A Batman/Joker slash community

19:01 

Агония, глава 3

ulia-kch
Название: Agony
Автор: wbss21
Переводчик: ulia-kch
Рейтинг: NC-17
Жанр: преслэш, драма, насилие

Моя лень меня когда-нибудь меня прикончит...
Хотела отредактировать первые главы - ага, фигушки)

- Спасибо, Бэтмен, - старший надзиратель Шарп улыбнулся виджиланте, но улыбка получилась лживой и натянутой. – Вы оказываете городу большую услугу.
Бэтмен посмотрел на старика, неподвижно стоявшего с непоколебимым выражением лица, но ничего не сказал.
Шарп нахмурился.
- Так, хорошо… Вы проверили его на наличие оружия или еще чего-нибудь? – спросил он.
Бэтмен кивнул.
- Он чист.
- Вы уверены? – напирал Шарп.
- Да, - холодно сказал виджиланте.
- Так, очень хорошо… - он повернулся к Джеймисону, крупному мужчине ростом в шесть футов и два дюйма (1) и весом двести сорок пять фунтов (2), кивнув ему.
Охранник закивал в ответ и схватил Джокера за шиворот.
- Пошел, клоун! – рявкнул он, толкнув его вперед.
Бэтмен некоторое время смотрел на это, затем, попрощавшись, развернулся к двери, плащ закружился вокруг него.
Надзиратель некоторое время неодобрительно смотрел на детектива, прежде чем развернуться и последовать за идущим вместе с двумя подчиненными охранником и заключенным.
- Неприемлемо. Какой-то виджиланте ставит себя выше закона, - пробормотал он самому себе. – Должен сказать, что этот дурак нуждается в обучении хорошим манерам.
- Не больше, чем ты, - прервал его мягкий голос, доносившийся спереди.
- Простите?! – выпалил он.
- Твоих манер, доктор, совершенно не хватает, как я погляжу, - Джокер повернулся и посмотрел на надзирателя. – Ты бы лучше осторожничал в том, что говоришь о мыши. Он мой, понял? Только я могу так о нем говорить.
Шарп в течение нескольких секунд, ошарашенный, в полной тишине глазел на безумца, открыв рот, прежде чем громко рассмеяться.
- Вы не в том положении, чтобы ставить условия, мистер Джокер, - сказал он, уходя вперед и шагая в сторону заключенных.
- Ты так думаешь? – насмехался над ним Джокер.
Надзиратель, остановившись, ощетинился.
- Я не думаю, Джокер. Я это знаю! – гневно прошипел он, глядя на сумасшедшего.
Тот улыбнулся.
- Под моим присмотром не будет никаких побегов, - продолжал Шарп. – Это был твой последний побег, я тебе обещаю.
- И ты в это веришь? – с деланным изумлением сказал Джокер. – Честное слово, тебя мучают заблуждения.
Шарп почувствовал, как в нем кипит кровь, его кулаки невольно сжались.
- ХВАТИТ! – отрезал он. – Я не буду разговаривать о заблуждениях с… с… безумным, ненормальным пациентом!
- Характер, характер… - усмехнулся Джокер. – Может, тебе нужно провериться у доктора, чтобы не оказаться по ту сторону камеры?
Лицо надзирателя покраснело, глаза выпучились. Он глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. В прошлый раз так все и произошло. Безумец своими разговорами доводил его до бешенства, заставляя отказываться от своего дела. А затем он сбежал. Больше он такого не допустит.
Старший надзиратель вздохнул, затем улыбнулся, сжав руку за спиной.
- Вы скоро все увидите, мистер Джокер, - он снова успокоился. Затем посмотрел на Джеймисона с двумя его подчиненными.
- Ведите его к душевой. Вы знаете, что делать.
Здоровяк кивнул, толкая заключенного вперед.
- Ооо, эта неизвестность! – смеялся Джокер за его плечом. – Она меня убивает!
Шарп стоял, наблюдая, его губы поджались в раздражении.
- А может, и не неизвестность, Джокер… - прошептал он, разворачиваясь и направляясь к своему офису.
***
Они, сняв наручники с запястий, толкнули его к стене.
- Так, Джокер, стягивай свои шмотки, - приказал Джеймисон.
- Не нужно торопиться, Джейми-бой! – захихикал Джокер. – У нас много времени.
- Заткнись, клоун! – кто-то из других охранников грубо толкнул его, прижав к стене.
- Робертс! – предупредил его Джеймисон. Затем быстро перевел взгляд на заключенного.
- Джокер, даже не пытайся, - предостерегающе сказал он, хлопнув дубинкой по руке.
- И что заставило вас подумать о том, что я что-то хотел сделать? – улыбался маньяк.
- Джокер, раздевайся! – голос охранника повысился. Он начинал терять терпение.
Тот пожал плечами, снимая пиджак. Видимо, Джеймисону показалось, что он делал это слишком медленно, потому что мгновением спустя тот схватил его, развернул и толкнул так, что он пролетел через стерильный, белый пол, потерял равновесие и упал. Он посмотрел вверх. Очень вовремя, поскольку три охранника уже шли к нему.
- Мальчики, почему так грубо? – засмеялся он, вставая. – Я понимаю, что вы нетерпеливы, но давайте будем благоразумными.
- Держите его, - приказал Джеймисон, когда они подошли ближе, двое охранников схватили Джокера за руки и подняли. Тот не пытался бороться, но продолжал смеяться, когда Джеймисон грубо стягивал с него одежду и толкал под душ.
- Да уж, давненько я этого не делал, - Джокер продолжал безумно смеяться, напор ледяной воды усиливался. Он насквозь промок, но даже не вздрогнул.
Вдруг он почувствовал, что его жестко прижали к стене чем-то большим, а рука сильно давит на затылок.
Он почувствовал горячее дыхание возле своего уха, и послышался голос Джеймисона, шепчущего:
- Слушай меня, клоун, и слушай внимательно. Надзиратель сказал, что мы должны тебя обработать по особому разряду, новый протокол и все такое, - послышался смех. – Это значит то, что мы только начинаем развлекаться. Понял? Ты слишком часто отсюда сбегал, урод, и боссу это не нравится. Так что он собирается предоставить нам некоторую свободу действий, дать нам некоторые дополнительные привилегии, немного помочь, ты понимаешь, держать тебя в узде.
Джокера оттолкнули от стены, развернули и толкнули обратно. Джеймисон прижал дубинку к его горлу.
- Увидимся после осмотра, - он улыбнулся.
Джокер некоторое время смотрел на него, затем внезапно вцепился ему в голову, пальцы до боли зарылись в скальп, он вцепился в волосы так крепко, как только мог и ударил коленом Джеймисону в живот, отбросив его от себя и заодно вырвав клочки волос. Охранник вскрикнул от боли, а заключенный, не теряя времени, ударил коленом ему в лицо, уронив на спину, прежде чем прыгнуть на него. Джокер обхватил ручищами лицо Джеймисона и прижал большие пальцы к глазам, оскалившись в сосредоточенности и отвращении. Было очевидно, что маньяк хотел сделать. Охранник громко закричал, и несколько секунд спустя Джокера оттащили от Джеймисона и с силой бросили на пол, избивая его толстыми пластиковыми дубинками.
Джеймисон пытался встать на колени, его руки прижались к лицу.
- О Боже, я не вижу! Я НИЧЕГО НЕ ВИЖУ! – кричал он.
Робертс обернулся.
- О, Господи… - ахнул он, прижав руку ко рту.
Третий охранник молчал, потрясенный увиденным.
Кровь стекала по лицу главного охранника, выплескиваясь оттуда, где должны были быть глаза.
Вдруг комнату наполнил мужской крик, смешанный со смехом: Джокер, в истерике, перевернулся на спину.
Робертс, дрожа, потянулся к рации.
