даже мог позволить себе не привязываться к конкретным актрисам благодаря доброте и щедрости его единомышленников, ежедневно заливавших тысячи роликов на youtube и в социальную сеть «В контакте». Джонни только бесили (ну ладно копирасты – их логику хотя бы можно понять) святоши грёбаные, отмечавшие 18+ ролики, в которых одетая тётка просто выполняет определённую последовательность действий, где даже половой акт не имитируется! В результате Джонни приходилось каждый раз пароль вводить, чтобы посмотреть особо смачные материалы. Вот ведь не лень же долбаным святошам отмечать крамольные ролики, время тратить!.. Нет, понятно, конечно, они надеются, что у них вечная жизнь впереди... Но в действительности-то, вас на***ли просто, ребятки, и когда вы сдохнете, ваш труп просто разложится (если его не кремируют, конечно), и нет там никакой души. И бог ваш – фикция, которую вам продают священники – мозг***бы с многовековой историей, каким не было равных, пока не появились психолухи! Короче, попы и психолухи дружно берутся за руки и идут на х** со своими представлениями о грехе и праведности, о норме и патологии! А продвинутые люди делают себе приятно так, как считают нужным!
Примерно таковы были воспоминания и мысли Джонни в тот вечер непосредственно перед Новым годом. Он ответил на поздравления Леночки, пожелал ей всего наилучшего в Новом году, и в ответ получил её новую рассылку: «Большое спасибо. Я очень рада получить твои поздравления. Мне очень приятно» или что-то в этом роде. Казалось, теперь Джонни, которому стало лучше по сравнению с прошлой ночью, может в кои-то веки встретить Новый год с хорошим настроением.
Но не тут-то было! Джонни вдруг вспомнилось, как эта сучка вела себя по отношению к нему в уходящем году, а до того в предыдущем; о том, как она, наверное, внутри относилась к нему, как могла отзываться о нём в разговоре с другими людьми... И тут его накрыло. Он злобно подумал: «Ты очень рада? Ничего, мразь! Придёт время, и ты у меня, сука, будешь пятый угол искать в своей никчёмной жизни, чтобы забиться туда и поплакать. И тогда тебе даже твой скулёж по поводу любовника покажется праздником! Впрочем, Джонни не собирался мстить ей лично – он считал себя выше этого. Слишком много чести для мелкой сошки! Ведь она, как говорили друзья её любовника, всего лишь мелкая сошка. Джонни будет просвещать людей, чтобы те, кому доведётся встретиться на своём жизненном с ней, с другими психопатами, или с теми, кто просто ведёт себя подобным образом, знали, как поступить.
Джонни поднялся. Нет, в таком возбуждённом состоянии он уже не сможет спать. Тем более с этими всеми салютами и ором за окном в Новогоднюю ночь. К тому же, этот праздник, приносивший ему когда-то в детстве столько радости, а теперь ставший для него таким чужим, его просто бесил.
Он подошёл к компу и залез в каталог ресурсов для спама педофилов – чуть ли не единственное место в интернете, где его пока ещё не заблокировали и не заблокируют – и принялся оставлять ссылки на свой сайт. Конечно, Джонни не испытывал особых симпатий к растлителям детей. Но в данном случае действовал по принципу «ссылки не пахнут». Он просто не знал, как ему ещё иначе раскрутить свой сайт, на который по-прежнему практически никто не заходил. А для бота гугла, видимо, не было запретных тем. Да и потом, если корпорация гугл на своём сервисе youtube рекламирует мошенников из форекса, чем эти паразиты по жизни лучше педофилов?
Так Джонни встретил Новый год – возможно, последний в его жизни, учитывая его состояние здоровья, – в котором он собирался продолжать, пока есть силы, свой решительный бой против сил зла.

03:03 

Красавица Леночка: Психические войны, или Кто в халате, тот и психиатр



Дорогие читатели! Предлагаемая вашему вниманию работа, продолжающая серию «Красавица Леночка», является экспериментальной сразу в нескольких смыслах. Основу изложения составляют размышления и реминисценции главного героя по имени Джонни, жаждущего поделиться с широкой общественностью своими соображениями о причинах зла в людях и взаимоотношениях между ними. Однако публика встречает творческий порыв героя без особого восторга: его произведения называют «бредом», а самого сочинителя клеймят «неадекватом». И тогда Джонни решает поставить опыт: он регистрируется на крупном специализированном сайте, где представляется экспертом в области психологии, получившим элитное профессиональное образование. Теперь пользователи того ресурса воспринимают его как авторитетного специалиста, у которого они жаждут получить консультацию по поводу своих душевных проблем и трудностей в личной жизни. Такое восприятие вдохновляет героя, непривычного к столь почтительному отношению со стороны других людей. Однако первоначальная его эйфория быстро сменяется печальными раздумьями о том, как твой статус, «успешность» и прочие атрибуты социального ранга оказываются куда важнее в восприятии тебя окружающими, чем ты сам и то, что ты имеешь им сообщить.
А потом... героя самого «накрывает» в реальной жизни. И, как обычно, его незавидной ситуацией спешат воспользоваться не только психопаты, обладающие изумительным чутьём на людей, у которых по жизни серьёзные проблемы, но и прочие типы, склонные к деструктивному поведению. На основании анализа происходящего вокруг и своего собственного опыта Джонни приходит к выводу, что он сам и окружающие его люди живут в больном обществе. Один из центральных симптомов этой патологии – якобы «естественное» стремление людей к доминированию над себе подобными, а также неоправданная, не делающая людей более счастливыми, эскалация собственного потребления за счёт других. Но, как бы ни было выгодно некоторым насаждение подобной идеологии джунглей, в действительности у людей отнюдь не «всё как у зверей», и игнорирование этого обстоятельства ведёт к трагическим последствиям.
При всей специфике данной работы автор остаётся верным традициям всей серии «Красавица Леночка» – писать так, чтобы каждая следующая часть была не менее жёсткой контркультурной жестью, нежели предыдущая, или, как говорят в народе, «маразм крепчал». Всем приятного чтения!


Инженеры человеческих душ решают половой вопрос

Окончательно прекратив контакты с Леночкой, и оставшись наедине со своей домашней свалкой, Джонни погрузился в тяжёлые раздумья. В те дни ему не раз вспоминалось его болезненное, также исполненное нелёгких мыслей отрочество, когда он был уверен, что на закате своих дней исполнится безусловной, всепрощающей доброты (по крайней мере, если ему суждено умереть от болезни, а не погибнуть внезапно, совершенно непредвиденно). Нет, разумеется, даже в те далёкие годы Джонни никоим образом не был религиозен. Просто в своих наивных юношеских размышлениях он не представлял, как можно вести себя иначе, когда перед суровым ликом вечности все мелкие обиды и дрязги непременно должны уйти на задний план. Почему же тогда теперь, когда в связи с серьёзным ухудшением состояния здоровья, счёт отмеренного ему срока, вероятно, пошёл на немногие месяцы, он по-прежнему оставался таким мстительным? Как дошёл он до жизни такой на закате своих дней? Откуда такая жажда крови и одержимость идеей расквитаться с женщиной, да ещё к тому же душевнобольной, дефективной от природы?
Ему очень важно было сейчас честно дать себе в этом отчёт. Ведь последнее время он очень интересовался проблемой происхождения зла в людях и взаимоотношениях между ними. А здесь оно в упор смотрело на него беззубым оскалом его собственной злости. Но почему?
Когда Джонни задумывался над этим вопросом, ему представлялось, как нормальные люди, офисно – планктонные обыватели, непременно воспримут его историю про Леночку – и в такой интерпретации он был совершенно уверен. Для них она будет всего лишь ничем не примечательным повествованием ущербного и неадекватного неудачника о неразделённой любви к женщине, которой он не был интересен. Ведь Леночка не только никоим образом не находила его привлекательным, но к тому же ещё, как говорят пиндосы, играла в другой лиге.
И, естественно, они не воспримут всерьёз изложенные им соображения о её психопатии. Для нормальных людей, и в первую очередь для женщин, они станут лишь дополнительным свидетельством его неспособности хоть в чём-то вести себя, как мужчина. Ведь вместо того, чтобы уйти с достоинством, когда его отвергли, Джонни, по их мнению, будет изо всех сил пытаться отыграть свои фрустрации и обиды на женщине, вначале вызвавшей его интерес. И, как прозрачно намекала жирный тролль Ронна с психологического форума, рационализировать неудачный личный опыт бредовыми фантазиями о социальных хищниках.
Не смущало нормальных женщин даже то обстоятельство, что Леночка искусственно подогревала романтический интерес к себе у людей, которые не привлекали её как мужчины. Ведь ни для кого не секрет, что мы живём во времена войны полов. А потому, как принято говорить в стране, где на протяжении многих поколений воспевались нешуточные страсти, à la guerre comme à la guerre. И в самом деле: многих ли мужчин смущает, например, когда знатный самец, вдоволь наигравшись с женщиной, которую считает недостойной стать своей женой, бросает её? А когда она приходит изливать свой праведный гнев на форумы в интернете, то не встречает там понимания и сочувствия даже среди тёток, которые, подобно мужикам, презрительно называют её обиженкой.
Задумавшись обо всём этом, Джонни начал понимать, что его особенно бесило. Это в первую очередь была насаждаемая нынешней гнилой идеологией стратификация, когда есть альфы, которым позволено всё, и омеги, о которых не вытрет ноги лишь ленивый. Нет, он никогда не сможет примириться с такой несправедливостью. Тем более, за всем этим стоят не просто слова и теоретические концепции, но множество искалеченных человеческих судеб. А кое-кому, несомненно, это очень выгодно. Вон, сколько кругом развелось психолухов, тренеров, коучей, инструкторов НЛП и пикапа, а также прочей нечисти, всячески поучающей через свои тренинги и книжонки: «иди к успеху по головам, бери от жизни то, что тебе нужно, не боясь при этом кого-то обидеть». Или: «Не стесняйся лгать. Учись своевременно распознавать и использовать в своих интересах психологические уязвимости других, играй умело на имеющихся у них нереализованных потребностях».
И что мы имеем в итоге? Психолухов уже как собак нерезаных, и их поголовье продолжает расти, а число людей с психологическими проблемами увеличивается ещё быстрее. Быть может, это связано с усовершенствованием диагностики, открытием новых расстройств? Так нет, оказывается, скорее наоборот. Если взять самую интимную сферу, например, пару столетий назад было распространено такое «заболевание» как «мастурбационное безумие», вызывающее, как тогда считалось, общее истощение, в свою очередь ведущее к чахотке, снижению зрения, нарушению пищеварения и так далее. Теперь же, разумеется, кто как хочет, так и дрочит. Более того, всего несколько десятков лет прошло с тех пор, когда гомосексуализм считался во многих развитых странах психиатрическим диагнозом, включённым как в девятую редакцию Международной классификации болезней (1977), так и в Диагностическое и статистическое руководство. (В DSM-I (1952) гомосексуализм присутствовал как разновидность «социопатического нарушения личности»; он был убран из 7-го издания DSM-II в 1974 году). В СССР, правда, «мужеложство» считалось не нарушением психики, а уголовным преступлением. Сейчас же человека, для которого «лучше нет влагалища, чем очко товарища», конечно, могут назвать п***ром, а то и прибить, но даже махровый гомофоб скорее постесняется назвать его душевнобольным. То есть, многое из того, что считалось ранее патологией в половой сфере, сейчас считается отражающим нормальную вариативность сексуального поведения.
Однако если на разнообразие интимных практик можно смотреть сквозь пальцы, то в случае многих других расстройств это неуместно, так как за ними стоят совершенно реальные человеческие страдания. О распространённости их красноречиво свидетельствует следующий пример. Многие (особенно женщины), когда нет возможности однозначно восстановить точный смысл из контекста, ошибочно расшифровывают сокращение ПА = «половой акт» как «паническая атака». Откуда напрашивается вывод о том, что у многих наших сограждан приступы паники случаются чаще и оказывают большее влияние на их жизнь, нежели половые акты!
Но с чем это может быть связано? Конечно, причины трудно установить с точностью и достоверностью, привычной, скажем, в естественных науках. Однако систематические наблюдения над людьми, у которых психопатологии уже развились, позволяют высказать весьма правдоподобные соображения на этот счёт. Так, одна молодая женщина, которая уже несколько лет страдает серьёзной депрессией и держится на плаву лишь благодаря регулярному приёму психоактивных веществ, рассказывает о себе:
«...Когда подростком поняла, с каким миром мне предстоит уживаться, появилось непреодолимое желание выпилиться отсюда... Я наблюдала за своими одноклассницами, за их лицемерием... Как они смеялись за спиной друг у друга, как ненавидели меня, и у меня же списывали. А потом я в 16 лет попала в интернет, и поняла, что не одни мои одноклассницы такие. Тогда я совсем разочаровалась в людях, окончательно и бесповоротно, и не представляла, как жить с этим дальше».
Разумеется, далеко не все душевно страдающие женщины называют столь глубокие экзистенциальные мотивы. Для многих причины носят сугубо личный характер. Полюбила парня, стала с ним серьёзно встречаться... только чтобы вскоре случайно выяснить, что её «любимый и единственный» признавался в своих «чувствах» не только ей, но и её подруге/однокласснице. Зачем он это делал? А как ему ещё было иначе разнообразить свой сексуальный опыт, чтобы «ребята старшие» не чморили его, что ему уже 17 или 18, а у него была всего она одна?!
Конечно, современные технологии позволяют молодёжи вести активную половую жизнь, не опасаясь неуместных на данном этапе репродуктивных последствий, а также сводя к минимуму риск заражения угрожающими жизни заболеваниями, передающимися половым путём. Однако, как говорится, «на голову гондон не натянешь», и нередко не окрепшая ещё, не вполне сформировавшаяся психика подростков (в первую очередь женского пола) оказывается не готовой к взрослым играм и спровоцированным ими эмоциональным потрясениям. Наиболее драматическими последствиями этого оказываются совершаемые девушками попытки самоубийства на почве «несчастной любви».
Впрочем, у подавляющего большинства юношеский оптимизм всё же берёт верх над неудачным опытом. Вдоволь оплакав свой «первый блин комом», девочки пытаются строить новые отношения, а потом ещё и ещё, однако практически неизменно получают всё тот же неутешительный итог. Как следствие, со временем на смену романтическому идеализму приходят горечь и цинизм: «они все козлы» и «им всем только одного надо». А раз так, то пусть они хотя бы за это дело раскошеливаются, учатся красиво ухаживать, а не так, чтобы сразу на них (или под них?) бросаться.
Описанная ситуация, впрочем, представляет собой лишь один из вариантов развития событий. Так, фактически многие девушки изначально исповедуют прагматически – утилитарный подход к отношениям. Это, однако, лишь усугубляет общую ситуацию.
Молодые же люди, от которых ждут красивых ухаживаний, вместо этого усваивают ответную адаптацию: на втором – третьем свидании не дала – значит, она настроена тебя динамить, попутно доя на деньги, как лоха последнего. А потому, какой бы привлекательной она тебе ни казалась, такую сучку лучше сразу послать на х**!
Обескураженные подобной ситуацией, в поисках ответа на вопрос «а как же мне тогда найти свою любовь?», молодые женщины обращались к дамским журналам и в интернет. Где «высокообразованные люди» – психолухи, инструкторы продвинутых курсов пикапа/школ для стерв, просто взрывали их не обременённые знаниями о мире мозги. Оказывается, то, что наивные дамочки считали самым лучшим, светлым и добрым человеческим чувством, представляет собой душевное заболевание под названием «любовная зависимость». Настоящая же любовь – без соплей, нытья и прочих сантиментов – это когда она предоставляет достойному мужчине то, что ему от неё нужно (ну вы же взрослые люди, поняли, о чём речь, верно?) в обмен на его «заботу», выраженную в конкретных материальных благах. Но вот незадача: «достойный мужчина», наверное, не стал бы таковым, если бы не умел считать деньги. А потому не очень – то стремится раскошеливаться.
Как следствие такого противоречия интересов, разгорался конфликт полов. А кому-то было очень выгодно его разжигать. Раньше, например, у какого-нибудь парня, даже при наличии серьёзных личных затруднений, могла возникнуть мысль: зачем платить приличные деньги психолухам и иже с ними, если есть масса более разумных способов потратить свои весьма ограниченные средства? Теперь же инструктор «пикапа» мог вкрадчиво сказать ему: «Денег, говоришь, лишних нету? А знаешь, где они? Ну-ка вспомни, сколько бабла ты потратил на девок за последние несколько месяцев? Чувствительно, правда? И насколько вырос за этот период твой сексуальный опыт? А я знаю ребят, которые были раньше такими, как ты, самыми обычными, даже стеснялись на улице к девушке подойти и заговорить первыми, а теперь им даст практически любая, какую они захотят. Просто уметь надо! А я мог бы тебя научить, как действовать. Выбор за тобой...»
Аналогично, всевозможные тренеры, «коучи» и т.д. взывают к молодым женщинам: «Сколько ты заработала за последний год, в частые авральные периоды просиживая в офисе до 12 часов в день и даже время от времени приезжая туда в выходные? И каковы твои реальные перспективы на этой работе, если, допустим, ты родишь ребёнка? А многие девушки когда-то выглядели менее привлекательно, а теперь за миллионеров вышли замуж! Так может, пора уже задуматься всерьёз над вопросом «почему я, такая красавица и умница, живу как дура?», пока ещё не поздно и есть что предложить тому мужчине, который способен по-настоящему оценить?»
Таким или сходным образом продавцы психологической лапши для ушей заманивали тех, кто создавал им (используя в отличном от принятого смысле термин психолухов из несколько иной оперы), первичную выгоду. Вторичную же приносили дошедшие до ручки жертвы посетивших эти тренинги.
Нет, Джонни не мог смотреть спокойно на подобное зло, царившее вокруг, и не собирался с ним мириться. Помимо непосредственного вреда, проповеди психолухов и иже с ними дополнительно оглупляли людей, особенно молодёжь, чьё образование, полученное в последние годы, и без того оставляло желать лучшего.
Так, на Джонни произвело неизгладимое впечатление, как на некоторых форумах восприняли его рассказ о психопатах. Казалось бы, если действительно интересуешься психологией, так прочитай, какие бывают необычные, очень обаятельные и в то же время опасные люди. Тем более, в рунете об этом трудно почерпнуть достоверную информацию из других источников.
Так нет же, вместо того, чтобы просвещаться, они сначала для порядка поинтересуются, какое у него образование, а потом начинается!.. Дескать, это реальный персонаж, она тебя обидела, не дала и т.д., поэтому ты всё это затеял, чтобы ей отомстить. Подумать только: люди, стремящиеся стать знатоками человеческих душ, пишут такую чушь!
Джонни впечатлял сам по себе argumentum ad hominem в стиле, который он называл «отрыжка дедушки Фрейда». Ему было совершенно ясно, откуда здесь, как говорится, «ноги растут». Психолухи имели привычку заявлять тем, кто с ними не соглашался: «ты это говоришь, потому что у тебя такая-то проблема». Однако в действительности этот аргумент абсурден в своей неуместности. Так как на самом деле личная заинтересованность в основном только помогала ему изучить психопатов, мотивируя его проявлять активность в этом направлении, пополнять свои знания и делиться ими с другими людьми.
Конечно, каким-нибудь физикам или математикам в этом смысле было проще. Ведь им же никто же не скажет, например, о детской травме, связанной с адронным коллайдером или о тайной страсти к бозону Хиггса! И специалисту по математической логике и теории алгоритмов, изучающему так называемые машины Тюринга, вовсе не обязательно знать о том, как Алан Тюринг подставлял другим мужикам свою задницу понятно для чего. Хотя в своё время, конечно, его чопорных соотечественников это настолько взволновало, что довели гениального человека до суицида!
Но, как бы там ни было, сдаваться Джонни не собирался. Он был решительно настроен продвигать свои идеи и знания в массы, нравилось это массам или нет и какими бы бредовыми они ни находили его измышления. Это должно стать той пользой людям, которую он постарается извлечь из своих наблюдений за психопатами, несмотря на все его переживания и совершённые им ошибки.
И Джонни хорошо знал, куда он пошлёт тех, кто скажет ему, мол, ты это делаешь, чтобы ей (или им, так как в его историях фигурировал не 1 человек) отомстить. И в самом деле: зачем говорить такие глупости? Ведь если он бы действительно хотел только ей отомстить, он бы давно уже сделал так, чтобы сучке мало не показалось! И она бы давно уже тогда искала пятый угол своей никчёмной жизни! А книги ради этого писать... нет, это слишком много чести для мелкой сошки. Джонни вспоминал, как Леночке, с её же слов, говорили друзья её любовника: ты всего лишь мелкая сошка!
Но в то же время, Джонни неоднократно ловил себя на очень странной мысли: он никоим образом не желал Леночке зла «просто так», только ради того, чтобы ей было плохо. И если бы она, допустим, заболела, тем более серьёзно, он переживал бы за неё, как за близкого, дорогого человека. Наверное, он бы даже в такой ситуации постарался ей помочь, не жалея средств и сил, но только в том случае, если бы у него была возможность подтвердить сведения о её состоянии, основываясь на реальных фактах, полученных из достоверных независимых источников. Другое дело, конечно, что у него не было реального шанса получить такую информацию...
Кроме того, Джонни никоим образом не мог назвать себя «жертвой» этой женщины. Ведь настоящая жертва проклинает тот день и час, когда она встретила своего обидчика. А Джонни, если бы верил в судьбу, то поблагодарил бы её за то, что свела его с таким удивительным человеком. Ведь именно встреча с Леночкой дала ему возможность открыть для себя и понять очень важные вещи, которых многие люди никогда не узнают. И если бы не это знакомство, даже несмотря на опыт общения с Валенковым и Туповским, Джонни так и доживал бы свой век в неведении относительно психопатов и смежных с данной проблематикой вопросов.
Разумеется, у Джонни не было оснований сказать Леночке «спасибо», так как благодарят тех, кто желает тебе добра и осознанно хочет сделать для тебя только хорошее, а здесь это был явно не тот случай. Но если отбросить эмоциональную, чувственную сторону, то не было у него веских причин и проклинать Леночку. Ведь, если так разобраться, она всего лишь больной человек, демонстрирующий симптомы душевного расстройства, которое в её случае проявляется в причинении людям зла.
И, разумеется, несмотря на всю её ложь, она никоим образом не виновата в том, что Джонни столько времени тупил и тормозил, прежде чем разобрался, с кем имеет дело в её лице и каковы реальные перспективы. Он просто не хотел, чтобы другие брали с неё пример.
А ещё, он хотел дать всем этим гадам – Валенкову, Туповскому, а главное – сучке Леночке, их практически единственный шанс стать продуктивными членами общества, нравилась им такая перспектива, или нет. Джонни был убеждён: даже инвалид, неизлечимо больной человек, может приносить пользу людям хотя бы своей историей болезни, информацией о том, как его организм реагировал на те или иные попытки корректировать его состояние. У Джонни даже то и дело всплывала мысль вспомнить всё, насколько позволяла ему угасающая память, и написать как можно подробнее о своих проблемах со здоровьем. О том, как он мучился с детства, как его не понимали окружающие и даже медики, издевались над ним. Но тут же, правда, такие его благие намерения разбивались о горькое отчаяние от осознания бессмысленности этого начинания. И в самом деле, кому это могло быть нужно? Бюджетные врачи героически отбивались от армий страждущих получить больничный по ОРВИ, бабулек (их гораздо больше, чем дедов – мужчины столько не живут!), приходящих за льготными рецептами и т.д. Для платных же обычно главным было не выяснение истины и не исцеление пациента. Их основной приоритет – снять с него как можно больше бабла, чтобы оплатить аренду, прочий штат клиники, ну и себе побольше в карман положить, разумеется. Да и в любом случае для Джонни было главным, чтобы помогло всем, кто нуждается, даже таким, у кого, подобно ему самому, не было денег.
Но если его собственная история представлялась ему по большей части бесполезной для широкой публики, он собирался положить остаток своих сил на то, чтобы «истории болезни» Валенкова, Туповского, Леночки и им подобных послужили человечеству. По замыслу Джонни, это должно помочь многим людям, которым придётся столкнуться на жизненном пути с подобными типами, минимизировать ущерб, причинённый взаимодействием с ними. Ему также была приятна сама мысль о восстановлении таким образом, пусть и чисто символически, некой социальной справедливости: пусть люди, которых их состояние обрекло быть вредителями и паразитами, невольно помогут (и в первую очередь наиболее уязвимым, у которых высокая вероятность стать жертвами) защититься от таких, как они. А также от тех, кто берёт пример с сучки, использующей людей при помощи не просто обмана, но также игры на самых лучших человеческих чувствах.
Хотя, будь сейчас массовое сознание не на её стороне, если бы «нормальные» люди, среднестатистические обыватели его поддержали, тогда Джонни не держал бы на неё зла. Если бы они согласились с ним, что она всего лишь больной человек, творящий зло по причине своей психопатологии, он встал бы на её сторону и защищал её от обвинений. Более того, если бы у него были лишние средства, он бы тогда поделился ими с нею. Пусть Леночка сделает себе приятное, купит шмотки, раз многие другие, подлинно человеческие радости жизни ей недоступны!
Однако в условиях существующей гнилой российской реальности и ментальности, такая всепрощающая доброта обернулась бы фактически злом. А потому он не собирался лить воду на мельницу психолухов, инструкторов НЛП и пикапа, бизнес-тренеров, «коучей» и прочих мразей, поучающих своих клиентов: «Зачем надрываться на работе или ещё где-то? Я научу тебя находить добрых и доверчивых лохов, которые сделают всю неприятную работу за тебя, да ещё будут гордиться, как они благородно тебе помогли». Джонни страстно желал, чтобы эти ненавистные твари все обанкротились. Они были для него хуже психопатов, так как у них, в отличие от психопатов, по сути, был выбор не совершать зло!
Постоянно вводя себя в раж навязчивым повторением в своей голове таких мыслей, Джонни принялся ночь за ночью размешать в разных местах в интернете тексты своих статей со ссылкой на свой сайт. Разумеется, на большинстве этих сайтов его попросту удаляли и блокировали, однако в паре – тройке мест его текст (и ссылки!) всё же оставались, и это вдохновляло его продолжать бессонные поиски «своего» читателя.
Более того, на сайте телепередачи «море лохов плюс», которую вёл знаменитый шарлатан, редактор даже удостоил его статью о психопатах положительного отзыва. Конечно же, Джонни настороженно воспринял восторг тех, кому не хватило разума не заливать обратно в рот уже однажды отвергнутое почками, но всё равно ему было приятно...
А ещё через несколько дней то, что вначале показалось приятным сюрпризом, обернулось горьким разочарованием. Раньше, пытаясь как-то объяснить себе тот факт, почему его никто не читает, Джонни списывал его на малую посещаемость ресурсов, где он размещал свои материалы. Однако некоторые из сайтов, объединённых в сеть «Тесный мир», были весьма посещаемы.
Конечно, Джонни сразу же насторожило название этого внушительного ресурса. Оно вызвало у него крайне неприятные ассоциации с мальтузианским (или социал-дарвинистским?) представлением о перенаселённости планеты, ведущим к выводу о неизбежности борьбы за существование, в результате которой «выживают сильнейшие».
Но потом Джонни увидел там множество статей, написанных психолухами, со ссылками на чьи-то сайты, и это его обнадёжило. Он подумал: значит, и я мог бы свои статьи так размещать! Кроме того, Джонни не мог не обратить внимания на достаточно большие числа, отражающие суммарное число плюсиков под каждый статьёй. А ведь ему очень нужна поддержка читателей! Так хотелось почувствовать, наконец: эти все старания были не зря! Вдохновляемый такими мыслями, Джонни разместил на паре крупных сайтов сети «Тесный мир» свою самую первую статью.
А когда на следующий день он снова зашёл туда посмотреть отклики, его ждал весьма неприятный сюрприз. Как оказалось, на этих сайтах в качестве оценки можно ставить не только плюсы, но и минусы. И именно их, судя по всему, посетители ставили под его статьёй. Совокупная оценка была минус тринадцать. Счастливое число,– мрачно усмехнулся Джонни.
Таким образом, Джонни получил ещё одно подтверждение своей уникальности и неповторимости. Упорно просматривая множество других размещённых на сайте статей, он так и не сумел найти больше ни одной с отрицательной совокупной оценкой. Все прочие публикации, написанные и подписанные психолухами, были настолько «правильными», что Джонни аж тошно стало. И, естественно, читатели восторженно оценивали их множеством плюсиков.
Увы, это было совсем не то свидетельство его исключительности, о котором мечтал Джонни! Пытаясь выяснить причины такой «народной любви», Джонни набрался решимости почитать комментарии. Большинство их были немногословны: Бред. Бред. Бред. И по несколько плюсиков под первыми сообщениями такого плана. Потом кто-то шибко умный решил раскрыть тему, по крайней мере, настолько, насколько ему позволяло его понимание, и вынес свой вердикт: обиженка. Его, впрочем, вскоре поправили: обиженец. Обиженок. Таким образом, ещё несколько комментаторов поупражнялись в склонении по родам оскорбительного незатейливого неологизма. Одна дама даже сочла нужным пояснить замену словоформы: писал мужчина. Другая, правда, тут же ей возразила, дескать, титул «мужчина» ещё нужно заслужить, а судя по статье, автору это не светит!
Разумеется, Джонни сразу же стало тошно это читать. В те досадные минуты ему вспомнилось, как ещё в отрочестве, когда у него что-то не ладилось (а у него практически ничего никогда не получалось, за что бы он ни брался) ему говорили: «в твоих неудачах виноват только ты, и нельзя винить в этом кого-то ещё. А тебе нужно сделать соответствующие выводы и извлечь уроки. В противном случае ты так и останешься один, никем не признанный и никому не нужный».
Тогда, ещё в детстве, его это очень пугало. Маленький Джонни при этом начинал чуть ли не в слезах говорить о том, какой он неудачник и просить окружающих научить его жить. Практически все другие люди сразу представлялись ему тогда если не умнее, то, по крайней мере, мудрее, разумнее его с практической точки зрения.
Сейчас же, оглядываясь назад, Джонни неожиданно осознал, какой важный путь он прошёл с тех пор. Конечно же, за прошедшие годы его популярность не только не возросла, но, напротив, он стал вызывать более активное отвержение со стороны людей, с которыми ему приходилось сталкиваться. Зато как изменилось его восприятие ситуации! Теперь он не только не обращался ни к кому за советом, но если кто-то позволял себе подобное (якобы из благих побуждений, видя, как он мучается по жизни), Джонни грубо обрывал их, говоря: не учите меня жить, и я не пошлю Вас на х**!
И презрительно наблюдал, как другие внимали советам психолухов не винить в своих трудностях никого, кроме самих себя. Вот и в сложившейся ситуации, как бы она ни была ему неприятна, Джонни не собирался упрекать собственную персону в неспособности других людей оценить его по достоинству. Что ж поделать, если семья и школа не позволили им подняться на соответствующий уровень?
И он никоим образом не собирался сдаваться. Не нравятся мои статьи? Значит, я буду их вывешивать на ваших сайтах, чтобы вы ставили свои минусы до тех пор, пока моё творчество не начнёт вам нравиться!– рассерженно думал Джонни.
В то же время, даже видя проблему не в себе, а в читателях, Джонни всё же очень хотелось выяснить, в чём же они были «неправильными»: а вдруг это поможет ему найти к ним подход, адаптировав своё изложение под реально имеющиеся у них взгляды и знания?
Таковы были мысли Джонни, когда он принялся изучать аудиторию «Тесного мира». Конечно, непросто было сформировать исчерпывающие представления о людях, отталкиваясь от их откликов на чужие статьи. Но в этом Джонни помогало то обстоятельство, что комментирование статей психолухов обычно превращалось в виртуальный междусобойчик завсегдатаев, где люди говорили скорее о наболевшем, нежели непосредственно по вопросам, затронутым в публикации.
Хотя женщины были более многочисленны, Джонни зачем-то начал своё исследование аудитории сайтов «Тесного мира», на которых он обычно бывал, с мужчин. Первым, что Джонни узнал об этих представителях сильного пола, было то, в ком они видели своих самых заклятых врагов. Таковыми оказались... одинокие женщины с детьми, которых эти мужчины упорно (вне сомнения, оскорбительно) обзывали «разведёнками с прицепом».
Пытаясь прояснить для себя причину подобного отношения, Джонни попытался на основании сведений, почерпнутых из множества комментариев, восстановить, насколько это было возможно, жизненную ситуацию упомянутых джентльменов. Разумеется, у каждого из них она была в какой-то мере индивидуальна, и в то же время у многих были общие черты. Так, значительной части этих мужчин было уже где-то в районе сорока и они были разведены. Вероятно, многие при этом надеялись найти более молодую и очаровательную замену своей всё больше теряющей сексуальную, да и просто человеческую привлекательность жене.
Некоторым и них, похоже, это всё-таки удалось, однако у этой части наверняка нашлись более интересные или важные дела, нежели сидение на сайтах сети «Тесный мир». У остальных же, судя по всему, так и не получилось найти себе молодую красавицу, либо они сочли, что она не стоит того что просила за свою благосклонность. А поскольку с бывшими жёнами они также успели сжечь все мосты, да и не тянуло их особо обратно, этот вариант для них также отпадал. В результате, им оставалось по большей части удовлетворяться лишь злословием на виртуальных сеансах коллективной словесной мастурбации.
Разумеется, их ситуация в известном смысле незавидна. Ведь даже у ругаемых ими на чём свет стоит «разведёнок с прицепом» есть хотя бы преданные потомки, которые смогут позаботиться о своих матерях в старости. Эти же красавцы – мужчины, грубо говоря, так и остались с х**м, который им даже и пристроить толком на постоянной основе некуда.
Впрочем, ещё хуже, чем о женщинах с детьми, они отзывались о мужчинах, которые вступали в брак или серьёзные отношения с разведёнками. Надо было видеть, с какой ненавистью активисты сайтов сети называли этих мужчин «оленями». Возможно, многие из них при этом думали о своих бывших жёнах, на личную жизнь которых они смотрели по принципу «сам не ем и другому не дам».
Но что же тогда препятствовало каждому из этих доблестных мужчин найти себе свою разведёнку с прицепом? В качестве причины нередко называлось нежелание кормить чужой выводок. Однако, как быстро просёк Джонни, во многих случаях это была всего лишь отмазка. Ведь в реальности-то как раз молодые красавицы, которых эти мужчины страстно желали, были бездонными дырками, легко затягивающими без остатка даже солидный доход. А среди работящих и работающих разведёнок с прицепом было полно женщин, способных прокормить не только себя и своих детей, но и подобного кавалера.
Некоторые мужчины, впрочем, откровенно называли другую причину. Для них взять женщину с ребёнком означало признание собственной несостоятельности как «самца». Они говорили о том, как дети, рождённые от других мужчин, вызывали у них органическое неприятие. Читая подобные реплики, Джонни захотелось разобраться, чем же так отталкивает мужчину чужой ребёнок. Своё исследование этого вопроса он начал с мысленного эксперимента.
Джонни попытался представить себе, как мужчина растит ребёнка, даже не догадываясь, кто на самом деле биологический отец. Увы, далеко не все женщины верны своим мужьям, а потому такое случается сплошь и рядом. Однако если суровая правда не раскроется, станет ли мужчина хуже относиться к ребёнку, как-то уловив на биологическом уровне его чужеродность? Сомнительно...
Впрочем, Джонни вскоре осознал серьёзный методологический дефект своего мысленного эксперимента. Кто может поручиться, что женщина, знающая, чьего ребёнка она на самом деле выносила и родила, никак это не обнаружит в общении с «официальным» якобы отцом? Возможно, сама того не желая (надо думать, это не в её интересах!), она может время от времени подавать невербальные сигналы своему мужу, как бы сигнализирующие: а я-то знаю на самом деле, какой ты лошара – рогоносец!
Когда Джонни размышлял о путях обхода этого методологического затруднения, ему почему-то вспомнилась печальная история его бывшего одноклассника. Вообще, Джонни не раз отмечал, как, несмотря на плохую и неуклонно ухудшающуюся память, он вполне сносно запоминает истории, в которых фигурирует смерть и/или тяжёлые болезни. Вот и на этот раз он вспомнил рассказ однажды встреченного им бывшего одноклассника, у которого скончался ещё в сравнительно молодом возрасте (мне сейчас самому столько,– с ужасом подумал тогда про себя Джонни) старший брат, а затем умерла от родов жена.
Джонни не сомневался, что Шурик (так звали одноклассника) был настоящим отцом своего ребёнка. Но ему интересно стало представить себе другие возможные варианты. Наверное, узнай Шурик, что настоящий отец другой, он, при всей своей порядочности, пусть и подсознательно, но выместил бы свои фрустрации на ребёнке. Тем более, отомстить мёртвой жене у него уже не было возможности. И Шурик повёл бы себя таким образом, вероятно, даже в том случае, если бы его жену на самом деле оклеветали. Конечно, Джонни не мог себе представить, кому и зачем могла понадобиться такая низость, как возводить поклёп на умершую женщину, но почему не вообразить такой вариант развития событий?
В то же время, даже если бы Шурик не был настоящим биологическим отцом, но не знал об этом, данный факт не помешал бы ему любить ребёнка, которого он считал бы своим. Если, конечно, не рассматривать случаи, вопиющие с фенотипической точки зрения, например, рождение негритёнка или косо/узкоглазого.
Таким образом, получается, фактическое отношение Шурика к растимому им ребёнку определялось бы не реальным их родством, а когнитивной схемой, существующей в его голове относительно роли настоящего и фиктивного отца. Однако такие представления не возникают в мозгу каждого отдельного индивида de novo. Скорее, они живут в коллективном бессознательном данной культуры. Но кто же тогда их туда поселяет?
Разумеется, в формирование позиций обычного человека по тому или иному вопросу обычно вносят вклад различные факторы. А в нашу эпоху агрессивных рекламных кампаний важную роль играют в первую очередь те, кому это выгодно с экономической точки зрения. Поэтому, к сожалению, в данном вопросе не обошлось без существенного влияния расплодившихся нынче организаторов психотренингов, инструкторов пикапа и НЛП, коучей и тому подобных типов. Чему же они учат свою паству?
Одно из центральных положений их проповедей, особенно важное с точки зрения рассматриваемых вопросов, заключается в утверждении, что homo sapiens представляет собой турнирный вид (даже если они не используют явно такую терминологию). Согласно определению, это означает, что представители одного пола (обычно и в данном случае мужского) борются между собой за возможность спариваться с представителями другого. У турнирных видов большинство особей конкурирующего пола не побеждают и соответственно никогда не спариваются, в то время как практически все представители противоположного пола совокупляются с небольшой группой победителей. Ранг самцов у таких видов обозначается греческой буквой от альфы (для обозначения доминантных особей) до омеги (самый низкий статус).
Продавцы тренинговых и тому подобных услуг нашли в такой обезьяньей иерархии для себя очень удобную нишу. Ведь психолуху или иному профессиональному полоскателю мозгов очень важно объяснить (потенциальному) клиенту, почему тот должен платить ему деньги, по сути, просто за трёп. В этом гильдиям мозготрахов также очень помог специфический симбиоз с индустриями, торгующими женским телом, изображениями женского тела, а также чем угодно при помощи изображений женского тела. Наглядные пособия, в огромном количестве создаваемые названными отраслями, помогали инструкторам должным образом мотивировать своих адептов, разжигая в их сердцах (точнее, несколько ниже) сильный огонь желания. Мудрые наставники призывали своих учеников не стыдиться своих чувств, отражающих, как следовало из их слов, естественное предназначение мужчины. Последнее же состояло в том, чтобы передать потомству как можно больше копий своих генов, т.е. фактически оплодотворить максимально возможное количество женщин, так как репродуктивные возможности каждой отдельной женщины принципиально ограничены продолжительным сроком гестации и прочими объективными факторами.
Ну а поскольку (практически) все мужчины хотят одного, реальные возможности спаривания для конкретного мужчины ограничены действием жёсткого полового отбора. Согласно учению, преподносимому инструкторами пикапа и тому подобными своим слушателям, женщины, у которых есть выбор, неизменно отдают предпочтение мужским особям более высокого ранга. Таким образом, низкоранговым самцам светят лишь те самки, которых больше никто не захотел.
Но как же тогда бедному юноше попасть в узкий круг «тех, кому дают»? Один из путей заключался в том, чтобы достигнуть реально высокого положения в обществе. Однако для этого, как минимум, сначала нужно потратить несколько лет на получение хорошего образования. И даже это, увы, не является гарантией – примером тому многие весьма грамотные люди, прозябающие в нищете и безвестности и уж точно не пользующиеся благосклонностью шикарных женщин. Другой вариант – стать плохим парнем, который не останавливается ни перед чем. Но этот путь статистически чаще в итоге приводит не в объятия красавиц, а в могилу раньше времени или в тюрьму.
Впрочем, как утверждают гуру «науки и искусства» обольщения, в таких драматических шагах и нет необходимости. Достаточно воспользоваться великим тайным знанием, которое они предлагают своим (потенциальным) адептам по сходной цене. Если освободить его от риторики, предназначенной прочно фиксировать такие словесные макаронные изделия на ушах учеников, оно фактически сводится к следующему.
В своём выборе партнёра женщина (человеческая самка) в значительной степени ориентируется на знаковые стимулы («релизеры»), позволяющие ей быстро идентифицировать «качественного» (доминантного) самца. Таким образом, мастерство соблазнения во многом сводится к умению подавать соответствующие сигналы, вызывающие с её стороны рецептивное (т.е. показывающее готовность к спариванию) поведение.
Казалось бы, что здесь такого? Ну и играли бы большие мальчики в свои игры! Но, к сожалению, негативные последствия моды на такие игры слишком велики, чтобы оставлять этот вопрос без внимания. Каковы же наиболее вопиющие негативные стороны?
Когда этот подход становится достоянием слишком большого числа неокрепших молодых умов, не способных критически оценивать распространяемую ради чьей-то коммерческой выгоды сомнительную информацию, возникают опасные идеологические тенденции. Среди них можно отметить:
– Взгляд на женщину не как на человека, на многогранную личность, но как на объект сексуальной охоты.
– Одной из основных тактик, применяемых в процессе такой охоты, является, по сути, обман, формирование ложных ожиданий.
– Женщины, не обладающие достаточной сексуальной привлекательностью в силу возраста или отталкивающей внешности, рассматриваются как биологический мусор и отношение к ним соответствующее.
– Женщина рассматривается как примитивно организованное существо, ориентирующееся в первую очередь на базовые релизеры животного характера, такие как материальные ресурсы, социальный статус потенциального партнёра и т.д. Фактически, при таком подходе «человеческая самка» редуцируется до уровня трёхиглых колюшек Нико Тинбергена. В его опытах, правда, фигурировали самцы, атаковавшие «всё, что движется» с красным брюхом. Однако смысл схожий – защита своей территории, т.е. в итоге отстаивание собственных репродуктивных интересов в борьбе с особями своего пола.
– Какие – либо моральные обязательства перед женщиной, с которой произошло сближение, рассматриваются как неуместные, так как якобы противоречат естественной склонности мужчины спариться с как можно большим числом самок.
Не меньше вреда приносят и последствия развёртывания конфликта между полами, возникшего в результате популяризации описанной идеологии. Одним из первых таких отрицательных последствий, как это обычно происходит в мире животных, стало развитие в женском сообществе контр – адаптации в ответ на данный вызов. К сожалению, она оказалась по большей части недифференцированной, т.е. все мужчины сваливались в одну кучу как класс, угрожающий интересам женщин.
Причина такой неразборчивости опять-таки оказывается во многом связанной с продвижением кем-то своих финансовых интересов в ущерб истине. В самом деле, какой психолух или просто досужий блоггер станет писать о строго определённой группе мужчин? Ведь это же ставит его в конкурентно невыгодное положение по сравнению с теми авторами, которые пишут обо всех мужчинах сразу!
Естественно, этот эффект только усиливался по механизму своего рода положительной обратной связи и предвзятости подтверждения за счёт уже сформировавшейся у многих женщин косности мышления после прочтения массы статей о «всех мужчинах». Или хотя бы всех «нормальных», «достойных», «адекватных» мужчинах. Будь у таких читательниц чуть побольше критического мышления, они бы либо пересмотрели свои представления о понятии «достойный мужчина», либо осознали, как то, что им представляется положительным и важным, имеет серьёзные оборотные стороны.
В итоге, значительная часть представительниц «прекрасной половины» человечества пришли к убеждению: мужчины, по крайней мере, представляющие реальный интерес, таковы по своей природе, и ничего с этим не поделать. Женские же тренинги, психолухи, блоггерши и т.д. излагали стратегию адаптации к животно-похотливой природе мужика примерно так: «Хочешь? А я хочу видеть, как мой мужчина вкладывает свои ресурсы в свою семью, своих детей, ну а для начала, в свою женщину. Иначе это не мой мужчина». Или что-то в этом роде.
Но потом пришли ещё более ушлые психолухи, инструкторы и т.д., которые открыли «школы стерв», где женщин обучали «усовершенствованному» варианту приведённой выше схемы приспособления к природному непостоянству мужчин. Ухаживает мужчина за тобой? Так не надо ему говорить: «Ты хороший парень, но у нас ничего не будет». Пускай надеется! И даже если ты на 100% уверена, что никогда не выпьешь столько, чтобы лечь с ним в койку и всё такое, зачем отказываться от такого заботливого, пусть и безответно влюблённого «друга»? Пользуйся им, пока у тебя есть такая возможность! Потом, его же никто не заставляет за тобой бегать, и ему никто ничего не обещал, верно?
По мере роста популяции очаровательных женщин, хорошо освоивших такие приёмы, поле битвы полов оказывалось усеянным всё большим числом жертв мужского пола, потерявших большие средства и нервы, прежде чем они поняли, как их попросту развели и использовали. Теперь инструкторам пикапа и тому подобного было ещё проще убеждать робких молодых людей, недоумевавших: разве хорошо так поступать с девушкой? Однако дальше всех, пожалуй, в этом направлении пошёл один провинциальный инженер, зарекомендовавший себя как крупный специалист в области... мизогинии.
Свой опус он претенциозно озаглавил «Женщина. Руководство для мужчин». Этот эпический труд фактически состоит из двух частей. В первой автор пытался подвести под своё сочинение солидный этологический и антропологический фундамент. При ближайшем же рассмотрении данный раздел представляет собой пересказ чужого видения (причём, увы, отнюдь не самого достоверного фактически) истории взаимоотношений полов, начиная с древнейших времён, щедро разбавленный досужими фантазиями самого автора.
Вторая же представляет, по сути, перевёрнутое заменой полов повторение ошибки женщин, которые, начитавшись статей женских тренеров и различных психолухов о коварстве мужчин, сделали выводы обо всех мужчинах как классе. Автор обсуждаемого руководства для мужчин представляет женщину как существо по своей натуре алчное, продажное, лживое, склонное к обману и манипуляциям, а потому изначально не заслуживающее доверия независимо от её поведения. И, конечно же, по его мнению, место женщины – кухня и спальня. Так как если она пытается сделать карьеру, то уже не сможет реализоваться как самка.
Свою домостроевскую проповедь автор женоненавистнического опуса преподносит как серьёзную науку. Однако к своим заключениям он приходит весьма сомнительным с методологической точки зрения способом. По сути, его выводы касательно женщин основываются на «историях из жизни», т.е. байках, рассказанных ему мужчинами, так или иначе пострадавшими от «женского произвола». Даже если предположить (в чём на самом деле нет оснований быть уверенным) исключительную правдивость его рассказчиков и корреспондентов, сам принцип построения умозаключений в данной ситуации содержит элементарную логическую ошибку, за которую должно было быть стыдно даже школьнику. Рассуждения, по сути, ведутся по схеме: «так как некоторые объекты класса Ж обладают свойством ТП, то, получается, все они такие». Однако в действительности это никоим образом не исключает существование в природе такой Ж, которая не ТП! Возможно, автор просто такую не искал, или, даже случайно встретив, не был способен или достаточно мотивирован разглядеть.
Джонни поймал себя на мысли, что, рассуждая таким образом, он мог бы счесть всех психопатами – ведь он знал достаточно много примеров импульсивного и бессердечного поведения разных людей. Собственно, подобным образом, наверное, Никколо Макиавелли в своё время пришёл к циничным выводам о природе человека. Однако Макиавелли занимался политикой, а в этой сфере люди особо не стеснялись в средствах, как в те времена, так и теперь. Подобным образом, некорректно распространять выводы, сделанные на основании историй взаимодействия с женщинами, демонстрировавшими особо деструктивное поведение, на всю женскую популяцию. Ситуация усугублялась отсутствием у господина инженера людских душ систематических представлений о разнообразии черт человеческой личности, хотя бы на уровне девушек с форумов по соционике. Владение такой классификацией помогло бы ему отделить зёрна от плевел, хороших женщин от плохих. А впрочем, он в этом в любом случае не чувствовал потребности – для него все женщины были по определению низшими существами.
Однако восторженных поклонников его словотворчества это не смущало. Они теперь знали, кто их подлинные враги: женщины. Но невдомёк этим мужчинам было, сколь негативную роль играл в их жизни этот кумир и ему подобные. Ведь проповедуемая им идеология в значительной мере закрывает для них возможность построить полноценную личную жизнь. В самом деле, если более «доминантный самец» может заманить женщину ресурсами (реальными или ложно афишируемыми), то этим людям остаётся только найти ту, которая их примет и оценит такими, как есть, и ради подлинного душевного союза будет готова испытывать несколько большие житейские неудобства, нежели другие женщины. Однако это требует доверия и открытости со стороны мужчины, а не враждебно – параноидной мизогинии, проповедуемой автором «руководства».
Знакомство с подобными материалами различных психолухов, тренеров, коучей, а также блоггеров и сочинителей типа упомянутого инженера – женоненавистника, производило на Джонни неоднозначное впечатление. С одной стороны, они вызывали у него насколько сильное омерзение, что ему противно было их читать даже по диагонали. С другой – они позволили ему сформировать более детальное представление об окружающем его мире зла, противостояние с которым составляло основное содержание его деятельности.
Одной из центральных составляющих этого зла представлялась ему идеология, согласно которой основное предназначение мужчины – человеческого самца заключалось в том, чтобы выиграть в крысиных бегах с себе подобными. И ведь многие действительно пытались жить по такому принципу, словно постоянно меряясь пиписьками с другими. Цель участника гонки сводилась, по сути, к максимальной эскалации потребления, когда люди стремились к обладанию многими вещами лишь ради того, чтобы продемонстрировать другим способность себе это позволить.
Приносило ли это победителям реальную радость жизни? С одной стороны, сами многие участники забега грезили, как успех откроет им доступ к самым шикарным человеческим самкам. В то же время, с таких животных позиций женщина представлялась не более чем куском мяса для удовлетворения похоти. Ведь, согласно учению пресловутого инженера, предназначение мужчины заключалось в оплодотворении как можно большего числа самок. И с этой точки зрения уже оказывалось не просто глупо, но противоестественно держаться позиции «я её люблю, и другая мне не нужна». Для самих же женщин в марках такого подхода мужчина представлялся в первую очередь источником материальных благ, «ходячим банкоматом», а не живым человеческим существом.
В то же время, когда Джонни слушал одного из ведущих экспертов в области изучения близких отношений, Джона Человека Божия, тот неустанно повторял, как важно, чтобы партнёры были в первую очередь друзьями. Как утверждал данный специалист, о своём партнёре следует знать, в частности:
– Кто его лучшие друзья, и какие люди его больше всего раздражают;
– Какие проблемы он переживает в настоящее время;
– Его заветные мечты и жизненную философию;
– Кого из своих родственников он любит меньше всего.
Кроме того, согласно мнению упомянутого эксперта, по-настоящему близкого человека слушаешь уважительно даже тогда, когда с ним не соглашаешься, и вам всегда интересно поговорить друг с другом.
Однако такой взгляд был едва ли не полной противоположностью проповедям, исходящим от гуру пикапа, инженера и иже с ними. В их учениях, самым ужасным для мужчины было стать другом женщины. Для них это лох, которого просто используют. И даже когда у них нет совершенно никаких оснований заявить, что человека используют как «банкомат» или источник бесплатной рабочей силы, его объявляют «эмоциональной помойкой», в которую сливают весь негатив по поводу отношений с действительно полноценными мужчинами.
Здесь, конечно, может возникнуть вопрос, почему же тогда в общении с настоящим мужчиной столько негатива, что его нужно регулярно кому-то сливать, однако главное даже не в этом. Ужаснее всего, наверное, то, как мужчинам, и в первую очередь молодым, прививается взгляд на женщину как на дырку от человека, предназначенную для удовлетворения сексуальных потребностей.
Другой важной составляющей подлинной любви является преданность, готовность всегда оставаться рядом с человеком, что бы с ним не случилось. Но инструкторы многочисленных тренингов и писатели книжек «помоги себе сам» проповедуют, опять-таки, диаметрально противоположные установки. Они наставляют своих адептов решать вопрос о продолжении или прекращении отношений исключительно на уровне сравнения альтернатив. А самой большой и позорной глупостью объявляется сильная привязанность к другому, и особенно «любовная зависимость». Человек, который не может найти в себе силы отказаться от того, к кому испытывает сильные чувства, объявляется чуть ли не психически нездоровым.
В результате, в жизни даже самых успешных, тех, кому завидовало подавляющее большинство остального населения, не было настоящей любви. Нет, разумеется, у них практически всегда были очень привлекательные для многих половые партнёры. Некоторые умудрялись встречаться даже с несколькими параллельно. Но уместно ли говорить о настоящем чувстве к партнёру, чей внутренний мир тебе толком не известен и даже не интересен? Или когда ты, как бы ни клялся в любви к конкретному человеку, всегда готов переметнуться к другому, если тот сумеет доставить тебе более острые ощущения от физической близости?
Некоторые, конечно, по-прежнему придерживались традиционной терминологии, предпочитая называть свою возню по поводу удовлетворения в первую очередь сексуального драйва (мужчины) или неоправданных материальных потребностей (женщины) в отношениях любовью. У кого-то даже могли взыграть эмоции, вызывая кратковременные проблески добрых, искренних человеческих чувств. Однако в основе их обычно лежал романтический самообман, когда в не познанном толком человеке видели того, кого хотели увидеть. Такие иллюзии нередко разбивались вдребезги о слова «дорогих и любимых»: «между нами ничего серьёзного не было, нет и быть не могло. Не знаю, зачем ты себе всё это придумала». В результате, больно раненые сердца заживали всё более грубыми шрамами цинизма. Те же, чьи раны подолгу не затягивались, становились лёгкой добычей всё более многочисленной орды психотерапевтов.
Впрочем, как бы горько ни плакали богатые, в любом случае отнюдь не судьбами этих успешных с житейской точки зрения людей были заняты мысли Джонни. Ведь для него, с его представлениями о социальной справедливости, они и без того смогли урвать диспропорциально много жизненных благ. Его же сердце было с теми, у кого не было практически ничего и никого. В современном ему мире, где то, что у тебя, ценится гораздо больше того, что есть в тебе, их материальные лишения усугублялись презрением окружающих.

