«Летая в облаках, легко столкнуться с мимо пролетающим самолётом» - Эдит Пиаф.
URL
20:54 

Если бы «сказку о Красной Шапочке» написал… Волк?!!

«Hooray for Hollywood»


Да, дорогие мои читатели – это случилось! У меня наконец-то нашлось свободное время, и я решила вернуться к своему блогу, по которому очень сильно успела соскучиться. А поскольку сейчас мы все отмечаем наступление Нового 2018 года – я думаю, что будет более, чем уместным то, что моя первая, после четырёхмесячного перерыва, рецензия в «Hollywood's Golden Age Classics» будет посвящена фильму, связанному с этим светлым и замечательным праздником.

И выбор мой пал на (малоизвестную в наши дни) телевизионную музыкальную сказку Сида Смита «Опасное Рождество Красной шапочки» (1965) с участием Лайзы Миннелли, Сирила Ричарда, Вика Дамоне и британской рок-группы «The Animals». А для начала – пару слов о сюжете. Сюжет: В одном из зоопарков, в самый Канун Рождества, Волк (Сирил Ричард) опечален тем, что этот праздник он встретит абсолютно в полном одиночестве. Под влиянием грустных чувств, обращаясь к телезрителям, Волк решает рассказать о том, как он вообще оказался в зоопарке.

А виновата во всём, оказывается, была юная и неопытная девушка по имени Лиллиан (она же – «Красная шапочка») (Лайза Миннелли), которую однажды встретил в лесу наш герой. Конечно, девушка ему очень понравилась (причём, совсем не в качестве потенциальной закуски!). Сама Лиллиан также прониклась симпатией к своему новому знакомому, и даже почти согласилась дружить с ним. Но, узнав, кто её «друг» на самом деле, девушка перепугалась до чёртиков, и тут же передумала, поскольку привыкла считать, что всем волкам, как правило, нужно только одно – и это точно не связано с дружбой!



Весь актёрский состав мюзикла во время исполнения финальной песни.


Не сказать, конечно, что в лице этой всеми забытой 50-минутной телепостановки Сида Смита я обнаружила «скрытый шедевр», но посмотреть её определённо стоило. «Опасное Рождество…» предлагает зрителям довольно необычную, но не бесспорную трактовку всем известной сказки о Красной шапочке, поданной с позиции Волка. Начну с того, что по ходу действия, список «добродетельных качеств», приписываемых главным героем в свой адрес, может вызвать к этому персонажу стойкое недоверие (и интеллектуал, и вегетарианец, и воспитанный джентльмен!).

Впрочем, иного способа продемонстрировать, что Волка авторы сказки «очернили» незаслуженно, сценарист Роберт Эмметт, видимо, не нашёл. Некоторые рецензенты, к слову, в характеристиках персонажа Сирила Ричарда также видят неосознанный «кивок» в адрес ЛГБТ-меньшинств. Спросите, что именно «такого» они там увидели и правы ли они? Знаете, вот не проводила я на эту тему никаких параллелей сознательно, но подозреваю, что всё это снова упирается в вышеупомянутую «положительность» Волка.

К примеру, по сюжету, он, мягко говоря, очень сильно отличается от других своих сородичей (в исполнении рок-группы «The Animals»), что последние до него недвусмысленно пытаются донести, однако тот продолжает стоять на своём. Ну, а попытки героя Ричарда показать Красной шапочке, что он, на самом деле, не такой, как остальные волки, и может стать её другом, приводят к вполне ожидаемому финалу. К тому же, Волк в фильме кажется порой слишком… женоподобным, что тоже, в общем-то, может роднить его с представителями, сами знаете, какой группы людей.



Сирил Ричард в роли Волка и рок-группа «The Animals» в ролях волков из стаи.


Возможно, отчасти, именно из-за своих характеристик, Волк и получился самым ярким персонажем во всей этой истории (на его фоне и Шапочка, и Дровосек, и стая волков выглядели слишком предсказуемо, хотя для новогодней сказки это, конечно, не критичный момент). Не думаю, что есть смысл продолжать обсуждение сюжета фильма (разве что, отмечу, что попытки Волка подружиться с главной героиней выглядят слишком навязчивыми), поэтому «едем дальше».


Лайза Миннелли в роли Красной шапочки.


Учитывая формат «телепостановки» и тот факт, что она родом из 1965 года, когда американское телевидение ещё не было достаточно развитым, несмотря на свою усиливающуюся популярность у зрителей, режиссуру и визуальную часть «Рождества…» я не буду подвергать слишком детальному анализу. Скажу лишь, что фильм больше напоминает театральный спектакль, снятый на плёнку с костюмами и декорациями, характерными для детского утренника. Хотя, надо отдать должное создателям картины, атмосферу «сказочного действа» им удалось создать в кадре очень даже неплохо.


Лайза Миннелли и Вик Дамоне. Репетиция номера «Along the Way» (пока без костюмов).


Интересный факт: мюзикл был снят на цветную плёнку и именно в таком качестве вышел на телеэкраны 28 ноября 1965 года. Затем, эту запись повторили на Рождество в следующем, 1966 году, после чего её «благополучно» стёрли ради другой телепрограммы. Тут ничего удивительного нет: для тогдашнего телевидения цветная плёнка всё ещё считалась роскошью, и перезапись на неё велась столько раз, сколько она была способна выдержать. Поэтому, долгие годы «Опасное Рождество…» считалось утерянным, пока его случайно не обнаружили в архивах телеканала ABC (правда, только в «чёрно-белом» виде).

За музыкальные номера к «Рождеству...» отвечали Джул Стайн и Боб Меррилл (песни) (известные в то время имена в жанре мюзикла) и Ли Теодор (танцы). В отношении хореографии больше всего запомнилось то, что в сюжете Мышь (в исполнении некой Марлен Делл) разговаривала с героями фильма посредством танца (идея, действительно, оригинальная). Из «песенной части» постановки отмечу: «Along the Way» от Вика Дамоне (самая красивая композиция в фильме), «I'm Naive» от Лайзы Миннелли, а также «Ding-A-Ling, Ding-A-Ling» от неё же и Ричарда (самый задорный номер постановки, но при прослушивании я ловила себя на мысли, что где-то этот мотив уже раньше слышала).


Фото Лайзы на рекламе ТВ-мюзикла в газете.


Ну, и напоследок, вкратце об актёрском составе. Как и по сценарию, так и по исполнению, ярче всех оказался Сирил Ричард, сыгравший «не совсем обычного» Волка (пел он, правда, так себе – но, в данном случае, я лично готова на это закрыть глаза). Сыгравшая Красную шапочку, 19-летняя Лайза Миннелли в этой роли демонстрирует одновременно и свои сильные, и слабые стороны. Вот никогда я не являлась поклонницей Лайзы, но отмечу, что к этому возрасту она научилась весьма недурно петь и танцевать (что, возможно, и неудивительно при таких-то родителях).


Номер «Along the Way» (теперь уже в костюмах).


Однако, по силе и выразительности вокала, своей матери (Джуди Гарленд) Миннелли, по состоянию на 1965 год, всё же сильно уступает (несмотря на то, что в плане звучания Лайза, напротив, довольно сильно схожа с нею). Также, в глаза бросается «актёрская» неопытность девушки и полное неумение правильно работать в кадре (впрочем, её главные удачи на «большом экране» тогда ещё были впереди). Лучше всех в «Рождестве...» пел Вик Дамоне (что, впрочем, не новость!), да и в паре с Лайзой (равно, как и в качестве Дровосека), несмотря на ощутимую разницу в возрасте, он смотрелся очень мило – а большего роль и не требовала.

Что касается группы «The Animals», сыгравшей Волчью Стаю, то убедительнее всего они смотрелись, когда... завывали, как самые настоящие волки. В остальном же, ребята просто не портили кадр, подыгрывая Сирилу Ричарду, не всегда попадали в ноты, а в своём единственном соло «We're Gonna Howl Tonight» запомнились лишь тремя моментами, а именно:

1. Исполнением, очевидно, в рок-стиле, характерном для самой группы, из-за чего этот номер смотрелся откровенно «белой вороной» на фоне остальных композиций фильма;
2. Появившимися, по большому счёту, неясно откуда музыкальными инструментами (конечно, волки же всегда их таскают с собой, расхаживая по лесу!);
3. Тем, что почти в самом конце песни гитарист группы взял свой «хвост» и (это я точно никогда не забуду!)… начал играть им на электрогитаре (и правильно – зачем же «реквизиту» зря пропадать?)!



«Да, да - я не шутила! Взял свой хвост - и вперёд!»

:laugh:


В заключении, могу сказать, что «обязательным для просмотра на Рождество» творением ТВ-мюзикл «Опасное Рождество Красной шапочки» не является, но, в целом, у режиссёра Сида Смита и компании получилась довольно любопытная постановка, которую вполне можно посмотреть, случайно обнаружив её, где бы то ни было. В особенности, если вы относитесь к числу фанатов Лайзы Миннелли, Вика Дамоне и группы «The Animals», любите сказку о Красной Шапочке и, разумеется, не безразлично относитесь к мюзиклам. Ещё раз поздравляю всех с Новым Годом, а также – с Рождеством! Всегда ваша Ия Савинна!

P. S. Отдельное спасибо хочется сказать Ларисе Горбачёвой - «Заслуженному мастеру спорта» по борьбе с кляксами от агентства «Getty Images», которые порой так мешают, когда ищешь фотки для рецензии! Спасибо, Лариса!

6 из 10

@темы: Разное, Другое кино, 1960-е, "6"

20:17 

С Наступающим 2018 Годом!

«Hooray for Hollywood»
Привет всем читателям блога «Hollywood's Golden Age Classics»! Уже совсем скоро наступит новый 2018 год, поэтому сейчас я не буду подбирать какие-то «особо пафосные слов», и буду краткой. Мне бы хотелось всем вам пожелать, чтобы всё, что вы сами себе желаете, и о чём мечтаете, непременно сбылось в Новом году! Всем - крепкого здоровья, успехов во всех начинаниях и счастья в личной жизни! Надеюсь, что ещё обязательно встретимся в 2018-м на страницах «Hollywood's Golden Age Classics»! Всегда ваша Ия Савинна!



@темы: Читать обязательно, Разное, Новости для читателей, Интересное

05:44 

Блеклое подражание мюзиклам «Золотого Века Голливуда» – с 14 номинациями на «Оскар»?

«Hooray for Hollywood»


Мюзикл Дэмьена Шазелля «Ла-Ла Ленд» (2016), помимо колоссального успеха в прокате (почти 450 млн. долларов кассовых сборов против 30 млн. бюджета) произвёл большой фурор на ряде кинофестивалей, выиграв там множество наград. В их числе: 6 премий «Оскар» (из 14 «рекордных», на которые номинировался!), 7 «Золотых глобусов» (снова «рекордные»!), 5 премий BAFTA и т. д. В особенности, повезло актрисе Эмме Стоун, получивший за роль в этом фильме практически все более или менее значимые награды сезона.

Остаётся лишь задаться вопросом: а заслужил ли в действительности «Ла-Ла Ленд» все эти лавры? Вот об этом (абсолютно не обращая никакого внимания на все призы и зрительские/журналистские «вопли восторга») дальше и пойдёт речь в данной рецензии. Но для начала – несколько слов о сюжете самого мюзикла. Сюжет: Место действия – Лос-Анджелес, Голливуд. Одни мечты здесь сбываются, другие – нет, но это не останавливает тысячи и тысячи молодых и целеустремлённых мечтателей, регулярно приезжающих сюда в надежде найти своё «место под солнцем».

Это касается и двух главных героев фильма. Себастьян (Райан Гослинг) – пианист, фанатично обожающий джаз (в «самом классическом» понимании этого термина), но вынужденный признать, что таковой уже «вымирает». Поэтому, Себастьян мечтает открыть собственный джаз-клуб, в котором можно было бы оттянуть момент «умирания» этого жанра на как можно более долгий срок. Мия (Эмма Стоун) – начинающая актриса и драматург, которой пока стабильно не везёт абсолютно на всех кастингах, вследствие чего она вынуждена работать официанткой в кафе рядом с киностудией Warner Bros.

После нескольких случайных встреч (в пробке, в кафе и на вечеринке) в их отношениях устанавливается стойкая неприязнь друг к другу – позднее, разумеется, перешедшая в любовь, как того и требует жанр. Но ни Себ, ни Мия, ни на минуту не забывают о своём стремлении сделать карьеру и осуществить свои заветные мечты. И когда в этом направлении у каждого из них начинает что-то получаться, обоим предстоит осознать, что отнюдь не всегда карьерные достижения можно совместить со счастьем в личной жизни…




Что ж, приступая к «разбору полётов», приходится констатировать, что выигравший сотни различных кинонаград и собравший сотни миллионов долларов в прокате, мюзикл «Ла-Ла Ленд» лично меня разочаровал своей, если можно так выразиться, «общей усреднённостью». Вот какую составляющую в данной постановке (сценарий, режиссура, игра актёров, песни, танцы) не рассматривай в отдельности – почти ничего из всего этого впечатления «гениальности» не производит. Впрочем, и в целом, мюзикл также не кажется той кинолентой, которую хочется не раздумывая причислить к числу неоспоримых «шедевров всех времён и народов».

Ну, а теперь «пройдёмся» по каждой составляющей «Ла-Ла Ленда» в отдельности. Сценарий Дэмьена Шазелля (номинация на «Оскар» в категории «Лучший оригинальный сценарий») удивляет как раз отсутствие этой самой «оригинальности». Откровенно говоря, я совсем сбилась со счёту, пытаясь вспомнить, в каком количестве фильмов мне уже доводилось видеть подобные сюжеты о том, как отношения влюблённых пар разрушались по причине несовместимости у них профессиональных стремлений или достижений. Разве что, в жанр мюзикла такие историй в эпоху «Золотого века Голливуда» попадали не так часто (или, по крайней мере, не с такой концовкой, как здесь). Но ещё больше печали в сценарии вызывают другие моменты.




При просмотре мюзикла нередко кажется, что создавая для него сюжет, Шазелл не стал сильно напрягаться, и просто «сшил» себе кино из кусков различных классических кинолент ушедшего XX века. Начинается фильм достаточно шаблонно, и назвать какой-то конкретный прототип я здесь, пожалуй, не решусь. Развитие отношений героев Райана Гослинга и Эммы Стоун кажется навеянным такими мелодрамами, как «Какими мы были» (1973), «Когда мы снова полюбим» (1936), «Нью-Йорк, Нью-Йорк» (1977) (кстати, тоже мюзикл!) и т. д. Разница лишь в том, что здесь отношения главных героев не длятся года и десятилетия, как в вышеупомянутых картинах.

Ну, а немузыкальная часть финала постановки Шазелля вообще, очевидно, скопирована из «Шербургских зонтиков» (1964). Нет, о любви Шазелля к мировой (особенно, голливудской) киноклассике и тому, что «Ла-Ла Ленд» отчасти и задумывался, как своего рода «дань классике», мне известно. Но при вставках в фильм цитат из других кинолент всегда необходимо чувство меры, а оно режиссёру явно изменило, из-за чего мюзикл превратился в сплошную игру на тему «Угадай, откуда это позаимствовали?».

Помимо этого, сюжетно «Ла-Ла Ленд» оказывается на все 100% предсказуемым фильмом (почти ни одного неожиданного поворота и никаких откровений в развитии событий, о которых повествует данное кино, здесь нет и в помине). С проработкой персонажей здесь также не всё радужно, поскольку все события развиваются исключительно вокруг двух главных героев, прописанных откровенно неинтересно и поверхностно. Ещё больше обескураживает то, что ярких второстепенных и эпизодических персонажей (довольно часто встречающихся в фильмах этого жанра) в работе Шазелля также нет.




Время от времени в кадре появляются какие-то непонятные люди, произносят пару невнятных реплик (интересных и забавных диалогов здесь, к слову, тоже мало) и тут же исчезают – но что изменилось бы, не появись они тут вообще? В том-то и дело, что ничего! К примеру, в кадре непонятно откуда возникает парень главной героини, но вскоре (минуты через две!) он также непонятно куда пропадает и больше ни о нём, ни о судьбе его отношений с персонажем Эммы Стоун мы до конца фильма ничего не узнаем. И зачем он тут был? Да так – мимо проходил, наверное, или нет?



Словом, вот такие претензий имеются к «самому гениальному сценарию года», номинированному на «Оскар». Режиссура Шазелля (в этой номинации ему даже досталась статуэтка!) также поводов для восторга не вызывает. Снять мюзикл с похожим сюжетом и именно такой подачей в 1940-50-е годы на студии MGM мог хоть Стэнли Донен, хоть Винсент Миннелли, хоть Чарльз Уолтерс (да даже менее даровитые ремесленники типа Ричарда Торпа и Нормана Торога справились бы с лёгкостью с данной задачей!). И в карьере любого режиссёра из вышеупомянутой пятёрки подобное творение точно не стало бы событием (тем более такого масштаба, как это вышло с «Ла-Ла Лендом»).

Шазелл же, очевидно, весьма подробно изучил стиль и Донена, и Миннелли. Однако, смотря на результаты его работы, к сожалению, пока никак нельзя сказать, что здесь он как-либо ярко показал свой собственный режиссёрский стиль, который можно было бы назвать «заслуживающим внимания». Так что, выигранный молодым режиссёром «Оскар», судя по всему, стоит воспринимать лишь в качестве аванса от киноакадемиков в счёт будущих шедевров (если, конечно, в карьере Шазелля таковые когда-нибудь ещё появятся, в чём я лично сомневаюсь).




Визуально «Ла-Ла Ленд», должна признать, производит более позитивное впечатление. Заслуживают похвалы натурные съёмки, операторская работа Линуса Сандгрена (первый заслуженный «Оскар»!) и монтаж Тома Кросса (номинация на «Оскар», кстати, также заслуженная). Интересна и сама идея снимать мюзикл при использовании формата CinemaScope (точнее говоря, точной стилизации под него), в котором в Голливуде создавались фильмы в середине 1950-х годов. Таким образом, фанатов американской киноклассики тех лет создатели картины визуально погрузили в привычную для них среду (несмотря на то, что, формально, действие мюзикла развивается в наши дни).

Красиво смотрятся декораций (менее заслуженный «Оскар»), но так же, как и сценарий или режиссура, и они кажутся порой скопированными из других мюзиклов. Понравились костюмы Мэри Зофрис (заслуженная номинация на «Оскар»), хотя они тоже периодически отсылали зрителя к другим фильмам (в частности, к «Шербургским зонтикам», если говорить о платьях героини Эммы Стоун). Что касается актёрского состава, то ввиду того факта, что персонажи в сценарии фильма прописаны довольно слабо, кроме двух исполнителей главных ролей, выделить здесь, по большому счёту, практически некого. Но начнём с ведущих актёров «Ла-Ла Ленда».




«Усреднённость» постановки Дэмьена Шазелля, как это не печально, касается и актёрской игры. Номинированный на «Оскар» в категории «лучшая мужская роль», Райан Гослинг в качестве джазового пианиста, конечно, вызывает уважение тем фактом, что исполнял все свои партий на пианино самостоятельно, но это только 25% его роли. В остальном же, работа Гослинга не произвела особого впечатления – актёрски это было профессионально, но в то же время как-то слишком старательно и монотонно – словом, воображение не поражало.



Аналогичное впечатление оставляют и его вокальные способности: ничего особенного – так петь (особенно под гитару!) умеют многие. Ну, а насчёт танцевальных «талантов» – если бальные танцы у Гослинга ещё более или менее, но удавались, то когда дело доходила до степа, смотреть на эти попытки без слёз было просто невозможно. В общем, впечатление от его исполнения в «Ла-Ла Ленде» – максимум, «на троечку». Чуть лучше дело обстоит с выигравшей за мюзикл «Оскар» в категории «лучшая женская роль» Эммой Стоун, сыгравшей начинающую актрису, которой постоянно не везёт на пробах.



Для начала хотелось бы отметить, что несмотря на уверения Дэмьена Шазелля в том, что именно в дуэте Гослинг-Стоун ему увиделся пример «классической голливудской пары», согласиться с этим утверждением едва ли представляется возможным. Всё же того «класса» и той самой «химии», каковая присутствовала у таких тандемов, как Фред Астер/Джинджер Роджерс или Джоан Кроуфорд/Кларк Гейбл, у Эммы Стоун и Райана Гослинга не наблюдается (как и, к слову, внешнего сходства между Стоун и Ингрид Бергман, на которое Шазелл пытается намекнуть в начале фильма).

Оценивая игру Стоун, можно отметить, что в отличие от своего партнёра по «Ла-Ла Ленду» она приложила больше стараний, но далеко не настолько, чтобы можно было сказать, что она за эту роль заслужила «Оскар» или даже номинацию. Поёт и танцует актриса, прямо скажем, слабовато – ей плохо даются высокие ноты (что слышно в номере «Audition (The Fools Who Dream)»), а её движениям не хватает ни выучки, ни грации, ни лёгкости (особенно это проглядывает в «A Lovely Night» и «Epilogue»). Оценивая работу Стоун, то в её случае – где-то «на троечку с плюсом», но не более того.

