В нашем мире много психов!... Каждый пятый в мире псих!!!... Говори со мной спокойно!... Может я одна из них...
Автор: Мари
Рейтинг: G
Пейринг: СС/ГП (не слеш)
Жанр: General
Диклаймер: герои из миров Джоан Роулинг + несколько новых, в основном, пернатых
Статус: закончен

Глава 1.

Гарри бежал со всех ног, подгоняемый криками и угрозами, несущимися ему вослед. Старый рюкзак, до отказа набитый школьным барахлом, больно бил его по спине. Мальчик истово молился всевышнему о том, чтобы лямки рюкзака выдержали и не порвались в самый неподходящий момент. Погоня за ним началась прямо у дверей школы и теперь была уже близка. Преследователи неумолимо настигали его. Он бежал, не разбирая дороги, прямо по лужам и кучам опавшей листвы.

Очки запотели, дыхание стало хриплым, да к тому же еще заколол правый бок. Но ноги несли его вперед, подальше от увесистых кулаков Дурсля, Полкинса и Лина, в надежде обрести спасение, затерявшись среди незнакомых дворов.

Слоноподобный кузен Гарри был разозлен не на шутку. Сегодня в классе на уроке литературы Дадли Дурсль получил двойку и, таким образом, лишился обещанных дядей Верноном пяти новых компакт-дисков с компьютерными играми. Гарри сам не понимал, как так случилось, что чернила, которыми было написано домашнее сочинение Дадли из синих стали радужными, а в каждом слове вдруг появилось по несколько ошибок, хотя тетя Петунья накануне тщательно проверила творение своего сыночка. Он ведь ничего не делал, а только помечтал об этом. Не могут же мечты становиться явью? Но Дадли почему-то сразу решил, что это дело рук Гарри Поттера - его двоюродного брата, подкидыша и сироты, из милости живущего в семье Дурслей вот уже около восьми лет.

Мальчик, не сбавляя скорости, обогнул высотное здание и помчался вглубь двора. Только бы успеть забежать домой! Там Дадли его не тронет, тетя Петунья всегда была дома и не позволяла им устраивать драк, которые нарушали порядок в ее сияющем чистотой жилище. Но до дома Дурслей было еще несколько кварталов, а силы Гарри были на исходе. Он не боялся, что Дадли догонит его, куда ему с его то весом, но вот остальные двое были опасны. Они настигнут его и отдадут на расправу «малышу Диди». Гарри пробежал мимо гаражей, продрался сквозь кусты акации и… уперся в бетонный забор. Черт, черт, черт! Стройка… И когда успели? Еще летом на этом пустыре мальчишки гоняли футбол и запускали в небо воздушных змеев. Мальчик поднял голову, оценивая высоту забора. Не-а, с его ростом эту преграду не одолеть. Он закрыл глаза и обречено вздохнул. Все... Гонка проиграна, сейчас его преследователи будут здесь… И…

- Эй, мальчик! Как ты сюда забрел? Детям здесь не место. Давай, уходи отсюда, пока жив!
Гарри открыл глаза и удивленно замотал головой. Бетонная стена оказалась сзади него, а сам он находился на территории стройки. Какой-то смуглый, горбоносый и давно небритый человек грубо схватил его за руку и потащил к выходу с огороженной территории. За стеной ругались Дадли и его дружки, потерявшие из виду свою добычу.

- Да ладно, Дадли. Завтра его побьем. Пошли лучше поиграем в игровой зал. У тебя есть деньги? – донеслось до Гарри из-за забора.