00:18 

Потреб***ство



Люди покупают вещи,
которые им не нужны,
на деньги, которых у них нет,
чтобы произвести впечатление
на людей, которых они не любят

Если задуматься о вероисповедании, преобладающем среди людей, населяющих европейскую часть бывшего СССР, сразу приходит на ум слово, вынесенное в заголовок статьи. Конечно же, значительная часть считают при этом себя правоверными христианами. Однако даже бог их номинальной, традиционной религии выступает для многих из них фактически объектом потребления. Подобно тому, как некоторые мужчины платят женщинам лёгкого поведения за известные услуги, эти люди пытаются приобрести благосклонность всевышнего в обмен на пожертвование материальных ценностей, прибегая к помощи посредников – служителей церкви, а также через соблюдение обрядов.
Но имеет ли смысл вообще обсуждать засилье в современном обществе культа потребления? Ведь это в некотором роде личное дело его приверженцев. В конце концов, у нас свобода совести. Кроме того, читателей, следящих за работами автора, может удивить отступление от традиционной темы – поведения и внутреннего мира представителей тёмной триады и вообще людей, демонстрирующих деструктивное поведение. Однако такое отступление не случайно, да и не является на самом деле уходом от привычного круга вопросов, а скорее представляет собой попытку посмотреть на неё с несколько непривычной стороны и наметить возможные обобщения.
Иногда для того, чтобы понять, почему и как то или иное социальное явление приносит вред людям, имеет смысл сопоставить его с более очевидным злом. И здесь на помощь может прийти изучение психопатологии. Основное назначение этой области знаний – исследование душевных расстройств с целью найти пути их лечения или коррекции. Кроме того, патологические проявления человеческой психики представляют интерес как крайние выражения нездоровых схем поведения, нередко демонстрируемых «нормальными» людьми в повседневной жизни. И в этом отношении представители тёмной триады представляют особый интерес как реальное воплощение того, что мы привыкли называть «злом» в человеческой личности.
Но насколько обоснованно в этом случае проведение параллелей с психопатологией? Почему поведение некоторых индивидов можно считать *объективно* социально нездоровым? Быть может, это всего лишь «оценочные суждения» тех, кому эти люди чем-то не угодили? Ведь не секрет, как приятно бывает некоторым людям называть не согласных с ними, не разделяющих их взглядов, и особенно тех, кто их обидел, психопатами!
Чтобы ответить на поставленные в предыдущем параграфе вопросы, полезно рассмотреть ход исторического развития представлений о психопатологии на примере сексуальных расстройств. Они претерпевали значительные модификации по мере развития знаний о закономерностях полового поведения и изменения общественных норм.
Так, ещё полвека назад гомосексуализм считался болезнью (в странах Запада) или даже уголовным преступлением (в СССР). Сейчас же он рассматривается как один из приемлемых вариантов активности человека в интимной сфере.
Подобным образом, начиная с распространения в 1716 году в Лондоне анонимного памфлета «Онания», мастурбация стала считаться не только греховным и постыдным пороком, но и причиной различных органических расстройств, таких, как перманентная потеря зрения, чахотка (Роберт Кох установил подлинную причину туберкулёза много позже) и даже рост волос на ладони. Однако менее чем через три столетия, глава американской системы здравоохранения Джойселин Элдерс всерьёз рассуждала об онанизме как весомой альтернативе незапланированным беременностям американских школьниц, за что, впрочем, была вскоре уволена Биллом Клинтоном со своего поста.
Формирование такого просвещённого отношения во многом связано с прогрессом наших знаний, который иногда может быть связан с весьма неожиданными наблюдениями. Так, в ходе ультразвукового исследования американские медики обнаружили поведение ещё не рождённой девочки, которое они уверенно интерпретировали как мастурбацию до оргазма.
В то же время не могут быть признаны нормальными и допустимыми с точки зрения закона действия, не предполагающие осмысленного согласия обеих сторон. Сюда относятся как серьёзные преступления типа сексуального насилия и педофилии, так и сравнительно «безобидные» шалости (как бы ни шокированы были ими некоторые женщины, от них ещё «никто не умирал») типа вуайеризма или эксгибиционизма.
Показателен также пример фетишизма, который считается патологией лишь в том случае, если он причиняет страдание, даже если испытываемый дискомфорт фактически обусловлен негативным отношением близких фетишиста к его пристрастиям и вытекающей отсюда стигматизацией.
Приведённые примеры сексуальных девиаций иллюстрируют важную тенденцию современной психопатологии. По мере совершенствования наших знаний, отношение к различным вариантам поведения становится более терпимым, стремясь к формуле: ты можешь делать что угодно, коль скоро это не причиняет вреда другим.
И с точки зрения такого критерия многие поступки психопатов и прочих представителей тёмной триады не могут считаться нормальными ни в какой цивилизованной системе общественно-культурных координат, учитывая, какую боль они причиняют другим людям и в первую очередь своим близким.
Принимая во внимание сделанные замечания, представляется интересным проанализировать то, как характерное поведение приверженцев культа потребления отражается на других людях, а также на человеческих сообществах в целом. Для удобства дальнейшего изложения удобно выделить три пункта, которые будут затем рассмотрены по порядку:
1. Потребление вещей.
2. Потребление живой природы.
3. «Потребление» (использование) других людей.
Население планеты достигло семи миллиардов и продолжает потихоньку расти. Футурологи то и дело заполошничают, стращая обывателей мальтузианским кошмаром, когда в игру по полной вступят «естественные» биологические механизмы ограничения популяции, такие, как голод и эпидемии. Словно пытаясь предотвратить подобное развитие событий, западные «благотворительные» организации готовы раздавать даром африканским мужчинам презервативы, дабы на свет появлялось меньше голодных детей (значительная часть которых к тому же оказываются инфицированными вирусом иммунодефицита человека). (Слово «благотворительные» здесь взято в кавычки, т.к. деятельность таких структур обычно сводится, по сути, к эксплуатации обострённой сердобольности отдельных людей, которой те не могут найти более конструктивного применения, нежели пожертвование своих кровных наживающимся на них дельцам).
Казалось бы, логичные меры, призванные ограничить количество лишних ртов? Но вот что удивительно: Например, даже в такой явно небогатой стране, как Россия, имеется некоторое число так называемых олигархов, каждый из которых потребляет больше благ, нежели большая африканская деревня. Только им господа западные благотворители почему-то не раздают презервативы, дабы ограничить рост их поголовья! Нет необходимости, сами располагают средствами приобрести? Да видно не очень торопятся, судя по тому, как то один, то другой, сменив наложницу на более молодую, отписывает ей якобы на содержание её выводка от него круглые суммы!
Быть может, эти люди принесли огромную пользу своей Родине, которая позволила бы простить им экстравагантный стиль жизни в стране, руководство которой не в состоянии найти достаточные средства на здравоохранение и образование? Возможно, они создали для простого народа рабочие места на высокотехнологичных предприятиях, удовлетворяющих нужны населения? Увы, свои капиталы они сколотили, развивая успех воровской приватизации выкачиванием не возобновляемых ресурсов из недр родной земли, не брезгуя время от времени финансовыми махинациями!..
И это не удивительно. Многие воротилы бизнеса и руководители крупных предприятий демонстрируют черты нарциссического расстройства личности значительно чаще, нежели данная аномалия встречается в среднем по населению. Одной из ярких черт этой патологии, проявляемой, впрочем, в некоторой степени также другими представителями тёмной триады, является чувство собственной исключительности. Такой индивид считает себя неизмеримо выше и ценнее окружающего «быдла», а потому, получая щедрые блага от других людей, не считает себя обязанным что-то им отдавать. Либо имеет сильно деформированное (в свою пользу, разумеется) представление о соотношении ценности того, что он делает для людей, с тем, что они делают для него.
Оказываясь на ключевых позициях в экономике, такие типы могут оказывать очень токсичное влияние на общество. С одной стороны, для представителей тёмной триады характерно при решении своих собственных эгоцентрических задач, сколь бы малозначительными они для них ни были, не считаться с теми лишениями и страданиями, которые они принесут при этом другим людям, если те не представляются способными их за это наказать. С другой стороны, высокостатусные трутни всё больше становятся примерами для подражания. Формируется культура нарциссизма, в которой сомнительная гордость объёмом потребления требует поддержания и дальнейшего наращивания его масштабов.
Масла в огонь эпидемии нарциссизма обильно подливают лакеи – теоретики (см. также статью «Альфа – самцы» psychopaths.ru/alphamales.html ). Согласно широко афишируемым ими воззрениям, алчное и хищное поведение отражает подлинную природу «настоящего мужчины» - высокорангового самца.
Когда в средние века люди, лишённые реальных, основанных на эксперименте знаний об окружающем мире, интернализировали церковные мифы, тысячи еретиков горели на кострах.
Подобным образом, в наши дни, примитивное и некритические восприятие учения «новых атеистов», и в первую очередь рьяных социал-дарвинистов, деформирует сознание обывателей. В результате многие проникаются представлением о людях как биороботах, участвующих в состязаниях по тиражированию собственных генов.
Однако сделает ли такое «следование природе» счастливыми хотя бы победителей турнира? Допустим, им удалось не раз продлить свой род за пределами собственной ячейки общества. Однако их «сторонние» дети, на которых их матери, вероятно, щедро выместят свои фрустрации по поводу не сложившейся личной жизни, скорее всего станут смотреть на них лишь как на «мешки с баблом», которое с них можно и нужно поиметь. Законные же дети также, скорее всего, будут не в восторге от перспективы делиться с «ублюдками».
И если таково отношение родных детей, что же тогда говорить про конкурентов и тем более «неудачников», считающих их классовыми врагами? В этом отношении показательны эмоции, испытываемые многими людьми, когда они узнают из СМИ, как какой-нибудь известный банкир преждевременно закончил свои дни. Ведь даже у сердобольных по своей натуре людей эмпатия носит по большей части внутривидовой характер. А потому судьбы тех, для кого ты низшее существо, вроде скота, уже не трогают подобно тем, с кем можно себя в том или ином смысле идентифицировать.
Казалось бы, наращивание потребления должно расширять возможность получать радость от жизни? Однако здесь преградой становятся уже внутренние механизмы человеческой психики, такие как феномен гедонистической беговой дорожки. Поэтому достаточно достоверно установлен факт, что расширение материальных возможностей и следующая за этим эскалация потребления не делают человека ощутимо счастливее за пределами некоторого разумного минимума, обеспечивающего его действительно объективно необходимым.
Кроме того, резко неравномерное распределение материальных богатств не только оказывается нерациональным с социальной точки зрения, т.к. препятствует оптимальному использованию их максимальным числом людей, но и попирает базовые представления о справедливости. Применительно к последнему обстоятельству здесь важно отметить два существенных момента (см. также статью «Гроздья гнева» psychopaths.ru/wrath.html ):
1. Устроители тренингов и авторы пособий о том, как получить себе как можно больше, отдавая как можно меньше, любят кивать на якобы относительность понятия о справедливости. Мол, то, что кажется справедливым одним людям, вовсе не представляется таковым другим. Да, безусловно, в ряде ситуаций действительно трудно сформулировать чёткие критерии. Кроме того, хорошо известна тенденция человеческой психики преувеличивать собственный вклад. Особенно ярко такую склонность демонстрируют индивиды с нарциссическими чертами. В то же время, во многих случаях понятие о справедливости не приводит к неоднозначности и допускает чёткую операционализацию. Например, простой и эффективный критерий справедливости оценки деятельности заключается в том, чтобы два человека получали одно и то же вознаграждение за одинаковый выполненный объём работ.
2. Стремление к справедливости не было придумано К. Марксом и Ф. Энгельсом. Нравится это кому-то или нет, но оно заложено в биологической природе человека, о чём свидетельствуют, скажем результаты опытов с обезьянами, которые отказываются выполнять работу за меньшее вознаграждение, нежели получает их сородич, находящийся в аналогичной ситуации.
Попробуем посмотреть с учётом сделанных замечаний на мир глазами человека, вступающего во взрослую жизнь, «юноши, обдумывающего житьё». Мир манит его яркими красками своих богатств. Однако чтобы наполнить ими свою жизнь, нужны материальные средства, причём немалые. Но где же их взять молодому человеку, если он не «мальчик – мажор» и у него нет нужных связей, которые открыли бы перед ним двери высшего общества?
Те, кто верит в себя, настроен реалистично и решительно, прекрасно понимают: добиться успеха без насилия и обмана практически нет шансов. Ведь если подходить по-честному, нужно долго и серьёзно учиться. Однако в этом случае ты долгие годы будешь бедным студентом, и тогда практически все радости жизни, неизбежно имеющие в обществе потребления внушительный ценник, останутся для тебя недосягаемыми. Можно ещё много работать, дабы обеспечивать себе попутно более-менее достойный материальный уровень, однако тогда сравняешься, по сути, с другими нынешними студентами, которые покупают себе рефераты, курсовые и даже отличные оценки на экзамене, однако имеют, как правило, значительно более низкий уровень реальных знаний, нежели их предшественники в советское время. Но смысл тогда так учиться, если диплом тоже, в принципе, можно попросту купить?
Есть ещё вариант, конечно, попытаться лезть из кожи вон, сочетая учёбу и работу с раннего утра до позднего вечера... но ведь это всё ради дела, т.е. по сути, денег, а где же тогда радости жизни? Отложить их на потом, до лучших времён? А ведь так хочется прямо сейчас, да ещё всякие психолухи и мотивационные ораторы поучают: живи здесь и теперь, ведь завтра может не быть!..
Да и потом, как ты ни пытайся по-честному, скорее всего, не получится вон как у некоторых... Но если у кого-то другого что-то есть, то человек, впитавший ценности нарциссической культуры, считает себя и подавно достойным иметь не меньше, чего бы это ни стоило окружающим. Подобные установки толкают многих на конфликт с законом, в котором, к счастью, пока последовательно не прописаны особо грандиозные потребности отдельных индивидов. Ну а коль скоро оказался человек на этой дорожке, он так и катится вниз по пути моральной деградации, ибо это нонсенс, чтобы наши тюрьмы кого-то реально исправляли, вдохновляя жить по совести.
Некоторые вначале держатся молодцами, сопротивляясь соблазнам (видимо, сказывается приличное воспитание), однако оказываются на пагубной тропинке окольным путём – слишком сильными оказываются искушения. Заходит юноша в скайп, а там ему звонит «Ольга из Форекса», которой прям не терпится, видно, рассказать ему, как он может быстро разбогатеть, не отягощая себя никаким полезным трудом. Потом идёт на видео-сервис youtube, где снова тот же форекс. И, естественно, корпорациям Microsoft и Google соответственно, деньги не пахнут. Ведь если бы они внюхивались, за что получают плату от своих «уважаемых рекламодателей», то задохнулись бы в моральном смраде. А так бабла у них куры не клюют, и они сидят на жопе ровно, а что их деловые партнёры кого-то обманули, так это ведь сугубо личные проблемы наивных пострадавших, верно?
Нет покоя от рекламы мошенников и в социальных сетях, где жуликов пруд пруди – от классического, непотопляемого в гнилом болоте нашей экономики МММ, до МЛМ – нечисти рангом поменьше, типа проекта «рублик». «Радуют» своими тренингами и местные лакеи заморских воротил от слова «вор» – от Сороса до Кийосаки. И даже электронный почтовый ящик манит своим спамом про бинарные опционы, «пассивный доход» и прочие аферы.
Тех же, чьи юношеские, не созревшие ещё вполне лобные доли выдержали натиск лохотронов, подстерегают со своей ненавязчивой рекламой более солидные финансовые структуры: «Не откладывай жизнь на завтра! Возьми кредит и будь со своей мечтой сегодня! Ведь ты этого достоин, не правда ли?»
А когда наступает час расплаты за неосмотрительный порыв, антисоциальное поведение уже не выглядит таким предосудительным, когда альтернатива ему – батрацкий труд в долговой яме по гроб жизни. И мир, в котором обманули не только глупых, наивных лохов где-то там, но и тебя, всегда такого разумного и расчётливого, уже не представляется таким справедливым местом, где каждый получает по заслугам! А потому, получается, можно и нужно нарушать его законы!
Конечно, некоторым в итоге удаётся преуспеть. Однако в странах, где общественно-полезный труд – удел презренных гастарбайтеров и неудачников, «быдла», а потому общий объём реальных товаров и услуг сильно расти не может, если у некоторых, небольшой кучки, почти всё, то у многих, – почти ничего.
В такой ситуации у значительной части молодых людей – тех, которые нечестно жить не смогли, а иначе стало просто невыносимо, жизнь свалилась в депрессивный штопор. Или ступор – кому какая аллегория ближе. Выйти из которого они нашли в себе силы только с крыши или через окно,– безвозвратно из самой своей постылой жизни, в которой нет, да и не будет уже ничего радостного. Оставшиеся же продолжали механически отбывать номер на беспросветной, унизительной работе. А в часы досуга пытались прятаться от реальности, терзавшей их мыслями о собственной никчёмности, в придуманный мир полуголых японских школьниц, компьютерных игр и т.д. Но даже в том вымышленном мире они не могли быть собой, т.к. будучи воспитаны в ценностях этого реального мира, не были способны воспринимать себе подобных иначе как «чмо».
Так шли годы. И болезненные столкновения с иной, «успешной» действительностью других всё больше напоминали им не только о «у меня не так», но и о «так, как у них, у меня уже точно никогда не будет». Порядком надоевшие игры и прочие фантазийные жанры уже не были способны в достаточной мере изменить сознание – для этого требовались всё возрастающие дозы алкоголя. И теперь уже встречи со многими людьми напоминали о суровой реальности больно бьющими по сердцу словами «да ты ещё и алкаш»... Это, в свою очередь, вело к ещё большей социальной изоляции в редеющей (за счёт физического вымирания) компании себе подобных, а то и к полному, беспомощному одиночеству, дополнительно осложнённому необратимым угасанием здоровья. Человеку теперь уже практически ничего не хотелось, и было просто физически плохо. А в такой ситуации ему уже не могла, да и не стремилась особо, помочь медицина, имеющая в сложившейся социально-экономической ситуации возможность полноценно лечить лишь тех, кто в состоянии хорошо заплатить.
При других обстоятельствах человек, которому не удалось достичь высокого уровня благосостояния, мог бы найти утешение в содержании своего внутреннего мира. Однако будучи по своей природе социальными существами, люди испытывают потребность поделиться своими мыслями, переживаниями, открытиями с другими.
Но для возникших на территории бывшего СССР обществ потребления характерно, с одной стороны, многократное разрастание общей массы информации, а с другой – существенное снижение уровня фундаментального образования и культуры мышления.
А потому обычные, «нормальные» люди, среднестатистические обыватели, будучи взрослыми, получают большую часть сведений об окружающем мире даже по таким важным вопросам, как собственное здоровье, по сути, из рекламных материалов. Будучи не в состоянии оценить сыплющуюся на них по разным каналам информацию по существу, они вынуждены судить о её правдоподобности, ориентируясь на статус источника.
Поэтому мы имеем ситуацию, когда сообщаемая тобой информация считается верной или нет в зависимости от того, чего ты достиг в своей жизни, независимо от фактического наличия или отсутствия у тебя специальных знаний по обсуждаемым вопросам. И если человека считают «неудачником», его воспринимать всерьёз никто не будет, сколько бы он ни лез из кожи вон. С другой стороны, этим обстоятельством нередко пользуются самые разные крепко нечистые на руку деятели – от орды рекламодателей до лидеров религиозных культов, для удовлетворения жажды наживы и власти за счёт своей доверчивой аудитории, когда привлекают в свои PR-акции знаменитостей.
В этом отношении показателен следующий «заморский» пример. Саентологическая церковь – очень богатая организация. А потому может позволить себе ради популяризации своего учения прибегать к услугам очень дорогих проституток (не обязательно в сексуальном, но также в широком, общечеловеческом смысле). Одним из удачных приобретений такого рода для саентологической церкви стал американский актёр Том Круз. Руководству секты даже не пришлось платить артисту те многозначные суммы, которые он обычно получает от киностудий. По сути, саентологи поймали Тома Круза на крючок его собственного нарциссизма. И это можно было бы считать сугубо личной проблемой актёра, если бы не одно существенное «НО»: как преданный адепт своей религиозной организации, разделяющий основные положения её учения, он оказался втянутым в идеологическую войну, которую саентологическая церковь ведёт уже несколько десятилетий против психиатрии.
Естественно, руководство секты преследует при этом свои вполне определённые цели. Среди людей с душевными расстройствами некоторые имеют значительную собственность, с которой их, в силу их состояния, проще «уговорить» расстаться под предлогом добровольного пожертвования в пользу церкви, нежели нормального человека. Но вот незадача: этому мешают психиатры, пытающиеся вернуть таких пациентов к реальности.
Несомненно, для многих Том Круз хороший актёр. И с этим трудно спорить, так как во многом оценка его мастерства является вопросом личных вкусов зрителей. Однако иногда он позволяет себе публичные высказывания, несущие значительный вред многим людям. Так обстояло дело, например, когда он критиковал актрису Брук Шилдс, которая, пытаясь вылечиться от послеродовой депрессии, принимала препарат Паксил. Как отмечали многие специалисты, подобные заявления популярного актёра в значительной мере способствуют формированию в массовом сознании представление о страдающих аффективными расстройствами как слабых, безвольных людях, стремящихся уйти от решения реальных проблем своей жизни, глуша их психотропными препаратами, такими как антидепрессанты.
Действие слов Круза на аудиторию усиливалось безапелляционной уверенностью, с которой он говорил телеведущему в ходе интервью: «Ты, Мэтт, не знаком с историей психиатрии, а я её изучал!» И не беда, что Том Круз владеет этими вопросами лишь на уровне материала пропагандистского «документального» фильма: «Психиатрия: Индустрия смерти» (который многие могли видеть на youtube или в социальных сетях), снятого организацией, основанной сектой саентологов. Зато он уверен: «не бывает никакого химического дисбаланса <в мозгу человека>!»
Таким образом, современное общество идёт на поводу необоснованных запросов ряда людей, оставляя неудовлетворёнными насущные нужды многих других, – ситуация, которую мы будем обозначать как «патологическое потребление». Это словосочетание уместно здесь не просто как терминологическая условность, но также по существу.
В идеале, рациональное использование вещей должно быть таким, чтобы оптимизировать их совокупную стоимость владения. Например, если вещь можно отремонтировать в несколько раз дешевле, чем покупать новую, то разумнее чинить, нежели приобретать замену. По крайней мере, если срок службы отремонтированного товара до выхода из строя не станет значительно меньше, либо значительно превысит период до морального устаревания.
Но те, кто располагает большими средствами, конечно же, не придерживаются этого принципа. Они нередко избавляются от не просто вполне функциональных, но практически новых или даже совершенно не использованных вещей, т.к. пока собирались ими реально пользоваться, приобретения успели выйти из моды. Особенно ярко это проявляется в случае одежды, когда не только вполне функциональные товары в итоге выбрасываются, но и существует целая, по сути, паразитическая индустрия моды + обслуживающие её рекламные сателлиты, постоянно получающие большой доход за выпускаемые новые модели + инвестирующие значительные средства в «раскрутку», в агитацию покупателя приобрести то, что ему, по сути, не нужно.
Конечно, в принципе капризы богатеньких в плане тряпок и прочих промтоваров можно было бы частично компенсировать за счёт вторичного рынка. Однако его фактическая реализация у нас оказывается ужасной в силу ряда причин:
- Длинная цепь алчных, паразитических по своей сути посредников, из-за которых покупка б/у товаров часто попросту себя не оправдывает;
- Чудовищный обман, царящий практически повсюду на вторичном рынке, приносящий массу негативных эмоций покупателям, которые слишком часто оказываются обманутыми, особенно в ситуациях, когда трудно по внешнему виду оценить потребительские качества товара;
- Унизительная стигма в обществе потребления для покупателей секонд-хенда как людей второго сорта. Находятся многочисленные психолухи и прочие мотивационные авторы, любящие путать местами причину и следствие, утверждая: «ты никогда не вылезешь из бедности, храня старьё».
Названные факторы, а также ряд других, в итоге приводят к тому, что вполне ещё функциональные вещи уничтожаются или выбрасываются, а нуждающиеся продолжают испытывать недостаток.
Таким образом, применительно к непродовольственным товарам индустрии приходится работать в нерациональных условиях, производя вещи, которые утилизируются, не исчерпав свой ресурс.
Однако если такое избыточное потребление заставляет функционировать производственные мощности и людей занятых на них вхолостую, ещё хуже обстоит ситуация с живой природой. В результате неразумного использования люди наносят ей серьёзный ущерб, который может негативно отражаться на здоровье и благополучии всего населения планеты.
Особенно трагически это проявляется, когда в результате бездумной деятельности вымирают многие биологические виды. Конечно, кто-то может заявить, что ему от поддержания биоразнообразия ни тепло, ни холодно. Однако в действительности такую позицию можно считать проявлением не только чёрствости, но и неосведомлённости. Людям приходится противостоять не только себе подобным в битве за место под солнцем, но также различным вирусам и даже клеткам собственного организма, испытавшим злокачественное перерождение и стремящимся поставить себе на службу механизмы репликации. И в такой ситуации, когда человеку не могут помочь сами по себе ни власть, ни обладание материальными ценностями, порой приходится полагаться на ресурсы, накопленные в уникальных природных кладовых растительного мира, которые в настоящее время только начинают осваиваться. Так, недавно в Америке для лечения рака груди (поражающего каждую восьмую женщину в США; к моменту обнаружения у двух третей пациентов процесс распространяется на ближайшие лимфатические узлы) был одобрен препарат таксол, впервые добытый из коры Тиса коротколистного (для лечения одного больного требуется шесть столетних деревьев). Он также показал свою эффективность при лечении злокачественных образований яичников, шейки матки, толстого кишечника, лёгких, предстательной железы и кожи. И таксол не является исключением – каждое четвёртое из выписываемых врачами в настоящее время лекарств содержит ингредиенты, изначально полученные из растений.
Другим важным относящимся сюда моментом является употребление человеком в пищу специально убитых с этой целью животных. Автор не собирается агитировать читателя в пользу той или иной позиции в этом вопросе, считая это предметом индивидуального морального выбора. Тем не менее, хотелось бы отметить пару аспектов ситуации, которые представляются существенными, и в то же время, вероятно, не знакомы людям, не обладающим специальной подготовкой.
1. Когда мы принимаем пищу, фактически смысл этого действия сводится к тому, чтобы получить для поддержания нашей жизнедеятельности достаточную энергию, приходящую в конечном счёте от Солнца. Растения связывают в своих тканях посредством фотосинтеза менее одного процента энергии солнечных лучей, падающих на Землю. Далее организмы на суше и в водоёмах выстраиваются в цепи питания, где представители следующего трофического уровня поедают находящихся на предыдущем. При этом лишь порядка 10% энергии оседает в тканях организмов следующей ступени (правило Линдемана). Таким образом, планета способна прокормить гораздо больше людей, употребляющих растительную пищу, нежели мясоедов.
2. Последние годы, приходя в магазины (и особенно на рынки, где к продавцам обоснованно меньше доверия) приходилось наблюдать, как любители колбасы нередко недоверчиво косились на вожделенный продукт. Чего же они так боялись? Ответ на этот вопрос невольно проясняется, когда видишь на некоторых сортах зелёный листочек с надписью: без сои. Однако это вызывает некоторое недоумение. Ведь в соответствии с изложенным в предыдущем пункте аргументом, по идее, поедание сои должно быть экологичнее по сравнению с употреблением мяса! Так чем же тогда оказалась так страшна эта бобовая культура для любителей колбасы?
Наверное, каждый, кто когда-нибудь пытался есть изделия из соевой муки, ничего в них не добавляя, знает, насколько невкусным может быть продукт без вкуса, цвета и запаха. Но тогда любители колбасы могли бы попробовать разные бренды «на удачу» и особо невкусные попросту не покупать! Быть может, туда намешаны вредные для здоровья красители и ароматизаторы, придающие сое вкус мяса? Но тогда это проблема контролирующих инстанций, позволяющих производителю использовать добавки, не указанные на упаковке.
А может, покупателя смущает тот факт, что соя дешевле мяса, да ещё к тому же гигроскопична, т.е. впитывает много воды? Однако тогда, если бы всё было по-честному, можно было бы выпустить более дешёвую колбасу, и покупатели были бы сыты и довольны... Но нет, как выясняется, причина категорического отказа многих людей покупать колбасу с соей, заключается в другом: по их мнению, соя очень вредна для здоровья!
Чем же так напуганы обыватели? Оказывается, как они узнали из телепередач, а также газетных и интернет – публикаций, согласно последним исследованиям отечественных учёных, у людей, употребляющих в пищу генетически модифицированные соевые продукты, могут родиться ужасными мутантами их потомки до седьмого колена (то есть, это если у дефективных потомков вообще кто-то (или что-то?!) родится, конечно). Можно представить себе кошмар этих людей, представлявших, как после поедания за праздничным столом колбас, содержащих «растительный белок» с пресловутым «рыбьим геном», у них родятся дети, например, со сросшимися нижними конечностями, как у русалок!
А впрочем, согласно тем же «авторитетным источникам», после употребления сои в пищу даже само появление на свет их потомства находится под большим вопросом. Ведь, как там указывается, даже без генной модификации такие продукты содержат вещества «наподобие женских половых гормонов». А потому после их употребления в пищу у мужчин снижается содержание сперматозоидов в семенной жидкости, и к тому же ещё ослабевает потенция, да и у женщин развивается бесплодие... если тех и других не поразит раньше рак репродуктивных органов!
Хотя, наверное, любителям колбасы с соевой начинкой в любом случае было бы уже не до подрастающего поколения. Их жизнь была бы так быстротечна! Ведь согласно «последним данным из западных научных источников», приводившимся в тех же телепередачах и публикациях, «один год активного употребления соевых продуктов в пищу сокращает жизнь человека на пять лет».
Но каковы реальные основания для таких опасений? Прежде чем ответить на этот вопрос, важно разделить его на ключевые составляющие. Как любил говорить вождь славного государства, в котором благодаря ему всё путём (только большой вопрос: куда? не на свалку ли истории?), мухи отдельно и котлеты отдельно. Продукты из сои отдельно и корпорация Монсанто отдельно.
Наверное, нет смысла обсуждать здесь в подробностях истории местных биолухов о том, как маленькие крысята пухли и дохли после поедания их кормящими матерями ГМ – сои. Хотя им и удалось раздуть некоторый скандал, выходящий за рамки отдельно взятой обиженной богом страны, их результаты никто не подтвердил и соответственно ни одна западная инстанция, принимающая организационные решения относительно внедрения ГМ – продуктов, ни от чего не отказалась. Скорее, стоит отметить печальный факт, что после того как новые, дерьмократические власти посадили в 90-е годы значительную часть учёных на голодную диету, в двухтысячные годы остатки науки на территории бывшего СССР превратились в продажную девку капитализма, которой подачки в виде грантов и прочих финансовых вливаний гораздо важнее выяснения объективной истины.
В цивилизованном же мире специалисты по большей части достигли консенсуса, согласно которому «после выращивания ГМ растений в течение 14 лет на территории более двух миллиардов акров (1 акр – единица площади чуть более 4 тысяч квадратных метров) не наблюдалось вредного воздействия на здоровье или окружающую среду».
В то же время, негативные побочные эффекты встречаются даже при традиционной селекции растений. Так произошло, например, когда был выведен сорт сельдерея с высоким содержанием псораленов, препятствующих повреждению растений вредителями. У некоторых сельскохозяйственных рабочих, собиравших эту культуру, развилась сильная сыпь.
Ну а коль скоро у нас нет оснований считать ГМ-сою особенной, перейдём к опасности «натуральной» сои. Не иначе, господь бог придумал эту культуру для контролирования численности жёлтой расы! В самом деле, представляете, если бы японцы и (о ужас!) китайцы не употребляли регулярно этот чудовищный продукт, сокращающий продолжительность жизни в пять раз, они жили бы по триста – четыреста лет, да ещё и размножались бы всё это время! А так им мало того что срок жизни укоротили, так ещё и наслали на них импотенцию и бесплодие, плюс ещё усыхание мозга от соевых продуктов, чтобы они могли сообразить что и куда вставить только применительно к электронным приборам! Не удивительно потому, что у них столько хикикомори развелось, которые уже никуда кроме hi-tech девайсов вставлять особо и не пытаются!
Если же говорить о более реальной оценке влияния соевых продуктов на организм, то, вероятно, подобно другим «функциональным» продуктам, содержащим биологические активные вещества, такие как фитоэстрогены, они могут иметь негативное побочное действие на ряд людей. Особенно это касается тех, кто страдает нарушениями функций щитовидной железы и прочими эндокринными расстройствами. И в этом плане даже доброкачественные эпидемиологические данные по странам Юго-восточной Азии не являются достоверным показателем полной безопасности, т.к. те же японцы, например, наряду с соей употребляют большое количество морепродуктов, включая ламинарию («морская капуста»), содержащую в высокой концентрации йод.
С другой стороны, по данным мета – анализов различных клинических исследований, ни соевые продукты, ни пищевые добавки, содержащие изофлавоны (фитоэстрогены этого класса, даидзеин и генистеин, содержатся в сое) не изменяют уровень тестостерона у мужчин, а также общее количество, концентрацию и подвижность сперматозоидов.
В то же время, имеется всё больше данных, полученных в результате как изучения животных моделей, так и наблюдения человеческих популяций, указывающих на положительный эффект соевых продуктов, которые заметно снижают риск развития атеросклероза и его трагических клинических последствий, уносящих жизни более чем половины жителей стран бывшего СССР.
Таким образом, будучи эффективным средством профилактики и минимизации проявлений атеросклероза, соевые продукты фактически оказывают благоприятное влияние на мужскую половую функцию. Это связано с тем, что сосудистые нарушения являются одним из важнейших этиологических факторов развития «органической» импотенции, а мёртвый или тяжело больной мужчина в принципе не способен к сексуальной активности.
Впрочем, проведённый здесь анализ влияния соевых продуктов на здоровье человека предназначен вовсе не для того, чтобы агитировать читателя отказаться от их употребления или напротив, активнее включать их в свой рацион. Скорее, данное рассмотрение имеет целью проиллюстрировать, как легко материально заинтересованная сторона (в данном случае, вероятно, «мясники» или пищевая индустрия в целом, которой выгодней продавать более дорогой продукт) может изменить взгляды потребителя. И это проявляется даже в таких жизненно важных вопросах, как правильное питание.
Более того, рассмотренный выше пример дискредитации соевых продуктов даже нельзя назвать из ряда вон выходящим. Весьма показательна в этом отношении также, например, травля вегетарианцев сектой системно – векторной психологии ( см. статью «Психокульты: Охота на раненые души» или более psychopaths.ru/psichokult.html или подробнее «Психосекты. Ловцы раненых душ» psychopaths.ru/psycults.pdf ) . Кстати, само по себе всплывание указанного психокульта на поверхность весьма симптоматично. Оно показывает, как при помощи грамотно проведённой рекламной компании, задействовавшей кучку продажных блоггеров, можно продать участникам тренингов практически какой угодно с содержательной и идейной точки зрения трэш.
Теперь же обнаглевшая секта активно способствует стигматизации вегетарианцев, объявляя их не только приверженцами нездорового питания, но и слабыми людьми с нездоровой психикой, неспособными адаптироваться к суровой окружающей действительности. Таким образом, культ навязывает публике взгляд на отказ от поедания специально выращенных для этой цели «братьев наших меньших» как на патологию.
Однако своими успехами секта обязана не только рекламной кампании, мастерски исполненной шлюхоблоггерами. Семена, а точнее плевелы её учения проросли на благодатной почве, подготовленной в сознании населения деградацией базового образования в процессе его «реформирования» на протяжении последних тридцати лет. Смысл происходящего в своё время достаточно точно выразил министр Фурсенко (подробнее см. «Психолухи. Индустрия обмана» psychopaths.ru/psycons.pdf ): «недостатком советской системы образования была попытка формировать человека-творца, а сейчас задача заключается в том, чтобы взрастить квалифицированного потребителя, способного квалифицированно пользоваться результатами творчества других». Хотя, конечно же, г-н Фурсенко был всего лишь бюрократической марионеткой, с рвением преданной шавки выражавшей интересы стоявшего за его спиной крупного капитала, которому не нужны были компетентные и думающие потребители, способные критически оценивать то, что им втюхивают.
Особенно дорого такие недостатки образования обходятся потребителям квазимедицинских услуг, за которыми не стоит реального эмпирического понимания патофизиологических механизмов болезней и путей их коррекции, и носящих порой откровенно оккультный характер. Разумеется, такое встречается и на Западе. Так, в США шарлатанка по имени Луиза Хей умудрялась продавать десятки миллионов экземпляров опуса, выросшего из её буйных фантазий относительно этиологии различных заболеваний (подробнее см. «Психические игры психопатов и нарциссов» psychopaths.ru/psygamez.pdf ). Однако на территории бывшего СССР это направление расцвело особенно пышным цветом. К сожалению, помимо собственно дезинформации, дополнительная токсичность проповедуемых популярными книжками психосоматических мифов связана с возложением на пациента вины за его заболевание (ему, дескать, это «выгодно»!), оставляя его тем самым без так нужной ему в сложной ситуации моральной и социальной поддержки.
Однако самым непосредственно неприятным проявлением культа потребления в современном обществе является использование одного человека другим – такое взаимодействие между людьми, когда один человек получает (обычно с помощью обмана, т.к. иначе тот просто не согласится!) те или иные блага от другого, не собираясь отдавать ничего взамен. То есть, попросту говоря, паразитизм. Особенно неприятны такие проявления эксплуатации в личных отношениях, где человек использует людей, считающих его самыми близкими.
Мы не будем здесь подробно останавливаться на огромном многообразии негативных последствий такого подхода к общению – детальный анализ различных аспектов этого явления можно найти в других статьях автора (см. psychopaths.ru/staty.html ) . Перечислим лишь некоторые важные общие черты:
- Вопросы построения и развития отношений решаются на уровне сравнения альтернатив;
- Сильное, и особенно безответное чувство объявляется патологической «любовной зависимостью»;
- Люди любят не другого человека, а то, что он может им дать в отношениях. Мужчины смотрят на интересующих их женщин как на источник секса, а женщины на мужчин – как на источник материальных ценностей;
- Отсутствие реальной теплоты и заботы, подлинной любви к другому человеку, подразумевающей умение, желание и готовность поступаться своими интересами ради него;
- Многие жадно изучают поп – психологические пособия «как соблазнить девушку», «как влюбить в себя мужчину», однако не прикладывают особых усилий к тому, чтобы понять конкретного человека, его интересы и стремления.
Подводя итог обсуждению, отметим, что представленный здесь список негативных аспектов культуры потребления никоим образом не претендует на полноту обзора или на исчерпывающий отбор наиболее негативным моментов. Скорее, он предназначен проиллюстрировать, сколь неблагоприятно данный феномен может сказываться на человеке, когда имеет место безудержное потребление:
Вещей: одни люди оказываются с излишками, не приносящими им дополнительной радости и которые они безжалостно транжирят, в то время как другие оказываются лишёнными действительно необходимого;
Природы: безвозвратно теряются невосполнимые ресурсы, что приводит к необратимым потерям здоровья у значительного числа людей;
Людей: такой подход препятствует построению счастливых отношений – центрального жизненного приоритета для многих.
Поведение людей, направленное на безудержное потребление, сейчас модно представлять как не только закономерное, но и естественное с биологической точки зрения, повышающее количество ресурсов, позволяющих передать потомству максимальное количество своих генов. Мол, у нас «всё как у зверей». Однако в действительности ситуация не столь однозначна.
Чтобы отметить одно очень важное отличие человека от прочих представителей животного мира, рассмотрим матрицу социальных взаимодействий индивида А с индивидом Б. Её элементы, отмечая для каждого из них знаками + и – положительный или отрицательный по совокупности результат поведения первого по отношению ко второму, включают кооперацию (+/+), эгоизм (+/–), альтруизм (–/+), а также «злобное поведение» (–/–).
Последний вариант является специфическим для людей – именно представители homo sapiens нередко поступают по принципу: «пусть я потрачу огромные усилия, пусть мне тоже будет плохо, зато моему противнику/обидчику будет ещё хуже!» Другие высокоорганизованные приматы, даже шимпанзе, себя не ведут подобным образом – только человек.
Важным причинным фактором, провоцирующим злобное поведение, часто выступает наблюдение неоправданного (по мнению зрителя, разумеется!) потребления со стороны других, задевая в первую очередь (заложенное, как уже отмечалось, в человеке на аппаратном, биологическом уровне) чувство справедливости. Когда при этом затрагиваются интересы самого человека, это вызывает жажду мести, а если он оказывается просто свидетелем – стремление совершить так называемое альтруистическое наказание (использование слова «альтруистическое» здесь подразумевает, что человек осознанно идёт на жертвы, лишь бы другой «получил по заслугам»).
И чем сильнее задеты чувства человека, тем более он мотивирован на злобное поведение. А когда такое стремление достаточно сильно, он может в той или иной форме посвятить подобным действиям всю свою оставшуюся жизнь.
Также, в отличие от животного мира, для него нет необходимости в непосредственной конфронтации с более «сильной» особью – он может сводить свои счёты с ней удалённо и опосредованно. И в этом направлении новые информационные технологии открывают удивительные возможности. Например, при желании в интернете можно провести эффективную масштабную компанию дискредитации оппонента, наносящую ему значительный моральный и даже материальный ущерб, сохраняя анонимность.
Разумеется, приведённые здесь соображения тронут далеко не всех. Коль скоро те или иные установки принимают характер религии, многие люди склонны скорее руководствоваться слепой верой, нежели разумом. Автор же, пишущий в жанре, который принято определять как «контркультура», идёт против течения, наперекор устоявшимся представлениям. И, тем не менее, хотелось бы надеяться на торжество здравого смысла и доброй воли во взаимодействии людей с вещами, живой природой и себе подобными.