Из актёров второго плана более или менее можно отметить лишь Джона Ледженда в качестве фронтмена джаз-группы «The Messengers», музыка каковой явно не отвечает представлениям героя Райана Гослинга о подлинном джазе. Правда, запоминается он здесь, в основном, лишь тем фактом, что поёт лучше и Стоун, и Гослинга вместе взятых. Ну, и напоследок остаётся поговорить о музыкальной части фильма, вызвавшей так много истерических восторгов у критиков и по традиции, сложившейся в данной рецензии, к этим восторгам не присоединиться.

Автор музыки для «Ла-Ла Ленда» – Джастин Гурвиц – «страдает» тем же недостатком, что и Шазелл в качестве режиссёра. Гурвиц создал для фильма ряд довольно точных стилизаций под голливудские мюзиклы 40-х и 50-х годов прошлого столетия, но свой собственный стиль он явно ещё не выработал. Из-за этого, ассоциаций при прослушивании эти композиций вызывают самые разнообразные, и не зная имени их автора, знатоки смело могут принять этот материал за ранее неизданное творчество Кола Портера, Джорджа Гершвина или Ирвинга Берлина.

Да, и с умением создавать цепляющие и запоминающиеся песни (характерным вышеперечисленному трио) у Гурвица тоже проблемы. Из звучащих в фильме композиций более или менее на какое-то время осталась в памяти лишь «A Lovely Night» в исполнении главных героев. Поэтому, предлагаю оставить «Оскары», «Золотые глобусы» и прочие призы и номинаций за песни «City of Stars» и «Audition (The Fools Who Dream)» на совести тех, кто выдвинул эти номера на номинирование или даже присудил им те или иные награды.




Сами же музыкальные номера в картине не особенно поражают воображение с точки зрения хореографии (разве что вступительное «Another Day of Sun», снятое на автостраде, хорошо получилось в этом плане), но визуально смотрятся, надо признать, очень достойно. Правда, и здесь без ассоциаций с классическими голливудскими мюзиклами не обойтись. В «Ла-Ла Ленде» «привет передадут» и «Поющим под дождём» (1952), и «Театральному фургону» (1953) («A Lovely Night»), и «Американцу в Париже» (1951), и «Забавной мордашке» (1957) («Epilogue»), и «Красавице Нью-Йорка» (1952) («Planetarium»).

В общем, число отсылок к музыкальным картинам эпохи «Золотого века Голливуда», в случае с работой Шазелля, можно перечислять до бесконечности, вот только ни один музыкальный номер в фильме, к сожалению, не способен превзойти то, что мы ранее могли видеть в вышеперечисленных работах Донена, Миннелли или Уолтерса. Возможно, режиссёр фильма и не ставил перед собой такой задачи, но если ставил – что ж, можно констатировать, что у него это не получилось (хотя, наверное, и не могло получиться, если подумать).

Ну, а теперь настало время подводить итоги. Знаете, будь «Ла-Ла Ленд» просто каким-нибудь проходным мюзиклом, стилизованным под классику MGM, то я бы вряд ли стала так подробно перечислять его достоинства и недостатки (а доля последних здесь, как можно убедиться из сказанного выше, значительно перевешивает). Но от фильма, выигравшего столько наград и получившего кучу восторженных отзывов ожидаешь, по меньшей мере, чего-то по-настоящему невероятного и сенсационного. Но это явно не те эпитеты, которыми можно охарактеризовать фильм Дэмьена Шазелля.

Теперь, насчёт рекомендаций к просмотру. Фанатам Райана Гослинга и Эммы Стоун, почитателя талантов Шазелля и тем, кто не слишком хорошо знаком с классикой жанра (но, в то же время, не испытывает к мюзиклам отвращения), «Ла-Ла Ленд», безусловно, понравится. А вот тем, кто с голливудским кинематографом 1930-60-х годов хорошо знаком… даже не знаю. Конечно, Шазелл здесь напоминает зрителям, в чём было величие той давно ушедшей прекрасной кино-эпохи «золотого века» в Голливуде.

Но, с другой стороны, всегда можно пересмотреть и упоминаемые в данном мюзикле «Касабланку» (1942) и «Поющих под дождём», которые напомнят об этом зрителю намного убедительнее. Ведь главное – всегда уметь отличить оригинал от подделки. Но, если судить по количеству номинаций на «Оскар», сегодня с этим (помимо много чего ещё!) у представителей Американской киноакадемии уже проблемы. Что ж, такие дела!

5 из 10

@темы: Читать обязательно, Другое кино, 2010-е, "5"

15:49 

Безвкусная пародия на «Десять негритят»…

«Hooray for Hollywood»


Пародийный криминальный триллер-комедия Джонатана Линна «Улика» (1985) является ещё одним фильмом, созданным приблизительно по тем же лекалам, что и «Ужин с убийством» (1976). Разница между этими двумя картинами состояла в том, что в «Ужине…», помимо романов Агаты Кристи, также пародировались всемирно известные герои детективной литературы XX века. В «Улике» же сюжетные заимствования из «Десяти негритят» были переплетены вместе с персонажами и частью сюжетной линии из знаменитой настольной игры Энтони Э. Пратта (1903-1994). Впрочем, обо всём по порядку.

Сюжет: 1954 год, Новая Англия, США. На дворе – эпоха Маккартизма, суть каковой объяснять, думаю, нет необходимости. Шесть человек, абсолютно незнакомых друг с другом, прибывают на ужин в один загадочный особняк по приглашению некоего «мистера Бодди», где их встречают дворецкий, кухарка и горничная. У каждого из гостей есть какая-то своя тайна, из-за которой они уже довольно долго подвергаются шантажу, а когда в доме появляется сам мистер Бодди (или это не он?), то его почти сразу же убивают (возможно, один из гостей!). Затем начинаются поиски убийцы, и, одновременно с этим, число трупов в доме начинает увеличиваться прямо-таки в «геометрической прогрессии»…



Главные персонажи «Улики», слева направо: мисс Скарлетт (Лесли Энн Уоррен), полковник Мастард (Мартин Мулл), миссис Уайт (Мэдлин Кан), мистер Грин (Майкл МакКин), Уодсворт (Тим Карри), профессор Плам (Кристофер Ллойд) и миссис Пикок (Айлин Бреннан).


Итак, для начала признаюсь, что с игрой, послужившей основой для многих телевизионных игровых программ, телесериала, ряда компьютерных и видеоигр, нескольких серий детективных романов и даже офф-Бродвейского мюзикла, я лично не знакома и никогда в неё сама не играла. Поэтому, сейчас я буду высказываться в адрес фильма Джонатана Линна исходя исключительно из впечатлений от просмотра самой киноленты. И впечатления эти, должна признаться, оказались далеко не сплошь восторженными.


Тим Карри в роли дворецкого Уодсворта.


О сюжетных заимствованиях из всемирно известного романа Агаты Кристи в сценарии Джонатана Линна и Джона Лэндиса уже говорилось выше. При просмотре «Улики» даже кажется, что создатели данной постановки в большей степени опирались именно на «… негритят», а не на одноимённую настольную игру. Впрочем, сам фильм это не особо спасает (и дело здесь далеко не только в бросающейся в глаза вторичности материала). Во-первых, если начинается «Улика» достаточно бодро и вполне внятно, то где-то со второй трети происходящее в кадре начинает развиваться всё более хаотично до тех пор, пока совсем не превращается в «балаган», трудно выдерживаемый даже с учётом пародийной направленности работы Линна.


Айлин Бреннан в роли миссис Пикок.


Всё более увеличивающееся число трупов в сценарии, в данном случае, также не способствует повышению интереса к наблюдению за происходящим. Причём скучно становится настолько, что ближе к концу уже даже не интересно, кто там кого убил и за что – главное, чтобы этот «цирк» наконец-то поскорее (и не важно как!), но всё-таки закончился. Во-вторых, в сценарии довольно одномерно прописаны практически все значимые персонажи сюжета, а их связи с убитыми одновременно с самими характеристиками гостей в доме выглядят или слишком надуманными, или бредовыми, или вообще откровенно банальными (чего стоит история «Поющей телеграммы»!).


Кристофер Ллойд в роли профессора Плама.


Ну, и, в-третьих, для пародии «Улика» оказывается не особенно смешной. К тому же, большая часть юмора постановки Линна едва ли претендует на то, чтобы считать его «тонким». Да, периодически здесь встречаются остроумные фразы и (гораздо реже!) смешные гэги. Но их тут не настолько много, чтобы можно было беспрекословно согласиться с навешанными на картину лаврами «культового шедевра чёрной комедии», коими она обзавелась уже в наши дни (если кто не знает, то на момент выхода фильма в прокат (то есть, в декабре 1985 года) он вполне «благополучно» с треском провалился).


Мэдлин Кан в роли миссис Уайт.


На сценарных недостатках «минусы» этой киноленты не заканчиваются – и с точки зрения режиссуры «Улика» также не претендует на премию «Оскар». Начавший данным фильмом свою не слишком успешную карьеру в кинематографе, британский телевизионщик Джонатан Линн здесь весьма отчётливо демонстрирует приёмы, больше характерные для его прежнего места работы, нежели для голливудских эксцентрических комедий 1930-х годов, каковые режиссёр называл в качестве своего источника вдохновения при работе над «Уликой».


Мартин Мулл в роли полковника Мастарда.


В этой комедии находится немало сцен, которые во многих аспектах (манера подачи, качество гэгов и, отчасти, актёрская игра) выглядят, словно специально снятыми для какого-то телеситкома, но вместо этого по ошибке вставленными в полнометражное кино (что, в общем-то, тоже не делает Линну чести). Впрочем, некоторые «плюсы» найти можно и в «Улике». Несмотря на ряд недостатков, в сценарий картины занятно вплетены намёки на «маккартизм» и «холодную войну» (к сожалению, не получившие более внятного развития из-за вышеописанных текстовых «минусов»).


Келли Накахар в роли кухарки.


Также, похвалы заслуживает музыкальное сопровождение к фильму, и хотя я сама ни разу не являюсь фанаткой американской рок-музыки 50-х годов прошлого века, в случае с «Уликой», эти композиций прозвучали очень уместно. Это же самое можно сказать и о визуальном качестве постановки – внешние интерьеры и внутреннее оформление загородного дома, костюмы главных героев и работа оператора Виктора Дж. Кемпера прекрасно справляются с задачей показать на экране заданную сюжетом эпоху (1950-е годы). А вот с актёрским составом здесь всё получается уже не так радужно.


Майкл МакКин в роли мистера Грина.


Положительных оценок заслуживает Лесли Энн Уоррен, создавшая очень убедительный образ одновременно умной и сексуальной мисс Скарлетт. Мэдлин Кан и Кристофер Ллойд в ролях миссис Уайт и профессора Плама производят весьма усреднённое впечатление. Ничем, кроме регулярных истерик и причитаний, не запомнилась Айлин Бреннан в качестве миссис Пикок. Откровенно переигрывал (и немало раздражал при этом!) Тим Карри, сыгравший роль дворецкого Уодсворта.


Коллин Кэмп в роли горничной Иветт.


Майкл МакКин даёт достаточно предсказуемую трактовку своего персонажа (мистер Грин – служащий Госдепа США и гомосексуалист в одном лице). Малоинтересен Мартин Мулл в роли военного спекулянта – полковника Мастарда. Гораздо больше запомнились: Коллин Кэмп в качестве горничной Иветт с рядом «тёмных пятен» в биографии; Ли Винг, ненадолго появившийся в кадре в роли мистера Боди, а также Ховард Хессеман, сыгравший полицейского, прикидывающегося проповедником.


Ли Винг в роли мистера Бодди.


В заключении, остаётся сказать, что попытка Джонатана Линна сделать из знаменитой настольной игры «шедевр чёрной комедии» не удалась – получилось не очень смешно, совсем неинтересно и откровенно сумбурно. Можно ли «Улику» рекомендовать кому-либо для просмотра? С учётом того, что с моей рецензией многие, возможно, не согласятся, я, пожалуй, воздержусь от рекомендаций и предоставлю зрителям решить самостоятельно, заслуживает ли просмотра постановка Линна или нет. А своё мнение насчёт «Улики» я уже высказала, чем и предпочту ограничиться.


Лесли Энн Уоррен в роли мисс Скарлетт.


P. S. Наверное, моих читателей сейчас удивит тот факт, что я вернулась в блог с рецензией на фильм, не имеющий отношение к Джеймсу Стюарту, чьё творчество в блоге освещалось ранее. Но, это временно – просто я решила на некоторое время отвлечься и написать пару отзывов на фильмы, которые или посмотрела недавно, или давно хотела отрецензировать, но всё «руки никак не доходили» до этого процесса. Вот «Улика» одной из таких картин и является. Впереди ещё три подобных отзыва, после чего мы снова встретимся с «главным героем» нашего блога. Так что – до скорой встречи!

4 из 10

@темы: Читать обязательно, Разное, Новости для читателей, Интересное, Другое кино, 1971-2000, "4"

19:56 

Вердикт: Не виновен!

«Hooray for Hollywood»


Как я уже писала ранее, холодный приём зрителями и критиками первых послевоенных фильмов с участием Джеймса Стюарта («Эта замечательная жизнь» и «Волшебный город») показал, что его былое «идеалистичное» амплуа у теперешних зрителей уже не так востребовано, как это было во второй половине 30-х годов прошлого столетия. Понял это и сам Стюарт, решивший в дальнейшем, в свете этих неудач, начать исполнять роли принципиально иного типа.

Отныне он всё чаще будет играть, в основном, более приземлённых, циничных и «жестковатых» персонажей, коим уже не всегда характерны прежний идеализм и наивность его же героев из кинолент Фрэнка Капры. И относительным началом этого «ветра перемен» стала главная роль чикагского репортёра Джеймса МакНила в полудокументальном нуаре режиссёра Генри Хэтэуэя «Звонить Нортсайд 777» (1948), основанном на реальных событиях.

Сюжет: Чикаго, декабрь 1932 года. Время «Великой Депрессии» и «сухого закона» одновременно. В одной из нелегальных забегаловок убивают полицейского, и вскоре, по подозрению в убийстве, арестовывают неких Фрэнка Вичека (Ричард Конте) и Томека Залески (Джордж Тайн). На основании показаний владелицы забегаловки Ванды Скатник (Бетти Гард) обоих приговаривают к пожизненному заключению, и даже последующие пересмотры их дела оставляют приговор без изменений.

Спустя 12 лет, в 1944 году, мать Фрэнка, Тилли Вичек (Кася Орзазевски), даёт объявление в газету, обещая $5000 тому, кто сообщит ей информацию о настоящих убийцах полицейского (в качестве телефонного номера, по которому с ней можно связаться, женщина указывает «Нортсайд 777»). Объявлением заинтересовываются в газете «Chicago Times», главный редактор коей (Ли Дж. Кобб) поручает расследовать это дело своему другу – циничному репортёру Джеймсу МакНилу (Джеймс Стюарт), отнюдь не склонному верить в невиновность Фрэнка и Томека…

Нуаровый детектив «Звонить Нортсайд 777», согласно источникам, создан на основе вполне реальной истории, достаточно бережно перенесённой на плёнку (если верить тем же источникам, конечно). Однако, без отличий между реальностью и сценарием, конечно же, не обошлось – имена всех значимых персонажей сюжета, номера телефонов и названия улиц были изменены, некоторые детали опустили, а что-то специально выдумали для фильма. Отчасти, именно поэтому итоговый результат производит довольно неоднозначное впечатление.

И это совсем не связано с тем, что на «нуар» постановка Генри Хэтэуэя похожа лишь частично. И даже не имеет значения тот факт, что ко второй половине «Нортсайда…» действие временами начинает развиваться слишком медленно. Основные недостатки данной киноленты кроются в сценарии, написанном целой командой авторов (Джером Кэди, Джей Дрэтлер, Леонард Хоффман и Квентин Рейнольдс) на основе серии газетных статей, принадлежащих «перу» Джеймса МакГуайра (прототип героя Джеймса Стюарта в картине).

Начну с того, что из всех персонажей постановки Хэтэуэя многограннее и интереснее всех был прописан репортёр МакНил (в исполнении Стюарта), хотя с его трансформацией из закоренелого циника в «благородного спасителя», сценаристы всё-таки перестарались (правда, как-то сильно этот образ данный недостаток, тем не менее, не испортил). А вот практически все остальные действующие лица, начиная от Фрэнка (играет Ричард Конте) и, заканчивая Вандой Скатник (в исполнении Бетти Гард), вышли откровенно блеклыми и одномерными.

Да и к степени правдоподобия в проработке их характеристик тоже есть вопросы (хотя, к слову, негативный образ полицейских мне лично здесь даже импонировал). Например, заключённый, ради доказательства невиновности которого, персонаж Джеймса Стюарта бросается из одной авантюры в другую, показан настолько «ангельски» честным и благородным, что кажется, будто сценаристы описывали характер какого-нибудь сверхидеалистичного курсанта военного училища, а заключённым его сделали потом лишь по ошибке, не иначе. А смысл сюжетной привязки к происходящему героя Джорджа Тайна лично для меня так и остался загадкой.

Конечно, его прототипа также осудили за убийство, которое он не совершал, но в сценарии о Томеке почти не вспоминают, уделяя основное внимание «ангельскому» персонажу Ричарда Конте. Из этого и вытекает вопрос – а стоило ли Томека вообще вводить в сюжет? Касательно самой сюжетной составляющей, то и здесь всё не столь однозначно. Ни начало, ни дальнейшее развитие событий сценария не таит в себе особых откровений – даже не самые сообразительные зрители, довольно быстро смогут догадаться, чем всё закончится.

Другое дело, что и логики поступкам героев «Нортсайда…» также не хватает, хотя в реальной истории, положенной в основу фильма, таковая как раз присутствовала. Например, не очень понятна причина, по которой Ванда Скатник дала ложные показания на допросе и отказалась затем опровергать их. Да, зрителю дадут понять, что она чего-то боится, но чего – мы так и не узнаем (реальный прототип Скатник, Вера Валуш, боялась ареста за контрабанду и согласилась соврать в суде в обмен на то, что её саму полиция трогать не будет).

Да и вопросом «кто же всё-таки убил полицейского?» здесь никто не задаётся. Нет, сама причина данного «упущения», в общем-то, ясна – ведь в реальности, настоящего убийцу так и не нашли. Но в самом нуаре это почему-то вообще никак не комментируется. И такое здесь постоянно – ключевые моменты, объяснявшие поведение прототипов героев фильма, а также суть той или иной сюжетной линии, при переносе на бумагу (а затем – на плёнку) канули в небытие.

Ну, а про наивную веру создателей картины в безошибочность работы современных (на момент съёмок) технологий я, пожалуй, лучше промолчу. Впрочем, по другим критериям «Нортсайд…» вышел гораздо более удачным, чем в плане сценария. Высоких оценок заслуживает режиссура Генри Хэтэуэя, неоднократно и не без успеха работавшего в жанре фильмов-нуар во второй половине 40-х годов («Тёмный угол» (1946), «Поцелуй смерти» (1947) и другие).

И хотя, в данном случае, перед нами не совсем нуар (в традиционном понимании этого термина), Хэтэуэю на посту режиссёра «Нортсайда…» удалось совершить немало. В частности, у него получается подать сценарий так, что на отдельные недостатки последнего при просмотре не обращаешь слишком пристального внимания. И даже более того – Хэтэуэю удаётся вызвать у зрителя сопереживание по отношению к слабовато прописанным персонажам в лице Фрэнка Вичека и его родственников.

Также, помимо вышеописанного, режиссёр ещё и весьма уверенно справляется с задачей по созданию напряжения (если угодно, саспенса) в своей постановке, чему не мешает даже более, чем предсказуемое развитие событий сюжета. Словом, режиссура Генри Хэтэуэя – это один из главных «плюсов» фильма, но, вместе с тем, к счастью, не единственный. Похвалы заслуживает и операторская работа Джозефа МакДональда, особенно привлекательная своим подчёркнуто «полудокументальным» стилем.

Впрочем, визуально «Нортсайд…» может быть интересен ещё и тем фактом, что в кадре зрителю почти не демонстрируются студийные декораций, а исключительно реальные улицы и здания штата Иллинойс (даже «тюремные» сцены с участием Ричарда Конте и Джорджа Тайна сняты в настоящей тюрьме!). Ну, и напоследок, остаётся сказать несколько слов об актёрском составе, который произвёл слишком неоднозначное впечатление для того, чтобы решить наверняка – относится ли его игра здесь к «плюсам» или к «минусам» картины.




Определённо, роль репортёра Джеймса МакНила можно записать Джеймсу Стюарту в актив – актёр оказался очень убедителен в прежде не самом характерном для него амплуа «закоренелого циника». В процессе развития событий ему, конечно, приходится снова вернуться к более привычному типажу «борца за справедливость», но на исполнении Стюарта это, к счастью, никак не сказалось (равно, как и не испортило впечатления от «циничной» части его роли).