- К-красный код! Красный код! Д-душевые в восточном крыле! У н-нас чрезвычайная ситуация!
Смех Джокера становился все громче, сам клоун уже сидел на коленях.
Несколько минут спустя комнату заполнили охранники, медсестры и доктора, стоявшие с выражением ужаса на лицах.
Джокера быстро заковали в наручники и выталкивали из комнаты, держа его под дулом пистолета. Когда безумец шел мимо кричащего охранника, окруженного пытающимися помочь различными медицинскими кадрами, он посмотрел на него и сказал:
- Ну, не знаю, как насчет них, Джейми-бой, но ты явно никого не увидишь после осмотра. Или никогда, если уж на то пошло! – он снова засмеялся. И продолжал смеяться, когда его ударили сзади и поставили на колени.
- Свяжите его! СВЯЖИТЕ ЕГО! – в смятении кричал старший надзиратель Шарп.
Несколько охранников и медсестер боролись с Джокером, пытаясь привязать его к каталке. Им требовались немалые усилия, чтобы просто держать его, толкающегося и сражающегося.
- Ноги, идиоты! Держите его за ноги! – Шарп уже потерял самообладание.
- Ааа! – медсестра повернулась, держась за лицо и крича от боли в глазу.
Наконец, пять минут спустя, охранники умудрились-таки связать руки и ноги безумца, и надзиратель подошел к нему, держа в руках шприц.
- То, что вы сделали, мистер Джокер, было неприемлемо, - начал он.
Джокер злобно смотрел на него с не покидающей его улыбкой на лице.
- И, боюсь, нам придется показать вам, почему.
Шарп выстрелил жидкостью из иглы шприца перед тем, как приблизиться. Джокер яростно дернулся, но его быстро удержал персонал, Шарп схватил руку заключенного, вонзая в нее кончик иглы.
Джокер начал смеяться, почувствовав, как тепло разлилось по его телу, но наступила вялость, веки потяжелели. Он не отводил глаз от надзирателя, даже видя черные круги перед глазами. В следующий момент он упал без сознания.
***
Он очнулся уже в своей камере, в смирительной рубашке.
Несколько минут он пытался восстановить зрение и, когда это, наконец, получилось, посмотрел на себя.
- Хм, новый дизайн? – сдержанно проговорил он вслух.
Наверное, каждый раз, когда он был здесь, они испытывали на нем новые смирительные рубашки. И каждый раз он находил способ выпутываться из них. Этот не станет исключением.
Он резво поднялся и в ту же секунду почувствовал настолько сильное головокружение, что едва не упал обратно.
- Вау… - сказал он, подавшись вперед.
Это было странно.
Он помотал головой, пытаясь вернуть равновесие, и внезапно заметил, как потяжелели ноги.
- Хмм…
Когда его наконец перестало «штормить», он подвинулся, чтобы встать с матраса, его ноги коснулись пола. Но когда он попытался встать, колени подкосились, и он неуклюже упал на пол. Не было никаких сил, и он быстро предположил, что, скорее всего, долго был без сознания.
Он сразу заподозрил неладное. Что было последнее, что он помнил? Шарп, идиот, вонзил в него иглу, впрыскивая какое-то успокоительное. Ясно, подумал он, оно явно было не обычным лекарством. Он посмотрел на тяжелую металлическую дверь.
- Ублюдки, - с горечью пробормотал он. Они ввели его в искусственную кому. Он знал это. Он начал задаваться вопросом, как долго был в обмороке. С некоторым усилием ему удалось опереться о локти и отползти, так, чтобы опереться спиной о стену и остаться в сидячем положении. Оттуда он посмотрел в небольшое зарешеченное окошко в верхней части двери.
- Простите! – попытался крикнуть он, но голос больше походил на карканье или шепот. - Черт, - он громко прокашлялся.
Он снова попытался кого-нибудь позвать, но его голосу еще не хватало силы. Ему потребовалось несколько минут, чтобы прочистить и промочить горло, которое, как он только сейчас понял, было невероятно сухим, прежде чем он смог добиться нормального по громкости голоса.
- Извините! – наконец заорал он. – Мне интересно, тут случайно не было какой-нибудь немытой мрази?
Он немного подождал, но ответа так и не было. Он закатил глаза.
- Эээээээээээээй! Мне нужна помощь!
Но в ответ была только тишина.
Он выдохнул через нос.
- Пре-крас-но…
Вдруг он услышал дребезжание в замочной скважине и усмехнулся про себя. Они даже не утруждали себя приказом стоять у стены. Думали, что он не опасен просто из-за того, что не мог стоять. Наверное, он мог бы вцепиться зубами в одну из этих льстивых свиней. Дверь резко открылась, и показалась группа из трех крупных охранников, держащих в руках дубинки. Он ухмыльнулся им.
- Ну, привет, мальчики! – сказал он. – Услышали, наконец!
Они подошли к нему, и, пока он говорил, Шарп, находящийся за их спинами, шагнул в комнату.
- Надзиратель Шарп! – как будто волнуясь, воскликнул он. – Какой приятный сюрприз!
Старик улыбнулся.
- Тоже рад тебя видеть, Джокер, - он сжал руки за спиной. – Вижу, тебе все же удалось хоть немного пошевелиться. Это, я думаю, было довольно сложно, не так ли?
Джокер продолжал ухмыляться.
- Ах, ничего такого, чего бы у меня уже не было, - небрежно сказал он.
Надзиратель с презрением смотрел на него.
- Ну, доктор, и долго я был в отключке? Это было хитро – ввести меня в кому.
Шарп выглядел удивленным, но мгновение спустя вернулся к своему обычному поведению, наклонившись к заключенному.
- Знаешь, Джокер, по правде говоря, ты вообще не должен был из нее выходить. Прошла всего лишь неделя. Мы сняли катетер для чистки только час назад. Видишь ли, мы не хотели выводить тебя из нее, пока не разобрались бы в том, как эффективнее продолжить новый план твоего лечения, – он улыбнулся. – Может быть, у тебя ненормальный химический баланс, хмм? Это тебя и вывело.
Джокер холодно смотрел на него.
- Может… - сказал он.
Они несколько секунд смотрели друг на друга в тишине, пока Джокер наконец не засмеялся.
- Как бы все это не было увлекательно, Шарпи, я все же надеюсь на стаканчик воды. В горле абсолютно пересохло, как ты, я думаю, можешь представить.
Надзиратель улыбнулся.
- Да, ну… - начал он, выпрямляясь. – Боюсь, Джокер, это помешает нашей цели.
Выражение лица заключенного внезапно стало тревожным.
- Оно может помешать твоей цели, доктор, зато послужит моей. И если ты знаешь, что хорошо для тебя, то будешь…
- Джентльмены, - прерывая Джокера, улыбнулся Шарп.
Охранники двинулись вперед, и Джокер мгновенно почувствовал, как жесткая пластиковая дубинка треснула его по лицу, откинув его в сторону. Он едва успел понять, что произошло, как все трое начали избивать его своими дубинами. Сильно избивать. Так, когда он в первый раз приехал в Аркхэм, и охрана еще не знала, как плохо это потом отразится на их здоровье. Он даже ничего не делал, чтобы их спровоцировать.
Ему нравилось, когда его бьют, но только тогда, когда он этого заслуживал.
Это раздражало.
Они продолжали бить его, не останавливаясь, пока Шарп не приказал им остановиться.
- Робертс, я же тебе говорил: не по лицу, - услышал он голос надзирателя.
- Ооо, т-так в этом вся идея? – сказал Джокер, переворачиваясь на спину и смеясь. – Не хочешь, чтобы это заметили менее в-внимательные друзья? Если бы они узнали о твоих новых порядках, это могло бы спровоцировать б-бунт.