Это говорил Полкинс – лучший дружок его братца. Дадли смачно сплюнул и громко выругался. Его приятели заржали, и компания с энтузиазмом отправилась в детский парк доламывать игровые автоматы, а Гарри поспешил домой, пытаясь осмыслить все чудеса сегодняшнего дня. Как он проник сквозь стену? Почему изменился цвет чернил?

~~~~~~~~~~~*~~~~~~~~~~~

Тарелка с жареной картошкой и бифштексом была с громким стуком водружена перед его носом вечно раздраженной тетей Петуньей.

- Ешь и отправляйся к себе! Мы с Верноном уезжаем к тете Мардж и вернемся лишь поздно вечером. Она и ее бедные собачки чем-то отравились. Я всегда говорила ей, чтобы она покупала мясо только на рынке. В магазине все залеживается и протухает!

- Петунья, ты скоро?

Дядя Вернон появился в дверном проеме кухни.

- А где Дадли? – обратился мистер Дурсль к мальчику.

Гарри пожал плечами. Чтобы он не сказал про Дадли, все будет обращено затем против него, как уже бывало не раз.

- Вернон, его, по-видимому, опять оставили готовить стенгазету. Наш сын просто нарасхват. Каждый день у него какие-нибудь важные дела в школе, - с гордостью ответила тетя Петунья.
Гарри чуть не подавился и громко закашлял. Дадли научился врать в то же время как и начал говорить, лет примерно с трех.

- А тебя, бездельник, почему никогда не задерживают? - снова обратился дядя Вернон к Гарри.

Тот в ответ опять пожал плечами, все еще продолжая кашлять, чем вызвал брезгливую гримасу тетушки.

- Кому нужен такой бездарь!

Лошадиное лицо миссис Дурсль сменило выражение с презрительного на озабоченное.

- Когда поешь, помой посуду и отправляйся к себе. А Дадлику мы оставим записку.

С этими словами чета Дурслей покинула кухню, а через несколько минут и дом. Гарри остался один. И это было плохо. Скоро заявится Дадли и, обнаружив, что кроме них никого в доме нет, отыграется на Гарри по полной программе, да еще и дружков пригласит.

Быстро допив чай и ополоснув кое-как посуду, мальчик прихватил из холодильника пирожное и минералку, помчался к себе в чулан, схватил рюкзак и поднялся на второй этаж дома. Ему нужно было спрятаться до прихода толстяка. Может, Дадли подумает, что он еще не пришел домой и не будет его искать. А там вернутся Дурсли, и Гарри сможет появиться. Он решил затаиться на чердаке. Им строго-настрого было запрещено лазить на чердак, но разве мальчишек это остановит? И Гарри, и Дадли обследовали и дом, и чердак, и даже гараж и сарай. Чердак Гарри нравился больше всего. Там было много старого хлама, пыли и солнечных зайчиков, которые отражались от металлических поверхностей и весело прыгали по покатой крыше. Одно из окон чердака выходило во двор, другое на лужайку перед домом Дурслей. Внутри можно было спрятаться среди вещей и спокойно делать уроки. Лестница на чердак была в самом углу коридора на втором этаже возле спальни дяди и тети. Люк никогда не был заперт. Гарри без особого труда поднялся на чердак и уютно расположился прямо на деревянных досках возле окна, выходившего на улицу. Теперь он увидит, когда появятся Дадли и Дурсли. Он успеет спуститься с чердака и вернуться в свой чулан.

Гарри заканчивал решать задачу по математике, когда хлопнула входная дверь, и дом наполнился басовитым криком младшего Дурсля.

- Мам, ты где?

Еще несколько минут Дадли покричал, затем успокоился, видимо нашел послание своей мамочки. Хлопнула дверь чулана. Ага. Это кузен проверял наличие Гарри на предмет долгожданного возмездия. Затем загремела посуда на кухне. Ну, разумеется, поглощение пищи в немереных объемах – самое любимое занятие «малыша Диди», лишь потом идут компьютер и телевизор, но тоже в сочетании с непрестанным жеванием. Гарри давно уже сделал для себя выводы, что движение челюстей Дадли и работа жевательных мышщ стимулируют умственные способности его кузена. Если у остальных людей мозговая деятельность связана со слухом и зрением, то у Дадли со вкусовыми ощущениями и обонянием.

Гарри спокойно продолжил делать уроки. Пока Дадли ест, он не опасен. Прошло не менее получаса относительной тишины, прерываемой изредка звяканьем посуды. Потом Дадли заговорил. Ага, он звонит своим дружкам, приглашает их к себе, пользуясь отсутствием матери. Через полчаса пришел первый гость, еще через десять минут – второй.

Гарри чувствовал себя в полной безопасности, будучи уверенным, что кузен решил, что он еще не приходил домой. Мальчик спокойно делал домашнее задание, не обращая внимание на беготню внизу, крики и смех. Дружки Дадли развлекались. Тем временем становилось все темнее, октябрьское солнце уже собиралось спрятаться за крыши соседних домов. Скоро он не сможет прочесть ни строчки. Пирожное давно были съедено, а минералка выпита. Дадли и его дружки засели за компьютер, а Дурсли все не приезжали. Мальчик немного устал и решил вздремнуть прямо здесь на теплых досках чердака, подложив под голову рюкзак. Он не знал, сколько спал, и спал ли вообще, но его, как не странно, разбудила подозрительная тишина. А затем он услышал осторожный скрип половиц и возню в коридоре второго этажа.

- Он где-то прячется в доме. – Приглушенный голос Дадли. – Давайте все обыщем…

- А может он боится идти домой и бродит по улицам? – выдвинул версию Полкинс .

- А то я его не знаю. Не будет он бродить до темноты по улицам. Он где-то дома. Нужно проверить подвал, гараж и чердак.

- У тебя есть фонарик?

- Сейчас принесу.

Гарри вскочил как ошпаренный. Сообразительности кузена хватило, чтобы понять, что Гарри где-то затаился. Сейчас они поднимутся сюда и найдут его. Можно попытаться выбраться наружу через окно. Сперва на крышу, а потом спуститься по приставной лестнице во двор. Мальчик распахнул окно, бросил рюкзак вниз на траву и вылез на узкий бордюр, опоясывающий весь дом. До края покатой крыши было меньше метра. Несколько шажков, и он заберется на крышу. Гарри, стараясь не смотреть вниз, осторожно передвигался шаг за шагом, держась руками за стену. Окно осталось распахнутым, ну, да и бог с ним. Вдруг резкий порыв ветра обрушился на девятилетнего паренька и, подхватив худенькое тело, оторвал его от ненадежной опоры. Мальчик полетел вниз, с ужасом ожидая удара о землю и надеясь, что отделается лишь переломами. Он даже забыл закричать от испуга. К своему удивлению он очень мягко приземлился на обе ноги. Вот только при падении потерялись очки. Гарри прислушался к своим ощущениям. Нигде ничего не болело. Даже пятки не отбил. Чудеса! Надо найти очки и рюкзак и попросить убежища у миссис Фигг. Эта добрая старушка, живущая по соседству, всегда готова была приютить на время мальчика, развлекая его рассказами о многочисленных