21:47 

Опасные безумцы



Поведение этих людей полно сюрпризов. Такая непредсказуемость дополнительно усиливает их обаяние, влекущее других людей к ним, словно огонь мотыльков. И в то же время для тех, кто понимает, как функционирует человеческая личность, очень важные аспекты поведения этих людей оказываются в значительной степени прогнозируемыми.
Судя по всему, канадец Рэймонд Кейси – один из таких людей. 21 июля 1991 года он отправился в музей, расположенный неподалёку от границы США. Однако его «культурная программа» была весьма специфической. Он напал на молодую сотрудницу музея, угрожая ей ножом, затащил в одно из помещений, где никого не было, и изнасиловал. После чего сообразил, что может найти женщине и другое применение: после снятия максимального количества денег с её банковской карты, он принудил жертву отвезти его к границе США на её автомобиле. Там Кейси заставил её пролезть под ограждением на территорию другого государства. Затем он изнасиловал женщину ещё раз на лесной просеке, после чего оставил умирать привязанной к дереву с кляпом во рту. К счастью, она была спасена молодыми людьми с ближайшей фермы, которые случайно услышали её крики. Благодаря её показаниям Кейси, к тому времени успевший ещё и ограбить женщину, гулявшую с 2-летним ребёнком в коляске, получил длительный срок.
Мы не знаем, что переживала жертва насилия все эти годы, вспоминая, как после оглашения приговора Кейси сказал: встретимся через 22 года. Но когда его выпустили в 2013 году, он не проявил к ней внимания. Видимо, его по-прежнему интересовали молодые девушки. И сколько бы ни говорили, что психопаты не способны учиться на своём опыте, Рэймонд сделал для себя выводы в своём бесчеловечном стиле: теперь он решил не оставлять свидетелей. А потому 16 сентября 2014 года 17 – летняя Серена Вермиш была найдена мёртвой у железнодорожных путей неподалёку от автобусной остановки, откуда она возвращалась пешком домой. Трагическая гибель девушки, которая, по словам одноклассницы, была «не такой, как все – очень тихой, держалась отдельно от других, сочиняла трогательные истории о любви и рисовала красивые картинки»,- глубоко потрясла её соседей.
Но было ли совершение Рэймондом Кейси нового чудовищного злодеяния совершенно неожиданным? Серьёзно задуматься над этим вопросом заставляет его «славная» биография. В возрасте 5 лет он был исключён из детского сада за систематическое избиение других детей. К 7 годам у него на счету уже было 20 принудительных встреч с психиатром. В 5 классе его отчислили из школы за нападение на учителя. С пятнадцатилетнего возраста, когда он получил свой первый срок, Кейси, которому на момент ареста по обвинению в убийстве Серены исполнилось 43, провёл на свободе лишь около двух лет. Ещё в юношестве ему был поставлен диагноз антисоциального расстройства личности.
На протяжении тюремного заключения ему 7 раз было отказано в условно – досрочном освобождении. Наблюдавшие его психиатры и клинические психологи выносили заключения наподобие следующего: «В случае выхода осуждённого на свободу высока вероятность совершения правонарушения, вызывающего смерть или тяжкие телесные повреждения». Они характеризовали его как лживого индивида с гипертрофированным чувством собственной значимости, реагирующего на стрессовые ситуации быстро нарастающей агрессией.
На фоне этой истории неуместной иронией может показаться происходящее на территории бывшего СССР. Каждый раз, когда где-нибудь в глубинке очередной маньяк начинает выкапывать тела на кладбище, журналисты поднимают шум. Эксплуатируя эвристику доступности («раз об этом столько говорят, значит, такое случается часто и повсеместно»), они внедряют в массовое сознание идею о необходимости принудительно изолировать душевнобольных от «нормальных» людей. Под статьями такого рода в социальных сетях устраивают голосования на тему «закрыть всех неадекватов». Некоторые особо рьяные онлайн – комментаторы вносят при этом радикальные предложения типа «сразу всех в расход, дабы сэкономить казённые средства» или «для начала на опыты».
Но могут ли такого рода драконовские меры защитить простых граждан от людей, подобных Рэймонду Кейси? Увы! Даже самые опасные психопаты способны длительное время носить «маску вменяемости», позволяющую им выглядеть не просто нормальными, но очень даже интересными и привлекательными в глазах тех, с кем они общаются. О Рэймонде Кейси его соседи отзывались так: «Говорят, он хороший парень. Я видел его всего несколько раз, и он произвёл на меня благоприятное впечатление»; «Он хороший сосед. Никогда не было с ним никаких неприятностей, пока он был здесь».
Кроме того, психопатов (или, как их принято обозначать в русскоязычной литературе, антисоциальных психопатов) на территории бывшего СССР не принято считать людьми с патологией личности, т.е. «больными», а скорее «плохими». Плохим же парнем нынче быть не только не позорно, но даже, напротив, модно в определённых кругах. Соответственно, какие бы жёсткие меры ни применяли к «психам» в традиционном понимании этого слова, психопатический субъект может быть изолирован от общества лишь после совершения преступления. А коль скоро он полностью отбыл свой срок, согласно законам демократического государства, его остаётся только отпустить беспрепятственно на волю.
Быть может, Кейси просто был особо жестоким монстром, совершавшим поступки, на которые не способны другие? Нет. Для патологической динамики психопатической личности характерна тяга не только к обладанию материальными ценностями и плотским удовольствиям, но также к власти, доминированию над другими людьми. Самое сильное проявление такого стремления – это, цитируя Теда Банди, желание «покорить жизнь и смерть». В таком распоряжении человеческой судьбой сытый двуногий хищник удовлетворяет постоянно присутствующую у него потребность в стимуляции, новых острых ощущениях. Вероятно, по этой причине, когда, как рассказывается в последней главе «Глаза Гэри Гилмора» книги «Обаяние Зла» psychopaths.ru/evilcharm.pdf , сотрудник заправочной станции отдал Гэри Гилмору всю выручку, тот поставил его на колени и выстрелил ему в голову.
Разумеется, несмотря на всю свою бессердечность, подавляющее большинство психопатов не убивают людей, подобно Р. Кейси, Т. Банди или Г. Гилмору. Например, «Красавица Леночка» – главная героиня серии, в которую входит упомянутая работа «Обаяние Зла» – слабая женщина, которая не лишает человека жизни, а паразитирует на нём. Разумеется, жизнь того, кого она таким образом эксплуатирует, ничего для неё не значит – просто ей удобнее использовать свою добычу в живом виде, нежели мёртвом. С этой целью она применяет изощрённую ложь и разнообразные приёмы манипуляции человеческой психикой, детально описанные в различных выпусках серии, а также свои фирменные чисто «женские» штучки.
Впрочем, такой эксплуататорский и паразитический образ жизни свойствен не только женщинам с психопатическими чертами, но и мужчинам. При этом далеко не всем, кому с ними приходится сталкиваться, удаётся в итоге раскусить, с кем им «повезло» иметь дело. В этом отношении показателен другой герой серии по имени Андрей Валенков. Одно время он был барабанщиком очень известной рок – группы. Затем, не сумев реализовать в ней свои неуёмные амбиции, пытался сделать сольную карьеру, в основном, естественно, чужими руками и талантами. Параллельно получал дополнительный доход крысятничеством (т.е. кражами у людей, с которыми был знаком) по квартирам старых знакомых. А затем и вовсе оставил музыку, занявшись бизнесом в сфере высоких технологий, умудряясь компенсировать недостаток фактических знаний и навыков блестящим умением ездить по ушам клиентов, доверяющих ему под влиянием его складных речей, а также коллег, берущих на себя самую сложную часть его работы.
Паноптикум таких персонажей и их деяний можно было бы описывать достаточно долго. Однако общая картина и без того уже достаточно ясна: обыватели, которые любят запугивать друг друга шокирующими выходками «психов», боятся вовсе не тех людей, кого следовало бы остерегаться в первую очередь.
Согласно поверьям, бытующим в массовом сознании, самую большую угрозу среди всех душевнобольных представляют шизофреники. Однако даже в этом случае опасность совершения таким индивидом серьёзного преступления оценивается как один к нескольким тысячам случаям в год. Эта вероятность дополнительно сильно снижается, почти сравниваясь со средним для здоровых людей, если больной получает адекватное лечение и реабилитационные мероприятия – меры, приносящие значительно больше пользы всем заинтересованным сторонам, нежели простая изоляция пациента от общества.
И если уж психотики в подавляющем большинстве своём не представляют серьёзной опасности для окружающих, то бедные, вечно напуганные невротики и подавно не угрожают особо никому и ничему, кроме, разве что, собственного благополучия.
Зато психопаты, которых очень многие, и особенно их будущие жертвы, считают милейшими людьми, вредят практически 100% тех людей, кому «посчастливилось» с ними столкнуться.
Здесь, впрочем, стоит пояснить некоторые важные моменты.
Агрессия психопата при всей её бессердечности является более прогнозируемой, нежели агрессия шизофреника. Во – первых, по характеру агрессии в случае психопатов в ней значительно больше представлена инструментальная составляющая, когда конфронтационное поведение является не реакцией на реальную или мнимую угрозу, а способом решения тех или иных задач, стоящих перед субъектом («ты виноват, что хочется мне кушать»; об инструментальной и реактивной/аффективной агрессии см. статью «Хищники среди людей» psychopaths.ru/predators.html ).
Во-вторых, несмотря на свою импульсивность, психопат обычно очень грамотно выбирает свою жертву. Чем же он(а) при этом руководствуется? Человеческим, и в первую очередь мужским, коллективам присуща иерархичность. Особенно ярко она проявляется в замкнутых сообществах, таких, как тюрьма/колония, армия или даже школа. Положение индивида в иерархии определяется разными факторами – как животными/биологическими, такими как грубая физическая сила и состояние здоровья, так и социально – экономическими, такими как материальные ресурсы и «связи». Психопат проявляет инструментальную агрессию, как правило, лишь по отношению к тем, кто находится заведомо ниже его в этой иерархии, тем, кто слабее и не может дать эффективный отпор. Сюда примыкают также те люди, чья повышенная уязвимость носит временный характер, будучи связанной с серьёзными неприятностями, такими как потеря близких, разрыв очень важных отношений и т.д. У них когнитивные и эмоциональные ресурсы в значительной мере заняты другими проблемами в их жизни, что мешает им реалистично критически оценить ситуацию, связанную с психопатом. Такие люди представляют дополнительный интерес для социальных хищников, так как по сравнению с хроническими жертвами обычно располагают большими ресурсами, которыми и жаждет поживиться психопат.
Здесь важно отметить, что для того, чтобы увидеть, из кого получится подходящая жертва, хищнику нет необходимости подолгу наблюдать упомянутую выше естественную стратификацию коллектива, к которому принадлежит этот человек, как это происходит в тюрьме или армии. Как подробно объяснялось в статье «Пни меня! Я жертва по жизни» psychopaths.ru/ya_zhertva.html , характерные жертвы выдают себя рядом невербальных сигналов и даже своей походкой. Выбранные таким образом пострадавшие, как правило, оказываются неспособными оказать сколько-нибудь успешное сопротивление. Это видно хотя бы на примере преступлений Рэймонда Кейси, обсуждаемых в настоящей статье. Так, первая женщина, ставшая жертвой изнасилования, была настолько парализована страхом, что даже не попыталась позвать никого на помощь, хотя у неё неоднократно была такая возможность. Юная же Серена, убитая в 2013 году, по воспоминаниям знавших её, была скромной девушкой, немного «не от мира сего», которая, вероятно, была слишком увлечена телефонным разговором или своими мыслями/фантазиями, чтобы своевременно отвести от себя смертельную угрозу. (Последние два предложения, впрочем, никоим образом не стоит интерпретировать так, что часть ответственности лежит на самих жертвах!)
В то же время, сами психопаты избегают прямого противостояния с теми, кто сильнее их физически, наделён большей властью и т.д. И лишь тогда, когда двуногий зверь оказывается загнанным в угол другими людьми или жизненными обстоятельствами, пусть столь, казалось бы, несущественными, как отказ окружающих удовлетворять его необоснованные притязания, могут разыгрываться настоящие трагедии.
Например, в своё время Теда Банди отвергла его однокурсница, фигурирующая в биографических материалах о нём (например, в книге Энн Рул «Незнакомец рядом со мной») как Стефани Брукс, по причине его бесперспективности в социально – экономическом, т.е. статусном, смысле. Спустя несколько лет, когда его материальное и общественное положение значительно улучшилось, он смог снова завоевать её. А когда она приняла его предложение, Тед Банди неожиданно резко прекратил с ней все контакты и в последующие несколько лет проломил головы более чем двум десяткам женщин, похожих на неё, чтобы во многих из этих случаев совершить развратные действия с их трупами.
Отец Джона Уэйна Гейси называл его маменькиным сынком и пророчил, что он вырастет «педиком». Отпрыск сумел превзойти самые смелые пророчества своего отца, когда растлил и убил более 30 юношей, причём 26 из них он закопал в непосредственной близости от своего дома.
Ещё более показательна история Эрика Харриса. В школе, где он учился, были очень славные спортивные традиции. Администрация и учителя с большим почтением относились к юным атлетам и многое им прощали, в том числе жестокое обращение с другими учениками, включая откровенные издевательства. В результате там особенно выраженной была характерная для старших классов американских школ стратификация сообщества учеников на различные «клики» (см. также статью «Школьные стрелки» psychopaths.ru/school.html ). Высшая каста этой негласной иерархии – «качки». Как объясняет школьный товарищ Эрика, Брукс Браун, «Качки – это не обязательно спортсмены. Качки – <это также> все, кто верит, что поскольку они носят хорошую одежду и трахают самых привлекательных девушек, поскольку учителя относятся к ним иначе, то они заслуживают лучшего и сами по себе лучше других».
В школе «Колумбайн» в штате Колорадо, где учился Эрик, как, впрочем, и во многих других подобных учебных заведениях, многие изгои переносили свои страдания молча, всё больше замыкаясь в себе и погружаясь в депрессию, считая себя никчёмными ничтожествами. Эти ребята смирились со своим унизительным положением. Но не Эрик, исповедовавший характерные для многих психопатов мегаломаниакальные идеи. Напротив, он считал себя неизмеримо выше других, чуть ли не богом: «Я чувствую себя как Бог, и я хотел бы им быть, чтобы другие были *официально* ниже меня». Я уже знаю, что я выше, чем практически кто бы то ни было в этом грёбаном мире (в этом месте показательно, в подражание Гитлеру и идеологам Третьего рейха, использование Эриком немецкого слова welt вместо английского world) в смысле универсального интеллекта.
Однако люди почему-то не хотели признавать его величие. И за это Эрик их ненавидел: «Я ненавижу вас, люди, за то, что вы обделили меня столькими приятными вещами. И нет, не говорите «так ты сам виноват», потому что это не так. У вас был мой номер телефона, и я просил вас и всё такое, но нет, вы не позволите этому странному парню Эрику прийти». За такое «преступление» Эрик приговорил, если не всех людей, живущих в мире, то, по крайней мере, большинство тех, кто учился с ним в одной школе, и в первую очередь спортсменов, к смертной казни, и принялся строить конкретные планы приведения наказания в исполнение:
«Как-нибудь в апреле следующего года мы осуществим возмездие и поднимем естественный отбор на несколько делений вверх. Если удастся освоить создание мин с часовым механизмом, мы заложим их сотнями вокруг дорог, зданий, мостов и автозаправочных станций. Сделаем всё, чтобы причинить ущерб и вызвать хаос. Это будет наподобие беспорядков в Лос-Анжелесе, подрыва здания ФБР в Оклахоме, Второй Мировой войны, Вьетнама, Duke и Doom (названия компьютерных игр) вместе взятых. Я хочу оставить о себе память надолго».
Своим помощником в реализации своих грандиозных разрушительных планов Эрик выбрал Дилана Клиболда. Подобно многим другим изгоям школы, Дилан постоянно страдал от тяжёлой депрессии, и его не покидали мысли о суициде. Эрик же помог ему развернуть вовне агрессию, до того по большей части обращённую вовнутрь, направив её против тех, кто виновен в его страданиях. Таким образом, Дилан не хотел покорить Вселенную – только свести счёты с миром людей, которые его унижали и довели до жизни такой.
Днём Х друзья выбрали символическую дату – 20 апреля 1999 года, когда исполнилось 110 лет со дня рождения Адольфа Гитлера. К счастью, заряженные ими пропановые бомбы не взорвались (в случае детонации они, вероятно, унесли бы жизни как минимум шестисот человек). Но Эрик и Дилан, прежде чем покончить с собой, убили 12 школьников и одного учителя, а также ранили 24 человек, некоторые из которых остались инвалидами на всю жизнь.
Конечно, реализация подобных эго-маниакальных замыслов практически неизбежно ведёт психопатов к трагическому исходу для них самих (а также для множества других людей, до чьих судеб, естественно, психопатам нет никакого дела). Кроме того, они совершают при этом множество ошибок, обусловленных их импульсивным поведением. Тем не менее, психопаты смотрят на подобные свои проекты значительно реалистичнее, нежели шизофреники.
Так, Эрик Харрис очень стремился попасть в историю, и в известном смысле это ему удалось. Даже некоторые последующие «школьные стрелки» говорили о своём стремлении повторить и превзойти его подвиг. Иначе обстояло дело в случае шизофреника Джона Хинкли младшего, стрелявшего в Президента США, чтобы покорить кинозвезду Джоди Фостер. Фактически, единственными возможными исходами для него могли быть лишь либо смертная казнь или пожизненное заключение, либо содержание до конца дней в закрытом психиатрическом учреждении (последний вариант и реализовался в итоге). И даже если бы ему действительно удалось убить Рейгана, это никоим образом не привело бы его к романтической идиллии с актрисой, совершенно не выражавшей желания связать с ним свою судьбу.
Описанная предсказуемость в поведении психопатов, связанная с выбором уязвимых жертв, приводит к стереотипу общественного сознания, согласно которому социальные хищники угрожают лишь физически слабым или исключительно наивным людям («лохам»). Это, однако, очень опасное заблуждение.
Даже если взять достаточно успешного в традиционном социально – экономическом смысле человека, скажем, главу корпорации, патологические типы с психопатическими чертами личности могут нанести ему значительный ущерб. Например, такой сотрудник, которому благодаря обаянию и складным речам удалось занять важную позицию в организации, может посредством обмана и подлога увести значительные средства, а любовница делового партнёра – нанести значительный вред своими интригами.
Подводя итог обсуждению в данной статье, важно отметить следующее. Действительно, в среднем имеет место положительная корреляция между наличием у индивида психопатологии и его агрессивными проявлениями. Однако даже люди, выглядящие самыми «неадекватными», такие, как шизофреники, оказываются отнюдь не столь опасными, как это описывают стереотипы, бытующие в массовом сознании. Подобные предрассудки ведут к неоправданной патологизации и стигматизации тех, кто так или иначе не вписывается в рамки «нормальности». Вытекающий отсюда остракизм усугубляет социальную изоляцию этих людей, которая является сильным стрессором даже для физически и душевно здорового человека как общественного по своей природе существа. В результате, снижается их уровень функционирования, и, как отчаянная реакция на ситуацию, с которой они не могут совладать, повышается частота негативных проявлений, в том числе агрессивных. Как говорится, за что боролись...
В то же время, люди, представляющие для других самую серьёзную опасность и практически неизменно наносящие вред тем, кому с ними приходится контактировать, не только кажутся при знакомстве совершенно нормальными, но и очень хорошо умеют располагать к себе. Распознать их сущность, не обладая информацией из независимых источников, оказывается трудной задачей даже для специалистов. А потому, есть значительная доля правды в словах женщины, которая характеризовала гибель Серены Вермиш как несостоятельность их территориальной общины, где каждый сам за себя и людям нет дела до других. Ведь именно бдительность соседей и обмен информацией о людях, представляющих реальную опасность, могли бы спасти девушку.
Подобные меры становятся особенно актуальными, когда государство не проявляет особого рвения защитить своих граждан от тех, кто может представлять для них серьёзную опасность. Так, в рассматриваемом случае Рэймонда Кейси, власти провинции Британская Колумбия почему-то «забыли» принудительно «окольцевать» его, как особо опасного рецидивиста, специальным GPS браслетом, позволяющим компетентным органам постоянно находиться в курсе его местонахождения.
Ситуация усугубляется негативным влиянием тех, кто в угоду своим корыстным интересам сеет в сознании широкого круга людей, и в первую очередь молодёжи, вредоносные идеологические установки. В своих проповедях они рассматривают чуть ли не как разумную природную целесообразность деструктивную активность социальных хищников, представляя их этакими «санитарами леса», своевременно избавляющими популяцию от слабых, неприспособленных к жизни особей. Как следствие, их адепты проникаются фашистскими взглядами наподобие следующих записей из дневника Эрика Харриса:
«Следующий раз, когда человек рассказывает тебе что-нибудь, попробуй спросить у него: «почему?». Рано или поздно он зайдёт в тупик и не сможет больше ничего ответить. Это потому, что они знают только то, что нужно в обществе и в школе, а не реальную науку жизни... Люди, которые знают только тупые факты, не имеющие реального значения, должны быть застрелены! Какая от них польза, на хрен? ЕСТЕСТВЕННЫЙ ОТБОР! Убить всех умственно отсталых, людей с дефектами мозга, наркоманов, а также людей, которые не могут сообразить, как пользоваться грёбаной зажигалкой! О боже! Люди тратят миллионы долларов, спасая жизни умственно отсталых, а зачем? Я не ведусь на это дерьмо типа «он мой сын»! И что с того, мать твою, он ненормален, убей его, избавь от страданий! Он только трата времени и денег. Тогда люди говорят: «Но он стоит времени, потраченного на него. Он тоже человек». Нет, он не человек! Если бы он был таковым, то пустил бы пулю себе в лоб, осознав, какая он трата времени и обуза».
Или: «Разве Америка не страна свободных людей? Так почему же, если я свободен, я не могу избавить долбаного тупого придурка от его принадлежностей, если он оставляет их на виду на переднем сиденье своего автомобиля, стоящего на открытой местности в ночь с пятницы на субботу? Естественный отбор!»
Наверное, бессмысленно пытаться что-то доказывать инженерам человеческих душ, для которых жажда наживы застит перспективы мирного сосуществования людей. Однако их ученикам, жаждущим почувствовать себя крутыми альфа – самцами (см. также статью psychopaths.ru/alphamales.html ), самоутверждаясь за счёт унижения и эксплуатации других, имеет смысл извлечь для себя серьёзный урок из одной из ключевых сцен трагедии, разыгравшейся в школе Колумбайн. Придя в столовую, стрелки заявили: «всем качкам встать! Каждый, у кого на голове белая бейсболка и на рубашке спортивная эмблема, тот труп». А когда этого никто так и не поднялся с мест, Эрик Харрис продолжил: «Не проблема. Буду вас так расстреливать».
И урок этот важно извлечь прежде, чем жертва, казавшаяся такой слабой и беззащитной, дойдёт до последней черты, за которой у её обидчика может остаться выбор только, в какой позе умереть. Это же касается и «бета», «гамма» и т.д. самцов, которые вместо того, чтобы открыто заявить о недопустимости унижения чьего-либо достоинства ради своего самолюбия, или хотя бы сообщить о происходящем тем, от кого зависит реально изменить ситуацию, принимаются снимать «шоу» на телефон, чтобы первыми выложить ролик на видео-сервисе типа youtube. Ведь когда дело дойдёт до мщения, достанется и им за их равнодушие к судьбам жертв и за фактическое поощрение обидчиков своим интересом к происходящему.
А потому каждый раз, когда мы видим, как совершается деструктивное поведение по отношению к ни в чём не повинному человеку, будь то даже не убийство или изнасилование, а всего лишь «простой» обман или унижение достоинства, важно понять: это касается всех нас. И если мы хотим, чтобы в нашей жизни было меньше зла, имеет смысл делать то, что в наших силах, чтобы пресекать его проявления, даже если они нам кажутся не затрагивающими наши непосредственные интересы. Берегите себя.

