Айзава Коичи шмыгает носом и снимает очки. Айзава Коичи накрывается пледом с головой, пытаясь прикрыть слишком бледную кожу и слишком нежные красные глаза. Айзава Коичи ненавидит солнце. - Нья-ха-хаа... Птичка линяет? - тонкий надменный голосок режет уши, и Коичи отворачивается к стене. Мягкие, вкрадчивые руки пробираются под одеяло, щекочут пятки кончиками маленьких коготков. Коичи не глядя отмахивается рукой, в которой зажат сюрикен. - Как хорошо, что Создатель ко второму разу научился сохранять пиг-мен-та-ци-ю тканей существа, да, Птичка-кун? - интересуется Курокано Шиджима, чересчур старательно выговаривая сложное слово. Она сидит на полу и с удовольствием жмурится, подставляя вздернутый носик солнечным лучам, льющимся из открытого окна. - Убью, кошатина... - стонет Коичи и сворачивается в комок. Мало того, что он получился альбиносом, так еще и абсолютно ночным. Совы ведь не охотятся днем? Шиджима заливисто хохочет и стучит крепкими маленькими кулачками по спинке кровати. Потом вдруг замирает, прислушиваясь, и, мгновенно обернувшись кошкой, бесцеремонно забирается под бок мученику. - Дружки твои идут. И вообще, ты теплый. - шипит она донельзя возмущенному юноше и хватает лапками его руку.