кошках, которые поколения за поколениями проживали вместе с ней и угощая его черствой выпечкой. Но лучше уж эта кошатница, чем Дадли с его дружками. Гарри начал оглядываться в поисках очков и вдруг понял, что очки ему совсем и не нужны. Он и без них все прекрасно видел, не смотря на сгустившийся сумрак. Может, от прыжка с такой высоты с его зрением что-то приключилось? Рюкзак упал на кусты гортензий и сильно помял их. Еще один повод Дурслям наказать его. Мальчик ринулся за рюкзаком и… не приблизился к нему ни на шаг. Помотав головой, он снова с удивлением огляделся. Как он сразу не заметил, что все вокруг стало выглядеть по-другому. Мир как будто вырос, а сам он уменьшился до размеров утюга. Гарри поднял руку, чтобы протереть глаза, и в ужасе заорал, увидев, во что превратилась его рука. Но вместо крика у него вырвалось какое-то уханье, а вместо рук у него были теперь… крылья. Гарри закрыл глаза и снова открыл в надежде, что все вернулось на свои места – и он сам, и мир вокруг. Но ничего не изменилось. Все по-прежнему было огромным, а сам он стал непонятно кем. В распахнутом окне чердака показалась чья-то голова.

- Он сбежал! Он прятался здесь!

Гарри резко повернул голову, по-другому просто не получалось, и уставился на орущего. Какие странные ощущения… Он смог даже разглядеть след от чернил на щеке Полкинса.

- Вон его рюкзак валяется.

Полкинс увидел рюкзак, но самого Гарри не заметил. Кем же он стал?... Опустив вниз голову мальчик попытался себя рассмотреть. Он был весь в перьях, а вместо ног – птичьи лапы с кривыми когтями. Чудеса продолжались. Теперь он, вдобавок ко всему, стал птицей. Птицей? Ужас от произошедшего превращения отступил на второй план. На его смену пришли любопытство, удивление и ощущение долгожданной свободы. Он теперь свободен! И если он птица (лишь бы не курица), то должен уметь летать. А улетать отсюда нужно было как можно быстрее. Сейчас его братец вместе с приятелями появятся здесь. Уж они то никогда не упускали возможности швырнуть камнем в собаку или кошку, пострелять из рогатки по воробьям. Гарри расправил крылья и оторвался от земли. Его тело само знало, что нужно делать. Он взлетел над лужайкой, над домом и опустился на соседскую крышу, продолжая оттуда наблюдать за происходящим.

Мальчишки вытащили из зарослей гортензии его рюкзак и унесли его в дом. Поиски Гарри продолжились в подвале и гараже. Через некоторое время вернулись Дурсли. А затем еще через какое-то время подъехала полицейская машина. Так… Они вызвали полицию. Теперь его будут разыскивать по всей стране. А он сидит себе спокойно на крыше и наслаждается обретенной свободой. Вот только есть хочется, а так вроде все замечательно. Не смотря ни на что, мальчик был рад, что перестал иметь что-то общее со своими родственниками. Лучше быть птицей, чем жить в постоянном страхе и унижении. Вот только кем же он все-таки стал?

В соседском дворе стояла старая железная бочка с водой. Несколько желтых листьев плавало на ее поверхности. Гарри осторожно опустился на край бочки, крепко уцепившись за обод и взглянул на свое отражение. Хм-м-м… Похож на сову… Он никогда не видел живых сов, только на картинке в учебнике. Только вот не маловат ли он для совы? Скорее совенок. Бурое оперение, круглые зеленоватые глаза, крючковатый нос. Неплохо. В мокрой пожухлой траве возле бочке он разглядел толстую садовую лягушку. Рывок. И вот уже лягушка в его клюве… Вот и ужин. Даже вкусно.
А что, так вполне можно жить. Ни тебе Дурслей, ни тебе уроков. Прощай пыльный чулан. Да здравствует свобода!

Но пора было подумать о пристанище. Если он стал совой, то лучше всего ему поискать ближайший лес. Еще по детским сказкам Гарри знал, что совы живут в дуплах деревьев, охотятся ночью на мышей и лягушек, а днем спят.

О том, почему он стал совой, Гарри не задумывался. Чем дальше он пребывал в птичьем облике, тем все меньше он вспоминал о прежнем человеческом опыте. Маленький мозг совенка отметал ненужную информацию и запрещал думать о чем-то, что не касалось жизненно важных вопросов, таких как поиск жилья и пищи.

Глава 2.

Гарри обосновался в небольшом лесочке возле Литтл-Уинггинга, найдя удобное дупло и совершая полеты по ночам. Октябрь подходил к концу, и все труднее стало добывать пищу. Гарри (он еще помнил, что его зовут Гарри, и что он когда-то был человеком) стал наведываться в городок. Роясь в помойках, он находил достаточно пищи для себя. Что ж, так вполне можно пережить зиму. Если бы еще не было этих прожорливых крыс, которые целыми стаями выползали из подвалов и совершали набеги на мусорные баки. Хвостатые, серые твари были пока ему не по зубам. А может, никогда и не будут. Ну, их… Лучше не связываться.

Иногда он навещал Дурслей и, сидя на оконном карнизе кухни, прислушивался к их разговорам. Он не разучился понимать человеческую речь. Только теперь она для него была слишком громкой и неприятной. Дурсли уже перестали его искать. Сообщив в полицию, что мальчик ушел из дома и не вернулся, они на этом успокоились и зажили еще лучше прежнего. Гарри был для них обузой, от которой они были рады избавиться. Никто из соседей, похоже, и не знал, что Гарри пропал. Его не очень любили, так как Дурсли всем в округе внушали, что он ужасный хулиган с дурными наклонностями.

Все его устраивало в совиной жизни кроме одиночества. Ему было ужасно скучно. Завести дружбу с другими обитателями лесочка не получалось. Птицы и звери были очень пугливыми и убегали или улетали от него. Других сов кроме него в лесу не водилось. А так хотелось с кем-нибудь поболтать. Дятлы тупо долбили стволы, вороны строили свои гнезда и злобно кричали на него «Убирайся вон!» А мелкие пташки не могли связать и двух слов, только и слышно от них «Чирик, червь! Чирик, домой!» Бродячие кошки так и норовили свернуть ему шею, а бездомные псы безразлично поглядывали на странного субъекта, который пытался заговорить с ними о погоде. Людей он тоже старался избегать, особенно мальчишек, по своей шкуре зная, какими жестокими они могут быть.

Но вот однажды накануне Хэллоуина среди белого дня, когда Гарри дремал в своем уютном жилище, он услышал сквозь сон недовольное ворчание.

- Кто тут еще? Это всегда было МОЕ дупло. Думал, вздремну до заката и отправлюсь дальше. Так нет... Свято место пусто не бывает.

Открыв глаза, он увидел силуэт большой птицы, которая загораживала весь проем. Совенок встрепенулся и, стараясь быть максимально вежливым, пробормотал:

- Извините, сэр. Я думал здесь никто не живет. Я не знал, что это ваше дупло.