Не так всё радужно в случае с Ричардом Конте. Если его персонаж обладает характеристиками, больше намекающими на курсанта военного училища, то сам Конте своего заключённого играет с одним и тем же выражением лица учителя средней школы. Прямо скажем, особенного интереса в наблюдении за этим Фрэнком Вичеком не было (Конте разыграл его настолько скучно и пресно, что временами я даже удивлялась, с чего вообще герой Джеймса Стюарта так впрягся за такое «серое недоразумение»!).

Куда больше понравился Ли Дж. Кобб, очень душевно сыгравший главного редактора газеты «Chicago Times». Интересна была и Хелен Уолкер в небольшой, но очень трогательной роли Лоры, жены репортёра МакНила. Исключительно «бегущей строкой» воспринимались персонажи Джоэнн Де Берг (жена Вичека), Джорджа Тайна (Томек Залеска), Бетти Гард (Ванда Скатник) и практически всех остальных.

На их фоне немного ярче и более трогательно смотрелась Кася Орзазевски в роли матери героя Ричарда Конте, не теряющей веры в то, что её сын не виновен. Ну, а тем, кто интересуется историей развития технологий, используемых в криминалистике, возможно, будет интересно небольшое появление Леонарда Киллера (реальный изобретатель детектора лжи), объясняющего в кадре главным героям фильма, как работает его изобретение и как надо себя вести, проходя на нём проверку.

Спросите, что же мы имеем в результате? Итак, у нуара «Звонить Нортсайд 777» был шанс войти в число лучших картин своего жанра, но ему не повезло со сценарием. Однако, режиссура, визуальная составляющая и, отчасти, актёрская игра в некоторой степени компенсируют этот недостаток. Поэтому, для почитателей голливудской киноклассики 1940-х годов (в особенности, нуаров), фанатов Джеймса Стюарта и любителей вот таких «полудокументальных» картин, просмотр «Нортсайда…», наверняка, будет не лишним занятием.

7 из 10

@темы: Интересное, 1940-е, "7"

23:14 

Кинематографическая стилизация «под Фрэнка Капру» от Уильяма Уэллмена?!

«Hooray for Hollywood»


Мы продолжаем наше «кругосветное путешествие» по фильмографии Джеймса Стюарта, и сегодня у нас наметился довольно занятный «пункт остановки». А именно: в 1947 году на экраны вышла кинолента режиссёра Уильяма Уэллмена «Волшебный город» («Magic Town»), которой довелось стать ещё одним «поворотным моментом» в карьере Стюарта. Именно провал «… города» дал актёру понять, что используемый им здесь типаж «прекраснодушного, но наивного идеалиста-романтика», который сделал его звездой Голливуда в конце 30-х годов прошлого столетия, после окончания Второй Мировой войны уже не имел былого успеха у зрителей.

Сюжет: Социолог Лоуренс «Рип» Смит (Джеймс Стюарт) случайно узнаёт благодаря результатам соцопроса, что один из провинциальных американских городков вполне может претендовать на то, чтобы считаться «100% отражением» общественного мнения всей страны (ввиду полного совпадения среднего показателя результатов по всему США с конкретными результатами опроса именно по этому городу). Разумеется, Смит очень хочет «поведать всему миру» о своём открытии – вот только само «открытие» к известию о своей «исключительности» оказалось совсем не готовым…




Что ж, «Волшебный город» от Роберта Рискина, Уильяма А. Уэллмена и компании представляет собой попытку создания того типа фильма, который был характерен для режиссёра Фрэнка Капры. Но работая над подобной стилизацией, создатели проекта намеренно не стали приглашать в него Капру, очевидно, желая доказать, что такое кино они способны снимать не хуже и без него. Спросите, насколько же убедительным у них получилось это «доказательство»? Ну, «одним словом» на этот вопрос ответить точно не получится, так что, обо всём по порядку.



Работая над «… городом», часто сотрудничавший с Фрэнком Капрой в прошлом, сценарист Роберт Рискин взял на себя, в данном случае, ещё и функции продюсера, щедро разделив таковые вместе с режиссёром картины – Уильямом Уэллменом. И именно с этими двумя именами и связаны главные недостатки данной постановки. Говоря о сценарии картины, стоит отметить, что его главный «минус» – это довольно сомнительный выбор «основной темы» сюжета.

Скажем, Фрэнк Капра в таких своих работах, как «С собой не унесёшь» (1938) или «Мистер Смит едет в Вашингтон» (1939) освещал (хоть и не всегда убедительно) более или менее, но претендующие на актуальность и зрительское понимание проблемы, характерные устройству жизни американцев (чрезмерное стремление к наживе и политическое закулисье, соответственно). Рискин же предпочёл углубиться в «социологически-статистические дебри», едва ли претендующие на такое же понимание у публики.




Конечно, интересно рассказать можно даже про статистику, но Рискин с этой задачей, к сожалению, не справился, ограничившись лишь поверхностной «пробежкой» по затронутой теме и придумыванием для фильма откровенно надуманного и неубедительного конфликта. К примеру, сложно поверить в реалистичность сюжетной линии, в которой люди, узнав о неизвестном им городке в провинции, как о «чуде социологии», тут же начали толпами приезжать туда, чтобы устроиться жить на ПМЖ, открыть собственный бизнес и прочее.

Сценарист, к слову, описал здесь настолько грандиозный ажиотаж, словно действие развивается не в 1947 году из-за «статистических находок», а во времена «золотой лихорадки» из-за нахождения в городе месторождения золота. Словом, получилось нелепо и не очень интересно. Куда лучше Рискину удалась романтическая линия между героями Джеймса Стюарта и Джейн Уайман, которая была им прописана с куда большей теплотой и трогательностью.

Кстати говоря, большинство кино-сайтов определяют жанр картины, именно, как «романтическая комедия». И, судя по всему, неспроста, поскольку лирическая часть «… города» – это, действительно, самое лучшее, что есть в сюжете постановки Уильяма Уэллмена. Особенно в этом плане мне лично больше всего понравились эпизоды, где главные персонажи перекрикивали друг друга, цитируя отрывки из своих любимых стихотворений, а также, где герой Джеймса Стюарта пытался научить героиню Джейн Уайман играть в баскетбол.




Разумеется, нет сомнения в том, что стиль режиссуры Уильяма Уэллмена отличается от стиля Фрэнка Капры. Не говоря лишних слов, отмечу, что при просмотре «… города» хорошо заметно, что материал, который подходил последнему постановщику, самому Уэллмену явно не близок, если не сказать, что чужд. Результат получается соответствующим – вроде сделано всё так же, как у Капры, но всё-таки не то (кстати, даже Капра не всегда был убедителен в таких сюжетах). Уэллмен и вовсе развивает действие линейно и предсказуемо, избегая хоть какой-нибудь неожиданности, способной оживить происходящее.



С визуальной точки зрения «Волшебный город» удивляет тем фактом, что в нём «идеальный среднестатистический американский провинциальный городок» в кадре подозрительно похож на город Бедфорд Фоллс, выведенный у Капры в «Этой замечательной жизни» (1946) с участием всё того же Джеймса Стюарта. Налицо – почти те же улицы, те же дома и магазины, даже сами жители, кажется, просто перешли из одного фильма в другой (разве что, за парой исключений). Не сказать, чтобы это был настолько «режущий глаз» недостаток, но из-за этого «… город» ещё больше воспринимается, как вторичная работа.



В отличие от сценария и режиссуры, актёрский состав данной комедии, напротив, производит положительное впечатление. И самых высоких оценок, безусловно, заслуживает ведущий дуэт в главных ролях. Хотя такого типа персонажей, как в «… городе», Джеймсу Стюарту играть далеко не впервой, в данном случае, актёр снова блистательно справляется со своей задачей, чему не мешает даже не самый удачный сценарий. Под стать ему и блистательная Джейн Уайман, сыгравшая главного редактора местной газеты (заменила в этом качестве заболевшую перед началом съёмок Лоретту Янг). Актриса прекрасно справилась со своей ролью и образовала вместе со Стюартом просто замечательную «экранную пару».



Из исполнителей второго плана можно выделить далеко не многих, хотя в этом, в основном, виноват всё тот же сценарий Рискина, в котором уделили не слишком много внимания их персонажам, заставив актёров «вытягивать их текст» на должный уровень. Более или менее, но, благодаря «актёрским старания», запомнились Кент Смит в роли друга героя Джеймса Стюарта, Нед Спаркс в качестве его же коллеги-социолога и Режис Туми, сыгравший одного из жителей города, произносящего несколько важных реплик (немало повлиявших на итоговое развитие событий) ближе к концу фильма.



В заключении, остаётся констатировать, что «Волшебный город» получился не слишком удачной «ответкой» на подобного рода фильмы Фрэнка Капры. Во многом, картину вытягивают на должный уровень игра актёров и удачно прописанная в сценарии романтическая линия, на которую, в общем-то, и стоило делать упор вместо увлечения «социологической» тематикой. Спустя 70 лет после выхода на экраны, данная постановка может представлять интерес исключительно для почитателей талантов звёзд Голливуда в лице Джеймса Стюарта и Джейн Уайман, а также режиссёра Уильяма Уэллмена, но не более того.

6 из 10

@темы: 1940-е, "6"

15:09 

Внимание - нужна помощь!

«Hooray for Hollywood»
Нет, помощь нужна не мне - у меня всё в порядке! А вот одной студентке (vk.com/foxcharlie), выпускнице АГУ, вы, читатели блога «Hollywood's Golden Age Classics», как раз можете помочь. Дело в том, что сейчас она пишет дипломную работу на тему: «Мюзикл, как феномен визуальной культуры» (vk.com/musical_films?w=wall-14730709_5461%2Fall). И в рамках этой работы она проводит анкетирование, или проще говоря, тестирование. Всего в тесте 10 вопросов - и для тех, кто разбирается в жанре, мне кажется, ответы на них не составят трудностей. Поэтому, у меня к вам вопрос - кто хочет помочь?

Ссылка на тесты: docs.google.com/forms/d/1VSbRzJuIkxum5HNN-Ywzd8...


@темы: Интересное, Новости для читателей, Разное, Читать обязательно

13:28 

Полетели!

«Hooray for Hollywood»


После своего возвращения в «большое кино», с главной ролью в семейно-фэнтезийной мелодраме режиссёра Фрэнка Капры «Эта замечательная жизнь» (1946), Джеймс Стюарт начал сниматься у Уильяма Уэллмена в романтической комедии «социалистического толка» «Волшебный город» (1947). Ну, а во время съёмок «… города», Стюарт согласился принять участие ещё в одном проекте – историко-документальной короткометражной киноленте Уильяма Уайлера и Джона Стёрджеса «Тандерболт: История штурмовика» («Thunderbolt!»).

И вот именно с этого момента у меня при написании данного обзора уже начинаются трудности. Далее, как правило, я должна писать о сюжете фильма – но в том-то и проблема, что в данном случае рассказать что-то конкретное будет сложно, не выдав при этом абсолютно все сюжетные подробности. Да и пересказ содержания документальных фильмов – дело, в общем-то, бессмысленное, поэтому сейчас я лучше буду краткой.

Итак, в «Тандерболте» вниманию зрителя предлагаются карты с планами военных действий вместе с кадрами из хроник этих же действий, снятых в 1944 году во время операции «Strangle», проводимой в Италии (Рим). В центре внимания – один из отрядов американских ВВС, принимающий участие в операции (они базировались во Франции, на Корсике). А батальные эпизоды здесь чередуются с моментами, где зритель увидит, как солдаты проводят время, когда не заняты разведывательными миссиями или уничтожением противника. Правда, и без некоторых печальных подробностей «рабочих будней» лётчиков также не обойдётся…




Всё это, возможно, интересно – но при чём здесь Джеймс Стюарт, фото которого даже поместили почти на все возможные афиши фильма в момент его выхода в прокат? Оказалось, что, по большому счёту, и не при чём. Ведь «Тандерболт», если вспомнить, был снят в 1944 году, а первый пресс-показ картины состоялся уже после окончания войны, в октябре 1945-го. Однако, до официального выхода в прокат дело дойдёт только через два года. И, готовясь к этому событию, создатели фильма пригласили в январе 1947 года Стюарта для досъёмки одного эпизода.

Его суть состояла в том, что актёр, обращаясь к зрителю, произносил, сидя перед камерой, вступительные слова и зачитывал письмо от тогдашнего главнокомандующего ВВС – генерала Карла Спаатса. Это минутное вступление и предваряло остальные 42 минуты событий «Тандерболта», но участие Стюарта в документалке этим и ограничивалось. Впрочем, ни релиз 1947-го, ни релиз 1950-го годов (повторный выпуск фильма в прокат, выполненный студией «Monogram Pictures» ввиду вступления США в Корейскую войну) не помогли.

В результате, работа Уайлера и Стёрджеса не вызвала никакого резонанса и довольно быстро канула в лету. Учитывая жанр, в котором она создавалась, особого смысла приступать к «детальному» освещению достоинств и недостатков этой киноленты я не вижу, поэтому и сейчас мне лучше снова прибегнуть к «краткости». Что ж, при изучении этой постановки сразу становится понятно, почему её не выпустили в прокат сразу же после создания, а оттянули момент представления публике на целых три года.

Главная причина – «Тандерболт» не особенно подходил для создания «патриотического настроения» среди американских военнослужащих первой половины 1940-х годов. Судите сами: создатели фильма в кадрах, снятых в Италии, демонстрируют разрушения, оставшиеся после боёв, а в паре сцен зритель даже увидит разлагающиеся трупы (!), валяющиеся на разрушенных улицах итальянского города. Столь же реалистично постановка Уайлера и Стёрджеса «обрисовывает» и «военные будни» лётчиков.

Они ежедневно совершают вылеты, но в остальное время, когда парни не заняты полётами, починкой самолётов, совещаниями касательно манёвров или хозяйственными делами, заняться им, по большому счёту, абсолютно нечем. Конечно, ребята пытаются «убить время» всеми возможными способами (от футбола до алкоголя), но с мучительной скукой, вызываемой «ничегонеделанием», справиться удаётся далеко не всегда. Кроме того, в качестве драматичного напоминания о том, что всё-таки «на дворе война», зрителю покажут потерпевший аварию горящий самолёт, из которого не представляется возможным спасти пилота.

Так что, авторы «Тандерболта» в 1944 году предлагали будущим новобранцам весьма честный (и даже, пессимистичный) взгляд на перспективы, ожидающие их при вступлении в авиацию, что и выделяет, в общем-то, в лучшую сторону, данную постановку из числа ей подобных. К примеру, я ранее говорила, что при просмотре «Winning Your Wings» (1942) (другая документальная короткометражка с участием Джеймса Стюарта) у меня самой возникало желание пойти и записаться в пилоты.

А вот фильм Уайлера и Стёрджеса, напротив, не вызвал столь же «патриотичных» порывов. Также, к числу достоинств «Тандерболта» стоит отнести отсутствие в сюжете излишних пафоса и морализаторства. Но особенно радует то, что создатели проекта не стали привлекать в кадр других актёров (кроме упомянутого выше Стюарта и Ллойда Бриджеса в качестве «голоса за кадром»). Вместо этого, они сделали ставку на эпизоды, снятые с участием реальных солдат за их «будничными» занятиями в обычной обстановке, что добавило фильму реализма и искренности.

Операторская работа здесь, соответственно, носит вторичный характер, поскольку съёмки велись без создания каких-либо специальных условий (например, чтобы снять на плёнку пилота во время вылета, несколько камер было установлено по всему самолёту), впрочем, для картины данного жанра это не является критическим моментом – просто констатация факта. А вот то, что при работе над «Тандерболтом» его создатели использовали цветную плёнку, лично мне показалось излишним – учитывая настроение фильма, можно было бы ограничиться и чёрно-белой съёмкой вылетов и авиабазы.




В заключении, остаётся сказать, что документальная короткометражка Уильяма Уайлера и Джона Стёрджеса получилась, возможно, более реалистичной и интересной, чем задумывалось изначально – впрочем, благодаря этому она и может показаться интересной даже в наши дни. Поэтому, тем, кто интересуется историей Второй Мировой войны в более детальном виде, чем могут предложить учебники, а также «отчаянным» фанатам Джеймса Стюарта, данную документалку вполне можно рекомендовать к просмотру.

7 из 10

@темы: Интересное, Другое кино, 1940-е, "7"

15:35 

Оказывается, ещё была и песня: «It's a Wonderful Life»!

«Hooray for Hollywood»


Мало кто об этом знает, но для фильма «Эта замечательная жизнь» композитор Дмитрий Тёмкин и поэт Фредерик Герберт написали песню «It's a Wonderful Life». Однако, в фильме (на начальных титрах) прозвучала отрывочно только инструментальная часть композиции, но без слов. Поэтому, для тех, кому интересно, слова сейчас приводятся здесь:

Quite content and fancy free,
Heartthrobs never bothered me.
All at once the arrow hit!
My heart whispered:

It's a wonderful life!
Not a cloud in the sky ...
Mister Cupid just winked his eye,
And you walked by.

It's a wonderful life!
I have more than my share ...
See me walking around on air
Because you care.

Seventh heaven isn't up so far;
I see heaven from my lucky star.

It's a wonderful life!
Let it rain! Let it shine!
It's as wonderful as it can be
Because you're mine.

01:33 

Прости меня за мой ответ – и всё-таки нет!

«Hooray for Hollywood»


Что ж, вот и закончилось наше путешествие по «предвоенному периоду» в кинокарьере Джеймса Стюарта, а теперь настала очередь нового «плавания». И посвящено оно будет уже послевоенным фильмам с его участием. Первой кинолентой из таковых стала семейно-фэнтезийная мелодрама Фрэнка Капры «Эта замечательная жизнь» (1946), которая в наши дни также популярна у американцев в период новогодних праздников, как и на территории бывшего постсоветского пространства комедия Эльдара Рязанова «Ирония судьбы или С лёгким паром!» (1975). Впрочем, обо всём по порядку!

Сюжет: Самый канун Рождества 1945 года. Жители выдуманного американского провинциального городка Бедфорд Фоллс молятся о благополучии Джорджа Бейли (Джеймс Стюарт) – владельца не слишком прибыльной строительной компании, попавшего в самую безвыходную ситуацию в своей жизни (по крайней мере, в этом уверен Джордж). Более того, положение ему видится настолько отчаянным, что он всерьёз подумывает о том, чтобы добровольно покинуть этот мир. На небесах бедняге решают помочь, отправив к Джорджу для утешения Кларенса Одбоди (Генри Треверс) – бестолкового ангела второго класса, мечтающего получить крылья. И эта мечта сбудется, если Кларенс сумеет убедить Джорджа в том, что у него нет повода кончать жизнь самоубийством…




Это может кого-то сегодня удивить, но, в момент выхода в прокат, «Эта замечательная жизнь» была встречена довольно холодно как критиками, так и аудиторией. Впоследствии, фильм был практически всеми забыт на целых три десятилетия, пока один из американских телеканалов не решил начать показывать картину на Рождество. Ну, а что было потом, выше уже упоминалось. За роль в «… жизни», Джеймса Стюарта в третий раз номинировали на премию «Оскар» в категории «лучшая мужская роль».

Вот только именно с этой киноленты и начался «кризисный» период его голливудской карьеры, поскольку, в дальнейшем, ни один из фильмов, в которых он снимется с 1946 по 1948 годы, не будет иметь никакого успеха. Ситуацию удастся переломить в 1949 году, но сей разговор не для данной рецензии. Итак, для начала – немного истории. «Эта замечательная жизнь», если верить источникам, представляет собой вольную и сильно «расширенную» экранизацию малоизвестного небольшого (по размеру) рассказа 1939 года «Величайший подарок» («The Greatest Gift», опубликован в 1943-м), написанного неким Филипом Ван Дорен Стерном (1900-1984).




Помимо двух мюзиклов, ряда радиопостановок и даже оперы (!), у «… жизни» существует также два ремейка, снятых сугубо для телевидения, которые не только повторили неудачную судьбу оригинала, но и не стали столь же культовыми, как фильм Капры. Первый датируется 1977 годом и называется «It Happened One Christmas». Его главное отличие от первой картины в том, что в виде центрального персонажа, переносящего все жизненные тяготы, предусмотренные сюжетом, а также ангела-хранителя такового, в версии 70-х годов были выведены женщины (главную роль сыграла тогдашняя звезда телесериалов – Марло Томас, а в качестве жадного богача Поттера предстал легендарный Орсон Уэллс).



Второй телеремейк был создан силами США, Канады и Новой Зеландии в 1990 году. Фильм назывался «Clarence», и уже из этого названия становится понятным, что в центр происходящего там поставили бескрылого ангела второго класса Кларенса Одбоди. И первая, и вторая переделка, согласно источникам, особых изменений в плане сюжета (в сравнении с версией 1946 года, конечно) не претерпели (по крайней мере, так пишут источники – сама я оба этих новодела не видела, так что судить наверняка не могу).



