Герцог

Грудь женщины не вынесет биенья,
Такой могучей страсти, как моя.
Нет, в женском сердце слишком мало места:
Оно любовь не может удержать.

s019.radikal.ru/i612/1204/14/cc19a2ecf3ad.jpg

Герцог

Кто скажет о тебе, что ты мужчина,
Тот оклевещет дней твоих весну.
Твой нежный рот румян, как у Дианы,
Высокий голосок так чист и звонок,
Как будто сотворен для женской роли.

s40.radikal.ru/i087/1204/03/2a05ee336900.jpg

Герцог

Пойдем, мой мальчик! Злоба мозг туманит.
Я погублю тебя, ягненок хрупкий,
Мстя ворону в обличии голубки.
(Направляется к выходу.)
Виола

А я, чтоб только вам вернуть покой,
С восторгом смерть приму, властитель мой!

s019.radikal.ru/i633/1204/b5/dc2f65ed2f1b.jpg


Ну, что же, если мне мой взор не лжет,
Найду и я в крушенье этом счастье.
(Виоле.)
Мой мальчик, ты твердил мне много раз,
Что я тебе милей всех женщин в мире.


Виола

И в этом снова сотни клятв я дам
И сохраню их в сердце так же прочно,
Как прочно свод небес в себе хранит
Огонь, что день от ночи отделяет.

s41.radikal.ru/i091/1204/26/cd6ea2e1da47.jpg


s019.radikal.ru/i607/1204/65/5a80249b8c91.jpg


s019.radikal.ru/i603/1204/80/f686da950588.jpg

---

Когда я появилась на свет, она уже была у бабушки Лизы. Тряпочное тельце, пластмассовая головка-ножки-ручки. Левой кисти не было. Оттяпана начисто, словно ножом. Волос тоже не было. Только узелок на макушке(очевидно, прежде он удерживал паричок, а может, это просто крепление головы такое, не знаю). Платье на ней, впрочем, было. В пестрый горох, коротенькое такое. Жутко замурзанное. И нахальный вздернутый нос. За нос, да еще за круглые мышиные бусинки-глазки, не тускнеющие и не выгорающие, я полюбила ее, точно родную сестру, не то старшую, не то младшую (не той, ни другой у меня не было, можно было воображать сколько угодно).
Катей звала ее бабушка. Для меня она вскоре стала Кетти. Служанка Миледи. Бесстрашная инженю. Эти роли она, как правило, и играла; Смеральдину («Труфальдино из Бергамо»), Адель («Летучая мышь»), циркачку Мари и т.д. и т.п. Вот в этом самом горошковом платье. Без волос. Иногда – в шляпке из носка или косынке из носового платка. Внешность – не главное. Главное – внутренняя суть. В Катьке ее хватало. Мои подружки хохотали до колик от ее острот, и частенько боковая ветвь игры становилась основной, а главные герои отходили на второй план, если курносая бывала в ударе.
Потом я прочла «Орден Желтого Дятла» Лобату Монтейру. Взглянула на картинки и сразу поняла, Эмилия - родная сестра близнец моей Кати (о том, что Эмилия тряпичная кукла, тряпичная вся, с носа до пяток, я тогда просто не подумала). Гордости моей не было предела. Оказывается, о куклах могут писать книги и вполне взрослые люди. Да еще как писать! Правда, сама я тогда на подобный подвиг не рискнула, просто продолжила играть с родственницей маркизы де Раббико, не пытаясь хоть как-то приукрасить ее внешность.
Потом, мои игрушки сложили в коробку и убрали на чердак. Уже после смерти бабушки, будучи сама мамой двух спиногрызов, я отыскала их. Тогда уж Катя получила новые руки, волосы и платье и поменяла прописку.
Теперь, глядя в ее черные бусинки-глаза, я вспоминаю зиму в Никольском, топящуюся печь, высокую лежанку с ворохом разномастных подушек, Мурку и Барсика, тарахтящих от тепла, вторящий им крохотный приемничек с вечным «Маяком», снег под самыми окнами…Спасибо тебе, бабушка, за мои чудесные игрушки, которые ты так заботливо сохраняла, покупала незатейливую посудку, саночки, завертывала в лоскутки, чтобы порадовать любимую внучку, которая, увы, не так уж часто баловала тебя вниманием. Катька многому меня научила. Наверно, она все это узнала от тебя. Да?

s019.radikal.ru/i606/1204/7b/da35d7d08229.jpg
s018.radikal.ru/i522/1204/4c/f0ce1eb0150e.jpg
s44.radikal.ru/i105/1204/c1/80cf3c32c844.jpg