- Да оно и не мое вовсе, - ответил незнакомец. - Я, в общем-то, живу в совятне вместе с другими совами. Просто, я привык здесь отдыхать, когда прилетаю с почтой в этот городишко.


- С почтой, сэр? – не понял Гарри.

- Ну, да. Я – почтовая сова. - Гость протянул лапу, и Гарри увидел свиток, привязанный к ней.

Мальчику вдруг стало ужасно стыдно за то, что он занял чужое место. Пернатый почтальон отмотал много миль в надежде найти отдых в этом дупле, а он самым бессовестным образом его занял. Но убираться из дупла на холодный октябрьский воздух ему не хотелось. Поэтому, Гарри немного подумав, предложил:

- Я маленький и не занимаю много места, сэр. Мы поместимся здесь и вдвоем.

- Ладно, парень. Не смущайся. Вдвоем веселее, да и теплее.

Взрослый самец протиснулся в дупло и расположился рядом. Теперь в полумраке жилища Гарри смог лучше рассмотреть его. Такое же бурое оперение, как и у него, желтые круглые глаза.

- Как вас зовут, сэр? – обратился Гарри к гостю, чтобы поддержать разговор.

Хоть и на короткий срок, но он все же обзавелся собеседником.

Тот с важным видом представился:
- Пирс. Старший почтальон совятни замка Хогвартс.

- Ух, ты, старший… да еще и замка!… Здорово! А я - Гарри.

- Ну, вот и познакомились… Послушай, Гарри, а у тебя есть какая-нибудь еда? А то эта старая ведьма никогда толком не накормит. Пусть сама грызет своим беззубым ртом эти черствые кексы, - проворчал Пирс.

Гарри небрежно отодвинулся немного в сторону и гордо продемонстрировал Пирсу свои запасы. Тот внимательно оглядел их и выбрал полевую мышь, которую совенок поймал прошлой ночью. Быстро расправившись с ней, Пирс закрыл глаза и уснул. А Гарри ничего не оставалось, как последовать его примеру. Разбудил его шорох расправляемых крыльев и последовавший за этим вопрос:

- Эй, парень, как ты здесь оказался?

- Я жил в городе, а потом прилетел сюда. Вот и живу теперь здесь.

Гарри не хотелось посвящать мистера Пирса в свою запутанную историю. Но тому хватило сказанного совенком. Пирс по природе своей был нелюбопытен.

- Такой молодой сове здесь не место. Ты слишком юн и неопытен, чтобы жить один. Может, отправишься вместе со мной в Хогвартс? Там у тебя будет, сколько хочешь еды, крыша над головой и веселая компания из нескольких сотен сов. А если повезет, то и интересная работенка. Хотя, вряд ли… Пока не подрастешь, никто не доверит тебе летать с корреспонденцией. Уж больно ты мал.
- А что такое замок Хогвартс, сэр? И почему там много сов?

Вычищая себя клювом, Пирс ответил:

- Замок этот - что-то вроде школы, где обучают человеческих детенышей основам волшебства и магии.

Гарри от удивления аж подпрыгнул на месте, взлетел и плавно опустился на мягкий мох, которым было выстлано дно дупла.

- Волшебство? А разве есть на свете волшебство?

Пирс внимательно разглядывал съестные припасы юного хозяина, поэтому ответил не сразу и довольно небрежно, как будто речь шла о само собой разумеющемся.

- Конечно, есть. И нам то совам этого не знать? Мы всю жизнь служили волшебникам. Ты что, нигде не учился?

- Почти…

- Оно и видно, что тебя вывели магглы. Поэтому ты такой бестолковый. Ну, ничего. В Хогвартсе тебя научат уму-разуму. Так полетишь со мной?

Гарри радостно забил крыльями и закричал:

- Да! Я хочу увидеть волшебный замок и самых настоящих волшебников.

- А ну, потише! Ишь, постреленок! Да их там хоть пруд пруди.

- А кто такие магглы? – не отставал от Пирса Гарри.

- Все те, кто не маги. Не волшебники. Да весь мир, считай. Волшебников ведь раз два и обчелся. Но в Хогвартсе они на каждом шагу, сконцентрированы, так сказать, в одном месте. А так, вообще, их мало. Повымирал народец…

- Ага, мало… Иначе бы я их заметил.

- Да никого бы ты не заметил, сосунок! Волшебники прячутся от людей. Они боятся, что магглы узнают о них и устроят на них охоту, чтобы заставить их творить волшебство для собственного удовольствия.

Гарри крепко задумался, а тем временем Пирс принялся уничтожать остатки его запасов. Совенок грустным взглядом проводил большую лягушку, которую его гость начал безжалостно потрошить и снова приступил к расспросам, благо собеседник оказался на редкость разговорчивым.

- А от кого, если не секрет, вы летите с письмом?

- От одной старухи с Тисовой Аллеи – Арабеллы Фигг. Раз в месяц я летаю к ней с письмами по приказу директора Хогвартса Альбуса Дамблдора. Уж не знаю, о чем они переписываются, но вот уже два года я отношу письма в оба конца. А до меня летал Леон, пока не состарился. Он лет семь носил сюда письма.

- Арабелла Фигг? Я знаю ее… Старая кошатница…

- Во-во…. Ненавижу летать сюда. Мне потом кажется, что после визита к этой старухе я весь воняю кошками. Она еще и скряга к тому же. Сунет черствый кекс в клюв, накарябает на обратной стороне письма пару строк и быстренько выпроваживает вон. Вот к кому я люблю летать, так это к Николасу Фламелю. Ах, что за люди, и он, и его супруга! Накормят, напоят, дадут выспаться на сеновале, залечат все болячки, а потом с почестями и с добрыми словами отправят назад.

Пирс прикрыл глаза, предаваясь приятным воспоминаниям. Гарри беспокойно зашуршал соломой, переминаясь с ноги на ногу. Его собеседник еще уснет невзначай, а ему не терпелось лететь в волшебный замок, чтобы увидеть все собственными глазами. Пирс встрепенулся, открыл глаза и посмотрел в просвет дупла, где уже сгущались сумерки.

- Вылетаем, как только солнце спрячется за горизонт. Нам лететь придется две ночи, а днем будем отсыпаться. Ну, что, готов, парень?

- Да, сэр!

- Ну, тогда, вперед!

Одна за другой две бесшумные тени выскользнули из черноты дупла и взяли курс на северо-северо-восток

Глава 3.

Пирс первым влетел в совятню, следом за ним впорхнул Гарри. Сколько же здесь сов! Запахи, звуки, изучающие взгляды обрушились на совенка со всех сторон. Настоящий птичий базар! Гарри стало вдруг не по себе. Вспомнилась сразу сказка о гадком утенке. А впрочем, чего бояться, он всегда был «гадким утенком», даже когда оставался человеком. А если он здесь придется не ко двору, то тогда поселится в Запретном лесу. Найдет себе дупло и будет жить один! Подумаешь…

Хотя большинство обитателей совятни дремали, но его проводник решил нарушить их покой, чтобы представить им нового жильца.

- Ребята! Позвольте представить вам Гарри. Я его нашел в одном лесочке.
Он теперь будет жить с нами.

А затем, обращаясь к Гарри, продолжил:

- Ты здесь располагайся, парень, знакомься с народом, чувствуй себя как дома, а я слетаю до директора и быстро вернусь, а то без меня местные кумушки тебя заговорят своими болтливыми языками. Слышишь, уже начали судачить?
-
И вправду со всех сторон слышались восторженные реплики проснувшихся птиц.

- Какой маленький!