Помимо прочего, на 2015 год анонсировался выход сиквела «… жизни» под названием «Эта замечательная жизнь: Конец истории» («It's a Wonderful Life: The Rest of the Story»). Однако, само производство фильма не состоялось по причине конфликтов, связанных с авторскими правами (не говоря уже про сам выход картины в прокат!). В настоящее время, об этом проекте никакой информации нет и, как мне кажется, её и не будет. Впрочем, поживём – увидим! На этом, наш небольшой «экскурс в историю» можно считать оконченным, а теперь мы переходим к традиционному для нашего блога «разбору полётов».



Как уже говорилось ранее, в 40-е годы данная постановка Фрэнка Капры не стала значимым событием в Голливуде, а в наши дни она величается не иначе, как «шедевральной классикой». Но вот именно ваша рецензентка склонна остановиться где-то посередине между этими двумя оценками. Да, я не могу сказать, что кино мне совсем уж не понравилось – определённо, это не так. Но, в тоже время, ни слёз, ни желания пересматривать его каждый год в новогодние праздники (как это стабильно случается у американцев), «Эта замечательная жизнь» у меня не вызвала – ни при первом просмотре (а он был уже очень давно!), ни при последующих случайных попытках.

И сейчас мне бы хотелось объяснить, почему так вышло. Начну с того, что в «самом воодушевляющем американском фильме» (по версии Американского Института Киноискусства) именно «воодушевления» я совсем не увидела. Ведь сама сюжетная канва, написанная сценаристами, в общем-то, достаточно драматична, если не сказать – трагична. Судите сами: у главного героя с раннего детства были, в принципе, вполне выполнимые (при условии наличия должного упорства, конечно) мечты – увидеть мир, поступить учиться в колледж и стать успешным архитектором.

Но все эти мечты в жизнь удаётся воплотить кому угодно, но только не герою Джеймса Стюарта – к примеру, поступают в колледж и делают блистательные карьеры его брат и друзья. Сам же Джордж Бейли так и остаётся жить в своём провинциальном городке, женится, становится отцом четверых детей и работает на нелюбимой работе, что, в конечном счёте, доводит его до мыслей суицидального характера. Уверена, что такая ситуация знакома многим и едва ли многие из возможных прототипов Джорджа Бейли считали, что у них жизнь была «замечательной».




Усугубляет столь не «воодушевляющее» впечатление ещё и тот факт, что от персонажа Стюарта в фильме всем постоянно что-то надо (и при этом, никого не волнует, чего это будет стоить главному герою). Даже ангелом Кларенсом, направленным на то, чтобы помочь Джорджу, больше движет желание как можно скорее получить свои «долгожданные» крылья (о чём он, в общем-то, заявляет почти «открытым текстом»), чем искреннее стремление помочь несчастному. Словом, почему фильм не стал хитом проката в 1946 году, вполне понятно – возвращавшимся с войны солдатам такое кино не было нужно, поскольку они увидели в нём именно то, что я только что перечислила.



Излишне говорить, что оптимистичного настроя на то, что послевоенная жизнь вчерашних солдат может хорошо сложиться, постановка Капры не давала. Впрочем, даже не всё вышеперечисленное относится к числу главных недостатков данной киноленты. Дело в том, что авторам сценария (а это – замешанные в работе над «Тонким человеком» (1934) Фрэнсис Гудрич и Альберт Хэкетт, а также сам режиссёр Капра и Джо Сверлинг) не слишком удалась проработка персонажей картины. Самым чётко и многогранно прописанным из них вполне предсказуемо оказывается Джордж Бейли (в исполнении Джеймса Стюарта).

Остальные же показаны лишь общими мазками и «по нисходящей» (в зависимости от уровня значимости того или иного героя «… жизни» для сюжета). Также, не очень убедительна сама история, дописанная Гудричем, Хэкеттом, Капрой и Сверлинг к оригинальному рассказу (первоисточник Стерна, согласно данным, охватывает только последнюю четверть фильма, а всё остальное – это уже работа сценаристов). И проблема здесь не только в том, что «замечательная» жизнь главного героя таковой не воспринимается, как бы на этом не настаивали те, кто работал над картиной.

И даже не в якобы «хэппи-энде», только подчёркивающем, что едва ли жизнь персонажа Стюарта как-то изменится к лучшему (кстати, именно поэтому я в названии рецензии и процитировала строчку из известной песни Полины Гагариной). Сама ситуация, в которую пытаются заставить поверить зрителя сценаристы, откровенно абсурдна. Мне вот лично воспринимать на полном серьёзе достаточно надуманную часть сюжета, в которой давали понять, что будущее жителей городка Бедфорд Фоллс зависит исключительно от главного героя, было очень трудно.




Режиссура Фрэнка Капры заслуживает положительной оценки, но также не лишена как «плюсов», так и «минусов». Из «положительных» сторон его работы в «… жизни» стоит выделить, что в сравнении со своими предыдущими работами («С собой не унесёшь», «Мистер Смит едет в Вашингтон» и «Знакомьтесь, Джон Доу!»), здесь режиссёр стал менее тяжеловесен, а юмор в этой картине стал менее натужным и балаганным. А вот о недостатках – уже подробнее. Начну с того, что в первые три четверти «Эта замечательная жизнь» при просмотре вызывает самый банальный вопрос – «а это всё о чём?».

Ведь вступительная часть, в коей герою Генри Треверса рассказывают предысторию Джорджа Бейли, растягивается на целых 1,5 часа, но интересной уже перестаёт казаться где-то с 50-й минуты. Да, и по-настоящему ярких эпизодов в эти 90 минут лично я насчитала всего три. Во-первых, это признание юного Джорджа аптекарю в том, что он не отнёс лекарство потому, что последний использовал не тот порошок для его приготовления (смотрелся этот момент очень трогательно!). Во-вторых, повеселил задорный чарльстон на выпускном, во время которого неожиданно раздвигается пол и герои Джеймса Стюарта и Донны Рид падают в бассейн, продолжая танцевать там.

Ну, и, в-третьих, последующие события после этого падения (Джордж решает подшутить над Мэри и не спешит сразу отдавать ей халат, из-за чего она вынуждена сидеть в кустах, поскольку кроме халата на девушке больше ничего не было!). Остальные же подробности жизни центрального персонажа аналогичного интереса не вызывали, так что, их смело можно было сокращать, по меньшей мере, вдвое без особых потерь для сюжета. Также, немало подтачивает восприятие и то, как показан в фильме город, где живёт главный герой (не говоря уже о самих жителях). А изображён он здесь в первые три четверти с откровенно зашкаливающей идиллией (словно, его срисовали с поздравительных открыток).




Более того, в последние полчаса даже начинает казаться, что демонстрируемый в этот период времени «альтернативный Бредфорд Фоллс» (или Поттерсвилль, как город называется в той реальности), показан, как максимально приближенный к реальной жизни. Интересно и то, что у Джорджа Бейли встреча с «суровой реальностью» вызывает нешуточную панику, и он изъявляет, в конечном счёте, вполне ожидаемое пожелание. Кстати говоря, и сама «альтернативная реальность», демонстрируемая Фрэнком Капрой, вызывает вопросы.

Спору нет – сама идея показать главному герою, насколько изменится Бредфорд Фоллс, не знавший рождения Джорджа Бейли, определённо, воплощена очень ярко и по-настоящему «встряхивает» фильм (особенно, после предыдущих рутинных 70% происходящего). Но в то же время персонажу Джеймса Стюарта не дают никакой иной альтернативы – зритель, к примеру, не узнает, как бы сложилась у города и самого Джорджа жизнь, если бы он всё-таки решил воплощать все свои мечты в реальность. Возможно, это было сделано специально, ведь в противном случае, и без того не слишком достоверный сюжет, окончательно превратился бы в полную небылицу.

Несмотря на вышеупомянутые претензий в излишне «открыточном» изображении провинциального городка, с визуальной точки зрения, «Эта замечательная жизнь» производит исключительно позитивное впечатление – операторская работа (заслуженная номинация на «Оскар») и художественное оформление этому способствуют. С другой стороны, та же самая «открыточность» порой создаёт впечатление, что всё происходящее в кадре – как бы «понарошку», другими словами, не по-настоящему. Впрочем, одно остаётся неоспоримым – визуально фильм Фрэнка Капры смотрится очень привлекательно, тем самым, позволяя не обращать слишком пристального внимания на вышеупомянутые недостатки сценария и режиссуры.




Ну, и последний пункт «разбора полётов» – актёрский состав, который является, по сути, лучшей составляющей в «… жизни». Поэтому, сейчас – вкратце по самым интересным участникам этой постановки. Заслуженно получил свою третью номинацию на «Оскар» 38-летний Джеймс Стюарт, для которого роль Джорджа Бейли ознаменовалась «возвращением в большое кино». Не сказать, чтобы такой типаж хотелось считать за «образец для подражания» (своим детям я брать пример с него точно не стала бы советовать), но Стюарт, отчасти повторяя амплуа со своих прошлых ролей, а частично – открывая новые грани, показал своего Джорджа именно таким, каким его и следовало показывать.



Менее интересная роль досталась Донне Рид – в качестве «идеально-правильной» жены главного героя, 25-летняя актриса, по большей части, служила в качестве привлекательного «фона» для Джеймса Стюарта. Со своей ролью Рид справилась и из дуэта с ведущим исполнителем не выпадала, но и всё зрительское внимание на себя Донна, однозначно, не перетягивала. Очень колоритно смотрелся Лайонел Бэрримор в роли «главного зла» в городе – жадного богача Поттера, хотя сама характеристика его персонажа выглядела прямо-таки «списанной» у Чарльза Диккенса.



Столь же колоритно смотрелся и Томас Митчелл в качестве чудаковато-рассеянного дяди героя Джеймса Стюарта. Практически это же можно сказать и о Генри Треверсе (фото над текстом), хотя его персонаж – глуповатый ангел Кларенс, постоянно твердящий о своей мечте «получить крылья», откровенно говоря, немало раздражал. Роли Бьюлы Бонди (мать Джорджа Бейли), Глории Грэм (ветреная девица Вайолет) (фото под текстом) и Х. Б. Уорнера (аптекарь, перепутавший лекарства) остаются в памяти лишь благодаря стараниям самих актёров, но точно не благодаря сценарию – разве что у последнего в сюжете интересной оказалась уже упоминавшаяся выше сцена с обнаружением ошибки.



В завершении, скажу, что впечатления «Эта замечательная жизнь» оставляет двоякие. Судите сами: спорный сценарий и хорошая (но не без шероховатостей) режиссура против «красивой картинки» и, в целом, великолепной актёрской игры. И как тут оценивать? Впрочем, не буду слишком строгой и остановлюсь на вполне «компромиссной» цифре. Стоит ли фильм пересматривать ежегодно под Рождество/Новый Год, как это делают американцы? Решайте сами! А я себе пометку в блокноте (мол, пересмотрела и после этого наконец-то отписалась!) сделала – и хватит! Ну, а почитателям талантов Фрэнка Капры и Джеймса Стюарта + любителям фильмов эпохи «Золотого Века Голливуда», данную киноленту, однозначно, стоит увидеть.

7 из 10

@темы: Интересное, 1940-е, "7"

23:54 

Как Джеймс Стюарт зазывал в 1942 году молодёжь служить в авиацию!

«Hooray for Hollywood»


Мюзикл «Девушки Зигфилда» с участием Джеймса Стюарта вышел на экраны 25 апреля 1941 года. А месяцем ранее, 22 марта, актёр (предварительно расторгнув свой контракт со студией MGM, имевшей на него планы) был зачислен рядовым в армию США. Служил Стюарт в авиации, что было вполне естественным, учитывая его многолетнее увлечение самолётами (не говоря уже про наличие лицензии пилота и собственного самолёта) и немалый опыт полётов на таковых (налетал примерно 400 часов к началу 40-х годов).

Однако, первые пару лет военной службы актёра были заполнены далеко не боевыми вылетами – его «звёздный статус» останавливал командование от того, чтобы направить Стюарта в Европу, где в это время активно шли военные действия и куда он рвался изо всех сил. Поначалу он занимался подготовкой пилотов на авиабазах в Калифорнии и Нью-Мексико. 19 января 1942 года Джеймсу присваивают звание лейтенанта, а вскоре после этого события, предлагают принять участие в пропагандистской короткометражке.

Этой короткометражкой стала 18-минутная кинолента студии Warner Bros. от режиссёров Джона Хьюстона и Оуэна Крампа «Winning Your Wings», которая была снята с целью привлечения внимания молодёжи – именно таким образом ВВС (не путать с телеканалом!) хотело привлечь 100 тысяч добровольцев в свои ряды (почему именно такая цифра – не знаю!). Фильм со своей задачей, как показали дальнейшие события, справился успешно – число рекрутов перевалило за 150 тысяч.




О сюжете «Winning Your Wings» особенно многого говорить не хотелось бы. Всё просто: Джеймс Стюарт в качестве «голоса за кадром» (на пару минут он даже появится в кадре) будет рассказывать зрителям про всевозможные существующие (и не существующие) бонусы, которые ждут молодых парней, решивших во время войны пойти служить именно в авиацию. И всё это происходит на фоне кадров, которые максимально наглядно демонстрировали потенциальным рекрутам образца 1942 года эти самые «бонусы».

Меня лично больше всего повеселил момент, где девушка во время танцев, увидев лётчика, немедленно ушла танцевать с ним, совершенно забыв про своего парня-солдата. О том, заслуженно ли «…Wings» выдвинули на премию «Оскар» в номинации «Лучший документальный фильм», мне лучше предоставить судить другим специалистам ввиду того, что сама я в документальном кино, честно говоря, почти что совсем «ни в зуб ногой». Так что, я выскажу сейчас лишь свои наблюдения по поводу короткометражки.

Очень жаль, что «…Wings» стала единственной совместной работой Джеймса Стюарта и Джона Хьюстона (имя Крампа в титрах не упомянуто) – позднее, в мирной жизни, эти два, несомненно, «больших таланта» вместе так и не поработают. И ещё большую печаль вызывает тот факт, что их первой и последней «совместкой» оказалась не слишком интересная агитка, которую даже сам факт причастности этих двоих к её созданию не слишком-то спасает.

Наверное, в 1942 году «…Wings» смотрелись иначе, чем 75 лет спустя. Однако, сегодня данная кинолента выглядит не столько призывом к молодёжи присоединиться и внести свой вклад в победу в войне, сколько попыткой разрекламировать ВВС в качестве лучшего выбора военного подразделения для любого парня, решившего пойти служить в армию. В качестве доказательства факта «лучшести» зрителю предъявляются такие критерии, как высокая зарплата, всеохватность призыва (образование и семейное положение значения не имеют) и т. д.




Так что, особого смысла всерьёз разбирать сценарные, режиссёрские или какие-либо ещё изыски фильма я не вижу, поскольку едва ли над ними задумывались даже те, кто работал над «…Wings». Отмечу только два момента. Во-первых, это качественно смонтированные эпизоды полётов и устройства работы авиабаз. Во-вторых, должна признать, что Джеймс Стюарт в этой короткометражке настолько воодушевляюще говорил об авиации, что мне даже захотелось пойти туда служить (разумеется, после окончания фильма этот порыв тут же «приказал долго жить»!).



На выходе, мы имеем ничем не примечательную документалку длиною в 18 минут, не обладающую выдающимися художественными достоинствами. Сегодня она будет интересная разве что фактом присутствия в кадре Стюарта и за кадром – Джона Хьюстона. Ну, и немного о жизни Стюарта в годы войны. Его желание принимать участие в настоящих боевых миссиях сбудется не так скоро, как он того хотел. Проработав, после выхода «Winning Your Wings» на экраны, ещё 1,5 года в качестве инструктора на разных авиабазах, в ноябре 1943 года, актёр прибудет на военную базу Тибенхем в Северной Англии, после чего у него начнётся уже «настоящая» военная служба.

Войну актёр завершит в 1945 году в звании полковника и со множеством наград, что сделало его одним из немногих американцев, продвинувшихся столь далеко в военном «табели о рангах» всего лишь за 4 года. Правда, сам Стюарт об этой части своей биографии вспоминать никогда не любил, вследствие чего почти всегда избегал участия в военных фильмах и категорически отказывался обсуждать эту тему с прессой. Тем не менее, после окончания войны Джеймс не прекратит принимать участие в деятельности ВВС, совмещая это со своей карьерой в кино.

Например, в 60-е годы Стюарт участвовал во Вьетнамской войне, выполняя одну из разведывательных миссий в районе Северного Вьетнама. Окончательно же, он выйдет в отставку в 1968 году в звании бригадного генерала, став, таким образом, одним из самых высокопоставленных военных, когда-либо работавших в Голливуде. Что касается кино, то первой фильмом, вышедшим на экраны с его участием, стала кинолента Фрэнка Капры «Эта замечательная жизнь» (1946). Впрочем, это уже совсем другая история!

5 из 10

@темы: Интересное, Другое кино, 1940-е, "5"

21:27 

You Stepped out of a Dream или это любимый фильм Эстер Уильямс!

«Hooray for Hollywood»


Что ж, вот мы и дошли до «поворотного момента» в карьере Джеймса Стюарта. Юбилейный, 30-й фильм в биографии актёра – мюзикл режиссёров Роберта З. Леонарда и Басби Беркли (отвечал за музыкальные номера) «Девушки Зигфилда» (1941) – стал последней картиной с участием Стюарта перед расторжением его контракта с киностудией MGM. После этого, он отправился на фронт для прохождения военной службы в авиации (активно идущая в Европе уже 1,5 года (на момент выхода фильма) Вторая Мировая война к 1941 году постепенно начала доходить и до США).

С кинематографом же Стюарт после «Девушек…» попрощается на целых пять лет («агитационное» появление в качестве «приглашённой звезды» в военной короткометражке 1942 года, о которой речь пойдёт позднее, не в счёт), вплоть до съёмок в фильме Фрэнка Капры «Эта замечательная жизнь» (1946). Во время войны, к слову, актёр проявит себя с самой героической стороны, что принесёт ему немало военных наград и званий, но и об этой части биографии Стюарта мы поговорим уже в другом месте. Ну, а пока – немного о сюжете мюзикла, которому посвящён данный обзор.

Сюжет: Бродвей, середина 1920-х годов. Идёт кастинг для новой постановки музыкального шоу ведущего театрального продюсера тех лет – Флоренца Зигфилда. Среди прочих счастливиц, работу в новой постановке получают три девушки с разными судьбами и характерами. Первая – Сьюзен Галлахер (Джуди Гарленд) – 17-летняя певица и танцовщица водевилей, с ранних лет выступающая вместе со своим отцом (Чарльз Виннингер), который, очевидно, немало успел «отстать от моды». Вторая – Сандра Колтер (Хеди Ламарр) – жена безработного скрипача Франца (Филип Дорн).

Ему не удаётся получить работу у Зигфилда, но саму Сандру, благодаря её красоте, замечают и предлагают участвовать в шоу. Вот только, Франц известие о том, что его жена будет «Девушкой Зигфилда», встречает отрицательно, из-за чего супруги расстаются. Третья – Шейла Реган (Лана Тернер) – лифтёрша, помолвленная с водителем грузовика Гилбертом Янгом (Джеймс Стюарт). Для девушки попадание в шоу Зигфилда – словно «входной билет» в мир шика, роскоши и богатства, о которых она мечтала всю свою жизнь. Вот только Гилу в этих её мечтах места уже не находится…




Итак, как известно, Голливуд уже прежде вспоминал о Зигфилде, сняв в 1936 году музыкально-биографическую киноленту «Великий Зигфилд», в которой роль известного продюсера сыграл Уильям Пауэлл. Режиссёром того фильма был Роберт З. Леонард, снявший также и «Девушки…». Последние изначально задумывались, как своего рода продолжение первого фильма с участием Джоан Кроуфорд (роль Ланы Тернер), Маргарет Саллаван (роль Хеди Ламарр), Элианор Пауэлл (роль Джуди Гарленд), Вирджинии Брюс (роль Ив Арден) и Уолтера Пиджона (роль Джеймса Стюарта).

Съёмки сиквела задумывались в 1938 году, но, по неизвестным причинам, были отложены на два года, и начались только в ноябре 1940-го – разумеется, теперь с другим актёрским составом. В отличие от «… Зигфилда», второй фильм посвящён уже не самому продюсеру (несмотря на частое упоминание его имени, в кадре он ни разу так и не появится!), а трём девушкам, попавшим в его ревю. Именно они и стали так называемыми «Девушками Зигфилда» – участницами своеобразного кордебалета, который был задействован во всех шоу продюсера, шедших на Бродвее с 1907 по 1931 годы.