Шарп нахмурился.
- Стивенсон, принеси мне воды.
- Но сэр… - запротестовал охранник.
- Просто сделай это, Стивенсон! – яростно выпалил его начальник.
Охранник поспешил выполнить приказ, выскакивая из камеры.
Джокер продолжал пристально смотреть на доктора, облизывая кровь с губ.
- Не так ли, Шарпи? Не в этом ли причина? – продолжал подкалывать он.
Старик пытался его игнорировать, но можно было заметить облегчение на его лице, когда Стивенсон вскоре вернулся со стаканом воды.
- Спасибо, Стивенсон, - сказал он, забирая стакан.
Затем повернулся к Джокеру и подошел к нему.
- Джокер, ты, кажется, хотел воды… - сказал он, нагнувшись. – Так вот тебе вода!
Он внезапно выплеснул жидкость из стакана Джокеру в лицо.
В комнате раздался смех, Шарп, без колебаний присоединившись к нему, самодовольно смотрел на охрану, в то время как вода стекала по лицу заключенного.
Кипящий от злости Джокер вдруг рванулся вперед, впиваясь зубами в лениво болтающуюся руку Шарпа.
Тот закричал, падая назад, его лицо исказилось в ужасе.
- Боже мой, уберите его от меня!
Джокер сжал челюсти так плотно, как только мог, прокусывая руку надзирателя, чьи крики становились все громче и тоньше.
Охранники быстро подошли и, схватив заключенного и бросив его на пол, начали бить его дубинками. На этот раз уже смеялся Джокер, увидев, как Шарп поднимался на ноги, наблюдая с ужасом на лице, как течет кровь из раны на ребре ладони.
- Н-надзиратель Шарп! Вы… Вы в порядке?! – спросил один из мужчин.
- Моя… моя рука! Посмотри, что он сделал с моей рукой! – заорал Шарп, держась за запястье.
Двое других охранников перестали избивать клоуна, поворачиваясь к начальнику лечебницы.
- Б-Боже, мистер Шарп, в-вам нужна медицинская помощь, - сказал Робертс.
Их разрывало от усиливающейся истерики Джокера.
- Конечно, нужна, доктор! – смеялся он. – Может быть инфекция. У меня токсичная кровь, помните? И слюна, наверное, тоже.
Его смех стал еще сильнее, когда он увидел, что краска сошла с лица начальника. Тот приказал охранникам выйти, спешно последовав за ними.
Его веселье продолжалось всю ночь, истерика не прекращалась до утра.
На следующей неделе к нему никто не пришел. Он быстро понял, что его изолировали от других пациентов. Он понял, что они сделали так, чтобы никто не увидел, что с ним сделают.
«Трусы», - подумал он.
В течение этого времени он сумел вернуть к жизни свои ноги. И, хотя его били достаточно жестоко, не было такого, к чему бы он ни привык.
Но его не кормили, не давали ему воды. Он понимал, что они пытались ослабить его, чтобы он не мог сопротивляться. Они явно знали его не слишком хорошо.
На седьмой день, проведенный в одиночестве, он уже почти придумал, как выпутаться из этой новой смирительной рубашки, которую на него надели, но его раздумья прервал шум за дверью: кто-то открывал дверь.
«Замечательно», - подумал он, закатив глаза.
- Отойди, клоун! К стене! – крикнул кто-то через решетку. Кажется, Стивенсон.
Джокер продолжал стоять на месте.
- Джокер, отойди! Иначе заставим!
- Заставляйте, - дерзнул им пациент.
Стивенсон почувствовал, как кровь стынет в жилах. Он нервно обернулся к двум другим охранникам.
- Мы получили приказ, - сказал Робертс.
Остальные все еще выглядели неуверенно.
Робертс закатил глаза.
- Тогда я пойду первым, - сказал он, отстраняя в сторону Стивенсона.
Дверь открылась, и трое крупных мужчин ворвались в камеру, швырнув Джокера к стене.
Черт, если бы у него был еще хотя бы час, он бы избавился от этой рубашки и тогда бы показал этим дилетантам, каким жестоким он может быть.
Они развернули его так, что лицо сейчас прижималось к холодному бетону, и вскоре он почувствовал, как что-то обернулось вокруг шеи. Он быстро догадался, что это был один из их ошейников с прикрепленной к нему длинной палкой.
Затем его снова развернули и потянули в сторону выхода.
- Итак… - начал он, обращаясь к охранникам. – Мальчики, куда мы идем? Пытливые умы хотят узнать.
- Заткнись, урод! – один из них толкнул его сзади.
- Какие манеры! – рассмеялся Джокер. – Твоя мама тебя вообще воспитывала?
- Я сказал, заткнись!
- Эрик! Хватит! Ты же знаешь, что сказал босс.
- Да… ладно… - пробормотал охранник.
- Оххохо! – Джокер рассмеялся. – Никаких разговоров с мистером Мини, да? Он что, боится, что я уговорю одного из вас, жалкие куски плоти, со всем этим покончить? Это, наверное, будет единственное полезное решение, которое кто-то из вас когда-либо принимал, - он хихикнул.
Охранники почувствовали, как кровь закипает в жилах.
- Я тебе покажу, никчемный кусок дерьма! – начал Стивенсон.
- Нет! – остановил его Робертс. – Это то, о чем говорил босс, помнишь? Это именно то, чего хочет клоун!
Стивенсон уставился на него, едва ли не вскипая от злости.
- Ну, давай же, чувак. Ты же понимаешь, что это так.
Стивенсон наконец расслабился.
- Д-да. Хорошо, - сказал он.
Джокер громко вздохнул.
Этот тупой докторишка пытался испортить ему все веселье.
Наконец он пришли к месту назначения, и заключенного, открыв большую металлическую дверь, толкнули в комнату, которую он раньше никогда не видел.
И здесь был старший надзиратель Шарп, сидящий за дубовым столом, опирающийся подбородком о переплетенные пальцы. Он улыбнулся.
- Джокер, так приятно, что ты смог к нам присоединиться, – сказал он, вставая.
Тот злобно смотрел на него.
- О, да с удовольствием, доктор! – ответил он.
Шарп ухмыльнулся.
- Хмм. Я уверен в этом, - сказал он, обходя стол. - Итак, Джокер… - начал он. – Как ты скоро поймешь, мы приготовили нечто особенное, только для тебя. Эксперимент в лечении, если пожелаешь.
- Правда! – улыбался Джокер. – А я-то думал, что мы уже начали!
- Нет… - ответил Шарп. – Нет, это была только прелюдия. Скоро ты все увидишь, - он улыбнулся.
- Увижу сейчас? Захватывающая перспектива! – расхохотался Джокер. – Кстати, как рука? – спросил он, заметив бинты на руке надзирателя.
По тому, как еле заметно изогнулась верхняя губа Шарпа, он понял, что внезапно вспыхнувшая забота о нем надзирателю была неприятна. Этот дурак собирался мучить его, он знал это. Ему было все равно. Он очень скоро выберется отсюда, и тогда покажет этим лопухам и их самодовольному шуту-начальнику всю грандиозность их ошибки.
Шарп отклонился назад.
- Я смотрю, наша новая смирительная рубашка все-таки сработала, - сказал он. – Мы специально ее разработали. Ты первый, кто это носит.
Джокер внезапно громко рассмеялся.
- Тогда вы оцените ее недостатки раньше, чем думаете, - усмехнулся он.
В глазах надзирателя вспыхнуло раздражение, и Джокер понял, что он действительно задел его: никакого веселья старик больше не испытывал.
- Робертс, Стивенсон! – вдруг рявкнул он, не отрывая глаз от заключенного.
Охранники встали по стойке смирно.
- Может, приступим, не так ли?
Это было заранее спланировано. И они явно планировали это вместе: пока двое охранников снимали ошейник с шеи Джокера, третий доставал из-за пояса электрошокер.