---

В семидесятые годы в булочных Москвы продавались небольшие круглые булочки с изюмом, очень душистые, очень сдобные, с соблазнительно блестящей коричневой спинкой, под загадочным названием – калорийные. Взрослее тогда гораздо меньше забивали себе голову диетами (в моде были сдобные девушки с округлыми плечами), а уж дети про калории и слыхом не слыхивали. Посему, название булочки нами воспринималось как нечто заманчиво-непостижимое, не то имя заграничной принцессы Калорины, не то название чудного места Калора, где выпекают такие вкусные штуки, от одного запаха которых можно забыть про все на свете.
Это присказка. А сказка начинается в 1970 году, в младшей группе московского детского сада №290. Игрушек там было немало. И железные самосвалы с открывающимися дверцами и хитрым механизмом для высыпания песка, и матрешки, и лошадки-каталки, и куклы, заботливо обшитые родителями и воспитателями, и даже огромные деревянные кубики из которых можно было построить корабль, самолет или ракету. Про мелкий пластмассовый народец и говорить не буду, его там было предостаточно. Даже такая необделенная игрушками внучка двух бабушек, как я, просто рот раскрыла от восторга и без звука позволила увести себя в это чудный мир, не оборачиваясь на несколько обиженную маму.
Не могу сказать, когда мы встретились с НИМ. Была ли это любовь с первого взгляда, или некоторое время мы приглядывались друг к другу, притирались, находили все новые и новые достоинства. Только помню, как я реву, не желая расставаться с НИМ, и готова даже заночевать в шкафчике, лишь бы не разлучаться, не выпускать ЕГО из рук. Воспитательница, тронутая моим горем, позволила мне взять ЕГО на одну ночь домой. Ха! Она недооценила силу и глубину моего чувства. Одна ночь! Тысяча и одна, и ни днем меньше.
Вскоре я поняла, что вовсе не обязательно устраивать моноспектакли, дабы продлить общение с моим любимцем. Достаточно запихать его поглубже в зимнюю униформу – и никто ничего не заметит. А потом мама всучит мне его утром, и мы отправимся в детский сад. Остальные дети быстро поняли, что у нас с НИМ глубокие и взаимные чувства, посему вклиниваться между нами не безопасно. Я не дралась. Я орала. И орала так, что обидчик готов был сквозь землю провалиться. У воспитательницы вставал дыбом шиньон, у нянечки сердце падало в живот. Поэтому моего избранника не трогали, даже если я им в данную минуту и не занималась.
Тогда же он получил имя. Калоринка. У него была такая же коричневая спинка, как у булочки. Он так же тепло и округло ложился в ладошку. Он было так же желанен и близок. Я его оберегала, как младшего брата, я знала, что он живой и все понимает. Он был меньше меня и беззащитней. А я – старше и умней. Что тоже приятно.
Со временем бархатистый плюш изрядно пооблез. Кусочек уха отвалился, вид у моего избранника стал несколько «нетоварный», как тогда говорили. И тогда мне позволили взять его насовсем. Думаю, воспитательница была рада избавиться от маленького грязного медвежонка. А я все так же любила его.
Я пошла в школу. Мы переехали в новую квартиру. Прошло много лет. Калоринка сидел среди моих игрушек, которые я заботливо сохраняла. И вот однажды случилось несчастье. У нас завелись клопы. Соседка снизу, алкоголичка и неряха, расплодила такую тучу всякой нечисти, что она хлынула по всем близлежащим окрестностям, безжалостно кусая все живое. Детей отправили в лагерь и к бабушке, а взрослые ополчились против ползучей напасти. Были вызваны грозные маги из санэпидемстанции и они опылили наши квартиры мощной магией. После чего почти все мои (и не только мои) игрушки мамы вынесла на помойку.
Горе мое было долгим и безудержным. Как детский психолог, я понимаю сейчас, что осколки тогдашней фрустрации все еще плавают по океану моего бессознательного, с грохотом сталкиваясь и порождая комплексы и неврозы, жутко мешая жить и мне и моим близким.
И вот, год назад я, совершенно случайно узнала о существовании такого удивительного явления как «МОЛОТОК». Засунув туда кончик носа, я сразу же пропала. Там было все, ну, или почти все, что можно было пожелать. И главное – там продавался такой же медвежонок, только немного более красный, чем Калоринка. Я его купила. Мои дети (и взрослые, и маленькие) сказали «О!», и мишка вошел в нашу семью. Конечно, это не Калоринка, первую любовь предавать нельзя, но Малинка его родная сестра, и думаю, ее жизнь была не менее удивительна и насыщенна, а значит , она заслуживает свою порцию заботы и привязанности.
…А булочки такие у нас больше не пекут. Есть похожие, но у них нет ни запаха, ни вкуса. И мишек таких больше не выпускают. Вот так!
s019.radikal.ru/i620/1203/54/e72140e464a1.jpg