Ни петь, ни танцевать на сцене от этих девушек не требовалось. Вся их работа заключалась в том, что они грациозно передвигались по специальным лестницам во время выступлений артистов, наряженные в причудливые костюмы невообразимых фасонов и расцветок (украшение платьев хористок перьями павлинов, цветами или даже воздушными шарами было обычным явлением). Словом, девушки в таких постановках служили своего рода «живой декорацией» для спектакля, доставляя тем самым эстетическое удовольствие зрителям (в особенности, мужчинам), сидящим в театре.




С этой задачей хористки справлялись, судя по кассовым сборам от шоу, более, чем успешно (и, кстати, нередко именно они выступали главным залогом успеха спектаклей). А некоторые из этих «Девушек…» позднее даже добились немалых успехов в Голливуде (к примеру, Барбара Стэнвик, Мэрион Дэвис и Полетт Годдар). Сложно сказать, какое именно количество реальных прототипов имели прописанные в сценарии героини Джуди Гарленд, Хеди Ламарр и Ланы Тернер, но нет сомнения в том, что эти прототипы имели место быть.

О персонажах каждого из ведущих участников актёрского состава мы поговорим отдельно, а сейчас вкратце по сценарию, который обладает и недостатками, и достоинствами, одновременно. Авторы сюжета – Маргарит Робертс, Соня Левин, Аннали Витмор и Уильям Энтони МакГуайр – написали достаточно линейную и предсказуемую историю о трёх непохожих друг на друга девушках, попавших в успешное бродвейское ревю, но по-разному использовавших этот шанс.




Хорош сценарий квартета авторов именно тем фактом, что судьбы выведенных в нём трёх главных героинь (равно, как и их характеристики) не одинаковы. А вот серьёзным его (сценария) «минусом» является то, что любой зритель, имеющий представление о том, что такое «Кодекс Хейса», легко догадается, какой именно финал ожидает каждую из девушек. Тем более, что формула проста: «Хорошие девочки» получают (в награду за свою «хорошесть») успех, любовь и счастье, а «Плохих девочек», разумеется, ждёт наказание за все их проступки в виде краха надежд, карьеры и даже жизни.



Излишне говорить, что это смотрится слишком уж банально (не говоря уже о некоторых переборах с морализаторством) и немало ослабляет итоговый результат. Немузыкальная часть режиссуры Роберта З. Леонарда производит достаточно ровное впечатление, не вызывая желания ни ругать, ни хвалить постановщика. Разве что, хотелось бы отметить, что фильм, несмотря на свою более, чем двухчасовую продолжительность, не кажется чрезмерно затянутым и скучным, что, как правило, не редкость в таких случаях.



Стоит отметить и музыкальную часть фильма, режиссёром которой выступил Басби Беркли («42-я улица»). Шикарны созданные для музыкальных номеров декораций и, в особенности, необычные (по меркам тех лет, конечно) костюмы девушек (в том числе, и ведущих актрис), убедительно демонстрирующие зрителю стремление продюсера Зигфилда к шику и блеску. Особенно красиво в этом плане поставлен номер «You Stepped out of a Dream», в костюмах из которого двумя фотографиями выше вы можете увидеть Гарленд, Ламарр и Тернер.

Заслуживает похвалы операторская работа Рэя Джуна и Джозефа Руттенберга. Впрочем, не только визуальная составляющая интересна в музыкальной части «Девушек…». В первую очередь, конечно, великолепна «You Stepped out of a Dream» (позднее песня даже войдёт в бродвейскую версию легендарного киномюзикла Стэнли Донена «Поющие под дождём» (1952), поставленную в начале 80-х). Ещё можно выделить пронзительное соло Джуди Гарленд «I'm Always Chasing Rainbows» и зажигательное «Minnie from Trinidad», поставленное в латиноамериканской стилистике.

Ну, и напоследок, осталось сказать по паре слов о каждом из значимых участников актёрского состава. Указание в титрах на первом месте Джеймса Стюарта, несомненно, связанно с его прошлыми успехами в фильмах «Мистер Смит едет в Вашингтон» (1939) и «Филадельфийская история» (1940), принесших актёру первую и вторую (ставшую победной) номинации на «Оскар», соответственно. Проблема в том, что интересных ролей у него после «… истории» по состоянию на 1941 год как-то не наблюдается (не исключено, что это и была одна из причин его скорого ухода на фронт!).




Я уже прежде говорила о том, что комедия «Come Live with Me» с Хеди Ламарр была для Стюарта просто «повторением пройденного», а провальный мюзикл «Горшок золота» с Полетт Годдар – неудачный «шаг назад». Но роль в «Девушках Зигфилда» для актёра оказывается ещё большим (в плане неудачности) «шагом назад», и это ведь несмотря на то, что «Девушки…» удались явно на много порядков лучше, чем «… золото». В данном случае, ему дали играть скучного водителя грузовика и, по совместительству, столь же скучного жениха героини Ланы Тернер.

Абсолютно не нужно быть академиком, чтобы понять, что персонажи Стюарта и Тернер не подходят друг другу. Подобные типажи Джеймс играл ещё в 1936 году, представая в качестве «неугодных воздыхателей» героинь Джин Харлоу («Жена против секретарши»), Джанет Гейнор («Провинциалка») и Джоан Кроуфорд («Великолепная инсинуация»). Но тогда это были лишь второстепенные роли, да и сам Стюарт в то время был только начинающим актёром, пока не претендующим на что-то большее.

Теперь же он добился «звёздного статуса», но роль в «Девушках…», несмотря на первое место в титрах, явно не главная (фильм вообще, исходя из названия, сконцентрирован не на мужчинах) и занимает не более, чем пятую часть экранного времени из общей длительности в 2 часа 12 минут. Скажу даже больше – особого смысла в присутствии персонажа Стюарта в сюжете нет, и если бы сценаристы просто вычеркнули его из сценария, сам мюзикл от этого бы абсолютно ничего не потерял. Оценивая исполнение, скажу, что он сыграл сообразно своим талантам – претензий к нему нет, но заметно, что душа к предложенному материалу у актёра не лежит.




Некоторые рецензенты уже прежде отмечали, что судьбы главных героинь немало пересекаются с биографиями актрис, которые их играли. И в этом есть своя доля правды. Например, 19-летняя Джуди Гарленд в качестве певицы, выступающей в водевилях с раннего детства, действительно играла почти саму себя. Как и для её Сьюзен, для самой Джуди шоу-бизнес был именно той стихией, в которой она чувствовала себя, словно «рыба в воде». Хотя сама роль Гарленд здесь больше сдвинута на второй план, но именно её немного наивная, но искренняя и непосредственная героиня вызывала здесь наибольшее сопереживание (не говоря уже о музыкальных талантах Джуди).



Хеди Ламарр в «Девушках…» играет жену безработного скрипача, случайно получившую работу у Зигфилда благодаря своей красоте. Но для неё шоу-бизнес не более, чем способ заработка – ни профессиональные амбиции, ни желание пробиться к «красивой жизни» ею не движут, поэтому Сандра оставляет ревю сразу же, как восстанавливает свои отношения с мужем (перед этим, найдя ему работу в оркестре). Сама Ламарр, если подумать, хотя и снималась активно в Голливуде в 40-е годы, но «своей» там так никогда и не стала в силу разных причин.

К примеру, кино Хеди воспринимала приблизительно так же, как её героиня свою работу в шоу. Сегодня же, изобретательница системы связи, используемой в наши дни для функционирования мобильных телефонов и Интернета, киноманам больше запомнилась благодаря своей внешности, нежели актёрским способностям (довольно ограниченным, на мой взгляд). Вот и в «Девушках…» Ламарр более убедительна, когда изображает «ходячую декорацию» в номере «You Stepped out of a Dream», нежели когда пытается что-то сыграть (хотя играла Хеди здесь лучше, чем в «Come Live with Me», где она была партнёршей Джеймса Стюарта).




20-летней Лане Тернер в этом мюзикле досталась роль лифтёрши, которую участие в бродвейской постановке изменило отнюдь не в лучшую сторону. Разумеется, главная причина её попадания в ревю кроется в привлекательной внешности девушки. Зрителю же наглядно демонстрируют, как героиня Тернер, вкусив соблазнов «красивой жизни», из непьющей и порядочной девушки становится ветреной алкоголичкой. Однако, стоит отметить, что прописывая образ Шейлы Реган, сценаристы ввели морализаторские нотки в меньшем количестве, чем можно было бы ожидать.

Да, она, определённо, получит своё наказание за проступки, но сценаристы явственно намекают, что винить в подобном исходе стоит не сам факт её работы в ревю Зигфилда, а именно человеческие качества самой девушки. Как справедливо заметит персонаж Пола Келли в своём наставлении хористкам перед началом спектакля, «всё это случилось бы с вами, даже если бы вы не попали в шоу – разница лишь в том, что тогда бы у вас на это ушло больше времени». Реальная жизнь Ланы Тернер в немалой степени пересекается с «рискованной» частью биографии её героини.

Причём, на фоне скандальных подробностей из жизни самой Ланы (одно убийство её дочерью одного из любовников актрисы чего стоит!), «горячие моменты», написанные сценаристами для её Шейлы смотрятся не настолько вызывающе. Тем не менее, именно «Девушки Зигфилда» возвели Тернер в ранг «суперзвёзд Голливуда». Оценивая её игру, можно заметить, что Лана была в кадре вполне органична, неплохо (но не более того) смотрелась в дуэте с Джеймсом Стюартом и убедительно демонстрировала, что способна показать на экране не только яркую внешность (впрочем, лучшие кинороли у Тернер в Голливуде, по состоянию на 1941 год, ещё впереди!).




Из исполнителей второго плана в «Девушках…» можно выделить Тони Мартина (благодаря его голосу) в качестве ведущего певца в ревю Зигфилда; Джекки Купера в роли брата героини Ланы Тернер; Чарльза Виннингера, играющего «шумного» отца героини Джуди Гарленд с устаревшими методами выступлений; Эдварда Эверетта Хортона в качестве суетливого помощника продюсера Зигфилда, а также Ив Арден в роли саркастичной хористки – ветерана среди «Девушек Зигфилда».

Подводя итоги, остаётся констатировать, что Роберт З. Леонард и Басби Беркли создали достаточно занятный фильм, который, возможно, и нельзя включить в число лучших голливудских кинолент в своём жанре. Но, всё же он обладает именно тем самым «классом», который отличает мюзиклы студии MGM от картин других студий в том же жанре. К просмотру «Девушки Зигфилда» можно порекомендовать тем, кто интересуется фильмографиями кого-либо из ведущих актёров постановки (Стюарт, Гарленд, Ламарр, Тернер, Мартин, Купер), любителям мюзиклов и почитателям голливудских фильмов эпохи «Золотого Века Голливуда». Ну, а у меня на сегодня всё – до встречи!

7 из 10

@темы: 1940-е, "7"

21:47 

Немного поэзии для романтиков!

«Hooray for Hollywood»


В фильме «Come Live with Me», рецензия на который была только что представлена, герой Джеймса Стюарта цитирует часть стихотворения Кристофера Мэрлоу (написано в 1599 году), первая фраза которого и дала название этой киноленте. Для тех, кто интересуется, полностью это творение выглядело так:

Люби меня и будь со мной,
И испытаем мы вдвоём
Все удовольствия полей,
Лесов и гор, степей, морей.

И будем, сидя на камнях,
Пасти стада в своих полях
И слушать молча у реки
Как трель выводят соловьи.

Постель нам выстлют лепестки,
Что ароматны и легки,
А твой чарующий наряд
Листочки мирта оттенят.

Ну а на злые времена,
Когда настанут холода,
Из шерсти свяжем тёплый плед,
Что нас с тобой спасёт от бед.

Ажурных запонок коралл,
Янтарь, рубин, сапфир, опал
Ужель не тронут разум твой.
Люби меня и будь со мной.

И песнь, и танцы лебедей,
Всё будет для души твоей.
Всё будет для тебя одной.
Люби меня и будь со мной.


Ну, а для любителей англоязычной поэзии в оригинале - приводится английский текст стихотворения:

Come live with me and be my love,
And we will all the pleasures prove,
That valleys, groves, hills, and fields,
Woods, or steepy mountain yields.

And we will sit upon the rocks,
Seeing the shepherds feed their flocks,
By shallow rivers, to whose falls
Melodious birds sing madrigals.

And I will make thee beds of roses,
And a thousand fragrant posies,
A cap of flowers and a kirtle
Embroider'd all with leaves of myrtle:

A gown made of the finest wool,
Which from our pretty lambs we pull;
Fair lined slippers for the cold,
With buckles of the purest gold:

A belt of straw and ivy buds,
With coral clasps and amber studs;
And if these pleasures may thee move,
Come live with me and be my love.

The shepherd swains shall dance and sing
For thy delight each May morning;
If these delights thy mind may move,
Then live with me and be my love.

@темы: Читать обязательно, Разное, Новости для читателей, Интересное

20:37 

Come Live with Me and Be My Love

«Hooray for Hollywood»


Итак, продолжая наше плаванье по фильмографии Джеймса Стюарта, нужно отметить, что мы с вами всё-таки завершили 30-е годы, а теперь успешно переходим в 40-е. Это десятилетие в его кинокарьере окажется уже значительно менее продуктивным и успешным, чем предыдущее, но, тем не менее, именно в 40-х, в амплуа Стюарта произошли заметные перемены, а также состоялось «прощание» с тем типажом, которых прославил актёра в фильмах Фрэнка Капры и Джорджа Маршалла.

Но это всё уже будет позднее, а пока новое десятилетие в его творческой биографии откроет романтическая комедия Кларенса Брауна «Come Live with Me» (1941), где в паре с Джеймсом сыграла Хеди Ламарр – 26-летняя эмигрантка из Европы, снимавшаяся в Голливуде с 1938 года и ставшая там весьма популярной к началу 40-х. Сюжет: На дворе – 1940 год. Австрийской беженке Иоанне Джейнс, называющейся в США именем Джонни Джонс (Хеди Ламарр) грозит депортация на родину, где её, скорее всего, не ожидает ничего хорошего.

Единственный способ для девушки остаться в США – это выйти замуж за американца, что автоматически даст ей гражданство. Но вот проблема – богатый издатель Бартон Кендрик (Иэн Хантер), с которым у Джонни роман, уже женат. Однажды, гуляя по городу, она случайно знакомится с абсолютно нищим начинающим писателем Биллом Смитом (Джеймс Стюарт), которому предлагает сделку: если он на ней женится, то девушка будет платить ему названные им 17 долларов 80 центов в неделю (еженедельная сумма расходов Билла на оплату квартиры, еду и прочее). Правда, с течением времени, писатель влюбляется в Джонни, хотя и видит её всего раз в неделю – когда она приносит ему чек…




Что ж, именно романтическая комедия «Come Live with Me» (ужасающие варианты переводов названия этого фильма на русский язык лучше не упоминать!) стала первой из трёх кинолент с участием Джеймса Стюарта, снятых в 1941 году. Это были его последние работы в кино перед тем, как он разорвал свой контракт со студией MGM и ушёл на фронт, а точнее – служить в авиацию. Но это уже будет совсем другая история!

А возвращаясь к постановке Кларенса Брауна, можно сказать, что по ней уже хорошо заметно, что Вторая Мировая война по состоянию на конец 1940 года (фильм снимали в октябре и ноябре) уже была в самом разгаре. Главным образом, зрителю это здесь дают понять через призму обстоятельств биографии героини Хеди Ламарр. Ведь в фильме упоминается, что она – беженка из Австрии, а её отец отстаивал собственные идеалы, вследствие чего, в конечном счёте, и пал жертвой нового режима.

О каком именно режиме идёт речь, догадаться будет не трудно, хотя его название в кадре открытым текстом так и не упомянут. Впрочем, сам сценарий некоего Паттерсона МакНатта и Вирджинии Ван Апп («Девушка с обложки», «Гильда» и «Афера на Тринидаде») совсем не об этом. Главным образом, вся несложная сюжетная конструкция этой романтической комедии крутится вокруг «фиктивного брака» героев Джеймса Стюарта и Хеди Ламарр, а исход главной «интриги» фильма («станет ли фиктивный брак настоящим?»), в конечном счёте, окажется сколь далёким от реальности, столь же и предсказуемым.

Редкие остроумные диалоги здесь будут и вовсе отданы на откуп второстепенным и даже эпизодическим персонажам:

– Я не опоздал, Диана?
– Ты никогда не опаздываешь – это твоё единственное достоинство!
– Вовсе нет – ещё я не жульничаю в картах!


Или:

– Он хочет сделать ей настоящий сюрприз? Мог бы не прийти хоть один вечер!




Впрочем, даже не это главный недостаток сценария. Сами персонажи в «Come Live…» прописаны достаточно одномерно и с использованием уже поднадоевших штампов. К примеру, герой Джеймса Стюарта здесь является эдакой «кавер-версией» его же Джефферсона Смита из фильма Фрэнка Капры. Разница только в том, что в данной картине его «юношеский» пыл и амбиции уже гораздо скромнее, градус идеализма стал пониже, а вот цинизма и разочарованности в жизни - напротив, стало больше. Ещё менее внятно в сюжете прописана героиня Хеди Ламарр – зрителю покажут просто «красивую девушку со сложными жизненными обстоятельствами» и ничего более.

Ну, и, конечно, карикатурно выведенный ухажёр главной героини в исполнении Иэна Хантера – это просто один большой штамп во весь рост. Сценаристы не нашли ничего лучше для демонстрации стареющего и дряхлеющего мужчины, претендующего на внимание молодой красавицы, кроме как заставить его постоянно в кадре глотать таблетки (да, забыла – ещё один раз он «скакал» на тренажёре!), на чём фантазия авторов, в общем-то, «отошла в мир иной». Смотрелось это, конечно, весело, но опять-таки – очень банально.




Режиссура Кларенса Брауна (прежде снимал Джеймса Стюарта во второстепенных ролях в фильмах «Жена против секретарши», «Великолепная инсинуация» и «Из человеческих сердец») примечательна одним интересным свойством. Всё дело в том, что Брауну, используя операторскую работу Джорджа Дж. Фолси, музыкальное сопровождение Герберта Стотхарта и интерьеры, созданные на студии MGM, удалось создать в кадре очень приятную, спокойную и расслабляющую атмосферу.

Причём, в создании таковой режиссёр преуспел настолько, что в результате, по большому счёту, это позволяет и не обращать слишком пристального внимания на сценарные недостатки (особенно, если вы не страдаете такой же вредностью, как ваша циничная рецензентка!). Скучноватым фильм благодаря приемлемому хронометражу, режиссуре и (отчасти) игре актёров не кажется, однако особенно уставших после рабочего дня (или чего-либо ещё) зрителей постановка Брауна может, как расслабить, так и усыпить. А вот записывать ли это в «плюс» или в «минус» картины – это уже каждый зритель должен решить для себя сам.




Актёрский состав «Come Live…», в основном, производит достаточно ровное впечатление. На момент съёмок этой комедии, Джеймс Стюарт ещё не был известен в качестве номинанта на премию «Оскар» (не говоря уже о претензиях на победу!). Но, на MGM явно чувствовали, что уж после успеха «Филадельфийской истории» (1940) его карьера точно пойдёт вверх (правда, у самого актёра на этот счёт оказались другие планы, но об этом уже в следующий раз).



Если же говорить о его работе в постановке Кларенса Брауна, то здесь Стюарт играет что-то среднее между ролями в картинах Капры и Джорджа Кьюкора. В актив ему эту работу записать, в принципе, можно – но от мысли, что это всё уже у актёра когда-то было, отделаться трудно. Хотя, надо признать, в отдельных моментах его герой здесь забавлял (например, когда читал девушке «лекцию» о том, как светлячки привлекают внимание друг друга), но сценаристы не расщедрились на то, чтобы таких моментов в фильме было больше.



Хеди Ламарр, бесспорно, ослепительно красива, да и неплохо смотрится в дуэте со Стюартом, но вот какого-то чисто актёрского «огонька», который мог бы зацепить за душу, ей не хватает – в ряде сцен она кажется слишком холодной и безразличной. Лучше смотрится Иэн Хантер, убедительно воплощающий в кадре все штампы, которые были прописаны в сценарии для его персонажа. Заслуживает похвалы и неизвестная мне Верри Тисдейл в роли мудрой жены героя Хантера, с достоинством принявшей новость о том, что у мужа есть другая женщина.

В заключении, констатирую, что лучшую романтическую комедию в истории жанра Кларенс Браун, однозначно, не снял. Но если закрыть глаза на отдельные недостатки фильма и настроится на «романтический лад», то фанатам Джеймса Стюарта и Хеди Ламарр, а также «романтичным натурам» эта кинолента вполне придётся по вкусу. Да, и в качестве кино, которое можно смотреть «парами», обнявшись, сидя на диване у телевизора (так, пора прекращать фантазировать!
:laugh:), «Come Live with Me» также может вполне сойти. Главное, суметь создать «подходящую» атмосферу… :attr:

7 из 10

@темы: 1940-е, "7"

21:06 

Трое мужчин и одна девушка

«Hooray for Hollywood»


Итак, после долгого перерыва, наше «кругосветное путешествие» по фильмографии Джеймса Стюарта возобновляется. И откроет сегодня это возобновление фильм, который определённо имел немалое значение в карьере актёра – романтическая комедия режиссёра Джорджа Кьюкора «Филадельфийская история» (1940), принесшая Стюарту единственную премию «Оскар» в номинации «лучшая мужская роль» за всю его более, чем 50-летнюю кинокарьеру. Впрочем, обо всём по порядку.