Джокер не отрывал своего взгляда от начальника, когда его толкнули в сторону толстого бетонного столба. Одного из опор здания.
- Тебе лучше не пытаться что-нибудь сделать, - Шарп с охранниками приблизились к заключенному, разговаривая с ним. – Или я попрошу Смита использовать на тебе этот шокер, и я не думаю, что тебе ли говорить, какая у него высокая мощность. Один разряд этой штучки – и ты ближайший месяц будешь мочиться в штаны.
Джокер с презрением смотрел на него, пока охранники снимали с него смирительную рубашку, а затем и надетую под ней хлопковую майку, оставляя его торс голым. Его быстро заставили сесть на колени, лицом к колонне, вытянутые вперед руки сковали вокруг нее толстой парой наручников. Они вытянули его руки, как смогли, чтобы лицо и грудь прижимались к бетону, и он не смог пошевелить телом. Он услышал, как открылась и закрылась крышка стола, и несколько секунд спустя надзиратель Шарп появился в зоне видимости. Он держал в руках хлыст.
- Ты знаешь, что это, не так ли? – Шарп наклонился вперед, держа оружие в руках.
Джокер усмехнулся.
- Ну конечно, - как бы твердо ответил он. – У меня очень большой опыт в использовании именно этого приспособления. Хотя сомневаюсь, что ты им пользуешься так же хорошо, как прекрасные роковые красотки, с которыми я часто сталкивался.
- Ну, уверен, что я справлюсь, - возразил Шарп.
- Не сомневаюсь, - быстро ответил Джокер, - но боюсь, что ты будешь очень разочарован результатом.
Надзиратель ушел из поля зрения Джокера, расположившись там.
- Посмотрим, - ответил он. В его голосе ясно слышался гнев. - Ты слишком часто выставлял меня дураком, Джокер, - услышал он крики старика на него. Тот сейчас был в другом конце комнаты. – Но больше такого не будет!
Джокер рассмеялся.
- Шарпи, не надо так драматизировать. Я так делаю со всеми докторами! Просто спроси!
- НИКТО не делает так со мной! – отрезал Шарп.
- Извини, что замечаю очевидное, но, кажется, кто-то уже сделал, - продолжал хихикать заключенный.
- Посмотрим, как тебе будет смешно, когда отведаешь хлыста, Джокер! – кипел Шарп.
- Знаете, доктор, многие пытались избавить меня от моего чувства юмора. И они были более опытными, чем ты. Но все потерпели неудачу.
Надзиратель Шарп был в ярости из-за того, что Джокер, кажется, не чувствовал страха. Он даже не напрягся, хотя знал, что произойдет, и то, что он не мог достать заключенного, очень злило старика.
- О, я увижу тебя кричащим, Джокер, - сказал Шарп так спокойно, как только мог. – Обещаю, ты будешь умолять о пощаде раньше, чем я закончу с тобой.
Джокер только забился в истерике, даже когда услышал первый щелчок хлыста и спустя мгновение почувствовал жгучую боль по спине. Она горела огнем, кожа разрывалась. Мгновение спустя, и хлыст снова коснулся его спины, тот же эффект прошел через его тело, и вскоре он почувствовал влагу собственной крови, стекающей по спине.
И, хотя он слабел, продолжал смеяться до конца, даже после пятнадцатого удара. Он не остановился, даже когда ему нещадно ободрали кожу. До тех пор, пока у надзирателя не осталось сил, чтобы еще раз ударить хлыстом.
Он мог слышать, как старик тяжело дышит за его спиной.
- Э-это в-все, что ты м-можешь, д-доктор? – усмехнулся Джокер, несмотря на жгучую боль.
На несколько секунд в комнате повисла тишина.
- Освободите его, - наконец промолвил Шарп. – И помойте. Не хочу, чтобы распространялась инфекция.
Джокер рассмеялся.
- Забавно, доктор. Я вижу, м-мы оба умудрились с-сохранить наше чувство ю-юмора, - сказал он, пока охрана подходила к нему, чтобы снять наручники.
Они подняли его на ноги за подмышки, прежде чем убрать руки ему за спину и снова застегнуть наручники.
Он продолжал смотреть на надзирателя, когда его выводили из комнаты, не отрывая взгляд до тех пор, пока его не развернули и не вытолкнули за дверь.
Они повели его в душ, находившийся в изолированном крыле. Он чувствовал слабость, ноги тяжелели, у него было такое ощущение, что ему на спину кто-то пролил кислоту, несмотря на то, что ему это нравилось. Но он этого не показывал, всю дорогу продолжая болтать и остроумно оскорблять охранников.
- Заткнись! – сказал Робертс, протолкнув его через дверь, ведущую в душевую. Когда они оказались внутри, его штаны и нижнее белье дернули вниз до самых лодыжек, приказав ему полностью их снять. Он послушался, медленно, и его толкнули к стене.
Он обернулся и увидел, как двое охранников вытаскивают из стены пожарный шланг.
«О, будет весело», - подумал он.
Меньше, чем через минуту, они установили его, и в следующий миг по Джокеру ударила струя ледяной воды. Она была сильной, сбила его с ног, вода еще больше встревожила его раны, наряду с остальной кожей. Кажется, они обливали его почти пять минут, прежде чем, наконец, остановились и подняли его на ноги.
- Еще смеешься, клоун?! - спросил Стивенсон, улыбаясь от вида слабого заключенного, повисшего у них на руках.
Джокер захихикал.
- Конечно, - сказал он, игнорируя невероятную боль.
Стивенсон раздраженно усмехнулся.
- Ладно, давайте уже оденем его и отправим в камеру.
Они одели его обратно в смирительную рубашку, дали ему стакан воды и отпустили. Без еды. Он, наверное, потерял десять или пятнадцать фунтов (3) с того времени, как его сюда привезли, подсчитал он. Он был уверен, что не ел с той ночи, когда был пойман. Они пытались морить его голодом, но оставляли живым довольно долго, чтобы мучить.
«Мило», - подумал он про себя, привалившись к стене. Больно. Но его выражение лица оставалось непоколебимым.
Этой ночью он уже придумал, как вырваться из смирительной рубашки. Но если он хочет сбежать из лечебницы, то придется что-то забрать, либо у одного из охранников, либо у самого Шарпи. Как только он бы это сделал, тут же сбежал бы. Он знал, как убить, казалось бы, самыми безобидными предметами, и достаточно скоро они это заметят, думал он.
Но уже прошла почти неделя, а к нему опять никто не приходил. И сейчас, несмотря на то, что обычно ел очень мало, Джокер чувствовал последствия того, что голодал так долго. Сейчас он казался слабее даже по сравнению с тем состоянием, в каком они притащили его в камеру.
- Ну, добрый вечер, мальчики, - сказал он вошедшим в камеру охранникам хриплым и слабым голосом. – Или сейчас утро? День? Ну вот, как видите, я потерял счет времени.
Никто из них ему не ответил.
- Вот! – Робертс протянул ему стакан воды.
Джокер подозрительно на него посмотрел, но, тем не менее, наклонился и глотнул, когда стакан поднесли к его губам. Было трудно глотать, горло было очень сухим, он почти захлебывался жидкостью. Охранники засмеялись.
Джокер присоединился к ним.
- Я знаю! Это ТАК весело! – еле произнес он сквозь смех. – Как вы думаете это пережить? – он засмеялся еще сильнее.
Все трое гневно смотрели на него, их веселье мигом затихло.
- Мы собирались покормить тебя, клоун. Но сейчас…