---

Взрослая мама одного моего хорошего знакомого сказала как-то:
- Знаешь, я не против ходить в церковь. Я же верующая! Но...Так раздражают толпы этих старух, детей. И священник все время что-то бубнит! Невозможно помолиться.

---

Наверно у многих любителей кукол есть игрушка, которая напоминает ему какого-либо близкого человека. Кошка-мама, медвежонок-дедушка, машинка –приятель из песочницы. Такие игрушки часто не производят на посторонних сильного впечатления, их «внутренний мир» известен только их владельцу.
…Эта старая целлулоидная кукла всегда была для меня символом моей бабушки. Люба - одна из старейших кукол моей коллекции.. Музейной ценностью не является, т.к я не реконструктор, и, стараясь придать моей любимице более пристойный вид, посадила головку старой куклы на новое тело. Прежде она представляла собой в целлулоидный «бюст» , венчавший ватное туловище с, к которому прежде крепились еще какие-то руки-ноги, но я их уже не застала, застала только серое платье с голубыми разводами, не то из гипюра, не то из какой-то подобной легкой ткани. Примерно такие, какие носила моя бабушка. Прежде, наверно, это были прекрасные платья – бабушкина мама была златошвейка и портниха. Но со временем плюш поистерся, гипюр истлеет, а шелк выцвел, остались странные хламиды, в какие рядились, разве что, гоголевские помещики. Вот и моя Люба носила нечто подобное.
Когда-то она была модницей. Достаточно взглянуть на кокетливую стрижку, алые губы – типичная спортивно – лирическая натура, не то студентка педагогического университета, не то первая леди Екатеринбурга, счастливая молодая жена боевого красного командира. А потом…
Маленький, ветхий домик в Подмосковье, копоть печки, угольная пыль, насмерть вгрызающаяся и в целлулоид и в кожу, голод войны, нищенская зарплата (новых платьев не пошьешь, а в магазине покупать – дорого, да и не привыкла), работа, выращивание цветов, земля, грядки, яблони, за всем нужен уход, удобрения, рыхление, сорняки, полив, опять земля от которой кожа на руках трескается, превращаясь в хрупкий целлулоид, а целлулоид крошиться в пыль. Где же та красивая, озорная куколка? Только ватный торс, только гордая головка с поблекшими губами, да глаза, печальные глаза, каких ни один художник кукле не нарисует. Такие глаза можно только выстрадать, выплакать, высмотреть.
Будучи ребенком, я совершенно не обращала внимание на Любино «недокомплектование». Подумаешь, руки-ноги! Она была у меня примой, главной леди, быть может, благодаря тому спокойствию и мягкой печали, которую изучала. Играла я в нее очень просто, обматывала куском тюли, чтобы получилась высокая фигура в духе «снежной королевы», прислоняла к подушке и вокруг нее разворачивала действие с остальными статистами. Или просто клала ее рядом с собой и мечтала.
После бабушкиной смерти заботиться о моих игрушках стало некому. Они были перенесены на чердак. А через несколько лет я их оттуда выволокла и забрала домой, кого своим детям, кого в коллекцию. В загашнике у меня лежало тело дорогой фарфоровой куклы. Ее приволок мне некогда мой хороший друг Санта, он как раз торговал на Арбате у какого-то бырыги. Голову русской красавицы просто размолотили в лепешку, все остальное осталось цело (возможно, и к лучшему, голова была ужасна, а-ля-рюс девяностых, клюква в сахарине). Так вот, это тело я и приспособила Любе. Образ получился неожиданным, но вполне в духе моей терпеливой девочки. Такие судьбы на Руси встречались с испокон веков. И боярышни из высоких теремов оказывались в слепых избушках, где ел глаза дым печечки, где пахло затхлостью и копотью, и свет пробивался еле-еле через засиженные серые тюли и испугано шарахался от старинного и расстроенного фортепиано с подсвечниками, и где жило смиренное ожидание, долгое ожидание капризной и балованной, но от того еще более любимой, девчонки, которая так редко приезжает, навестить и поиграть…
s017.radikal.ru/i414/1203/80/9b77df2348a1.jpg
i002.radikal.ru/1203/58/58fb6cad7a19.jpg
s40.radikal.ru/i089/1203/84/a44f1e95580c.jpg
s54.radikal.ru/i144/1203/21/4ab34fbadc5b.jpg