Сюжет: Богатая светская львица из Филадельфии Трейси Саманта Лорд (Кэтрин Хепберн) собирается вступить в брак с промышленником Джорджем Киттриджем (Джон Ховард) и не хочет, чтобы это событие широко освещалось в «жёлтой прессе». Однако, путём шантажа и при содействии её бывшего мужа, Декстера Хэвена (Кэри Грант), двум представителям журнала «Spy» всё же разрешается присутствовать на свадьбе.

Ими являются неудачливый писатель Маккалей Коннор (Джеймс Стюарт) и неравнодушная к нему девушка-фотограф Лиз Имбри (Рут Хасси). Они приезжают к Трейси ровно за день до торжества, надеясь натолкнуться на какую-нибудь сенсацию. Однако, события, развернувшиеся в следующие 24 часа, полностью перевернут всё происходящее «с ног на голову», сделав Джорджа Киттриджа далеко не самым очевидным кандидатом на «руку и сердце» девушки…




Что ж, для начала предлагаю, как следует «окунуться в историю». К 1938 году карьера знаменитой голливудской кинозвезды Кэтрин Хепберн, после провала в прокате ряда её последних фильмов («Достойная улица» (1937), «Воспитание крошки» (1938) и «Праздник» (1938), например), достаточно стремительно пошла на спад. Дошло даже до того, что она была включена в список самых убыточных звёзд Голливуда, который был опубликован в прессе организацией «Independent Theatre Owners of America».

Помимо Хепберн, «чести» попасть в этот перечень удостоились такие дамы, как Джоан Кроуфорд, Марлен Дитрих, Грета Гарбо, Кэй Фрэнсис, Норма Ширер, Мириам Хопкинс и другие. Из сложившейся ситуации эти актрисы вышли по-разному. Например, Гарбо и Ширер просто добровольно покинули кинематограф. Дитрих и Кроуфорд сменили одну студию на другую и восстановили свой успех в Голливуде.

Ну, а Хопкинс и Фрэнсис, после нескольких неудачных попыток «взять реванш», смирились с концом своей славы в качестве «leading lady» и перешли к ролям второго плана в кино, а также работе в театре. Иначе себя повела Кэтрин. После того, как она не прошла пробы на роль Скарлетт О’Хары в экранизации «Унесённых ветром» (1939), актриса поначалу решила на какое-то время покончить с кинематографом и посвятить себя театральной карьере.

Специально для неё драматург Филип Бэрри написал пьесу «Филадельфийская история», образ главной героини каковой, в общем-то, во многом был списан с самой Хепберн. Премьера бродвейского спектакля состоялась 28 марта 1939 года (по совпадению, именно на этой неделе исполнилось 78 лет со дня этого события) и он стал хитом. Всего спектакль выдержал на сцене 417 представлений, закрывшись ровно через год, 30 марта 1940-го.



Афиша спектакля 1939 года



Актёры бродвейского спектакля «Филадельфийская история» (1939) в порядке расположения на фото: Фрэнк Фентон, Джозеф Коттен, Кэтрин Хепберн, Ван Хефлин и Ширли Бут.


Причём, Кэтрин была не только актрисой в постановке – она также частично финансировала её, поэтому, помимо фиксированного гонорара, Хепберн также принадлежал определённый процент от прибыли. Так что, большой успех пьесы заметно улучшил её финансовое положение. Но что ещё важнее – в её актёрской карьере это был первый серьёзный зрительский успех за последние несколько лет, и Кэтрин, разумеется, не упустила возможности использовать его по полной.

Конечно, она считала, что «Филадельфийская история» должна быть непременно экранизирована, и, несомненно, в фильме Хепберн должна повторить свою роль с Бродвея. В Голливуде же, тем временем, сразу несколько студий изъявили желание приобрести права на экранизацию. Однако, никто не знал, кому они именно принадлежат – уже позднее выяснилось, что права на пьесу купил мультимиллиардер Говард Хьюз и преподнёс их Кэтрин в качестве подарка.

Договориться с продюсерами ей удалось далеко не сразу – каждый выдвигал свои условия, которые оказывались неприемлемыми. Начнём с того, что изначально каждая кинокомпания хотела сделать экранизацию с расчётом на то, чтобы главную роль в ней играла актриса, которая была у студии «на контракте». На Warner Bros. в этом качестве видели Энн Шеридан, на MGM – Джоан Кроуфорд, а на Парамаунт – Полетт Годдар.

Затем, после отказа Кэтрин, продюсеры примирились с тем фактом, что главную роль в будущем фильме суждено сыграть именно ей, и сделали женщине более интригующие предложения. Например, Сэмюель Голдвин предлагал провести съёмки на студии Парамаунт с Уильямом Уайлером в качестве режиссёра и Гэри Купером в роли журналиста Коннора. Джек Л. Уорнер с Warner Bros. в роли Декстера Хэвена предлагал снимать Эррола Флинна, а в качестве фотографа Лиз Имбри – Оливию дэ Хэвилленд.

Но больше всего Кэтрин привлекло предложение главы студии MGM – Луиса Б. Майера, которому она, в конечном счёте, и согласилась продать права на экранизацию за 250 тысяч долларов (кстати, не самая большая сумма для подобной сделки в то время!). Впрочем, больше актрису привлекали не деньги, а то, что взамен Майер предоставил ей ряд исключительных прав – она сама могла выбрать для будущего проекта режиссёра, продюсера, сценариста и актёрский состав.

В результате, в «… историю» были приглашены режиссёр Джордж Кьюкор, с которым она нередко работала прежде и ещё не один раз будет потом, сценарист Дональд Огден Стюарт (друг автора «Филадельфийской истории» – Филипа Бэрри), специализирующийся на адаптации театральных пьес для большого экрана, а также продюсер Джозеф Лео Манкевич.

Кстати говоря, Манкевич ранее на MGM именно в качестве продюсера принимал участие в съёмках двух не слишком удачных фильмов с участием «героя» нашей серии обзоров – Джеймса Стюарта («Великолепная инсинуация» и «Банальный ангел»). В дальнейшем, со второй половины 1940-х годов, он более, чем успешно перейдёт в режиссуру («Всё о Еве» (1950), «Юлий Цезарь» (1953) и др.).




Ну, а в 1959 году Манкевич даже снимет Кэтрин Хепберн вместе с Монтгомери Клифтом и Элизабет Тейлор в драме «Внезапно, прошлым летом», принесшей в «послужной список» Кэтрин восьмую, а Элизабет – третью номинацию на «Оскар». Возвращаясь к «… истории», то изначально Хепберн хотела, что в фильме сыграли Кларк Гейбл и Спенсер Трейси в ролях бывшего мужа и журналиста, соответственно.

Но оба актёра оказались заняты в других проектах, поэтому Майер взамен на роль Коннора предложил Джеймса Стюарта, в то время уже приблизившегося к достижению статуса «полноценной звезды» Голливуда, но пока ещё не вполне прочно закрепившегося в таковом. Кэтрин, вспомнив, что актёр произвёл на неё хорошее впечатление своей игрой в фильме Фрэнка Капры «Мистер Смит едет в Вашингтон» (1939), согласилась с его кандидатурой.

На роль Декстера Хэвена Хепберн лично пригласила Кэри Гранта, с которым прежде уже снималась вместе трижды («Сильвия Скарлетт» и «Праздник» Кьюкора, а также «Воспитание крошки» режиссёра Говарда Хоукса). Тот согласился, но с двумя условиями: его имя должно стоять первым в титрах, а гонорар за работу в «… истории» должен составить 137 тысяч долларов (эти деньги Грант, в итоге, пожертвовал Британскому Военному Обществу Милосердия («British War Relief Society»)).




Именно вся эта команда и работала над созданием киноверсии «Филадельфийской истории». Фильм оказался ещё более успешным в плане кассовых сборов, чем театральный спектакль, был столь же позитивно встречен критиками и получил шесть номинаций на «Оскар», в двух из которых даже победил: «Лучшая мужская роль» (Джеймс Стюарт) и «Лучший адаптированный сценарий» (Дональд Огден Стюарт).

Также, из состава актёров были отмечены: Рут Хасси, получившая номинацию на «Оскар» в категории «Лучшая женская роль второго плана», и, конечно же, Кэтрин Хепберн, номинировавшаяся на эту же награду в категории «лучшая женская роль» и выигравшая премию Совета Нью-Йоркских Кинокритиков. Думаю, излишне говорить, что после такого успеха актёрская репутация Хепберн в Голливуде была полностью восстановлена.




Но жизнь самой пьесы на этом не закончилась. На протяжении 40-х и 50-х годов она неоднократно адаптировалась для радиопостановок (в одной из которых, в 1947 году приняли участие исполнители главных ролей из фильма Кьюкора – Хепберн, Грант и Стюарт) и телефильмов. В 1956 году на экраны даже вышел полноценный ремейк «… истории», снятый снова на MGM, но уже в форме мюзикла (традиционное для тех лет явление), получивший название «Высшее общество».

В новой версии сыграли Грейс Келли (роль Кэтрин Хепберн), Бинг Кросби (роль Кэри Гранта), Фрэнк Синатра (роль Джеймса Стюарта) и Селест Холм (роль Рут Хасси). Фильм встретил неоднозначные отзывы критиков, но был весьма популярен в прокате (и не в последнюю очередь, благодаря звучащим в нём хитам легендарного композитора Кола Портера, вроде «True Love», «Who Wants to Be a Millionaire?» и «Well, Did You Evah!»).

Позднее, «Высшее общество» также предстанет в виде двух театральных мюзиклов (тоже использующих звучащие в фильме 1956 года песни Портера + его же мелодии, но уже из других шоу композитора). Первый мюзикл поставят в 1987-м в Уэст-Энде, а второй – в 1998-м на Бродвее. Обе постановки также пользовались большим успехом, что позволяет говорить, в общем-то, со 100% уверенностью о беспроигрышности этого сюжета у зрителя (да и не только).

На этом наше «погружение в историю» можно считать законченным, а теперь мы переходим к «разбору полётов». Что ж, свою «проверку временем» эта кинолента Джорджа Кьюкора, как можно убедиться, выдержала на все 100%. Спросите – а в чём же секрет такого успеха? Ну, тут можно выделить ряд удачных составляющих. Для начала, стоит отметить остроумный сюжет пьесы Филипа Бэрри и сценарий Дональда Огдена Стюарта (не родственник Джеймса Стюарта!).

По мнению театралов, Стюарт, перерабатывая пьесу для экрана, сохранил все достоинства оригинального материала, за что и получил, в конечном счёте, заслуженный «Оскар» в соответствующей категории. Впрочем, поскольку я сама с пьесой не знакома, то буду исходить из того, что увидела в фильме. В первую очередь, хотела бы выделить действительно немалое количество ярких и забавных диалогов, присутствующих в «… истории», например:

– Я хорошо помню ваш медовый месяц: вы провели его на небольшой яхте под названием "Истинная любовь".
– А вы откуда знаете?
– Я была единственным фотографом, чью камеру вы не разбили – вы просто бросили её в океан.


Или:

– Что-то здесь слишком прохладно для южной гостиной – я ожидала увидеть здесь негритят с банджо. А это что за комната? Я забыла компас.
– Это, наверное, юго-юго-западная гостиная с видом на спальню.


Или:

– Либо я тебе сейчас врежу, либо ты мне!
– Бросим монетку?




Что касается сюжетной составляющей, то она не вызывает по отношению к себе особых нареканий, хотя и вряд ли станет откровением. Однако, в процессе освещения «свадебного переполоха» в жизни представительницы высшего общества Филадельфии, Стюарт и Бэрри попутно затрагивают и другие, более серьёзные темы. Но делают они это здесь весьма умело и со знанием дела, и что важнее – ничуть не выходя за рамки жанра. К примеру, в «… истории» алкоголизм упомянут в качестве причин крушения брака героев Хепберн и Гранта, и утренних «сомнений» главной героини.

Снобизм представителей высшего общества здесь будет рассмотрен через призму морально-нравственных ориентиров всё той же героини Кэтрин Хепберн (хотя попытки авторов оправдать отца Трейси и примирить обоих в конце, откровенно говоря, не особенно убедили). Ну, а выбор перспектив дальнейшей жизни – «работать ли только ради денег на ненавистной работе в «жёлтом журнале» или уволиться ко всем чертям и посвятить себя писательству?» – здесь предстоит сделать персонажу Джеймса Стюарта.

Режиссура Джорджа Кьюкора заслуживает похвалы и полученной номинации на «Оскар», а также обладает одним важным качеством – ему удаётся удерживать внимание зрителя на протяжении большей части экранного времени. Возможно, «Филадельфийской истории» и присуща некоторая театральность (ввиду того, что это экранизация именно театрального спектакля), но манеру подачи материала, выбранную Кьюкором, отличает искренняя жизнерадостность и полное отсутствие тяжеловесности и пафоса (которые, скорее всего, присутствовали бы, снимай фильм Капра).




Ну, и напоследок, немного об актёрском составе. Несмотря на удачно (ну, или почти удачно) подобранный ансамбль исполнителей, «первую скрипку» в фильме играет именно Кэтрин Хепберн, заслуженно получившая за свою игру в «… истории» номинацию на «Оскар» и, по большому счёту, куда больше заслуживающая приз, нежели награждённая в тот год Джинджер Роджерс за картину «Китти Фойль» (1940).



Возможно, образ самой Трейси Лорд и был во многом написан на основе личности самой актрисы, но то, как его подавала Кэтрин, по сценарию, то «заговаривая зубы» репортёрам, то препираясь с отцом, то пытаясь вспомнить, о том, что с ней произошло накануне, когда она была пьяна – это было действительно здорово. Не так ярок, как в других фильмах с Хепберн, оказался Кэри Грант в роли бывшего мужа её героини, но традиционно хорошее исполнение он, разумеется, продемонстрировал, органично отыграв в дуэте с Хепберн.



Что касается Джеймса Стюарта… Вот знаете, в обычном случае, я бы просто написала, что это был не прорыв, но, тем не менее, ещё одна хорошая актёрская работа, которую можно записать ему в актив. Но так уж сложилось, что именно за роль журналиста Коннора, Стюарта номинировали во второй раз за время его карьеры на «Оскар», и более того – эта номинация оказалась победной. Да, я знаю, что награждение актёра статуэткой за «… историю» принято списывать в качестве своеобразной попытки киноакадемиков «извиниться» перед Джеймсом за то, что он не получил приз годом ранее за роль в «Мистер Смит едет в Вашингтон».

Но если на секунду попытаться представить, что члены киноакадемии решили, что он взаправду заслужил награду за… Эй, где моё ружьё!? Впрочем, радует, что и сам Стюарт не воспринимал этот приз слишком серьёзно. Правда, единственное, в чём мы с ним разошлись – это в имени актёра, который заслуживал статуэтку на самом деле. Если он считал, что победителем должен был стать Генри Фонда за роль в «Гроздьях гнева» (1940), то вот лично мои симпатий в этом вопросе как-то отошли к Лоуренсу Оливье за роль в «Ребекке» (1940). Впрочем, это уже лишние детали…




Игравшая скучную девушку-фотографа, неровно дышащую к герою Стюарта, Рут Хасси, главным образом, была интересна не столько благодаря своему исполнению (к слову, слишком обычному для того, чтобы претендовать на номинацию на «Оскар», которую она за эту роль получила), сколько благодаря ряду остроумных фраз, написанных авторами для её персонажа.



Хотя, если подумать, в концепцию сюжета этот персонаж вписался вполне гармонично – по крайней мере, было понятно, чем репортёра привлекла героиня Хепберн, и почему он моментально забыл о фотографе. Из остальной части актёрского состава больше всего выделяются: Роланд Янг в качестве дяди главной героини и Вирджиния Вейдлер в роли её эксцентричной младшей сестры.



В заключении, можно отметить, что Джордж Кьюкор снял более, чем удачную, яркую и весёлую комедию, которую можно порекомендовать к просмотру фанатам актёров, задействованных в картине, тем, кто интересуется творчеством режиссёра, любителям киноклассики Голливуда, а также многим другим. Конечно, этот фильм едва ли можно назвать картиной с претензией «на подумать», но как бы сказал в таком случае один мой знакомый, для съёмок последних нередко нужно создавать хорошее настроение у его создателей. А уж «Филадельфийская история» для этих целей прекрасно подходит!

8 из 10

@темы: 1930-е, "8"

09:59 

Внимание всем читателям!

«Hooray for Hollywood»
Приветствую всех читателей блога «Hollywood's Golden Age Classics» :vict:. Да, понимаю, что очень долго отсутствовала на сайте, но это было связано с обстоятельствами, которые от меня абсолютно никак не зависели. Ну, а теперь (во многом, по вашим же просьбам!) я возвращаюсь к рецензированию и скоро продолжу знакомить вас с фильмами Джеймса Стюарта. От всего сердца хочу поблагодарить всех своих читателей за вашу поддержку, за то, что вы в меня верите и не забываете обо мне. :)

Конечно, первые три месяца 2017 года в блоге не были полностью связаны с бездействием. Например, 1 марта в «Hollywood's Golden Age Classics» был обнародован давно обещанный русский перевод фильма «You Gotta Stay Happy» (1948) (напомню ссылку на архивы и субтитры для тех, кто пропустил это событие: drive.google.com/drive/folders/0B5R4sxUz0gVQZVB...). Вы спросите, а что же насчёт того самого «сценарного подшучивания», которое я затеяла ещё в конце прошлого года с использованием забавных промо-фотографий к кинокомедии «No Time for Comedy» (1940) с участием всё того же Стюарта и Розалинд Расселл?

Что ж, я его обязательно как-нибудь закончу, но уже попозже, поскольку сейчас мне бы хотелось уделить внимание более важным вещам. Например, в данный момент, я хочу исполнить одно своё давнее обещание. Дело в том, что почти с самого начала своего увлечения написанием рецензий, то есть, с 25 августа 2013 года (дата публикации моей первой рецензии на Кинопоиске: ей дали «зелёный свет», в то время, как некоторые другие там проходили под «красным» - то есть их публикация была отклонена) меня часто спрашивали, по каким критериям я оцениваю тот или иной фильм на «10», «8», «7» и т. д. баллов.

Признаюсь честно, долгое время какого-то конкретного видения всех этих критериев у меня не было, поэтому, хоть я и давала обещание объяснить более детально свой метод оценивания, но не спешила его выполнять по вышеназванной причине. Ну, а сейчас, 3,5 года спустя, вся эта шкала выставления оценок обозначилась... ну, не то чтобы прямо уж очень чётко, но некоторые представления о ней за всё это время у меня всё же проявились. И именно этими представлениями я сейчас и хочу с вами поделиться.
:attr: Итак, 10-балльная система оценивания довольно проста. Если наивысший балл в ней - это «10», то, разумеется, самая низкая оценка - «0». Теперь же, давайте разберём каждый балл более детально. И начнём мы, разумеется, с «10-ки».



Итак, фильм, который оценивается на наивысшие «10» баллов, как правило, можно описать словами или фразами, вроде «шедеврально», «гениально», «кино вне времени», «The Best» (один мой знакомый фильм на «10-ку» определил, как «Нирвана», но я, пожалуй, от употребления такого термина здесь воздержусь ;-) ), а также многими другими изречениями в таком же духе, ну и, конечно же, исключительно в превосходной степени. Наличие недостатков, разумеется, у 10-балльной киноленты не подразумевается. В крайнем случае, она может обладать одним или двумя мелкими нюансами, которые не будут в ней решающими, и никоим образом не повлияют на общее впечатление от просмотра.



Если фильм оценён на «9» баллов, то его можно назвать «прекрасным», «отличным» или «выдающимся». Можно также записать его в категорию «кино вне времени», но в 9-балльной картине, как правило, почти всегда есть один или два недостатка, которые мешают тому, чтобы причислить его в разряд «шедевров», хотя большого влияния на общее впечатление от просмотра эти недостатки не будут оказывать.



Фильм оценён на «8» баллов. Это означает, что эпитеты «шедевр», «гениально», «отлично» и прочее в отношении данной картины можно будет отбросить сразу же, а вот фразы вроде «удачно», «очень хорошо» или просто «хорошо» здесь будут вполне уместны. «Кином вне времени» 8-балльную работу назвать уже сложно, хотя в редких случаях и такую фразу по отношению к ней можно применить (хотя «недооценённой» такого типа кинолента вполне может оказаться). Подобные фильмы, как правило, характеризует наличие или ряда мелких недостатков или одного-двух, но весомых (например, или огрехи в сценарии, или некоторая затянутость, или озадачивающий подбор актёров на те или иные роли, а может и что-либо ещё из того, что здесь не было перечислено). Это означает, что кино, скорее всего, понравилось рецензентке (то есть, мне! :attr: ), но вот войдёт ли оно в число её «персональных фаворитов» - уже трудно сказать.