17:53 

Люди, не способные любить



Сложно найти человека, который не хотел бы быть любимым. Однако далеко не каждому удаётся сформировать отношения, в которых присутствует взаимность. Конечно, причины этого обычно слишком сильно зависят от индивидуальности партнёров, чтобы их можно было проанализировать в общем виде. Тем не менее, существуют важные частные случаи, когда неблагоприятный исход отношений можно с уверенностью предсказать, основываясь на чертах личности одного из участников. Важный вариант такой ситуации будет проанализирован в настоящей статье. Дополнительная актуальность рассматриваемого в данной работе случая связана с тем вредом, который наносят люди, о которых пойдёт речь, тем, кто имел неосторожность связать с ними свою жизнь. Ведь их отношения с партнёрами нередко развиваются по схеме хищник – жертва и носят в значительной степени паразитический характер. Ситуация может также усугубляться тем, что пострадавшие, вложив весьма ощутимые для них материальные и душевные ресурсы в совершенно бесперспективные и даже разрушительные отношения, продолжают наивно надеяться на взаимность. Однако такие ожидания совершенно беспочвенны и потому вредны, поскольку люди, о которых здесь пойдёт речь, в силу специфического устройства своей личности в принципе не способны на подлинные чувства.
Социальные хищники, обсуждаемые в настоящей работе – в первую очередь представители так называемой тёмной триады социально деструктивных аномалий личности (см. psychopaths.ru), а также все, кто по тем или иным причинам использует тактики из их арсенала. Положение усугубляется характерным для них сильным обаянием, под действием которого их (потенциальные) жертвы тянутся к ним, словно мотыльки на огонь.
Прежде чем перейти к объяснению того, почему эти люди не способны полноценно любить, важно определиться со смыслом самого термина. Уже древние греки осознавали важность видения множества граней этого чувства, различая такие понятия, как эрос (чувственная любовь), филия (дружба, дружелюбие) и агапэ (милосердная, преданная любовь). На рубеже новой эры Овидий писал о том, как важно правильно выбрать объект обожания. О том, какая важная и болезненная для многих тема была им затронута, вероятно, свидетельствует тот факт, что после публикации его «Науки любви» он был отправлен в ссылку большим ревнителем морали Октавианом Августом. Впрочем, о блудодеяниях дочери и внучки последнего (Юлии Старшей и Юлии Младшей, соответственно) в Риме ходили легенды, а сам он говорил: «Лучше бы я никогда не женился, или умер бы бездетным!» (Светоний, Жизнь 12 Цезарей, Божественный Август, 65). Кроме того, вскоре после «Ars amatoria» Овидий издал «Remedia amoris» («Лекарство от любви»).
В наше время развитие экспериментальных методов сделало возможным разработку опросников, имеющих достаточную валидность (т.е., попросту говоря, измеряющих то, что предназначены измерять) и надёжность (проявляющуюся в воспроизводимости результатов и повторном тестировании и т.д.). Тем самым их значение выходит за рамки развлечения для читательниц женских журналов. В качестве примеров можно привести классические шкалы романтической любви и симпатии Зика Рубина psychopaths.ru/zickrubin.pdf , а также шкалу страстной любви, разработанную Элейн Хэтфилд и Сьюзен Шпрехер psychopaths.ru/passionate.pdf . Если же говорить о теоретических построениях, стоит особо отметить трёхкомпонентную теорию Роберта Стернберга (см. psychopaths.ru/sternberg.pdf ), которая будет использована в дальнейшем изложении. В соответствии с ней, полноценная любовь представляет собой гармоничное сочетание страсти, душевной близости и обязательств перед партнёром.
Рассмотрим вкратце в этом контексте представителей тёмной триады (ПТТ) – психопатов, «нарциссов» (люди с патологическим нарциссизмом/ нарциссическим расстройством личности) и макиавеллистов.
Несомненно, психопаты могут испытывать сильную страсть. И они настроены весьма решительно добиваться желаемого, даже ценой значительных жертв. Хотя речь при этом идёт, разумеется, не об уступках, а о принесении других людей и их интересов на алтарь собственных похотей и прихотей. Причём такое поведение характерно не только для мужчин – психопатов, но и для представительниц прекрасного пола с данной аномалией личности.
В этом отношении показательна история Дайан Даунс, одной из самых колоритных фигур за всю историю американского уголовного правосудия. Среди множества мужчин, бывших в её жизни, ей особенно приглянулся сослуживец по имени Роберт Никербокер. И не беда, что у него была любимая жена. Дайан Даунс настолько прозрачно намекала на своё стремление физически устранить соперницу, что Роберт был этим сильно обеспокоен. Даже когда они оказались в разных штатах, Дайан присылала письма и звонила ему каждый день, настаивая, чтобы он оставил жену и стал жить с ней. Тогда Роберт попытался прекратить с ней контакты, мотивируя это тем, что он не хочет выступать в роли папочки для троих детей Дайан (на тот момент она уже была в разводе). Таким образом, на пути воссоединения Даунс с её любовником, как ей представлялось, стояли... её собственные дети. Что ж, она знала, как решить эту проблему. Однажды ночью в безлюдной местности, в собственном автомобиле Дайан Даунс расстреляла своих спящих детей...
Быть может, данный чудовищный поступок был следствием «временного помешательства»? Безусловно, она была импульсивна по натуре. Однако в те же минуты, чтобы разыграть, как якобы на них напал «незнакомец с взъерошенными волосами», она ранила себя из того же оружия. Проявив при этом достаточно самоконтроля, чтобы выстрелить себе в руку, а не в голову, скажем.
Но самым впечатляющим в этой истории, пожалуй, было следующее. По свидетельствам очевидцев, раненая Даунс на машине с расстрелянными детьми подъезжала к больнице со скоростью примерно 5-7 миль (около 10 километров) в час. Несомненно, это делалось специально, для того, чтобы дети, если они были ещё живы, успели истечь кровью и умереть, не получив своевременную квалифицированную медицинскую помощь (в итоге одна девочка умерла, а двое других детей остались инвалидами на всю жизнь).
Многие были шокированы тем, несколько сильной должна была быть у Дайан Даунс страсть к мужчине, чтобы совершить такое. Ведь даже если её собственные дети не представляли для неё практически никакой ценности, она могла бы подумать о возможной уголовной ответственности! Кроме того, Дайан удавалось быть убедительной в демонстрации своих чувств. Это показывает, например, следующий диалог, имевший место на заседании суда (цитаты, относящиеся к делу Д. Даунс, приводятся согласно книге Энн Рул «Малые жертвы»):
- Вы воспринимаете это так, что она была безумно в Вас влюблена?
- Да, сэр.
- И она признавалась Вам в любви по двадцать раз на дню?
- Да, сэр.
Но тогда стоит задаться вопросом: а в состоянии ли вообще любить в высоком человеческом смысле женщина, у которой не дрогнула рука расстрелять собственных детей? Кстати, после этой ужасающей расправы, уже находясь под следствием, она специально снова забеременела, очевидно, надеясь таким образом разжалобить суд присяжных!
Конечно, в качестве комментария к приведённому здесь примеру кто-то может сказать, что Дайан Даунс была из ряда вон выходящим случаем, особо безжалостным монстром. Тем более, психиатры диагностировали у неё антисоциальное, нарциссическое и истероидное расстройства личности. В действительности же, хотя чудовищные поступки типа совершённого Дайан Даунс представляют собой единичные случаи, аномалии личности, делающие возможными их совершение, встречаются нередко даже среди женщин. Примеры подобных персонажей мы можем встретить в произведениях известных писателей. Такова была, скажем, Кэти Эймс, героиня романа Стейнбека (см. статью «Адская женщина к востоку от рая» psychopaths.ru/adskaya.html ). Уходя от мужа (который, как выясняется в романе, даже не был биологическим отцом её детей), в ответ на его вопрос: «А как же дети?» она предлагает ему бросить их в колодец.
Поэтому, чтобы хотя бы частично развеять стереотипы о психопатах и прочих деструктивных личностях как «мужиках с топорами», автор выбрал главной героиней своей серии «Красавица Леночка», рассказывающей о том, каковы они в жизни, очаровательную девушку. Хотя сама «Леночка» является фиктивным персонажем, её история написана на основе фактического материала, полученного в результате изучения реальных субъектов, а потому достоверно передаёт черты личности, манеры поведения и т.д. подобных типов. Тем, кто не знаком с её внутренним миром, она представляется очень приятной в общении, подобно тому, как в своё время умел расположить к себе «обычный американский парень» Тед Банди.
Таким образом, в то время как люди, подобные Т. Банди или Д. Даунс, совершают свои единичные ужасающие преступления и садятся в тюрьму, многие тысячи «леночек», формально не совершая уголовно наказуемых деяний, остаются на свободе, постепенно калеча жизни тех, кому «повезло» из встретить. Кроме того, несмотря на многочисленность людей такого плана в целом, каждого (или каждую) из них можно в известном смысле назвать яркой личностью: избегая рутины, которой во многом заполнена жизнь «нормального», среднестатистического человека, они менее предсказуемы и более изобретательны в решении своих эгоцентрических задач за счёт других.
Помимо индивидуальных вариаций, наблюдаются также различия между типами, составляющими тёмную триаду. Например, нарциссы обычно не столь бессердечны, как психопаты. Однако стоит им «положить глаз» на кого-то, как у них запускается характерный для динамики этой аномалии личности механизм обесценивания. Нарцисс принимается искать в партнёре всяческие недостатки, а, как говорится, кто ищет, тот всегда найдёт. Для более же расчётливого макиавеллиста любое сильное влечение представляет собой неадаптивное поведение, т.к. оно делает человека уязвимым.
Кроме того, имеют место важные половые различия. Если для мужчин – представителей тёмной триады на первый план по большей части выступает сексуальная «охота», то для женщин – паразитический образ жизни.
В то время как представители различных подтипов тёмной триады могут существенно разниться в склонности к проявлениям страсти, у них у всех сложно с обязательствами. Психопаты слишком импульсивны для того, чтобы строить реальные долгосрочные планы. Нарциссы, изрядно обесценив партнёра, не видят основания отказывать себе любимым в том, чтобы «замутить» с кем-то ещё. Для макиавеллиста же основным критерием сохранения союза является уровень сравнения альтернатив, а потому они постоянно готовы переметнуться к более перспективному варианту. Их всех объединяет отсутствие верности как морального императива, направляющего поведение.
Важным негативным фактором в отношениях с представителями тёмной триады является также характерный для них дефицит эмпатии. В ситуации, где другой человек воздержится от совершения поступка (такого, как измена), который нанесёт вред близкому человеку, эти не остановятся и будут делать так, как им удобно, чтобы получить максимум для себя.
Людей обычно шокирует то, с какой лёгкостью ПТТ могут клясться в любви к одному человеку и в то же время вступать в половую связь с другим. Например, мужчина – представитель тёмной триады может так поступить, стоит партнёру отлучиться на несколько дней, а женщина – если увидит в этом для себя достаточную экономическую и социальную выгоду.
Быть может, они не понимают, как таким образом могут сделать больно своему партнёру? Но нет, они прекрасно это осознают, чтобы тщательно скрывать. И «любимые» нередко даже ни о чём таком не догадываются, по крайней мере, до поры до времени, как показывает следующий пример, связанный с Дайан Даунс:
- Были ли Вы в курсе каких-либо других интимных отношений, которые были у Дайан Даунс в тот период, когда она с Вами встречалась?
- Нет, сэр.
Конечно же, Роберт был не в курсе её последующих связей. Он не знал, как быстро Дайан легла в постель с Кордом Самуэльсоном.
И вообще, если говорить в целом о поведении психопата в отношениях, обращает на себя внимание «его абсолютное безразличие к финансовым, социальным, эмоциональным, физическим и иным трудностям, которые он приносит в жизнь людей, о любви к которым он разглагольствует» (цит. по 5-му изд. (1986) книги Х. Клекли «Маска вменяемости»).
Другой важной чертой ПТТ, крайне негативно отражающейся на перспективах построения с ними долгосрочного союза, является их стремление доминировать, или, по меньшей мере, диктовать свои условия. Отношения для них представляют собой поединок, основной смысл которого – получать как можно больше, отдавая как можно меньше. Сами они, впрочем, обычно никоим образом не разделяют такое видение ситуации. Напротив, гротескно деформированное чувство собственной значимости (в первую очередь это касается нарциссических типов и психопатов) и соответственно важности того, что они «отдают», нередко ведёт их к заявлениям, шокирующим других людей своей бесстыдной наглостью. Когда, как говорят в народе, они ведут себя так, «словно им все должны». Например, один мужчина был недоволен, когда женщина осмелилась просить (не требовать, а именно скорее униженно просить!) у него деньги на ребёнка. Он был возмущён неблагодарностью той, которую он удостоил чести родить ребёнка от такого элитного самца, каковым себя считал. Естественно, при этом данный «племенной производитель» со стороны воспринимается как не более чем наглая сволочь (не в смысле свой любимый очень человек!). А одна девица выражала «фи» своему «другу» (который, как нет необходимости указывать, вообще-то не приходился ей ни мужем, ни даже любовником), утомлённому её финансовым и прочим паразитизмом. Мол, этот «неудачник» должен быть польщён тем, что она снизошла до того, чтобы обратиться к нему за помощью. При этом, с точки зрения стороннего наблюдателя, единственная её «заслуга» состоит в том, что у неё в теле на одну дырку (те, кого коробит от использования подобного термина, могут мысленно подставлять вместо него словосочетание «технологическое отверстие») больше, чем у мужчин, и она ловко использует это обстоятельство для разжигания в людях низменных страстей!
Но сложнее всего у ПТТ дела обстоят с формированием подлинной душевной близости. Ведь для её зарождения людям необходимо хорошо узнать друг друга. А психопаты для этого слишком много, просто патологически лгут. Но ещё важнее – если бы они с самого начала реалистично раскрыли перед партнёром свой истинный облик, сняли маску, кто захотел бы тогда остаться с ними?
Нарциссы, пусть и фильтруя информацию, охотнее говорят о себе – ведь они же рассматривают собственную персону как центр не только собственного мира, но и чуть ли не Вселенной в целом! Однако они не проявляют особого интереса к узнаванию партнёра. И вправду, зачем гламурной кошке интересоваться, что на уме у серых мышек?!
Для макиавеллистов же информация о собственной персоне представляет важный стратегический ресурс, которым они распоряжаются очень осмотрительно, словно руководствуясь при этом, например, формулировкой из классического теста на макиавеллизм psychopaths.ru/Machiavelli.html : «не сообщай подлинную причину своих поступков, если в этом для тебя нет выгоды».
Впрочем, здесь важно отметить очень важный момент. Неспособность ПТТ к душевной близости никоим образом не подразумевает, что жертвы этих людей могут обнаружить данный дефект практически сразу. Более того, социальные хищники обычно осознанно препятствуют такому выявлению. Так, на начальном этапе манипулятор может целенаправленно создавать у своей жертвы иллюзию общности интересов, как бы сигнализируя: смотри, я твоя родственная душа! Такое впечатление поселяется в сознании жертвы посредством хитрой «подстройки» под её взгляды, чаяния, увлечения. Однако в действительности представляет собой, естественно, не более чем обман чувств.
Мы видим, таким образом, что ПТТ могут максимум испытывать влюблённость, но не любить по-настоящему. Этот вывод важно иметь в виду тем, кто рассматривает для себя возможность отношений с таким человеком, чтобы формировать реальные ожидания относительно дальнейших перспектив.
А перед таким вопросом могут оказаться многие. Не будучи способны любить сами, представители тёмной триады обладают изумительной способностью вызывать сильные чувства у других. Подробности конкретных психологических механизмов, благодаря которым это достигается, детально рассматриваются в других статьях, которые можно найти на psychopaths.ru («Романтические хищники: искусство обольщения», «Как эмоциональные роботы манипулируют чувствами людей», «Манипулятор как собеседник», «Жертвы сказочников», «Утопленная жизнь» и другие). Здесь же уместно сформулировать общий подход.
Одна из важнейших задач человека как социального существа (и, как бы цинично это ни звучало, биологического вида с половым размножением) заключается в том, чтобы найти себе пару и сформировать отношения. С этой целью человек постоянно оценивает потенциальных партнёров. Однако на это у него имеется, естественно, весьма ограниченное время. Сейчас, в нашу мобильную эпоху, мы встречаем на жизненном пути всё больше людей, соответственно у нас меньше времени на то, чтобы каждого из них оценить. Ситуация дополнительно осложняется такими способами установления контакта, как знакомства в клубах, в интернете и т.д.
И здесь у представителей тёмной триады большие преимущества. Они как никто другой обладают талантами и мастерством самопрезентации. В частности, они тщательно следят за собой. Поскольку, сколько бы ни говорили о том, что внешние моменты не главное в человеке, систематические наблюдения показывают, что именно они в первую очередь определяют, возникнет у потенциального партнёра желание встретиться снова, или нет. Казалось бы, этот эффект должен нивелироваться потом, когда появится возможность смотреть глубже обёртки. Однако в действительности всё оказывается не так просто. Ведь люди склонны недооценивать эффект ореола, когда привлекательный человек необоснованно представляется хорошим с моральной точки зрения. А далее разыгрывается самоисполняющееся пророчество, когда с симпатичными людьми противоположного пола (а, опять-таки, как бы цинично это ни звучало, именно они неосознанно представляются потенциальными половыми партнёрами с более «качественными» генами) невольно общаются значительно более дружелюбно, нежели с «крокодилами». Благоприятное влияние привлекательной внешности усиливается складной речью и уверенностью в себе и т.д.
Для представителей тёмной триады брачный рынок также является тем полем, на котором они собирают щедрый урожай социального вампиризма. Это может делаться с помощью приёма, который уже был кратко описан в статье «Альфа-самцы» psychopaths.ru/alphamales.html в случае женщины – паразита (хотя подобным образом могут прекрасно промышлять и хищники-мужчины). Для этой цели используются те, кто в силу статусных и иных соображений даже не рассматриваются на роль партнёра не то что долгосрочных, но вообще каких-бы то ни было полноценных отношений мужчины и женщины. Порядочные люди, наделённые тем, что в обиходной речи принято называть совестью, в такой ситуации деликатно дают понять несостоявшемуся претенденту: мол, ты хороший человек, но у нас, скорее всего, ничего не выйдет. Те же, о ком идёт речь, не дают определённого ответа, в то же время как бы хитро намекая: мол, ничего не стоит исключать, если ты сумеешь меня завоевать... Ну, а тут уж как постараешься... И бедная наивная жертва лезет из кожи вон, до поры до времени не понимая, что её попросту используют, и других вариантов просто не было предусмотрено изначально.
Такое взаимодействие, а соответственно и нанесённый им вред, усугубляется эффектом «утопленных затрат», в котором людям порой сложно признаться даже самим себе, но который, тем не менее, действует с суровой неотвратимостью. Он заключается в том, что человеку очень сложно «отпустить» то, во что было вложено много сил и средств. Принять, что единственный реальный результат, к которому свелось взаимодействие, заключается в том, что человек тобой пользовался, просто невыносимо.
А манипулятор потом, естественно, скажет, если что: «А я ведь тебе ничего не обещал(а)! Это ты сам(а) себе всё придумал(а)! И тебя никто не заставлял! Ты всё делал(а) исключительно по собственной инициативе!» Таким образом, бесстыдная эксплуатация другого человека оказывается оправданной.
Стоит ли так акцентировать внимание на поведении в отношениях людей с патологией личности? С одной стороны, конечно, их численность составляет всего несколько процентов населения. Но с другой, не следует сбрасывать со счетов следующие важные моменты:
Во-первых, с такими типами придётся столкнуться значительно большей доле населения. Это обусловлено тем, что они ведут «очень активную» личную жизнь, меняя партнёров и продолжая высматривать себе лучшую партию даже тогда, когда состоят в благополучных, казалось бы, отношениях. Таким образом, в то время как «нормальные», порядочные люди, найдя себе пару, исчезают надолго, если не навсегда, с брачного рынка, эти фактически всегда присутствуют на поле игры.
Во-вторых, вред, как материальный, так и душевный, который они могут нанести людям, пустившим их в свою жизнь в роли близкого человека, слишком велик, чтобы обойти эту тему вниманием.
Помимо названных, однако, есть и ещё одна серьёзная причина. Учитывая, какую важную роль в жизни человека как социального существа играют взаимоотношения, не приходится удивляться повсеместному засилью рекламы тренингов, изданий и т.д., сулящих научить человека строить свои взаимоотношения с другими так, чтобы получать удовлетворение. Однако наставники нередко учат достигать этого не за счёт достижения взаимопонимания и гармонии с другим человеком, а фактически за счёт самого этого другого человека! Методы, которые при этом предлагается использовать, до боли напоминают содержимое арсенала типичных представителей тёмной триады. В качестве теоретической основы выбирают НЛП и тому подобные модные, но в остальном сомнительные учения. При таком раскладе уже не приходится удивляться, когда настоящие психопаты читают пособия этого направления типа «Искусственное формирование любовной зависимости», и находят их весьма полезными для себя. Конечно, с одной стороны, формально такие, с позволения сказать, «образовательные» услуги не запретишь. И если даже верховная власть в государстве может то и дело безнаказанно дурить народ, что удивительного в том, если кто-то учит других обманывать людей, доверяющих им и считающих их близкими? Но дело даже не в том, что излагаемые в таких пособиях методики имеют в лучшем случае лишь маргинальную эффективность. Хуже всего то, что в сознание людей, особенно молодых, внедряется взгляд на чувства другого человека как на потенциальную уязвимость психики, которая может быть использована с тем, чтобы эксплуатировать его в своих эгоистических целях.
А в итоге всё чаще приходится встречать людей, которые стали жертвами таких игр. Ощущая себя преданными в своих самых лучших чувствах (которые, как выясняется, оказались не более чем результатом чьей-то жестокой игры), они нередко впадают в серьёзную депрессию и теряют интерес к жизни. А потом ещё долго не могут прийти в себя, и им сложно снова научиться доверять людям и видеть в них доброе начало.
Горькая ирония ситуации заключается ещё и в том, что, как правило, в рассматриваемых жестоких играх нет победителей. Несомненно, кому-то удаётся при этом получать сиюминутные удовольствия, или на какое-то время сделать свою жизнь более комфортной, злоупотребляя приобретённым посредством обмана расположением добрых и доверчивых людей. Однако потом побочные эффекты деструктивных межличностных тактик всё больше вылезают на поверхность.
Так, словно проецируя свой подход на других людей, обманщики и манипуляторы не могут доверять людям. Впрочем, справедливости ради, у них действительно, чем дальше, тем больше для этого становится оснований. Ведь любые сведения, которые они сообщат о себе своим жертвам, могут быть использованы (и, вероятно, будут в порядке воздаяния) использованы против них. Таким образом, они не могут себе позволить открыться в значительной мере. Это обстоятельство препятствует формированию подлинной близости с другими. В результате, в отсутствие душевной теплоты люди чувствуют одиночество и отчуждение.
Инструкторы многочисленных курсов соблазнения/обольщения, не стесняясь в средствах, обещают адептам: вы привяжете другого человека к себе так сильно, что он просто не сможет вас забыть – у него всегда будут к вам сильные чувства. И чувства действительно не угасают, могут даже усиливаться со временем, но... меняют валентность. Читателю наверняка доводилось встречать тех, кто говорит о другом человеке: я одновременно люблю и ненавижу его! И чем больше зла «соблазнитель» приносит в жизнь тех, кто очарован им, тем быстрее и полнее первоначальная влюблённость перерастает в ненависть и жажду мести. У некоторых возникающий в результате гнев оказывается столь велик, что они до последнего вздоха своей жизни не оставляют не только мысли, но и конкретные проекты, ставящие своей задачей максимально нагадить обидчику. Естественно, в такой ситуации совокупный выигрыш от когда-то принятого решения использовать такого человека уже оказывается сомнителен.
Автор прекрасно отдаёт себе отчёт в том, что при всей обоснованности приведённых выше аргументов, они способны тронуть далеко не всех. Представители тёмной триады по-прежнему будут приносить вред людям, даже самым близким. Как и всегда найдутся те, кто будет ради собственной выгоды обучать людей безжалостно использовать других – в первую очередь особенно уязвимых – в своих корыстных интересах. Увы, некоторых бессмысленно призывать посмотреть на мир глазами человека, которому постоянно делают больно, и проявить человеческое отношение,- они попросту не понимают по-хорошему, будучи способными внимать лишь языку грубой силы.
В такой ситуации остаётся лишь учить (потенциальных) жертв защищаться, отстаивать свои интересы, давать отпор и сурово наказывать обидчиков (последнее очень важно, т.к. отсутствие воздаяния фактически поощряет вредоносное поведение). В этом заключается основная задача нового проекта автора – «Анатомия Зла» psychopaths.ru, пришедшего на смену предыдущему ресурсу «Хищники и жертвы среди нас». Сайт рассказывает читателю об очень обаятельных и приятных с виду людях, контакты с которыми таят в себе наибольшую опасность, и детально описывает устройство их внутреннего мира. Подробно излагаются методы распознавания особо токсичных личностей, а также прочих, кто использует деструктивные приёмы в общении. Теоретический материал (изложение основных концепций, тесты, статьи) органически дополняют истории из упомянутой выше серии «Красавица Леночка», повествующие о жизни социальных хищников. Таким образом, образно выражаясь, у читателя есть возможность посетить не только «урок зоологии», но и виртуальный «зоопарк».
Тем не менее, автору хотелось бы надеяться, что даже в нынешний «век нарциссизма» многие найдут в своём сердце место настоящему чувству, вместо азартных игр на эмоциях других.