- Робертс! – оборвал его голос надзирателя Шарпа, а затем у входа в камеру появился и он сам.
- Покорми его, - сказал он.
- Но, мистер Шарп!
- Просто сделай это!
Охранник, отворачиваясь от Джокера, что-то пробормотал под нос.
- Ладно, Смит, где еда?
- Тут, - другой мужчина подал ему тарелку.
- Это, Джокер, твоя еда. А сейчас открой рот! – он поднял пластиковую вилку с какой-то непонятной массой на ней.
Джокер несколько секунд пристально смотрел на него, прежде чем откусить кусок, не сводя глаз с охранника. Он ненавидел это: подчиняться их требованиям, как корова на привязи. Но он может умереть, если ничего не съест, а он пока не мог себе этого позволить. Ему надо сначала сбежать и отплатить этим олухам той же монетой.
Прошло много времени, прежде чем они закончили. Он ел медленно, осторожно, в то время как охрана и Шарп смотрели на него с дурацким интересом.
К тому времени, как он закончил трапезу, Джокер почувствовал, что его сейчас вырвет. Это был результат того, что он на самом деле уже несколько недель основательно не ел.
- Очень хорошо, - сказал надзиратель. – Теперь побейте его. Сломайте несколько костей.
- Да, сэр, - ответил Робертс, широко ухмыльнувшись, поворачиваясь к заключенному и хлопнув дубинкой о ладонь.
Джокер даже не посмотрел на них, зато не сводил взгляда с доктора, когда тот покидал камеру.
«Жалкая свинья», - подумал он, прежде чем его ударили по плечу. Он мгновенно понял, что ему сломали ключицу. Охранники несколько минут продолжали бить его своими дубинками. В итоге ему сломали правую руку и ногу, прежде чем оставить его.
Он засмеялся, чтобы только отвлечь их. И отвлек. Они обеспокоенно переглянулись, прежде чем, наконец, уйти. Но он был зол. Очень зол. Он не думал, что может это терпеть и дальше. И он просто не стал бы. Он собирался сбежать при первой же возможности, и надеялся оставить после себя очень много разрушений.
И опять прошла неделя, прежде чем к нему пришли. Эта картина становилась до боли предсказуемой.
Он за это время успел освободиться от смирительной рубашки и позволил руке неподвижно болтаться. Но он знал, что они придут, и пока не мог дать им знать, что он смог избавиться от рубашки. Поэтому пришлось обратно влезть в нее, пока этого не увидели. Боль была невероятной. Но в таких случаях он всегда мог с ней поладить. Из-за этого он чувствовал себя живым.
Они пришли, чтобы попробовать на нем электрошоковую терапию. Это уже что-то иное, нежели то, что было раньше. Им пришлось перетащить его в комнату, так как он уже не мог идти сам. Хотя они на это не обращали внимания, когда привязывали его к столу, пропихивая резиновый кляп ему в рот.
Надзиратель Шарп выглядел еще самодовольней, разговаривая с Джокером, как с ребенком, пропуская электрический ток сквозь его голову. Он установил его на максимуме, каждый раз соблюдая пятнадцатисекундный интервал. Глаза Джокера зажмурились, зубы сжались, и он ничего не мог поделать с этими естественными рефлексами.
- Бедный малыш, - Шарп потрепал его по щеке и добавил, - Еще немного. Пора поменять плохую проводку у тебя в голове.
Этот тупица должен умереть. Медленно и мучительно умереть.
Он вырубился почти сразу же, как только вернулся в свою камеру. Он даже не понял, как до этого был в сознании. Но последнее, что он бы сделал – дал бы им увидеть это, тем самым порадовав их.
Так продолжалось еще несколько недель, в течение которых они раз в семь дней приходили к нему, давали мало, очень мало еды и воды, затем применяли электрошок или снова привязывали его к столбу и били хлыстом. Они вводили ему успокоительные, хотя, кроме сонливости, у них не было никакого эффекта.
Так как все еще был в наручниках, у него пока не было возможности подобраться к кому-то из них, и поэтому он не смог ничего украсть. Он с каждым днем все больше расстраивался и слабел. Но понимал, что в ближайшее время нужно что-то сделать, если он хочет сбежать.
Шанс представился ему на четвертом месяце пребывания, когда они пришли за ним, как обычно, раз в неделю, притаскивая его в ту же комнату, где они часто избивали его.
Но в этот раз все было по-другому.
Сломанные кости Джокера наконец срослись. Он давно этого ждал. Они ослабляли необычайно крепкую иммунную систему заключенного. Он мог восстанавливаться от травм и болезней в невероятные сроки. Но они были рядом и наблюдали. Они пока не знали о его способности выпутываться из этой смирительной рубашки, и он мог расслабить туловище, пока их не было.
Когда они вошли в комнату, надзиратель Шарп, как обычно, сидел за дубовым столом. И, как обычно, с самодовольной физиономией. Но Джокер знал, что Шарп был очень разочарован. Он думал, что сломает самого знаменитого пациента Аркхэма, но все равно, с каждыми ударами, или избиением, или шоковой терапией, независимо от того, насколько она была интенсивной, несмотря на то, что они морили его голодом, Джокер никогда не кричал от боли, не молил о пощаде. Он не прогнулся под волей начальника. И Шарп был одновременно разъярен и озадачен этим.
Осматриваясь, Джокер заметил висевшую цепь, кажется, длиной в четыре фута (4) от потолка, которая заканчивалась металлической петлей, и болтавшуюся на ней пару наручников.
Он сразу понял, что они хотят подвесить его за них.
Новый вид пытки. Как удобно, подумал он. Это идеальное прикрытие для его маленького актерского представления, которое он планировал.
- Добрый вечер, Джокер, - поприветствовал его Шарп. – Как ты себя чувствуешь?
Джокер долго смотрел на него.
- Ну, многие думают, что я болен, - он улыбнулся.
Надзиратель секунду непонимающе глазел на него, прежде чем заставить себя засмеяться.
- По-прежнему шутим, да?
- А разве вы не ожидали от меня этого? – спросил Джокер. – Я имею в виду, бросьте!
- Да ну… - улыбнулся Шарп, прежде чем встать, сжав руки за спиной.
- Сегодня мы припасли что-то новенькое, - продолжил он, - и мне интересно, насколько это покажется тебе веселым.
О, Шарпи был явно разочарован, отчаявшись, хотел получить другой эффект, отличный от того, какой всегда получал, и сейчас он позволил себе это показать.
Как идеально.
- Правда? – спросил Джокер. – Потому что я давно хотел тебе сказать, что ты весь прошлый месяц показывал хорошее будущее в комедии.
Старик почувствовал, как к нему подступил жар, кулаки сжались. Он был в ярости, и Джокер мог это видеть. Просто умолял о пощаде. Он бы ему дал ее на короткое время.
- Парни, - надзиратель привлек их внимание, – поднимите его.
Они последовали его приказу, сняв с заключенного смирительную рубашку и подтолкнув его под цепь, подняв руки над головой и застегнув наручники на его запястьях. Теперь Джокер стоял с вытянутыми вверх руками. Из-за своего роста он по-прежнему твердо упирался босыми ногами в пол.
Надзиратель шагнул к нему.
- Удобно? – спросил он, подавшись вперед.
Джокер в ответ только посмотрел на него.
Шарп прокашлялся.
- Видишь это? – он указал в угол комнаты. Джокер продолжал разглядывать старика.