---

Появилась эта кукла у меня годах в 70-х. Тогда вся Россия трепетно поддерживала чернокожую экстремистку Анжелу Девис, и подобные куклы встречались довольно часто. Делали их качественно, с характерными лицами, стройными телами, хотя одежда была незатейливой: тряпочка, бусы, чалма. Среди них встречались и мальчики и девочки. Мне достался мальчик. Он выполнял роль пажа и слуги при прекрасных дамах. Потом, когда я прочитала «Хижину дяди Тома» и «Приключения Геклебери Финна», парнишка поднялся на роль угнетаемых персонажей, нуждающихся в любви и ласке. Самое удивительное, но подобное отношение к темнокожим у меня сохранилось по сей день и перешло с кукол и на людей. Стоит мне в метро встретить роскошно одетого негра, как я интуитивно хочу уступить ему место, поделиться куском хлеба или хотя бы сказать что-либо приветливое в знак солидарности.
Потом мой негритенок исчез. Подозреваю, его заиграли мои племяши, а потом просто выбросили. Но я таки купила такого же на Молотке. Каково же было мое удивление, когда с ним в пандеме мне всучили еще одну куклу. Пришлось делать из нее девчонку. Дочка ими вовсю играет. Вроде нравятся.

---

С новым годом! Ура ! С наступающим!
iragnarsson - ключей тебе от творческих подвалов в недрах твоей души. (в смысле, пиши больше!),
Sangha - большого опричного счастья (много денег и свободного времени),
Eternal spring - всего-всего и еще ларчик с самым сокровенным ( а так же мешок с приятными неожиданностями),
Нефертари - быть такой же очаровательной и чудесной ( и внутренне и внешне), на радость всем нам,
Волчок в тумане - бронебойную ко всяким неприятностям шкуру с водоотталкивающим покрытием ( и еще раз огромное спасибо за "Пепел розы"),
Миклош_Бальза - счастливого нового года (и личная благодарность наркома за предоставленный фрагмент брони),
Aleksich - новогоднего настроения и удачи на весь год,
ioann4 - ну, Государь, это я при личной встрече, пред всеми неудобно,
Мэль - проявись, наконец, мифическое существо!

---

Это очень старая пластмассовая кукла. Ей играла еще моя мама. Кем она была при рождении - никому не известно. Не то украинкой, не то казачкой. Похожих на нее фактурой и лицом я встречала позже в кукольных музеях, и всегда они щеголяли яркими национальными костюмами. Мне она досталась уже в облике снежной бабы - обернутой в вату. Она стояла под искусственной елочкой в доме у моей бабушки, осыпанная осколками елочных игрушек для яркости и праздничности., рядом с дедом Морозом и Снегуркой.Я смотрела на нее и умирала от желания заполучить куколку! Бабушка, конечно же, не устояла. Когда мне было лет семь, куклу отряхнули, отделили от ваты и вручили любимой внученьке. Отсутствие волос на голове у моего нового приобретения, помнится, нисколько не разочаровало. Это была первая кукла мальчик в моём юбочном легионе. Почему мальчик? А кто? Волос-то нет!
Первая ответственная роль, которую я доверила дебютанту - Маугли. Не из мультика, из книги, ведь в книге жизнь индусского волка намного интересней и разнообразней. Маугли был для меня...Ну, все равно что Федор Басманов для сообщников по "Грозе над Русью". Когда я изображала Маугли, жизнь моя наполнялась смыслом, поступь - грацией, взгляд - пронзительностью, а мои мелкие подружки визжали от восторга. Посему, кукла, игравшая в моих руках эту роль, была обречена на успех, на поклонение, обожествление. Полуголый, в одной набедренной повязке, посверкивая пластмассовой лысиной, он очаровывал ГДРских фрау, отечественных Синеглазок, всех, даже тех, кто изрядно превосходил его ростом (вопросы роста, пола и даже видовой принадлежности, детей мало волновали тогда, да и сейчас не волнуют. В принцах у нас ходили коты, мишки, утята. У моей старшой дочери главным героем был робокоп, заныканый у брата. И это вовсе не из-за недостатка мужеской половины).
Потом пришла пора Жюля Верна. Маугли вырос, стал принцем Дакаром, Капитаном Немо. На голове у него появилась чалма, а подобие халата я сшила из кармана дедушкиной махровой пижамы. Подводные лодки бороздили окрестности ВУГов, заплывая в томилинские пруды и достигая даже мутных, но бурных вод реки Пехорки. Мне нравилось играть непонятого, гордого и одинокого капитана, разбивать девичьи сердца, а смуглый кукл был в том безотказным помощником, маской, щитом. Когда я говорила от его лица - слова так и лились, от его монологов девчонки плакали, одна даже пыталась вульгарно спереть у меня Немо, ошибочно решив, что он один вполне способен справиться с ролью воплощенной мечты.
Потом, на смену половинчикам (куклам размером 15-20 см.), пришли полнометражные германцы. Немо был оставлен (участь всех кукол!). Но не навсегда.
Теперь вы можете увидеть любимца ВУГОВской публики, героя-любовника, воплощенную мечту малолетних ролевичек в новой роли. Царевич Иоанн. Узнаете?