01:18 

Глава 2. Просветление с летальным исходом

Психиатры Леонард Гласс, Майкл Кирш и Фредерик Паррис рассказывают истории своих пациентов, принимавших участие в тренингах эст:
«Случай 1. Господина А., 39-летнего женатого управленца, забрали в закрытое психиатрическое учреждение посреди семинара... Внезапная смерть его матери, когда ему было 23 года, была для него травмирующим событием, но он считал, что успешно справился со своими переживаниями, до тех пор, пока не оказался на тренинге. У пациента и в его семье не было истории психических заболеваний.
Господин А. и его жена приняли участие в эст – тренинге по настоянию нескольких близких друзей. Он надеялся с помощью тренинга наладить свою семейную жизнь и усовершенствовать навыки управленца. После второго дня тренинга он испытал заметный прилив сил, самооценки и знаний. Он, по терминологии эст, получил ЭТО. Одновременно с душевным подъёмом, у него возникло сильное чувство раскаяния в связи со смертью матери 15 лет назад. Он говорил: «Она умерла прежде, чем я мог показать ей, на что я способен». Воспоминания о её похоронах не давали ему покоя и заставляли его плакать, но в то же время он чувствовал себя странно спокойным и могущественным. Он прыгнул голым в свой бассейн и пытался дышать под водой. Он чувствовал себя богоподобным и что он мог выжить без воздуха, игнорируя увещевания своей семьи. Он предпринимал всё более опасные трюки, чтобы обосновать своё грандиозное самовосприятие. После двух дней такой его маниакальной активности жена вызвала полицию, и его принудительно госпитализировали.
Случай 2. Господин Б., неженатый мужчина 26 лет, был доставлен в психиатрическое лечебное учреждение пять дней спустя после первого уикенда эст... У него было мало друзей. После окончания колледжа он работал школьным учителем. Ни у него самого, ни у его родственников не было истории психических расстройств.
Господин Б. принял участие в тренинге эст, когда ему было 25, после того как слышал о нём от нескольких учеников. Вечером на второй день тренинга он испытал зрительные иллюзии в процессе «всматривания», в ходе которого участников инструктируют «контактировать» с другим человеком посредством пристального взгляда на него. На протяжении следующих трёх дней он начал «знать мысли других людей». На следующей сессии он встал со своего кресла и занял сиденье тренера на сцене. Пациент сообщил, что в тот момент он не знал, кто он такой, или скорее что он может быть кем угодно. Он выбежал из помещения по окончании тренинга, и впоследствии ему сообщили, что тренер был озабочен его поведением.
Господин Б. не закончил тренинг. Он связался с родственниками, чтобы сообщить им о своей надвигающейся смерти и исповедаться в чувстве сексуальной вины. Он не мог спать и верил, что он был одержим. Вызвали местного священника. Слуховые галлюцинации и нарастающая мания величия привели к его госпитализации в закрытое психиатрическое учреждение, где он стал получать фенотиазины внутримышечно.
В свой первый день в больнице, веря в то, что «ничто не реально», он попытался просунуть руку через оконное стекло и порезал себе сухожилия, которые потребовали хирургического восстановления. Он был отпущен домой после 7 дней пребывания в больнице. Дальнейшее лечение состояло из умеренных доз фенотиазинов и амбулаторной психотерапии на протяжении последующих 14 месяцев. Он вернулся на прежнюю работу, однако чувствует замкнутость, неуверенность в себе и неспособность вернуться на прежний уровень социального взаимодействия.
Случай 3. Господин В., женатый студент 4 курса стоматологического отделения, развил в процессе тренинга идеи отношения... Его брат-близнец погиб год назад в результате автокатастрофы, происшедшей, вероятно, вследствие алкогольного опьянения. Господин В. глубоко переживал потерю, однако справился с этим и радовался, наблюдая, как растёт его 18-месячный сын. Ранее господин В. не подвергался психиатрическому лечению, и у него в семье нет истории психических заболеваний.
Пациент посещал эст по настоянию матери, которая оплатила его участие. Первый уикенд тренинга сильно смутил и встревожил его. Он вспоминает, как ему говорили: «личность – это ложь, но она сгодится». Об этом утверждении он сказал: «оно полностью разрушило меня». Пациент вспоминает утверждение тренера: «Ты не реален; ты не можешь ничего сделать, так как это не реально». Он ушёл с сессии и начал испытывать неконтролируемые перепады настроения. Первоначальное чувство приподнятости быстро уступило место основательной депрессии, и господин В. находил боль «более невыносимой, чем когда умер мой брат; это невероятно: любое физическое наказание показалось бы мне более милосердным». Он начал чувствовать отчуждение по отношению к самому себе, своей жене, и своей роли в стоматологической клинике. У него развились идеи отношения и влияния, и развилось убеждение, что он способен читать мысли своего сына. Он часами ходил по улицам города, боясь показывать кому-либо своё лицо, дабы они не контролировали его разум.
Это состояние продолжалось две недели. Пациент бросил курс эст, ненадолго оставил жену и ребёнка, однако был в состоянии «создавать видимость» в своей профессиональной деятельности. Он разработал и начал внедрять угрожающий жизни проект, находясь в состоянии серьёзной депрессии.
Его психоз постепенно рассосался без формального психиатрического лечения, однако у него остаются проблемы в семейной жизни. Его жена воспринимает его как «робота» с тех пор, как он посетил эст.
Случай 4. Миссис Г., 34-летняя мать троих детей, была доставлена в отделение неотложной помощи общего госпиталя в сильно возбуждённом и бредовом состоянии несколько дней спустя после её второго уикенда эст.
У пациентки не было истории психических заболеваний. Будучи ещё тинэйджером, она прославилась, героически спасая свою спутницу, которую рвал на части медведь. Спутница погибла, однако героизм миссис Г. был отмечен в средствах массовой информации, и она получила награду в Вашингтоне.
После короткого периода общественного внимания, миссис Г. вела по большей части непримечательную жизнь, когда она захотела принять участие в программе эст. Она испытывала стрессы перед тренингом, включая гистерэктомию и известие о серьёзной болезни близкого родственника. После первого уикенда тренинга она начала замечать странные совпадения (идеи влияния), стала развивать чрезмерную активность, писала пространные, грандиозные проекты и мало спала.
Во время второго уикенда она рассказала о своём подвиге увлечённо слушавшей её аудитории и была очень польщена, когда тренер распорядился, чтобы ассистенты «записали это на плёнку». Позже в ходе «процесса» она каталась по полу в неконтролируемом приступе смеха, однако ей никто не препятствовал.
В следующие несколько дней её гиперактивность, грандиозность и нестабильность нарастали, и её забрали в местное отделение неотложной помощи. У неё была выявлена гипомания и некоторое переутомление, однако она была в состоянии лечиться амбулаторно, с ежедневным наблюдением и умеренными дозами хлорпромазина.
Этот эпизод исчерпал себя за несколько недель, но уступил место основательной депрессии, продолжавшейся многие месяцы. Год спустя у неё случился второй приступ мании (во время которого она ощущала себя «движущей силой, стоящей за Вернером Эрхардом» и стала опасаться его зависти), за которым последовал более короткий и умеренный эпизод депрессии. Последние два года она находилась в ремиссии и получала сеансы психотерапии раз в две недели.
Случай 5. У господина Д., 30-летнего неженатого мужчины, развился рекуррентный параноидный психоз через шесть недель после завершения программы эст. Младший из двух сыновей пары специалистов с высшим образованием, господин Д. постоянно безуспешно соперничал со своим более одарённым старшим братом. После подросткового периода, отмеченного депрессией и малым количеством друзей, он окончил колледж и устроился управленцем низшего звена в банк. Приём мескалина в 1969 году спровоцировал преходящий психотический эпизод, характеризовавшийся параноидным бредом и бредом величия, который прошёл без лечения в течение двух недель. Он оказался не способен вернуться на своё прежнее место работы в банк и вместо этого нашёл работу наборщика текстов в большой фирме электроники, где продолжал работать на момент наблюдения.
На протяжении последних 6 месяцев 1973 года господин Д. посещал терапевтическую группу, ведомую психиатром, по мнению которого пациент страдал от серьёзного невроза навязчивых состояний. В декабре 1973 пациент прошёл курс эст. Вначале у него была интенсификация заносчивости и отстранённости, с одновременным ощущением эмоционального подъёма и обновлённой уверенности в себе. Он полагал, что эст снабдила его ответами, которые он искал, и потому оставил терапию. Шесть недель спустя он резко прервал контакты со своим ближайшим семейным окружением, укрылся в собственном доме, опасаясь, что ему причинят вред, если он его покинет, и проводил свои дни в молитвах. После трёхнедельной изоляции под давлением со стороны семьи он снова установил контакт со своим прежним психотерапевтом, который нашёл его состояние психотическим и параноидальным. После пяти индивидуальных сессий пациент смог вернуться к работе, однако снова прекратил терапию.
Восемь месяцев спустя после посещения эст господин Д забаррикадировался в собственном доме, отказываясь отвечать на телефонные звонки или впускать членов семьи. Когда полиция и члены семьи силой проникли в дом, они нашли его немым и неухоженным среди портретов религиозных фигур и капканов, сооружённых из проволоки. Он был вначале госпитализирован в местный центр психического здоровья, однако покинул его после недолгого пребывания. Его диагноз при выписке был «шизофрения параноидного типа».
Неделю спустя, вооружённый луком и стрелами, а также ружьём, он подошёл к группе мужчин на углу улицы. В последовавшей потасовке ружьё выстрелило, господин Д. был серьёзно ранен и нуждался в срочной операции. На момент наблюдения он посещал еженедельные сеансы психотерапии и получал антипсихотики. Он вернулся на прежнюю работу.
У мисс Е., 26-летней незамужней школьной учительницы, после тренинга эст развилось переедание и острый эпизод депрессии. Когда ей был 21 год, её мать умерла от раковой опухоли в желудочно-кишечном тракте. В подростковом возрасте у мисс Ф. было много друзей, и она принимала активное участие в деятельности церкви. Ни у неё самой, ни у кого-либо из членов её семьи не было истории психических заболеваний.
Когда ей было 24 года, её долгосрочные отношения с мужчиной оказались под угрозой, и она записалась на тренинг эст в надежде их спасти. В ходе тренинга она поняла закономерность, что всегда была жертвой в отношениях, и это открытие поколебало её самооценку. Она не могла «поделиться» своим дискомфортом с группой, так как чувствовала, что лидер «не хочет слушать о негативном опыте» и «группа не поддержит её».
В первый же уикенд тренинга она начала жадно есть, и за следующий месяц набрала 30 фунтов. После завершения тренинга она впала в апатию и «потеряла интерес к жизни». Она оборвала контакты с друзьями и переехала в дом отца. Её жизнь превратилась в унылую рутину посещения школы, после которой она возвращалась домой, чтобы есть и спать. Она время от времени думала о самоубийстве (однако не делала попыток) и описывала этот период как «худшее время за всю мою жизнь». Пытаясь уменьшить свои душевные страдания, она приняла участие в курсе для выпускников «Будь здесь сейчас». Этот курс усилил её депрессию; после его прохождения она чувствовала себя белой вороной, т.к. не могла «получить ЭТО».
Два месяца спустя после первоначального тренинга, прибавив в общей сложности 40 фунтов, она обратилась за профессиональной помощью, и стала посещать два раза в неделю сеансы психотерапии. Через пять месяцев после начала терапии её депрессия начала спадать, она начала сбавлять вес и возобновила контакты с друзьями. Она защитила диплом и получила работу учителя. На момент наблюдения она работала учителем и продолжала получать сеансы психотерапии два раза в неделю.
Мисс Ж., 24-летняя безработная незамужняя женщина, стала растерянной, дезориентированной и напуганной непосредственно после тренинга эст. Затем её состояние самопроизвольно улучшилось через несколько дней. Через полгода в ходе семинара для выпускников у пациентки развилось бредовое мышление. Отец мисс Ж. был алкоголиком и жестоко обращался с детьми. Её мать окружала её теплом и любовью, но умерла, когда пациентке было 11 лет. После этого о ней заботилась череда приёмных родителей. Хотя она плохо училась и у неё были проблемы с дисциплиной, она окончила школу, после чего работала с перерывами кассиром в кондитерском магазине. Мисс Ж. спорадически злоупотребляла амфетаминами, сидя на диете. У неё не было формальной психиатрической истории; её отец неоднократно госпитализировался из-за проблем, связанных с алкоголем.
Осенью 1975 года, расставшись со своим молодым человеком, мисс Ж. прослушала курс «Будь здесь сейчас». В ходе программы она чувствовала себя подверженной «пропаганде» и была озадачена такими утверждениями тренера, как «это нормально не быть кем-то, прежде чем ты сумеешь им стать». Она утверждала, что это понятие «говорило у меня из затылка» и «взорвало мой мозг». В процессе тренинга её «мышление вышло из-под контроля», и она начала «думать о мышлении». Посреди тренинга у неё начался бред: она стала думать, что она Дева Мария, что тренер любит её и что Вернер Эрхард был внутри неё. По окончании курса для выпускников мисс Ж. стала более изолированной, её личная гигиена пришла в упадок, и она перестала выполнять работу по дому.
Три месяца спустя она стала одержимой эст, изолировала себя от семьи, начала пристально смотреть в пустоту и слышать голоса. Она стала убеждённой, что Вернер Эрхард был внутри неё, и что она поддерживала с ним контакт. Она была госпитализирована в местный центр психического здоровья и пролечена антипсихотиками. В ходе 6-дневной госпитализации её поведение стало более уместным, но на момент выписки у неё время от времени были слуховые галлюцинации. Её диагноз при выписке был острый эпизод шизофрении. Она была направлена на амбулаторное лечение с рекомендацией продолжить приём галоперидола. Пять месяцев спустя она способна работать неполный день, поддерживаемая антипсихотиками и еженедельной психотерапией».
Упомянутым психиатрам вторят доктора Хиггитт и Мюррей из Бетлемской королевской больницы в Лондоне (многие из нас невольно упоминают это славное лечебное учреждение, произнося слово «бедлам») своим рассказом о наблюдавшемся ими молодом человеке, принявшем участие в британской версии тренинга эст:
Господин Р., 20 – летний студент, был принудительно госпитализирован через 5 дней после первого уикенда стандартного тренинга. Изменения в его поведении были впервые замечены на второй день тренинга, и в следующие несколько дней он становился всё более подозрительным, испуганным и беспокойным. Он демонстрировал сексуально распущенное поведение и страдал от бессонницы и потери аппетита за три дня до госпитализации...
Господин Р. выглядел небритым, высоким молодым человеком, пристально рассматривавшим собеседника, чередуя это занятие с чтением нескольких листочков заметок, написанных заглавными буквами. Он говорил быстро и с усилием, жалуясь на то, что его мысли двигались слишком быстро. Он использовал фразы, распространённые в литературе по эст, однако его предложения были несвязными и его монолог был усыпан бредовыми идеями. Как он сказал, его тело истончалось за ночь настолько, что он умрёт. По словам господина Р., он также планировал путешествие на Луну со своим братом. А из его друзей, оказывается, приготовляли пищу в госпитале, в результате чего Р. заявил штату учреждения, что он вегетарианец. Он проявлял заметное беспокойство. За время пребывания в госпитале у него не было галлюцинаций, однако он сообщил о необычных ощущениях, возникавших у него в дни, предшествовавшие госпитализации. Он слышал, как люди стучались в дверь его дома, а также звон колоколов вдалеке. Его очень беспокоили тренеры эст, и он попеременно чувствовал себя то преследуемым, то оберегаемым ими.
Его состояние улучшилось в результате лечения хлорпромазином и карбонатом лития. Он был выписан после 78 дней пребывания в больнице и с тех пор не демонстрировал симптомов. Он закончил высшее учебное заведение с отличием.
Приведённые выше клинические истории дополняют неформальные воспоминания людей, в своё время прошедших тренинги. Рассказывает женщина по имени Андреа де Михаэлис:
«Я прошла эст в семидесятые, когда я была ещё юной, очень наивной и впечатлительной. Я поняла, что я эмоционально очень сильный человек, так что я многое вынесла оттуда и не испытала на себе негативных эффектов. Но это было не так в случае многих участников. Стало привычным видеть, как, казалось бы, сильные люди ломались психологически до такой степени, что они лежали на полу, свернувшись словно плод в утробе матери, визжали, пускали пузыри и слюни, полностью теряли контроль над собой прямо рядом со мной. Мой тогдашний муж был одним из них. Нам не позволяли сидеть вместе. Нам давали указания не прикасаться к этим людям и не обращать на них внимания. Тогда я полагала, как и все прочие, что устроители семинара держат ситуацию под контролем, а потому никому не будет нанесено вреда. Это было не так. Мой муж стал сам не свой и покончил жизнь самоубийством несколько лет спустя.
Однако самым трагическим примером побочных эффектов эст, наверное, является случай Джека Сли. На момент участия в семинаре эст, Джек Сли был 26-летним жителем Монтвилля, штат Коннектикут. Он окончил университет шт. Коннектикут в 1978 году. Он был принят на факультет права университета Вермонта, однако предпочёл сконцентрироваться на возможностях профессионального развития в финансовом секторе. Набравшись опыта в кредитной компании, он устроился на работу в банк в Миддлтауне, шт. Коннектикут. Вскоре после этого он был повышен в должность менеджера нового местного отделения банка.
Весной 1983 года двое друзей Джека привели его на тренинг эст. После посещения «гостевого семинара» в мае 1983 года в Нью-Хейвене, Коннектикут, Сли внёс пятьдесят долларов предоплаты, чтобы зарезервировать место на тренинге эст. Одна из его целей, заявленная в регистрационной форме, заключалась в том, чтобы «снять затруднение во взаимодействии с незнакомыми людьми в групповой ситуации, будь то деловая или социальная встреча». Члены семьи Сли впоследствии рассказали представителям средств массовой информации, что он пытался работать над повышением уверенности в себе. Джек принял участие в тренинге эст 14 августа 1983 года в отеле Парк Плаза в Нью-Хейвене.
Сли потерял сознание после 16 – часовой сессии семинара. Оно упал навзничь, стоя на сцене с другими участниками, в ходе части тренинга известной как «процесс угрозы» или противостояние страху, которая началась примерно в 23 часа 30 минут. Как предполагалось, Джек должен был противостоять своему страху стоять перед группой людей. Выпускник эст, роль которого называлась «ловец тел» или «ловец людей» задержал падение Сли, а затем пошёл за помощью. Ассистенты на тренинге эст выяснили, что Сли не дышал, и попытались реанимировать его.
Парамедики вынесли Сли из зала отеля до полуночи и перевезли его в Йельский госпиталь Нью-Хейвена. В 1 час 3 минуты Сли был признан мёртвым «по невыясненным причинам» врачами Йельского госпиталя в Нью-Хейвене. Предварительное вскрытие тела Сли было выполнено в ночь его смерти, а 16 августа проведено более подробное патологоанатомическое исследование, которое, однако, поставило медиков в тупик.
В ноябре 1983 года управление судебно-медицинской экспертизы шт. Коннектикут опубликовало доклад, согласно которому «Полное вскрытие не показало анатомических причин смерти. Имеющаяся история указывает, что господин Сли потерял сознание в ситуации, где был возможен сильный эмоциональный стресс. Такой эмоциональный стресс мог иметь нервные и гормональные проявления, ведущие к нарушениям сердечного ритма».
Патолог, обследовавший тело Сли, заявил: «Мне не нравится слово «испуг», однако известны случаи внезапной смерти, где важную роль играют эмоции, например, когда индивид считает, что на него наложено проклятие».
Хотя на тренингах эст, к счастью, люди умирали редко, многие теряли сознание непосредственно во время семинара, в первую очередь в особенно напряжённые моменты. О том, как на тренингах эст поступали с людьми, падавшими в обморок во время «процесса угрозы», красноречиво свидетельствует следующая история. Тренер инструктирует участников:
«А теперь мы собираемся показать вам страх. Мы поможем вам испытать всю вашу показушность, все ваши спектакли, всё ваше дерьмо. Каждый из вас, как часть ряда из двадцати пяти человек, выйдет в переднюю часть зала и будет стоять и смотреть на всю остальную аудиторию. Всё, что я хочу, чтобы вы делали,- это чтобы вы стояли здесь и были здесь. Я не хочу, чтобы вы выглядели круто. Я не хочу, чтобы у вас была сексуальная улыбка. Я не хочу, чтобы вы были Дружелюбными Джо. Я не хочу, чтобы вы держались с достоинством. Я не хочу, чтобы вы расслаблялись. Я хочу, чтобы вы пришли сюда и просто были. А те, кто ещё в аудитории, я хочу, чтобы вы осознали, что с вами происходит. Сейчас, когда вы сидите, делая вид, что вы с людьми, которые прямо перед вами и смотрят на вас, вы на самом деле заняты, словно пчёлы, подготовкой своего собственного спектакля. В этом и состоит процесс угрозы: привести вас в контакт с вашими грёбаными спектаклями. Заставить вас почувствовать вашу неспособность просто быть. Заставить вас увидеть, что вы так напуганы, что люди могут увидеть, кто вы есть на самом деле, что вам приходится разыгрывать роль перед людьми. эст не интересуется ролями. эст желает привести вас в контакт с тем, кто вы есть, чтобы вы просто были тем, кто вы есть».
«Ок. Второй ряд, две центральные секции, встаньте! Снимите ваши свитеры и пиджаки. Повернитесь направо и маршируйте на платформу. Поехали!»
Люди во втором ряду встают, некоторые снимают свитеры и пиджаки. Затем они все семенят направо, потом вниз по проходу, затем вверх и через платформу. Когда они проходят перед другими участниками, большинство выглядят виноватыми, испытывающими неловкость или испуганными. Если бы не их чистенькие городские наряды, эта волочащаяся группа пугливых взрослых напоминала бы военнопленных, которых ведут на расстрел. Наконец, каждый из них останавливается и разворачивается лицом к аудитории. Многие выглядят так, словно они видят стволы, направленные на них.
Одна девушка смотрит в ужасе поверх голов аудитории. Упитанный мужчина уставился в пол с болезненной улыбкой. Безупречно одетая женщина средних лет широко осклабилась на аудиторию в целом, и её правая щека слегка подёргивается. Стройная, с гладкой кожей блондинка двадцати лет с небольшим, одетая в откровенно прозрачную белую блузку, не смотрит ни на кого. Она неотрывно всматривается в противоположную стену. Несколько человек никак не могут найти, куда деть свои руки.
«Убери эту глупую улыбку со своего лица! Ты, придурок!»
Поскольку у трёх или четырёх человек действительно глупые улыбки, а ещё, вероятно, полдюжины думают, что у них глупые улыбки, крик тренера погружает многих в изучение собственных лиц. Женщина с замершим оскалом нисколько не поколебалась, словно она не слышала. Тренер подходит и встаёт перед ней: «Ок, Марси, избавься от своей глупой улыбки и просто будь здесь с нами».
Улыбка Марси остаётся. То, что она не меняется, делает её ещё более замершей и искусственной.
«Ты пряталась за этой глупой улыбкой на протяжении двадцати лет, Марси. Убери её. Избавься от неё! Нам больше не нужна твоя показушность. Нам нужна ты!»
Будто статуя, которую толкнул небрежный прохожий, всё тело Марси словно покачнулось один или два раза, однако улыбка остаётся неподвижной, как и прежде.
«Я не могу»,- говорит она слабым голосом сквозь свой фиксированный социальный оскал.
«Убери это. Такой дерьмовый спектакль управлял твоей жизнью. Просто будь здесь».
«Я не могу»,- шепчет статуя.
«Точно! Ты так напугана, что ты даже не знаешь, что ты напугана».
Замершая улыбка Марси теперь дополняется слезами, наворачивающимися на её глаза, одна из которых бежит по её левой щеке.
«Иди сюда, Марси»,- говорит тренер, после чего берёт её за руку и уводит с платформы в правую часть ряда участников.
«Посмотри на Диану, Марси. Она так напугана, что она не может даже посмотреть на аудиторию. Ты видишь это?»
«Да»,- очень тихо говорит Марси.
«Посмотри на аудиторию, Диана»,- говорит тренер деликатным тоном сексуальной, неподвижно замершей женщине в прозрачной блузке. Быстро моргая, Диана смотрит вниз на аудиторию и нервно улыбается.
«Спасибо, Диана. Теперь смотри на аудиторию, будь с аудиторией и не улыбайся... Спасибо. Ок, Марси, теперь посмотри на Ларри вот здесь. Выглядит ли он счастливым и расслабленным?»
«Нет»,- говорит Марси после короткой паузы.
- Он напуган?
- Да.
- Чем он напуган?
- Я не знаю.
- Чем ты напуган, Ларри?
- Думаю, я немного нервничаю.
- ДА ТЫ ПРОСТО ОБОСРАЛСЯ, ЛАРРИ! Теперь, Марси, посмотри на Джерома. Он напуган?
- ...Нет, он держится нормально.
- Ты напуган, Джером?
- Не думаю.
- Почему ты не напуган, Джером?
- Не знаю. Полагаю, просто нечего бояться.
- Он глупый, Марси? Он глупый, что не боится?
- Нет...
- Он улыбается?
- Нет.
- А ты улыбаешься?
На мгновение Марси, на лице которой по-прежнему замерла улыбка, умудряется хмуриться, плакать и улыбаться одновременно.
- Вероятно. Я хочу сказать, да.
«Ок. Я хочу, чтобы ты вернулась в строй и посмотрела на кого-нибудь в переднем ряду, и я хочу, чтобы ты сконцентрировалась на ощущении твоей улыбки. Почувствуй мышцы своего лица, своих губ, своего лба. Полностью ощути свою улыбку. Если она останется, то останется. Если исчезнет, то исчезнет».
Марси занимает своё место обратно в строю, и спустя несколько минут восемь ассистентов с каменными лицами маршируют вниз по боковому проходу, а затем вверх по платформе, чтобы занять позиции нос к носу с восемью участниками. Диана, милая блондинка с привлекательным лицом и прозрачной блузкой, оказывается той, с кем ассистент выбирает «быть» носом к носу, и спустя пять минут её привлекательное лицо всё в слезах. Упитанный мужчина, который прежде всматривался в пол, начал тяжело прерывисто дышать, однако продолжал смотреть в глаза. После десяти минут, большую часть из которых тренер распекал всех, чтобы они прекратили свои спектакли и просто были, ассистенты маршируют обратно и первым двадцати пяти участникам разрешают сесть.
Следующая порция участников, которым предстоит стоять перед остальными, не столь драматически напугана, как предыдущая, однако в ней один мужчина начинает плакать. В четвёртом «построении» женщина падает в обморок, и ассистент, стоящий позади неё, очевидно, готовый к такому случаю, ловит её и укладывает на платформу, немедленно снова занимая своё подобное роботу положение позади строя. Дон (тренер) подходит, встаёт около неё и говорит, абсолютно нейтральным тоном: «Посмотрите на неё! Она готова на что угодно, даже падать в обморок, лишь бы не быть здесь с нами. Вставай, Элейн. Инструкция для тебя такова, чтобы ты встала и просто была вместе с другими участниками. Не разыгрывай перед нами спектакль «дева в беде». Просто вставай и будь».
Элейн, женщина средних лет в пурпурном костюме, гротескно лежала на спине почти точно в центре платформы, а по дюжине других участников стояли с каждой стороны от неё. И, что удивительно, она продолжала лежать, когда ассистенты маршировали, чтобы встать в упор с избранными участниками, и даже тогда, когда другие двадцать четыре участника возвращались на свои места, двенадцать из которых обходили её распростёртое тело.
Пятая группа участников марширует и занимает позицию напротив других, а Элейн всё ещё лежит в центре платформы. Тренер продолжает увещевать других расслабиться и просто быть. Он словно совсем забыл про Элейн, присутствие которой даже другие участники перестают замечать.
Когда шестая группа уже собирается уходить, тренер встаёт и шепчет что-то в ухо Элейн. Затем, полминуты спустя, он говорит шестой шеренге, что он уже собирается их отпустить, и добавляет:
«Элейн, это твой последний шанс. Я хочу, чтобы ты встала сейчас».
Элейн стонет и медленно переворачивается на живот, затем поднимается на четвереньки и, наконец, встаёт. Она смотрит очумелым взглядом на аудиторию.
«Прекрасно. Вы все можете вернуться на свои места». И они уходят строем, включая Элейн.
По завершении «процесса угрозы» участник спросил, что Дон прошептал такого, что Элейн сразу же пришла в себя. «Элейн расскажет тебе в следующий уикенд»,- сказал тренер хладнокровно.
И в следующие выходные Элейн действительно сказала:
«Я... Я никогда не думала, что предсказание Дона сбудется. Я хочу сказать, я никогда не думала, я буду стоять сегодня, чтобы поделиться тем, что он прошептал мне в прошлое воскресенье, чтобы я пришла в чувство». Элейн оглядывает других участников и улыбается в нерешительности. «На самом деле, всю неделю я злилась на него за то, что он сказал и за то, что осмелился предсказать что я сделаю. Думаю, единственная причина, по которой я вообще вернулась на тренинг в эти выходные, это доказать что тот тренер был неправ». Элейн медлит и хмурится. «Я по-прежнему думаю, было неправильно с его стороны шептать такое, но... это сработало. Оно прекратило мой обморок. Это беспокоило меня всю неделю. Я думала, мой обморок был настоящим, и всё же я слышала что он сказал и встала...»
«Потом вчера днём я это поняла. Я хочу сказать, этот разговор про создание нами наших собственных ощущений действительно значил многое для меня. И слова тренера в прошлые выходные, что я на всё готова, лишь бы избежать быть с людьми – это неожиданно также обрело смысл. Я обычно не падаю в обморок, конечно, но, как правило, нахожу чем себя занять, читать или шить или говорить по телефону. Теперь я действительно вижу, как я создала свой собственный обморок».
Элейн перестала говорить и протянула микрофон обратно ассистенту.
«Что он тебе сказал?» - кричит Элейн один из участников.
«Не заканчивай сейчас!»- говорит другой голос.
«О!»- говорит Элейн. «Это... Его нет здесь... Может, мне не стоит повторять это...»
«Ты можешь повторить это»,- говорит Михаил. «Все шёпоты тренеров тщательно запрограммированы в руководстве для тренеров Вернером».
«Не этот, я надеюсь!»- восклицает Элейн с шокированным видом. «После того, как я лежала здесь, как мне говорит моя подруга, на протяжении почти двадцати минут, я неожиданно услышала, как Дон шепчет мне в ухо... Я не уверена, что я могу... Он прошептал мне в ухо: «Ок, Элейн, игра окончена. Следующий раз я попрошу тебя встать, и если ты не встанешь, один из ассистентов ляжет сверху на тебя и будет делать вид, что он тебя трахает».
«Тридцать секунд спустя»,- заключает Элейн,- «он сказал: «Элейн, пока вставать», и неожиданно сознание вернулось ко мне...» (смех и аплодисменты).
...Когда Джек Сли, тщетно пытаясь совладать со своей «боязнью толпы», потерял сознание на сцене, кто-то – полиция не знала, кто и откуда, – набрал 911. Однако пожарникам, первыми устремившимся на помощь в 23.46, у входа в зал тренинга преградила путь представительница эст: «подождите, рано ещё». Пожарник поинтересовался: что случилось? Нуждается ли кто-то в медицинской помощи? Она повернула голову и посмотрела в зал. «Нет, ещё нет»,- ответила она...
Основываясь на описании ситуации с Элейн, можно предположить, что тренер в это время пытался запугать умирающего Джека тем, как если он не поднимется тотчас же, подручные тренера будут изображать с бедным Джеком акт содомии. Пока не понял, видимо, что это уже будет скорее имитация акта гомосексуальной некрофилии...
Когда пожарники в итоге прошли в зал, оттолкнув женщину, не пускавшую их, они нашли Джека Сли лежащим на сцене. У него произошла остановка сердца. Усилия парамедиков, которые примчались спустя несколько минут с дефибриллятором, также не смогли спасти Джека.
Как рассказал фельдшер Дэниел Долфин из пожарного департамента Нью-Хейвена, когда он и его коллега прибыли на место, сидящие в зале «Люди смеялись. Люди плакали. Моё первое впечатление было, что это комедийное шоу, и парень, лежащий на сцене, просто разыгрывает спектакль».
Партнёр Долфина, Тони Делюз из службы скорой помощи Нью-Хейвена, также стал свидетелем странного поведения: «Они были все на местах, просто сидели и смотрели на сцену, словно аудитория. Большинство сидели тихо, было слышно как некоторые плакали, а другие смеялись».
А в это время тренер эст Дэйвид Норрис орал, обращаясь к участникам тренинга: «Всё нормально. Пусть это вас не беспокоит. Это не имеет никакого отношения к вам».
В тот же день, 14 августа, в том же зале отеля Парк Плаза, где умер Джек Сли, в 16 часов 58 минут, с другим участником, Томасом Кру, 31 года, случилось то, что он сам впоследствии характеризовал как обморок, а другие участники – как припадок. Как и в случае с Джеком Сли, службе неотложной помощи пришлось силой проникать в зал, где находился пострадавший и куда их не хотели пускать. По рассказам сотрудников экстренных служб Эллина Сюарда и Томаса Двайера, когда они прибыли на место, Томас Кру был на полу, «держался за голову, стонал от боли в голове и кричал: «я умираю, я умираю»». Перед этим, как выяснилось впоследствии, «он находился весь день на тренинге в состоянии сильного стресса... потом у него начали сильно трястись конечности, и он потерял сознание».
Ночь после инцидента Томас Кру провёл в Йельском госпитале Нью-Хейвена. Его история болезни впоследствии числилась в госпитале как «утерянная».
В ходе интервью, данного по возвращении из больницы, Томас Кру постоянно оглядывался на сопровождавшую его женщину, откровенно называвшую себя поклонницей эст, которая время от времени даже позволяла себе отвечать на вопросы за него. В результате, самым крамольным из всего сказанного им было недоумение, почему берут столько денег за тренинги (к 1983 году, когда он и безвременно умерший Джек Сли приняли участие, цена возросла с 250 до 425 долларов). И даже после этого он принялся умолять корреспондента не публиковать этот негативный момент. Характеризуя влияние тренинга на него, Томас сказал: «Это было сильное ощущение. Думаю, эст в некоторой степени провоцирует такие вещи. Там присутствовала эмоциональная напряжённость».
Примечательно, что сопровождавшая его «подруга» также не преминула высказаться. Мол, всё равно никто не узнает «всего» об этой организации. «У меня такое чувство, что люди «не могут принять необъяснимое. Они хотят получить осязаемый ответ. Хотят обвинить или осудить».
Журналистка Карен Ли Зайнер, желая вывести культ Эрхарда на чистую воду и рассказать людям правду, тщетно пыталась получить сведения от примерно двухсот свидетелей трагической кончины Джека Сли. Лишь Альберт Колтер, выпускник эст из Торрингтона (который сам не был на сессии тренинга, однако детально беседовал с теми, кто был), откликнулся на её просьбу. По его словам, Джек Сли «был на сцене с тридцатью или сорока другими людьми, пытаясь научиться смотреть в глаза, но испугался и потерял сознание». – «Испугался? Испугался чего?» – «Просто испугался. Вот и всё».
Другие и вовсе отказывались сообщать какие бы то ни было сведения. И только с напускной доброжелательностью советовали девушке самой записаться на тренинг. Мол, не приставай к людям и не пытайся никого осуждать, а просто сходи, и тебе полегчает.
Женщина из PR-службы секты заявила ей: «тренинги эст не вызывают обмороки у людей». Казалось бы, как можно так лгать, учитывая сколько людей теряли сознание в ходе семинаров?! Однако если вдуматься, это заявление можно считать справедливым в некотором специфическом, характерно извращённом для эст смысле. Ведь, согласно учению секты, люди сами создают свою судьбу. А потому, падая в обморок в ходе тренинга, они делают это исключительно по собственной инициативе.
Когда уже фактически мёртвого Джека Сли забрали в Йельский госпиталь, инструктор Дэйвид Норрис просил участников «поделиться» своими мыслями о том, что только что произошло. Видимо, он хотел донести до участников, как Джек так боялся быть с ними «здесь и теперь», что предпочёл скорее умереть. Занавес.