- Итак, - продолжил Шарп, - это деревянные весла. Ну, ты знаешь, вроде тех, которыми гребут в лодках… я подумал, что ты захочешь познакомиться с ними поближе.
Джокер ничего не ответил, продолжая сверлить взглядом старика перед собой.
Наконец, не получив ответа, Шарп повернулся к охранникам, кивнув. Один из них достал резиновый кляп, быстро приблизился к заключенному и засунул этот кляп ему в рот, прежде чем завязать его на затылке. Затем они подошли к веслам, взяв каждый по одному.
- Ну, давайте повеселимся? – надзиратель улыбнулся, встав позади заключенного, окруженного охранниками. – Можете начинать.
Первый удар сломал ему левые ребра. Было больно. Было очень больно. Хотя в своей жизни Джокер испытывал ощущения и похуже. Еще один удар, с другой стороны, и теперь у него переломы по всей грудной клетке. Он резко вдохнул через нос, когда третий удар пришелся на его поясницу. Через несколько минут плечевые суставы начали сильно болеть, кожа на туловище покраснела, покрылась рубцами и кровоточащими ранами, а шарик между его зубов покрылся слюной.
Все это время надзиратель Шарп ходил кругами вокруг него, разговаривая с ним, как будто ему это нравилось, как будто ему было смешно.
Посмотрим, каким смешным будет твое лицо, когда я тебя убью, подумал Джокер, когда его ударили краем весла, попав в солнечное сплетение. Это выбило из него дух, и он опустил голову, едва не хихикнув от острой боли, но успев подавить смех, когда его сзади ударили по лопаткам. Он держал голову опущенной, плотно сжав зубы, пытаясь нормально дышать, сдерживаться. Он так провел целую минуту, пока охранники продолжали последовательно его избивать. Они, наверное, уже переломали ему все ребра, от каждого удара волны боли проходили по всему телу, вплоть до пальцев ног и шеи. Когда он безвольно повис, наклонившись вперед, наручники впились ему в запястья, врезаясь в кожу, кровь медленно стекала по рукам. Это на самом деле было очень тяжело. Конечно, он справится, но его организм был сильно ослаблен из-за недостатка пищи и воды, более того, учитывая, как они жестоко обращались с ним последние несколько месяцев. То, что его обычно не беспокоило, теперь стало большой проблемой. Он понимал, что если бы не удерживающие его цепи, он бы непременно упал на колени. Но все-таки это может только помочь тому, что он собирался сделать. Он точно рассчитал момент, когда один из охранников взмахнул веслом, ударив его в живот, он перестал сдерживать дыхание, с которым до этого боролся, и громко выдохнул.
Это их остановило: они уставились на него.
Вдруг тишину в комнате нарушил жалкий, хнычущий шум.
Надзиратель Шарп шагнул ближе к Джокеру, пристально всматриваясь в него.
- Боже… пожалуйста… - внезапно всхлипнул заключенный. Ему мешал кляп, его голос вышел слабым и сломленным. – П-пожалуйста, остановитесь…
Надзиратель наклонился к нему.
- Что это было? – он посмотрел на Робертса. – Вытащите кляп! – приказал он.
Охранники поспешили выполнить приказ.
Джокер поднял голову. И охранники, и Шарп были шокированы, увидев слезы, катящиеся из глаз безумца.
- П-пожалуйста… - плакал он. – Я не могу… Я не могу больше вынести…
Он выглядел по-настоящему сломленным, голос дрожал и ломался, его лицо исказилось в агонии.
- Я… Умоляю вас, пожалуйста… б-боль…
Надзиратель Шарп не смог сдержать улыбку, быстро расползающуюся по его лицу.
- Так, так, так… - начал он, оглянувшись. – Кажется, мы в кои-то веки чего-то достигли. Терапия, видимо, все же произвела эффект? – спросил он, наклоняясь ближе к заключенному.
Джокер сильнее подался вперед, его голова снова опустилась, а в ответ прозвучали только вырывающиеся из его горла тихие всхлипы, больше похожие на скулеж.
- Ну, джентльмены, думаю, на сегодня достаточно, - начальник отошел назад. Теперь его лицо украшала широкая улыбка, он сжал руки за спиной. – Можете его опустить.
Когда они отстегнули наручники, Джокер сразу же упал на колени, уже не в силах устоять на ногах. Вдруг он подался вперед, схватив надзирателя Шарпа за ноги. Уткнувшись лицом в колени начальника, он громко всхлипывал, дрожа всем телом.
Охранники сразу же двинулись вперед, чтобы отбросить заключенного от своего босса, но Шарп поднял руку, останавливая их.
- Все нормально! – отрезал он, в то время как Джокер начал бормотать себе под нос:
- Умоляю… пожалуйста… больше не бейте меня… пожалуйста… - шептал он.
Надзиратель улыбнулся ему, запустив руку в волосы заключенного и пропуская пальцы через зеленые пряди.
- Ну, ну… Все хорошо. Джокер, я знаю, ты пытался сдерживаться. Я понимаю, тебе было тяжело, - утешал он безумца мягким, успокаивающим голосом, – но это было для твоего же блага, понимаешь?
Джокер кивнул, сильнее ухватившись за ноги старика и уткнувшись в них лицом.
- Тебе нужно было то, что оторвало бы, отвлекло тебя от твоего психоза. И все. Но сейчас все будет в порядке, вот увидишь. Все будет хорошо.
Джокер снова кивнул, его слезы намочили брюки надзирателя.
Так продолжалось несколько минут: Шарп поглаживал рукой волосы пациента, успокаивая его и говоря ему, что он проделал хорошую работу. Джокер отвечал только кивками и всхлипами.
Охранники все еще выглядели ошеломленными, иногда почесывая затылки от удивления и недоверия.
- Они отправят тебя обратно в камеру, хорошо? – наконец сказал Шарп.
Кивок.
- И, пожалуй, мы навестим тебя попозже, с едой и водой. Звучит неплохо, да?
Джокер опять закивал.
- Очень хорошо, - улыбнулся Шарп, переводя взгляд на охрану.
- Можете его забрать.
- Д-да, сэр, - подчинился Робертс.
Трое мужчин подошли к Джокеру, все еще сидевшему внизу, на коленях, около начальника. Взяв под руки, они легко подняли его на ноги. Он не стал бороться или что-то комментировать, только спокойно стоял, пока на него надевали смирительную рубашку.
Когда его выводили из комнаты, Шарп выкрикнул:
- Я попрошу своих людей, чтобы они вечером принесли тебе еду и воду!
- Д-да, начальник, - негромко пробормотал Джокер, - э-это было бы мило.
Шарп улыбнулся, наблюдая за тем, как они выводили заключенного из комнаты, затем удовлетворенно вздохнул, вернулся к своему столу и присел.
Он наконец-то сломал этого ублюдка!
***
Он подождал несколько минут после того, как они притащили его обратно в камеру, затем, убедившись, что охрана ушла, выпутался из рубашки, запустил руку в волосы и резко вздохнул.
- Отвратительно, - пробормотал он. – Он прикоснулся ко мне! – его лицо скривилось в отвращении.
Он ненавидел момент удовлетворения, который дал этому напыщенному идиоту.
Он дал Шарпу насладиться радостью того, что тот увидел его сломленным и плачущим, хотя это была игра, и хорошая игра, позволил он себе заметить. Но его трясло от мысли, что это было еще более болезненным, чем любая физическая боль, которую ему могли бы причинить.
- Ну, это хотя бы того стоило! – рассмеялся он, посмотрев на свою руку, в которой держал авторучку.