- Какой хорошенький!

- У него зеленые глаза! Это так необычно!

- Ах, какая прелесть!

Гарри забился на самый высокий насест и попытался стать незаметным. Хоть он и боялся презрения со стороны обитателей совятни, но их беспочвенные восторги в его адрес также были ему не по душе.

Молодой белоснежный самец опустился рядом с ним. Гарри напрягся.

- Привет, новичок! – Голос незнакомца был веселым и беззаботным. – Я – Чаки. А мою хозяйку зовут Камила Фурье. Она учится на втором курсе, факультет Хаффлпафф. А ты Гарри? Хм-м… А у тебя человеческое имя.

- Привет, Чаки. Да так вот как-то получилось… Значит, ты не школьная сова?

- Конечно, нет, - с гордостью ответил самец. – Я принадлежу семье Фурье. Меня подарили моей юной хозяйке, когда она пошла в школу. А летом мы возвращаемся домой на наши болота в Йоркшире. Ах, какие там водятся жирные лягушки, просто объедение…

Пока они ни о чем трепались с Чаки, в совятне снова наступила тишина. О Гарри вроде бы все позабыли. Такое положение вещей его вполне устраивало. Пирс вернулся через час с чувством выполненного долга. Он разыскал своего протеже, который к тому времени снова остался один, и пристроился рядом.

- Что нового, сынок? – старая темно-рыжая сова, дремавшая неподалеку, обратилась к посланцу Дамблдора с вопросом.

- Что-то там у них случилось из ряда вон выходящее, Агата. Судя по всему, я принес дурные вести. Директор очень расстроился и даже забыл угостить меня миндальным печеньем. Вместо этого пододвинул к моему клюву вазочку с конфетами. Можно подумать, я их ем! Но мне то, что до этого. Я сделал свою работу, теперь могу отдохнуть с чистой совестью. Неприятности уходят и приходят, а совы остаются!

- Мудро подмечено, уважаемый Пирс. Но если Дамблдор огорчен, это значит, нас ждет много работы. Всегда так было. Плохие времена – много работы! Вот помню…

- Ну и замечательно, - прервал ее воспоминания Пирс, хотя Гарри и не прочь был послушать разглагольствования старушки-совы. - А то многие здесь слишком засиделись и разжирели на школьных харчах.

- Что же делать, если ученики предпочитают отсылать с письмами своих сов, а мы прохлаждаемся без дела, – старая сова вздохнула и прикрыла глаза. – Теперь уж полетаем…, - пробормотала она, засыпая.

А Гарри не спалось.

- Пирс, а Пирс, а когда ты покажешь мне Хогвартс?

Дремавший Пирс приоткрыл глаза и недовольным тоном пробурчал:

- А что его показывать? Летай, да смотри. А, в общем, кроме совятни здесь и смотреть то нечего.

Но Гарри так не считал. Ему хотелось обследовать не только замок, но и его окрестности, о которых рассказывал Пирс, когда они отдыхали после очередного полета сквозь ночь, приближаясь к заветной для Гарри цели. Он обязательно должен увидеть Запретный лес, в котором царствовали кентавры.

/ - Это такие полулюди-полукони?

Пирс с уважением посмотрел на него.

- А ты не такой уж и безграмотный… Небось жил в «Живом уголке» какой-нибудь школы?

- Ну, почти…

- Только не вздумай их так называть в глаза! Растопчут на месте. Они считаю себя самой мудрой расой Земли, а людей ненавидят и презирают.

- Почему?

- Вот заладил «Почему да почему». Я кто тебе? Я - почтовая сова, а не профессор Бинс.

- А кто такой профессор Бинс?

- Привидение.

- Ух, ты! Настоящее?

- А то, как же! Да их в Хогвартсе полно. Только не летай сквозь них, а то простудишься. Они внутри очень холодные. А Бинс преподает «Историю магии» маленьким волшебникам. Все вопросы - к нему! Ну, то есть, если тебе интересно, лети к нему в кабинет и слушай, что он рассказывает ученикам. Может, и услышишь ответы и на свои вопросы.

- А можно?

- А кто запретит. Если ты уж такой любопытный, то быстро разберешься, что, где и как. На тебя и внимание то никто не обратит, даже если залезешь в котел к самому профессору Снейпу. Ну, разве что, он может сварить тебя в этом котле...

При этих словах своего наставника, Гарри сжался от страха в комок. Быть заживо сваренным в котле? Ну, уж нет! Может, пока не поздно, лучше повернуть назад?

- Да, я пошутил, парень. Расслабься. Снейп хоть и «сухарь», каких поискать, а варить тебя не будет, просто прогонит прочь. А Хогвартс кишит всяким зверьем, так что появления еще одного настырного совенка никто и не заметит. Ученики привозят с собой не только сов, но и крыс, кошек, даже жаб. Они на них изучают всякие заклинания. Смотри, только не попадайся к ним в руки, а то превратят тебя во что-нибудь, а потом не смогут расколдовать. Хотя, вроде, сов трансфигурировать запрещено… Был такой приказ директора когда-то... Так ведь эти оболтусы ради развлечения любой приказ нарушат./

Много всего рассказал ему Пирс по дороге в замок: и о лесничем Хагриде – любителе и защитнике зверья; и о деревушке Хогсмид, в которой была своя почта с полусотней сов; и об обитателях Запретного леса, с которыми совам было лучше не общаться; и о Пивзе – местном полтергейсте, который устраивал на сов ловушки и западни, когда они искали в замке своих корреспондентов. И теперь жадному до новых впечатлений совенку не терпелось все это увидеть собственными глазами.

Вечером в совятню пришел какой-то человек - мрачный, с крючковатым носом и ужасно-скрипучим голосом. Он наполнил кормушки и поилки и вышел из совятни, громко ворча что-то о засилье в Хогвартсе пучеглазых тварей. Гарри так и не понял, кого он имел в виду.

- Кто это?

- Что? Кто? – встрепенулся пробудившийся Пирс.

- Кто приносит еду и питье?

- А… Это… Завхоз Филч. Держись от него подальше. Он всегда ходит с мерзкой кошкой, которая так и норовит цапнуть кого-нибудь из нас острыми когтями.

Пирс несколько раз повертел головой в разные стороны, а затем предложил своему новому приятелю:

- То пойло, что он нам приносит, я есть не намерен. Я отправляюсь на охоту. В местном лесу водятся забавные и вкусные создания. Ты со мной?

- Нет. Я не голоден. Я лучше осмотрю замок и его окрестности.

- Ну, как хочешь.

Пирс исчез в открытом окне совятни. Еще несколько десятков сов последовали за ним, в том числе и Чаки. А Гарри выскользнул в открытую дверь и устремился в темные коридоры замка, чтобы начать свои собственные исследования.

Глава 4.

Гарри вторую неделю изучал замок. Он был маленьким и незаметным, а замок просто гигантским. Основными обитателями замка были дети, большинство которых относились к Гарри дружелюбно. Но были среди них и те, кто пытался направить на него волшебную палочку неизвестно для каких целей. Совенок их запоминал и старался избегать в дальнейшем.