01:18 

Глава 3. Бесчинство баблорубов

В первые годы новой, дерьмократической власти в России, жаждущие хорошо заработать на чужих душевных муках просекли: на индивидуальной терапии, даже неоправданно пролонгированном психоанализе, состояние не сколотишь. С каждым по отдельности возни много, а на полученные средства от силы можно купить шубу на летней распродаже, летать каждый год в Турцию или Египет (а если повезёт, то и в Таиланд), а также взять Форд Фокус в кредит. Не предел мечтаний, увы. То ли дело организовать тренинг, который собирает стадионы. Это, конечно, во много раз прибыльнее, но и здесь имеется сложность: как организовать постоянный приток новых участников?
При таком раскладе оптимальным решением было создание психосекты, в которую уже окученные лохи непрерывным потоком приводили бы новых овечек. Поняв ценность такого подхода, видный психолух Козлищев организовал собственный культ Синтепон, в котором наставлял своих адептов, как манипулировать чужой психикой.
Надо отдать должное господину Козлищеву, который без ложного стыда (если вообще уместно говорить о стыде и совести применительно к таким людям, как он) пишет о том, кто были его учителя и вдохновители:
«В дианетику я влюбился почти сразу... Люди там действительно очень доброжелательные, контактные, и если вы стоите в коридоре без особого дела, к вам очень скоро кто-то с искренней улыбкой с чем-то обратится, скажет какие-нибудь теплые поддерживающие слова и, скорее всего, обязательно порекомендует текущие учебные курсы».
Разумеется, порекомендуют. А иначе, без огромных сумм, собираемых за «учебные курсы», на что же лидеры сайентологической секты будут жить? А живут-то они не так, как простые смертные, а на широкую ногу!
«Супервайзеры, то есть ведущие учебного процесса,- это сказка. Это личностное совершенство, о котором могут мечтать любые серьезные организации: напор, уверенность, четкость в работе и формулировках, предельная ответственность и штурмовая скорость перемещения.
Если считать, что счастье – это когда жизнь полна, то в стенах Дианетического центра я был счастлив. Столько плотных переживаний, неожиданных и ярких событий! Еще бы: уже спустя десять минут после начала занятий меня отправили на правеж, на разборку в конфликтную комиссию.
Простите, неточен: конфликтная комиссия существует в организациях, где людей хотя бы формально уважают, и предполагают, что бывают правы и они, люди, а не только организация. А тут, поскольку технология совершенна и сбоев быть не может, по определению не правы всегда вы; соответственно, вас отправляют в отдел коррекции.
То есть в отдел, где все неправильное (то есть вас) обстругивают и придают вам правильную форму согласно болванкам (простите, бланкам) от LRH (здесь и в дальнейшем эта аббревиатура означает L. Ron Hubbard).
За что меня направили в отдел коррекции (кстати, сделав это исключительно мило, вежливо и корректно, заполнив на меня специальный бланк, который там всегда под рукой, поставив галочки против заранее предусмотренных пунктов нарушений и предложив мне уяснить все слова данного бланка и четыре раза расписаться)?
Да все просто — по пункту "нарушение технологии", то есть за вредность мою, когда я попросил супервайзера не требовать от меня изучения подробностей личной жизни Рона Хаббарда и, по возможности, заняться курсом тренировочных упражнений.
За что, собственно, я деньги и заплатил».
Однако известность Синтепона ничтожна в сравнении с психосектой «системно-векторной психологии». Она была основана субъектом, который будет здесь обозначаться (по причинам, которые станут очевидны из дальнейшего изложения) как Юрий Баблан. Непосвящённым о нём известно, по сути, только то, что он гуру – основатель культа системно–векторной психологии, а с точки зрения особенностей личности, говорят, нарцисс ещё тот. Последнее утверждение, конечно, трудно комментировать тому, кто не имел непосредственного контакта с субъектом. Однако некоторые выразительные моменты в его поведении позволяют сделать определённые выводы. Например, разработал, допустим, человек по имени Юрий Баблан своё направление, свою концепцию, которую он назвал «системно-векторная психология». Как логично назвать главный посвящённый этим вопросам сайт? Наверное, <какая-нибудь аббревиатура слов системно-векторная психология><точка>ру или наподобие этого. Как нарцисс назовёт свой сайт? юбаблан<точка>ру! Казалось бы, пустячок, но он может указывать, что СВП – лишь инструмент, при помощи которого её создатель удовлетворяет раздутые до масштабов Вселенной запросы своего эго в плане денег и власти над сознанием других людей.
На чём же построено учение СВП? В сфере поп – психологии давно и успешно зарекомендовали себя классификационные схемы, восходящие к типологии личности Майерс – Бриггс и, в конечном счёте, к К.Г. Юнгу. В России апофеозом этого направления стала так называемая соционика. Успешность её как коммерческого продукта можно связать с тем, что даже объективно отрицательные стороны этой теории удобны тому, кто её использует для достижения своих утилитарных целей.
Так, любые средства психодиагностики, которые хоть на что-то претендуют, должны быть достаточно валидными и надёжными. Валидность инструмента означает, грубо говоря, что он действительно измеряет то, для чего предназначен. Надёжность предполагает временную и пространственную повторяемость результатов диагностики (например, если мы говорим о личности человека, результаты оценки двумя независимыми специалистами по применению метода должны в разумной степени согласовываться между собой; кроме того, должны быть похожи результаты оценки одного и того же человека через небольшой интервал времени).
В случае же поп-психологического применения соционики валидность никого не волнует, т.к. даже когда девочки с форумов облажаются в применении теории в своей личной жизни – тем лучше. Больше у них будет неурядиц – больше будут ходить на соционические форумы. Ведь те, кто решил свои проблемы, приведшие их к заинтересованности этими вопросами, посвящают больше времени семье, реальной социальной жизни и так далее. Таким образом, проблемы с валидностью соционики во многом играют на руку устроителям соционических форумов, стригущих бабло с этого дела.
Аналогично обстоят дела с надёжностью. Чем больше пены у рта у девочек, выясняющих, у кого какой тип (точнее, ТИМ – тип информационного метаболизма), тем дольше они просидят на форуме, тем больше невольно прочитают рекламы, тем выше у кого-то прибыль. Ситуация только усугубляется типизацией известных личностей. Это подстёгивает интерес, добавляет споров, но, конечно же, не помогает выяснению истины. Да и как она могла бы помочь, если большая часть тех, кто рассуждает о типаже «Дон Кихота», попросту не читали произведение Сервантеса?!
Однако какой бы эффективной ни была соционика для решения чисто утилитарных задач устроителями интернет – ресурсов, посвящённых этой тематике, Юрию Баблану удалось найти ещё более совершенное решение.
Говоря языком линейной алгебры, можно сказать, что предложенная система восьми векторов образует своего рода базис человеческой личности. А любая совокупность черт конкретного индивида может быть, образно выражаясь, представлена в виде «линейной комбинации» векторов этого базиса.
В этом отношении теория Баблана выгодно отличается от соционики, идейно восходящей к типологии Юнга (хотя при желании корни этих учений можно искать гораздо глубже – у Гиппократа и Галена) с её дихотомическим подходом (ты либо одно, либо другое), а также исключением «средних» между крайними проявлениями черт. Тут же всегда можно сказать, что хотя ты по большей части смотришь в сторону одного вектора, ты также демонстрируешь черты одного или нескольких дополнительных.
Как это работает? Жертва (пока потенциальная) попадает по одной из несметного числа ссылок с поисковиков, социальных сетей, форумов и многих других мест в интернете на юбаблан либо на один из многочисленных сайтов и блогов – сателлитов, созданных армией нанятых сектой писак. Там он(а) узнаёт, что какова бы ни была ситуация, заставившая его (или её) вообще о чём-то задуматься, успех его жизни зависит от того, насколько раскрыты, реализованы те векторы, которые в нём заложены. А узнать о том, как этого достичь, можно только на тренингах СВП.
Почему эта реклама работает? Зачем люди ведутся на такое? Сейчас, когда секта уже раскрутилась вовсю, важным фактором является её популярность сама по себе. Многие рассуждают так: «Раз стадо идёт туда, пожалуй, и я тоже схожу». Или, как в советское время говорили, раз за чем-то стоит очередь, надо узнать, что дают. А если столько народу за ним ломится, наверное, оно того стоит. Или, как рассуждают жертвы (около) медицинских шарлатанов: «если бы биодобавки не помогали, столько людей бы их не покупали»!
Но есть и более глубокие причины. Что бы там ни говорили государственные идеологи, а также всяческие сектанты, а новая власть, укоренившаяся на многострадальной российской земле примерно четверть века назад, обокрала очень многих людей. Если говорить о материальной составляющей, то, безусловно, это в первую очередь касается значительной части старшего поколения, потерявшей из-за обвала рубля и прихватизации накопления всей своей жизни. Но им, доживающим в жалкой нищете свой век, по крайней мере, есть что вспомнить.
В то же время, не менее обокраденной оказалась и молодёжь. Помимо (увы!) многочисленных маргиналов, это также касается огромного числа «омега – самцов», нижнего уровня офисного планктона и аналогичных по статусу представителей некоторых других социальных групп. Вынужденных с невыносимой горечью осознавать свою неспособность (в силу своей чуткости, доброты, доверчивости и прочих перманентных личностных факторов) преуспеть в крысиных бегах, а потому невозможность почувствовать себя достойно и уверенно в новой жизни.
Помимо боли социального сравнения с теми, кто добился большего (и неважно, какими способами) множество неприятностей этим людям доставляет также недостаточное развитие у них столь важного в нынешний век информации умения критически оценивать поступающие сведения. Разумеется, когда несколько десятилетий назад кто-то решался ругать Советскую власть за вопиющее несоответствие лозунгов и дел, делать это было лучше тихо, т.к. могли и наказать, особенно при Сталине. Однако у людей в те времена, по крайней мере, был культурный потенциал для осмысленного осуществления подобной критики. Нынешняя же молодёжь, в первую очередь в силу драматического падения общего уровня фундаментального образования, зачастую оказывается лишённой реальных систематических знаний, а также навыков мышления, чтобы избежать затягивания в истерию зачастую бессмысленного потребления, идёт ли речь о промышленных товарах или психотерапевтических услугах.
В результате, не владея навыками критического мышления, недалёкий молодой потребитель нашего времени вынужден в первую очередь ориентироваться на отзывы других. И в случае секты Юрия Баблана он, естественно, по всему интернету видит восторженные рассказы людей о том, как им открылись глаза, они по-новому осмыслили свою жизнь, поняли, чего им не хватало для полного счастья и т.д.
Обладай этот молодой человек или девушка более развитыми навыками критического мышления, у них могли бы возникнуть, как минимум, следующие реалистичные предположения:
- Восторженные отзывы пишутся людьми, специально нанятыми с этой целью. В этом отношении представляются примечательными рассказы двух блоггеров о том, как происходил набор авторов многочисленных статей и блогов секты. Впечатляет, как близки их свидетельства даже в своих названиях. Первый блоггер, озаглавивший свою историю «Анально – векторная журналистика», пишет (имена реальных людей изменены):
«Пару месяцев назад весь рунет был просто придавлен массой объявлений от никому не известной доселе компании NYHotBlogger. Компания где ни попадя (в том числе здесь – Тёма. живой журнал. ком (имеется в виду дневник знаменитого дизайнера, блоггера, а также обнаглевшего сверх всякой меры нарцисса Артемия Толстого-Уткина)) размещала сообщения о конкурсе на замещение вакансий блоггера-копирайтера (как-то так) с окладом в 2000 североамериканских долларов.
Соискателям предлагалось выслать резюме, по итогам изучения которых будут отобраны самые-пресамые. Я тоже приложил к этому руки, размещая на платной основе это предложение в своём предыдущем блоге. Естественно, как честного и в меру алчного блоггера, оно не могло меня не заинтересовать.
Отправив своё резюме, я “погуглил”, и не нашёл ровно никакой информации о загадочном работодателе. Вся широкая блоггерская общественность пребывала в таком же лёгком недоумении, как и я. Затем текущие дела захватили меня, и я почти забыл об этом предприятии…
Поэтому, когда от NYHotBlogger пришёл mail, что я прошёл в четвертьфинал, я был несколько удивлён. Весточка сообщала, что организационное собрание состоится в последний день осени в 21.00 по московскому времени.
“Море волнуется раз…” – подумал я, почитав отклики в блогах. Блогосфера гудела, как трансформаторная будка – тихо и тревожно. За три часа до полуэпохального события, на сайте работодателя предлагалось скачать некое программное обеспечение для доступа к собранию.
При ближайшем рассмотрении программное обеспечение оказалось Windows – плагином, который отключал буфер. С других операционных систем доступ к конференции объявлялся невозможным. Судя по последующим отзывам в блогосфере, именно этот плагин и подкосил львиную долю соискателей.
Самые отважные (в том числе и я) установили – таки вышеуказанный плагин, и, зайдя в чат, стали ожидать начала собрания, разминаясь сообщениями. Ожидание несколько затягивалось. Появившееся, наконец, на мониторе лицо, слегка обескуражило меня своим измождённым видом и отсутствием некоторых зубов, что никак не вязалось в моём подсознании с образом щедрого работодателя.
Первые несколько фраз, видимо, многое прояснили наиболее продвинутой части аудитории, поскольку число присутствующих стало стремительно таять. Счётчик со значения 390 неумолимо пополз вниз. Я относился к неискушённой части аудитории, поэтому стал внимательно слушать.
Человек в кадре оказался Юрием Бабланом – основоположником и продавцом нового слова в психологии – системно-векторного... До конца собрания досидело около 200 человек».
Примечательно, что через несколько месяцев после этого поста в журнал блоггера прибежала шавка от Юрия Баблана (трудно, правда, с уверенностью сказать, была она купленная или энтузиастка), представившаяся как Татьяна, и высказалась:
«...отзывы о результатах тренинга Вы сможете почитать на портале.
Не понимаю, чем вызвана ваша язвительная критика в сторону Юрия Баблана. Если бы Вы понимали, как дивно вы выглядите в ваших высказываниях с точки зрения системно-векторной психологии, вы бы отнеслись серьёзнее к тренингам Юрия Баблана!
Рекомендую пройти полный курс и обрести системное мышление, чтоб ваши статьи выглядели более достойно!»
Примечательна ирония, с которой отвечает ей блоггер:
«Татьяна, если хотите – я Вам напишу отзывы о себе. И даже от разных лиц )
Я дивно выгляжу не только с точки зрения системно-векторной психологии, но и с точки зрения традиционной психологии тоже ) Так что, никакого смысла в тренингах Юрия Баблана для себя не вижу и системного мышления приобретать не хочу – меня моё вполне устраивает…»
Кстати, а собственно предложение выглядело вот таким образом:
«Вакансия для блоггеров, авторов, райтеров, копирайтеров
Иностранная компания объявляет конкурс на вакансию штатного блоггера. К участию приглашаются действующие блоггеры, копирайтеры, райтеры.
Зарплата: Полная занятость: $2000 в месяц и выше.
Частичная занятость: Оплата в зависимости от уровня мастерства кандидата - от 5 долларов за 1000 знаков и выше.
Направление будущей работы: освещение социальных явлений общества, вопросов, связанных с человеком, его внутренним миром и внешними проявлениями, взаимоотношениями и жизнетворчеством.
Требования:
Наличие блога (сервис неважен);
Наличие интернета со скоростью не менее 512 kb/s;
Позитивное и активное отношение к жизни;
Ваше образование, диплом и область специализации как автора определяющего значения не имеют – в предлагаемом объёме работы близкая тема найдется для каждого.
Просим вас заполнить нижеприведенную форму и отправить свое резюме:
ВНИМАНИЕ! Ваше резюме обязательно должно содержать следующую информацию:
Адрес активного или временно неактивного блога (Если вы по каким-то причинам временно не вели свой блог). В случае, если у Вас пока нет блога, заведите его и укажите ссылку в Вашем резюме;
Примеры Ваших публикаций».
Так что теперь, читая восторженные отзывы о тренингах по СВП, Вы можете знать, кто и за сколько в действительность их пишет. А если всё же решите принять участите, то будете знать и на чьи (по крайней мере, частично) деньги.
Но давайте почитаем впечатления о виртуальном «собеседовании» ещё одного блоггера. Этот, видимо, повыше рангом, поэтому может позволить себе писать в более непринуждённой манере. Кстати, свою заметку он также озаглавил показательно: Анально - векторная психология:
«В общем, как-то лазая по интернетам, я напоролся на объявление о наборе неких блоггеров в какую-то зарубежную компанию. Мол, будете вести блог, писать заказные статьи, и получать за это нехерово бабла. Марина (жена блоггера; имена изменены) сидит без работы, журналист – идеальный вариант. Пусть дальше сидит дома и пишет статьи, а если будет много бабла зашибать, то, пожалуй, я внезапно стал бы альфонсом. Ну, прикола ради отправили резюме, все необходимые ссылки на блоги... источник вроде надежный был, tema. Ну, тот самый, что матом ругается и мечтает революцию в схемах метро сделать.
Несколько раз Марине приходили письма. Мол, вы прошли очередной отбор, молодец, ждите. И вот недавно приходит письмо, мол, Вы нам понравились, как и более 900 кандидатов. Для пущей убедительности в последний день осени будет видеоконференция с последующим отбором тех, кого возьмут в штат некой NYHotBlogger. Надо было сразу проверить, что за ньюйоркхотблоггер. Ну, да по х**.
И вот, отлетав очередной рейс Берлин – Мюнхен, я уселся с женой перед ноутом, запустили конференцию, и перед нами вылезло чудо чудное». Далее приводится фото Юрия Баблана с видеоконференции (как станет ещё яснее из дальнейшего, издевательский эпитет «чудо чудное» относится к специфической внешности Юрия Баблана). После чего блоггер продолжает своё повествование:
«Вот этот вот товарищ. Начал говорить красиво. Поприветствовал и начал трындеть: вы, б****, такие пи*****е все, хотим 3-4 человека взять в штат на оклад $2000, чтобы писать статьи на тему психологии. Но психология не простая, а совсем непростая. Некая новая быстроразвивающаяся концепция социально-векторной психологии, берущая начало от фрейдизма и его ручной макаки Юнга. Кроме того, требуются нештатные сотрудники, $100 за статью, развивающийся электронный портал – библиотека. Но, чтобы получить горы кокаина и деньги, нужно пройти 6-8 тренингов, бесплатных, которые ведет этот товарищ, чтобы вникнуть в суть проблемы. На вопросы про образование психолога и прочее он отвечал: «Без тренингов вы ничего не сможете; не нужны 5-7 лет обучения, он всю концепцию расскажет за время этих тренингов. Во время тренингов вы напишете, мол, статьи, которые обязательно оплатят. Слова про "тренинги и уникальность" произнесены порядка сотни раз, слово "договор" раз 30... "немеряно бабла" полтос. Сначала показалось, что круто. Потом не очень круто. А вот когда я сел в интернет во время конференции узнать, что это за психология такая, стало смешно...
<Заподозрив> неладное, начал лазать по форумам, где отписывают посетившие его тренинги хомячки. А хомячки-то довольны! На некоем втором уровне до некоторых уже приходит просветление; они уже живут в гармонии с самим собой, могут предсказывать будущее. Абсолютно серьезно, одна дамочка писала о том, как ее подруга познакомилась с молодым человеком, а дамочка поняла, что он "анальный", и предсказала, что он взломает ей черный ход, и что это ничем хорошим не закончится, ибо она оральник...»
«А Баблан этот все вещает, мол, не пройдете тренинги – не пройдете отбор! Завтра! Только завтра вам пришлют пароль и логин, вы заходите на портал и проходим вместе тренинги! И бла бла бла...
Внезапно выясняется, что программа, которую Марина скачала, якобы для того, чтобы была возможность участвовать в конференции, блокирует копирование! То есть всё, что происходило, невозможно копировать! А биография Баблана-то яркая и насыщенная!..
А сколько сообществ у Баблана-то! Вирусная реклама просто шикарно работает! С каждой статьей вывешивается кучи слов для поисковых машин. Среди слов, кстати, фигурируют слова "секта", "мошенник". На диарее вот вообще на вопросы отвечал (ссылку потерял, жаль) всяким эмочкам, отвечал подробно... <Потом> обрывался на самом интересном месте и предлагал поучаствовать в тренингах».
Я вот думаю: может, зайти сегодня на конференцию, послушать, и продолжить собирать информацию?..
Кстати, как выяснилось тут, суть тренингов такова: Сначала одни тренинги (бесплатные) – первый уровень, вводный курс. Те самые 6-8 тренингов, о которых он говорил. Берут на работу? зашибись) Потом что? Другие уровни, повышать надо. Платно. А там дальше до 3-4-5-6 уровней... и просветление совсем близко. Собираем деньги на космический корабль на луну. В общем, каждый уровень просветления – отдельный курс тренингов. Во время тренингов (посередине и в конце) – домашние задания. Написать статью там или разобрать родственника по предложенной методике (выдавая при этом личные данные какие-то, ну и тайны личной жизни). Вот вам и пробная статья. Ещё не все. На одном из этапов задание сводится – ВЫГОДА! – к банальной пирамидщине – привести друга. Убедить его в важности тренингов при помощи предложенной методики. Мол, проверяются лидерские качества и дар убеждения, полученный на тренингах.
P.S. Всё написанное собиралось по крупицам, на основе сообщений на разных форумах, последователей и противников (хотя последних почти не было). Кое-что может оказаться догадками, но имею право написать. У кого есть что дополнить – дополните».
А на следующий день в том же блоге появилась запись:
«Вчерашняя история получила продолжение!
Марине прислали вопиющее, оскорбительное и уничижительное письмо!
Супруга расстроилась, впала в истерический смех и пришлось вызывать скорую!
Поэтому я подаю в суд! На миллион долларов!
Текст письма:
Марина [Фамилия] (<ник в живом журнале>),
Портал Системно-Векторной Психологии вынужден освободить Вас от участия в конкурсе в связи с Вашей нравственной неполноценностью, а именно: склонностью к клевете, лжесвидетельству, оговору и лживым измышлениям. Просим в дальнейшем не присылать нам свои резюме и не беспокоить администрацию портала.
Администрация NYHotBlogger.com
Интересно, почему ник моего блога в скобках? Кто сдал вчера на тренинге? Ай-яй!»
Впрочем, Марина не одна оказалась в такой ситуации. Подобные послания от конторы Юрия Баблана получили и другие блоггеры, отписавшиеся в своих журналах про видеоконференцию.
Мы же здесь вынуждены сделать из только что изложенной истории два очень мрачных вывода:
1. Главарь деструктивной психосекты, купив услуги кучки алчных блоггеров, может без труда получать контроль над сознанием многих людей, в первую очередь молодёжи (численность участников сообществ секты в социальных сетях может достигать сотен тысяч). В то время как людей, стремящихся донести другим свою искреннюю, годами выстраданную позицию, за этими продажными писаками, у которых каждый день многие тысячи посетителей, попросту никто не услышит.
2. Многие из упомянутых блоггеров, в значительной степени имеющие возможность управлять потоками информации в глобальной сети, в некотором смысле с моральной точки зрения показали себя даже хуже, нежели сам Юрий Баблан. Так, в комментарии в только что процитированном дневнике, одна хорошо посещаемая блоггерша писала: «Я ему не верю, у него зубы х**вые и он потный». Другая, не менее популярная, вторила ей: «Вот ещё что было интересно: если у них до х**а бабла, что они каждому готовы раздать, то вот чё он се зубы нормальные не поставит?»
Даже Юрий Баблан, как бы кто к нему ни относился, учит своих адептов заглянуть в душу человека, узнать, какой там у него вектор, постараться понять его внутренний мир. А эти не смогли шагнуть дальше выводов о человеке на основании его физических недостатков. Да после таких высказываний хочется встать (в этом конкретном вопросе, не вообще, разумеется) на сторону Юрия Баблана, обозвавшего их моральными дегенератами. Куда же придёт наш народ, новое, молодое поколение, с сознанием, ведомым такими шлюхоблоггерами?!
Да и тот, цитированный блоггер, тоже хорош. Можно по-разному относиться к аналитической психологии (на самом деле, imho, изумительная вещь для пишущего человека, открывающая удивительные возможности психологического анализа литературных произведений) и в целом к наследию Карла Густава Юнга, но называть его «*ручной* макакой Фрейда» не только оскорбительно по отношению к наследию выдающегося мыслителя, но и несправедливо. Ведь он был, по сути, ренегатом по отношению к классическому психоанализу.
В целом же материалы процитированных, а также прочих блоггеров не только подтверждают догадку относительно ангажированности огромного числа восторженных статей и хвалебных отзывов о тренингах Юрия Баблана, но и обеспечивают дополнительные аргументы в пользу следующих выводов:
- Многие другие положительные отклики исходят от тех, кто уже на крючке у секты. Помимо мотивов, обусловленных рационализацией (подробнее об этом см. далее) ими, вероятно, движет стремление получить скидки на участие в дальнейших, более «продвинутых» тренингах культа в обмен на услуги по продвижению. Таким образом устроители секты экономят на услугах копирайтеров;
- Допустим, кто-то сходил на тренинг и понял, как его развели и на***ли. Теперь он хочет высказать всё, что у него накипело и оставить предостережение потенциальным новым жертвам. Как он это может сделать? Естественно, если он сделает это на одном из официальных ресурсов культа, то произойдёт одно из двух: либо его отзыв моментально удалят, либо заклюют кучей неприятных комментариев «преданные» адепты, часть из которых, естественно, окажется, опять-таки, купленными сектой копирайтерами.
- Психолухи и тем более психосекты не зря так любят разглагольствовать про персональную ответственность. Поэтому если он, взрослый человек, осознанно выбрал то, что ему не подошло, то это его и только его проблема. К тому же, посмотрите, сколько людей посетили тренинг и получили для себя огромную пользу. А если лично Вам он не угодил, быть может, дело именно в Вас?
- Мы живём в культуре обмана, где позорно не обманывать, а быть обманутым. Поэтому если ты публично признаёшься в том, как тебя развели на всякую хрень, то широкая общественность назовёт не тренера или тем более самого великого гуру негодяем, а тебя лохом. И чем больше ты будешь орать на каждом углу о том, как тебя обманули, тем прочнее будет к тебе приклеиваться этот обидный ярлык.
Если же будешь «упорствовать в заблуждениях», пытаясь рассказать широким массам о вредоносной деятельности организации, нажившейся на тебе, тебя могут сначала вежливо предупредить (или не очень вежливо), а потом и к ответственности привлечь. Типа, за клевету. А, как известно, в этой насквозь коррумпированной стране суд на стороне денег, а не правды. Не согласен? Попробуй добейся правды в судебных инстанциях с пустыми карманами, особенно когда у твоего оппонента денег куры не клюют! Можешь не сомневаться, проститутка в чёрной мантии присудит тебе не только чтобы ты публично и унизительно извинился перед великим гуру, но чтобы ещё компенсировал ему сполна моральный ущерб, нанесённый его достоинству. А нарциссические лидеры знаешь, как своё достоинство ценят?! Пустят тебя по миру, короче, сделают бомжом. И тогда деньги, выброшенные за бесполезный тренинг продавца звуковых колебаний воздуха, покажутся тебе цветочками! А тебе это надо? Не лучше ли просто смириться, подсчитать убытки, отряхнуться, утереть сопли и идти дальше?
Будучи не в состоянии оценить информацию по существу, люди оказываются вынужденными судить о ней по косвенным показателям, таким, как уверенность говорящего в своей правоте. Многие жертвы деструктивных культов, ведомых харизматическими лидерами (среди которых, кстати, достаточно психопатов и нарциссов), говорят что-то вроде: «Расскажи мне это кто другой, я бы подумал(а): какая чушь! Но в этом человеке чувствовалась такая убеждённость!..»
Люди также ведутся на другой момент коммуникации, сходный с только что названным. Им нужна определённость. Важно знать, что с ними не так, а также как это исправить. Например, психиатр может честно сказать человеку, страдающему от депрессии, что-нибудь вроде:
«У нас есть такая штука, как селективные ингибиторы обратного захвата серотонина. Мы знаем, что дело там не только в серотонине, однако детали соответствующих процессов, к сожалению, по-прежнему остаются невыясненными при нынешнем состоянии наших знаний. Не совсем понятно также, почему приходится принимать препараты несколько недель, прежде чем проявляется их эффект».
И совсем другое дело, когда человек тебе уверенно скажет: «я знаю, какой там вектор у тебя не в ту сторону смотрит. Приходи к нам на тренинг, и мы тебе расскажем, как сделать свою жизнь совсем другой,- это реально поможет тебе избавиться от всех твоих нынешних страданий». Точнее, секта рекламирует свои психотерапевтические чудеса вот так:
«Обиды, ревность, страхи, разрушающие психику депрессии, мысли о суициде уходят навсегда – узнайте об этом из первых рук. Психологический тренинг общения от системно-векторной психологии научит вас разрешать любые конфликты с окружающими или с самим собой».
Разве кто напишет такое на упаковке, допустим, с флуоксетином?! Нет, конечно, зато там написано про возможный тремор, снижение либидо, диарею и тошноту! При сравнении перспектив понятно, какой выбор человека тянет сделать. И даже если ложь, всё равно верить-то хочется в лучшее!
Пример с депрессией также наглядно показывает, что, подобно многим другим деструктивным культам, секта Баблана целенаправленно охотится на наиболее уязвимых людей. Их агенты оставляют ссылочки на сайтах, где люди не просто обсуждают вопросы психологии, но делятся своими душевными проблемами. С одной стороны, казалось бы, такой подход можно считать вполне законным и логичным, так как глупо спамить людей, которым психология не интересна. Но здесь, однако, всё это совершается с далеко идущими планами.
Статейки секты взывают к людям, страдающим от тревожных состояний, депрессии, пищевых расстройств и т.д.: «Тебе плохо, да? А мы знаем, как тебе помочь. Приходи к нам. Ты можешь почитать отзывы людей, которые когда-то находились в таком же незавидном положении, как ты сейчас. Но теперь их жизнь стала совсем другой – многие из них впервые за долгие годы обрели подлинную радость бытия. Они поделятся с тобой впечатлениями о тренинге, трансформировавшем их жизнь».
А человеку действительно плохо. И так уж устроены люди, что в таком состоянии им трудно демонстрировать чудеса проницательности, тем более, если он не владеет даже началами специальных знаний, которые бы позволили реалистично оценить качество втюхиваемых ему услуг. Он ощущает себя в такой ж***, что хуже, кажется, уже быть не может. И опускаться дальше некуда и терять нечего. А потому готов отдать всё, что у него есть, лишь бы отпустило.
И где уж ему подумать, что чудесно исцелившиеся на самом деле никогда не были на его месте. Это всего лишь купленные сектой боты, которые за деньги напишут и расскажут какие угодно истории, дабы ублажить заказчика.
У приличных людей, если делать хоть немного по науке, всё могло бы выглядеть примерно так: Панель экспертов согласно тщательно разработанной системе чётких критериев оценивает состояние двух групп пациентов до и после терапевтического вмешательства (в данном случае тренинга). При этом одна половина «подопытных кроликов» тренинг не проходят – это контрольные субъекты. Эксперты «слепы», т.е. не знают, кто из пациентов в какой группе. При оценке состояния субъектов ориентируются не только на их собственные оценки субъектами своего самочувствия, но и на впечатления других людей, контактировавших с ними.
Описанный подход позволил бы получить более реальные, объективные (конечно, опыт показывает, когда деньги есть и очень надо, «независимые» эксперты также продаются и покупаются, но если исключить подобные эксцессы, описанный путь помогает увидеть действительную картину) сведения относительно эффективности, но кто ж на такое пойдёт?!
В сложившейся же реальной ситуации в отсутствие последовательного контроля люди с душевными проблемами становятся лёгкой добычей организаций, делающих на них деньги. И в этом плане секта системно-векторной психологии отнюдь не является ни уникальной, ни тем более первой в мире. Очень показательна, например, враждебность сайентологов по отношению к психиатрии и клинической психологии – фактически единственным людям, имеющим законные основания сказать страждущим: «при всех бесспорных ошибках и злоупотреблениях мы – лучшее, что у вас есть», а также способным (по крайней мере, в принципе) со знанием дела открыть людям глаза на мошенников.
Как же человек, встретившийся в интернете с рекламными материалами о «системно-векторной психологии» может понять, что его обманывают? Во-первых, сразу бросается в глаза откровенный развод. Во всех текстах повторяется, словно припев: ответы на вопросы найдёшь на тренинге. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить: на тебе пытаются делать деньги. И предложение бесплатного тренинга не должно в этом плане обманывать – это не более чем банальная реализация приёма «нога в дверях». Приняв в нём участие, ты лишь сделаешь шаг в нужном секте направлении и, естественно, не получишь там исчерпывающих ответов помимо приглашения решиться, наконец, посетить «настоящий» тренинг.
Знакомство с выложенными в открытый доступ материалами невольно наводит на мысль о сокрытых тайных знаниях, которые якобы можно обрести на тренинге.
Но есть ли там реально стоящие сведения? Конечно, для получения исчерпывающего ответа на этот вопрос требуется провести детальный анализ материалов культа. Но важные наводящие соображения даёт следующее наблюдение. Многих людей по характеру их деятельности, как профессиональной, так и «по жизни» можно отнести к одной из двух категорий:
- Есть мыслители, исследователи. Для них основное – докопаться до сути, найти ответы на вопросы и поделиться результатами с другими, донести содержание своих открытий до людей. У них может не быть высшего образования, но непременно присутствует пытливый ум, неутолимая жажда знаний. Сказанное, разумеется, не означает, что они никаким образом не могут получить за свою деятельность денежные средства. Например, если даже говорить о столь абстрактной сфере, как математика, богатенькие родители могут нанять своему отпрыску, которому лень самому разбираться с решением примеров, такого репетитора.
Подлинные энтузиасты нередко непрактичны, либо руководствуются высокими идейными соображениями. Например, Вильгельм Конрад Рентген и Пьер Кюри в своё время отказались патентовать свои открытия, дабы они как можно скорее могли начать служить всем людям, независимо от уровня дохода, а не только алчным корпорациям и богачам. Кэри Муллинз получил от конторы, в которой работал, несчастные десять тысяч долларов за открытие полимеразной цепной реакции. Да, эти трое все в итоге получили Нобелевские премии. Но сколько думающих людей вокруг умирает, прозябая в нищете и безвестности, в то время как другие, имеющие практическую смётку, делают состояния на результатах их неоценённых трудов!
- Есть торговцы по призванию. У них могут быть какие угодно высокие учёные степени, они нередко становятся академиками, директорами институтов и так далее, по-прежнему оставаясь внутри торгашами по жизни. Для них главное – сколотить тонны бабла на любых идеях и решениях, своих или чужих, которые хорошо продаются, независимо от справедливости, а также пользы или вреда для людей от их деятельности.
И даже беглый взгляд на центральный сайт культа СВП, а также их прочие ресурсы наводит на мысли о том, что устроители этой организации относятся именно ко второй категории.