Он украл ее из кармана надзирателя. Они этого так и не заметили благодаря скорости и ловкости его волшебных рук. Это, наверное, самый полезный мой навык, подумал он.
Но он был слаб. И это была не игра. Они никогда не сломят его разум, но они сделали достаточно, чтобы чуть не сломить его тело. И он понимал: если он хочет показать ошибку в их методах, ему надо как можно скорее сбежать.
Он посмотрел вверх, на дверь.
Все, что ему надо, видно из зарешеченного окошка. И когда они придут, чтобы его покормить… ну, их будет ждать очень неприятный сюрприз.
Он засмеялся, на лице появилась широкая улыбка, когда он сел напротив койки, прижавшись спиной к стене, смотря на металлическую дверь.
***
- Я не понимаю, почему это босс внезапно решил хорошо обращаться с психом, - пожаловался Смит, когда они стояли у клетки Джокера.
- Да потому что он в кои-то веки сломил клоуна, шизик! – объяснил ему Робертс. – Я не могу в это поверить, но ему удалось. Ты же сам видел, как он ревел, словно ребенок.
- Да, - Смит кивнул.
- О, он получил больше от этой «экспериментальной терапии», чем ожидал, - Робертс засмеялся. – Но сейчас он просто как бы смакует момент. Как и я. Я слишком долго ждал этого дня.
- Ну да, чувак, после того, что он сделал с Джеймисоном…
- Да… И он будет страдать намного больше…
Остальные охранники закивали, пока Робертс вставлял ключ в замок.
- Клоун, ты спишь? – закричал он через решетку, всматриваясь. Но ничего не увидел.
- Эй, клоун! Ты там?
Нет ответа.
- Черт, - прошипел Робертс, поворачивая ключ.
- Что?! – спросил Смит.
- Я не знаю… - ответил тот, открывая дверь.
- Он… его здесь нет!
- Что?!
- Его здесь…
И вдруг Джокер вышел из-за двери.
- Привет, мальчики, - сказал он.
Глаза Робертса в шоке распахнулись, у него был только момент, чтобы переварить увиденное, прежде чем Джокер вонзил авторучку глубоко в сонную артерию и толкнул его к стене, заодно забрав у него дубинку.
Охранник плевался и харкал кровью, его рука потянулась к ручке, гротескно торчавшей из его шеи, его глаза расширились.
- Г-Г-Господи Боже! – Смит попятился назад. Джокер быстро оказался около него, и, прежде чем мужчина успел поднять собственную палку, огреб его дубинкой Робертса по лицу, повалив его на пол. Охранник застонал от боли, ошеломленно и растерянно смотря вверх и увидев, как на него снова падает дубинка. Это было последнее, что он увидел, в то время как Джокер снова и снова бил дубинкой по черепу мужчины, пока тот, наконец, не треснул, и тот перестал двигаться. Все произошло в считанные секунды. Когда безумец оглянулся, то увидел скатившегося на пол Робертса, который трясущимися руками пытался ухватиться за рацию.
- Ай-яй-яй… - Джокер неодобрительно покачал пальцем. - Ты же не хочешь испортить все веселье, не так ли? – он встал перед охранником. – Нет, конечно, нет, - сказал он, размахнувшись дубинкой, шлепнув ей руку охранника и отбив ее подальше от пояса.
- Это моя прощальная вечеринка, - продолжил он. – Но она, как видишь, немного… особенная. Только для нас троих. Остальным придется подождать. Но это же не значит, что мы не сможем насладиться друг другом?
Робертс попытался отползти, и Джокер улыбнулся.
- Вот это дух! – он рассмеялся и, резко взмахнув дубинкой, ударил ей по челюсти умирающего, опрокинув его на спину.
В обычной ситуации Джокер бы с удовольствием немного поиграл с ними, прежде чем добить. Но сейчас не было времени. Ему нужно было уйти быстро, как можно тише, пока не пришла охрана. Ему не хотелось этого признавать, но он был слишком слаб, чтобы справиться с большим числом охранников.
- Скажи «доброй ночи», Слобертс (5). И, прошу тебя, не отчаивайся. К тебе скоро присоединятся твои жена и дочь! Я обещаю.
- Н-н-нет… - слабо простонал охранник.
- О да, - Джокер ухмыльнулся. – Я очень скоро нанесу им визит, так что не тревожься: ваше семейное воссоединение близко!
Робертс снова начал протестовать, но его внезапно прервал быстрый удар маньяка по черепу. Джокер продолжал бить его, пока не убедился, что мужчина был мертв.
- Ахх! Так неприятно расставаться, - он рассмеялся, театрально жестикулируя, - но мне и впрямь нужно идти! Передай привет Дэниэлу, дорогой, хорошо?
Он похлопал по окровавленной щеке Робертса и повернулся к выходу из камеры.
Выглянул в коридор.
Он бы устроил такое шоу из своего побега, что, в конце концов, об этом бы узнала вся лечебница. Но он был в плачевном состоянии и понимал, что придется воспользоваться одним из подземных выходов. Он знал очень много способов сбежать отсюда. Способов, которые еще никто не нашел и, вероятно, никогда не найдет.
Он быстро, но тихо прошел по коридору, осторожно выходя из палаты. Оттуда он поспешно пошагал по этажу. Он был истощен, чувствовал себя на краю гибели. Убийство этих двух охранников – это большее из того, что он мог сделать. Все, сейчас или никогда.
Приблизившись к дальнему правому углу, он остановился и наклонился над отдельной плиткой. Он должен двигаться быстро. На этом этаже, за углом, были и другие охранники, и они в ближайшее время будут проходить здесь. А как только другие поймут, что Робертса и Смита не было слишком долго, то и они прибегут.
Он вцепился пальцами в край плитки, просунув ногти в щель между камнем и поднимая ее. Та поднялась, и под ней оказалась дыра, точнее, грязный туннель. Одиночные камеры находились на очень низком уровне Аркхэма, прямо над основанием здания. Джокер обнаружил этот туннель несколько лет назад, когда пытался осуществить один из своих побегов. Он вообще любил смаковать это, и чаще всего не особо торопился с побегами. Он скользнул внутрь туннеля, хихикая при мысли, что кто-то с более крупными габаритами, чем он, мог бы тут застрять. Дыра, конечно, была тесновата. Поставив плитку на место, он начал ползти вперед. Было темно, как ночью, но он точно знал, куда ведет этот ход. Под землей был трубопровод, и тысячью ярдами (6) выше перетекал в металлический туннель, ведущий в систему канализации Готэма.
Кислорода не хватало, Джокеру было трудно дышать, боль в ребрах мешала этому еще больше, но он продолжал ползти, и через пятнадцать минут он добрался до тоннеля, в котором, надо сказать, было значительно больше пространства. Еще пять – и он в канализации, прыгнув в грязную воду, жидкость полностью намочила его брюки.
Он выдохнул. У него было начала кружиться голова, но он помотал ей и пошел вперед.
- Будем надеяться, Крока тут нет, - рассмеялся он самому себе. – Думаю, что он до сих пор обижен на меня из-за того фокуса.
Прошло еще два часа, прежде чем он добрался до люка, который, как он знал, был в центре города. К тому времени он уже был изрядно потрепан, едва мог стоять на ногах. Но он должен был идти. Как только удастся добраться до одного из своих укрытий, он придет в норму. В таком состоянии он поднялся по лестнице, с трудом подняв тяжелую металлическую крышку люка, сдвинув ее и поднявшись. Капли воды попали ему в лицо. Шел дождь.
- Merveilleux! Tout simplement merveilleux! (7) - засмеялся он, убегая в ночь.