Иногда Гарри влетал в классы и, спрятавшись на каком-нибудь шкафу, тихо сидел и слушал. Он плохо видел при ярком свете свечей и дневном освещении. Но слушать то он мог. Гарри мало, что понимал, но очень старался. Он слушал профессора Бинса, наверное, внимательнее всех учеников, которые дремали на уроках у занудного призрака. Он теперь знал многие заклинания на зубок, тогда как ученики ошибались в их произношении и заучивал сложные названия магических растений и животных. Вот только непонятно, зачем ему все это нужно. Ведь крыло не сможет удержать палочку, а клюв произнести хоть одно заклинание…

Гарри тоже не нравилась та еда, которой кормил сов Филч, поэтому совенок предпочитал посещать Большой Зал во время трапез. Он подлетал к одному из четырех столов и опускался на свободный участок, стараясь ничего не опрокинуть, рядом с теми ребятами, которые улыбались ему. Ученики уже привыкли к маленькому попрошайке.

- А вот и малыш, - говорили они. – Ты сегодня выбрал Хаффлпафф?

Его угощали самыми лакомыми кусочками, нежно гладя по оперению. Некоторые ученики предлагали ему стать их другом, личным почтальоном. Но Гарри делал вид, что не понимает их. Ему нравились все и никто. Он понимал, что это большая честь для совы – заполучить хозяина. Но его обуревали теперь совсем другие чувства, которыми он не мог ни с кем поделиться. Мальчик с момента своего появления в Хогвартсе стал тосковать по человеческому облику. Эх, вот бы снова стать прежним и поступить в эту школу. Он тоже хотел учиться магии и волшебству, тоже хотел иметь волшебную палочку. Гарри казалось, что нет ничего на свете лучше этого места. Но кто поможет ему? Ведь он даже не может рассказать о своей проблеме никому из тех, кто мог бы помочь? Дети готовы были любить его и баловать, а взрослым не было никакого дела до маленького назойливого совенка, ведущего себя не так, как полагается мудрым птицам. Он даже и не делал попыток опуститься на преподавательский стол, заранее чувствуя негативное отношение к своему дерзкому поступку.

Но и среди взрослых у него появились друзья. Лесничий Хагрид, патрулирующий Запретный лес частенько замечал любопытного малыша, следующего за ним во время его ночных похождений. Великан разрешал совенку сидеть у него на плече и подолгу разговаривал с ним, тем самым, вызывая ревность у волкодава по кличке Клык.

- Хочешь поработать, малыш? – обратился к нему однажды великан. – Отнеси это послание профессору Снейпу в подземелья. Сегодня последняя ночь, когда можно собирать лакториусы. Пусть он поторопится, а то в прошлом году он пропустил такую возможность и очень на меня рассердился, как будто я обязан помнить все. Он же варит зелья, а не я.

Хагрид привязал к его лапке свиток пергамента, и Гарри стрелой вылетел в открытые двери, сопровождаемый радостным лаем Клыка. Вот противный пес, безмозглая скотина. Как можно ревновать человека к человеку?

В подземельях Гарри еще не бывал. Там не было окон, куда бы он мог влететь, а залетать в черный зияющий провал коридора, ведущего в темницы, он прежде не отваживался. Оттуда всегда несло плесенью и химикатами. Да и рассказы сов о мерзком характере профессора Снейпа не внушали оптимизма.

Но работа есть работа. Немного покружив в пустом холле, было уже поздно, и ученики сидели в своих гостиных, куда Гарри не любил залетать, не будучи уверенным в своей безопасности в столь замкнутом пространстве, совенок нерешительно влетел в мрачный коридор. Зато здесь было темно, и его зрение стало четче. Где же искать этого Снейпа? Гарри полетел вдоль коридора. Здесь было не так уж много дверей. Может, совы из совятни и знали, как проникать в такие глухие помещения, но он пока не знал. Гарри догадывался, что в каждой комнате должны быть камины, трубы которых ведут на крышу замка, но он с этим еще не разобрался, труб на крыше было слишком много. Он сел на голову какой-то статуи и замер в нерешительности.

На его счастье одна из дверей открылась, и в коридор вышли два человека. Он знал профессора Снейпа по трапезам в Большом Зале. Ученики всегда замирали, когда Снейп появлялся в радиусе десяти метров от них. Высокий, худощавый и мрачный волшебник вызывал у окружающих страх и оцепенение. Хотя Гарри и не понимал почему. На свое счастье он ни разу не был на уроке у профессора, поскольку они тоже проходили в подземельях, чтобы оценить в полной мере степень воздействия зельевара на умы и души школьников.

Один из людей, вышедших в коридор, был нужный ему профессор, другого он не знал. Судя по виду, какой-то старшекурсник. Гарри подлетел к профессору и опустился на верхний край приоткрытой дубовой двери, привлекая к себе внимание громким уханьем

Снейп бросил на него раздраженный взгляд, но. заметив письмо, привязанное к лапке, приказал:

- Лети в кабинет, я сейчас.

Гарри влетел в комнату и приземлился на профессорский стол, прислушиваясь к разговору в коридоре.

- Передайте вашему отцу, Берроуз, его предложение неприемлемо для меня. Я не буду готовить ему это зелье. А если он и дальше будет настаивать на своем, пользуясь нашими старыми отношениями, знайте, это отразится прежде всего на вас. Я буду вынужден написать в вашей характеристике, что вы помогаете своему отцу в занятиях незаконной черной магией.

- Да, сэр, я передам ему, - испуганно пробормотал парень и, попрощавшись с профессором, быстро ушел.

Закрыв двери кабинета, Снейп с задумчивым видом подошел к столу.

- Ну что тут у нас еще? – устало спросил он.

Гарри смело протянул лапку навстречу учительской руке. Длинные ловкие пальцы мужчины бережно развязали шнурок и сняли свиток с лапки совенка.

Послание лесничего профессор читал медленно, с трудом разобрая каракули Хагрида, затем глубоко вздохнул и пробормотал:

- Лакториусы... Нет у меня ни малейшего желания идти сегодня ночью в этот проклятый лес… Но не могу же я второй год подряд пропускать эту тему! Мерлинова борода… Придется идти!

Взгляд Снейпа остановился на совенке, терпеливо дожидающемся указаний волшебника. Профессор криво усмехнулся и отошел к шкафу, чем-то там зашуршал и вернулся к столу с пачкой миндального печенья.

- Вот угощайся.

Гарри принялся за печенье, а Снейп тем временем повторно развернул пергамент, взял перо и что-то написал на обратной стороне письма.

- Если ты поел, то можешь отправляться обратно к Хагриду с моим ответом.

Профессорский тон не оставлял никаких сомнений, что это нужно выполнять и, причем, немедленно.

Гарри с сожалением оторвался от вкусного печенья и ждал, пока Снейп привяжет свиток к его лапке. Совенка распирала гордость - он, как и большие совы, помогает людям. Ведь обитатели совятни считали почтовое дело смыслом своей жизни. Когда Снейп закончил с письмом, он распахнул дверь и выпустил Гарри в коридор.