Для фильма, оценённого на «7» баллов, может быть характерно качество между «неплохо», «достойно» и «хорошо», хотя возможно и употребление этих эпитетов (в особенности, первого) по отдельности («недооценённость» тоже не исключается). Также, в эту категорию, определённо, не войдут «фильмы вне времени», хотя могут войти картины, которые принято считать таковыми, но рецензентка блога в силу своей вредности, особенностей личных вкусов, а также каких-либо других объективных или субъективных причин, нашла их «переоценёнными» :yes:.



Если фильм получил оценку в «6» баллов, то это работа, которую можно оценить, как что-то между «средне» и «неплохо». О такой киноленте можно сказать, что она «могла бы быть и лучше», но в силу ряда весомых недостатков таковой не стала. Это не «Нетленка», и уж тем более, не «Фильм всем времён и народов», но это может быть «переоценённый фильм», не оправдавший возлагаемых рецензенткой на него ожиданий, к примеру, из-за завышенных оценок критиков. :hi2: Чаще всего, как правило, такое кино смотрят или из желания хоть как-то «скрасить хмурый дождливый вечер», или ввиду интереса к персоналиям - любимый актёр/актриса, режиссёр, сценарист, композитор, оператор, декоратор... ну, или кого там ещё могут любить киноманы? :laugh:



Если фильм оценён на «5» баллов, то его можно рассматривать, в основном, как «посредственную» и «проходную» работу, в которой есть определённые (но немногочисленные) примечательные моменты. Более того, их можно отнести к своего рода «творческим удачам» - но всё остальное в картине по уровню до этих самых моментов элементарно не дотягивает. Также, и здесь уместна характеристика «переоценённый фильм» с уже значительно большим числом аргументов, говорящих о его «переоценённости», чем при оценках «6» и «7». Причина просмотра подобных фильмов практически аналогична тем, которые характерны при оценке «6».



Кино, получившее «4» балла, можно охарактеризовать, как «плохое» или «неудачное». Возможно, отдельные «плюсы» в таком фильме и удастся обнаружить, но и их, скорее всего, нивелируют все остальные составляющие конкретно взятой постановки. Аргументы в отношении «переоценённости» картины, оценённой столь невысоко, должны быть многочисленными и, по меньшей мере, «железными» - хотя личные вкусы и собственное восприятие материала тоже никто не отменял. :hey: Причины и рекомендации к просмотру идентичны оценкам «5» и «6».



Если фильм оценён на «3» балла, то его характеристики, в принципе, сходные с теми, что присущи оценке «4», но только с добавлением слова «очень». Возможных «плюсов» здесь будет ещё меньше, показатели «переоценённости» идентичны оценке «4» с приставкой «ещё более». Рекомендации к просмотру - идентичны оценкам «4», «5» и «6».



Фильм, оценённый на «2» балла, никак иначе, кроме как «тихим ужасом», назвать не получится. Такое кино лучше не смотреть по рекомендации друзей или знакомых (в крайнем случае, перед просмотром загляните на IMDB и узнаете, насколько высоко его там оценивают) - в противном случае, после просмотра вы наверняка захотите убить человека, который вам данный «шедевр» посоветовал (!). О достоинствах фильма говорить вряд ли имеет смысл ввиду того, что при таком низком бале они, скорее всего, будут отсутствовать. Отнести картину с такой «высокой оценкой» к числу «переоценённых» не получится, поскольку история мирового кинематографа едва ли знает такие случаи.



Если фильм оценён на «1» балл, то его можно порекомендовать к просмотру только двум категориям зрителей: «отъявленным кино-мазохистам» и «любителям плохих фильмов». :laugh: Правда, если вы считаете, что не обладаете «дурным вкусом» в плане кино, но какая-либо конкретно взятая 1-балльная кинолента вам, тем не менее, понравилась, то не волнуйтесь - иногда и такое бывает. ;-)



Фильм, получивший «0» баллов... «Дрянь», «Шлак», «Трэш», «Дерьмо», «Фигня», «Хрень» - это ещё далеко не полный список ругательных «имён существительных», которыми можно наградить кино, оценённое «так высоко». Это также ещё и тот тип фильмов, которые не рекомендуется смотреть никогда и ни при каких обстоятельствах - их художественная ценность равна нулю, а число недостатков можно перечислять до бесконечности.

Вот, в общем-то, и всё - именно так выглядит (по крайней мере, приблизительно) шкала оценивания фильмов, которой я пользуюсь, когда пишу рецензий - от «10» до «0» баллов. На этом я и прощаюсь с вами - встретимся уже на следующей неделе на страницах блога «Hollywood's Golden Age Classics», как и я обещала, вместе с обзором 27-го фильма в кинокарьере Джеймса Стюарта - романтической комедии «Филадельфийская история» (1940). До новых встреч!
:hi:

@темы: Интересное, Разное, Читать обязательно, Новости для читателей

18:21 

Поздравляю всех с Новым 2017 Годом!

«Hooray for Hollywood»
Всех своих родных и близких, друзей, коллег по работе, однокурсников, одноклассников, читателей и всех остальных хочу поздравить с Новым 2017 Годом - годом Огненного Петуха! От души хочется пожелать всем, чтобы в новом году вам всегда сопутствовала удача, здоровье вас никогда не подводило и все ваши самые заветные желания сбылись! Ну, а пока - до встречи в январе 2017 года на страницах «Hollywood's Golden Age Classics»!!! Всегда ваша - Ия Савинна! ;-)

:new5::moroz::sng::xmas::yolka2::snezh::new4::sneg1:



@темы: Читать обязательно, Разное, Новости для читателей

23:56 

А название-то оказалось почти пророческим!

«Hooray for Hollywood»


Мы продолжаем вспоминать фильмы с участием Джеймса Стюарта, и сегодняшний обзор в блоге посвящается уже 26-й, по счёту, картине в его кинокарьере – романтической драме/комедии режиссёра Уильяма Кили «Нет времени на комедию» («No Time for Comedy») (1940), в которой Стюарт сыграл в паре с актрисой Розалинд Расселл. Ради этого фильма обоих актёров «одолжили» с их «родной» студии MGM на Warner Brothers, где проходили съёмки «Нет времени…».

Сюжет: На Бродвее готовится к постановке комедийная пьеса из жизни высшего общества Манхеттена с участием известной театральной актрисы Линды Пэйдж (Розалинд Расселл) в главной роли. Однако, третий акт комедии необходимо переписать, и с этой целью в Нью-Йорк вызывают автора пьесы – Гейлорда Эстербрука (Джеймс Стюарт), которого никто среди участников постановки (включая режиссёра и продюсера) даже в глаза не видел.

Неизвестным драматургом оказывается наивный молодой журналист из провинциального городка Редфилд, штат Миннесота, никогда прежде не бывавший в Нью-Йорке и впервые попробовавший себя в театре. Мало кто верит в успех его работы, но Линда проникается к нему симпатией. После ряда трудностей, постановка всё же доживает до назначенной премьеры и даже становится новым бродвейским хитом. Затем, Гейлорд и Линда женятся и образуют популярный творческий тандем.

Он пишет ещё три пьесы (тоже комедий и не менее успешные), а она играет в них на Бродвее. Однажды, будучи уже знаменитым драматургом, Гейлорд знакомится с Амандой Свифт (Женевьева Тобин) – светской кокеткой и женой успешного банкира Фило Свифта (Чарльз Рагглз). Та признаёт за ним бесспорный талант, но считает, что он растрачивает его впустую, работая над комедиями. Воодушевившись словами Аманды (да и не только ими), Гейлорд начинает писать трагедию, но вот роли для Линды в ней не находится, и теперь творческий и семейный союз супругов оказывается под угрозой…




Скажите, вам знакомо такое вот чувство: вы смотрите фильм, который когда-то вам нравился (или больше, чем нравился), но сейчас, при его повторном пересмотре, у вас в голове появляются одни вопросы, основной среди которых: «И что же я в этом раньше находил(а)»? Думаю, что знакомо – со мною, к примеру, такое случалось после пересмотра всем известной комедии «В джазе только девушки» (1959) и трилогии «Назад в будущее» (1985-1990).

Что касается «Нет времени…», то оно мне при первом просмотре «просто понравилось» (но не более того), однако, после второго лицезрения данной постановки Уильяма Кили, мнение о ней у меня изменилось и теперь его можно выразить несколькими словами, вроде: «Так себе, ничего особенного». Впрочем, вряд ли от меня читатели блога ждут именно «несколько слов», но я всё же постараюсь сегодня не растягивать свой обзор на десятки страниц. Ну, а для начала – немного истории.

Изначально, «No Time for Comedy» являлось пьесой Сэмюэля Бермана, идущей с 17 апреля 1939 года на Бродвее с Лоуренсом Оливье и Кэтрин Корнелл в ролях Гейлорда Эстербрука и Линды Пэйдж, соответственно (Корнелл была также продюсером театральной постановки пьесы Бермана). И не сказать, чтобы она пользовалась таким уж громким успехом (спектакль прожил 179 показов), но на студии Warner Bros. материалом заинтересовались и решили его экранизировать.




С кандидатурой на роль Эстербрука определились сразу же – им стал Джеймс Стюарт – номинант на премию «Оскар» за 1939 год (сама церемония награждения отгремела, кстати говоря, за 1,5 месяца до начала съёмок «Нет времени…»). В то время он находился буквально в паре шагов от того, чтобы прочно закрепиться в статусе «суперзвезды Голливуда». А вот с поиском исполнительницы роли Линды возникли некоторые трудности.

Поначалу, на это место рассматривалась кандидатура Бетт Дэвис, но потом все согласились с тем, что дуэт Дэвис – Стюарт едва ли будет органично смотреться вместе. О том, почему затем отпала кандидатура Марлен Дитрих, говорить, думаю, не стоит (это станет понятно каждому, кто вспомнит, какие отношения связывали Стюарта и Дитрих годом ранее на съёмках вестерна Джорджа Маршалла «Дестри снова в седле»).

После этого, продюсеры вспомнили о Розалинд Расселл, на тот момент добившейся большого успеха в Голливуде в качестве комической актрисы благодаря удачным ролям в фильмах «Женщины» (1939) и «Его девушка Пятница» (1940) режиссёров Джорджа Кьюкора и Говарда Хоукса, соответственно. Считалось, что роль Линды Пэйдж ей идеально подходит, но окончательно вопрос решило то, что Стюарт и Расселл были дружны между собой с конца 30-х годов, когда участвовали вместе в радиопостановках.




Но несмотря на то, что оба действительно хорошо сработались друг с другом во время съёмок (ходили слухи даже о романе между ними, впрочем, так и оставшиеся неподтверждёнными), выйдя на экраны, «No Time for Comedy» вошло в историю, как не слишком удавшаяся экранизация бродвейского спектакля и не имела большого кассового успеха. Позднее, пьеса не раз будет ставиться в театре, но ни в кино, ни на телевидении о ней больше не вспомнят.

Спустя 14 лет, в 1954 году фильм ещё раз выпустили в прокат под названием «Guy With a Grin» (рабочее название «No Time…» во время съёмок). Сделано это было на волне успеха биографического мюзикла «История Гленна Миллера» (1953) – другой картины с участием Джеймса Стюарта, ставшей хитом проката в этот период. Об истинных причинах этого шага нетрудно догадаться, но и повторный выпуск фильма мало что изменил – и критики, и зрители снова встретили его прохладно, как и ранее.

Тем не менее, саму пьесу в 40-х и 50-х годах активно использовали для радиопостановок. Всего их было осуществлено пять: в 1941 (с Нормой Ширер, Мэри Астор, Уолтером Абелем и Хэтти МакДэниэл), 1942 (с Мелвином Дугласом), в 1946 (с Грегори Пеком), 1947 (с Фредриком Марчем, Флоренс Элдридж и Фрэнсис Фуллер) и 1953 (с Рексом Харрисоном и Лилли Палмер) годах. На этом, собственно, наш небольшой экскурс в историю можно завершить, ну а теперь на очереди – «разбор полётов».

За адаптацию пьесы Сэмюэля Бермана для большого экрана отвечали сценаристы (и братья-близнецы, по совместительству) Джулиус и Филип Эпштейн. Не знаю, насколько они переделали оригинал для экранизации, но итоговый результат производит не слишком радужное впечатление. Начнём с того, что сам сюжет «Нет времени…» едва ли будет близок абсолютно всем категориям зрителей ввиду того, что действие в нём развивается, в основном, в театральном мире.

Однако, главной проблемой истории, показываемой в «No Time…» оказывается то, что она представляет собой довольно странное «лоскутное одеяло» из двух неравнозначных частей, которые не особенно хорошо сочетаются друг с другом при попытке их соединить. Первая часть, где зрителя знакомят с героем Джеймса Стюарта и процессом подготовки его дебютной пьесы к бродвейской премьере, рассказана достаточно живо и интересно, да и не лишена «огонька» и остроумных диалогов.

А вот вторая часть, показывающая перемены в характере драматурга (в худшую сторону), сложности в его отношениях с женой и рабочие проблемы, проиллюстрирована, увы, не столь интересно, а уже куда более тускло и поверхностно, чем хотелось бы (а ведь темы для глубокой проработки материал этой части предлагал очень даже благодатные). Особых откровений, кстати говоря, во второй половине картины также искать не стоит.

Думаю, не нужно быть кандидатом наук, чтобы сообразить, что, и на поприще автора драм и трагедий, и в отношениях с дамой из высшего общества (в исполнении Женевьевы Тобин), у главного героя вряд ли что-то получится, и, в итоге, всё ожидаемо встанет на свои места в его личной и профессиональной жизни. Романтическая линия персонажей Стюарта и Расселл прописана в сценарии довольно скупо и более или менее, но удерживается на плаву лишь благодаря стараниям актёров.




Что касается персонажей, как таковых, то они особых нареканий, в принципе, не вызывают. Разве что, по мнению критиков, самой серьёзной переделке подвергся характер центрального персонажа – драматурга Эстербрука. Возможно, это так и есть, поскольку Лоуренс Оливье и Джеймс Стюарт, сыгравшие эту роль на сцене и в кино, соответственно, обычно воплощали на протяжение своих актёрских карьер достаточно разные амплуа, между которыми всегда было не слишком-то много общего.

Разумеется, что могло легко подойти Оливье, то едва ли годилось для Стюарта. Особенно, это заметно во второй части фильма, где последнему пришлось играть уже пресытившегося славой, скучающего и выпивающего человека, изменяющего своей супруге-актрисе с кокетливой женой банкира («вдохновившей» нашего писателя на новые свершения). Это вполне ожидаемо от Оливье, но не думаю, что в 1940 году кто-то ждал такого от Стюарта.

В то же время, первая половина «Нет времени…» показывает нам немного наивного, но простого и честного человека из провинции, приехавшего покорять Бродвей. Вдобавок, к нему проникается симпатией циничная звезда Бродвея и даже влюбляется в него (на какую из предыдущих кинолент Стюарта эти сценарные пассажи похожи, равно, как и в исполнении кого из двух вышеуказанных актёров их привычней видеть, догадайтесь сами!).

Режиссура Уильяма Кили довольно стандартна и никак не исправляет недостатки сценария, хотя и не делает всё хуже, чем могло быть. Если в первые 40 минут «No Time…» смотрится бодро и с интересом, то затем темп постановки начинает замедляться, а потом и вовсе провисает, причём настолько, что после первого часа фильм нередко вызывает зевоту (хотя, очень неплохая концовка всё же немного спасает положение).

Актёрский состав «No Time for Comedy» производит весьма неоднозначное впечатление. О персонаже Джеймса Стюарта мы уже поговорили выше, а теперь – пару слов о том, как он его сыграл. И тут впечатление тоже довольно, скажем так, половинчатое. Если в первой части к актёру нареканий нет, то во второй половине он уже далеко не столь убедителен, несмотря на все его старания.

Да, в целом всё неплохо, но больше цинизма и жёсткости в демонстрации отрицательных сторон натуры главного героя не помешало бы. Розалинд Расселл с ролью актрисы Линды Пэйдж повезло больше – её сценаристы прописали более удачно и она с ней вполне хорошо справляется. Одно «но» – в дуэте Расселл с Джеймсом Стюартом не наблюдается той же «искры» и сыгранности, которая была у последнего ранее с такими партнёршами, как Уэнди Барри («Скорость», 1936), Джинджер Роджерс («Оживлённая леди», 1938) и Клодетт Кольбер («Этот замечательный мир», 1939).




Заслуживает похвалы Эллин Джослин, в роли крикливого и язвительного режиссёра. Очень забавна темнокожая актриса Луиз Биверс в качестве саркастичной служанки героини Розалинд Расселл, иногда играющей вместе со своей хозяйкой в театре. Слишком скучна и искусственна Женевьева Тобин в роли жены банкира, вдохновившей драматурга на написание трагедии, а вот Чарльз Рагглз в качестве самого банкира, наоборот, весьма естественен и органичен.



В заключении, хочется отметить, что Уильям Кили снял вполне проходной фильм, который мог бы быть куда лучше, чем вышел в итоге. У «No Time for Comedy» было очень хорошее начало (со столь же хорошо заданным первой половиной ритмом), но удержать этот баланс до самого конца создателям не удалось, в чём далеко не последнюю роль сыграли некоторые актёрские несоответствия ролям. К просмотру данную киноленту можно порекомендовать или любителям голливудских фильмов 1930-х и 40-х годов, или почитателям талантов задействованных в ней актёров. На этом у меня всё – благодарю за внимание!

6 из 10

@темы: 1930-е, "6", Интересное

07:35 

Четвёртый и последний фильм дуэта Джеймс Стюарт – Маргарет Саллаван!

«Hooray for Hollywood»


Мы продолжаем путешествовать по фильмографии Джеймса Стюарта и далее, прямо по курсу, у нас идёт фильм, в котором состоялась его финальная встреча на одной съёмочной площадке с актрисой Маргарет Саллаван (прежде Стюарт уже снимался с ней трижды, в том числе, и в «Магазинчике за углом» Любича, разбираемом в предыдущем отзыве). В данном же случае, речь пойдёт об «антифашистской» драме режиссёра Фрэнка Борзеги «Смертельный шторм» (1940) (производство студии MGM).

Но, в отличие от предыдущих работ дуэта Стюарт – Саллаван, «… шторм» был неоднозначно встречен критиками и с треском провалился в прокате. Впрочем, обо всём по порядку и для начала – несколько слов о сюжете фильма. Сюжет: Место действия – небольшой городок где-то недалеко от Немецких Альп, время – зима 1933 года. Здесь живёт семья профессора Рота (Фрэнк Морган), преподающего биологию в местном университете.

В день празднования его 60-летия по радио объявляют о том, что Гитлер стал канцлером Германии, но эту новость в семье каждый принимает по-разному. Приёмные сыновья профессора – Отто (Роберт Стэк) и Эрих (Уильям Т. Орр), а также его студент Фриц (Роберт Янг) воодушевляются услышанным и, рисуя перед собой крайне преувеличенные радужные перспективы о «новом мире», становятся на сторону новой власти, вступают в нацистскую партию и записываются в гестапо.

Более настороженно приход Гитлера к власти воспринимают дочь Рота (и, одновременно с этим, невеста Фрица) – Фрея (Маргарет Саллаван) и друг семьи, живущий неподалёку от них фермер Мартин Брайтнер (Джеймс Стюарт), тайно влюблённый в девушку. Через некоторое время Фрея разрывает свою помолвку с Фрицем, увидев его истинную натуру, и понимает, что тоже любит Мартина. Также, после ряда событий, становится ясно, что от нацистов не стоит ждать ничего хорошего…

Итак, «Смертельный шторм» был снят на основе популярного (на момент выхода в печать) одноимённого романа 1938 года авторства британской писательницы Филлис Боттом. Его экранизация, как уже говорилось выше, не имела никакого успеха в прокате и не пользовалась большой любовью у рецензентов, но, несмотря на это, оказалась примечательна тем фактом, что являлась одной из первых голливудских кинолент, которые столь открыто и яростно обличали фашизм.

Однако, «… шторм» был именно «одним из первых» в этом своём начинании, и частично пословица «первый блин – комом» всё же отразилась на фильме, хотя, и не в столь угрожающей форме, как часто бывает в таких случаях. За сценарий картины по роману Боттом, согласно данным, отвечало три человека: Клодин Уэст, Ганс Рамо (в титрах – Андерсен Эллис) и Джордж Фрёшел. Не знаю, насколько точно итоговый результат соответствовал книге, но, одновременно, и достоинства, и недостатки в работе этой команды есть.