01:17 

Глава 4. Вектор обмана

Проводимый ниже анализ учения секты основан исключительно на материалах, выложенных в открытый доступ. Естественно, на такой подход обычно высказывается контраргумент типа «Как ты можешь судить, если ты не был на тренинге?» Но, во-первых, человек, принимающий решение, участвовать ему или нет, фактически располагает только этими сведениями. А во-вторых, и это главное, уже на основании того, что лежит на поверхности, можно сделать далеко идущие выводы не только о целях и задачах культа, но и о содержании его учения.
Рассмотрение начнём с описаний некоторых из восьми основополагающих векторов, приведённых на главном сайте. Учитывая особый интерес автора этих строк к психопатам, в качестве первого возьмём уретральный вектор. Ведь именно как относящийся к психопату (антисоциальное личностное расстройство) его (впрочем, вполне обоснованно, если не считать, что в описаниях векторов намешано столько всего в кучу, лишь бы наивные адепты себя узнали) интерпретировал один психолух, осмелившийся в своём блоге раскритиковать секту, за что был объявлен её представителями педофилом и педерастом.
Не останавливаясь здесь на важных отличиях собственно психопатов от общего случая антисоциального расстройства личности, перейдём сразу к описанию «уретральников». Начинается всё со статистики:
Численность: рождается 5%, выживает 1%. Эх, вот оно, тайное знание! А что значит «выживают», простите? Все люди рано или поздно умирают, поэтому с любым вектором, по идее, конец известен и 0% в итоге (сто сорок четыре тысячи Свидетелей Иеговы, наследующих жизнь вечную, не в счёт), так какой же тогда смысл? Почему нельзя написать чётко, как, например, медики пишут что-нибудь вроде «через пять лет с момента постановки диагноза в живых остались лишь 1% пациентов с экзокринным раком поджелудочной железы IV стадии» или что-то в этом роде? Наверное, это такое сакральное знание, точным смысл которого будет раскрыт только участникам платного тренинга. Ладно, сравнив с другими векторами, примем как догадку, что только примерно 1/5 уретральников умирают от естественных причин, и движемся дальше.
Ссылаясь на фирменный миф секты о «первобытной стае», далее нам рассказывают, что уретральник – прирождённый вождь. «Бесстрашный, смелый, отважный, герой — так о нём говорят другие». Но как же он реализует свои функции лидера?
«Расширение жизненного пространства невозможно без порождения нового живого вещества. Сегодня воины стаи ходили на охоту и поймали мамонта, но вернулись не все — трёх охотников убили. Уже завтра их будет не хватать, чтобы поймать новую добычу. Нужны новые воины. Та часть женщин пещеры, у которой есть мужья, родит новых, но ведь есть и другие женщины — те, что не вышли замуж или чьи мужья были в числе погибших. Что делать им? Ведь это неиспользованный ресурс.
Уретральные люди со своей природной полигамной сексуальностью решали эту проблему. Явление полигамии — отнюдь не смена сексуальных партнеров по принципу новизны, как это принято считать сегодня. Все разговоры про полигамность мужчин не соответствуют истине, если только речь не идет об уретральном мужчине. Полигамия — это даже не секс, а обеспечение нехваток эякулята с целью рождения детей. Из своего природного милосердия (не путать со зрительной жалостью) уретральник оплодотворяет этих женщин. Милосердие есть только в уретре и его суть – влечение к «не взятым» по той или иной причине самкам».
Ну почему же только в уретре? Сначала семенные канальцы, потом придатки яичек, потом семявыносящие протоки, и только потом собственно мочеиспускательный канал. Такие вот «этапы большого пути»! Ладно, не будем слишком педантичны. Тут уже и без этого достаточно интересная версия вырисовывается. Оказывается, лидерская функция вождя – героя – психопата заключается в основном в том, чтобы трахать женщин, по какой-либо причине оставшихся без мужика. Да ещё к тому же «из милосердия»! Ах, как это благородно с его стороны! А потом, о каком вообще милосердии здесь может идти речь? Ведь милосердие (в «мирском» понимании этого слова) – готовность из сострадания оказать помощь тому, кто в ней нуждается. Но как раз именно у этого типа меньше всего выражена способность к эмоциональной эмпатии, т.е. со-страданию, полностью исчезая в случае клинических психопатов.
Кстати, а где же всё-таки про психопатов-то? Вот это, конечно, похоже: «Уретральная особь ничем не ограничена – ни законом, ни моралью». Но «При этом такая неограниченность сочетается с врожденным альтруизмом. Всё существо уретральника направлено на отдачу. «Твоё – это твоё, и моё – это тоже твоё». Ничего своего. Он не нуждается ни в каких формах владения, не ощущает их».
Очень интересно... Это где ж вы таких психопатов-то видели? Любой уважающий себя психопат –
это «Что моё, то моё без вопросов, а что твоё,- если мне понравится, я тоже заберу». По всему миру, понимаешь, психиатры бьются, чтобы психопатов хоть как-то социализировать, а тут, понимаешь, альтруизм. Может, это какой вектор надо раскрыть? Такое достижение, впору шнобелевскую премию давать!
Да ладно клинические и субклинические психопаты, где вы лидеров и вождей-то таких нашли?! В утопических сочинениях Томмазо Кампанеллы? Или в экзотическом племени Мумба – Ёмба? Таких, которые всё от себя, всё на отдачу? А в наших вот краях, последнее, что я слышал,- каждый мелкий князёк только под себя тянет. Глава администрации какой-нибудь, сокращённо ГАД. Глаза завидущие, так и бегают, смотрят, как бы какую собственность к рукам прибрать. Вот такие у нас вожди...
Нет, определённо, какие-то у вас психопаты не психопатические. И вожди, лидеры тоже неизвестно откуда, «с какого горада» или вообще с какой планеты.
Обращает на себя внимание также следующее замечание: «Только с одной женщиной у уретральника особая связь — с вызывающе не рожающей кожно-зрительной самкой. Она становится его музой и спутницей на охоте и войне». Муза, по определению – источник поэтического вдохновения. Но откуда поэзия у такого типа, даже если понимать её в широком смысле, а не только как написание стихов?! Само понятие «муза» предполагает душевную привязанность, а не просто похоть, сексуальный драйв. Однако представители этого типа попросту не способны испытывать привязанность.
Здесь, впрочем, важно различать собственно привязанность и привычку, так как даже сами представители этого типа могут говорить о наличии у них сильной привязанности, когда на самом деле речь идёт о привычке. В чём же разница? Привычка ориентирована, по сути, на потребность, удовлетворяемую тем или иным человеком. Привязанность – на самого человека. Такой, казалось бы, тонкий семантический нюанс может означать кардинальные различия в поведении и отношении к человеку. Так, в случае привычки, если в какой-то момент в силу болезни или прочих жизненных обстоятельств объект окажется неспособным далее удовлетворять потребность, человек хладнокровно оставит его и пойдёт дальше. Иначе обстоит дело в случае привязанности, когда того, кто живёт в твоём сердце, очень трудно оставить, что бы с ним ни случилось.
Вызывает также изумление, каким образом упомянутая «кожно-зрительная самка» могла быть «вызывающе не рожающей» в первобытной стае, где не было никакой контрацепции.
К сожалению, в описании этого типа искажённой оказывается не только их моральная, но и временная ориентация.
Уретральников представляют как «людей будущего», которые «изобретают стратегии и находят путь, который доселе никому не был известен, чтобы вся стая могла выйти на новый виток в будущее». Однако в действительности их перспектива во времени – не будущее, а гедонистическое настоящее. Безусловно, прошлое для них лишено значения, подобно воде за кормой. Это имеет, несомненно, свои плюсы и минусы. С одной стороны, они не вспоминают подолгу свои разочарования и обиды. На оскорбления (особенно чувствительными для него являются ранговые, угрожающие его власти, статусу) «уретральник реагирует мгновенной сильнейшей вспышкой – гневом. И тут же забывает». С другой – практически неспособны извлекать уроки даже из собственного опыта.
Не присутствует, однако, во временной перспективе уретральников и будущее. Это можно видеть по их импульсивности, на которую убедительно указывают, как минимум, следующие моменты в их описании:
- «Они становятся зависимыми от всего, что им нравится: от водки, секса и т. п. Уретральные люди очень быстро спиваются».
- «Никаких стремлений к благосостоянию, накоплению имущества и пр. Единственный момент — атрибуты власти: у него может не быть ни копейки за душой, но шикарная одежда, дорогие аксессуары будут. Любит всё самое лучшее, последней модели, по самому высшему классу». Сказанное вовсе не свидетельствует об их равнодушии или отсутствии стремления к благосостоянию. Как – никак, «всё самое лучшее», «дорогую одежду и аксессуары» необходимо на что-то покупать»! Нет, на самом деле они попросту не способны копить, откладывать деньги и всё такое!
- Потребность в стимуляции: «Они готовы к риску всегда». Они не выносят рутины: «а что не хочу делать – делать не буду никогда».
Потом, если действительно «все их мысли направлены в будущее», то о каком будущем может идти речь, когда «5% рождается и только 1% выживает»?! Нет, они прекрасно не просто понимают, но чувствуют, что завтра для них может не быть. А потому они – узники настоящего, которые ловят каждый момент своей жизни.
Показательно в этом отношении также следующее наблюдение: «У уретрального человека всегда самая быстрая реакция — и телом, и умом». Такой быстроте может способствовать ориентация на настоящее, «здесь и теперь» и, как следствие, отсутствие «ментального шума», обусловленного постоянным обращением к воспоминаниям и выстраиванием планов на будущее.
И уретральные люди не стратеги, а тактики. Их планы, если они вообще строят таковые, обычно конкретны и краткосрочны. Они практически не способны к реалистичному долгосрочному планированию.
В заключение нашего анализа этого вектора отметим ещё несколько курьёзных моментов, встречающихся в описании уретральников:
«Феромоны уретрального мужчины являются самыми привлекательными для женщин. Он хочет всех женщин, и все женщины хотят его». Прямо всех-всех женщин? Представляете, бабушка с клюкой по улице идёт или бомжиха с красным носом?! И, конечно же, все-все без исключения женщины хотят вождя – героя – психопата, которого с вероятностью 80% скоро грохнут, а если нет, то он в любом случае предсказуемо свалит от неё к другой бабе! Оставив её наедине со своим эякулятом и тем, что из него вырастет. Такая вот мечта стать матерью – одиночкой!
«У них высокая температура тела. Когда-то они открывали новые земли, первыми плыли по холодным морям и шли по заснеженным горам. Для этого им и была дана самая высокая способность к поддержанию температуры тела. Горячие, расхлыстанные. Вы не увидите уретрального в чистом виде человека, застегнутого на все пуговицы или обмотанного шарфом, - им всегда жарко. Одежда нараспашку».
Звучит складно, конечно, но вызывает вопрос: как это выясняли? Вы им раздали градусники, они все померяли температуру и доложились? И каким образом особенности темперамента и характера, делающие человека вождём, героем и всё такое, могут вдруг оказаться связанными со смещённым термостатом в гипоталамусе и модификацией локальных механизмов терморегуляции (таких, как сужение поверхностных капилляров на холоде)? Очень интересно...
«В чистом виде (без других векторов) редко умирают в своих постелях». Ага, и «своих» – ключевое слово. Пришёл, понимаешь, к невостребованной женщине совершить (половой) акт «милосердия», эякулят в ней свой оставить, а там муж её с обрезом...
Ладно, допустим, с психопатами нам не повезло. Может, хоть невротики окажутся более реальными и узнаваемыми? Но как мы их узнаем? Быть может, путь к ним нам укажет зрительный вектор?
«Зигмунд Фрейд в своих работах об «истеричной личности», сам того не зная, описал проявления стрессующего зрительного вектора». Хм... «Истеричная личность» – это как нынче некоторые тётки друг друга обзывают вообще-то. А Фрейд всё же вроде как писал отдельно про истерию и отдельно – про личность. Впрочем, само понятие «истерия» в любом случае уже стараются не использовать в приличном обществе, как и ряд других фантазий дедушки Фрейда, также ставших анахронизмами, таких, как «зависть к фаллосу». Ближайшее к истерии по смыслу в современной терминологии – это что-нибудь вроде конверсионного расстройства или более широкого круга соматоформных и диссоциативных расстройств. Ну да ладно, не будем занудствовать.
Согласно описанию, приведённому на сайте СВП, центральной доминантой зрительного вектора является страх. Здесь важно сделать, однако, терминологическое примечание. Многое из того, что на сайте СВП называется страхом, подобно тому, как это делается в обиходной речи, на самом деле, строго говоря, является тревогой. Разницу поможет понять следующий пример. Если человек идёт по лесу, видит медведя, с ним случается медвежья болезнь, и он понимает, что сейчас превратится из туриста в завтрак туриста,- это страх. О тревоге же принято говорить, допустим, если человек идёт опять-таки по лесу, весь на взводе, ожидая, что из-под куста вот-вот выскочит змея, но пока реальной непосредственной угрозы его жизни нет.
На сайте СВП в рассказе о зрительном векторе не указывается, откуда берётся страх. Упоминается лишь, что «страх – состояние первобытное, первичное, корневое. Это состояние «в себя», страх — за себя, за свою жизнь». Однако некоторые моменты в упомянутой статье о «зрительниках» на сайте СВП всё же наводят на определённые соображения относительно подлинных причин возникновения страха у этих людей. Там фактически отмечается, что зрительники – физически, соматически больные люди, как видно, например, из следующего пассажа: «Зрительные люди были самыми слабыми членами стаи, такими они остаются по сей день. У них самая слабая иммунная система. Зрительник чаще других простужается, при сезонных вирусных эпидемиях всегда заболевает первым. Про зрительных людей мы говорим «ни жить – ни умереть»».
В другом месте говорится ещё более категорично: «...хотя статья написана про зрительника в мужском роде, в первобытной стае зрительных мужчин не существовало: все они умирали еще при рождении, либо съедались каннибалом племени. Такие жалостливые и нежные мальчики не несли в то время полезной функции, не могли быть воинами и охотниками, и потому сбрасывались как ненужный балласт. У них не было видовой роли».
Разумеется, очень трудно содержательно прокомментировать первое из этих предложений ввиду его абсурдности. В самом деле, очень сложно представить, откуда могло взяться столько генетических дефектов, специфических для мужского пола, чтобы зрительники умирали именно в ходе самого процесса родов. И потом, кто такой «каннибал племени»? Это у них там должность такая людоедская была, что ли? Не так, чтобы с голодухи на человечину всё племя налетало, а именно специально уполномоченный поедать дефективных?!.. Очень интересно с точки зрения истории первобытного общества и антропологии! Где-то раскопали такого, что ли? Или встречали в реликтовых обществах, и кто-то описал?
Относительно же второго предложения, давайте всё-таки различать «нежных» мальчиков, если понимать это слово в значении «физически слабый, хилый, изнеженный», и жалостливых. Начнём с первых, а второй аспект обсудим позже. Наверное, если юноша настолько хилый, что не способен нормально держать в руках и использовать по назначению копьё или лук, а также не в состоянии развить эту способность ни с каким количеством тренировок, на то должны быть серьёзные органические причины в виде врождённых заболеваний, истощающих его организм. И при таком раскладе нет ничего удивительного, если в его жизни доминирует страх, который может иметь под собой как «аппаратные», физические, так и чисто когнитивные основания.
Во-первых, сама по себе тяжёлая болезнь может провоцировать чувство страха через действие физиологических/биохимических механизмов. В условиях недостатка кислорода в мышцах аэробное дыхание может заменяться анаэробным (вместо цикла лимонной кислоты идёт ферментация, значительно менее эффективная в плане восполнения энергетических ресурсов). Однако особенно опасна гипоксия для сердца и тем более для мозга. При повышении концентрации углекислого газа/снижении pH (ацидозе) в стволе мозга срабатывают химические рецепторы, сигналы от которых поступают «наверх»... Мы можем не знать всех деталей соответствующих процессов, однако к настоящему времени имеются эмпирические свидетельства того, как это отражается на психике человека. Например, известно, что у людей с обструктивными заболеваниями лёгких панические приступы случаются существенно чаще. Приступы паники также можно провоцировать внутривенным введением лактата натрия.
Во-вторых, на чисто когнитивном уровне осознание скорого неизбежного трагического финала собственной жизни может причинять невыносимые страдания. Особенно тяжело при этом воспринимается неизбежность (когда не представляется возможным радикально изменить ситуацию к лучшему; так обстоит дело в случае генетических патологий) и непредсказуемость (когда человек чувствует себя очень плохо, но не понимает толком, что с ним).
В принципе, высказываемая в статье (посвящённой описанию зрительного вектора) идея о развитии зрительного вектора посредством трансформации страха в любовь представляется разумной. Эмпатическая идентификация с другим человеком, осознание себя частью жизни вообще помогает научиться смотреть на вещи по-философски и легче примириться с неизбежным скорым финалом своего собственного земного существования. Однако, к сожалению, на сайте не объясняется, каким образом развитие способности любить другого человека может избавить человека от страха. Гипотетически можно предложить, например, следующий механизм:
Адаптивное значение столь драматического проявления страха, как приступ паники, может заключаться в том, чтобы побудить человека немедленно принять меры к «спасению собственной задницы», включающие в случае необходимости обращение за помощью к другим. Приступ инициируется, когда срабатывает (допустим, на уровне уже упоминавшихся выше дыхательных химических рецепторов в стволе мозга) некоторая внутренняя «сигнализация». Причиной тому может быть, например, серьёзное объективное ухудшение состояния человека с дыхательной, сердечнососудистой или неврологической патологией. Однако не менее распространён и другой вариант.
Порог срабатывания упомянутой «сигнализации» достаточно сильно варьируется от индивида к индивиду. Поэтому разумно будет предположить, что у людей, страдающих паническим расстройством, он слишком низок. Наверное, будет некорректно говорить, как делают многие, когда у такого человека случаются приступы паники, что это всё у него исключительно «в голове», т.е. в мыслях. Вероятно, тому на самом деле есть вполне законные физиологические причины. Однако они обычно не представляют для его жизни такой серьёзной угрозы, как, скажем, реальная сосудистая катастрофа. Поэтому в интересах человека уменьшить количество/частоту таких «ложных срабатываний», в идеале сведя их к нулю.
Как уже отмечалось, адаптивная функция паники заключается в том, чтобы резко подтолкнуть человека к активным действиям, ориентированным на собственное спасение. Очевидно, такие действия необходимо совершать до наступления некой точки невозврата, за которой человек потеряет сознание и умрёт. Ясно также, что у человека, находящегося в состоянии изоляции, она, вообще говоря, наступит раньше, о чём свидетельствуют, например, многочисленные случаи гибели одиноких пенсионеров от теплового удара в летнюю жару. Естественно, осознание этого факта подталкивает человека, и без того предрасположенного к тревожным состояниям, паниковать раньше времени.
Как любовь может изменить эту ситуацию к лучшему? Она подталкивает человека к попыткам строить отношения, чтобы жить не одному. Более того, это чувство порождает потребность заботиться о любимом человеке. И тогда у последнего возникает стремление ценить любящего – ведь кто ещё о нём так позаботится, будет радоваться его успехам и переживать из-за его неприятностей? Это же обстоятельство, в дополнение к эмпатии, будем несомненным стимулом не бросить в беде близкого человека, оказать ему посильную помощь. В свою очередь, уверенность в том, что его не оставят на произвол судьбы в трудную минуту, может дать возможность даже запущенному невротику почувствовать себя немного спокойнее.
С этих позиций также представляется логичной последовательность «уровней развития» зрительного вектора: неживой, растительный, животный и человек, согласно которой любовь к другому человеку представляет собой наивысшую ступень. В самом деле, ты можешь любоваться шедевром живописи или закатом, наслаждаться прекрасным цветком или гладить собачку, но только другой человек сможет быть рядом и реально помочь в случае опасности.
К сожалению, статья (озаглавленная для поиска «как развить зрительный вектор в любви») фактически не содержит конкретных указаний на то, как же всё-таки трансформировать свой страх в любовь к человеку, несмотря на неоднократно отмеченную важность этого. Может, это такое сокровенное знание, которое доступно только тем, кто оплатил тренинг? Но тогда, как минимум, в общедоступном понятийном аппарате должны присутствовать хотя бы слова, необходимые для адекватного анализа ситуации.
Любопытно, например, отметить следующее. Из тех, у кого не сложились любовные отношения, практически никто не говорит: «я не была в состоянии, не умела любить другого человека». Нет! Они говорят, скорее, «он меня предал и унизил! Он растоптал мои чувства!» И так далее. То есть они попросту любили не того человека. И где же в СВП указания, как распознавать «не тех»? Или хотя бы тех типов, которые заведомо, предсказуемо токсичны? Ведь те же психопаты, по сути, просто отсутствуют как класс в учении СВП! Да, обмолвились парой слов, мол, дурно воспитанный уретральник может стать вождём бандформирования. Но где тогда те, кто, не нарушая формально законов, но, будучи от природы лишённым совести и в то же время, обладая неотразимым обаянием, каждый день бесстыдно паразитирует на других, в первую очередь самых близких, тех, кто рядом? Уж они-то точно никоим образом не вписываются в романтический образ якобы альтруистического вождя! Нет, конечно же, им не нашлось места в рекламных статьях. Ни в той, где рассказывается про уретральный вектор, ни той, где говорится о зрительниках. Хотя отмечено, что кожно-зрительная самка якшается с вождём.
Зато сколько диковинной мифологии присутствует в статье про зрительный вектор! Начиная с самого названия зрительного вектора. И в самом деле, почему его так обозвали? Может, как написано в статье, у страха глаза велики? Однако каков смысл этого выражения? Миндалевидное тело сигнализирует гипоталамусу, который синтезирует кортиколиберин, стимулирующий секрецию адренокортикотропного гормона передней долей гипофиза. За этим вскоре следует выброс надпочечниками адреналина. Последний вызывает сокращение радиальной мышцы радужки глаза, в результате чего расширяется зрачок, и на сетчатку попадает больше света. Как-то так. В статье, однако, приводится совершенно иная версия:
«В первобытной стае зрительник исполнял роль дневного охранника стаи. Особая чувствительность зрительных рецепторов давала ему возможность лучше всех остальных вовремя замечать малейшие изменения в окружающей обстановке – никто кроме зрительника не мог увидеть в тени деревьев пятнистого леопарда».
То есть вы хотите сказать, у них в сетчатке колбочки какие-то особо чувствительные (речь идёт о них, а не палочках, т.к. именно колбочки в первую очередь работают при ярком дневном свете, отвечают за цветное зрение и гораздо лучше воспринимают быстрые движения)? Интересная версия, однако, ничего не скажешь...
А ещё, если уж на то пошло, у зрительника тогда не только фоторецепторы должны быть развиты. Ведь мы видим, по сути, не только глазами, но и мозгом, который обрабатывает поступающую информацию. Тем более, в статье говорится: «Зрительник обладает наивысшей способностью к обучению в мире: так как именно через глаза мы получаем 99,9 % всей информации, в зрительном векторе заложен большой потенциал к развитию образного интеллекта». Поэтому, получается, у зрительника также должны быть особенно хорошо развиты, например, затылочные отделы коры, поля Бродмана 17, 18, 19...
То есть вы хотите сказать, если помер, допустим, наш скорбный и болезный зрительник, выполнили вскрытие, забрали биоматериал... неужели найдут у него существенные анатомические, структурные отличия от представителей прочих векторов? Как-то верится с трудом, знаете ли... Ладно, если даже не говорить про post mortem (а то автору уже страшно при мысли о разделываемых покойниках!), где статистика, свидетельствующая о более высокой (хотя бы в среднем, если сравнивать с другими векторами) остроте зрения у этой группы людей?
Нет, из этой статьи определённо можно узнать много нового для себя: «Чтобы мгновенно предупредить стаю о замеченной опасности, зрительник должен был испытать сильный испуг. Вся стая в считанные секунды улавливала исходящие от него феромоны страха и вовремя срывалась с места». Вот как, оказывается! А мы-то думали, феромоны, половые аттрактанты и т.д. – удел насекомых и прочих бесхребетных!
Ой, и только не надо нам рассказывать про испуганных студентов в лаборатории, чей пот потом нюхали другие и заражались страхом. Ваше первобытное племя не будет по одному бегать нюхать своего сторожа – невротика, пахнет он страхом, или нет. Ему гораздо проще было бы заорать, или неслышно помахать руками, если уж на то пошло. А если бы действительно удалось выделить или тем более синтезировать подобное вещество, такие как вы ловкие и предприимчивые бы на этом уже такой бизнес сделали, что по уровню дохода Билл Гейтс с его корпорацией NecroSoft стояли бы скромно в сторонке.
Дальше можно прочитать ещё «веселее»: «Смерть и всё, что с ней связано, пугает зрительника. А истеричный зрительник в плохом, нереализованном состоянии даже тянется к смерти, наполняется испугом: ходит по ночам на кладбище, окружает себя различной атрибутикой, связанной со смертью. Таким образом он создает для себя своеобразную подмену: если я сам для себя источник страха, то как будто ничего другого и не боюсь!»
Ага, давайте вообразим себе реально перепуганного по жизни человека. У которого, скажем, паническое расстройство с агорафобией. И представим, как он ночью в одиночку по кладбищу ходит. Впечатляет, правда? Осталось только решить, смеяться или плакать...
Если продолжить чтение статьи о зрительном векторе, можно встретить ещё достаточно перлов. Например, такой: «Зрительник также легко вводится в гипноз, хорошо поддается внушению. Именно зрительник становится жертвой гадалок, шарлатанов». А мы-то думали, почему этих зрительников у вас так много и они настолько диспропорционально представлены в вашей секте! Видимо, хорошо чуете жертву по жизни, которую можно хорошо на деньги доить!
Нам нет необходимости анализировать здесь все подобные «шедевры» применительно к этому и прочим векторам. Ведь и без них картина уже достаточно ясна. Более актуальным представляется дать ответ на следующий вопрос: зачем беспокоиться, когда одни взрослые люди активно пытаются продавать другим лапшу для ушей? Казалось бы, личное дело, всё делается по взаимному согласию, никто никого не насилует.
Однако при более тщательном рассмотрении ситуация оказывается не такой простой. Одно дело, если бы секта закрылась со своими участниками в замкнутом пространстве. Но где ей тогда набирать новых участников тренинга? Поэтому, естественно, те, кто заправляет этим бизнесом, не сидят на месте, а ведут политику активной экспансии. Их агрессивная реклама, реализуемая посредством несметного числа развешенных по всему интернету статей, оказывает существенное деформирующее воздействие на общественное сознание.
В частности, источником особенно токсичного идеологического влияния (в первую очередь на неокрепшие, так и не развившие способность к критическому мышлению умы молодых посетителей тренингов, а также участников форумов) является активное мифотворчество секты о «первобытной стае». Согласно этому лжеучению, в человеческом обществе имеет место «ранжирование особи относительно других – бессознательный процесс, происходящий на уровне издаваемых телом запахов, т.н. феромонов ранжирования». Как следствие, индивиды якобы традиционно различаются в праве на «поклёвку» (т.е. пищу и в общем случае материальные блага, а также доступ к самкам) соответственно их векторам. Таким образом, краеугольным камнем идеологии секты являются крайне реакционные представления о будто бы изначальном, природном неравенстве между людьми.
Кроме того, несмотря на все достижения феминизма в цивилизованном мире, для многих тоталитарных сект характерно принижение женщин. Достаточно вспомнить, например, Свидетелей Иеговы, которым «блаженный кастрат» апостол Павел заповедовал: «жены ваши в церквах да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении». В культе же системно-векторной психологии женщины оказываются в некотором роде добычей, которую мужчины делят согласно своему праву на поклёвку.
Помимо неравноправия женщин в идеологии секты присутствует также моменты, попахивающие махровым расизмом. Их можно отчётливо проследить, например, в статье про мышечный вектор. Она открывается, как обычно, статистикой: «Численность: в чистом виде — 38%, всего — 95%». После чего идёт очень загадочная формулировка:
«Остальные 5% людей рождаются без мышечного вектора. Нужно понимать, что отсутствие мышечного вектора не означает отсутствия мышечной массы, так же как отсутствие, например, зрительного вектора не означает отсутствия глаз. Это означает, что у человека нет такой эрогенной зоны. Как человек без зрительного вектора не стремится любоваться прекрасным, переживать глубокие эмоциональные состояния, так человек без мышечного вектора не стремится к увеличению мышечной массы и не получает удовольствия от физического труда. Мышечный каркас у такого человека относительно слабый, причём это нельзя изменить никакими упражнениями».
Последнее утверждение вызывает особое недоумение. Что же в действительности может мешать этим людям развить мускулатуру при систематических тренировках?! Если говорить не на языке мифических «эрогенных зон», а в терминах реальных физиологических причин? Безусловно, встречаются действительно трагические случаи, такие, например, как мышечная дистрофия Дюшенна, от которой умирают в юном возрасте. Однако это заболевание, к счастью, встречается менее чем у 0,03% населения, причём только у мальчиков. Другие наследственные причины ещё реже. Допустим, у человека также нет кахексии, обусловленной смертельной болезнью (рак, СПИД, тяжёлая сердечная, почечная или печёночная недостаточность и т.д.). Чего ему может не хватать? Миозина? Актина? Каких-то ещё структурных составляющих мышечной системы? Вопрос повисает в воздухе...
Как бы там ни было, если верить статье, удел собственно мышечных людей незавидный. В периоды военных действий им была традиционно уготована роль пушечного мяса:
«Под предводительством уретрального вождя и командованием кожных командиров, не жалея своих жизней, они шли на охоту и войну и убивали. Позднее мышечные воины формировали основной состав армий. Они легко забирали жизнь других и также легко отдавали свою. Отдать свою жизнь в бою – ценность мышечного человека».
В мирное же время
«Нужно понимать, что без мышечного человека существование современной цивилизации было бы невозможно. Привыкшие к устроенной жизни современного города люди не задумываются, откуда берутся продукты в магазинах, кто работает на соседней ТЭЦ и благодаря кому в их квартирах работает канализация. Всё это держится на плечах мышечной части человечества.
При этом самое большое и важное дело, которым сегодня может заняться мышечный человек – это строительство. Особенно это необходимо современной России: в условиях разрушенной системы ЖКХ, острой нехватки жилья и при наличии огромных незаселённых территорий только мышечники способны на деле построить дома и города, отладить систему жилищно-коммунального хозяйства».
Ясно. Так и запишем: мышечный человек – это, иными словами, таджик. Или, в крайнем случае, молдаванка. Ибо от нашего – то доморощенного офисного планктона, намертво приросшего жопами к креслам – вертушкам, созидательной деятельности хрен дождёшься!
Внутренний мир мышечных людей устроен примитивно:
«Два базовых состояния мышечного человека — это ярость и монотония. Ярость приводит его в состояние «война», когда он просто идёт и убивает. Абсолютная монотония — в состоянии мир, когда час за часом, день за днём он строит дома, трудится в шахте, пашет землю…»
У них нет сколько-нибудь содержательной индивидуальности:
«Все их мироощущение построено на «мы»... Весь мир мышечного человека разделен по территориальному признаку на «мы – свои» и «мы – чужие»: Наш двор – чужой двор, наша улица – чужая улица, наша стая – чужая стая. Жизнь они строят так, чтобы максимально сохранять свою общность. При этом ориентируются на общепринятое – чтобы все было как у людей, «по-людски», «как у всех». Отделение от «мы» воспринимается мышечниками очень болезненно...
Мышечники абсолютно ведомы. Они никогда не пойдут протестовать и крушить всё вокруг сами по себе, без побуждения со стороны. Они не имеют так называемого личного мнения, ведь для них первично единение в общее «мы», а не частность своего «я». На вопрос «что вы думаете про эту ситуацию?», мышечник ответит: «А что я? Как все, так и я». Мышечный человек поступает так, как его научили.
Кем станет мышечник, зависит от того, кто будет оказывать на него влияние...
Мышление мышечного человека наглядно-действенное. Как показали, так и будет делать. Не потому что будет считать, что так правильно, так лучше, а потому что ему сказали: «Делай так»».
Ненуачо? О какой такой индивидуальности может идти речь у головы безрогого скота, верно? Подчёркивается также ограниченность их когнитивных способностей:
«Если стоит задача поддерживать костёр, то нужно показать, как подкидывать хворост и откуда его брать, нужно всё объяснить до мельчайших деталей».
Да-да, именно так и надо: говорить два раза и медленно! Весьма красноречивы также девизы, предпосланные статье о мышечном векторе:
«Сила есть – ума не надо.
Тяжело в учении – легко в бою.
Куда все, туда и я!»
Конечно, с одной стороны, надо отдать должное идеологам секты, отмечающим важность мышечных «рабочих и колхозников» для функционирования реального сектора экономики. Видимо, не исключают возможность посещения тренингов кое-кем из трудяг, а потому зачем их отпугивать, верно? Другое дело – бомжи и прочие деклассированные элементы, с которых уж точно бабла не вытянешь, а потому их можно безопасно рассматривать как биологический мусор. Хотя, казалось бы, у них также должно быть естественное право на человеческое достоинство, не меньшее, чем у олигархов, как бы много последние ни украли у многострадального народа.
Однако, с другой стороны, помимо приведённой выше уничижительной характеризации не могут не настораживать такие пассажи, как
«<Мышечного ребёнка> необходимо приучать к тяжелому физическому труду, чтобы помогал в детстве родителям, чтобы научился наслаждаться именно трудом. Когда он копает, то испытывает мышечную радость. Нужно понимать, что именно через усилие мышц активируется мышление мышечного человека. Физический же труд направляет его в мирное русло, в строительство, работу на заводе, в шахте и т. п...
В городе такой ребенок должен освоить ограничения крупного населённого пункта, поэтому здесь лучше всего отдать его в ПТУ».
Учитывая, по сути, врождённый характер векторов, получается, у кого-то ПТУ «на роду написано»... Такой вот незатейливый расизм получается, знаете ли.
Рассмотренные выше статьи посвящены вопросам, если можно так выразиться, общей теории. Однако большая часть материалов, публикуемых сектой в сети, носит более практически–ориентированный характер. Среди них можно выделить одно направление, которое следует признать особо вредоносным. В нём, если можно так выразиться, секта выходит на охоту, устремляя своё внимание на группы людей, представителей которых вообще мало кто понимает. Да и, учитывая распространённость эгоцентрической ценностной ориентации в нынешний век нарциссизма, мало кто и пытается. Такая ситуация даёт авторам секты carte blanche в написании о представителях упомянутых групп практически чего угодно, лишь бы найти дополнительный повод. Весьма показательны в этом плане, например, статьи о хикки и вегетарианцах.
Конечно же, бедный хикикомори сидит дома и льёт «чёрные слёзы под одеялом у монитора» (буквальная цитата из названия одной из статей), т.к. у него, видите ли, не раскрылся звуковой вектор. Однако, оказывается, не всё ещё потеряно, и у него есть надежда. Достаточно лишь обратиться к людям, которые помогут ему (за неслабую плату, разумеется,- но ведь всё действительно ценное в этом мире даром не достаётся, не так ли?!) ориентировать свой вектор в нужном направлении. Конечно, скорее всего, он окажется последним в очереди на поклёвку (но первым в очереди на унизительную и нередко болезненную демонстрацию социального доминирования другими) и ему не достанется самки (а у кого-то их сразу несколько!), зато он снова вольётся в стадо... пардон, в стаю.
Но ещё больше секта невзлюбила вегетарианцев, которые, оказывается, не едят мясную пищу, т.к. сами боятся быть съеденными. Согласно учению культа, они являются недоразвитыми зрительниками. Как написано в уже цитированной ранее статье про обладателей данного вектора:
«Они не способны на убийство, им всех жалко: и птичек, и рыбок, и слоников, и паучков. Даже микробов в собственном организме убить не могут. Зрительный вектор — это единственный вектор, суть которого — антиубийство.
Зрительник сам бессознательно отдает себе отчёт, что среди всех прочих он всегда окажется первым в очереди на смерть, не способный защитить себя».
Безусловно, в приведённом фрагменте прослеживается характерное для психических атак, осуществляемых деструктивными типами и организациями наклеивание патологизирующе – унизительных ярлыков на свою мишень: «самые слабые», «не способны защитить себя» и т.д. Однако самое впечатляющее здесь, пожалуй, даже не это. От кого же или от чего не смогут защитить себя зрительники? Как следует из приведённого пассажа, они «даже микробов в собственном организме убить не могут». Нет, вы только представьте себе: риновирус – РНК в белковой оболочке – вызывает у них настолько сильное сострадание, что они скорее себя готовы к жертву принести, нежели убить этот организм! Звучит впечатляюще, правда? То есть получается, у бедных зрительников такая всепоглощающая абсолютная эмпатия ко всему живому и даже к вредоносным вирусам!
Но есть маленькая неувязочка, господа сектанты. Чтобы понять, в чём она состоит, давайте представим такой эксперимент. Мысленно, конечно, а то в реале было бы как-то слишком болезненно, да и небезопасно. Представьте, как одной рукой вы собственноручно убиваете всех тех животных, которых предполагаете съесть. А другой рукой вы зафиксированы в такой установке, знаете, как в опытах Стэнли Милгрэма, чтобы как бы током человека бить. И представим себе вегетарианца, такого, знаете, который мухи не обидит, сидящего перед прибором, на котором шкала напряжений от 15 вольт до 450 (с выразительной маркировкой XXX у последнего деления). Если ещё не поняли идею, за каждого убитого зверька он будет добавлять по 15 вольт, когда будет бить вас током. Так вот, спорим, нашлось бы достаточно вегетарианцев, которые бы ручку докрутили до упора (т.е. до ХХХ, так чтобы уж ё****** вас хорошенько током)? Более того, при всей своей способности к состраданию, вы не представляете, какое удовлетворение многие из них испытали бы, наблюдая, как вы корчитесь от боли!
Так что, господа психосектоводы, весьма вероятно, эмпатия у людей работает не совсем так, как вы втираете своим адептам. Действительно, возможно, люди, которых вы называете носителями «зрительного вектора» (сколь бы сомнительной ни была сама по себе такая диагностическая категория) действительно букашки не обидят. Более того, в случае достаточной «антропоморфизации» даже неодушевлённые предметы могут становиться для них своего рода личными друзьями, с которыми очень трудно расстаться навсегда. В то же время, когда кто-то, например, ради выгоды позволяет себе наглую ложь, патологизирующую людей, исповедующих и воплощающих в своей жизни высокие моральные ориентиры, эти, по вашему мнению, слабые и бесхребетные люди могут испытывать такую ненависть и жажду мести, что мало не покажется!
Конечно, в идеале хотелось бы, чтобы приведённые здесь соображения, как и всё изложенное выше, послужили кое-кому предостережением, из которого они могли бы извлечь уроки. Но, видно, не судьба. О каких уроках может идти речь, если секта СВП хуже относится к людям, несущим другим реальные знания, чем сайентологи к психиатрам?! Ведь, согласно доктрине культа, учителями, преподавателями становятся люди, «сублимировавшие» в своей деятельности запретное вожделение к подросткам. А именно, обладатели «анального» вектора – потенциальные педофилы, пассивные педерасты и просто засранцы по жизни. «Ах, не замечено этого за тобой? Не беда! Значит, ты всё равно такой, просто маскирующийся или латентный».
Конечно, можно было бы в просветительских целях проанализировать ещё несколько статей с центрального сайта СВП. Благо материала предостаточно – продажные блоггеры рады стараться за полученные с множества обманутых людей хорошие деньги, которые, как известно, не пахнут. Можно было бы продемонстрировать, как много в этих статьях фактического абсурда и просто банальных ляпов, чтобы всё это могло претендовать на звание великой истины о внутреннем мире людей. Или показать, как даже при всей ограниченности типологий личности в принципе, предложенная отнюдь не является лучшим вариантом среди них. Но есть ли в этом смысл? Учитывая, что при нынешней агрессивной рекламе секты новые и новые её жертвы в ближайшие годы неизбежно будут тянуться многотысячным стадом на тренинги великого гуру, яко овцы (и бараны) на заклание. Зачем тогда вообще об этом писать? Возможно, не всем это дано понять, но автор принадлежит к тем людям, которые не могут пройти мимо и не вмешаться, когда у него на глазах совершается зло, обман, несправедливость, даже если это происходит якобы с согласия объективно пострадавших. Так что, как говорится, Dixi et animam meam levavi…

20:37 

Утопленная жизнь

Многим из нас нравится считать себя рациональными людьми, руководствующимися в своих ответственных решениях разумом, а не эмоциями. Но давайте рассмотрим такой пример: Вы пришли в кино. Заплатили за билет свои честно заработанные четыреста рублей. Однако к середине сеанса понимаете, что фильм – полный отстой. И нет ни малейших оснований ожидать, что дальше будет что-то интересное. Ваши действия? Уйдёте ли вы, дабы хотя бы время своё драгоценное не тратить? Или останетесь, во что бы то ни стало, сидеть до упора, коль скоро деньги за билет уже заплачены? А если бы билет стоил тысячу рублей? Четыре тысячи? Как оказывается, вероятность, что зрители останутся в зале кинотеатра до конца, растёт с ценой билета.
Рассмотрим другой пример (заимствованный из статьи Хала Аркса и Кэтрин Блумер «Психология утопленных затрат»). Парень выиграл в викторине на радиостанции билет на футбол. Чтобы не ходить одному, он уговорил друга купить себе билет и пойти с ним. Допустим, у них билеты на расположенные рядом совершенно равноценные места. Как только они стали собираться ехать на матч, на улице началась ужасная метель. Как вы думаете, кто из них скорее откажется от поездки?
Только что описанное магическое действие невозвратных, или «утопленных» затрат играет очень важную роль в жизни разных людей. И его проявления отнюдь не сводятся к посещению развлекательных мероприятий. Подобные соображения заставляют людей оставаться на бесперспективной работе, «которой уже столько сил отдано». Или в не сулящих уже ничего хорошего отношениях. Когда, словно пытаясь оправдаться, люди говорят что-то вроде «мы с ним столько пережили вместе». Фактически понимая под этим щадящий по отношению к собственному самолюбию способ сказать «я столько вытерпела от него».
Таким образом, утопленные затраты могут стать существенной детерминантной долгосрочного иррационального и даже во многом неадаптивного поведения человека в различных ситуациях. Однако такое поведение не обязательно должно быть спонтанным. Эффект также может быть осознанно использован и, к сожалению, фактически используется как действенный механизм влияния на психику другого человека с целью достижения собственных корыстных/эгоистических целей. Подобная тактика систематически практикуется, в частности, представителями тёмной триады деструктивных аномалий личности (подробнее об их психологии см. «Хищники и жертвы среди нас. Психология психопатов и других представителей тёмной триады» freak .sytes. net). Ввиду существования такой опасности, автор данной статьи ставит своей задачей проинформировать широкие круги читателей, и в первую очередь потенциально уязвимых людей, о том, как работает данная манипуляция. Здесь будет рассмотрена ситуация, где такая технология влияния может принести наибольший материальный и моральный урон жертвам, а именно манипуляция утопленными затратами в контексте личных отношений.
Для удобства дальнейшего анализа, процесс манипулирования при помощи утопленных затрат можно разделить на следующие этапы:
- Выбор мишени. Естественно стремление манипулятора выбрать себе мишень, с одной стороны, психологически достаточно уязвимую, с другой – располагающую достаточными ресурсами. Здесь мы не будем детально описывать подробности общих подходов к выбору жертвы, т.к. они освещаются в других статьях автора (см. на freak .sytes. net статьи, описывающие технологии манипуляций, например, «Как эмоциональные роботы манипулируют чувствами людей», «Манипулятор как собеседник» и т.д.). Здесь же мы ограничимся указанием по ходу дальнейшего изложения лишь тех нюансов выбора жертвы, которые существенны для успешной реализации метода манипуляции, рассматриваемого в настоящей статье.
- Коль скоро потенциальная жертва выбрана, манипулятор принимается набивать себе цену. Используемые для этого приёмы удобно рассмотреть с точки зрения теории социального обмена. Суть этой концепции в применении к личным отношениям заключается в том, что, как бы цинично это ни звучало, люди стремятся максимизировать количество и качество благ (материальных и нематериальных), которые они получают от партнёра. Соответственно, способность потенциального партнёра обеспечивать такие блага является одним из центральных решающих факторов при сравнении доступных альтернатив.
Для повышения собственной ценности в восприятии жертвы манипулятор использует такой, казалось бы, простой и вместе с тем очень действенный приём, как «пыль в глаза». В данном контексте этот метод заключается в следующем: Многие прогнозируют, каким человек будет в отношениях, основываясь на его поведении в начальный, «конфетно-букетный» период. Манипулятор учитывает это, и на первом этапе забрасывает избранную жертву знаками внимания. В этом ему помогают два существенных обстоятельства:
- При нынешних темпах жизни отношения имеют тенденцию развиваться стремительно. По большей части ушли в прошлое времена, когда мужчина мог годами ухаживать за одной женщиной.
- Люди часто знакомятся в клубах, в интернете и т.д., где у них нет общих знакомых. Таким образом, потенциальная жертва оказывается в ситуации, где единственным предиктором дальнейшего поведения манипулятора для неё оказывается то, как он держится в начальный период их знакомства. А вначале-то он(а) ведёт себя практически идеально!
Здесь также манипулятору очень помогает чувство одиночества и ощущение изоляции у будущей жертвы. Оно помогает сформировать в сознании мишени ощущение, что
- во-первых, манипулятору нет достойных альтернатив, и он настолько хорош, что другой такой «классный» больше не встретится;
- во-вторых, жертва начинает чувствовать себя более неуверенной, неадекватной, недостойной.
Пытаясь хоть как-то компенсировать такой воспринимаемый дисбаланс и выставить себя в глазах манипулятора в более выгодном свете, жертва пытается подчеркнуть свои человеческие достоинства альтруистического характера: «пусть я не очень богатый, зато заботливый», «пусть я не очень красивая, но добрая». И здесь жертву ловят на слове – манипулятору это придётся очень кстати в дальнейшем.
Разумеется, конкретные приёмы, используемые социальным хищником, могут варьироваться. Например, женщина – манипулятор может играть в игру «я буду тебя внимательно слушать и говорить то, что ты желаешь услышать», на которую так падки многие мужчины. Подобная тактика даёт манипуляторше
очевидное краткосрочное преимущество перед женщиной, которая прямо говорит в лицо собеседнику, что она о нём думает.
Наиболее действенными оказываются тактики, оптимально адаптированные под индивидуальные особенности и уязвимости жертвы. В целом же, важной общей чертой таких манипуляций оказывается очень привлекательное, практически образцовое поведение хищника в первый период их знакомства. Он словно ослепляет жертву притягательным блеском разных своих граней, одновременно пока успешно скрывая свои крайне мрачные, отвратительные оборотные стороны. Порядочный, ответственный человек не стал бы играть в такие игры, так как не видит в них смысла – ведь рано или поздно придётся снять маску и показать своё истинное лицо! Искусный же манипулятор прекрасно понимает: к тому моменту, как жертва начнёт разбираться, что к чему, она уже будет прочно зафиксирована в капкане эмоциональной зависимости. И одной из самых сильных пружин этого капкана будет феномен поведенческой экономики, реализации которого в деструктивных отношениях посвящена данная работа.
Переход к следующему этапу – созданию серьёзных утопленных затрат – происходит, когда жертва начинает отчётливо демонстрировать поведенческие маркеры сформированной эмоциональной зависимости. В терминологии, использованной в предшествующих статьях (см. например, «Романтические хищники: искусство обольщения»), это соответствует переходу от «оценивания» жертвы к её активному использованию.
Популярный приём в этой фазе состоит в том, что манипулятор принимается рассказывать о неожиданно появившихся у него «временных трудностях». Возникших, конечно же, никоим образом не по его вине. Его предали, подставили коллеги, друзья, родственники и т.д. А теперь (прежде чем он окончательно разочаруется в людях!) ему, по его словам, остаётся только с надеждой смотреть на жертву, как на последний шанс не утратить веру в человечество. В этот момент манипулятор припоминает своей мишени, как она кичилась перед ним своей добротой и готовностью бескорыстно заботиться. После чего намекает, как он уважает людей, отвечающих за свои слова.
При грамотном подходе со стороны манипулятора утопленные затраты накапливаются деликатно. Сначала хищник аккуратно «просовывает ногу в дверь», заручаясь обещаниями со стороны своей мишени всячески ему помогать. И лишь затем, постепенно, масштабы запрашиваемой «помощи» нарастают, словно снежный ком.
Казалось бы, тот момент, когда манипулятор впервые просит жертву о «помощи» в серьёзных масштабах, является идеальным моментом раз и навсегда сказать ему «давай, до свидания». Однако на практике жертве очень сложно, практически нереально, принять такое решение, как минимум, в силу следующих обстоятельств:
- Она искренне хочет помочь в сложной ситуации (и в отсутствие у них общих знакомых у неё практически нет шансов проверить правдивость его рассказа о якобы переживаемых им трудностях!) человеку, который ей очень нравится. Кроме того, у неё вертится в голове крамольная мысль о том, что, даже в отсутствии у него глубоких чувств по отношению к ней, огромная (в действительности несуществующая) его благодарность ей сильно привяжет его к ней.
- Она уже успела настолько сильно привязаться к нему, что ей страшно подумать о том, что его в её жизни может заменить кто-то другой. Опять – таки, на языке теории социального обмена это можно сформулировать так, что он представляется ей настолько замечательным вариантом, что никто с ним и близко не сравнится, а потому его ей не заменит.
- Теперь самое время напомнить жертве о том, как в романтическом порыве она стремилась похвастаться своими благородными человеческими качествами. Говоришь, стараешься помогать людям в трудную минуту? Как видишь, у меня сейчас самая что ни на есть такая ситуация! Манипулятор не преминет сказать, как он ценит людей, которые отвечают за свои слова и верны своим обещаниям. А с другими он просто не общается. В результате жертва чувствует, что если она откажется «помогать», то не только совершит предательство, но и навсегда потеряет человека, который, несмотря на непродолжительный период знакомства, уже почему-то стал для неё так много значить.
- При грамотных действиях со стороны манипулятора жертве также очень трудно заметить ту грань, за которой отношения становятся откровенно деструктивными, паразитическими. И жертва, даже несмотря на нехорошие предчувствия, решает пока не предпринимать драматических шагов, и идёт на поводу у манипулятора. В этом случае можно говорить о проявлении феномена варёной лягушки. Согласно байке о варёной лягушке, если бросить данное земноводное в кипящую воду, оно тут же выскочит оттуда «как ошпаренное». Если же поместить лягушку в прохладную воду и нагревать очень-очень медленно, лягушка вовремя не заметит опасного повышения температуры и погибнет.
Конечно же, в случае реальной лягушки, скорее всего, всё будет обстоять в точности наоборот: лягушка, брошенная в кипящую воду, получит несовместимую с жизнью тепловую травму. Лягушка же в постепенно нагреваемой жидкости благополучно выпрыгнет из неё при достижении слишком некомфортной температуры.
Однако применительно к человеческим отношениям лягушачья метафора может довольно точно описывать обманчиво пологую дорожку, по которой жертва скатывается в пропасть личной драмы. Жертва не получает острую травму и постоянно как бы «адаптируется» к происходящему. В результате основательное отрезвление у жертвы зачастую наступает лишь тогда, когда у неё заканчиваются материальные и моральные ресурсы. И тогда манипулятор уже оставляет её сам, так как с неё попросту больше нечего взять.
Однако даже на этом парадоксальность данного явления часто не заканчивается. Казалось бы, в такой ситуации жертве ничего не остаётся делать, кроме как стараться как можно скорее прийти в себя, подсчитать убытки и, как бы ни было трудно, двигаться дальше. Увы, зачастую события далее развиваются поистине изумительным образом, когда жертва принимается умолять мучителя не оставлять её. Как можно объяснить столь абсурдно – иррациональное, саморазрушительное поведение?
К тому моменту, когда возникла эта ситуация, накопились огромные утопленные затраты – жертва вложила не только ощутимые для неё средства, но главное – невосполнимые время и нервную энергию, которые не измерить деньгами, в эти (как выяснилось) разрушительные отношения. Соответственно, в качестве одного из основных психологических механизмов, вызывающих неадаптивную реакцию «цепляния», следует назвать феномен, известный как «отвращение к потере». Ведь на данном этапе безвозвратный разрыв отношений неизбежно означает признание тотального, крайне унизительного проигрыша в данной жизненной ситуации.
Кроме того, признание положения жертвы в отношениях, где человека, по сути, обманом использовали, влечёт за собой не только ощущение горечи разбитых надежд, но и унизительную стигму «лоха», которого «развели». Негативные переживания, связанные с не сложившимися отношениями усугубляются также обидой на несправедливость.
Как следствие перечисленных и ряда иных факторов (по поводу дополнительных причин см. другие статьи, посвящённые деструктивному манипулированию, на freak .sytes. net), некоторые жертвы манипуляторов оказываются в столь сильной эмоциональной ловушке, что позволяют использовать себя неоднократно. Как только человек немного приходит в себя, хищник снова и снова возвращается поживиться. Такой цикл может повторяться несколько раз, пока жизнь несчастной жертвы не превратится в руины не только морально, но и физически. (См. статью «Стрижка Овец»).
К сожалению, такое драматическое развитие отношений является настолько распространённым явлением, что интернет просто кишит статьями, в которых жертву призывают «простить и отпустить обидчика». При этом бросается в глаза, однако, что во многих таких статьях обидчики даже не дифференцируются. Такая позиция, мягко говоря, вызывает недоумение. Ведь если имеешь дело с человеком доброй воли, тем, кто тебя любит, то часто достаточно сделать шаг навстречу, найти правильные слова... а там, смотришь, и отпускать уже будет необязательно, соответственно и обиды сами собой рассосутся. Естественно, такой шаг может оказаться по разным причинам очень сложно сделать, однако принципиальной невозможности, глубоко заложенной в личности человека, при этом, как правило, нет.
В данной же статье рассматривается совершенно иной, практически диаметрально противоположный случай. Люди, о которых идёт речь здесь, сознательно лгут и манипулируют психикой других, дабы бессовестно использовать их в своих эгоистических интересах, нанося в итоге серьёзный вред. Поэтому советы представить себе обидчика как человека, который «ошибся» и которому теперь «больно и стыдно», выглядят, учитывая обстоятельства, просто трагикомично. Столь же жалкими выглядят и рецепты типа «написать обидчику три письма, а затем их сжечь». Особенно когда жертву призывают «подарить своему обидчику прощение и безусловную любовь. Извлечь уроки и поблагодарить его за них». Получается, не иначе, «картина Репина», «Лохи пишут письма психопатам».
Нет ничего удивительного, что после подобных «священнодействий» боль и обида внутри пострадавшего человека остаются. Да и куда они денутся, если результат деструктивного взаимодействия, по существу, не изменился?! Манипулятор не просто ушёл безнаказанным, но ещё и остался вполне довольным результатами, вдохновившись на дальнейшие «подвиги» уже с новыми жертвами!
К счастью, есть и другой вариант. Чтобы рассмотреть его, вернёмся к примеру человека, не нашедшего в себе сил уйти с неинтересного фильма. Естественно, у него нет никакой возможности повлиять на содержание картины. У человека же, ставшего жертвой в деструктивных отношениях, есть шанс сделать так, чтобы, как в конце хорошего фильма, злодей был наказан, и восторжествовала справедливость. Как описывается в настоящей статье, успех представителей тёмной триады и манипуляторов вообще во многом зиждется на их изумительной способности производить ложно благоприятное впечатление на своих будущих жертв. Поэтому, как подробно объясняется в статье «Простить и отпустить», придание гласности мрачной истории неблаговидных поступков может оказаться весьма полезным.
Безусловно, такой акт паблисити не вернёт бывшей жертве ни средства, ни время, ни нервы. Но всё же поможет частично возместить если не материальные, то моральные утопленные затраты за счёт следующих факторов:
- Жертва в известном смысле расквитается с обидчиком. Осознание этого обстоятельства принесёт ей некоторое моральное удовлетворение.
- Манипулятору будет теперь значительно сложнее бесчестно использовать других людей, после того как его поступки были преданы гласности, а потому у потенциальных жертв значительно больше шансов своевременно распознать, с кем они имеют дело. Для пострадавшей же это будет возможностью чувствовать себя полезной людям и снискать их благодарность. Кроме того, для неё это ещё один шанс найти новых друзей, и тем самым обрести дополнительную социальную поддержку. Плюс ко всему, у жертвы более не будет искушения вернуться к обидчику, т.к. предание его мерзкого поведения гласности окончательно расставит все точки над «i» в отношениях между ними.
- Наконец, сами по себе не просто приобретённые, но применённые и обнародованные новые знания принесут не только практическую пользу, но и эстетическое удовлетворение.
Что же касается «работы над собой», важно отметить следующее. По своему характеру, согласно классификации, изложенной в статье «Люди, не ведающие страха и обиды», жертвы манипуляторов часто являются «невротиками». Это, как объяснялось в упомянутой статье, предполагает сильную склонность к определённой временной перспективе, а именно жить не «здесь и теперь», а либо воспоминаниями о прошлом, либо мыслями о будущем. Подобная временная ориентация столь отчётлива, что обнаруживается не только посредством психометрических инструментов (см. например, популярный опросник временной перспективы Ф. Зимбардо freak .sytes. net/ztpi.pdf ; примечательно, что в ситуации, рассматриваемой в данной статье, согласно шкале Зимбардо жертва будет демонстрировать картину «негативного прошлого», в то время как «хищник» - «гедонистическое настоящее»), но и может быть подмечена даже неподготовленным наблюдателем в ходе общения с человеком. Нетрудно понять, что в описываемой здесь посттравматической ситуации ориентация на прошлое только усугубляет негативный эмоциональный фон, мешая тем самым жертве двигаться вперёд по жизни, строить новые отношения, не оглядываясь постоянно на болезненный опыт.
В этом плане представляют интерес недавние результаты Эндрю Хафенбрака и его коллег. Они показали, что медитация, ориентированная на развитие осознанности, способствует снижению эффекта утопленных затрат. (Подробнее об используемых при этом техниках и лежащей в их основе идеологии можно прочитать, например, в книге Джона Кабат-Зинна «Куда бы ты ни шёл - ты уже там»). Такой результат не удивителен, так как осознанность предполагает фокусировку временной перспективы на «здесь и сейчас». Впрочем, ради справедливости стоит также отметить следующий момент. Коррекция временной перспективы требует значительных усилий. Необходимо понимать, что любая психотерапевтическая процедура – это серьёзная работа не только специалиста, но и клиента/пациента. Не стоит рассчитывать, что достаточно комфортно устроиться, скажем, на кушетке у психоаналитика – и она чудодейственным образом впитает приносящий столько страданий невроз. Исправление же временной перспективы представляет собой весьма трудоёмкий процесс, особенно в случаях, когда она оказывается завязанной на органические факторы внутри индивида.
Важно отметить также следующее. Как следует из настоящей статьи, манипуляция утопленными затратами может оказаться очень действенной. А потому у кого-то может возникнуть желание использовать её как механизм влияния на другого человека для достижения своих не самых благородных целей. Хотелось бы предостеречь против этого даже тех, у кого на сей счёт нет моральных «тормозов». Безусловно, сформированная таким образом «любовная зависимость» может оказаться очень прочной. Однако накопившийся у жертвы заряд негативных эмоций в сочетании с попранным чувством справедливости рано или поздно неизбежно приведут к трансформации изначально самых добрых чувств в едва ли не полную их противоположность. А поскольку совсем отпустить обидчика будет очень сложно, жертва будет искать с ним хотя бы чисто символический контакт, дабы реализовать жажду мести. И даже если (как, скорее всего, и будет обстоять дело из-за неблагоприятного баланса сил) жертва не решится на открытую конфронтацию, она будет всячески проявлять враждебность – от пассивной агрессии до пакостей за спиной. Об этом всегда следует помнить.
Подводя итог, хотелось бы выразить надежду, что лучшее понимание удивительных закономерностей психики позволит разным людям вести себя если не более рационально, то, по крайней мере, более разумно и дружелюбно.