~~~~~~~~~*~~~~~~~~~

Снейп и Хагрид в сопровождении Клыка осторожно пробирались через Запретный лес. Дорогу им освещала огромная лампа, которую как пушинку нес лесничий. В другой руке у великана был арбалет. Профессор же был вооружен маленькой лопатой и холщовым мешком. Гарри летел вслед за волшебниками, иногда обгоняя их и поджидая на ветках деревьев, иногда взмывая вверх и купаясь в воздушных потоках. Волкодав изредка ворчал, недовольно поглядывая на любопытную птицу. А Гарри было весело: хорошая компания, ночное приключение, новые впечатления. Он еще никогда так далеко не залетал в лес.

- Еще чуток, профессор и мы выйдем на нужную поляну, - громовым шепотом произнес великан. – Я ее еще по весне заприметил.
-
Еще несколько сот метров вглубь леса, и великан, поставив фонарь на землю, облегченно вздохнул.

- Все. Мы пришли.

Снейп огляделся по сторонам и склонился к красно-зеленому растению, странно смотревшемуся на фоне опавшей листвы и высохшей травы.

- Хм… Интересно… Ну что ж, пожалуй, начнем!

Лопата вонзилась в мерзлую землю, с трудом выворачивая оттуда черные клубни, покрытые множеством ворсинок. Снейп очистил один из клубней от земли и поднес его к лампе, внимательно разглядывая лакториус.

- Червивый… Если они все поражены, Хагрид, то я и в этом году опять останусь без лакториусов. Зелье мозговой активности шестикурсникам придется изучать только теоретически.
-
Хагрид стоял, с виноватым видом опустив голову.

- Может, их надо было чем-то обработать от червей? А-а? Я не знал, профессор.

Снейп только махнул рукой и продолжил выкапывать другие кусты. Но все было бесполезно. Все клубни на этой поляне были поражены. Они уже собирались вернуться в замок, когда поблизости от них бесшумно возник огромный черный силуэт. Снейп быстрым движением достал из складок мантии волшебную палочку, Гарри закрыл глаза от страха и неподвижно замер, Клык слабо заскулил, а Хагрид вскинул арбалет, но тотчас его опустил, рассмотрев ночного гостя:

- Привет, Флоренц.

- Здравствуйте! Хагрид, профессор Снейп…

- Добрый вечер, Флоренц.

- Как ваш урожай?

Профессор тяжело вздохнул и убрал палочку.

- Полностью уничтожен паразитами.

Кентавр подошел поближе, осторожно переступая копытами. У него за спиной колыхались гигантский лук и колчан со стрелами. Гарри, сидя на ветки дерева, глядел во все глаза на это мифическое существо – прекрасное и ужасное одновременно. Голова и торс человека на теле лошади. Лесной житель окинул взглядом небольшую кучу клубней и, обращаясь к хмурому Снейпу, сказал:

- Могу предложить Вам свои услуги. Я знаю еще одну поляну недалеко отсюда, где есть совершенно здоровые лакториусы.

Снейп склонил голову в вежливом поклоне.

