Лучшее средство от скуки – любопытство. Но нет никакого средства от любопытства.
Тут такое дело. Писаться это будет, потому что идея рвет по живому, цепляется за стрелки серег и не отпускает, сволота такая. Но, возможно, медленно. персов слишком много, линия идет не то что зигзагами, скорее траекторией поисков ВанПиса, так что не ругайтесь.

- Милое дитя - Обратился Пиковый Король к Шестерке своей масти, темноволосой большеглазой девочке в костюме мальчика пажа , - поведай мне, почему ты игнорируешь правила и тебе это сходит с рук, а я в ответ расскажу тебе увлекательную сказку.
- Конечно, сударь, - младшая карта почтительно склонилась, - мне хотелось быть выше обстоятельств. Это разрешено.
- Бить Туза, - Король усмехнулся, - Принято. Слушай...

Ее - заинтересованно оглядывающуюся по сторонам - подвел к их игральному столу Трефовый Король. В этом ограниченном мирке, где все друг-друга знают - только младшие карты да дамы неудачных мастей с некоторого времени менялись калейдоскопом - появление кого-то нового становилось событием. Особенно кого-то нового по двойной протекции. Прецедентов, когда недавно принятый в колоду приводил кого-то еще не было, но Джокер улыбается благосклонно - к Трефовому свой интерес - и жестом предлагает присоединиться.
Нервничающая девушка в бело-красных одеждах, убаюканная дежурными улыбками, моей и Джокера, подсаживается к пасьянсу, прикосновение Трефового к краю одежды моего собеседника коробит, но на двухцветной маске эмоций не сыскать, поэтому приходится смириться.
Неспешный разговор, нужные вопросы в нужных местах, доброжелательные улыбки, и девушка расслабляется, раскрывается, ведет себя на равных, претендуя на большее в будущем. В ее голосе появляются командные нотки, ведь она Новая Червовая Дама, и окружающим придется с ней считаться. Трефовый Король воспринимает это как должное, они давно знакомы, Джокер вежливо улыбается, Джокер почти всегда вежливо улыбается. А я - я очарован.
Нервное вздорное взбалмошное создание, уверенное, что весь мир принадлежит ему. Новая Червовая Дама. Бело-красная дева, разбившая мою скуку. Она была прекрасна.

Комната, в которую мне милостиво допускают наверняка для каждого своя - "дым и зеркала", как однажды выразился Старый Трефовый Король. Он был вхож в нее не долго, всего пару месяцев, а потом двери перед ним просто не открылись. А потом он исчез, перестав быть Королем. А Джокер улыбался благосклонно, вежливо - "положительно" - как делает это всегда.
Та комната, в которую захожу я, каждый раз встречает распахнутыми настежь окнами и разноцветными световыми пятнами на полу - причуда венецианского фонарика. Только в этом месте внимание Джокера целиком сосредоточено на тебе, в любое другое время его не достать, не поймать, не напиться им.
- Я влюблен, - в пустоту, но в ту уютную пустоту, в которой твои слова поймают.
- Заметно, - улыбка мечтательная - маска лежит на подоконнике рядом с бокалом вина - взгляд задумчивый. Ты же не обо мне сейчас думаешь, правда, Карта?
- Что думаешь? - тишина осязаема, слышно, как где-то тикают часы. Но в этой комнате часов не было никогда. Пауза дает возможность попытаться разгадать мысли собеседника, но, напоровшись на пристальный взгляд и опустив глаза видишь то, чего бы видеть не хотелось. По полу разбросаны карты.
- Не скучно, - Джокер пожимает плечами, отчего черно-белое одеяние идет ниспадающими волнами, протягивает руку к бокалу, - это не изменит сложившееся прошлое, а на остальное... - продолжение не требуется. Цветовые пятна фонарика отражаются в стекле бокалов, перемешиваясь, когда мы поднимаем их. Два голоса, слившихся в один.
- За будущее.
Тонкий хрустальный звон наверняка слышен в саду.

@темы: надпись на стекле, те[x]т