10:08 

Люди, не ведающие страха и обиды



В разговорах разных людей часто приходится слышать призывы: «Не бойся!», «Не обижайся!» Очевидно, говорящие при этом предполагают наличие у собеседника способности в той или иной мере контролировать подобные проявления. Если же говорить в целом о восприятии феномена страха в массовом сознании, то обыденное мышление обычно наделяет людей примерно одинаковой потенциальной способностью управлять своим страхом. Индивидуальные различия приписываются силе воли, работе над собой и тому подобным вещам. Соответственно, люди (и в первую очередь мужчины), не способные управлять проявлениями страха, встречаются даже не с осуждением (осуждают обычно людей, которые могут, но не хотят), а с презрением (как слабые люди, неспособные контролировать даже самих себя). Такое отношение может возводиться в ранг государственной политики. Так, в СССР идеологическая система уделяла большое внимание «воспитанию» в юношах смелости. Несомненно, это делалось в первую очередь из милитаристских соображений, так как в молодых людях видели будущих «защитников Родины». На Западе отношение было более просвещённым, и признавалась автономия личности в этом вопросе. Правда, бытовое сознание по-прежнему возлагало на личность персональную ответственность за непопулярный «выбор».
В действительности же, как по мере накопления наших знаний становится всё яснее, по предрасположенности к страху все люди оказываются в разных точках некоторой условной шкалы, на противоположных полюсах которой находятся «психопаты» и «невротики». Термин «психопат» мы здесь понимаем в соответствии с контрольным списком Р. Хэра (пункты контрольного списка с пояснениями согласно официальному руководству см. на freak .sytes. net). Хотя отношение к страху не входит непосредственно в контрольный список Р. Хэра, ещё Х. Клекли в своём классическом труде «Маска вменяемости» упоминал отсутствие у психопатов «нервозности» или психоневротических проявлений. Для невротиков же характерна тревожность и негативная эмоциональность.
Имеет ли смысл подробно рассматривать эти крайние, заведомо «клинические» случаи? Несомненно! С одной стороны, с учётом тех, кто не обращается за помощью к специалистам, численность невротиков уходит в десятки процентов населения. Косвенным свидетельством тому может служить также количество и высокая посещаемость ресурсов в интернете, где участники дискуссий обсуждают свои соответствующие симптомы и возможные пути их устранения. Кроме того, даже у человека без выраженной патологии неприятные невротические проявления могут возникнуть в условиях травматической ситуации. С другой стороны, конечно, психопатов всего один процент, но зато какой!
Оказывается, что проявления страха в этих двух диаметрально противоположных случаях существенно отличаются, причём не только количественно, но и качественно. Прежде чем перейти к изложению этих различий, сделаем важную терминологическую оговорку. Во многих случаях, когда в обиходном разговоре речь идёт о страхе, на самом деле имеется в виду то, что технически более точно назвать тревогой. Не приводя в данной популярной статье точных определений, поясним различие между этими явлениями на примере.
Представим себе человека, внезапно встретившего в лесу медведя. В этой ситуации человек испытывает страх, сопровождающийся физиологическими проявлениями, порой столь драматическими, как «медвежья болезнь» (императивная диарея). Если же человек, идя по лесу, постоянно испытывает дискомфорт в опасении, что из-под какого-нибудь куста выползет змея, это тревога. Как видно из приведённых примеров, важным отличием этих случаев является разница во временной ориентации.
Подобная временная перспектива будет играть для нас центральную роль в дальнейшем обсуждении, пожалуй, наиболее фундаментального и драматического примера страха. Полный список того, чего люди могут бояться, очень велик, практически не ограничен. Однако при этом можно выделить некоторые основополагающие аспекты, связанные со страхом того, от чего никуда не деться. Так, боясь встреч со змеями, можно избегать поездок в местности, где их достаточно много. Опасаясь высоты, можно жить исключительно на нижних этажах, не подходить к обрывам и т.д. Но, как это ни печально, человеку рано или поздно не избежать встречи с собственной смертью. Естественно предположить, что осознание скорого и неминуемого прекращения собственного существования вызывает самый сильный по интенсивности страх. Например, такой страх возникает у человека, оказавшегося в падающем пассажирском самолёте, когда ничего нельзя сделать, чтобы спастись.
Поскольку человек фактически не может долго просуществовать в условиях очень высокой реальной опасности (т.к. попросту погибнет от одного из угрожающих факторов), с таким чудовищным страхом он может встретиться от силы несколько раз в жизни, да и то, если из какой-то ситуации, казавшейся гибельной, ему удаётся спастись. Таким образом, этот предсмертный страх (в форме именно страха, а не тревоги), не может нарушать качество жизни человека на протяжении подавляющей её части. Вероятно, имея в виду подобный аргумент, древнегреческий философ Эпикур (341-271 до н.э.) говорил: «Самое страшное из зол — смерть — не имеет к нам никакого отношения, так как, пока мы существуем, смерть еще отсутствует; когда же она приходит, мы уже не существуем».
Однако жизнеутверждающий аргумент Эпикура справедлив лишь в том случае, если человек постоянно живёт настоящим моментом, «здесь и теперь». Чтобы рассмотреть, как может обстоять дело в случае невротика, вернёмся снова к примеру самолёта, терпящего катастрофу. Безусловно, как уже отмечалось, человек не может постоянно жить в реальном предсмертном страхе. Однако он может многократно «растянуть» некоторое подобие таких ощущений посредством тревоги. Это может достигаться навязчивым проигрыванием в своём воображении предполагаемых предсмертных сцен. Например, когда человек летит в самолёте, он может то и дело представлять себе предсмертный ужас, связанный с неизбежной авиакатастрофой. Возникают также эффекты более высокого порядка, когда человек ещё за несколько дней до вылета начинает беспокоиться, буквально места себе не находя при мысли о том, как он полетит и какие при этом могут возникнуть ситуации.
Это приводит к двоякому действию. С одной стороны, тревога может стать настолько невыносимой, что человек в итоге всё чаще принимает решение в принципе избегать встречи с потенциально угрожающей ситуацией, например, полётов на самолётах. С другой – человек может по-прежнему собираться лететь, однако чем ближе «час Х», т.е. дата вылета, тем больше тема потенциальной угрозы довлеет в его сознании.
Несмотря на разные ключевые проявления упомянутого эффекта, смысл его, по сути, один: человек в тот период, когда чувствует угрозу, по сути, не живёт полной жизнью, не может быть полноценно счастлив, так как подобно пресловутой ложке дёгтя постоянная тревога отравляет его существование.
А поскольку жизнь подбрасывает всё новые поводы, такое тревожное состояние может стать практически непрекращающимся. Образно выражаясь, человек словно постоянно живёт с комом в горле, мешающим ему вздохнуть полной грудью. Примечательно, что на соматическом уровне такие люди нередко испытывают чувство неудовлетворённости вдохом и ощущение кома в горле.
Чем старше становится человек, тем ближе финал его жизни. Для невротика драматические переживания по этому поводу могут значительно усугубляться трагическим осознанием того обстоятельства, что он ведь и не жил толком. Потенциально лучшие годы жизни – юность и молодость, фактически прошли мимо него, будучи наполнены до краёв тревогой и негативными эмоциями. Человек теперь живёт не только тревожными мыслями о будущем, в котором его ждёт вечное небытие, но также тоской по прошлому, в котором у него ещё были возможности, теперь уже безвозвратно упущенные.
Ориентация на прошлое может также становиться серьёзным препятствием на пути к тому, что могло бы составить главную радость жизни. Согласно данным опросов, значительная часть обычных людей видит основной источник счастья в формировании гармоничных взаимоотношений, в первую очередь – близких отношений с человеком противоположного пола. Но здесь у многих невротиков возникают существенные сложности.
В процессе формирования отношений кардинальные различия между психопатами и невротиками обнажаются особенно остро. Как объяснить успешность психопатов в этой сфере, особенно удивительную в свете бесперспективности долгосрочных отношений с ними? (См. по этому поводу также статью «Романтические хищники. Искусство обольщения»: freak .sytes. net/romantic.html‎ ). Безусловно, психопаты уделяют большое внимание своему внешнему виду, во всяком случае, по сравнению с невротиками, более сосредоточенными на своих внутренних переживаниях. Если же говорить о внутренних факторах, то важный вклад в обаяние психопата вносит то обстоятельство, что поведение в новых ситуациях представляет собой его сильную сторону. Объяснить это можно следующим образом. Новая ситуация – будь то устройство на работу или романтическое знакомство – обычно требует от человека значительной мобилизации его ресурсов. Приходится принимать во внимание множество различных правил и условностей. На человека сразу обрушивается шквал новой информации. В то же время, в соответствии с законом Йеркса – Додсона, трудные задачи лучше всего решать в условиях низкого эмоционального возбуждения. Таким образом, хладнокровный психопат чувствует себя в такой ситуации, как рыба в воде. Для невротика же любая нетривиальная новая ситуация представляет собой сильный стресс. Соответственно, уровень его функционирования в решении даже умеренно сложных задач зачастую оказывается просто жалким. Такое различие между психопатами и невротиками особенно драматически проявляется в социальных ситуациях, где производимое первое впечатление оказывается определяющим для дальнейшего развития знакомства.
И со временем разрыв между ними становится всё больше и больше. Психопаты постоянно знакомятся с самыми разными новыми людьми, постоянно совершенствуя в общении с ними свои социальные навыки. Если кто-то из новых знакомых не идёт с ними на контакт, они невозмутимо забывают этого человека и переходят к следующему. Невротики же, получив от ворот поворот (который они к тому же, с характерной для них тенденцией к негативной интерпретации, истолковывают самым унизительным для себя образом), начинают избегать общества людей, уходя порой в полную социальную изоляцию. И тем самым лишают себя возможности совершенствовать свои и без того скудные навыки общения с людьми. Когда же невыносимое чувство одиночества заставляет подобных отшельников снова искать контакта с другими, их неуклюжие попытки найти взаимопонимание нередко вызывают отвержение окружающих. К тому же, когда, например, юноша – невротик пытается познакомиться с девушкой, в его памяти невольно всплывают все те, что отвергли его, «послали», использовали в своих корыстных интересах, или ещё как-то иначе растоптали его чувства. Возникающий при этом негативный эмоциональный фон и сильный «ментальный шум» весьма неблагоприятно сказываются на функционировании невротика в такой ситуации. Как следствие, он производит на другую сторону резко негативное впечатление робкого, не уверенного в себе «тормоза», что влечёт за собой соответствующие организационные решения по отношению к нему, ещё больше подрывающие самооценку невротика.
После нескольких таких мучительных циклов ухода в себя, а затем новых бесплодных поисков, вместо уверенности в себе у невротика формируется ощущение выжженных у него на лбу букв «Н», что означает «неисправимый», «никчёмный», «неудачник», или что-нибудь в этом роде. Такое самовосприятие способствует ещё более быстрому раскручиванию разрушительного маховика самоисполняющегося пророчества.
Если же смотреть в целом на страх и тревогу у психопатов, то по сравнению с колоритными проявлениями их у невротиков, здесь не наблюдается ничего примечательного. Столкнувшись с непосредственной угрозой, психопаты хладнокровно, не теряя самообладания, пытаются минимизировать риск. Обращает на себя внимание также отсутствие соматических проявлений: "Когда я грабил банки, я замечал, что кассиры начинают трястись или теряют дар речи. Одна так вообще облевала все деньги! Должно быть, ей было очень плохо, но я не знаю, почему. Если бы кто‑то направил на меня пистолет, я бы, наверное, тоже испугался, но меня бы уж точно не стошнило". (цит. по книге Р. Хэра «Лишённые совести. Пугающий мир психопатов»).
На подобном различии в соматических реакциях основан простой способ прикинуть, где на шкале пугливости от психопатов до невротиков расположен тот или иной человек. (Не пытайтесь повторить самостоятельно, тем более на близких!) Для этого нужно незаметно подкрасться к человеку сзади и издать очень громкий звук, например, резко крикнуть. «Психопат» при этом может изумлённо обернуться, выразить недовольство или даже проявить агрессию, но в остальном даже не вздрогнет. «Невротик» же при этом аж подпрыгнет, или скорей пригнётся. И какое-то время после этого не сможет прийти в себя, рассказывая, как он(а) чуть не умер(ла) от разрыва сердца, чуть не упал(а) в обморок и так далее.
Примечательно, что с эволюционной точки зрения страх является гипертрофированной изначально адаптивной реакцией. Он помогал нашим предкам выжить, своевременно предпринимая разумные действия для обеспечения собственной безопасности и тем самым избегая трагической развязки. Однако в некоторых современных ситуациях такая реакция оказывается совершенно неуместной, как можно видеть, если ещё раз вернуться к уже рассмотренному примеру полёта на самолёте. В самом деле, сколько бы ни боялся человек, сидя в пассажирском кресле, у него нет никакой возможности благоприятно повлиять ни на исправность воздушного судна, ни на грамотность действий пилота, ни на какие-либо иные факторы, от которых может зависеть благополучный исход полёта. Поэтому можно сказать в прямом смысле слова, что он напрасно волнуется.
Пример с самолётом показателен также и в следующем смысле. Статистика катастроф отчётливо демонстрирует, что пассажирский авиационный транспорт как средство передвижения ничуть не опасней собственного автомобиля. Статистика же человеческих фобий показывает совершенно иную картину. Безусловно, такой эффект может быть частично объяснён «эвристикой доступности», когда впечатлительным людям легко приходят на память сцены авиакатастроф из ТВ-репортажей. Автомобильные же аварии показывают лишь изредка, обычно, когда разбилась какая-нибудь знаменитость. Немаловажно и другое обстоятельство. У человека, сидящего за рулём, есть ощущение контроля над ситуацией. И совершенно иные чувства возникают при мысли о том, как что-нибудь отказывает в самолёте...
Возможно, после прочтения предшествующего материала статьи у многих читателей, особенно тех, кто знает за собой невротические черты, могло возникнуть желание развить у себя «психопатические» свойства. В первую очередь это касается стремления жить в настоящем, «здесь и сейчас». Оказывается, однако, что такая временная ориентация, в том виде как она проявляется у психопатов, имеет серьёзные негативные стороны.
Для них, «узников настоящего», прошлого уже нет. Соответственно, они не в состоянии извлечь из него содержательные уроки. Так, уже упоминавшийся ранее Х. Клекли сильно недоумевал, наблюдая своих пациентов. Вначале их арестовывала полиция. Однако, будучи доставленными в полицейский участок, они принимались разыгрывать сумасшествие, после чего их отправляли в соответствующий госпиталь, как говорится, «до выяснения». Клекли допытывался: неужели, <совершая противоправные поступки>, ты не понимаешь, что в итоге снова окажешься у меня, где тебя в очередной раз закроют в палату с шизофрениками?! Психопат при этом принимался очень убедительно изображать раскаяние, понимание ошибочности и пагубности своего поведения. В результате, после психиатрической экспертизы его выпускали на волю. Однако стоило ему там оказаться, как он принимался снова выписывать фальшивые чеки, заниматься мелкими кражами и мошенничеством, после чего опять оказывался сначала в полиции, а затем в психиатрической больнице.
Если прошлого уже нет, то будущего ещё нет. Психопаты то и дело совершают импульсивные поступки, исходя из своих потребностей в текущий момент, и не учитывая возможные негативные последствия своих действий. Особенно драматическое различие во временной перспективе психопата и невротика проявляется в следующей ситуации. Если психопаты имеют выраженную тенденцию быть хищниками по жизни, то невротики склонны быть жертвами. Их взаимоотношения часто приводят к тому, что психопат обманывает или каким-то иным образом использует невротика. Когда ресурсы жертвы исчерпаны, психопату приходится двигаться дальше. Казалось бы, на этом все? Но нет, не всё так просто!
Психопаты и невротики кардинально различаются не только склонностью к страху, но и обидчивостью. Если кто-то перейдёт дорогу психопату, то психопат может расправиться с провинившимся со всей жестокостью своей бессердечности. Основным мотивом психопата будет при этом поддержание в свою пользу столь важного для него баланса власти. Он чувствует потребность ответить на вызов. Таким образом, образно выражаясь, психопаты не обижаются, но принимают немедленные меры. Если же у психопата нет на данный момент возможности расквитаться, он может отвлечься на другие задачи и тем самым фактически забыть. Невротик же не забудет! Даже если у него скверная память, он будет то и дело навязчиво освежать боль обиды, переживая её снова и снова. Чтобы радикально заглушить эту боль, ему нужно удовлетворить жажду мести. Не решаясь осуществить возмездие в открытом поединке с более сильным соперником, невротик будет стараться использовать возможность воткнуть ему нож в спину. А если и это сделать боязно, то всадить пулю промеж лопаток с безопасного расстояния из снайперской винтовки. Впрочем, к счастью, в большинстве случаев возмездие оказывается менее убийственным, как то: написать на обидчика донос/жалобу, распустить про него слух/сплетню и т.д.
Что же даёт приведённый анализ остальным, «нормальным» людям? Важно осознать, что каждый человек занимает определённую позицию на указанной шкале. Понимание собственного положения помогает познать себя. Свои возможности, ограничения и уязвимости. Кроме того, важно разобраться в людях, которые нас окружают, рядом с которыми мы идём по жизни. Это поможет нам научиться связывать с ними реальные ожидания. Многие негативные эмоции и обиды на других людей связаны с тем, что люди склонны видеть в поведении человека злой умысел там, где его нет. От другого человека чудесным образом ожидают, что он «возьмёт себя в руки», когда на самом деле для таких ожиданий нет основания. Ведь, если посмотреть на вещи реально, каждый психопат умрёт психопатом, а каждый невротик – невротиком.
После знакомства с рассмотренными крайними случаями может возникнуть вопрос: а может ли человек, находящийся на одном из полюсов, хотя бы немного скорректировать своё поведение, дабы сделать его не столь неадаптивным? К сожалению, что касается психопатов, то в настоящее время ответ однозначно нет. Они даже не считают, что проблема в первую очередь в них – ведь страдают от их действий в основном другие люди! В то же время, безусловно, завидовать психопатам глупо, т.к. даже несмотря на чудовищное растранжиривание при своём паразитическом, вредительском образе жизни чужих средств, им проблематично найти долгосрочные источники радости.
Что же касается невротика, то подробно описанная в настоящей статье временная перспектива может быть до некоторой степени скорректирована с целью достижения большей концентрации на текущем моменте, «здесь и теперь». Для этого применяются различные приёмы – от многовековой традиции восточных практик, таких, как медитация, до самых современных подходов в психотерапии и психофармакологии. Однако, несмотря на разнообразие используемых подходов, они дают в лучшем случае лишь переменный успех. Особенно неприятны ситуации, когда в основе состояния человека лежит органическая причина, не подлежащая радикальной коррекции. Да и в любом случае, полностью изменить природную предрасположенность проблематично. Ситуация с характером человека скорее напоминает персонажей ролевых компьютерных игр: даже невротик восьмидесятого уровня не может сравниться по своему бесстрашию с самым захудалым психопатом!
Поэтому, с одной стороны, конечно, замечательно, когда человек пытается исправить своё неприятное состояние. Казалось бы, чем больше старается, тем лучше? Однако в действительности не всё так просто. И потому разумнее руководствоваться древней мудростью о том, что стоит основательно разобраться, что ты можешь изменить к лучшему, и прикладывать разумные систематические усилия в этом направлении. Но важно также смириться с тем, чего ты не в состоянии изменить. Применительно к конкретному случаю это означает учиться жить со своим неврозом, настолько, насколько он это позволяет.
К сожалению, последнее оказывается непросто сделать, когда отовсюду на больную голову сыпется оголтелая реклама, сулящая всем страдальцам научить их, как перестать тревожиться и наконец «начать жить по-человечески». За определённую мзду, разумеется. Которую, естественно, несчастные «лохи» уплатят независимо от достигнутого результата. В результате, невротики отдают порой последние средства (которые в силу особенностей их характера и темперамента к тому же достаются им неизмеримо труднее, чем тем же психопатам), получая взамен в лучшем случае лишь маргинальный положительный эффект.
Знания относительно обсуждаемых в статье драматических вариаций человеческой личности важно и для обычных людей, хотя бы в плане формирования оптимальной тактики взаимодействия с людьми, близкими к упомянутым выше полюсам.
С психопатом оптимальной стратегией практически неизменно будет избегание контактов с ним при наличии такой возможности. Что же касается невротика, то основной вопрос, который предстоит решать по отношению к нему,- стоит ли принимать человека таким, каков он есть. И даже в случае отрицательного решения этого вопроса, совершенно недопустимо возмутительное поведение, которое, к сожалению, практикуют многие. Когда человеку презрительным тоном сообщают его унизительные характеристики, соответствующие личностным параметрам, по которым он кого-то не устроил. Например, женщина может сказать мужчине, что он трус, слабак, неудачник и так далее. Естественно, такое поведение не только сомнительно с этической точки зрения, но и совершенно абсурдно в своей глупости. В самом деле, если человек тебя не устраивает – так не общайся с ним, предоставь это тем, кого он устроит таким, какой он есть. Упомянутым же здесь поведением ты только наживаешь себе врагов на ровном месте! Как уже упоминалось, невротики очень обидчивы и мстительны. Даже если такой человек не решится сразу пойти на открытую конфронтацию, есть масса эффективных способов нагадить человеку исподтишка. Особенно в нынешнюю эру информационных технологий. Так стоит ли портить себе жизнь ради сомнительного удовольствия продемонстрировать кому-то своё презрение?!
Подводя итог, хотелось бы выразить надежду, что лучшее понимание природы индивидуальных различий в проявлении таких базовых эмоций, как страх, позволит людям с большим пониманием относиться друг к другу и строить более гармоничные взаимоотношения.

02:41 

Подводные камни курортного романа

Отправляясь на море, кто-то опасается медуз; кое-то, собираясь в далёкие страны, даже акул, однако на практике большую опасность представляют двуногие хищники. Конечно, время от времени агрессию могу проявлять по тем или иным причинам разные люди. Однако встречаются личности, по самой своей природе склонные к хищной, инструментальной агрессии. Это в первую очередь психопаты – люди со специфической деструктивной аномалией характера. Инструментальная агрессия не провоцируется реальной или даже воображаемой угрозой со стороны жертвы, а осуществляется ради достижения эгоистической, корыстной цели по принципу «ты виноват уж тем, что хочется мне кушать».
Центральные черты характера психопата – импульсивность и бессердечность. Импульсивность толкает его совершать поступки необдуманно, делая неспособным осмысленно планировать своё будущее и строить жизнь в соответствии с этими намерениями. Не менее важная сторона импульсивности – склонность к скуке, постоянная потребность в новой стимуляции. По этой причине психопаты практически не способны сколько-нибудь продолжительное время трудиться на содержательной общественно-полезной работе. В результате, не будучи в состоянии обеспечивать себя сами, они вынуждены всю жизнь фактически паразитировать на других – своих близких, друзьях, сослуживцах, а также на посторонних людях посредством обмана и мошенничества. Другой определяющей особенностью психопата является бессердечность – ему совершенно не доставляют дискомфорта страдания, которые он причиняет другим людям. Не останавливаясь здесь далее на удивительной психологии этих очень обаятельных и в то же время опасных людей (подробнее о ней и о том, как их распознать, можно узнать на ресурсах, специально посвящённых их психологии: на сайте freak .sytes. net, или в сообществе «Тёмная Триада: Психология Зла» vk.com/club42686615 в социальной сети «В Контакте»), перейдём непосредственно к той угрозе, которую они могут представлять для отдыхающих.
Если говорить о социальных хищниках, промышляющих в курортной зоне, главными объектами их интереса зачастую становятся одинокие женщины. Причём речь здесь пойдёт не о банальном мошенничестве с обменом валюты, торговлей сувенирами и украшениями, транспортировкой и т.д., о чём много написано в других местах. В данной заметке будет рассказано о романтических играх, более утончённых и в то же время сильно травмирующих не только финансово, но и морально.
Как это может происходить? Одинокая женщина расположилась позагорать на пляже. И тут к ней уверенной походкой приближается красавец – мужчина. «Я настолько очарован Вами, что просто не мог не подойти...». Собственно, не так важно, что именно он ей скажет, скорее *как* он сделает это. Психопаты никогда не тормозят, говорят всегда очень уверенно и складно. У них сразу же найдётся ответ на практически любой вопрос собеседника. Они умеют расположить к себе. Разговор получает развитие. Неожиданно (для будущей жертвы) выясняется, как много общего у неё с очаровательным незнакомцем (ей невдомёк, конечно же, что это всего лишь грамотно выполненная собеседником «подстройка» под неё возымела нужный психологический эффект).
На курорте у них нет общих знакомых (откуда им взяться?), поэтому женщине приходится полагаться на рассказ собеседника. Часто при этом у неё даже мысли не возникает сомневаться в словах этого очаровательного человека, который так складно говорит. Например, когда он словно отвечает на её внутренний немой вопрос «как же такой неотразимый мужчина оказался один?». И рассказывает ей трогательную историю о том, как незадолго до отпуска его оставила любимая девушка. Мол, не выдержав чисто материального соблазна, его избранница переметнулась к главе какой-то там корпорации. Или что-то в этом роде. Молодой человек очень убедительно говорит о том, как он страдал. Однако теперь всё это позади, ему нужно двигаться дальше и строить новую жизнь. Как потенциальная жертва может проверить правдивость рассказанной ей истории? Да никак! Да она и не настроена проверять, а внутренне уже исполнена решимости доказать этому очаровательному молодому человеку, что не все женщины такие, как его бывшая.
Вечером они уютно сидят рядышком и говорят обо всём, любуясь закатом. Потом ещё долго гуляют по набережной под луной, держась за руки. Он не давит на неё – она сама уже скорее хочет оказаться в его объятиях. Женщина чувствует себя, словно в сказке.
Изгнание из сказки наступает, когда очень скоро, в один прекрасный день, её изумительный возлюбленный исчезает навсегда из её жизни, прихватив практически всё ценное, что было у неё с собой – наличность, украшения и т.д.
Как такое могло произойти? Человеческая психика устроена таким образом, что влюблённые порой не наблюдают не только часов, но также многих других важных элементов реальности. Этим широко пользуются те, кто, не имея совести, в то же время обладает изумительным талантом поселить в сердце одинокого человека, не избалованного вниманием противоположного пола, эту самую влюблённость по отношению к себе. Потенциальным жертвам романтических мошенников следует помнить об этом и быть начеку, особенно когда ситуация представляется невероятно заманчивой.
Так, если к женщине уже хорошо за 30, которая полчаса назад смотрела в зеркало с тоской во взоре (к пляжному сезону не готова!) на свой целлюлит, подходит молодой атлет и говорит: я пленён Вашей красотой... Разумеется, нельзя a priori полностью исключить, что таковы его индивидуальные предпочтения в женской внешности. Но вполне вероятно также, что у него могут быть иные, не самые благородные и бескорыстные мотивы для знакомства.
Важную роль играет также эффект нимба – у нас есть тенденция считать красивых, внешне привлекательных людей хорошими. Несомненно, правильные черты лица, его симметрия обычно указывают на более высокое качество наследственного материала, лучшее генетическое здоровье. Однако они никоим образом ничего не говорят о душевных качествах этого человека, и об этом необходимо помнить.
Особую осторожность в знакомствах следует проявлять тем, кто ранее неоднократно становился жертвой в отношениях. Как отмечалось в статье автора «Пни меня! Я жертва по жизни!» социальные хищники обладают удивительной способностью распознавать подходящих жертв, даже не вступая в разговор, по одним невербальным признакам, таким, как походка.
Также очень аккуратными стоит быть людям, которым, когда у них спрашивают «ты мне не доверяешь?» сразу становится стыдно, и они тут же пытаются «исправить» ситуацию демонстрацией безграничного доверия.
Конечно, выше рассказан лишь один из вариантов развёртывания мошеннического знакомства. На практике схемы развития событий могут быть разными. Например, может оказаться, что женщина, приехавшая отдыхать одна, на самом деле не так уж и одна, какой бы одинокой она себя ни ощущала. Просто так уж получилось, что когда она увидела ослепительную улыбку нового знакомого, его стройное, мускулистое тело, его модный «прикид», услышала комплименты в адрес своей внешности, которых она не слышала столько лет... И в то же время не могла не вспомнить своего супруга, его жёлтые зубы и запах изо рта, его пивное брюхо, трикотажные штаны с висячими коленками, его пьяный многоэтажный мат, когда он искал свои носки, неизвестно за какое преступление поставленные им в угол... Скажем так, сравнение в плане привлекательности оказалось явно не в пользу мужа.
Особенно тяжко в такой ситуации приходится религиозным женщинам, чувствующим сильное раскаяние за свой грех. Они покорно накладывают на себя епитимию, когда, не жалея средств, покупают молчание искусителя, угрожающего устроить бедняжке паблисити и тем самым попутно торпедировать её семью.
Многие из тех, кто наблюдает ситуацию со стороны, презрительно говорят: сама виновата. Мол, неужели она не понимала, каковы были её реальные шансы встретить такого красавца мужчину, понравиться ему, да чтобы он при всём при этом ещё был свободен? Однако влюблённый разум не вычисляет вероятности, пребывая в плену эмоций и сладких грёз. Отрезвление наступает лишь потом, когда уже слишком поздно. Поэтому, собираясь в отпуск, особенно в одиночку, постарайтесь взять с собой не только то, что нужно для организации быта, но и здравый смысл.

21:07 

Психология зла: тесты, книги, видеоролики

Дорогие друзья, мои постоянные читатели! Пожалуйста, не сочтите за рекламу... Просто хотел пригласить тех из вас, кто зарегистрирован в социальной сети «В Контакте», в сообщество Тёмная Триада: Психология Зла vk.com/club42686615, посвящённое теме моего блога. Из того, чего нет в настоящем блоге, помимо психологических тестов и полных текстов моих книг (которые вы также можете найти на моём сайте freak .sytes. net), там вы также можете посмотреть психологические видеоролики по более широкому кругу вопросов, близких к поднимаемым в настоящем журнале. Если найдёте там что-то интересное для себя – пожалуйста, делитесь с друзьями и делайте репосты. Спасибо. Искренне ваш, автор.

Психология необычных людей

главная