Сначала о плюсах. В первую очередь, стоит отметить, что несмотря на общий «антифашистский» посыл сюжета, зрителю представляют, в общем-то, весьма «камерную» историю, показывая отрицательное влияние фашизма на примере одной отдельно взятой семьи. Эта «камерность», впрочем, не помешает зрителям понять настоящий масштаб ужасов, которые сулило укрепление нацистского режима, даже несмотря на то, что действие, в данном случае, не выходит за рамки небольшого городка в Германии.

Однако, вместе с рьяным и достаточно убедительным обличением фашизма, сценаристы также не смогли избежать и недостатков. Во-первых, персонажи «… шторма» здесь прописаны по принципу одномерной поляризации «хорошие – плохие». Другими словами, если показываются положительные герои – то они непременно будут «положительными» прямо до тошноты, а если уж перед нами предстают отрицательные персонажи – то таковые обязательно окажутся ужасными до отвращения.

Во-вторых, все сюжетные линий в фильме развиваются довольно предсказуемо и откровением для любого прилично насмотренного и начитанного зрителя здесь не станут ни ужесточение порядков во время усиления новой власти, ни разделение семьи, выведенной в центр повествования, на фашистов и антифашистов, ни трагический итог судеб героев Маргарет Саллаван и Фрэнка Моргана.

Ну, а представления голливудских кинематографистов образца 1940 года о немецких концлагерях даже могут вызвать у тех, кто будет смотреть постановку Борзеги, некоторое недоумение. И, в-третьих, как и во всех «пропагандистских» кинолентах (а именно таковой «… шторм» и является, какими бы благими целями при создании картины не руководствовались её создатели), здесь не обошлось без небольшого перегиба с пафосом и сентиментальностью (впрочем, традиционными для таких сюжетов).

Режиссура Фрэнка Борзеги заслуживает похвалы. Несмотря на определённые недостатки исходного материала, постановщику удаётся сделать их как можно менее значимыми, добавив в фильм неподдельный драматизм (чему немало помогает и соответствующее конкретным ситуациям музыкальное сопровождение) и создав очень мрачную атмосферу, в общем-то, идеально подходящую для сюжета. Также, Борзеги умело вызывает у зрителя сопереживание по отношению к тем или иным персонажам.

Помимо этого, в некоторых кульминационных сценах (в частности, в финальном обстреле отрядом гестапо героев Саллаван и Джеймса Стюарта) ему даже удаётся взвинтить напряжение, вполне достойное самого Хичкока. Операторская работа Уильяма Х. Дэниелса, Ллойда Кнечтела и Леонарда Смита также заслуживает высокой оценки, хотя, в паре эпизодов, она немного подрывает достоверность происходящего.

К примеру, в сценах катания на лыжах, если присмотреться, хорошо заметно, что сняты виды заснеженных гор отнюдь не в Германии, а в штате Айдахо, в той самой «Солнечной Долине», которая будет годом позже прославлена на весь мир благодаря знаменитому мюзиклу с участием Гленна Миллера и его джазового оркестра. Дело в том, что в самом киномюзикле 1941 года эти виды были сняты в очень похожем ракурсе, что и выдало место истинного происхождения этой съёмки.

Нет, я понимаю, что никакой возможности поехать в саму Германию у съёмочной группы из Голливуда в 1940-м не было вообще, но всё же стоило при монтаже сделать факт того, что работы на натуре проводились именно в «… Долине» не столь очевидным, как это получилось в результате. Впрочем, не все обратят на эти нюансы внимание, что будет правильно, поскольку они здесь и не являются определяющими. Актёрский состав «Смертельного шторма» производит, в целом, хорошее впечатление, но и здесь тоже не обошлось без некоторых недостатков.

Один из них является общим, поскольку распространяется на большую часть исполнителей главных и второстепенных ролей. С учётом того, в какой стране развивались события фильма, актёрам, разумеется, требовалось говорить пусть даже и по-английски, но с немецким акцентом. И здесь актёрский состав условно можно было разделить на три группы. Первая группа – те, кто успешно справился с этой задачей (их не очень много – Фрэнк Морган, Ирен Рич, Дэн Дэйли и Эстер Дэйл).

Вторая группа – те, кто старались, но не особенно преуспели в этом начинании (это – Маргарет Саллаван, Роберт Янг, Бонита Грэнвилл, Уильям Т. Орр и Джин Рейнольдс). Ну, и третья группа – те, кто даже не попытался изобразить немецкое произношение, как таковое (среди них – Джеймс Стюарт, Роберт Стэк и «резавшая ухо» сильным русским акцентом (абсолютно неуместным в данном случае) Мария Успенская). Теперь же, от произношений переходим к самим актёрам.

Записанная на первое место в титрах Маргарет Саллаван вполне убедительно показывала в роли Фреи Рот ожидаемые от неё эмоции, но лучше всего у неё получалось изображать почему-то уныние, грусть, печаль, отчаяние…, в общем, всё, что связано с драмой, а в более «радостных» эпизодах актриса отчего-то сильно терялась. Что касается всеми воспеваемого дуэтного «взаимодействия» Саллаван со Стюартом в кадре – «Магазинчику за углом» (1940) в этом плане повезло больше.

А вот именно в «… шторме» таковое проявилось только «на четвёрку», если оценивать по пятибалльной шкале. Если не считать полного игнорирования необходимости говорить с немецким акцентом, Джеймс Стюарт в качестве друга семьи главной героини, в принципе, был хорош, хотя сама роль ему досталась откровенно плоская и одномерная – исключительно положительный персонаж, отстаивающий то, что правильно.

Надлежащим образом отталкивающим показал Роберт Янг несостоявшегося жениха дочери профессора. Снова, как и в «Магазинчике…», вызывал сильное сопереживание Фрэнк Морган, в этот раз – в качестве жертвы нацистского режима, профессора биологии со своими взглядами на науку и «не арийца» по происхождению (от прямого употребления термина «еврей» в фильме предпочли воздержаться), что, в итоге, и губит его. Исполнение было действительно очень точное и сильное.

А вот кого похвалить не могу, даже если бы и хотела это сделать, так это Роберта Стэка и Марию Успенскую. Мало того, что оба пренебрегли обязанностью изображать нужный для их ролей акцент (Успенская даже не постаралась, играя немку, скрыть своё русское произношение), так ещё и в качестве старшего сына героя Фрэнка Моргана и матери персонажа Джеймса Стюарта, соответственно, они были откровенно скучны и неинтересны.

Куда ярче смотрелись Уильям Т. Орр и Джин Рейнольдс, игравшие роли младших сыновей профессора. То же самое можно сказать о Боните Грэнвилл (девчонка с фермы, безответно влюблённая в фермера в исполнении Стюарта), Ирен Рич (жена профессора Рота), Эстер Дэйл (домработница в доме профессора) и Дэне Дэйли (один из студентов, а также – задиристый сторонник фашизма). Для последнего роль в этой драме стала кино-дебютом, но позднее, со второй половины 40-х он будет прочно ассоциироваться в Голливуде с жанром мюзикла.

В заключении, остаётся отметить, что Фрэнк Борзеги снял довольно любопытный фильм, который едва ли можно назвать «шедевром на все времена», но, тем не менее, он заслуживает внимания, несмотря на некоторые его недостатки. Спросите, кому можно это рекомендовать для просмотра? Что ж, почитателям задействованных в «… шторме» актёров (или режиссёра, снявшего эту киноленту), интересующимся всемирной историей XX века и любителям киноклассики Голливуда данная постановка, возможно, будет интересна.

Однако, сразу хочу предупредить – «Смертельный шторм» Борзеги, ввиду его мрачной атмосферы повествования, однозначно, нельзя отнести к числу тех фильмов, которые можно смотреть, что называется, «с лёту». Поэтому, перед его просмотром зрителю лучше заранее осознавать, с чем ему предстоит иметь дело, какую тему это кино будет затрагивать, и как она будет подаваться на экране. В противном случае, возможно всякое. Ну, а у меня на этой неделе всё – благодарю за внимание!

7 из 10

@темы: Разное, 1930-е, "7"

00:01 

Романы по переписке в понимании тех, кто жил в 30-х годах прошлого столетия…

«Hooray for Hollywood»


Мы продолжаем наше «плавание» по фильмографии Джеймса Стюарта, и теперь у нас на календаре наступил уже 1940 год, который в творческой биографии актёра оказался не менее плодотворным, чем предыдущий, 1939-й. И фильмом, открывшим этот год в его карьере, стала рождественская романтическая комедия Эрнста Любича «Магазинчик за углом» (производства студии MGM), где Стюарт уже в третий раз снимался в паре с Маргарет Саллаван.

Сюжет: Приблизительно середина 30-х годов, Венгрия, Будапешт. На одной из улиц города расположен небольшой галантерейный магазин, принадлежащий Хьюго Матучеку (Фрэнк Морган). На протяжении девяти лет у него работает Альфред Кралик (Джеймс Стюарт), ныне – в качестве старшего продавца, но в последнее время Матучек стал относиться к своему работнику значительно холоднее, чем прежде, и Альфред никак не может понять, в чём причина такой перемены.

Однажды, в магазин приходит девушка по имени Клара Новак (Маргарет Саллаван) в надежде, что её возьмут работать сюда продавщицей. Поначалу Кларе отказывают, но после того, как ей удаётся «невозможное» (продать по двойной цене никому не нужную сигаретницу, выдав таковую за «особую шкатулку для конфет»), девушку принимают на работу. Правда, найти общего языка между собой Альфреду и Кларе не удаётся с самого начала, из-за чего они постоянно ссорятся. Оба абсолютно не подозревают, что «заочно» уже практически влюблены друг в друга: молодые люди давно состоят в переписке, а объединяет их общий почтовый ящик под № 237…

Что ж, перед нашим традиционным «разбором полётов» предлагаю ненадолго углубиться в историю. Начнём с того, что первоисточником для «Магазинчика за углом» послужила пьеса под названием «Парфюмерия» («Parfumerie», оригинальное венгерское название – «Illatszertár»), созданная в 1936 году американским драматургом венгерского происхождения Миклошем Ласло. Эта пьеса оказалась довольно востребованной и, впоследствии, неоднократно использовалась для постановок в кино, театре, на радио и телевидении.

«Магазинчику…» Эрнста Любича, которому и посвящён данный отзыв, довелось стать её первой киноверсией. Фильм был хорошо принят зрителями и рецензентами, и на волне этого успеха его трижды адаптировали под радиопостановки, а именно: с Джеймсом Стюартом и Маргарет Саллаван (1940), с Клодетт Кольбер и Доном Амичи (1941), а также Ваном Джонсоном и Филлис Такстер (1945). Затем, в 1949 году на студии MGM пьеса Ласло была снова экранизирована.

Режиссёром нового варианта выступил Роберт З. Леонард, снявший на основе этого сюжета мюзикл «Старым добрым летом» с Джуди Гарленд и Ваном Джонсоном в главных ролях (последний повторил в «… лете» свою роль с радио). Сценарий киномюзикла, в целом, мало чем отличался от картины Любича – среди немногочисленных корректив, помимо наличия другого актёрского состава, цветной плёнки и, собственно, песен, также можно назвать перемену места и времени действия, происходящего в кадре.

Теперь, вместо галантерейного (в пьесе – парфюмерного) магазина в Будапеште конца 1930-х годов зритель видел музыкальный магазин в Чикаго периода 1890-х годов. Фильм Леонарда тоже пользовался большим успехом «по обе стороны лагерей» (зрители + критики) и, помимо прочего, запомнился тем фактом, что в нём состоялся актёрский дебют для трёхлетней (на момент съёмок) дочери Джуди Гарленд, в будущем, также знаменитой американской актрисы и певицы – Лайзы Миннелли.

В 1963 году «Парфюмерия» была впервые представлена на сцене музыкального театра, а точнее – в виде бродвейского мюзикла «Она меня любит» («She Loves Me»), выдержавшего 302 представления в первой его постановке. С тех пор он неоднократно ставился как в США, так и в Европе (к примеру, с 25 ноября этого года шоу стартовало на лондонской сцене). Мюзикл был максимально приближен в плане сюжетной фабулы к тексту пьесы Ласло и фильму Любича одновременно (то есть, происходящее снова развивалось в одном из галантерейных магазинов Будапешта в конце 30-х).

В 1978 году «She Loves Me» экранизировали для британского телевидения (запись этой телеверсии существует и в наши дни – при желании, её легко можно найти на YouTube). Ну и, наконец, в 1998 году на экраны выходит третья киноверсия всем известного (к тому времени) сюжета – фильм Норы Эфрон «Вам письмо» (производства студии Warner Bros.), где главные роли сыграли Том Хэнкс и Мэг Райан.

Учитывая год выпуска, без нововведений здесь также не обошлось, как и в случае со «Старым добрым летом» – отныне история «романа по переписке» разворачивалась на Манхэттене в конце 1990-х, а ведущие персонажи «общались» друг с другом уже посредством электронной почты (прогресс, что и говорить!) и, по-прежнему, ссорились в реальной жизни. Как и в случае с первыми двумя фильмами, кинолента Эфрон тоже принесла хорошие кассовые сборы (в финансовом плане, пьеса Ласло, очевидно, даже в XXI веке будет оставаться беспроигрышной!).

Но, несмотря на это, сегодня среди киноманов к «Вам письмо» принято относиться гораздо более сдержанно, чем к комедии с Джеймсом Стюартом или мюзиклу с Джуди Гарленд, о чём можно судить хотя бы даже из средней оценки каждого из этих трёх фильмов на сайтах, посвящённых кино (вроде IMDB, к примеру). В упоминании малозаметных телефильмов и сериалов, которые, так или иначе, но имели отношение к «Парфюмерии», вряд ли есть смысл, поскольку, наверняка, мало кто вообще имеет даже малейшее представление об их существовании.

На этом данный исторический экскурс можно считать оконченным и теперь у нас на очереди «разбор полётов». Итак, за адаптацию вышеупомянутой пьесы Миклоша Ласло для «Магазинчика…» отвечали сценаристы Самсон Рэфелсон и Бен Хект. Сложно сказать, насколько их дуэт придерживался первоисточника, но с сюжетной точки зрения, благодаря их работе, фильм интересен тем, что он смотрится довольно необычно в контрасте с другими картинами ведущих режиссёров Голливуда конца 30-х годов.

В отличие от как снятой Любичем годом ранее «Ниночки» (1939), так и от созданных им комедий в первой половине 1940-х (не говоря уже про фильмы Капры, Уайлера, Хоукса и других популярных в то время постановщиков), «Магазинчик за углом» абсолютно не ставит перед собой никаких активных целей. То есть, он не стремится агитировать (ни за, ни против чего-либо), критиковать, обличать или разоблачать (что-то или кого-то), а также обходится без всяческого пафоса и нравоучительности, что радует.

Вместо этого, зрителю предлагается наблюдать за вполне простой историей, которая может и не станет для него откровением, но, вместе с тем, обладает своим особым очарованием. Это и заставляет закрыть глаза на все возможные нюансы и недочёты, хотя без них тут всё же не обошлось (например, иногда действие развивается слишком прямолинейно и предсказуемо). Основных сюжетных линий в «Магазинчике…» две (обе очень гармонично сосуществуют в сценарии вместе, не мешая друг другу): сложные отношения героев Джеймса Стюарта и Маргарет Саллаван и драматичные обстоятельства краха семейной жизни у персонажа Фрэнка Моргана.

Всё эти события происходят в процессе повседневных рабочих будней галантерейного магазина, где, кстати, и развивается 90% сюжета. Вот с этого момента и стоит начать говорить о режиссуре Эрнста Любича, поскольку благодаря постановщику, несмотря на вышесказанное, фильм не кажется слишком театральным (как можно было бы ожидать от экранизации пьесы), а наоборот – выглядит очень искренним, естественным и реалистичным. Думаю, что некоторые, при желании, вполне могут найти совпадения в ситуациях, описанных в фильме со случаями, которые с кем-то вполне могли произойти в реальной жизни.

В этом тоже есть заслуга сценария (всё же в последний раз возвращаюсь к нему!), а точнее – персонажей, которые здесь прописаны таким образом, что смотрятся не набором штампов и шаблонов, как это часто бывает в таких случаях, а вполне живыми людьми со своими заботами, проблемами и радостями. Не исключено, что зрители вполне могли в конце 30-х и начале 40-х годов как идентифицировать себя с главными и второстепенными героями фильма, так и узнавать в них своих родственников, друзей и знакомых (а кто-то, наверное, узнаёт и сегодня).

Окончательно переходя к режиссуре, отмечу, что помимо естественности в достоинства работы Любича также стоит отнести создание в картине, если можно так выразиться, «тёплой» (или «доверительной» – не знаю, что тут будет вернее) атмосферы, когда проникаться событиями, происходящими в жизни персонажей, не мешает даже небольшая предсказуемость и линейность сюжетных поворотов. А удаётся это, кстати говоря, далеко не каждому режиссёру.

Ещё один момент, благодаря которому сегодня «Магазинчик…» смотрится очень современно, несмотря на годы, был отмечен кинокритиком Жаком Лурселлем в своей рецензии на данную киноленту и здесь, я думаю, лучше всего будет предоставить слово уже ему самому. По мнению Лурселля, «… успехом фильм обязан, конечно же, таланту своих создателей, но кроме того – обстоятельствам: удивительно верному описанию непрочности социального положения героев и смутной угрозы, нависшей над их работой и над ними самими.

Стоит отметить, что ни одному современному фильму не удается с такой человечностью изобразить страх общества перед безработицей». К этому можно добавить, что спустя 76 лет после своего выхода на экраны эта комедия Любича, несмотря на её «рождественский» дух и традиционный хэппи-энд оставляет немного тревожное впечатление (которое, впрочем, не является её недостатком). Во-первых, дальнейшая судьба владельца магазина (в исполнении Фрэнка Моргана) выглядит довольно неоднозначной и финальный пассаж сценаристов эту неоднозначность не устраняет.

Ну, а во-вторых – каждый, кто знаком со школьным курсом всемирной истории первой половины XX века, думаю, понимает, что несмотря на экранный хэппи-энд, традиционного «и жили они долго и счастливо» у главных героев, скорее всего, не будет. Ведь место и время действия сюжета, как уже говорилось выше – предвоенный Будапешт конца 30-х годов, и уже через несколько лет одна из самых страшных войн в истории человечества перечеркнёт абсолютно всё, что было до неё и ничто в их жизни уже не будет, как прежде.

Впрочем, это только я углубляюсь во все подтексты такого типа, а вот «менее извращённым» (шучу!) зрителям при просмотре «Магазинчика за углом» этого делать не стоит ни в коем случае. Напоследок же остаётся сказать несколько слов о самых заметных участниках из актёрского состава фильма (который произвёл положительное впечатление). Можно сказать, что Маргарет Саллаван (получила роль вместо Долли Хаас и Джанет Гейнор) в качестве Клары Новак была, в принципе, хороша.




Но наблюдая за ней, периодически сложно было отделаться от ощущения, что Саллаван играет так, словно её снимают в драме, хотя фильм являлся рождественской комедией. Да, без определённой доли драматизма здесь не обходится, но героини Маргарет эти перипетии по сюжету никак не касаются. Впрочем, заигрывалась она здесь не так уж и часто, да и основной картины не портила. Что касается воспеваемой всеми кинокритиками экранной «химии» тандема Джеймс Стюарт – Маргарет Саллаван, то да – к третьему их совместному фильму это действительно чувствовалось, и было хорошо заметно.

Переходя к Стюарту, скажу, что он в роли старшего продавца Кралика смотрелся очень мило и был вполне на своём месте, чему не помешала даже его далеко не «венгерская» внешность. Заслуживает высоких оценок и Фрэнк Морган, игравший владельца магазина (мне, честно говоря, со второй половины фильма чисто по-человечески было жаль его персонажа). Ещё выделялся Джозеф Шилдкраут в качестве лицемерного клерка, с которым изменяла герою Моргана его жена (в сюжете она не появляется). Хороши были и остальные актёры второго плана, поэтому я не вижу смысла в том, чтобы акцентировать внимание на каждом из них по отдельности.

Подводя итоги, можно смело констатировать, что Эрнст Любич снял практически идеальный для своего жанра фильм, который, помимо прочих достоинств, кажется ещё и очень, если так можно выразиться, «уютным» – а это, определённо, немаловажно для «новогоднего» кино. Поэтому: любителям голливудской киноклассики 1930-40-х годов, почитателям талантов актёров, задействованных здесь, тем, кому интересно творчество Любича, … да и кому угодно, в общем, «Магазинчик за углом» можно смело рекомендовать к просмотру. На этом у меня всё – благодарю за внимание!

P. S. Не так давно я узнала, что «Магазинчик…» тоже был подвержен колоризации, другими словами, теперь он существует ещё и в цвете. Думается мне, что для фанатов фильма это будет скорее плохая новость, чем хорошая. Впрочем, как знать – может я и ошибаюсь, что скажете?

9 из 10

@темы: "9", 1930-е, Интересное

«Hollywood's Golden Age Classics»

главная