- Буду очень признателен, если вы покажете нам дорогу, благородный Флоренц.

Кентавр медленно развернулся, взмахнув длинным белым хвостом, и пошел в глубину леса.

- Следуйте за мной.

Флоренц величественно ступая, шагал через бурелом, гордо подняв белокурую голову и раздвигая руками мешавшие ему ветви деревьев. Остальные следовали за ним по пятам. Гарри слетел с облюбованной им ветки старого дуба и взмыл вверх. Он бесстрашно пронесся над самой головой кентавра, тот больше не вызывал у него страха. Древнее существо проводило полет птицы удивленным взглядом.

На другой поляне, куда привел их Флоренц, лакториусов было значительно меньше, да и сами они выглядели мелкими и жухлыми. Но зато все как на подбор были здоровыми. Снейп и Хагрид принялись за работу, Клык прилег возле какого-то куста, а Гарри опустился на ветку и оказался прямо напротив лица кентавра. На него, изучая и оценивая, уставились голубые глаза.

- Ты же человек?

Вот как, кентавр умел говорить на его языке?

- Да, был когда-то…

- Ты, наверное, тот, кого все ищут? Ты Гарри Поттер?

- Да. Но меня никто не ищет. Вы ошибаетесь, сэр.

Флоренц загадочно улыбнулся, протянул руку и погладил Гарри по оперению.

- Тебя ждут тяжелые времена, мальчик. Будь осторожен. Держись профессора Снейпа. И постарайся реже появляться в Запретном лесу. Таких как ты, здесь не любят. Лучше тебе перебраться ко мне на плечо, пока ты находишься в этом лесу.

Гарри послушно перелетел на плечо Флоренца. Кожа под когтями совенка была очень прочной и шероховатой.

- Мистер Флоренц, а я вновь стану человеком?

Что-то подсказывало Гарри, что кентавр знает все о нем и сможет дать ответ на этот вопрос.

- К сожалению, да, мальчик. – Флоренц тихо вздохнул. – Поверь, Гарри Поттер, человеком быть трудно, да и кентавром тоже нелегко. Намного проще живется таким пичугам, в какую превратился ты. Но судьбу не обманешь, Гарри Поттер. Твое далекое будущее скрыто в тумане Млечного пути, а вот близкое читается легко, как открытая книга. Твой путь неразрывно связан с Хогвартсом и переплетается с судьбой всех присутствующих на этой поляне существ. Даже с моей и этой собаки.

Гарри слушал кентавра, но мало, что понимал из его слов, так как мысль о том, что он вновь станет человеком, заслонила собой все остальные. Вот только когда? Но об этом не знал даже мудрый кентавр. Флоренц только покачал головой в ответ на этот животрепещущий вопрос.

Тем временем Снейп и Хагрид наполнили мешок клубнями. Хагрид легко взвалил его себе на плечо.. Флоренц как гостеприимный хозяин повел их за собой к выходу из леса, а Гарри так и остался сидеть на плече могучего проводника.

Началось редколесье, и здесь Флоренц остановился.

- Дальше вы пойдете одни. Хагрид знает дорогу.

Кентавр задрал голову к верху, всмотрелся в звезды и с тяжким вздохом произнес.

- Грядут тяжелые годы. Много бед и несчастий несет нам Марс.

Снейп недоуменно пожал плечами и с нотками сарказма в голосе, спросил:

- Что вы хотите этим сказать, уважаемый Флоренц?

- Я уже все сказал. У кого есть глаза, тот увидит. И не забудьте Вашу сову, профессор.

- Это не моя сова! – возмутился Снейп, но все же принял из рук кентавра взъерошенного Гарри, а лопата перекочевала к Хагриду.

- Это очень умная и необыкновенная птица, мистер Снейп. Вам очень повезло. Берегите ее, профессор.

Крючковатый нос Снейпа оказался вблизи головы Гарри, а черные, блестящие даже в темноте, глаза впились в него удивленным взглядом.

- Это же просто маленькая сова, Флоренц. Птенец. Я увидел его сегодня впервые. Скорее Хагрид должен претендовать на него, чем я. Мне хватает и школьных сов.

Лесничий крякнул в бороду и смущенно пробормотал:

- Клык вот… Ревнует меня к птенчику. А Клык… Ну друг же он мне. Так что, профессор, если хотите, то забирайте малыша себе. Я не в обиде. Да и не мой он... Просто в гости залетал.

Снейп молча рассматривал Гарри, а тот глядел на него своими круглыми глазами и ждал, что решит волшебник. Холодная профессорская рука больно стискивала его и прижимала к мокрому плащу, но Гарри решил потерпеть. Заполучить в хозяева настоящего взрослого мага, про которого все говорят, что могущественнее его только директор, это вам, братцы не в перьях ковыряться! Хотя страшновато немного. Вон он как смотрит, словно хочет влезть и в мозг, и в душу Гарри и обследовать их вдоль и поперек…

- Не понимаю! И что в нем такого особенного. Сова как сова. Может, излишне наглая и любопытная. Так это скорее недостаток, чем достоинство…

Флоренц протянул руку и погладил совенка, нечаянно задев пальцы Снейпа, отчего тот вздрогнул всем телом.

- Не всегда, то, что мы видим – истина. Вы это знаете не хуже меня, человек. Это существо нуждается в вашей защите, поверьте старому кентавру. Без вас оно пропадет и не совершит того, что ей предначертано судьбой. Тогда мир погрузится во тьму, и все доброе на Земле исчезнет.

Снейп недоуменно пожал плечами, выказывая свою реакцию на предсказания лесного жителя относительно никчемного на его взгляд пернатого создания.

А Флоренц тем временем прощался с мальчиком.

- До свидания, Гарри Поттер, мы еще встретимся с тобой и не раз.

- До свидания, сэр.

Снейп молча выслушал их совиный диалог, а затем осторожно переместил Гарри к себе на плечо и быстро зашагал впереди процессии, направляясь к замку, предоставив Хагриду сказать кентавру благодарственные и прощальные слова.

@темы: Гарри, будь человеком!, гарри поттер