---

Я поняла - мое заболевание - не единичный случай. (я не про бронхит, ангину и перелом). Сколько же в мире людей любящих куклы! Пару лет назад нашла на помойке чудную куклу начала века, с телом из папье-маше. Теперь дошли руки до ее реставрации. Тело размокло и погибло. Я полезла в инет искать дельные советы, обнаружила: несколько роскошных барахолок, кучу запчастей к куклам всех возрастов, определила возраст своей находки - (лет сто!), нашла фотки своих жильцов (у меня их за десяток), узнала, что они называются винтажными, нашла кучу кукол своего детства, узнала сколько разновидностей коллекционеров и кукол существует в мире. Это восхитительно! Я хочу выложить позже фотки своих куклей, с небольшими рассказами о них, а они у меня боевые! Первые ролевки отыгрывались на них. Пока сижу дома и кашляю - займусь хоть каким делом.

---

Хотите посмеяться? У меня третий день ангина. Еле жива....

---

Итак, я решилась на авантюру. Я делаю таки игру по "Бедному Павлу". Как я потяну такой проект - не знаю, как директор шекспировского театра уповаю - все образуется само собой. У меня нет половины игроков (и нет надежды их заполучить), нет одежды, нет даже пальто и пиджаков из которых можно перешить сюртуки и камзолы. Есть только нахальство, мечта и смутное представлениео том, чего именно я хочу. не то музыки и цветов, не то - зарезать кого.

---

Трещина в девятом ребре. Без смещения. Компресс. Сальто два месяца не делать. Не фехтовать двуручником, не летать на драконах, не изучать Кама-сутру, не вкатывать пудовых валунов на гору. При этом - я не на больничном. Как же мне работать! Работать-то мне как?! Я ж с детьми работаю!
Ладно. Где наша не пропадала. И по Пайдой, и под Фермопилами.

---

Кто нибудь, когда нибудь ломал ребро? Что с этим делать и как это по ощущениям?

---

Я не сдохла. Я просто окуклилась. Вот теперь тупо гляжу на стенки кокона и соображаю, где тут выход? И как бы выбраться на волю? Какие будут предложения?

---

У Маши вырос "температурный хвост". после антибиотиков. Может до месяца держаться - 37.1, сутра до вечера. Нам велели жирно есть и не встречаться с другими детьми. Бедный Сергей - он уже от Махи на стену лезет. Она ему работать не дает. А я прихожу из центра под вечер, усталая. Когда же это все кончится, я вас внимательно спрашиваю?

---

Попытаюсь еще чего выложить, для позитива.

А потом были сплошные битвы.

---

А мы опять все сдохли. Как мне это надоело! И больничный не возьмешь - только что сидела.
злая я. и несчастная.

---

Внимание! Вот они, главные злецы. Каждый по своему смертельно опасен и коварен. Вглядитесь в их лица (морды, клювы).

---

Костюмы были разные. Так, например, в полной боевой выкладке выглядела наша сова. Те, кто видел ее в сумраке леса (особенно, из случайных), терял дар речи.

---

Нарния. Это была игра, которой все ждали почти восемь лет. Мой муж много лет подряд делал цикл игр по Нарнии, сперва для своих учеников в лит. студии, потом для взрослых.
А потом был большой перерыв. Но олдовые нарнийцы теребили его, вспоминали, трясли, напоминали. И вот:

На этом детская серия пока заканчивается, начинается серия взрослая.