- Ну, дорогой, вот что случилось. Слезки еще не пролил? – похлопал ресницами Джокер, затем рассмеялся.
Бэтмен покачал головой.
- Прости, - просто сказал он.
- О, не извиняйся! – издевался Джокер. – Тебе это не идет.
_________________________________
(1) 6'2" ≈ 188 см
(2) 245 фунтов ≈ 111 кг
(3) 10-15 фунтов ≈ 4,5-6,8 кг
(4) 4' ≈ 122 см
(5) Игра слов: slob (англ.) – неряха, лентяй, тупица и, пардон, распиздяй)
(6) 1000 ярдов = 914,4 м. В общем, Джокеру ползти и ползти :lol:
(7) Замечательно! Просто замечательно! (фр.)


@темы: перевод, Фанфики, Джокер, Бэтмен, Агония, NC-17

Комментарии
2016-01-30 в 22:43 

Joygirl
Do what thou wilt shall be the whole of the Law!
Ох уж этот Джокер... Без воды неделями, рёбра- ноги- руки сломаны... А он ещё и куда- то ползёт.:-D Ой, автор!.. А вот "ручищи" смутили меня несколько- у такого утончённого, худощавого зелоноволосого мужчины( :yes:)- и ручищи! Шо тогда там у Бэта?..-_0

))Насчёт жести- оно присутствует, но ожидала большего. Ну, у меня фломастер другого цвета. ;) А перевод гораздо лучше предыдущих глав, как оно обычно и бывает. Не знаю- нужна ли бэта( эт каждый сам решает, а ещё и найти толкового...), но скажу по опыту- на вычитку не менее недели перерыва нужно.

И... традиционно- жду продолжения. Что- то типа такого- Бэт извинился, обнял Джокера и начал его утешать, связав на всякий случай... Хотя оно там, очевидно, совсем не так...:hmm:

2016-01-31 в 03:21 

ulia-kch
Joygirl, спасибо, очень подняли мне настроение)) :white:

Без воды неделями, рёбра- ноги- руки сломаны... А он ещё и куда- то ползёт.
Хосспади, это же Джокер, его не берет ничего! Тем, кто не играл в Аркхэм Сити, не читать!

А вот "ручищи" смутили меня несколько- у такого утончённого, худощавого зелоноволосого мужчины( :yes- и ручищи! Шо тогда там у Бэта?..-_0
В оригинале "большие руки". Мне это выражение не понравилось, и я нагло сперла "ручищи" у предыдущего переводчика)))
А у Бэта ручки, наверное, как у Роберта Уодлоу)))

Насчёт жести- оно присутствует, но ожидала большего. Ну, у меня фломастер другого цвета.
Фломастеры - такие фломастеры...

Не знаю- нужна ли бэта( эт каждый сам решает, а ещё и найти толкового...), но скажу по опыту- на вычитку не менее недели перерыва нужно.
Мне скорее нужна гамма))) Но толковую, уже говорила, найти ооооочень трудно.
Но мне третья глава нравится больше, чем две предыдущих (уже прогресс). Но не настолько, чтобы я больше к ней не прикасалась своими лапками.
Я не дотрагиваюсь до черновика день-два. Потом зачитываю до тошноты))

Что- то типа такого- Бэт извинился, обнял Джокера и начал его утешать, связав на всякий случай... Хотя оно там, очевидно, совсем не так...
Черт, мне нравится этот вариант!!! :lol:

Следующая глава поменьше, поэтому времени на нее, к моему счастью, уйдет меньше))) Сроки пока не скажу)

2016-01-31 в 13:12 

Little_Red_Fox
Что мы знаем о лисе? Ничего, и то не все. (Б.Заходер)Автору было мало творческих мук, он жаждал ещё и читательских!
И травили его злыми собаками
И кормили его тухлыми раками)

Но читать следующие главы, несомненно, буду. Ну что поделаешь, раз, чтоб этих двух собрать вместе, и они не начали мордобой,
приходится или одного, или второго, или обоих как следует поломать?

2016-01-31 в 17:14 

ulia-kch
Little_Red_Fox, спасибо!

И травили его злыми собаками
И кормили его тухлыми раками)

А он все равно живее всех живых!
На это есть только один ответ: это же Джокер, мать его! Его ничего не берёт! :lol:

Ну что поделаешь, раз, чтоб этих двух собрать вместе, и они не начали мордобой,
приходится или одного, или второго, или обоих как следует поломать?

Они и в таком случае мордобой устроят, это даже к гадалке не ходи))

2016-02-19 в 17:04 

Когда продолжение?

2016-02-19 в 17:41 

Joygirl
Do what thou wilt shall be the whole of the Law!
А, собственно, да- когда же я узнаю- куда в итоге приполз наш несчастный счастливый беглец- Джо...? :cool:

З.Ы. Там, на стене соо, есть очень любопытный фик, написанный по заказу нашего обожаемого переводчика "Агонии"...;)

2016-02-24 в 16:19 

ulia-kch
Уупс, только сейчас заметила, простите)
p0ni, продолжение скоро, отредактировать осталось. Крайний срок - 29 февраля.

Joygirl, когда же я узнаю- куда в итоге приполз наш несчастный счастливый беглец- Джо...?
Он к Бэтмену приполз, как мы знаем. Будет испытывать его терпение))
Ну, не настолько уж я и обожаемая... *смущается*

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?
главная